“Иоанн Богослов”. Светлый вечер с игуменом Исаакием (Ивановым) (07.10.2016)

Исаакий Иванов (07.10.2016) - Иоанн Богослов - Часть 1
Поделиться
Исаакий Иванов (07.10.2016) - Иоанн Богослов - Часть 2
Поделиться
Исаакий Иванов

Фото: monasterium.ru

У нас в гостях был игумен Иоанно-Богословского монастыря в селе Пощупово Рязанской области отец Исаакий (Иванов).

Накануне дня памяти апостола Иоанна Богослова мы говорили о том, что известно о любимом учение Христа, о том, какие существуют предания о его жизни и кончине, а также разговор шел об истории Иоанно-Богословской обители и о том, как развивается ее жизнь сегодня.

 

 


А. Пичугин

— Я, Алексей Пичугин, Вас приветствую здесь, в эфире Светлого радио, и с удовольствием представляю гостя. Этот ближайший час вместе с Вами и с нами проведет игумен Исаакий Иванов — игумен Иоанно-Богословского мужского монастыря в Рязанской области, Рязанской епархии. Монастырь находится в селе Пощупово, а рядом там, наверное, если кто-то не знает, про Иоанно-Богословский монастырь… Ну, я думаю, что, правда, люди церковные про него слышали. Он очень известен в России. А те, кто о монастыре не знает, наверняка, знают соседнее с ним село Константиново, где родился и вырос Сергей Есенин. Все ясно, вроде бы, да? Здравствуйте, отец Исаакий!

Игумен И. Иванов

— Здравствуйте.

А. Пичугин

— Мы с Вами встречаемся накануне празднования дня памяти апостола-евангелиста Иоанна Богослова. В это воскресенье мы вспоминаем его преставление, то есть кончину, хотя об этом мы тоже, думаю, подробнее сейчас поговорим — о том, была ли эта кончина и что с ним стало. Сначала поговорим, наверное, про апостола Иоанна, а потом про монастырь. Давайте напомним нашим слушателям, кем был этот человек, почему он так прославился, почему его называли и сам Христос называл своим любимым учеником.

Игумен И. Иванов

— Мы знаем, что апостол Иоанн Богослов — это один из ближайших учеников Господа из двенадцати апостолов. Отличается от них он тем, что был самый юный, как мы знаем, девственник и был в числе нескольких других одним из первых призван к апостольскому служению. Апостол Иоанн Богослов своей искренностью, чистотой и искренней любовью ко Христу отличался от других апостолов. Его целомудрие, девственность также была отличительной чертой его характера. Этот апостол, как мы знаем, прожил больше других апостолов на земле, несмотря на то, что другие апостолы сподобились мученической кончины, то апостол Иоанн Богослов, мы знаем, был исповедником, был мученик за Христа, но, в конце концов, был отправлен в ссылку, и его кончина была не мученической — она была не совсем обычной. Но в течение жизни апостол проявлял благоразумие, сдержанность, в отличие от, допустим, поведения апостола Петра и других апостолов. После того, как Иоанн Богослов, как мы знаем, на Тайной вечере, которая происходила уже перед Распятием Господа, возлежал на Его груди, был, можно так сказать, одним из самых доверенных лиц Господа. Он же с апостолами Петром и Иаковом был свидетелем Фаворского Света на горе Фавор. И все те места евангельские, когда Господь избирал из числа двенадцати только лишь трех учеников, самых близких ему, всегда там был апостол Иоанн Богослов. Господь ему всегда доверял, ибо знал чистоту, искренность и преданность апостола Иоанна. И даже когда Господь уже висел на Кресте, когда все остальные апостолы в страхе, из-за страха человеческого, из-за страха опасности разбежались, уже потом, после воскресения, после Пятидесятницы они получили силу бесстрашия и были бесстрашными свидетелями Истины Христовой. А во время Распятия Христа они разбежались. Не убежал только апостол Иоанн Богослов. И здесь проявилась его искренность и глубокая любовь и преданность Христу.

А. Пичугин

— А что мы знаем о его жизни после Вознесения Христова?

Игумен И. Иванов

— Мы знаем, что он вместе с Матерью Божией…

А. Пичугин

— …Которая была ему поручена?..

Игумен И. Иванов

— …да, поселился в одном доме. Он был, можно сказать, Ее хранителем, хотя Она сама могла быть хранительница своих нравов(?) и была. Он проповедовал и находился вместе с Матерью Божьей до Ее Успения. А позже отправился в другие места проповеди. Как мы знаем, в Малой Азии позже, во время гонения, которое он претерпел, был мучим, вот как рназ после того, как ему был дан яд, который не причинил ему вреда…

А. Пичугин

— Ну, это, наверное, надо подробнее рассказать, потому что не все так хорошо знакомы с его жизнью. Поэтому я Вас и спрашиваю об этом. Почему ему дали яд?

Игумен И. Иванов

— Он был проповедником Христа, Его учения. Было гонение на христиан, и он в числе прочих также подвергся этому гонению.

И мы знаем, что когда он выпил яд, должен был быть отравлен, яд не причинил ему вреда. Его пытались опустить — я вот сейчас не помню — то ли в олово, то ли в кипящую смолу, и это мучение тоже не принесло ему вреда. После этих мучений он был отправлен в ссылку на остров Патмос.

А. Пичугин

— Патмос, да. Отец Исаакий, мы знаем, что все двенадцать апостолов, все двенадцать, большинство вообще не только из двенадцати, но из 70 апостолов потерпели мученическую кончину. О каких-то людях мы знаем совершенно точно из тех сведений, которые дошли до нашего времени, о каких-то можно только догадываться. Но про апостола Иоанна есть совершенно отдельная история. В начале программы я упоминал, Вы потом упоминали. Наверное, на этом надо остановиться чуть-чуть подробнее. Спаситель сам сказал апостолу Иоанну, что тот «пребудет доколе Я приду». И тут появляется очень много интерпретаций, причем, разные совершенно толкователи этих слов объясняют их совершенно по-разному. Кто-то говорит, что он не умер, а где-то в пещере ждет, пока снова придет Христос, кандидат-то это иносказательно понимает. А как вообще Церковь объясняет?

Игумен И. Иванов

— Я могу лишь сказать о том, что предание говорит о смерти апостола Иоанна Богослова. Когда он уже совсем состарился, после того, как он был возвращен из ссылки с острова Патмос, где слышал те самые «неизреченные глаголы», которые были записаны в Апокалипсисе, и он уже переживал то время, когда гонения прекратились. Он уже, будучи стар, повторял только одно поучение, самое главное: «Детки, любите друг друга!» И это поучение было солью всей жизни апостола Иоанна, и он говорил, что в этом как раз заключено все учение Христа.

И вот когда его старость достигла определенного предела, он попросил, чтобы его ближайшие ученики закрыли его, закопали его буквально в землю, что они со страхом, боясь ослушаться своего возлюбленного учителя, и сделали. Закопали его, а когда другие ученики, узнав об этом, через некоторое время попросили раскопать это место, то уже апостола там не было. О чем мы можем догадаться — что апостол, возможно, как и пророк Божий Илия или как Матерь Божия, может быть, был взят живым на Небо. Но это наши упования.

А. Пичугин

— Я напомню, дорогие слушатели, что это программа «Светлый вечер», и сейчас здесь игумен Исаакий Иванов, отец Исаакий — игумен Богословского монастыря в Рязанской области, Рязанской епархии в селе Пощупово. Давайте о монастыре как раз и поговорим. Сколько лет Вы уже игумен?

Игумен И. Иванов

— Три с половиной года.

А. Пичугин

— Три с половиной года… Ну, а из истории монастыря что мы знаем? Я так понимаю, что, естественно, в советские годы он был закрыт, но до этого у него была очень славная многовековая история, причем, начиная, если мне память не изменяет, когда я что-то читал про этот монастырь, века с XIV, даже XIII.

Игумен И. Иванов

— 1237 год — первое упоминание при хане Батые…

А. Пичугин

— А, точно, да, да!

Игумен И. Иванов

— …как уже существующего монастыря. Наверняка, он существовал и до этого упоминания, но других упоминаний нет.

А. Пичугин

— Это греки с ним связаны ведь?

Игумен И. Иванов

— Да, да. Действительно, традиция сохраняет то предание, что монастырь был образован именно греческими монахами-миссионерами, пришедшими из Византии, которые принесли с собой и чудотворную икону апостола Иоанна Богослова… Конечно, к сожалению, в советское время эта икона была утрачена, до сих пор у нас ее нет. Но мы надеемся, что когда-нибудь она обретется.

А. Пичугин

— А чем так славен был монастырь до революции, во все эти столетия своего существования?

Игумен И. Иванов

— Монастырь переживал разные годы своего существования. Находится он недалеко от славного города Рязани. Первые каменные строения в нем стали появляться в XVII веке — храмы, каменные храмы апостола Иоанна Богослова, каменные ограды, дом игумена, другие строения. Позже, во время секуляризации земель, обширные владения, монастырские вотчины, деревни были изъяты из собственности монастыря. Монастырь какое-то время был в упадочном состоянии — до того момента, как, примерно в 1860-м году, поселился недалеко от монастыря в селе Медведево купец первой гильдии Давид Иванович Хлудов, знаменитый, наверное, москвичам по многим строениям, которые он выполнил в Московской области. И вот, поселившись рядом с монастырем, он удивился, в каком упадке тогда находился монастырь, очень возревновал о благолепии, благоукрашении этой обители, и тогда он построил величественные и Успенский собор, который сейчас мы можем видеть. После его смерти на его же средства была построена огромная колокольня, которая видна со всех сторон на много километров.

А. Пичугин

— Я свидетель.

Игумен И. Иванов

— Но самое главное, что сделал Давид Иванович Хлудов, — он постарался, возревновал о внутреннем устроении. И, конечно, строил быт монахов, строил соответствующие здания и обратился с просьбой к правящему архиерею о том, чтобы был поставлен деятельный игумен в этом монастыре, который бы устроил кроме внешней жизни еще и внутреннюю. И действительно, со временем был поставлен игумен виталлий, который оказался очень деятельным человеком. Благодаря их совместной деятельности — игумена Виталия и Давида Ивановича Хлудова…

А. Пичугин

— А как это? Просто он захотел, чтобы игумена поменяли, и его поменяли?

Игумен И. Иванов

— Нет, конечно, пришло время, когда один игумен уже по старости и болезни должен был смениться другим, и когда пришло время выбора игумена, конечно, Давид Иванович ходатайствовал. Он не мог приказывать, как, например, делают некоторые, пытались в нашем государстве влиять светские люди на церковных. Нет, он лишь просил очень тщательно подобрать и сам искал таких деятельных людей. И, действительно, может быть, по его молитвам и, конечно, молитвам самого архиерея такой человек нашелся. Вот игумен Виталий, который почти в течение полувека возрождал обитель, и число братии — несколько человек — умножилось до более чем сотни монашествующих. К началу ХХ века обитель была, можно сказать, в полном расцвете. Была больница, богадельня при монастыре, была школа для мальчиков. Были развиты разные ремесла и, конечно, богослужения. Монашеская жизнь процветала.

А. Пичугин

— То есть село ПОщупово или ПощУпово, как правильно?

Игумен И. Иванов

— Обычно называют ПОщупово.

А. Пичугин

— ПОщупово — это такая слобода при монастыре в какой-то момент стала такой?

Игумен И. Иванов

— Да.

А. Пичугин

— Мы просто с коллегами с радио «Вера» довольно часто куда-нибудь ездим в окрестные области, смотрим, знакомимся с достопримечательностями. Ну, такие «выезды выходного дня» у нас бывают. И буквально две недели назад мы как раз ездили в Рязань. Ну, а когда мы едем, мы по дороге заезжаем, если встречаются интересные, известные монастыри, храмы, мы, конечно. их посещаем. И вот мы были в Иоанно-Богословском монастыре. Обитель, конечно, очень интересная. Довольно необычные архитектурные строения, храмы. Колокольню, как правильно сказал отец Исаакий, мы потом видели в разных частях. В Рязань въезжаешь с одной стороны, куда-нибудь на пригорочек заходишь, смотришь — колокольня Иоанно-Богословского монастыря. Вроде бы, там 25 километров, если ехать по дороге на машине, а напрямую — стоишь на крыше монастырского собора, и вдалеке видна колокольня Рязанского кремля, тоже очень красиво.

В советское время что было в обители?

Игумен И. Иванов

— В советское время, конечно, обитель потерпела поругание. Были, размещались и склады, и сельскохозяйственное училище размещалось. Обитель была поругана. Благо, что здания, которые почти полностью разрушились, но стены их, тем не менее, уцелели, и, милостью Божией и чудом, стараниями, в первую очередь, архимандрита Авеля, который пришел возрождать обитель в 1989 году, обитель начала вставать с колен. Но об отце Авеле можно рассказывать отдельную долгую историю.

А. Пичугин

— Ну, мы отдельно про него и поговорим, я думаю, чуть позже. А сейчас вот хотелось бы про возрождение монастыря как такового. Потому что история жизни отца Авеля довольно удивительна. Он же много лет на Афоне прожил. Мы чуть позднее об этом поговорим.

С чем пришлось столкнуться в первые годы возрождения? Вы с какого года посещаете монастырь Иоанно-Богословский, до того. как Вы стали его насельником, игуменом впоследствии?

Игумен И. Иванов

— В первые годы обители я уже, будучи юношей, посещал обитель. сейчас не могу точно вспомнить, какой именно это было год, но, будучи школьником, я приезжал в обитель и…

А. Пичугин

— Вы были верующим человеком?

Игумен И. Иванов

— Да. Думаю. что большинство рязанцев посещали эту знаменитую обитель.

А. Пичугин

— А как молодой человек (Вам было сколько — лет 12, наверное?)…

Игумен И. Иванов

— Ну, около этого.

А. Пичугин

— Как молодой человек может воспринимать в 12 лет то состояние монастыря, в котором вообще был сам монастырь, и то состояние монастыря? Ведь это что-то такое совершенно другое, новое, для подростка не очень понятное — монастырь.

Игумен И. Иванов

— Я думаю, что не только для меня, но и для многих людей, не только этого возраста, но и другого. Монастырь — это нечто (по крайней мере, для меня тогда было) таинственное, неизвестное, сакральное, то, что вызывает трепет души и, в то же время, может, отчасти, пугает как нечто неизвестное. А, с другой стороны, манит как то, что это место обитания Бога.

А. Пичугин

— А мысль о постриге у Вас возникла как раз не тогда, когда Вы туда приезжали?

Игумен И. Иванов

— Нет, позже.

А. Пичугин

— Позже?

Игумен И. Иванов

— Позже.

А. Пичугин

— Хорошо. Ну, вот про отца Авеля. Вы же застали его?

Игумен И. Иванов

— Да.

А. Пичугин

— Общались с ним, наверняка?

Игумен И. Иванов

— Да.

А. Пичугин

— И слушателям надо, наверное, рассказать, кому-то напомнить — архимандрит Авель Македонов, схиархимандрит даже (там тоже отдельная интересная история) — он же из Рязанской области, родом из небольшой деревни, но прошел очень длинный путь знакомства с будущим митрополитом Никодимом Ротовым и дружбы с ним и вот через Афон — к игуменству. Расскажите подробнее.

Игумен И. Иванов

— Да, мне очень приятно именно в этом году особенно вспоминать об отце Авеле, хотя мы о нем помним постоянно и рассказываем о нем как о современном нашем подвижнике — подвижнике благочестия и возродителе нашей обители. А почему в этом году — потому что в этом году как раз исполняется десятилетие со дня кончины отца Авеля. 10 лет назад почил, и 6 декабря в этом году, как и во все другие годы, мы будем отмечать день его кончины. В этот день собирается много людей, знавших его, общавшихся с ним и видевших его плоды. Думаю, что и в этом году соберутся все люди, не только знающие о его жизни, но и по его плодам. А плоды его рук, я думаю, что отчасти — вся та братия, которая собрана, хотя уже есть братья, которые пришли после него, но костяк, основу этой братии собрал именно отец Авель вокруг себя, и отец Авель — это очень замечательная личность тем, что…

А. Пичугин

— О жизни его расскажите, пожалуйста.

Игумен И. Иванов

— Да. Жизнь его сильно отличается от жизни советских людей того времени, очень многих людей. Потому что он родился в верующей семье, и он никогда не стеснялся исповедовать свою веру. Он был сам глубоко верующим человеком и верующим, можно сказать, от рождения.

А. Пичугин

— Ну, это, наверное, для 20-х годов (он родился в середине 20-х годов) — нормальная история, потому что он появился на свет в семье верующих. Тогда вообще еще верующих людей было довольно много.

Игумен И. Иванов

— Он не побоялся исповедовать свою веру.

Л. Горская Да, причем, в юности.

Игумен И. Иванов

— Даже когда он был школьником, когда другие… Когда с них срывали крестики, школьники не пытались (хотя, может быть, и переживали), но боялись или по каким-то другим причинам не надевали эти крестики снова. Отец Авель проявил исповедническую твердость в том, что не побоялся продолжать носить крестик, когда он уединялся иногда в здании, в комнате, где была котельная, и молился. Его уже тогда, в школьные годы иногда дразнили «попом»… «монахом», и его это не смущало. Более того, мы позже узнаем, что эти слова оказались пророческими.

И он со своим другом, будучи митрополитом Никодимом Ротовым (из одного села)…

А. Пичугин

— Да, вот я как раз пытаюсь спросить: они из одного села, да?

Игумен И. Иванов

— Да, из одного села — Никуличи. Они вместе ходили в одну из церквей, когда было только два действующих храма в советское время — это Борисоглебский храм и Храм в честь Иконы Божьей Матери Всех Скорбящих Радости. Именно в этот последний храм они часто ходили вдвоем. Позже, когда они повзрослели, они стали не только посещать храма, но и прислуживать в нем, помогать при богослужении.

А. Пичугин

— Они же как-то потом вместе в Ярославль попали. Собственно, их в юности совсем… Никодиму Ротову было вообще 18 лет, а отцу Авелю — 20, когда их рукоположили. Ну, в Ярославле. Они же как-то из Рязани в Ярославль попали.

Игумен И. Иванов

— Они ходили в этот храм в честь Иконы Божьей Матери Всех Скорбящих Радости. В этом храме служил епископ Димитрий Градусов. Они были его духовными чадами. И как раз благодаря личности владыки Димитрия происходило их дальнейшее становление как монахов.

А. Пичугин

— Напомню, дорогие слушатели, что это программа «Светлый вечер» на Светлом радио. Здесь у нас, в гостях, сегодня игумен Иоанно-Богословского монастыря села Пощупово отец Исаакий Иванов. Я Алексей Пичугин. Мы вернемся в эту студию буквально через минуту. Не переключайтесь.

И мы возвращаемся в студию Светлого радио, где сегодня беседуем с игуменом Иоанно-Богословского монастыря в селе Пощупово (это Рязанская область, Рязанская епархия). У нас в студии отец Исаакий Иванов, и я, прежде, чем мы продолжим вспоминать отца Авеля Македонова, одного из известнейших игуменов монастыря Иоанно-Богословского, хотел бы поделиться воспоминанием (пока еще не забыл, пока в голове свежо)… Мы с коллегами, когда ездили в Ваш монастырь две недели назад, я удивился: в одном из храмов у Вас чудесный иконостас, и не только иконостас, а еще оклады икон. То есть все внутреннее пространство оформлено… Я не знаю, очень похоже на фарфор, но это, наверное, не фарфор.

Игумен И. Иванов

— Да, действительно, в Успенском соборе, самом большом храме нашей обители, иконостас выполнен из фаянса, вида керамики.

А. Пичугин

— Все время идешь по храму и боишься что-нибудь разбить.

Игумен И. Иванов

— Ну, он довольно-таки прочный и служит нам уже много лет.

А. Пичугин

— Ну, я не в первый раз вижу такие иконостасы, но мне каждый раз страшно, что что-нибудь отлетит, упадет, и вся вот эта красота разобьется и упадет на пол.

Игумен И. Иванов

— У него стальной каркас.

А. Пичугин

— А-а! Ну, все равно… Ну, ладно… Про отца Авеля… И вот мы говорили, он же с юности попал в Ярославль, был пострижен в монахи, потом служил долгие годы где-то то ли в Рязанской епархии, то ли в Ярославской (они рядом — ну, относительно рядом).

Игумен И. Иванов

— Пострижен он был в Рязани. Но он, так же, куак и другие священнослужители, был вынужден переходить в другие места служения из-за затрудненных отношений со светскими властями. Он переехал в Ярославль, где тогда как раз и был его авва — владыка Димитрий. И он продолжил свое служение там, в Ярославской земле.

Мы знаем, что владыка Димитрий не благословил отцу Авелю духовное обучение в семинарии, академии. А его другу, будущему митрополиту Никодиму, было благословлено учиться.

А. Пичугин

— Ну почему так, интересно?

Игумен И. Иванов

— Трудно сказать, какие побуждения были у владыки Димитрия. Многие говорили о прозорливости этого архиерея, и отец Авель, в общем-то, не был архиереем и, тем не менее, был и остается почитаемым духовным человеком, старцем.

А. Пичугин

— Я так понимаю, что семинарию он все равно потом должен был закончить, нет? Он там не учился никогда?

Игумен И. Иванов

— Нет.

А. Пичугин

— Интересно. Я вот не знал про него. Мне казалось, что это такой вот обязательный штрих в биографии любого более-менее известного и такого сановитого у нас священника в советское время — это учеба в семинарии.

Игумен И. Иванов

— Семинарское обучение он не проходил, хотя читать любил и всегда читал.

А. Пичугин

— То есть он занимался самообразованием?

Игумен И. Иванов

— Самообразованием, естественно, занимался и любил духовную литературу. Его учителями были святые отцы и опытные архиереи в лице владыки Димитрия и других опытных наставников.

А. Пичугин

— В храме, где он похоронен у Вас, я видел, фотография стоит, где он в облачении, с несколькими крестами и панагией. Но он не был епископом. Я удивился — я не знал, например, что некоторые архимандриты, в частности, наместники монастырей на Афоне, носят панагии.

Игумен И. Иванов

— Да, у отца Авеля был период жизни, когда с 1970 по 1979 год он был на Афоне. И эту возможность предоставил ему его друг митрополит Никодим. Причем, прежде, чем отцу Авелю поехать на Афон, этому предшествовали долгие годы согласований этой поездки. Дело в том, что в советское время русский Свято-Пантелеймонов монастырь на Афоне постепенно опустевал. В советское время не было допуска русским монахам и вообще русским благочестивым паломникам для того, чтобы приехать и остаться там в качестве насельника монастыря. Поэтому те люди, которые уже приехали до революции, насельники, и были жителями этой обители, постепенно устаревали, и средний возраст жителей, населяющих эту обитель, уже переваливал за 70. Были уже глубокие старцы, когда отец Авель приехал туда, чтобы возрождать, обновлять монашескую жизнь. И мы знаем, что через некоторое время отец Авель был избран игуменом этой обители и управлял этой обителью несколько лет, до смерти митрополита Никодима, когда он был вынужден вернуться в Россию…

А. Пичугин

— На похороны, если я не ошибаюсь?

Игумен И. Иванов

— Да, на похороны.

А. Пичугин

— И не смог уехать обратно?

Игумен И. Иванов

— Были причины, по которым он не вернулся назад. Но он остался в Рязани духовником всей епархии. Тогдашней епархией управлял митрополит, тогда еще архиепископ Симон Новиков…

А. Пичугин

— Много лет он ею управлял, относительно недавно умер.

Игумен И. Иванов

— Да, он управлял епархией около 30 лет. И они с отцом Авелем были знакомы по Ярославской епархии. Они были, можно сказать, друзьями, и здесь они встретились в совместном служении. Позже, когда обители начали открывать храмы, передавать Русской церкви, как раз митрополит Симон и благословил отца Авеля возрождать Иоанно-Богословский монастырь из руин.

А. Пичугин

— Тут надо, наверное, еще упомянуть, если мы говорили об Афоне, что преемником отца Авеля в качестве игумена… Кстати, я упомянул слово «панагия», а как-то мне подумалось, что, может быть, не все знают — это священники носят кресты, а епископы носят панагии — это такое изображение, зачастую круглое, где…

Игумен И. Иванов

— …Божьей Матери.

А. Пичугин

— Да, Божья Матерь изображена внутри такого круглого медальона. Ну, это если таким светским языком объяснять. Зачастую так можно отличить епископа от обычного священника.

Игумен И. Иванов

— Да, и особенностью как раз игуменов Свято-Пантелеймонова монастыря было то, что они имели право носить крест и панагию, так же, как это делали епископы. Не будучи епископами, не будучи архиереями, они (игумены монастыря Святовеликомученика Пантелеймона) имели такие отличия.

А. Пичугин

— И преемником на посту игумена (должности, наверное, игумена) Свято-Пантелеймонова монастыря у отца Авеля был как раз отец Иеремия…

Игумен И. Иванов

— …недавно почивший.

А. Пичугин

— …недавно скончавшийся, да, буквально пару месяцев назад, который до конца жизни, в общем, исполнял послушание, до конца жизни служил. Я смотрел — ему уже было сильно за сто лет, но, тем не менее, он продолжал служить и исполнять свои обязанности. Это, конечно, удивительная история тоже удивительного человека.

Отец Авель вернулся, как мы уже говорили, в Рязань, и у митрополита Симона служил долгие годы в храмах, а потом — собственно, в 1989 году — ему представилась возможность возглавить этот монастырь.

Мы забыли, когда говорили об отце Авеле, упомянуть, что он был схимник, но как-то его схимническое имя впоследствии практически не фигурировало. Серафим, если не ошибаюсь, да?

Игумен И. Иванов

— Да, в схиме он был пострижен в честь преподобного Серафима Саровского.

А. Пичугин

— А почему потом это никак не повлияло? Он же болел, и его постригли в схиму.

Игумен И. Иванов

— Да, так и было. Ну, он это не афишировал и оставался для многих просто архимандрит Авель.

А. Пичугин

— А вроде бы, считается, что если человека постригли в схиму, то он уже и не должен занимать никаких должностей.

Игумен И. Иванов

— Может быть, и так. И для большинства людей — действительно так. Но для архимандрита Авеля и для того времени, когда нужно было возрождать Церковь, и в лице отца Авеля Рязанская епархия получила носителя духовных традиций Афона — опытнейшего и духовника, и человека, обладающего еще и административными способностями. Поэтому то, что владыка Симон назначил архимандрита Авеля возродителем и настоятелем этого пришедшего в упадок после советского периода монастыря, оказалось промыслительным, и мы видим плоды этого. Первая братия собиралась именно вокруг личности отца Авеля. Конечно же, Божия благодать, в первую очередь, привлекает людей в монастыри, привлекает людей к вере. Но немаловажна и сама личность игумена. И отец Авель был человеком духовно опытным и мог (и он это делал) чутко распознать состояние души и преподать правильный духовный рецепт той или иной душе.

А. Пичугин

— А много было людей поначалу — насельников монастыря? Ведь время-то — конец 80-х, когда люди в поисках каких-то духовных смыслов шли часто в монастырь, может быть, не всегда осознанно, но монастыри тогда наполнялись. И даже, может быть, как-то наполнялись быстрее, чем сейчас.

Игумен И. Иванов

— В среднем, в нашей обители со времени возрождения, с 1989 года, примерное число братии было около 25 человек — 20-25. И вот в этих пределах оно, в общем-то, и поддерживалось, и поддерживается. В первые годы прибывало людей больше, но мы знаем, что некоторые насельники по каким-то причинам были либо переведены, либо оказались возродителями других обителей. И, в общем-то, это число так или иначе поддерживается. Мы знаем, что из нашей обители были взяты игумены в качестве архиереев — в данном случае, племянник отца Авеля, ныне — митрополит Иосиф, Иваново-Вознесенскую епархию сейчас возглавляет.

А. Пичугин

— И он до этого был рязанским архиереем?

Игумен И. Иванов

— Да, он был викарным архиереем в Рязани. Это и владыка Дионисий, епископ Касимовский и Сасовский, и Уваровский епископ Игнатий. соответственно, все эти люди, которые выросли духовно в обители Иоанна Богослова…

А. Пичугин

— Приезжают?

Игумен И. Иванов

— Приезжают, конечно, и любят и обитель, и часто на память отца Авеля стараются всегда приезжать.

А. Пичугин

— А я почему-то всегда думал… Ну, я давно уже, больше 10 лет, знаю про Ваш монастырь, но никогда там не был, впервые две недели назад побывал… Но я всегда думал, что он не на границе с Московской областью в Рязани стоит, а, условно, где-то далеко, в сторону Тамбова, километров 100-200 от Рязани. Почему-то мне так казалось — не знаю, почему.

Игумен И. Иванов

— Нет, всего лишь 200 километров от Москвы.

А. Пичугин

— Да? Ближе даже. Рязань-то ближе — 170, наверное. А это еще 150. От Коломны минут 30 ехать.

А в самом монастыре, Вы говорите, 25 человек… Это постриженики, люди в постриге, или это, в том числе, послушники, трудники?

Игумен И. Иванов

— Это братия с послушниками. Но послушниками, которые уже прожили довольно-таки длительное время. Есть еще послушники, которые на испытательном сроке, так называемые «облаченные в кафтаны». Они — кандидаты…

А. Пичугин

— Объясните, пожалуйста, как объяснить — «облаченные в кафтаны»?

Игумен И. Иванов

— Есть несколько разрядов… По крайней мере, у нас два разряда послушников — есть послушники, носящие кафтаны (это укороченные подрясники), и есть послушники, которые уже включены в полноценное братство, в число братии и носящие подрясники, скуфью, пояс, четки. То есть…

А. Пичугин

— …исполняющие какое-то монашеское правило, может быть?

Игумен И. Иванов

— В правиле монашеском участвуют все — все послушники и многие трудники, которые хотят в дальнейшем войти в число братии. Напомню, что у нас трудников, то есть живущих и трудящихся на территории монастыря, около 30-35 человек, но это постоянно, это кроме вот этого числа — 25 братьев.

А. Пичугин

— Что они делают?

Игумен И. Иванов

— Эти люди — некоторые из них искренне пришли для того, чтобы со временем стать монахами. Многие из них пришли пожить год-два для того, чтобы укрепиться в вере. Это могут быть молодые люди, могут немолодые. Некоторые из них — это заблудившиеся люди, которые потеряли ориентиры в жизни, потеряли некоторые, может быть, и смыслы жизни и только в вере надеются этот смысл найти. И монастырь в данном случае выступает в роли такого центра духовной адаптации человека к существующему миру. Люди, пожив в монастыре, обретают веру, укрепляются в вере и обращаются в мир. Кто-то обзаводится семьей, кто-то продолжает просто, если даже он пожилой, трудиться в миру. Так или иначе, они пользуются из этого духовного родника.

А. Пичугин

— Я напомню, что это программа «Светлый вечер» на Светлом радио. Здесь у нас сегодня игумен Иоанно-Богословского монастыря Рязанской области в селе Пощупово отец Исаакий Иванов. Мы говорим о монастыре, о его известных насельниках.

Я удивился — только в двух монастырях России я видел такое: у Вас и еще в Старицком монастыре: костницы, куда складывают черепа почивших монахов.

Игумен И. Иванов

— Да, действительно, в нижнем храме, который находится в цокольном этаже Иоанно-Богословского собора, маленький храм в честь преподобного Серафима Саровского. У нас есть небольшой, по виду напоминающий обычный, стеллаж, на котором в несколько рядов расположены черепа и косточки людей. Дело в том, что когда первые насельники во главе с отцом Авелем пришли возрождать обитель, они увидели, помимо разоренных храмов, и вывороченные комья земли. А потом, когда производились другие работы по возрождению обители, так или иначе, вокруг и в самой обители есть места захоронений — захоронений монахов и не только монахов. И поэтому чтобы эти косточки и черепа сохранить, а, более того, для того, чтобы они послужили для памяти смертной, как говорят монахи, в афонской традиции, например, косточки монахов складывают в костницу, и отец Авель, естественно, это видел. И он, по этим причинам, создал такое же подобие костницы. Хотя имена тех монахов…

А. Пичугин

— …увы, уже никто не знает.

Игумен И. Иванов

— Мы — да, естественно, не знаем.

А. Пичугин

— Как и не знаем, когда, в какие годы они там подвизались, в этом монастыре.

Игумен И. Иванов

— И это напоминание, вид этих костей напоминает нам и не только нам, но и всем приходящим в монастырь, о том, что жизнь наша коротка и так или иначе приведет к смерти. А смерть настраивает нас на более правильную жизнь — память о смерти.

А. Пичугин

— Я не помню, у Вас написано или не написано, как в Греции на входе: «Мы были такими, как Вы, Вы будете такими, как мы».

Игумен И. Иванов

— Да-да, когда мы проводим экскурсии, мы эту надпись, которая имеется в греческих монастырях, воспроизводим.

А. Пичугин

— В Греции вообще традиция, что спустя несколько лет тело почившего монаха выкапывают. Если уже можно говорить о черепе, то тогда его складывают в костницу. Но я так понимаю, что у нас этой традиции нет в России?

Игумен И. Иванов

— Нет, нет.

А. Пичугин

— И переносить ее из Греции сюда Вы не будете, это просто кости монахов, которые здесь когда-то жили?

Игумен И. Иванов

— Да.

А. Пичугин

— И там же похоронен отец Авель — под спудом, под землей в этом храме. Обычные люди — паломники, прихожане — в этот храм не заходят?

Игумен И. Иванов

— Заходят.

А. Пичугин

— Заходят? А у них бывает такое шоковое ощущение, состояние, когда они видят такое количество человеческих костей, которые просто перед ними лежат на полке?
Игумен И. Иванов

— Вы знаете, некоторое удивление у некоторых людей бывает. Но сказать, чтобы шок, — нет, такого не было. Может быть, если бы они увидели кости в каком-то другом месте, это повергло бы их в какой-то ужас. Но сама атмосфера храма, тихое уединение, благолепие — оно создает такое ощущение, что здесь нет опасности, но напоминание о смерти — оно действительно есть.

А. Пичугин

— А Вы, когда приняли монастырь три года назад, каким его застали?

Игумен И. Иванов

— Я застал уже благоустроенный монастырь, и я лишь продолжал то дело возрождения обители, которое было начато и успешно продолжалось моими предшественниками. Поэтому сейчас обитель продолжает жить, развиваться и… Проблемы есть, конечно, как и везде, в каждом монастыре. Но, милостью Божьей, они…

А. Пичугин

— А Вы до того, как стали игуменом этого монастыря, в нем не жили?

Игумен И. Иванов

— Нет, я до этого проходил служение в Рязани. Но братию Иоанно-Богословского монастыря я знал, так как посещал неоднократно обитель, и обитель была всегда мне дорога. Когда же был назначен игумен, то, в общем-то, о горячо мною любимой обители пришлось с радостью позаботиться.

А. Пичугин

— Мне всегда было интересно: а игумен монастыря — это, в большей степени, духовная или административная должность?

Игумен И. Иванов

— В первую очередь, это духовное лицо — игумен. И он, в первую очередь, должен заботиться о духовном возрастании насельников обители. И это обязанность на всех игуменах монастыря. Другой вопрос, что, помимо этой обязанности, лежит еще и обязанность административная, которую волей-неволей также приходится нести. И из-за того, что у монастыря обширное хозяйство, которое также нуждается в поддержании, более тысячи гектаров, которое мы засеваем…

А. Пичугин

— А где эти угодья?

Игумен И. Иванов

— Эти угодья находятся в окрестностях монастыря. Раньше, в советское время эти угодья принадлежали колхозу. Теперь эти земли обрабатывает монастырь. Имеется своя техника, на которой работают окрестные жители в качестве трактористов, комбайнеров…

А. Пичугин

— А монахи работают?

Игумен И. Иванов

— У монахов хватает забот внутри монастыря.

А. Пичугин

— А я знаю монастырь, где монахи на тракторе ездят, сами обрабатывают землю.

Игумен И. Иванов

— Ну, может быть, действительно, есть. Действительно, есть такие монастыри, но у нас при количестве насельников около 25 человек две литургии ежедневно служатся…

А. Пичугин

— А трактористов нету.

Игумен И. Иванов

— Нужны певчие, нужны пономари. Мы проводим регулярные экскурсии, особенно летом. Практически все послушники у нас задействованы для того, чтобы встречать паломников, которые приезжают из Москвы и других городов, посетить нашу обитель, искупаться в святом источнике и, конечно, побыть на монастырской службе.

А. Пичугин

— А продукцию, которую Вы выращиваете, Вы потом продаете? Или она вся идет на нужды монастыря?

Игумен И. Иванов

— Изначально хозяйство было задумано много лет назад только для нужд монастыря. Но позже продукции стало больше, и всегда можно приобрести нашу продукцию — хлеб, молоко, творог, сметану, мед — в монастырских лавках…

А. Пичугин

— Не только в монастыре, а и?..

Игумен И. Иванов

— И в Рязани.

А. Пичугин

— …в Рязани. В Москву не возите?

Игумен И. Иванов

— Нет. В Рязани — все.

А. Пичугин

— А православные ярмарки, которые в Москве проходят во множестве, — Вы участвуете в них?

Игумен И. Иванов

— Нет, нет, не участвуем. Достаточно… Мы не такой большой сельхозпроизводитель, чтобы в Москву…

А. Пичугин

— Вот у кого ни спросишь — приходят к нам люди из разных монастырей, которые занимаются обширным сельским хозяйством, спрашиваешь: «Участвуете в выставках?», все говорят: «Не, не участвуем». Приходишь на выставку — а там огромное количество монастырских подворий, хозяйств, и непонятно, откуда они все и где, если вот, у кого ни спросишь, никто не участвуешь.

Игумен И. Иванов

— У нас и других не берут. И мы не участвуем.

А. Пичугин

— Ну, да, я понимаю.

Ну, напомним в конце программы, что послезавтра, в день памяти Иоанна Богослова — евангелиста, апостола — в монастыре будут торжества какие-то, правильно?

Игумен И. Иванов

— Да, конечно, ежегодно торжества, посвященные памяти апостола Иоанна Богослова, у нас сопровождаются стечением множества молящихся, богомольцев. И, пользуясь случаем, я приглашаю всех желающих, паломников посетить в день престольного праздника нашу обитель. А также всех тех, кто знает отца Авеля, архимандрита, в день 10-летия его кончины — 6 декабря — приглашаю всех на день его памяти, также посетить нашу обитель, помолиться об упокоении его души и поучаствовать в памятных торжественных богослужениях.

А. Пичугин

— Ну что ж, спасибо большое! Я напомню, что у нас в гостях был игумен Иоанно-Богословского мужского монастыря в селе Пощупово Рязанской области отец Исаакий Иванов. Спасибо, что пришли, рассказали. Я Алексей Пичугин. Мы с Вами прощаемся. До встречи, всего хорошего!

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (6 оценок, в среднем: 5,00 из 5)
Загрузка...