Поделиться
Жена Достоевского Анна Сниткина, говоря о супруге, часто упоминала и его старшего брата. Она писала: «Фёдор Михайлович вспоминал о Михаиле Михайловиче с самым нежным чувством. Он любил его более, чем кого другого из своих родных, может быть, потому, что вырос вместе с ним и делил мысли в юности».
Семья Достоевских жила в Москве. Отец Михаила и Фёдора был человеком строгим. Мама – нежная, ласковая, смягчала его крутой нрав. Она учила детей читать по Евангелию. «Мы в семействе нашем знали Евангелие чуть не с первого детства», - писал Фёдор Михайлович. Драгоценными воспоминаниями для Фёдора и Михаила на всю жизнь остались поездки с мамой в московские соборы, а каждую Пасху в Троице-Сергиеву Лавру.
Погодки Миша и Федя понимали друг друга с полуслова и дружили необыкновенно. Это удивляло родителей, ведь Миша рос спокойным, а о Феде говорили, что он - настоящий огонь. Мальчики были послушными, домашними детьми. В семье любили читать, братья не расставались с книгами и знали наизусть почти всего Пушкина.
Михаил и Фёдор считали, что их счастливое детство окончилось в тот зимний день 1837-ого года, когда умерла мама. Сразу сдал отец, оставил с горя службу и, несмотря на желание сыновей посвятить себя литературе, через год отвёз их в Петербург поступать в Инженерное училище.
Фёдор успешно сдал вступительные экзамены, а Михаила не взяли по здоровью и отправили в Ревельский филиал. Первую разлуку, она длилась десять лет, братья пережили тяжело. Утешались письмами, которые подписывали так: «Твой друг и брат». Фёдор, делающий свои первые шаги в литературе, именно брату сообщил о том, какую цель ставит перед собой, как писатель: «Человек есть тайна. Её надо разгадать, и ежели будешь её разгадывать всю жизнь, то не говори, что потерял время; я занимаюсь этой тайной, ибо хочу быть человеком».
Изредка Фёдор приезжал к брату в Ревель погостить. Михаил уже был женат. Когда у него родился сын, Фёдор стал крёстным отцом племянника. Но и будучи семейным человеком, Михаил по-прежнему заботился о младшем брате. Старший уже служил, получал жалование и часто ссужал деньгами и одеждой Фёдора. В то время мало кто верил, что из Фёдора получится настоящий писатель и только Михаил был убеждён, что брата ждёт большое будущее на литературном поприще.
А когда Михаил вышел в отставку, он по приглашению Фёдора переехал в Петербург и занялся литературой. И так же как брат стал членом политического кружка петрашевцев. Когда по приказу царя Николая Первого кружковцев арестовали, Достоевские угодили в Петропавловскую крепость. Михаила скоро освободили во многом благодаря Фёдору, который упорно доказывал непричастность брата к деятельности кружка. Михаил на свободе чем мог поддерживал брата, писал ему письма, посылал деньги.
Суд приговорил Фёдора к смертной казни. Лишь в последнюю минуту ему сообщили о помиловании. Закованного в кандалы писателя сослали в Сибирь. Перед самой отправкой Достоевским разрешили свидание. Очевидец той встречи вспоминал: «В глазах старшего брата стояли слёзы, губы его дрожали, а Фёдор Михайлович был спокоен и утешал его».
В Петербург Фёдор вернулся только спустя 10 лет и начал работать в журналах «Время» и «Эпоха», которые основал Михаил Михайлович. Так братья стали и деловыми партнёрами. Увы, ненадолго. Через пять лет Михаил Достоевский умер. «Сколько я потерял с ним, – писал Фёдор Михайлович в горе, – этот человек любил меня больше всего на свете». «Семейство его осталось буквально без всяких средств. Я у них остался единой надеждой. Брата моего я любил бесконечно – мог ли я их оставить?».
Фёдор Михайлович не мог, да и не хотел оставлять семью брата. Писатель взял на себя выплату долгов Михаила Михайловича, делился с вдовой и племянниками всем, что зарабатывал и в память о брате до конца своих дней заботился о его семье.
6 октября. «Встреча со праведным Захарией»
Поделиться
Фото: Ron Lach/Pexels
Праведный священник Захария, с благоговением и трепетом встретив трёхлетнюю Богоотроковицу Марию, ввёл Её в храм Господень и, по внушению свыше, открыл вход Божией Избраннице во Святая Святых. Там, в тиши алтаря Господня, и пребывала, по древнему преданию, Мария, приуготовляемая Небом к служению Боговоплощения. Это событие Священной Истории обращено к каждому христианину, потому что Божия благодать желает ввести наш ум во «святая святых» — неизведанные глубины духа, что позволяет внимательному христианину обрести внутреннее безмолвие, чистую молитву и подлинное освящение.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Я выбираю любовь. Виктория Галкина
Поделиться
День выдался на удивление солнечным, вопреки прогнозу синоптиков. Я проснулась рано, настроение было чудесным. Пришла на кухню и сразу обратила внимание на подоконник. В белом, узорчатом кашпо пышно цвела хризантема. Я её холила и лелеяла, радовалась, что смогла вырастить из маленького росточка такую красоту.
Телефон завибрировал, я посмотрела уведомление — школьная подруга Рита выложила фото в социальную сеть.
Она в красивом платье, а в руках держит сумку, которую я полгода назад разглядывала на сайте, добавляла в избранное, а потом закрыла вкладку. Решила, что это слишком дорого, подожду, когда коллекция устареет.
И вот, теперь сумка у неё в руках, идеально сочетается с платьем, будто создана для этого образа. Подпись под фото: «Год труда и вот оно — исполнение мечты!» Внутри у меня что-то неприятно кольнуло. У подруги всё так гладко: карьера, эта сумка, даже платье сидит идеально. А у меня — хризантема, которая, кажется, начала желтеть, и ощущение, что я топчусь на месте.
Отложила телефон, но неприятное чувство не уходило. Оно было липким, чужим, и при этом очень знакомым — зависть. Я думала, что зависть — это когда ты хочешь разрушить чужое счастье, но в данной ситуации я не хотела ничего разрушать, просто было горько от того, что у неё есть, а у меня нет.
Чтобы прогнать эту тяжесть, решила заняться делом. Взяла ножницы, аккуратно обрезала пожелтевшие листья у хризантемы, протёрла каждый листочек. Потом села на диван и вспомнила: в шкафу лежит фотокнига, которую я заказала и купила для подруги ещё месяц назад. Там были собраны наши совместные фотографии начиная со школы. К каждому снимку я добавила короткую заметку с воспоминанием или просто забавную подпись. Тогда я не знала, какой повод подойдёт для вручения подарка и отложила его — ждала какого-то особенного дня. А теперь поняла: повод — это просто радость за неё.
Достала коробку с фотокнигой, перевязала лентой, написала на открытке: «Порадуйся приятным воспоминаниям! А ещё новая сумка тебе очень идет! Здорово, что что ты её купила!» И тут же вызвала курьера — точно боялась, что если посижу ещё хоть пять минут, то начну сомневаться: «Вдруг не вовремя?» А мне хотелось, чтобы подарок приехал к приятельнице прямо сейчас, без всяких «потом». Пока вбивала адрес доставки на душе становилось светлее — словно я не посылку отправляла, а отпускала что-то тяжёлое с души.
Через пару часов пришёл ответ: «Спасибо, ты первая, кто просто порадовался, а не начал спрашивать, что мне для этого пришлось сделать. Честно? Этот год был очень тяжёлым».
Прочитала сообщение несколько раз. И пошла поливать свою нежную хризантему. по пути взгляд упал на настенный календарь. В нём была цитата дня: «Кто радуется о ближнем, тот радуется о себе; кто печалится о ближнем, тот печалится о себе». Слова преподобного Ефрема Сирина.
Как удивительно точно откликнулись эти строки! Сегодня я поняла: радоваться чужому счастью — иногда труд. Когда радуешься за другого, свет наполняет душу, согревает её. Зависть хотела украсть у меня радость, а я просто взяла и выбрала другое — порадоваться за Риту и сделать ей приятно. Кажется, на кухне стало как-то уютнее, а хризантема будто бы даже расправила новые листочки.
Перед сном ещё раз перечитала Ритино сообщение и подумала: пусть у неё будет сумка, а у меня — хризантема, мои радости и умение не отворачиваться от чужого счастья. Ведь любовь и зависть не могут жить в одном сердце одновременно. Я выбрала любовь.
Автор: Виктория Галкина
Все выпуски программы Частное мнение
Чудо для португальца. Антон Атрошенко
Поделиться
В прошлом году на майские праздники мы, прихожане храма Александра Невского при МГИМО, отправились в Донецкую Народную Республику восстанавливать разрушенные храмы. Я был в предвкушении! Казалось: раз мы приехали восстанавливать разрушенный монастырь, что-то чудесное наверняка должно с нами произойти!
Группу от нашего храма возглавлял настоятель, отец Игорь Фомин. На месте предстоящей работы к нашей компании присоединилась группа таких же добровольцев, во главе которой стоял иностранец, Жоао Кварежма из Португалии.
Мы разбирали завалы, сметали пыль, убирали мелкие камни. Находили и передавали братии монастыря, расположенного неподалёку, иконы и церковную утварь. Бывало, трудились с восхода до заката, а перерывы на обед проводили прямо на ступенях разрушенной церкви в селе Никольском.
Когда же работа подошла к концу, то есть, в храм можно было свободно войти и даже провести службу, наш португальский друг обратился к отцу Игорю с просьбой. Жоао, в прошлом активист коммунистической партии Португалии, решил принять Крещение — настолько образ возрождающегося храма тронул его сердце. В крещении Жоао получил имя Иоанн, а его святым покровителем стал Иоанн Воин.
После совершения Таинства мы вернулись к работе. И через час обнаружили, что в нескольких метрах от места, где ещё не успела высохнуть крещальная вода, где святой Иоанн Воин стал покровителем нашего португальского друга Жоао, под оставшимися завалами камней лежала икона Иоанна Воина! Конечно, икону отдали новокрещёному рабу Божью Иоанну! Вот оно — чудо!
Вечером того же дня мы рассказали обо всём случившемся отцу Иоанну — монаху из Свято-Успенского Николо-Васильевского монастыря, где нам предоставили комнаты на время экспедиции. Вопреки моим ожиданиям отец Иоанн ничуть не изменился в лице. Напротив, довольно буднично заключил, что случившееся совсем не удивительно, ведь он сам эту икону в тот храм и принёс несколько месяцев назад.
Я задумался: с лёгкой руки монаха наше чудо превратилось в стечение обстоятельств. Даже, признаюсь, я внутренне негодовал: зачем было разрушать красивую историю? Ведь отец Иоанн мог просто порадоваться с нами и не рассказывать о своём участии.
Понимание, что такое подлинное чудо, пришло ко мне позже, когда, посвятив больше времени изучению Священного Писания и церковного Предания, я понял, что был до смешного наивен в своей жажде чуда. Да и к тому же зря огорчался. Ведь чудо-то свершилось. Коммунист из Португалии принял Православие — сделал важный шаг ко спасению, насельники монастыря получили гуманитарную помощь, а разрушенный храм был восстановлен настолько, что уже через несколько недель жители соседних деревень прошли вокруг него крестным ходом. Это ли не победа Жизни над смертью? Это ли не настоящее чудо?
Встретить чудо — не значит увидеть магическое шоу и удовлетворить праздное любопытство. Чудеса происходят, когда Господь решает совершить их. Поэтому не стоит требовать чуда и тем более расстраиваться, когда чудо не явилось по запросу. Нужно довериться Богу и работать над тем, чтобы сделать своё сердце достаточно чуткими, чтобы оно могло видеть чудеса.
Автор: Антон Атрошенко
Все выпуски программы Частное мнение
