Поделиться
Наталия Лангаммер
Какое интересное слово «мы». С его многогранностью я познакомилась в первый день своего воцерковления. Я тогда первый раз слушала проповедь в Храме. Первый раз была на литургии. Все впервые. Накануне вечером была первая исповедь. Первая подготовка к Причастию. Первое знакомство с покаянным каноном.
«Аки свинья в калу лежу, ... аз... ». Я вздрогнула от этих слов в молитвослове. Ну, не согласна я, что прямо в такой грязи лежу! И что я — свинья.
Проповеди после службы ждала, сжавшись внутри. Неужели мне снова скажут, что я поросёнок в грязной луже?
И вдруг священник говорит: «Мы грешные». Не ты — грешница, не ты плохо себя ведешь. Даже не вы, прихожане, нерадивые, а «мы». То есть, батюшка, человек духовно кратно выше стоящий, чем я, объединял себя со мной. И таким образом он подтягивал мою душу вверх.
«Спасибо, спасибо, спасибо! — улыбнулась я в душе — Я не одна в своей луже! Уже не так страшно. Спасибо, отче, за деликатность».
Годы спустя этот оборот «мы» как дипломатический приём плотно вошёл в мой словарь. Именно оборот, а не местоимение. Потому что я начала использовать возможности этого «мы».
Чаще всего это слово я, подобно священнику, так и применяла в разговорах о духовном. Когда рассказывала знакомым о вере. И когда хотела ненавязчиво указать человеку на его грех, говорила «мы часто делаем так-то и так-то». Вроде, тоже деликатничала. А люди часто ежились. Конечно, я же не священник, не пастырь, чтобы наставлять пасомых. И пользоваться обобщающим «Мы».
Один раз так со мной поступил близкий человек. Начал рассказывать священнику, как мы не любим вставать рано на службу. А батюшка заступился и сказал: «Брат, ты говори за себя, а то Наташа подумает, что это её касается». Но знакомый мой этого и добивался — не на себя пожаловаться, а на меня.
Вот тогда я ощутила все неуютность и силу этого «мы».
Теперь я приглядываю за этим словечком в своем лексиконе. Оно, оказывается может быть опасным. Как я его использую? В каких эмоциях я нахожусь, когда говорю это самое «мы»? Оно почти, как оружие. Почти — потому что не убивает, но зато скребет души людей и изматывает.
Есть в нем какая-то нечестность. Способ манипуляции. Ну, правда, зачем говорить «мы», если можно сказать «я»? Ну например: мы часто лжем... Нормально звучит. А если сказать: я часто лгу? Не, это не совсем так. Это совсем не так. В общем, не хочу я так о себе говорить. Ага! Неловко? За плечи других прятаться удобнее. И безответственнее.
Так что, скажу за себя. Я очень часто использую слово «мы». Не думаю, что смогу отслеживать его в своей речи постоянно. Но, наверное, и не надо. Если оно органично встраивается в текст, значит, и не несет особого замысла.
Однако, я всегда знаю, когда говорю «мы», чтобы, объединив себя с кем-то, повлиять на поведение этого человека. И вот тут — стоп. Влияй, дорогая, только на себя! Неси свою индивидуальную ответственность. Ведь на Страшном суде я буду отвечать одна. И без вариантов говорить «Я».
Автор: Наталия Лангаммер
Все выпуски программы Частное мнение
15 сентября. «Золото кленовой листвы»
Поделиться
Фото: Lauri Poldre / Pexels
Незабываемо шествие по мягко шуршащему под ногами кленовому золотистому ковру, когда ты чувствуешь себя едва ли не античным царём Мидасом, который превращал в золото всё, к чему бы ни прикасался. Но что́ тленные сребро и злато для христианина, искупленного драгоценной Кровью Христовой и обретшего свет благодати Господней в своём сердце? Настанут, по удостоверению Святых Отцов, такие дни на земле, когда золото, как никому не нужное, будет лежать под ногами; и единственно благодать Духа Святого, словно небесная манна, будет питать верные Богу души, храня их от обольщений антихристова времени. Давайте же дорожить нашим небесным сокровищем, хранить и умножать его, всегда пребывая в покаянии и молитве!
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
15 сентября. О значении появления новых храмов
Поделиться
13 сентября в праздник перенесения мощей благоверных князя Петра и княгини Февронии Муромских Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл совершил Божественную Литургию в новоосвященном храме в честь иконы Божией Матери «Седмиезерная» в подмосковных Мытищах на территории Федерального научного центра гигиены имени Ф.Ф. Эрисмана.
На проповеди Его Святейшество говорил о значении появления новых храмов.
То, что сегодня происходит на земле русской, особенно в граде Москве, многие за рубежами нашего отечества, в том числе и в традиционных христианских странах, не могут понять. В богатом, просвещённом Западе, особенно в Западной Европе, сегодня храмы либо закрываются, либо перепрофилируются, в лучшем случае в мечети, там хоть Богу молятся, а в худшем случае — в увеселительные заведения.
Удивительно, никаких протестов, никаких демонстраций. Где-то права кого-то нарушились, борьба идёт, а храмы закрывают — никакой борьбы нет. Я не могу себе представить, чтобы в России, когда закрывали храмы, вот так бы народ реагировал. Ведь сколько было мучеников, исповедников именно потому, что они не боялись смерти, защищая храмы.
Вот это всё —результат нашего исторического пути. Я уже говорил когда-то о том, что я из семьи тех, кто очень пострадал. Дед мой прошёл 47 тюрем и 7 ссылок, имея 7 человек детей. Вот когда его последний раз арестовывали, бабушка уже не выдержала и сказала: «На кого ж ты нас оставляешь, ну что ж ты делаешь с нами?» И он сказал удивительные слова: «Я ведь не из-за нарушения закона иду, не потому что я преступник, а я за Христа пострадаю. Волосы не упадут с вашей головы, и никто из вас не умрёт от голода». Точно так всё и произошло.
Радость, которая сегодня наполняет сердце. При каждом освящении нового храма, когда я вижу в храмах людей разного возраста, современных совершенно людей, не просто как в советское время тыкали пальцем и говорили: «Да у вас одни старушки-пенсионеры». Вообще благодарить надо, потому что старушки оказались сильнее советской власти. Они пронесли веру в Бога, воспитали своих детей и внуков, и благодаря тем старушкам мы сегодня с вами здесь.
Но сегодня уже другой народ, и это свидетельствует о том, что вера православная действительно обновила души и сердца наших людей. И поэтому каждое освящение храма, нового храма в московском мегаполисе является не просто замечательным историческим событием, а великим литургическим праздником, подобным двунадесятому празднику.
Вот дай Бог, чтобы милость Божия пребывала с каждым и помогала каждому на его жизненном пути. Аминь!
Все выпуски программы Актуальная тема:
15 сентября. О евангельских мотивах в искусстве
Поделиться
О евангельских мотивах в искусстве — настоятель московского храма святых бессребреников Космы и Дамиана на Маросейке протоиерей Федор Бородин.
Бывает так, что произведение искусства впервые как красоту открывает человеку Бога, например, икона. Человек, который занимается живописью, приходит в Третьяковскую галерею и видит там «Спас Нерукотворный Новгородский». И он понимает, что эту красоту нельзя выдумать, что человек, который писал безымянную эту икону, или «Деисус» Андрея Рублёва возле Звенигородского чина, да, вот, или другие иконы, он понимает, что этот человек знал что-то о красоте, которая никогда не заканчивается, что-то такое, что я тоже теперь хочу узнать. Человек приходит к вере.
Бывает, что человек, любящий, допустим, Осипа Мандельштама, вдруг слышит слова: «Я христианство пью, холодный горный воздух», или: «И Евхаристия, как вечный полдень длится». И человек: что такое? А почему для Мандельштама этот воздух, вот в отличие от отравленного воздуха города, настоящий, чистый? А что такое Евхаристия?
Или он читает Пастернака: «Всю ночь читал я твой завет, и как от обморока ожил». Дайте-ка я тоже почитаю Новый Завет. Если уж Пастернак пришёл в такое состояние.
Или он читает Ахматову, «Реквием», и понимает, что когда Лев Николаевич Гумилёв, её сын, каждый день может быть расстрелян, 10 лет без права переписки, она это знает. А человек может уже не быть давно, но она стоит там вместе с другими женщинами у «Крестов», у знаменитой питерской тюрьмы, да, и пишет стихи «Реквием». Она обращается к страданию матери Божией.
«Магдалина билась и рыдала,
Ученик любимый каменел,
А туда, где молча Мать стояла,
Так никто взглянуть и не посмел».
И вот человек становится глубочайшим образом верующим через осмысление своего страдания при обращении к распятию Христа и плачу Матери Божией.
Поэтому, конечно, произведение искусства, когда их автор является авторитетом для зрителей или слушателей, или там человек слушает «Страсти по Матфею», говорит: «Дай-ка я почитаю, что это такое». Открывает Евангелие от Матфея и начинает читать о страданиях Христа. Они могут очень помочь нам в проповеди людям и в обретении веры в Господа Иисуса Христа.
Все выпуски программы Актуальная тема:
