Поделиться
Несколько лет назад я стала участвовать в приходской воскресной благотворительной ярмарке. Варила самые разные варенья и приносила их на продажу. Подруга стала привозить мне с дачи какие-нибудь фрукты или ягоды для моих экспериментов со вкусами. За что я ей, конечно, была благодарна. До поры до времени.
Как-то раз она привезла мне целый ворох мясистой сочной мяты. Я попробовала добавить мяту, точнее, отвар из нее, в варенье. Получилось неплохо. Уже собралась выбросить жмых — листики, которые вынула из сиропа, но тут мне в голову пришла мысль эти листики остудить, отжать и высушить. Когда пропитанные сладким сиропом листочки высохли, превратились в очень вкусные цукаты. Деликатес! Засахаренная мята — по аналогии со знаменитой во Франции засахаренной фиалкой.
Я расфасовала цукаты по пакетам и отнесла на воскресную ярмарку. Они имели огромный успех! И подруга стала носить мне почаще свою дивную мяту — на цукаты.
Будним вечером я возвращалась с работы очень уставшая. Неожиданно позвонила подруга и сообщила, что только вернулась с дачи и привезла мне пакет мяты, оставила в храме. Спросила, могу ли я сейчас забрать его по пути домой? «Хорошо», — согласилась я. Зашла в храм... и мне вынесли не пакет, а целый сноп этой мяты! Пока размышляла, куда мне столько, пришло сообщение от дарительницы — она очень радовалась, что ярмарочный ассортимент основательно пополнится полюбившимися всем прихожанам цукатами.
Придя домой, я села и кисло уставилась на «сноп». Был глубокий вечер, я уставшая, завтра на работу — а тут... мята. Дело в том, что мяту нельзя хранить. Она очень быстро вянет или чернеет. А на цукаты годятся лишь свежие мясистые листья. То есть, обрабатывать полученное сырье нужно прямо сейчас. Обрабатывать — это значит оборвать все листики, выбрав самые сочные и красивые, промыть каждый тщательно в воде, затем засыпать сахаром и оставить до утра давать сок.
Скрепя сердце я принялась за работу. Как же хотелось побыстрее ее закончить! Оборвать не все годные листики, выбросить половину со стеблями. Конечно, понимала, что люди ждут от меня вкусных цукатов. Что каждый пакетик, проданный на ярмарке, — это помощь храму и его подопечным. Что мята не моя, в конце концов, а пожертвованная для общего дела, поэтому я не могу вот так выкинуть половину. Да и жалко было эти нежные зеленые листики! Это же так прекрасно, что каждый из них может стать маленькой радостью для кого-то.
Сгорбившись, я кропотливо и честно перебирала мяту, думая о двух вещах. Терпение! Все получится, ведь не может не радовать предстоящий результат и то, что этот посильный вклад в общее дело будет весьма полезным и... вкусным. А второе, о чем я сразу вспомнила, — это Иисусова молитва. «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешную», — напевала я протяжно, в такт ритмичному процессу обрывания листочков. Чувствовала, как молитва будто вытягивает усталость, дает силы, хорошее настроение.
С Божьей помощью уже в ночи на столе были разложены сотни, если не тысячи, листиков! И пришла в душу такая радость! Молитва изменила мое состояние из «нет сил трудиться» на «хочется порадовать людей». Господь дал терпение и силы. Я запомнила этот опыт. Лишь с молитвой можно преодолеть себя ветхую и обрести силы выполнить то, чего на самом деле просит душа.
Автор: Ольга Цой
Все выпуски программы Частное мнение
Четыре часа. Яна Зотова
Поделиться
Яна Зотова
Четыре часа — это много или мало? Зависит от обстоятельств конкретной ситуации скажете вы, и будете правы. Если занят чем-то увлекательным — не заметишь, как пролетит время, а если провести их в ожидании — то каждая минута тянется бесконечно долго. Это известно. Но недавно я приобрела уникальный опыт, когда время как будто замирает, и ты не чувствуешь, как оно течет. Ты никуда не спешишь, все земные дела остаются где-то на периферии, за кадром, и нет смысла переживать или волноваться, что у тебя дальше будет.
Такое удивительное ощущение пришло ко мне во время долгой, по нашим городским меркам, вечерней службы в Соловецком монастыре. Мы ездим на Соловки уже несколько лет каждое лето с группой Семейных Клубов Трезвости. Первые три раза я больше времени уделяла экскурсиям, всё было очень интересно и необычно. Мы побывали почти на всех островах Соловецкого архипелага, куда можно добраться на кораблях, слушали рассказы экскурсоводов, стараясь запомнить уникальную информацию про то, что на одном острове — тайга, а на соседнем — тундра, 2 прилива и 2 отлива в день, о том что простые деревья здесь либо низкие, по колено высотой, либо имеют много стволов, что помогает им выдержать сильные ветра северного Белого моря, и еще много-много интересного про природу и про историю этого места.
Несколько женщин из нашей группы вечерами ходили на службы в монастырь, а меня тогда немного пугало, что монастырские службы длинные, и я ходила только на воскресную литургию утром. А вот в четвертый наш приезд на Соловецкую землю я все-таки решилась и пошла на всенощную. Вернее, мы пошли. Нас было человек 8, и все потом делились ощущениями, насколько удивительно легко оказалось на этой службе стоять. Словно, сила монастырской молитвы держит тебя в положении стоя, и ты не чувствуешь силы притяжения.
На всякий случай я выбрала себе место поближе к лавочке, чтобы иметь возможность присесть, когда устану, но мне совершенно не хотелось садиться, я с радостью стояла, слушая хор монахов, стараясь не отвлекаться от смыслов песнопений. Мои мирские проблемы, которые обычно крутятся в мыслях, перестали занимать ум. Осталось спокойствие и радость от того, что я здесь, и мне не о чем волноваться, ведь всем руководит Господь.
Четыре часа прошли не долго, и не коротко, а как будто в совершенно другом измерении. Казалось, можно простоять еще столько же, совсем не испытывая усталости.
Если нашу земную жизнь рассматривать как пребывание в зале ожидания рая, где каждый сам выбирает, как ему провести это время, то монастырские службы дают ощущение, что ты уже при дверях. И как хорошо, что можно побывать на таких серьезных Богослужениях, прикоснуться к этому святому, настоящему. Почувствовать силу и величие монашеского подвига. И надеяться, что по молитвам монахов Господь будет милостив и к нам.
Автор: Яна Зотова
Все выпуски программы Частное мнение
Узок путь. Анна Тумаркина
Поделиться
Анна Тумаркина
В Евангелии от Матфея говорится, что в Царствие Небесное невозможно войти без усилия. «Тесны врата и узок путь» — вот что мы знаем о дороге, ведущей ко спасению. Было время, когда я неправильно понимала этот стих из Евангелия. Казалось, что надо самостоятельно воздвигать себе препятствия: всё, ну буквально всё в жизни усложнять. Ладно бы просто по-неофитски усердно поститья до истощения, молиться, читая по несколько акафистов в день, регулярно посещать многочасовые монастырские службы. Хотелось усложнить не только духовную жизнь. Мне думалось, что и обычный труд должен выполняться на грани возможностей. Что нужно браться за самую трудную работу. Решать самые тяжелые задачи. Нести непосильный груз. Что ж, в моей профессии, в преподавательской деятельности, таких возможностей достаточно. И я взялась совершать подвиги!
Вот, к примеру, ученица шестого класса, 11 лет. Низкая успеваемость. Причина — задержка умственного развития. Вот — подросток. 16 лет, прогулявший почти всю среднюю школу, которому очень нужно сдать экзамены в колледж, потому что в ВУЗ он поступить уже вряд ли сможет. Вот — взрослый студент, которому без знания иностранного языка повышение не дождаться и подготовиться к тесту нужно в кратчайшие сроки. «Что ж, вперед!» — сказала я себе и взялась работать с этими учениками.
Ночами не сплю, читаю статьи по специальной педагогике. Ищу методики для работы с так называемыми «особенными» детьми. Тут же применяю все это к девочке-шестикласснице. Она смотрит на меня удивленно, хоть ей и приятно получать столько внимания и чуткости сразу. А я, вдохновленная собственным энтузиазмом, читаю в ее больших серых глазах то, что словесно выразить ребенок не сможет: «Анна Аркадьевна, ну, я все же не так безнадежна, как вы обо мне думаете».
Шестнадцатилетнего парня гоняю по экзаменационным материалам. Полтора часа интенсивной работы. Он рад и не рад: оценки стали лучше, сон и пищеварение ухудшились. Но ведь старается, грызет гранит науки.
А взрослый студент и вовсе перепугался, как мальчишка-второгодник. Домашнего задания от меня у него стало больше, чем отчетов по работе. Сам уже не знает, за что его сократят: за незнание языка или за несданные отчеты, которые просто не успел сделать.
Окончилось все... нет, не плохо, скорее, нелепо. Девочка-шестиклассница захотела заниматься танцами и на английский язык у неё не осталось времени. Подросток влюбился и снова начал прогуливать школу, а с ней и мои занятия. А взрослый студент со всей семьей уехал за границу: там его знаний английского языка оказалось достаточно.
Я расстроилась. Ведь честно избрала путь потяжелее. Искренне хотела работать на преодоление. Не сразу, но поняла, что делала не так.
По большому счету, хотелось не просто преодолевать трудности. Не только избегать легких путей. Хотелось чувствовать себя... да-да, героем. Великим. Ведь в сказках именно герои преодолевают препятствия, верно? Героя ожидает слава. Вот только... какой из меня герой?
«Кто возвысит себя сам, унижен будет» — сказано в Священном Писании. Забыла об этом, а напрасно. Господь милостив, Он показал, что чрезмерные усилия неуместны, если их корень — самолюбование и гордыня. Много шума из ничего. Когда нужно, Господь Сам направляет на тернистый путь. Важно такой путь принять, а не громоздить самим себе препятствия. Молиться о даровании спасительного пути, о готовности им следовать. Именно этому смирению учусь по сей день.
Автор: Анна Тумаркина
Все выпуски программы Частное мнение
Три красных яблока. Ольга Цой
Поделиться
Испекла я как-то раз яблочный пирог и угостила им своих друзей. Они похвалили угощение и в шутку сказали: «Не иначе, Евфросину Палестинскому молилась!».
Стала я разузнавать, что это за святой такой и причём тут мой пирог. И прочитала, что преподобный Евфросин Палестинский считается покровителем поваров, потому что сам нёс послушание повара в монастыре.
Этот греческий святой жил в девятом веке в Палестине. Как свидетельствует житие, он «претерпевал большие неприятности, поношения, поругания и частые досаждения», но при этом «терпение его было изумительно». Он непрестанно постился и молился. По преданию, святость преподобного Евфросина была открыта некому иерею, который во сне возжелал увидеть Рай. И в том Раю он встретил повара из своего монастыря, брата Евфросина. Повар передал в дар тому иерею три яблока из райского сада. Отче пробудился от сна и обнаружил эти яблоки в своей келье.
Я была так вдохновлена этой доброй и красивой историей, что нашла икону преподобного. На ней святой Евфросин повар держит в руках ветвь с тремя красными яблоками. Но больше всего в житии этого святого меня поразило его безграничное и благодушное терпение. Он никогда не обижался и не раздражался, не опровергал несправедливые обвинения. Просто спокойно делал своё дело — готовил еду. И тогда я подумала — а сколько раз я вышла из себя, пока пекла тот самый понравившийся всем яблочный пирог? Когда случайно рассыпала муку, чуть не порезалась, пока чистила яблоки, когда отругала снующих по кухне детей... Казалось бы, повседневные мелочи, но ведь эти мелочи, как камушки, засоряют душу. И сколько таких «камушков» насобираешь за неделю, месяц, год...
Теперь я стараюсь помнить о примере преподобного Евфросина, о его благоуханных трёх райских яблоках, и не забываю молиться ему. Но не о том молиться, чтобы очередной пирог получился вкусным, а о даровании мне терпения и смирения на всякий день и час.
Преподобный отче Евфросине, моли Бога о нас!
Автор: Ольга Цой
Все выпуски программы Частное мнение
