Москва - 100,9 FM

«Гимназия во имя свт. Филарета Московского». Светлый вечер с прот. Дмитрием Григорьянцом

* Поделиться

протоиерей Димитрий Григорьянц
Фото: http://www.mepar.ru/

У нас в гостях был духовник и директор Павославной гимназии во имя свт. Филарета Московского, настоятель храма свт. Филарета в Лобне протоиерей Димитрий Григорьянц.

Мы говорили об особенностях обучения в православных школах, как сохранять контакт с детьми в семье, а также о том, как объединение людей вокруг храма помогает создавать большие интересные проекты, такие как гимназия.

Ведущая: Лиза Горская.


Л. Горская

— В эфире радио «Вера», программа «Светлый вечер». Здесь в студии Лиза Горская. Сегодня у нас в гостях протоиерей Дмитрий Григорьянц, духовник и директор Православной гимназии во имя святителя Филарета Московского и настоятель храма святителя Филарета Московского в Лобне, это Московская область. Здравствуйте, отец Дмитрий.

Протоиерей Дмитрий

— Добрый вечер.

Л. Горская

— Мы с вами говорили уже о вашей гимназии замечательной, которая возникла, как мне показалось, каким-то чудом что ли, 25 лет тому назад, встречались с учителями, с завучем. Но вот 25 лет прошло, а гимназий таких при храмах не то чтобы прямо очень много, они не чтобы как грибы растут, все-таки сложное это дело. И я бы хотела попросить вас рассказать ну о том, с какими сложностями, во-первых, вам приходится сталкиваться до сих пор, а главное, все-таки о том, какие преимущества вы и ваши дети, дети ваших прихожан и, может быть, дети Лобни просто, не только прихожан, получили.

Протоиерей Дмитрий

— Даже больше 25 лет — 92-й год.

Л. Горская

— 92-й.

Протоиерей Дмитрий

— Время так летит, что, кажется, совсем рядом, а оказывается, уже очень давно. Вообще удивительное дело, как возникла гимназия. Потому что возникла она стараниями просто даже не священства, просто люди объединились вместе и решили, то что они хотят своих детей учить чуть-чуть по-другому, не так, как учит общеобразовательная школа. И открылась, тогда это была школа «Лучица», при ней потом, при этой школе потом открыли храм, а уже при храме открыли гимназию святителя Филарета Московского. Сложная такая история.

Л. Горская

— В виде гимназии сколько уже существует?

Протоиерей Дмитрий

— С 2000 года мы носим название Православная гимназия святителя Филарета Московского.

Л. Горская

— Это полный комплекс образования, включая старшие классы тоже, да, насколько я понимаю?

Протоиерей Дмитрий

— Ну пока у нас там проблема с лицензированием идет на 10-11 классы, и мы их с Божией помощью все решаем. Ну у нас полностью с 1-го по 9 класс и плюс еще детский сад, как младшее дошкольное звено, подготовишки, которые активно участвуют и в жизни прихода, и в жизни школы. Совсем недавно праздновали Рождество, и был такой Рождественский утренник, где там часть из детского сада были, часть школьников. Преимущество детей — есть возможность находится в среде единомышленников, это, наверное, самое важное преимущество детей, которое дает православная школа.

Л. Горская

— Ну эта среда подразумевает ровесников или более широкий социальный срез?

Протоиерей Дмитрий

— Это более широкий социальный срез. Нужно сказать, то что, конечно, поскольку у нас детей не так много, порядка ста человек детей, то все друг с другом общаются. Я вот помню, когда сам учился в школе, мы общались, наверное, на уровне одного года, то есть одного класса, мы не лазили в жизнь старших или младших классов, это было нам неинтересно. Здесь дети общаются, ну вот идет некая такая связь поколений, можно сказать. И младшие классы все знают всех, и старшие классы знают всех, и так вот ну довольно-таки живое общение и вместе играют, как-то вместе живут.

Л. Горская

— Помогают, может быть, старшие младшим.

Протоиерей Дмитрий

— Ну помогают — это у нас редко, это скорее в семье дети старшие помогают младшим, замещая некоторым образом родителей, а так вместе просто играют.

Л. Горская

— Ну а почему не помогают? Не учат в школе, не просят или просто дети сейчас такие? «Дети сейчас такие...» — заговорила: «Эх, молодежь...»

Протоиерей Дмитрий

— Наверное, не просят. Потому что как-то в голову не приходило, то что можно помочь с уроками или еще с чем-то. А потом программа довольно-таки ну не требует таких каких-то, особой помощи. Хотя, конечно, был у нас День самоуправления, когда сами школьники все проводили, ну тогда и помогали друг другу.

Л. Горская

— А досуг тоже они вместе проводят? Что-то вы организуете?

Протоиерей Дмитрий

— Вообще их очень сложно выгнать с территории...

Л. Горская

— С территории школы?

Протоиерей Дмитрий

— С территории школы, с территории храма. Потому что ну нужно идти домой, а они все хотят остаться там подольше, поиграть, побегать как-то. Да, досуг — много чего организовывается, много чего делается. Какие-то вместе и поездки происходят, и паломнические поездки происходят...

Л. Горская

— Ну вот положа руку на сердце, если бы вот вам сейчас сказали, что есть возможность вообще не связываться с этой гимназией, и чтобы ее не было, вот сейчас уже, зная, сколько трудностей, сколько проблем. Потому что я вот помню, вы у нас уже были — то учителей надо найти, то средства надо найти, то автобус для школьников, плюс еще храм строится и так далее и тому подобное. И получается, что ни вы, ни активная часть прихожан, по сути, себе не принадлежите. Вот вы бы взялись еще раз за эту историю?

Протоиерей Дмитрий

— Слава Богу, Господь нас не спрашивает, взялся бы ты или нет. Вот в этом во всем некая милость Божия. У меня так сложились, то что рукоположили меня на Кирилла и Мефодия, я до сих пор помню, это вот врезается в память, как ко мне подходит после хиротонии журналист и спрашивает: а как вы думаете, что-то значит, то что вы рукоположены на память святителей Кирилла и Мефодия, просветителей Земли Русской? Я тогда так чешу затылок и думаю: ну наверное, что-то значит. Знал бы я тогда, что это значит... Слава Богу, нас Господь не спрашивает. Я точно вижу, то что это дело благодатное, и вижу то, что вот Господь сюда привел на некое служение, и в этом есть некая необходимость. И вижу, это очень тяжело, конечно, в православной гимназии. Потому что легко делать, когда ты вот сделал что-то — и ты сразу же видишь результат. В православной гимназии ты, конечно, результат сразу не видишь. Результат — я даже не знаю, сумею ли я увидеть, надеюсь, то что сумею. Потому что это ну это должно выйти поколение школьников, они должны вырасти, они должны как-то в этом мире устроиться, и тогда можно увидеть результат. Пока там вот именно мои выпускники, ну им там лет под 20 еще пока. Конечно, радостно, то что у тебя в храме молодежь находится, но хотелось бы увидеть и результат, потому что результат в православной школе — это вот должны быть люди, на которых равняются, на мой взгляд, на которых смотрят и говорят, что мы хотим быть такими же, как они. Вообще православные люди, по-моему, в житии мученицы Анастасии есть такой пример, там ее папа пытался все время ограждать от влияния верующих людей и закрыл ее в такой золотой темнице, где были служанки, еще что-то. А она увидела, как живут соседи, сказала, говорит: посмотрите, как они живут. Я хочу, чтобы мы жили так же, как они, что такое у них есть, что такое удивительное у них есть? Ну выяснилось то, что соседи являются христианами, и таким вот образом она познакомилась с христианством, хотя вот так ее ограждали.

Л. Горская

— Пытались отделить.

Протоиерей Дмитрий

— А в современном мире это же тоже происходит. Примерно вот таким вот образом люди становится христианами через то, что ты видишь другой некий пример. У меня есть замечательнейший просто пример. Пришли люди креститься, говорят: мы хотим стать православными. На вопрос, почему, — они сказали: знаете, у нас, мы живем в хрущевке, у нас обычные тонкие стены, мы очень хорошо слышим наших соседей. Вот у нас за стеной живут православные. И они, ну понятное дело, в современном мире практически не найдешь семьи, которая не ссорится. А вот они ссорятся, мы их очень хорошо слышим, но, знаете, они там ссорятся уже лет десять, и мы это все время слышим, они все время мирятся. Вот что-то, говорит, такое в них есть, что они все время мирятся. Были бы другие люди, были бы не православные, уже давным-давно бы разошлись бы. Поэтому мы, говорят, хотим точно так же, чтобы как их вот что-то объединяло, чтобы и нас точно так же объединяло, нашу семью, и поэтому пришли креститься. Так вот это же замечательнейший пример для современного мира. Вот я хочу точно так же, чтобы наши выпускники православной гимназии, чтобы глядя на них, люди захотели прийти в храм, потом покреститься. Сказали бы, что я хочу быть православным, чтобы точно так же, как Господь помогал им, чтобы Господь помогал и мне.

Л. Горская

— Я думаю, что вы сейчас многих ссорящихся, но мирящихся супругов воодушевили. А все-таки, отойдя от темы, скажите, может быть лучше совсем не ссориться?

Протоиерей Дмитрий

— Ну конечно, лучше вообще не сориться.

Л. Горская

— Но это невозможно, да, судя по всему.

Протоиерей Дмитрий

— Но мы же живем в мире, который ну далеко не идеален, и в этом мире находится, он действует, живет после порчи грехом, вот так вот если сказать, и грех действует в каждом человеке. Понятно дело, то что в семейной жизни хорошо было бы помнить, то что вы вместе против проблемы. Но чаще всего ты помнишь не то, что вы вместе против проблемы, а о том, что вы друг против друга, чаще всего вспоминается как-то, к сожалению.

Л. Горская

— Ну да, или кто-то другой виноват в проблеме.

Протоиерей Дмитрий

— Ну это вообще любимая черта в семейной жизни: посчитаться, кто что делает, кто виноват, кто не виноват, еще что-то, — это же неправильно.

Л. Горская

— А возвращаясь к гимназии, чем она глобально и в деталях отличается от обычной школы?

Протоиерей Дмитрий

— Глобально она отличается тем, что детей меньше. Отличается тем, что все-таки мы пытаемся общеобразовательную программу в рамках ФГОСа — федерального образовательного стандарта — дать более удобоваримо, скажем так. Потому что конечно иной раз, когда люди просто относятся к букве закона слишком серьезно, невозможно, и ее невозможно понять, всю эту программу. Дети, вот наверное хороший пример, все равно есть некая текучка в школе, кто-то приходит, кто-то уходит. Вот дети, которые уходят вот нас в другие школы, они в этих других школах все равно заметны: на них нет жалоб. Все время говорят: тихие, спокойные, нормальные дети, с которыми всегда можно договориться, с которыми можно найти общий язык, которые учатся, в общем-то, неплохо. И некоторым образом я тоже чувствую эту таким вот образом отдачу, что мы не просто так с этим ребенком занимались. Опять же таки дети, которых ты принимаешь, я уже смотрю, ну вот в среднее звено, после 5 класса, я уже ну не так легко принимаю детей, потому что младшее звено — в них уже много что вложено, в них есть некое понимание сформированное. И поэтому те дети которые приходят там в 5-й, в 6 класс, их довольно-таки сложно в эту систему ценностей встроить.

Л. Горская

— Я напоминаю, что в эфире радио «Вера», программа «Светлый вечер». Здесь в студии Лиза Горская и протоиерей Дмитрий Григорьянц, духовник и директор Православной гимназии во имя святителя Филарета Московского и настоятель храма святителя Филарета в Лобне. Отец Дмитрий, ну как вообще дела с вашей стройкой? Вот у вас там большой строящийся каменный храм постепенно растет, последние несколько лет мы наблюдаем. Виден край строительному процессу?

Протоиерей Дмитрий

— Это некая такая мечта. У меня все-таки мечта, чтобы храм святителя Филарета, сейчас который есть, чтобы это был храм отдельно для школы. Чтобы утром мы, когда приходим в школу, у нас там сейчас мы перенесли вход, как раз вход через храм, дети приходят, в храме молятся, утреннее правило читают и дальше спокойно расходятся на молитву. А поскольку в городе у нас единственный храм, где ежедневная служба, то сейчас у нас пока и молятся дети, и служба идет, и все, в общем-то, так довольно-таки тесно и сложно. Поэтому действительно задумывалась строительство большого храма на 600 человек по проектной мощности, но реально это где-то там ну под тысячу человек он должен вмещать этот храм будет. Но все совершенно не так легко, как рассчитывалось. Начали довольно-таки быстро, бодро, потом в какой-то момент — ну я считаю, что здесь некоторым образом и я виноват. Как я только решил, то что уже вроде все договорились, все сделали — и жертвователи есть, и благотворители и все, — как только я выдохнул...

Л. Горская

— Расслабился немножко.

Протоиерей Дмитрий

— Расслабился, да, себе приписал строительство храма, сразу же все остановилось, притормозилось. И ну в этом я вижу, Господь как-то ко мне милостив, чтобы я не превозносился, наверное, относится. А все притормозилось, и конечно, по чуть-чуть мы сейчас строимся. В этом году вылили пол, на службе у нас было наконец-то уже, на чем стоять. Но пока строительство еще много и долго, пока еще крышу не доделали.

Л. Горская

— Крыши нет.

Протоиерей Дмитрий

— Ну очень хочется все это закрыть сводами, свод, вернее, есть, свод закрыть крышей, чтобы снег там не собирался. И, в общем-то, входить туда в храм, хоть пускай даже каменные стены будут, но хотя бы там служить потихонечку, намаливать место.

Л. Горская

— А какой он по проекту, я его видела просто через забор, видела, что он большой. Сколько там приделов?

Протоиерей Дмитрий

— Пока там два придела, надеюсь, что мы все-таки решим проблему с землей, рядом которая находится, и будет там три придела. Центральный придел в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радосте». Там удивительная история. У одной женщины большое несчастье в семье произошло, у них умер ребенок, и они построили часовню на этом месте. Потом как-то часовня разрослась до большого-большого храма. И один придел будет Александра Невского, он сейчас, в общем-то, уже практически готов, ну и надеемся, то что еще даст Бог построить придел Кирилла и Мефодия, потому что они все-таки просветители, покровители духовных заведений. У нас в России, да, первое духовное заведение было имени Кирилла и Мефодия — Греко-славяно-латинская академия. И ну вот это то, что мы надеемся. За проект взят, такой у нас был Константин Тон — известный архитектор, он строил, проектировал храм Христа Спасителя. И по его проекту, у него была такая папка «Сто образцовых проектов», вот один из проектов мы взяли, чуть-чуть, конечно, подредактировали, подходя под наши условия, и вот на них, исходя из этого, строим храм. Такой будет большой однокупольный храм, центральный большой, ну вообще куполов будет побольше...

Л. Горская

— Но пока только стены.

Протоиерей Дмитрий

— Пока только стены. Нет, уже часть свода есть, но вот еще много, барабан нужно под купол ставить.

Л. Горская

— А с землей что, там же особо нет ничего вокруг храма?

Протоиерей Дмитрий

— Там у нас с нами соседствует Роспотребнадзор, и на земле стоит большой-большой гараж, который, мы надеемся, что все-таки там как-то решится. Потому что он им не так сильно нужен, и они даже готовы были отдать, но сейчас там идут переговоры по этому поводу.

Л. Горская

— Передумали.

Протоиерей Дмитрий

— Ну это большая организация, у которой есть начальство, далеко даже не в Московской области, а федерального значения. И поэтому бумаги пока туда-сюда ходят, пока это все бюрократия пройдет, и не поймешь, куда дальше двигаться, когда тебе говорят, то что на местном уровне была договоренность, а дальше очень все сложно довольно-таки.

Л. Горская

— А если Бог даст, и урегулируется этот вопрос с землей, получается, потом будете еще один придел достраивать к существующему храму?

Протоиерей Дмитрий

— Ну там по проекту это возможно было сделать, мы как бы изначально думали, то что можно сделать, и поэтому, да, рассчитывалось.

Л. Горская

— И в идеале это будет храм основной, а тот небольшой, он будет для гимназии.

Протоиерей Дмитрий

— Да, там будут только школьники, я надеюсь, только гимназисты. Как бы служить там будем, только когда гимназическая служба, и детям будет понятнее, потому что это только их храм, потому что им приятно — все-таки дети, начиная с детского возраста, они все-таки такие собственники, когда свое, это они больше любят.

Л. Горская

— Это да. А сейчас как устроена жизнь гимназии? Вот, например, там первоклашка, второклашка, как проходит его неделя?

Протоиерей Дмитрий

— Ну в 8.20 у нас начало занятий. Начинается с того, что мы идем все вместе на кратенькую общую молитву, утреннее правило. У нас там оно специально сокращено: читаем Трисвятое по Отче наш, читаем утреннюю молитву «От сна восстав...» и поем три тропаря. После этого, там где-то минут пять на все про все уходит, после этого, если есть какие-то общешкольные объявления, делаем, и дальше дети расходятся по классам. Каждые там, первоклассники в свой класс идут, соответственно ну начальная школа по своим классам, а среднее звено ходит между классов к учителям-предметникам. А уроки по 45 минут, десятиминутные перемены в основном. Есть обед, вот в 12 часов, ну на две части разделены: для младшей школы и для старшего звена — потому что не хватает размера ну вот трапезной. После обеда еще обычно есть один или два урока. И после этого они, либо кто-то остается на дополнительные занятия какие-то, потому что у нас при гимназии и музыкальная школа, и всякие художественные кружки, и танцы организованы. Кто-то уйдет домой, кто-то едет по каким-то дополнительным занятиям. Часть остается на группу продленного дня.

Л. Горская

— Продленка тоже есть.

Протоиерей Дмитрий

— Продленка тоже есть, да, до пяти часов у нас все, ну многие остаются в продленке, не хотят — в том-то и проблема, — не хотят идти домой после продленки. Настолько заигрываются, что даже у моих собственных детей проблема, так, в общем, привыкли, что на продленке нужно же все сделать, и дома есть свободное время. А они на продленке переиграют друг с другом, еще что-то, приходят домой с невыученными уроками, еще приходится дома сидеть, доделывать чего-то часто.

Л. Горская

— А сколько человек, сколько детишек в первом классе, и кого вы берете? Вы же не всех, наверное, выбираете?

Протоиерей Дмитрий

— У нас порядке 14 человек сейчас, может быть, 15. По-моему, 14. Берем не всех. Смотрим на детей, в общем-то, берем после собеседования. Основной критерий это собеседование со мной. Ну и еще у нас есть некое тестирование, все-таки подготовка к школе детей, смотрим, на предмет их, ну с психологом общаются тоже, и дальше смотрим, принимаем детей.

Л. Горская

— А с психологом на предмет...

Протоиерей Дмитрий

— Готов — не готов ребенок к школе, готов — не готов слышать. Потому что многие дети сейчас из-за гиперактивности не готовы слышать вообще.

Л. Горская

— Но это же вряд ли изменится. Что же теперь, не учиться человеку?

Протоиерей Дмитрий

— Ну хотя бы знать, с чем мы будем иметь дело, представлять детей самих.

Л. Горская

— А, я поняла, что гиперактивность это не является препятствием к тому, чтобы...

Протоиерей Дмитрий

— Гиперактивность не является препятствием к православной школе. Вот вообще во многом православная школа это некий такой миссионерский центр, где людей приводят к Богу. У меня была одна семья, которая, совершенно светские пришли. У нас хороший, сильный учитель, они к этому учителю пришли, отдали свою дочку. И для меня был удивлением, когда я их стал видеть все чаще и чаще в храме. В конце концов закончилось, то что они стали у нас такими хорошими прихожанами. Ну вот это вот некий уже результат православной школы.

Л. Горская

— А соответственно где-то 14 человек в 1 классе, всего сто, и получается, что после 9 класса ребята вынуждены идти...

Протоиерей Дмитрий

— Ну в этом году у нас последний 9 класс, который мы выпускаем в большое плавание. Ну я надеюсь, что со следующего года там уже хорошие классы такие, дружные, мы их все давно знаем, вот со следующего года уже будет 10-й и 11 классы, и мы уже будем выпускать в большую жизнь, в институт.

Л. Горская

— А, то есть сразу в институт. А я знаю, что у вас сейчас штат учителей укомплектован, можно так сказать.

Протоиерей Дмитрий

— Да.

Л. Горская

— А если будут еще 10-11 классы, наверное, там снова придется добирать учителей. Или теми же силами? Просто мы несколько раз же были у вас, и конечно, удивительная семейная атмосфера, уютная, прекрасная в гимназии. И видно, что люди прямо вот, ну и учителя в том числе, они ну как-то, это не только дежурное там, да, профессиональное отношение, хотя профессиональное тоже, они у вас профессионалы все, но и прямо вот душу люди вкладывают. Ну со стороны, да, вот у нас такое впечатление. Наверное, непросто в такой коллектив найти там человека, найти учителя?

Протоиерей Дмитрий

— Ну во-первых, в такой коллектив хорошо было бы побольше мужчин. Мне, правда, из соседних школ мне многие завидуют и говорят: как вы здесь сюда привлекаете много мужчин? У нас порядка, наверное, десяти педагогов мужчины из ну там весь педагогический состав у нас порядка 50 человек, ну где-то одна пятая это точно мужчины. У нас два математика, пришел к нам молодой историк, просто весь светится, из Свято-Тихоновского института, трудовик, физрук. Ну довольно таки много учителей-мужчин. Это хорошо.

Л. Горская

— Но все равно мало.

Протоиерей Дмитрий

— Все равно мало, да, мужского воспитания в принципе в последнее время не хватает даже в семье. У нас в основном воспитывают мамы, особенно когда семья неполная. А не только мальчикам, но и девочкам необходимо видеть мужское воспитание.

Л. Горская

— А почему такая ситуация? Я просто над этим никогда не задумывалась, правда ли это так, почему так?

Протоиерей Дмитрий

— Ну эта ситуация, потому что люди как-то меньше друг друга любят, наверное, меньше готовы друг ради друга страдать что ли. Ну почему семьи разваливаются, почему расходятся люди? Это же...

Л. Горская

— Ну потому что сейчас не так крепка установка на то, что брак нужно сохранять, что брак это ну...

Протоиерей Дмитрий

— Ну вообще такой установки, можно говорить, что нету.

Л. Горская

— Ну я так осторожно сказала.

Протоиерей Дмитрий

— Люди как-то думают, то что, как часто приходится слышать, то что венчаться пока еще рано. Вот венчаться потом будем. Будем, наверное, только в загсе расписываться. И должен сказать, то что это очень хорошо, если люди готовы в загсе расписаться. Вот там статистику я вот смотрел: наши храмы, у нас Химкинское благочиние — ну за год в Лобне и в Химках и ста венчаний, наверное, нет на все храмы, да, там 15–16 храмов.

Л. Горская

— И в Лобне и в Химках?

Протоиерей Дмитрий

— И в Лобне и Химках.

Л. Горская

— Химки же гигантский город, Лобня тоже не маленький.

Протоиерей Дмитрий

— Химки — второй город по Московской области по населению, да, и Лобня. Там Химки 240 что ли тысяч и Лобня там около ста тысяч. То есть вот на 300–350 тысяч человек где-то в год около ста венчаний.

Л. Горская

— А остальные что?

Протоиерей Дмитрий

— Остальные как-то не видят в этом, наверное, смысла. Я даже не знаю, что происходит такое. Для меня лично разница, ну большой нету, загс — это как отдать кесарю кесарево, а венчание — Богу Божие. Поэтому если вступаешь в брак, то нужно и то и то.

Л. Горская

— А вот в Польше, если ты венчаешься в храме, у тебя государство автоматически регистрирует брак. Потому что, насколько мне известно, у католиков конкордат, это у католиков, а по закону у них религиозным меньшинствам нужно предоставлять то же, что и большинству. И поэтому православные если венчаются, у них брак автоматически в загсе польском, не знаю, как он называется, тоже регистрируется. А у нас такого, наверное, не будет никогда.

Протоиерей Дмитрий

— Ну неизвестно, что у нас будет и как.

Л. Горская

— Зато у нас два праздника можно себе устроить. Две свадьбы.

Протоиерей Дмитрий

— Можно. Сложно говорить, что у нас будет, что не будет. У меня один священник тоже старенький, он говорил то, что мы, говорит, жили в советское время, мы даже себе представить не могли, что столько храмов откроется. У нас, говорит, было на всю Московскую область порядка сорока храмов, семь благочиний было и сорок храмов. Это было там в 80-е, в конце 80-х годов, мы себе даже представить не можем, что будет полторы тысячи храмов, там больше пятидесяти благочиний. И это было такое изменение, которое никто не ожидал. Поэтому как у нас будет, мы тоже сказать не можем. Мы надеемся, что все-таки наша страна вернется к своим историческим основам, но до конца сказать невозможно. А вот у нас в Израиле тоже, у них вообще как такового загса нету, у них если страна религиозная официально, религиозная. Поэтому если ты хочешь вступить брак, то либо в синагогу иди, либо ну в твоей религии, к которой ты относишься. Многие вынуждены ездить из Израиля, ну я знаю точно, ездят в какие-то соседние государства, чтобы заключить брак, потом вернуться обратно.

Л. Горская

— Я напоминаю нашим радиослушателям, что в эфире радио «Вера» программа «Светлый вечер». Здесь, в студии Лиза Горская и протоиерей Дмитрий Григорьянц, духовник и директор Православной гимназии во имя святителя Филарета Московского и настоятель храма святителя Филарета в городе Лобне, Московской области. Оставайтесь с нами, вернемся через минуту.

Л. Горская

— В эфире радио «Вера», программа «Светлый вечер». И у нас в гостях протоиерей Дмитрий Григорьянц, духовник и директор Православной гимназии во имя святителя Филарета Московского и настоятель храма святителя Филарета в Лобне, в Московской области. Мы вот говорили о гимназии, потом как-то плавно перешли на взрослых, на родителей почему-то. И я действительно в шоке была от цифры: сто венчаний год и в Лобне и в Химках, — ну как-то это на полмиллиона почти людей, если так округлять, жителей.

Протоиерей Дмитрий

— Сам был в шоке. Поэтому и привел ее, потому что запомнилась.

Л. Горская

— А у детей какие проблемы? И так вот, чтобы не скатываться на «ох, молодежь... вот сейчас дети...» Сейчас молодежь хорошая, кстати, очень мне нравится — и 12-ти и 14-летние ребята, они такие сознательные, они часто аналитическим складом ума обладают, и так вообще анализируют и думают самостоятельно, что сам себя инфантильным зачастую чувствуешь, глядя на них. А что для них сейчас актуально? Вы же общаетесь, у вас действительно такие семьи...

Протоиерей Дмитрий

— Ну во-первых, конечно, я совершенно не сторонник говорить то, что молодежь у нас сейчас плохая, страшная, ужасная. Кто-то мне приводил несколько цитат, которые в разные времена были сказаны, и такое ощущение, что какое время ни возьмешь, все говорят то, что молодежь у нас плохая.

Л. Горская

— А еще она зачастую олицетворение всего зла современности. «Вот вы...» — говорят старшие младшим...

Протоиерей Дмитрий

— «А мы-то в вашем возрасте, такими не были...» Дело в том, что сейчас другое совершенно другое время, совершенно другие интересы у детей, которые растут. Но вот проблемы, детские проблемы — точно совершенно — это проблемы семейные, все равно никуда не денешься. Все сложные дети в большинстве своем, вот эта проблема, то что он сложный — это идет из семьи. Либо какая-то проблема с родителями, либо какая-то проблема, ну вообще проблема либо с папой, либо с родителями, либо там родители как-то ссорятся — это все время выражается в ребенке. Интересы у их такие же как у нас, все они, все им интересно вот, но больше всего, наверное, их интересует это телефоны, компьютеры, компьютерные игры, телефонные игры. Поэтому приходится, по возможности, их ограничивать. У нас в гимназию приходя, они знают, то что телефоны у нас в гимназии запрещены. Им приходится, к сожалению — к их сожалению, — активно общаться, глядя друг другу в глаза.

Л. Горская

— Запрещены — прямо в шкафчик, да, убираете?

Протоиерей Дмитрий

— Ну в общем, да, убираем в шкафчик. Как бы что такое может произойти в гимназии, что им прямо так сильно необходим телефон? У нас есть гимназические телефоны, всегда можно позвонить родителям. Никто не говорит то что, просто во время перемены очень сильно не нравится, когда дети все тихо сидят в уголке и, уткнувшись — это же в один телефон, если вдруг будет с этим экраном, уткнется человек десять запросто. А это уж лучше пускай бегают, дальше приходится друг с другом общаться, о чем-то разговаривать.

Л. Горская

— Развиваться.

Протоиерей Дмитрий

— И развиваться, да, и узнавать у старших и у младших что-то, что происходит.

Л. Горская

— Это так здорово. В Польше, которую я только что вспоминала, сейчас ее снова вспомнила, мы недавно сравнительно там были, и к нам подошли дети наших друзей польских и говорят: «О, у вас умные часы? Нам тоже такие нужны. — Вам зачем? — У нас в школе телефоны забирают». И мы прямо... Ну казалось бы, продвинутое «демократическое» в кавычках общество. Нет, забирают на входе телефоны, все убраны в шкафчики, никаких телефонов — общаться, учиться, — пожалуйста, все что хотите дома. Протестуют, ищут выходы.

Протоиерей Дмитрий

— У нас тоже протестуют, тоже не согласны. И зачастую даже родители как-то переживают. Ну приходится, есть вот такое правило: в школе — нет.

Л. Горская

— А родители что переживают?

Протоиерей Дмитрий

— Родители переживают, ну вдруг что-то с моим ребенком произойдет. С родителями приходится говорить, то что вы же доверяете школе, доверяете нам, мы несем ответственность. Ну действительно мы несем ответственность, если вдруг в школе что-то произойдет, кто будет отвечать — школа будет отвечать, если что-то происходит. Мы также стараемся и телефоны там в поездках не брать — на какие-то экскурсии, паломничества. Ну не то что не брать, во всяком случае, вот если мы едем куда-то, а пока едем в автобусе, да, пытаемся какие-то игры вспоминать. Множество всяких разных игр, оказывается, есть, в которые мы играем. У нас еще такая есть традиция — соревнования по крестикам-ноликам проводим.

Л. Горская

— Чемпионат?

Протоиерей Дмитрий

— Чемпионат школы, да, по крестикам-ноликам.

Л. Горская

— Это увлекательная игра вообще-то.

Протоиерей Дмитрий

— Ну если не ограничиваться пространством три на три, а есть крестики-нолики на неограниченном пространстве — то да, приходится думать, и они с удовольствием в это во все играют.

Л. Горская

— Удивило меня очень беспокойство родителей. Потому что, в принципе, а сами-то как учились? Вообще никаких мобильных не было. К тому же сейчас что самое главное: местонахождение ребенка. Ну кстати, надень на него браслет с GPS-трекером, это хорошая вещь. Нет, не хорошая?

Протоиерей Дмитрий

— Как собачка.

Л. Горская

— Ну почему как собачка. Сейчас же все-таки, ну мало ли что, ну не дай Бог. Ребенок же не только в школе находится, он идет из школы домой, из дома в школу.

Протоиерей Дмитрий

— Ну выходя из школы, он все-таки берет телефон обратно, это, во-первых. Во-вторых все-таки... Мало ли что — ну вообще время такое сложное, страшно на улицу выходить, у нас здесь стреляют — такого же нету, у нас сейчас там не лихие 90-е опять же таки.

Л. Горская

— Ну всякое бывает.

Протоиерей Дмитрий

— Всякое бывает, да, на Бога надейся, а сам не плошай, — хорошая поговорка. Но еще же нужно доверять своему собственному ребенку. Вот здесь вопрос, наверное, то что родители забывают доверять своим детям и поэтому хотят их полностью, все проконтролировать. И поэтому не сильно нравится, когда телефоны у них отсутствуют.

Л. Горская

— А что такое доверие ребенку? Как отец шестерых детей.

Протоиерей Дмитрий

— Ой, ну к примеру, не лазить в телефоны, не смотреть детские СМС-переписки или переписки ВКонтакте, которые они активно ведут.

Л. Горская

— А как же сила родительской перлюстрации? Нет, нельзя, недопустимо? А мало ли что, дурная компания.

Протоиерей Дмитрий

— Да, может быть все, что угодно. Но ты от этой дурной компании все равно не спасешь, ты можешь этим своим делом только испортить себе собственные отношения со своим ребенком.

Л. Горская

— Вы меня сейчас извините, я перебью, у меня вот был случай несколько лет назад. У меня подружка случайно, нельзя сказать, что она прямо копалась случайно наткнулась на у сына взрослого, 14-летнего, ВКонтаке на переписку, из которой пришла к выводу, что там его друзья школьные склоняют к очень нехорошему, какой-то уже криминальной истории, связанной там со всякими веществами там и так далее. И она смогла, наоборот, из этой истории как-то выйти с достоинством, укрепив доверие. То есть она как-то не призналась, правда, что она читала эту почту, она стала сближаться с сыном, больше внимания уделять общению, контакту, доверию. Сделала так, что он сам в итоге вышел на разговор, она его из этой компании извлекла. Но вот если бы она на это не наткнулась, она, может быть, и не поняла, что у нее с ребенком потерян контакт, и он куда-то там уруливает, в какие-то степи совсем нехорошие.

Протоиерей Дмитрий

— Вот поэтому хотелось бы сказать, то что основное — это нужно не терять контакт с ребенком все-таки.

Л. Горская

— Ну да.

Протоиерей Дмитрий

— Если бы его не было потеряно, все было бы хорошо. Но это несколько таких вещей есть, мне знакомая рассказала, то что у нее есть в семье такая вещь, как день с папой. Один день в неделю папа берет — у них там трое детей, — одного ребенка полностью с собой. У него обычно в субботу, ну всю субботу проводит ровно с одним ребенком. То есть в каждую субботу со следующим ребенком. Неважно там, бывает, что по работе куда-то, бывает, что в магазин нужно съездить за продуктами, еще что-то, — зато через такое общение действительно остается, происходит общение вот это между папой и ребенком. Вот у нас там время от времени получатся так, что то матушка возьмет одного из детей, уедет там куда-нибудь, вот в Питер ездила, то я с кем-нибудь куда-нибудь. Конечно, основная проблема — это когда родители перестают общаться с детьми. Когда родители приходят с работы: я устал, — и включают там интернет (сейчас уже, наверное, телевизор, может быть, меньше включают), там полностью зависают и с детьми своими вообще не общаются.

Л. Горская

— Или ребенок выползает, говорит: дай, я тебе, мама, помогу. Говорит: да отстань, мне прощу самой сделать, иди, мультики смотри. И помимо того, что контакта нет, еще у ребенка формируется ощущение, что он вообще никчемный и ни к чему не годный. Ну а родители это делают не со зла, они, правда, устают, ну жизнь такая.

Протоиерей Дмитрий

— Жизнь такая, да, тяжелая жизнь, устают. Но детям, вот больше всего детям нужно общение с родителями, вот больше ничего им не нужно на самом деле. И очень сильно хорошо было бы, если бы это сохранилось. Потому что не было бы такой проблемы. Вот у нас сейчас говорят там — переходный возраст, сложный период. Это проблему можно пережить запросто совершенно, если контакт не потерять.

Л. Горская

— А какие симптомы потери контакта?

Протоиерей Дмитрий

— Ой, сложно сказать, какие симптомы. Ну во-первых, это, конечно, нужно чувствовать со своим ребенком.

Л. Горская

— У меня просто, сейчас я отвлекусь, у меня просто сцена живая какой-то, наверное, ну если не десяти, то пятилетней давности точно: ваша матушка, храм, летний день, праздник и не умещаются люди в храме, стоят снаружи. И матушка с детьми с тремя, по-моему, подходит к храму, говорит им, показывая на ступеньку: посидите здесь пока. И, не оборачиваясь, заходит в храм. И дети втроем, маленькие, спокойно садятся и сидят. И меня поразило, что она даже не обернулась, она настолько и не потому, что там ей все равно, а потому что она понимает, что она сказала — и дети сделают. И дети, правда, сделали. Ну это по-моему, впечатлило всех тогда. Это я сейчас, ну это давно было, поэтому это такая похвала запоздалая. Это контакт? Как бы как он достигается, мы об этом немножко поговорили. Как понять, что он пропал?

Протоиерей Дмитрий

— Вот я смотрю на своих детей и понимаю то, что чем дети становятся взрослее, тем мне они все более и более интересны. Вообще мы тут с дочерью недавно были, и она мне говорит: папа, ну вот я смотрю на нас — а мы же все разные. И действительно они все разные. Внешне похожи, но у каждого какие-то свои особенности, и каждый из них более, ну по-своему как-то раскрывается. Ну вот женская натура, она больше вот мое, ближе. Вот почему так малыши хорошо —потому что малыш в маме очень сильно нуждается. А когда твой ребенок начинает подрастать, ему становится интересней мир, не только мама, но и все остальное. Здесь нужно уметь, во-первых, детей чуть-чуть отпускать и показывать им это мир. Лучше всего не просто отпускать в свободное плавание, а лучше вместе с ними это свободное плавание проходить. И не говорить, что вот... Ну это вообще творчество, самое наверное, одно из самых больших творчеств — это воспитание детей, самый важный такой творческий процесс, потому что к этому процессу нельзя подходить как-то вот очень формально. Потому что формальный подход к этому процессу: если ты сделал это — то будет так, если сделал это — то будет так, — такого нельзя делать ни в коем случае. Все время нужно думать, смотреть, все время стоит задавать вопрос: а есть ли у меня контакт с моим ребенком или нет? Готов ли он мне рассказать или не готов? И на самом деле не настаивать на том, чтобы ребенок что-то рассказал, что для него тяжело. Если захочет — поделится. Но условия создавать — точно совершенно нужно. Условия, наполнять жизнь ребенка чем-то нужно. Нельзя считать то, что ребенок предоставлен сам себе, его, точно совершенно, нужно развивать. Это тоже мне один из знакомых сказал, то что наша задача — привить детям чувство хорошего, вот они должны чувствовать. У них должен появиться хороший вкус, у них должны появиться хорошие манеры, они должны уметь выбирать из вещей хорошее, то что им необходимо. Это можно сделать, только если будет вот некий навык и некая привычка. И тоже нужно это и можно сделать, только если самим этим всем заниматься. Так у нас, к нам в гимназию много кто приезжает, среди прочих к нам приезжал Алексей Ильич Осипов. И он в одной из своих бесед сказал, говорит, у меня так часто спрашивают, как воспитать детей? как сделать, чтобы они были хорошие? И, говорит, к сожалению, ни разу никто не спросил: как воспитать себя? А мы же, говорит, очень хорошо все знаем, что яблоко от яблони недалеко катится. Воспитание детей начинается с воспитания себя, конечно.

Л. Горская

— Напоминаем нашим радиослушателям, что в эфире радио «Вера» программа «Светлый вечер». У нас в гостях протоиерей Дмитрий Григорьянц, духовник и директор Православной гимназии во имя святителя Филарета Московского и настоятель храма святителя Филарета в Лобне. Один мой знакомый священник часто повторяет, что времена такие пошли, что люди не справляются с жизнью, не успевают справляться со всем, что надо сделать, за чем надо следить. Там тем более христианину, у которого в идеале еще огромное делание внутри себя и контроль за своим внутренним миром. Правильно говорю?

Протоиерей Дмитрий

— Да, ну времена-то всегда были тяжелые.

Л. Горская

— А то сижу и священнику что-то про внутренний мир рассказываю, — неуютно себя почувствовала. И, говорит, дети не справляются. И он прямо благословляет некоторых своих прихожан отпрашивать своих детей, хотя бы раз в неделю, от школы и там самим, по возможности, освобождаться от работы, и проводить этот день с ними. У вас уникальная ситуация — у вас гимназия при храме и, я так понимаю, что родители тоже где-то имеют возможность недалеко от детей находиться. Как у вас с этим обстоят дела? Справляются, не справляются родители и дети с жизнью, со всем?

Л. Горская

— Ну вот даже со своими собственными детьми мы точно совершенно понимаем, что времени мы уделяем им крайне мало, не хватает времени, чтобы им уделить в нужном количестве. И конечно, как директор школы я категорически против того, чтобы родители вот так вот раз в неделю детей отпрашивали. Потому что ученый процесс все равно идет, и не нужно думать, что дети ничего не учат и только вот общаются друг с другом. Нет, у них есть нормы всяких разных, те же самые ВПР сдают — выпускные проверочные работы, контрольные работы, все через Управление образования нам присылают, и в олимпиадах мы участвуем. И конечно, пропуски того или иного дня учебного или той или иной недели, оно довольно-таки сложно сказывается, потому что приходится нагонять, материала много и материал разный, который не хотелось бы, чтобы как-то он пропускался. Но с другой стороны, очень здорово время от времени устраивать выходной вместе с ребенком. Дети будут просто-напросто счастливы, что их родители ради них оставили свои дела какие-то. Просто, говорю, можно вот, как я уже приводил пример, по субботам, вот субботу взять и потратить ее не на себя, а на ребенка. Потому что вообще, хотим мы или нет, мы все равно на своих детей тратим время. Вот я часто говорю, то что либо мы его тратим по-хорошему — находим какое-то совместное занятие, которое мне интересно и ребенку интересно, либо мы его тратим по-плохому. Что это значит? Ну по-плохому — это когда тебе придется приходить в школу...

Л. Горская

— На разбор.

Протоиерей Дмитрий

— На разборки, да, сначала с классным руководителем, потом, да, с завучем, с директором. В самом запущенном случае придется приходить на разборки уже не в школу, а к сотрудникам...

Л. Горская

— Ой, не дай Бог!

Протоиерей Дмитрий

— Не дай Бог, да, но просто ты же все равно будешь вынужден потратить свое время ради ребенка, в любом случае. Либо ты находишь совместные точки соприкосновения и дальше движешься с ребенком в этом направлении, либо ты их не находишь, и тебя заставляют двигаться в другом направлении, но тоже вместе с ребенком.

Л. Горская

— Ну да. Ну условно говоря, да, опять же, либо ты ездишь с ним за город, гуляешь, занимаешься спортом, либо потом ты ходишь по врачам в двадцать раз больше.

Протоиерей Дмитрий

— Да, мне кажется, что только как раз младшего школьного возраста, они меньше требуют внимания, чем дети среднего с старшего школьного возраста. Потому что младший школьный возраст, он пока еще близок к маме и близко к семье. Проблемы, начинаются, наверное, лет с десяти в современном мире, вот с этого нужно быть особо внимательным. До этого тоже нужно, если вы до этого ничего не делали, то странно говорить, что у тебя появится контакт, но в этом возрасте нужно быть особо внимательным в отношениях с собственными детьми, как мне кажется, да. И это идет где-то, наверное, лет с десяти лет до 15, до 16, когда они все уже внутри все эти процессы прошли, когда они уже устаканились как-то, стали такими...

Л. Горская

— Целостными.

Протоиерей Дмитрий

— Целостными, да. Вот когда стали целостными, вот тогда уже...

Л. Горская

— К нам недавно приходил целый генерал-майор юстиции, Игорь Комисаров из Следственного комитета, и он очень однозначно, категорично говорил о том, что во всем, что происходит с подростками криминального, негативного, во всем виновата однозначно семья, только родители. Ни общество, ни время, ни обстановка, ни школа даже, вообще ничто, говорит, только-только родители. Не любят, недостаточно любят — человек попадает в историю. Достаточно любят — не попадает в историю. Достаточно странно именно такую формулировку было слушать от человека из Следственного комитета, но вот тем не менее он именно так сказал. Вот вы как, подтвердите, не подтвердите? Достаточно жестко звучит, и тяжелый приговор родителям, особенно если уже там, не дай Бог, что-то произошло, вот слышать такое в свой адрес. Нам-то всем кажется, что мы уж своего-то ребенка уж точно любим. Ну уж любим, ну кто, если не мы, его любит? А оказывается, не так, не там, недостаточно.

Протоиерей Дмитрий

— Ну во-первых, когда мы говорили по поводу поступления детей в школу, что такое ребенок, приходящий в школу — это лакмусовая бумажка родителям. И многие родители вместо того, чтобы как-то смириться с тем, что тебя проверят, как ты ребенка подготовил в школу, начинают нападать на школу: а что, типа, школа нам даст? а что школа нам сделает? Я же говорил, то что все дети, проблемы, которые происходят — это проблемы из семьи. Я конечно, полностью с этими словами согласен. Потому что это, что бы там кто ни говорил, какая бы ни была замечательная школа, какое бы ни было замечательное общество, ребенок приходит в семью — и в семье все может быть совершенно по-другому. У меня тоже случай был такой поразительный. Ребенок сказал, какой-то мальчик лет шести, наверное, он сказал, то что я вырасту, я, говорит, обязательно женюсь, а потом брошу семью.

Л. Горская

— Ничего себе, установка.

Протоиерей Дмитрий

— Да, стали спрашивать: почему? — я хочу быть как папа, я хочу быть полностью похожим на папу. Вот папа такой идеал, что вот как папа себя ведет, я точно так же хочу себя вести. Ну вот, соответственно папа бросил семью — и вот ребенок совершенно точно прямо повторил, что я женюсь и потом уйду из семьи.

Л. Горская

— Я вот как раз хотела спросить, и, наверное, это пересекается с тем, что вы только что сказали, как быть родителям, которых самих-то не очень, может быть, любили в детстве. Все как-то вышли, вот это поколение, из советского периода, где любовь не была в числе нравственных приоритетов строителей коммунизма. И действительно, я сплошь и рядом сталкиваюсь со своими ровесниками, людьми постарше там, помладше, ну буквально имеющими благополучные полные семьи, но все равно искалеченными недостатком любви, недостатком поддержки внутри семьи и так далее. Вот какие советы этим людям? Они сами могут быть, они стремятся стать хорошими родителями, но им пример-то особо не с кого брать, к сожалению.

Протоиерей Дмитрий

— Ну примеры все-таки даже в советское время было с кого брать. Прямо я помню одних старичков, я тогда еще служил в Новодевичьем монастыре, они прожили всю свою жизнь вместе. И в конце своей жизни, как-то внявши уговорам детей, приняли крещение. И я приезжал их причащать, они вместе сидят и говорят: а нам, в общем, особенно не в чем исповедоваться. И это есть некий такой старческий маразм, когда люди не помнят, а это действительно они жили так вместе, вдвоем всю жизнь, что действительно стали, ну по большому счету, приблизились, стали такими настоящими православными христианами. И действительно это не то что вот, не отсутствие грехов, а это отсутствие необходимости действительно... Ну это отсутствие как раз таки грехов, не то что они их не видят, а то что их нету. И такие семьи, они все-таки существовали, и их можно было видеть, и до сих пор можно увидеть такие семьи. И это является, конечно, пример такой вот настоящей благополучной семьи, где есть есть любовь.

Л. Горская

— Но научиться-то этому можно?

Протоиерей Дмитрий

— Научиться этому можно. Проблема современного общества — то что до советского периода никому в голову не приходило записывать, как этому научиться, потому что все так жили. Там вся деревня была, там один развод на пять тысяч домов, и то это была редкость. У нас сейчас там на пять тысяч человек если одна семья сохранилась — это редкость, такое ощущение. Там был один развод на пять тысяч домов. И все записывали о том, как стать монахом, как вести монашескую жизнь, духовную жизнь, вот если откроем дореволюционную литературу. Потом пришел период Советского Союза, где, конечно, семья больше всего понесла потерь. Вообще все, весь устрой русского общества понес потери, но семья тоже очень-очень много. И сейчас у нас, ну мы-то восстанавливаем эту жизнь семейную, по большому счету, так, на ощупь, до конца точно не имея никаких инструкций, как именно себя вести. Основная инструкция, которая у нас есть для восстановления семейной жизни, это «друг дуга тяготы носите, и так исполните закон Христов». Вот у меня когда-то было, с матушкой поссорились, и я помню, то это прямо ну как-то хочется переругаться или еще чего-нибудь. Папа мне говорит: ты, говорит, чего? Ты, говорит, Евангелие читал? Я говорю: читал. А Апостол, говорит, читал? Читал. Кто, говорит, из вас сильный? Что сильные должны делать? Сильные немощи немощных — вот ты сильный, — иди, говорит, немощь носи. Ну-ка, говорит, давай-ка, разворачивайся, иди, мирись, никуда так не годится. «Друг друга тяготы носите, и так исполните закон Христов». Основная...

Л. Горская

— Основной принцип.

Протоиерей Дмитрий

— Основной принцип, да.

Л. Горская

— У нас буквально минута осталась. И я хотела вас спросить: в чем нужна помощь гимназии, строящемуся храму? Как можно помочь, если кто-то послушал нашу программу, захотел поучаствовать, либо в созидании гимназии, либо в строительства храма в городе Лобня?

Протоиерей Дмитрий

— Ну в строительстве храма нужна в основном материальная помощь. В гимназии мы с удовольствием рассмотрим активных учителей, которые хотят потрудиться ради того, чтобы воспитать подрастающее поколение. С удовольствием рассмотрим их кандидатуры в качестве учителей, как работодатели.

Л. Горская

— Друзей.

Протоиерей Дмитрий

— Друзей, учителей. Работа, которая изменит их жизнь. Вот у нас пришел сейчас, этом году молодой историк, вот он говорит: Господи, как я, говорит, раньше вообще жил без нашей гимназии. Ну он такой активный и, может быть, слишком гипрерответственный, но очень радостно. Вот таких же людей ждем, которые хотят.

Л. Горская

— А контактная информация вся у вас на сайте.

Протоиерей Дмитрий

— Да, сайт http://filaret.ru/

Л. Горская

— И там, соответственно, и по храму, и по гимназии.

Протоиерей Дмитрий

— Там и по храму, и по гимназии, там есть и наша почта, и там можно оставить форму обращения.

Л. Горская

— Меня очень всегда, не знаю, радует, впечатляет, как наши дорогие священники, которые у нас в гостях, которые очень охотно и хорошо говорят, когда речь заходит о том, чем им самим помочь, из них слова прямо приходится клещами тянуть, вот такая скромность. Я напомню нашим слушателям, что в эфире радио «Вера» была программа «Светлый вечер». У нас в гостях был протоиерей Дмитрий Григорьянц, духовник и директор Православной гимназии во имя святителя Филарета Московского и настоятель храма святителя Филарета Московского в городе Лобня, Московской области. Всего доброго.

Протоиерей Дмитрий

— До свидания.

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Мы в соцсетях
******
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Другие программы
Актуальная тема
Актуальная тема
Актуальными могут быть не только новости! Почему мы празднуем три новых года и возможен ли духовный подвиг в самой обычной очереди? Почему чудеса не приводят к вере, а честь – важнее денег? Каждый день мы выбираем самые насущные темы и приглашаем гостей рассуждать вместе с нами.
Семейные советы
Семейные советы
Чем живет современная семья? Как научиться слушать и слышать друг друга? Какие семейные традиции укрепляют семью? Об этом и многом другом расскажут авторы программы — опытные родители, священники и психологи.
Места и люди
Места и люди

В мире немало мест, которые хотелось бы посетить, и множество людей, с которыми хотелось бы пообщаться. С этими людьми и общаются наши корреспонденты в программе «Места и люди». Отдаленный монастырь или школа в соседнем дворе – мы открываем двери, а наши собеседники делятся с нами опытом своей жизни.

Закладка Павла Крючкова
Закладка Павла Крючкова
Заместитель главного редактора журнала «Новый мир» Павел Крючков представляет свои неформальные размышления о знаковых творениях в современной литературе. В программе звучат уникальные записи — редкие голоса авторов.

Также рекомендуем