Поделиться
Помню в четвертом классе желая стать очень умной – такие порывы иногда у меня случались – я выучила старинный английской стих на старом английском языке. Так старательно его учила, что до сих пор помню! Там мамочка провожает сыночка на галеры – за какие-то совершенные им злодейства.И задает ему всякие горестные материнские вопросы. За рамками стиха угадывается следующая драма: мама была очень хлопотливой и доброй, все сыночку прощала и все спускала с рук, отчего сын, чувствуя свою безнаказанность, пустился во все тяжкие и видимо стал нарушать закон – может быть стал разбойником – может даже убил кого-нибудь – ведь наверняка на галеры просто так не пошлют! На последний вопрос, что любимый сыночек оставит ей, провожающей мамочке, опустившийся сыночек отвечает что-то вроде: а тебе, маман, я оставляю все адские проклятья лично от меня – за те советы, которые ты мне в жизни давала!
Значит, мама была не права, задумалась я тогда, в своем четвертом. Взрослым стих нравился, и эффектная концовка про проклятья всех трогала. Равно как и мое драматические декламирование со всякими старинными английскими словами. А мысли об этой маме со временем переросли в раздумья о любви вообще – ведь она как говорят «все прощает и все терпит». Почему тогда женщина не прощает своего мужа, который предал ее с другой женщиной? Почему тогда добросовестные родители наказывают детей, а если взрослый ребенок повел себя уж очень неправильно – я знаю родителей, которые отказали своим взрослеющим чадам от дома – пока те не образумятся. Однажды мой друг сидел со взрослым сыном за столом. Сын пребывал в очень дерзком возрасте, когда родители испытываются на прочность,то есть: до какой границы сын может дерзить своим родителям. За столом сын сказал что-то обидное маме. Отец встал, дал юноше пощечину и сказал: «Уходи!» Сын хлопнув дверью ушел. Отец переживал, но терпел. И конечно через несколько лет семья воссоединилась – сыночек пришел и сказал родителям «прости». К этому времени он нашел жену и работу. У всех замечательные отношения.
Почему надо наказывать? И почему этим занимается Тот, Который символизирует для нас саму любовь и милосердие – наш Творец? Разве Он не сотворил нас такими несовершенными, что мы все время оступаемся и не всегда знаем, как поступить правильно или даже – праведно? Ведь может быть любящей жене надо простить измены мужу? Родителям – не наказывать детей, потому что любовь все покрывает и все прощает? Моя подруга говорит мне: Я представляю себе Бога как вселенную, по которой разлита любовь – и посылаю в эту вселенную добрые импульсы. А другая: я представляю себе Бога так, как Он написан на иконах – как доброго старичка с бородой, Который прислушивается к нашим просьбам. Я не представляю себе Бога, но если и пытаюсь, то склоняюсь к старичку с седой бородой – и именно у Него прошу всяческого прощения и милосердия и конечно всяческих благ. А если делаю все не так – прошу: ой, только вот давай на этот раз без наказаний, а? Ну бывает, со всеми бывает… Ответ на свой вопрос – и довольно точный – я нашла в труде Клайва Льюиса под названием «Страдание».
Вот я его и хочу озвучить, мне кажется, точнее не скажешь! «Любовь ощущает пятно и порок сильнее, чем ненависть. Любовь переносит и прощает все, но ничего не попускает. Она радуется малости, но требует всего.
… Бог человека любит, а не равнодушно желает ему счастья. Мы хотели, чтобы Бог нас любил – вот Он и любит нас. Такой Господь у нас и есть – не благодушный старичок, разрешающий нам поразвлечься… но огонь попаляющий, чья любовь упорна, как любовь к творению, жалостлива, как любовь к собаке, мудра и достойна, как любовь к сыну, ревнива, сильна и требовательна, как любовь к женщине.»
Псалом 124. Богослужебные чтения
Поделиться
«Зачем быть хорошим, следовать кодексу чести, держаться правды, если зло регулярно побеждает?» Многие люди задают себе такой вопрос, когда вдруг осознают, что мир полон несправедливости. В такие периоды создаётся ощущение, что Бог спит или Ему нет до нас дела. Накрывает чувство бессмысленности происходящего. Именно в такие моменты человек рискует сломаться, махнуть на всё рукой и пуститься во все тяжкие. 124-й псалом, который звучит сегодня за богослужением в православных храмах, посвящён именно этой непростой теме. Давайте послушаем.
Псалом 124.
Песнь восхождения.
1 Надеющийся на Господа, как гора Сион, не подвигнется: пребывает вовек.
2 Горы окрест Иерусалима, а Господь окрест народа Своего отныне и вовек.
3 Ибо не оставит Господь жезла нечестивых над жребием праведных, дабы праведные не простёрли рук своих к беззаконию.
4 Благотвори, Господи, добрым и правым в сердцах своих;
5 А совращающихся на кривые пути свои да оставит Господь ходить с делающими беззаконие. Мир на Израиля!
Псалом 124-й — это торжественный гимн в честь возвращения евреев из Вавилонского плена. Люди вернулись домой и увидели родной Иерусалим без стен. Город беззащитен, а кругом враждебные народы. В душе тревога и страх. Как же пережить всё это? Чтобы утешить людей псалмопевец использует два ярких образа.
Первый — это образ гор, которые окружают Иерусалим. Для древнего человека гора — это символ непоколебимости. Сколько бурь, сколько врагов, а горы стоят веками. И псалмопевец говорит: человек, надеющийся на Господа, — та же гора. Его не сдвинуть. Не потому, что он сильный, а потому что его опора — Сам Господь. Но на этом автор псалма не останавливается и продолжает расширять образ. Как горы образуют естественную преграду вокруг Иерусалима, так Господь, подобно стене, стоит вокруг Своего народа. Те, кто верен Богу, словно находятся внутри этого благодатного кольца.
Второй образ — это жезл нечестивых. О нём псалмопевец пишет, что «не оставит Господь жезла нечестивых над жребием праведных, дабы праведные не простёрли рук своих к беззаконию». О чём тут речь? Жезл — это символ власти. Даже если нечестивые по какой-то причине оказались на коне, у их власти есть срок. Господь терпит их ровно до того момента, когда праведные могут не выдержать и начать им подражать. То есть псалмопевец словно говорит: «Бог вмешается раньше, чем мы сломаемся. Зло не бесконечно. У него есть свой лимит. И этот лимит определяет не сила злодеев, а наша немощь. Бог не даст нам испытаний сверх нашей меры».
Когда нас одолевают тяжёлые мысли о той несправедливости, которая творится вокруг, приведём себе на память эти два образа. Зло временно. Это палка в руках хулигана. Да, она больно бьёт, но однажды рука устанет, а палка сломается. А горы стоят вечно. Они были здесь до злодеев и будут после. Так и Бог — Он был до всех зол и будет после. И тот, кто помнит об этом, сам становится, как гора. Его можно ударить, но нельзя сдвинуть. Поэтому всё, что от нас требуется, — в минуты скорби и печали самим не протянуть руки к беззаконию. Не соврать, не подсидеть, не предать, не продаться. Даже если нам кажется, что зло пришло навсегда. И в любых обстоятельствах всё своё внимание держать на Боге. То есть почаще задавать себе вопрос: «Как я могу сейчас в этих непростых обстоятельствах исполнить Его волю, как я могу быть полезен ради Него тем людям, которые меня окружают?» Всякий, кто понуждает себя к этой работе, оказывается под защитой Всевышнего, Господь не даст ему страдать сверх меры. Но в своё время пошлёт тот мир, о котором сегодня говорит псалмопевец.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Юрий Новицкий
Поделиться
Среди святых ликов новомучеников и исповедников Российских есть икона с образом молодого человека. Он в пиджаке, белой рубашке, при галстуке. Усы аккуратно подстрижены. В руках он держит горящую свечу. Это новомученик Юрий Новицкий — профессор права, общественный и церковный деятель. Святой юрист — называли его люди ещё при жизни.
Юрий Петрович родился в Киевской губернии, в городе Умань, в 1882 году. В профессии решил пойти по стопам отца, мирового судьи. В 1903-м поступил на юридический факультет Киевского университета Святого Владимира. Пока учился жил в семье дяди, известного историка Церкви Ореста Новицкого. Под его добрым влиянием молодой человек пришёл к Богу. Юрий воцерковился. Стал прислуживать в алтаре, пел на клиросе во время Богослужений. В 1911 году Новицкий получил диплом юриста.
Юрий Петрович начал преподавать право в киевских гимназиях, вёл частную практику. А главным делом для него стало участие в деятельности киевского Патроната, или Общества покровительства лицам в местах заключения. Новицкий посещал арестантов в Губернской тюрьме, Киевской пересыльной тюрьме. Хлопотал о лучших условиях содержания. Изучал судебные дела. И если вдруг видел, что человеку назначено чрезмерное наказание, или произошла судебная ошибка, добивался пересмотра.
Новицкого заботила проблема детской преступности, которая в начале ХХ столетия приняла огромные масштабы. Несовершеннолетних судили наравне со взрослыми. Юрий Петрович считал, что такой подход не побудит малолетних преступников к исправлению. В 1913 году по предложению Новицкого в Киеве начал работать Суд для малолетних. Юрий Петрович разработал основы практики такого суда: индивидуальный подход к каждому ребёнку, назначение таких исправительных мер, которые в реальности смогут принести благоприятный результат. Судьи, по словам Новицкого, должны не столько судить, сколько ставить диагноз и прописывать лекарство.
В 1914 году Новицкого пригласили в столицу — преподавать на юридическом факультете Петроградского университета. Одновременно он читал лекции в Духовной Академии. В 1917-м, в страшные дни октябрьского переворота, Юрий Петрович не покинул город. И в последующие безбожные годы, когда начались гонения на Церковь и закрывались храмы, объединял верующих. В 1920-м Новицкий организовал «Общество православных приходов Петрограда и губернии». Спустя два года, в 1922-м, началась кампания по изъятию церковных ценностей под предлогом помощи голодающим. Юрий Петрович попытался вмешаться в процесс. Взяв на вооружение свой юридический опыт, он вышел на переговоры с властями. В феврале 1922-го, казалось, удалось достичь компромисса. Верующим разрешили следить, чтобы собственность храмов действительно шла на помощь голодным людям, а не на нужды партии. Однако уже в марте эти договорённости были нарушены большевиками. Юрия Новицкого арестовали по делу о сопротивлении изъятию церковных ценностей. В августе 1922-го, после долгого следствия и показного суда, его расстреляли — предположительно, на Ржевском полигоне под Петроградом.
В 1992 году на Архиерейском соборе состоялась его канонизация. Он стал одним из первых святых, прославленных в Соборе новомучеников и исповедников Церкви Русской.
Все выпуски программы Жизнь как служение
Чабахан Басиева
Поделиться
Чабахан Михайловна Басиева, молодая учительница русского языка и литературы из средней школы города Алагир в Северной Осетии, в Великую Отечественную войну совершила подвиг величайшего мужества, любви к Отечеству и ближним. О её жизни сложены поэмы, сняты фильмы. В мае 1965-го она была посмертно награждена Орденом Великой Отечественной войны. По сей день люди в Северной Осетии и далеко за её пределами считают жизнь Чабахан Басиевой примером служения своему народу.
Чабахан родилась в 1912-м году, в высокогорном ауле Верхний Цей. С детства её окружали книги. Отец девочки с юных лет тянулся к знаниям. Самостоятельно выучился грамоте, русскому языку. Любовь к русской словесности передалась и дочери. Чабахан с ранних лет мечтала стать учительницей. Поэтому, когда девочке пришло время получать образование, семья перебралась из аула в город. Басиевы поселились в Алагире. Там Чабахан пошла в школу, с отличием окончила 10 классов. А в конце 1930-х отправилась в столицу республики — город Орджоникидзе, ныне Владикавказ. Девушка поступила на филологический факультет Педагогического института. Через 5 лет с дипломом учительницы русского языка и литературы вернулась в Алагир. Устроилась на работу в родную школу № 1.
В свободное время Чабахан обучала грамоте и взрослых, не только в Алагире, но и в окрестных селениях. Среди горцев-осетинов многие тогда не умели читать и писать. И жили люди бедно. Как-то раз Чабахан заметила, что один из её учеников пришёл в школу в стоптанных, не по размеру огромных ботинках. На перемене отвела мальчика в сторону, расспросила. Оказалось, его единственная пара развалилась. Пришлось надеть старые отцовские. Дома всю ночь напролёт Чабахан вязала. А утром вручила пареньку толстые тёплые носки — чтобы обувь не слетала и не натирала ноги. «Внимательной, сочувствующей была она во всём и ко всем», — вспоминала впоследствии подруга Чабахан, Нина Секинаева. После уроков молодая учительница не спешила домой. Часто она собирала ребят, и шла гулять с ними по городу. Рассказывала о достопримечательностях — например, водила их к алагирскому Свято-Вознесенскому собору.
22 июня 1941 года размеренную жизнь осетинского городка прервала весть о начале Великой Отечественной войны. А 1 ноября 1942-го в Алагир вошли немецкие войска. Многих жителей увезли на работы в Германию. При этом немцы хотели показать миру, что народы Северного Кавказа рады их приходу. Нужно было, чтобы это публично подтвердил кто-нибудь из местных жителей — желательно, уважаемых. Однажды утром к дому Чабахан подъехал автомобиль. В нём сидел офицер гестапо барон фон Кассен. Фашист вошёл, завёл с девушкой разговор о поэзии Гёте и Шиллера. И как бы между делом предложил сотрудничество. Увещевал: «Мы же с вами интеллигентные люди, и найдём общий язык». Но Чабахан отказалась помогать врагам.
Её арестовали. На допросах пытали. Но она так и не согласилась сотрудничать с нацистами. 20 декабря 1942 года молодую учительницу расстреляли. Похоронили её в братской могиле. Сегодня одна из главных улиц Алагира носит имя Чабахан Басиевой. Есть в городе и памятник, посвящённый ей — той, для кого немыслимо было предать Родину.
Все выпуски программы Жизнь как служение
