Главная › Программы › Светлый вечер › Клуб частных мнений

«Цели Великого поста». Священник Олег Осадчий, Ия Батаногова, Светлана Бакулина

(02.03.2025)

В этот раз участниками дискуссии в программе «Клуб частных мнений» были священник Олег Осадчий, специалист по связям с общественностью Светлана Бакулина и супруга священника Ия Батаногова.

Разговор шел о том, как начинать Великий пост и какие задачи ставить перед собой на этот период.

Ведущая: Наталия Лангаммер

Н. Лангаммер

— Добрый вечер, дорогие наши радиослушатели, в эфире программа «Клуб частных мнений». Меня зовут Наталья Лангаммер. Мы по традиции в вечернем эфире обсуждаем одну из тем, которую в утреннем эфире подняли авторы программы «Частное мнение». И сегодня у нас тема, понятно какая: какой должна быть первая неделя Великого Поста и последующие? Первая тоже для нас важна. И я сейчас представлю гостей сначала. В гостях у нас клирик Георгиевского храма города Видное, отец Олег Осадчий. Добрый вечер, отец Олег.

Иерей Олег

— Здравствуйте. Добрый вечер.

Н. Лангаммер

— Матушка Ия Батаногова. Добрый вечер.

И. Батаногова

— Добрый вечер.

Н. Лангаммер

— И Светлана Бакулина, специалист по связям с общественностью, которая, собственно, предложила эту тему.

С. Бакулина

— Всем добрый вечер.

Н. Лангаммер

— Мы сейчас послушаем и поймем, почему я про первую неделю Великого поста сказала. Слушаем.

«Последние несколько лет у меня сложилась традиция приезжать на первую неделю Великого Поста пожить в монастыре. Там я стала узнавать больше о смыслах, традициях, символизме этого церковного периода. Например, когда приехала впервые, узнала, что в первые два дня Великого поста монашествующие вообще не вкушают пищу и даже не пьют воду. Говорят, что такая строгость в первых дней задает некий правильный тон на всю Четыредесятницу. Я видела вживую, как складывается день этих людей. С пяти утра и до двенадцати дня — соборно в молитве на богослужение. Затем с пяти до семи вечера — вновь в храме, на великом повечерии с чтением канона Андрея Критского. Часть богослужения проходит на коленях. В лицах этих людей не видно страданий от недоедания, недосыпания, но наоборот, столько силы и энергии. Но откуда? — задумалась я. Для меня и день прожить без вкусной еды — подвиг, а прийти на службу и пробыть там несколько часов на ногах, не поев, не поспав и так каждый день — это что-то фантастическое. Физической силы тут недостаточно точно, здесь необходима сила духовная, размышляла я. На следующий год я попробовала подражать монахам в воздержании. Но целью были не духовные мотивы, а просто проверить физически, смогу я прожить два дня без еды или нет. Один день смогла, да только уже на второй объелась так, как не наедалась даже до поста, так что план тренировки в воздержании в пост был провален. Еще через год решила, что уж на третий раз я точно смогу как монахи. Главное в этот раз не о еде думать, а настраиваться на пост душевный. В прошлом не получилось у меня одухотвориться и попоститься, потому что я неправильные цели ставила, заключила я. Теперь буду ходить на все службы и утром, и вечером, и все молитвы читать вместе с монахами, есть и пить два дня не буду. И вот после таких подвигов уж наверняка все грехи и страсти как рукой снимет с меня, самонадеянно решила я. Первый день прошел отлично, так мне показалось. Провела восемь часов в храме, на еду и воду не смотрела, статьи духовного содержания читала. Так я была довольна собой, что очень захотелось с кем-то поделиться своими успехами и новыми знаниями. В монастыре никого таким не удивишь, решила я, здесь это не подвиг, а обычный день. И вот, на мое счастье, позвонил из города мой знакомый, что-то стал спрашивать, а я ему в ответ давай рассказывать о своем дне в монастыре. Рассказ мой оказался ему не так интересен, мы даже успели слегка повздорить на религиозной почве. «Ага, а еще православным себя называет. А сам на каноне Андрея Критского ни разу в жизни не был, совсем о покаянии не думает», — с осуждением бросила я фразу под конец разговора. Конечно же, обидела человека, разговор получился плохой. Я разозлилась, успела осудить. Ночью спала плохо, и второй день моего постничества начался уже не так гладко, как вчера. С самого утра меня бросало то в жар, то в холод, кружилась голова, все раздражало. В голове крутился вчерашний неприятный разговор. На службе уже не могла ни стоять, ни сидеть, стала молиться: Господи, помоги! И в голове вдруг возник вопрос: а я точно вообще все делаю правильно? Буквально вчера я читала статью, где приводилась цитата Серафима Саровского: «Вы постом хоть мясо ешьте, только друг друга не ешьте». Теперь я поняла, насколько точно она характеризовала меня. Ограничив себя постом телесным, я совершенно пренебрегла постом духовным. Но одно без другого невозможно. И первое, что я сделала после службы, написала тому человеку, попросила прощения. Это был мой первый шаг к исправлению. Вторым шагом стало осознание своих мотивов, тщеславный подход к посту. Я приписывала все успехи, изменения и достижения исключительно себе и своей силе воли, в то время как Сам Господь сказал: «без Меня не можете творить ничего». И ведь действительно это так, только стоило в молитве обратиться к Нему, как все стало налаживаться, в том числе мое состояние и мысли. Эти два дня поста действительно помогли мне начать внутреннюю работу над собой, которую я продолжаю и по сей день. Только теперь не одна, с Богом«.

Н. Лангаммер

— Вот. Мы входим завтра в Великий пост, предстоит эта трудная неделя, на которой многие неофиты, и я в том числе, усердствуют очень серьезно, и потом получается не так хорошо, как хотелось бы. Знаете, что бы мне хотелось в этой программе, какую тему поднять — искреннего представления о себе, реального: на что мы способны и на что мы замахиваемся. Свет, ты сейчас вот уже, вот у тебя будет третий день такой, ты про два рассказала, третий день, ты сейчас с каким настроем входишь в Великий пост?

С. Бакулина

— С очень осторожным, если так можно сказать. Потому что каждый год я сталкиваюсь с мыслью о том, чтобы не повторить ошибки прошлого года. Но, однако, всегда тоже вот хочется сказать в свое оправдание, что когда я стала воцерковляться десять лет назад, то и духовник мой, он все-таки иеромонах, и мое окружение, оно так или иначе связано с монастырем, и вот так или иначе я всегда нахожусь именно в той позиции, что рядом со мной люди, на которых я стараюсь ориентироваться. И в этом году я, конечно, себе напоминаю, что я все-таки человек мирской, но у меня есть хорошие ориентиры в виде людей, которые находятся в монастыре. Буду все равно как-то стараться с молитвой настраиваться и все равно стараться брать тоже хороший пример от них, но по мере своих сил.

Н. Лангаммер

— Матушка, вы до программы сказали, что вы уже не помните, когда вы не постились, что всю жизнь вы держите Великий пост. Какая мера сейчас? Вот человек, который всегда с Богом был, изначально, и уже много прошел.

И. Батаногова

— Я хочу сказать, что я очень люблю Великий пост.

Н. Лангаммер

— Я тоже.

И. Батаногова

— Я его очень жду. Потому что это такое время духовной весны, когда ты можешь всецело посвятить свою жизнь, прямо вот полноценно, своему спасению и душе. И я вот как раз, когда ехала, готовилась к передаче, думаю: сколько же я пощусь? И получается, что я пощусь практически всю свою жизнь. И отношение к Великому посту у меня было разное. Вот когда я была ребенком, и у меня постилась мама, у меня было такое ощущение, что пост — это воздержание только в еде. И это было абсолютно нормально, мама постилась, другой еды у нас не было, ничего другого я не понимала. То есть вот я не ем мясо, я не пью молоко, и это для меня было очень сложно, очень тяжело. И вообще, я помню, в какой-то момент казалось, что пост, наверное, вот в моем ощущении, идет полгода, то есть я так долго пощусь, так долго. А потом я вдруг поняла, что я хочу уже сама поститься. То есть это было уже более осознанное такое отношение к Великому посту, когда мне захотелось самой. Не потому, что у меня постятся родители, постится мама, а потому что я сама хочу поститься.

Н. Лангаммер

— Это сколько лет вам было?

И. Батаногова

— Это было, наверное, лет пятнадцать. Вот так вот я вот сейчас вспоминала, лет пятнадцать, когда я осознанно подумала, что я хочу поститься. И опять же мое было отношение к посту — это больше, наверное, про воздержание такое телесное. И я сейчас понимаю, насколько менялось мое отношение сейчас к этому удивительному Великому посту. В какой-то момент я, уже будучи, вот лет пять назад, мы тоже готовились к передаче, была такая на «Спасе» «Женская половина» передача, и мы как раз говорили о посте. И я очень готовилась, я понимала, что для меня сейчас, как для взрослого человека, Великий пост, я понимаю, что это совсем не про еду, что человек, который всю жизнь постится, ему несложно поститься. Вот для меня несложно поститься. Я могу поститься, слава Богу, Господь дает силы, у меня уже есть такой опыт. А что для меня сложно? И вот тогда я поняла, что, например, мне очень сложно воздерживаться от соцсетей. Вот я для себя, когда ехала на передачу, думаю: что для меня сейчас самое сложное? А это, оказывается, то время, которое я провожу в соцсетях, и я понимаю, что, готовясь к передаче, я думаю: ну вот могу ли я отказаться? И вот я так уверена, еду и думаю, что я могу отказаться от соцсетей. И я так замахнулась, что на весь Великий пост. Потом: ну нет, на весь Великий пост я точно не смогу, точно. Ну хорошо, насколько я смогу? И я для себя честно призналась, что я не могу отказаться, что вот это мне тяжело. Вот есть я могу там воздерживаться сколько угодно, а от соцсетей мне тяжело отказаться. И я тогда поставила для себя задачу, что вот это то, с чем я должна справиться вот в этот пост. Я должна побольше читать, я должна побольше молиться, побольше ходить в храмы. И оказалось это для меня очень тяжело. И я вот хотела поделиться одним таким переживанием, которое я никогда в жизни не забуду. Очень давно у нас была такая традиция: мы в Великий пост ездили в паломничество на Святую Землю. Для меня это было такое особое время, время такого покаяния, такой молитвы, что вот это вот живое Евангелие, когда ты проходил по тем местам, которые... Ну просто вот здесь Господь был распят, а вот здесь вот Он воскрес. И у нас была одна поездка, когда мы оказались в Иордании. И, вы знаете, я никогда это... Это было такое переживание. Вот представляете, что такое пустыня? Пустыня, где нет никакой цивилизации вообще, вот ничего нет. И там была такая гостиница от Русской духовной миссии, и мы в этой гостинице оказались одни. Вот у нас была группа десять человек, и вот мы выходим из автобуса — и вот эти ароматы, запахи, звуки, и мы такие восторженные: ой, какая красота, Господи! Вот прямо перед нами река Иордан, и вот эта вот гостиница, и вечереет. Мы, значит, договорились, что мы сейчас все соберемся, там такая красивая веранда, прямо на берегу реки Иордан. И вот мы все стекаемся, нас десять человек, и мы начинаем громко что-то обсуждать, и в какой-то момент мы начинаем затихать. Вот не договариваясь, мы все замолкаем потихонечку, молчим. И это было такое чудо, это ощущение встречи с Богом. Потому что перед нами оказалось просто звездное небо, тишина, наполненная Богом, вечностью. И было ощущение, что ты встретился с Богом. И когда ты вдруг вспоминаешь свою жизнь — вот ты живешь в Москве, на что ты тратишь свою жизнь, как ты живешь? Ведь многие вещи абсолютно не важны. И как-то такое сознание, что вот она, вечность, и вот она, встреча с Богом, и вот оно самое главное. Поэтому для меня пост, наверное, это встреча с Богом.

Н. Лангаммер

— И я напомню, что в эфире программа «Клуб частных мнений». Меня зовут Наталья Лангаммер. Мы обсуждаем сегодня тему, с какими мыслями и задачами мы входим в Великий пост. В гостях у нас клирик Георгиевского храма города Видное, отец Олег Осадчий, матушка Ия Батаногова, Светлана Бакулина, специалист по связям с общественностью. Я очень понимаю, о чем вы говорите, матушка, потому что мы приезжали на Святую Землю на Пасху, и там тоже был такой разговор, что вот же, вот это место, представьте, здесь вот сидели, грелись у костра, здесь отрекся Петр. Это действительно встреча с Богом. Но мы в городах пока, и мы хотим, вот душа-то рвется, правда, уже поста ждешь как праздника, как облегчение какого-то. Но, отец Олег, какие задачи, как правильно ставить себе задачи на пост?

Иерей Олег

— Я, конечно же, соглашусь что главное — это встреча с Богом. Причем встреча с Богом на страницах Евангелия, встреча с Богом в богослужебных текстах. Потому что Великий пост, можно сказать, что это такой заповедник богослужения, потому что именно в эти дни мы можем увидеть богослужение, каким оно было на в протяжении веков, как оно складывалось, дошло до наших дней. И, кстати, интересная мысль у меня сейчас пришла, я надеюсь, что интересная: богослужение до сих пор продолжает жить, продолжает складываться. Потому что именно в дни Великого поста — я приведу два таких примера, например, есть такое неуставное богослужение, называется Пассия. Недавно нам, священникам, присылали документ Межсоборного присутствия, вот разбор этого богослужения, насколько оно может быть в нашей жизни, насколько оно приемлемо. И, конечно, оно приемлемо, потому что это такая, знаете, трансляция событий Страстной седмицы, богослужений Страстной седмицы вечером в воскресенья Великого поста. И те люди, которые находятся вот в городской этой суете, о чем вы говорите, которые не всегда могут прийти на Страстную седмицу в храм, познакомиться с этими удивительными богослужениями, для них Церковь дает возможность вот соприкоснуться в момент перехода из воскресного дня снова в седмичное богослужение. Это, мне кажется, очень здорово. И второе — то, что сейчас во многих храмах мы можем увидеть, это удивительная литургия Преждеосвященных Даров, которую мы начинаем служить вечером, как то и предлагает нам устав Церкви. И это тоже масса смыслов — смыслов о Евхаристии как встрече с Богом, смыслов о причащении вечернем, смыслов катехизации. Потому что постное богослужение — это именно научение, да, научение Евангелию, благой вести. Это все очень интересно, это живо, и это продолжает развиваться. Ну и я, наверное, поделюсь своими детскими такими воспоминаниями, потому что я тоже почти с детства, практически почти всю свою жизнь, наверное. У меня почему-то Великий пост, он очень связан еще с таким, знаете, природным аспектом. Это весна, вот эта музыка, эти ирмосы, которые звучат, Великого покаянного канона, которые будут звучать вот уже вот совсем скоро, и вот это вечернее солнце — и все вот это вместе, вы знаете, как такая симфония жизни. До сих пор это очень вдохновляет и очень действительно напоминает о вот этой весне духовной, скажем так.

Н. Лангаммер

— Вот давайте все-таки про меру. Я сегодня буду занудствовать.

Иерей Олег

— Прекрасно.

Н. Лангаммер

— Про меру поста. Вы музыкант, отец Олег, в том числе. Вы какую там себе меру, какое-то ограничение будет в том, что вы любите?

Иерей Олег

— Ну only Бах and осмогласие... Да нет, конечно. Ну, как? То есть, музыка — это тоже дело, это служение. И богослужебная музыка — нужно тренироваться, нужно там проводить спевки. Это и музыка вот вокально-инструментальная, назовем ее так, да, которой занимаюсь. У меня, кстати, в пост чаще всего пишутся песни, или перед постом. Вот недавно написалась, например, пасхальная песня, причем мы ее начали писать... Вот интересный такой момент. Моя младшая дочь, которой год и семь, вот, она мне стала подпевать. Я говорю: это надо записать. Она принесла мне телефон, мы с ней записали кусочек. А потом я встретил стихотворение там серебряного века, пасхальное, и написался такой гимн. И мне кажется, это очень здорово, потому что постное время может вдохновлять и на такую пост-литургическую жизнь. Я, по-моему, в прошлой передаче приводил это мою любимую цитату отца Александра Шмемана, и я повторюсь, вот она мне сегодня снова вспомнилась: то что есть литургия, а есть литургия после литургии — это все, что мы делаем, но вдохновляясь богообщением, и то, что распространяется на всю нашу остальную жизнь.

Н. Лангаммер

— То есть нам надо не только думать, от чего отказаться, но еще и думать, что сделать Великим постом.

Иерей Олег

— Да, конечно.

Н. Лангаммер

— Что-то, что приближает к Богу.

Иерей Олег

— Конечно. Дела милосердия, любви, заботы.

Н. Лангаммер

— Свет, а что тебя приблизит к Богу? Какие еще дела? Кроме того, что ты водишь экскурсии и так.

С. Бакулина

— Проанализировав ошибки прошлого, конечно, думаю, что сочетать не мысли только о том, чтобы поститься в плане еды, а, конечно, во-первых, в первую очередь, стараться чаще исповедоваться и причащаться. То есть чтобы это был такой некий, наверное, маркер, да, то есть, когда приходишь на исповедь, причащаешься, уже вот в этом состоянии хочется, наверное, как можно меньше грешить. Поэтому, наверное, уделять в первую очередь вот этому аспекту. И, конечно, не хвастаться, вот как вот в прошлом году, да, что вот всегда хочется так похвалиться с друзьями мирскими, что я вот на первую неделю поста уехала в монастырь, и вообще стараюсь такой аскетический образ жизни в этот период вести. Вот хочется обойтись без хвастовства, и просто действительно понять, что это такая тренировка, что так-то ведь надо в течение, в общем-то, всей жизни жить таким образом.

Н. Лангаммер

— А зачем нам после окончания поста оставлять те прекрасные делания, которые мы начали постом, отец Олег?

Иерей Олег

— Так и не нужно. А по поводу, о чем говорила Светлана, есть такая замечательная поговорка на эту тему — понятно, что это юмор: что ж такое-то, все люди как люди, один я как Бог. И действительно, когда уже начинаешь ощущать крылья, которые у тебя там появляются — я постник, там, да...

Н. Лангаммер

— Перепончатые.

Иерей Олег

— Да, вот, к сожалению, зачастую. Вот, по-моему, эту фразу приписывают преподобному Паисию Святогорцу: если бы дело было в еде, то святыми были бы коровы. Хотя святоотеческая, аскетическая литература именно делает упор на чревоугодии как вот такой важной проблеме каждого человека. Действительно, желание — простите меня за церковнославянское слово, —пожирать что-то, либо кого-то, да, это проблема современного человека. В том числе и на это надо обращать внимание, конечно.

Н. Лангаммер

— Свет, что-то ты хотела сказать.

С. Бакулина

— Да, если честно, у меня сегодня много вопросов по этой теме, они такие очень простые. Но вот самый первый. Например, вот у моей подруги всегда на время Великого поста приходится ее день рождения. И у меня возникает вопрос. Ну, конечно же, не то чтобы один ответ, наверное, есть на это у каждого свое мнение. Вот вы, батюшка, в том числе, вот скажите, пожалуйста, как считаете, во время Великого поста можно ходить на дни рождения? Если можно, то что можно делать или нельзя? А если не ходить туда, то тогда что же сказать своим друзьям по этому поводу, почему я не могу присутствовать?

Иерей Олег

— Что бы мне такое ответить, чтобы мне потом ничего за это не было. Конечно, наша праведность должна превосходить праведность книжников и фарисеев, да, как мы в Нагорной проповеди читаем. Мне кажется, что каждая такая ситуация, она уникальна. Вот я как человек, который очень любит все, что связано с кельтской культурой — это касается и музыки, и географии, и литературы, поэзии, — на Великий пост приходится день святого Патрика и его память. У нас теперь их два даже дня — это общий такой вот, общий христианский, теперь у нас есть православный день наш личный. И обычно — ну я не говорю о каких-то парадах, которые совершенно нивелируют смысл вот христианского этого праздника да, но все равно это часто связано с музыкой, это связано с какими-то фестивалями. И, честно говоря, у меня есть друзья тоже, православные христиане, которые празднуют эти дни и это как день рождения, это даже главнее, чем день рождения. И я прихожу там на какие-то концерты, но стараюсь вести себя там достаточно скромно, сдержанно. По поводу дня рождения — все-таки мы же не должны быть похожи на представителей одной известной американской секты, которая ныне у нас в стране запрещена, слава Богу, которые отменяли участие в любых там государственных праздниках, семейных праздниках. Все-таки радость есть радость, и иногда даже в патериках, известная история, когда там человек давал, допустим, монах давал обед там не есть рыбу вовек, и вдруг его возлюбленный брат приехал к нему в гости и говорит: я тебе такую рыбу приготовил, вот попробуй. И человек, проявляя любовь, шел на послабление в посте. Есть такой лайфхак, я вам сейчас расскажу — это не я придумал, это мне один батюшка рассказал, мой коллега. Если нужно нарушить пост, допустим, в среду вечером — день рождения, юбилей близкого человека, там любимой бабушки, коллеги по работе, друга, — ты приходишь, и там для тебя приготовили, ты как-то вот идешь на какие-то послабления. При этом ничто тебе не мешает перед пятницей начать поститься в четверг вечером. Не просто для успокоения твоей совести, да, хотя и для этого тоже, наверное, но чтобы какое-то делание, оно продолжалось, соблюдалось. Как Гилберт Честертон сказал, моя любимая цитата из него: когда мы входим в храм, мы должны снять шляпу, но не голову. То есть вот крайности, они, мне кажется, мешают какой-то здоровой такой христианской жизни. Поэтому можно прийти, можно порадоваться, можно повеселиться даже в меру. Но при этом там если мы не будем есть, пробовать все виды шашлыка, скажем так, и сказать там: спасибо, очень вкусный чай, здорово, благодарю вас за радость общения. Наверное, это будет где-то, может быть, проповедь — это громко сказать, но...

Н. Лангаммер

— Форма проповеди.

Иерей Олег

— Да, ты идешь на встречу от сердца к сердцу. Любовь.

Н. Лангаммер

— Матушка, у вас такая семья, прямо жизнь жительствует. Как вы с праздниками с радостями обходитесь Великим постом?

И. Батаногова

— У нас, кстати, тема эта очень актуальна, потому что у нас две дочки, они у меня мартовские, и у них всегда попадает на Великий пост. Иногда у них было такое: ну почему у нас всегда день рождение, как обидно. Но мы как-то научились, во-первых, я действительно согласна с батюшкой, что надо поступать по любви. По любви и с рассуждением. И мы всегда поздравляли девочек наших, но в воскресенье, например. И обязательно собиралась вся семья, но мы всегда помнили, что это пост, и мы не позволяли себе никаких вот таких излишеств. Это, мне кажется, очень правильно. Я вот даже помню, я даже вот сейчас не про Великий пост говорю, а про Успенский пост, что однажды мы отдыхали очень-очень давно в Греции, у нас же посты не совпадают, то есть у них Успение — праздник, а у нас только начало Успения. И вот нас, друзья, греки пригласили, вот у них праздник такой, Успение, они все поздравляют друг друга, говорят: «Χρονιά πολλά!», а у нас первый день поста. И они нас приглашают на козленка. Ну как, первый день поста и козленок? И они видят, что мы как-то вот сомневаемся, и говорят: ну вы хотите нас обидеть? Приходите. Я звоню маме, говорю: мама, ну как же быть-то? Мама так помолчала мне и говорит: поступи по любви. И я понимаю, что я не имею права обидеть человека, у них праздник. Я для себя тогда, мы с отцом Алексеем, что ну хорошо, мы просто лишний день еще попостимся, ничего страшного. Но поступать надо всегда по любви. И мы нашли эту меру, как вот отец Валериан сказал, что с рассуждением, все с рассуждением. А меры поста бывают очень разные. Есть матери кормящие, и они не могут поститься в ту меру, как постятся, например, монахи. Или, например, студенты, которые живут в Москве — такой тяжелый город, такая нагрузка, они не могут в полной мере поститься, конечно, у них послабление. Но мы все время своим детям говорили: тогда откажись от того, что для тебя очень вот как-то, вот с чем ты хочешь как-то побороться. И я вот сейчас говорила про соцсети — это было лет 5−6 назад. А сейчас для меня совершенно другая уже задача стоит. Мне очень хочется просто быть доброй. Мне очень хочется каждым моментом дорожить. Ведь пост — это такое удивительное время, когда ты можешь изменить себя. И как важно что-то оставить после себя в этой жизни, как важно успеть как можно больше сделать добрых дел. И мы же читаем все время Евангелие, есть такая же традиция, что за Великий пост ты обязательно должен прочесть Евангелие от начала до конца. И мне очень нравятся слова, что приобретайте друзей, помните, да? И для меня оказалось это очень важным сейчас, очень ценным. А что ты оставишь после себя в этой жизни? А что ты сделаешь, а как ты оправдишься перед Богом, а что скажут о тебе люди. И для меня сейчас, наверное, самая главная задача — это как можно больше сделать добрых дел в своей жизни, пока Господь дает жизнь, пока Господь дает время. Я должна ответственней относиться к своей жизни, к духовной жизни.

Н. Лангаммер

— Я напомню, что в эфире программа «Клуб частных мнений». Меня зовут Наталья Лангаммер. Мы обсуждаем сегодня тему, как входить в Великий пост, какие задачи перед собой ставить. В гостях у нас клирик Георгиевского храма города Видное, отец Олег Осадчий, матушка Ия Батаногова, супруга священника, отца Алексея Батаногова, и Светлана Бакулина, специалист по связям с общественностью. Мы сейчас прервемся на несколько минут, пожалуйста, не переключайтесь.

Н. Лангаммер

— Мы возвращаемся в студию Cветлого радио, в эфире программа «Клуб частных мнений». Меня зовут Наталья Лангаммер. Мы обсуждаем тему, как входить в Великий пост — завтра нам это уже предстоит, — с какими задачами, как взвесить ту меру поста для себя, которая будет полезной, а не наоборот. В гостях у нас клирик Георгиевского храма города Видное, отец Олег Осадчий, Ия Батаногова, супруга священника, и Светлана Бакулина, специалист по связям с общественностью, которая нам эту тему предложила обсудить. Вот, знаете, давайте по таким вопросам пройдем. А почему мы работаем над собой именно постами? Почему нам кажется, что именно за пост мы можем себя изменить? В пост — я сейчас как вот вообще неофит спрошу: в пост что, нам дается особая благодать, какие-то дополнительные силы? Или почему именно постом мы пытаемся над собой работать в духовном смысле?

Иерей Олег

— Евангелие говорит нам о том, что просите и дано вам будет. И неслучайно перед постом, вот сейчас мы совсем стоим на пороге этого удивительного времени, но было несколько подготовительных седмиц и недель (по-церковнославянски «неделя» — воскресный день), когда Церковь предлагала особые евангельские чтения с особыми смыслами, которые могут, опять же помочь почувствовать, что любовь это главное. Вот сегодня мы неоднократно уже об этом говорили, да, и все-таки вот любовь это очень важно. Это и в притче о мытаре и фарисее, и в истории о блудном сыне или, как в литературе толковательной эта притча также называется, о любящем отце, что тоже очень важно. И мы готовимся к этому времени, исторически перед Пасхой, да, подготовка, воспоминание поста нашего Спасителя. Вот я когда преподавал в детской воскресной школе, последние вот уже много лет я занимаюсь взрослыми воскресными школами, а вот в детской дети тоже задавали вопрос: а почему Господь постился 40 дней?

Н. Лангаммер

— Да, зачем Ему это надо было.

Иерей Олег

— Да, зачем Ему это нужно. И мое самое любимое толкование — правда, это такая экзегетическая литература, не наша, протестантская, но такая хорошая, которой пользуются и католики, и наши, и протестанты сами. Вот в книге у Уильяма Баркли — есть такой шотландский экзегет, есть такая простая фраза: «Господь постился, потому что Ему было не до еды». Ну вот удивительная фраза, простая: потому что Он готовился к Своему пути на страсти, готовился к Своей проповеди. И как апостол Павел говорит: подражайте мне, как я Христу. И мы тоже должны быть готовы к пути, чем заканчивается Евангелие от Матфея: идите, научите, — то есть поделиться этой радостью жизни с Богом.

Н. Лангаммер

— А в чем подготовка? То есть не в том, что мы от чего-то отказываемся, смещается акцент внимания на что-то другое, мы должны сосредоточиться, мы должны уйти в молитву.

Иерей Олег

— Безусловно, и сосредоточиться тоже. И богослужение, да, участие в богослужении. Вот часто бывает так, мне кажется, эта проблема была и в XIX веке, в начале XX века, то есть вот отношение к посту как что-то, что ты отдаешь — то есть вот у меня есть повинность, я пришел, я должен раз в год причаститься там, я должен там что-то прочитать, что-то сделать. Кстати, церковные историки интересно говорят, что вот эти пресловутые три дня поста перед причащением, о которых не говорится нигде в канонах, они возникли именно на рубеже XIX–XX веков, когда человек мог прийти, причаститься, либо получить справку, да, чтобы подтвердить свой статус, допустим, дворянства, либо вот как-то свою совесть успокоить, что вот я Богу отдал, и все, а дальше могу жить спокойно.

Н. Лангаммер

— Раз в год.

Иерей Олег

— Да, раз в год. И, как нам говорят историки, священнику приходилось говорить: дорогой, ну тебя не было весь пост, может быть, неделю ты попостишься. Неделю мне сложно. Тогда давай три дня хотя бы. Потом были вот эти советские тяжелые годы, когда эти три дня тиражировались. И, с другой стороны, да, эти три дня, они же полезны, если человек совсем вот никак себя не ограничивает, не постится. Наверное, в таком случае действительно эти три дня полезны.

Н. Лангаммер

— Но они тяжелы, если каждое воскресенье причащаться. И, насколько я знаю, Церковь дает послабление.

Иерей Олег

— У нас есть замечательный документ, официальный церковный документ об участии верных в Евхаристии, в котором говорится о том, что если человек живет церковной жизнью, часто причащается, соблюдает посты, среду, пятницу, то достаточно говения один день, это абсолютно нормальная практика.

Н. Лангаммер

— Света, вот я хотела тебя спросить, ты сейчас будешь себя ограничивать, потому что ты так хочешь или потому что надо? Мне кажется, это важная тоже тема, вот это понуждение себя, долженствование и искреннее желание.

С. Бакулина

— Вопрос хороший. Недавно я насчет него задумалась как раз, когда принимала, точнее, обдумывала, принять мне приглашение на день рождения или нет. Сразу скажу, то есть вопрос такой был каверзный немножко, потому что согласна, что нужно поступать по любви, но в моем случае, я понимаю, что для меня это искушение. То есть, поездка в Дубай, солнце...

Н. Лангаммер

— А, вот какой день рождения.

С. Бакулина

— Да, понимаете, то есть Великий пост.

Иерей Олег

— Неплохо.

С. Бакулина

— Да, а дело в том, что мои друзья, подруги, они такие люди достаточно светские, они приходят сколько-то раз в год в храм, и здесь вот такой момент палка о двух концах. То есть, я вроде бы не хочу привлекать, мы говорим про хвастовство, да, что вроде бы привлекать внимание, а с другой стороны, я же должна дать какой-то аргумент, почему я это не делаю.

Н. Лангаммер

— То есть, ты решила не ехать в Дубай?

С. Бакулина

— Нет, я решила не ехать, и я с улыбкой отказывалась. И понимаю, что, наверное, несколько бы лет назад у меня было бы такое, знаете, как говорят, искушение, то есть сомнение — ехать, не ехать. А здесь я действительно, вот правда, несколько дней назад села и задала себе вопрос: почему я не еду? Почему я сказала нет? Вроде да, Великий пост, так надо, да? Потому что там будут какие-то грешные кампании, грешные занятия, так скажем, да? А потом я думаю: да потому что у моих родителей, у моей бабушки, моей прабабушки, не стоял такой вопрос, почему не ехать в Великий пост куда-то за границу, веселиться, купаться. Наверное, я не то чтобы так вот одухотворилась, но пришла к выводу, что это просто нормально, потому что не надо. Потому что какой смысл? То есть какая польза от этого? Когда у меня стоит вопрос провести первую неделю в монастыре, пойти послушать или принять участие в богослужении, канон Андрея Критского услышать, который раз в год можно услышать только в этот период или поехать туда. Я понимаю, что поездку можно перенести на любой другой момент. Поэтому здесь, наверное, потихонечку, то есть, конечно, неполноценно, я еще к этому прихожу. Потому что это нормально. Просто поститься, потому что так делают нормальные люди. У меня, к сожалению, в отличие от многих, нет такого опыта, что поститься с детства. Я к этому только прихожу последние годы. Именно поэтому в моем тексте, в моем рассказе прослеживается вот это изменение каждый год, что я стараюсь подражать монахам, потом, значит, подражать таким вот...

Н. Лангаммер

— Ищешь свой путь.

С. Бакулина

— Да. Но, наверное, потихоньку я прихожу, потому что просто это норма жизни. Потому что как-то с Господом надо хотя бы вот эти особые дни как-то...

И. Батаногова

— Посвятить Богу.

С. Бакулина

— Посвятить Богу.

Н. Лангаммер

— Побыть с Ним.

И. Батаногова

— Вот это действительно ощущение. Вот я вот сейчас слушаю и думаю: а поехала бы я? И я, знаете, что понимаю, когда в детстве постишься, кажется, что пост очень длинный. Очень. Вот я, правда, я маме говорила: мама, мы постимся полгода. Каких полгода? Два месяца. Говорю: да нет, ты что, полгода. А сейчас у меня ощущение, что вот ты только как-то собрался... Я вообще, мы все время смеемся, что неделя о расслабленном — это вот мы все друг друга поздравляем с именинами, потому что мы все расслаблены. Кто в большей степени, кто в меньшей. И вот Великий пост нас собирает, и как тяжело собраться, как тяжело настроиться. И ты вот только вроде бы вот как-то чувствуешь: вот он, Великий пост, и вот как-то уже чувствуешь службы, они же настолько красивые, молитвы совершенно другие, ты входишь вот в этот ритм. И вдруг пост уже закончился. И тебе грустно, тебе, правда, не хочется терять то, что ты собрал.

Н. Лангаммер

— Я не успеваю.

И. Батаногова

— Такое ощущение, что ты весь наполнился, и вот уже «Христос воскресе!», и ты понимаешь, что как бы ты ни старался, ты все равно будешь немножечко вот как-то терять вот это ощущение. И для меня это всегда очень грустно, я просто сейчас действительно ощущаю, насколько быстро проходит время. И ты не успеваешь за Великий пост многие вещи. Ты прямо ставишь перед собой задачу — он уже закончился, ты ничего не успел. И думаешь: вот ты опять не успел, вот пост закончился, ты опять не успел, а как больно, как обидно. И вот я уже говорила о том, что у нас была такая традиция быть на Святой Земле. И когда ты стоишь у Гроба Господня, тебе вообще ничего не хочется просить у Бога, и даже нет никакого смысла, потому что ты понимаешь, что ты здесь и сейчас с Богом, и это самое главное, и тебе больше ничего не нужно в жизни. Просто настолько меняются приоритеты, что вся вот эта жизнь, в которой мы все погружаемся, она очень отвлекает нас от нашей души, от нашей молитвы, сосредоточенности, от нашего общения с Богом. И именно вот эти драгоценные моменты, их нельзя терять. Вот они очень важны для нашей души.

Н. Лангаммер

— И мне кажется, в Пасху очень сложно войти, когда ты толком не постился. Ты как будто не проживаешь это. Вот особенно Страстная неделя, да, уже когда это не пост. Если ты вот это не проплакал — простите, но для меня это так, — с Ним не пострадал, то Пасха — не Пасха.

Иерей Олег

— Да. Кстати, интересный момент, в древности была одна книга Триодь. Вот у нас сейчас делится на Триодь Постная и Триодь Цветная, да, подготовительные недели перед Великим постом, Великий пост, Страстная седмица, которая не является частью поста, это особое время, когда мы уже не думаем о каких-то там своих грехах или попытках подвигов, мы уже переживаем вместе с Ним вот эту последнюю неделю Его земной жизни. И дальше вот эти недели удивительные после Пасхи, которые в Цветной Триоди содержатся. И если вот смотреть на все это время в единстве, тогда как раз и смыслы появляются, и появляется поддержка, появляются силы. Проблема большинства современных православных христиан — это вот я просто как священник могу засвидетельствовать, то что люди теряются после поста. То есть они пришли на Пасху, разговелись — все, дальше их нет. А если переживать, допустим, Светлую седмицу, как ее в древности всегда переживали — это сплошная седмица, когда мы питаемся...

Н. Лангаммер

— Не только яйца и куличи.

Иерей Олег

— Всегда чувствуем меру, да. Но мы едим там, что можем, мы каждый день пребываем в богослужении, мы причащаемся Святых Христовых Таин. И далее каждую последующую неделю переживаем тоже через Евхаристию, через единение со Христом и друг с другом во Христе. Тогда смыслы не теряются, тогда радость никуда не уходит. Вот это очень важный момент. Я бы еще хотел, если позволите, вспомнить одну из самых своих счастливых недель в жизни. Работал на светской работе, я еще не был священником, и мне позвонил священник, настоятель храма, в котором я вырос. С детства я там учился в воскресной школе, учился петь на клиросе и так далее. И вот он мне позвонил и так грустно сказал: вот у меня как-то все разошлись в этом году, там алтарники, и с певчими не очень хорошо, а так хотелось бы вот так с тобой вместе, может быть, вот эту неделю прожить. А мне самому очень этого захотелось, я позвонил на работу, говорю: можно я на неделю возьму за свой счет отпуск? И, о чудо, мне дали этот отпуск. И вот такое возвращение. То есть я уже не один год там работал по светской специальности, и даже когда был студентом, не получалось посетить все вот эти богослужения удивительные. И тут вот такое возвращение, да, возвращение и в пост, и даже в Церковь возвращение, вот в такую церковную жизнь. Каждый день на службе утром, вечером, вот участие в богослужении — это было, конечно, большое счастье. Сейчас уже священник, понятно, что я никуда не денусь. Но вот я помню эти ощущения и стараюсь их переживать снова, чтобы действительно первая седмица Великого поста была бы как первый и последний раз.

Н. Лангаммер

— Я напомню, что в эфире программа «Клуб частных мнений». Меня зовут Наталья Лангаммер. Мы сегодня обсуждаем, как нам входить в Великий пост. В гостях у нас клирик Георгиевского храма города Видное, отец Олег Осадчий, супруга священника Ия Батаногова и Светлана Бакулина, специалист по связям с общественностью, которая эту тему предложила. Матушка Ия, вы хотели что-то сказать?

И. Батаногова

— Я хотела сказать, что очень люблю именно Страстную неделю. Я ее так переживаю, потому что мне кажется, очень важно быть с Богом и распятым, и с Богом воскреснуть. И я, например, всегда очень переживаю, когда идет Великая суббота, такая служба, когда поют: «Да молчит всяка плоть человеча, и да стоит со страхом и трепетом», а во дворе храма все освящают куличи, там это все, какой-то галдеж идет. И в храме меньше людей, чем во дворе, которые пришли, в огромной вот этой вот очереди. И мне настолько от этого обидно, потому что мне кажется, что вот здесь эту неделю, такую важную, ее нужно посвятить только Богу. Что не имеет значения, освятил ты куличи, не освятил ты, что именно проникнуться вот этими глубокими службами.

Н. Лангаммер

— Если про куличи сказали, давайте поясним, что вообще-то куличи правильно освещать после пасхальной службы. Правильно, отец Олег, я говорю, что это послабление сделано такое?

Иерей Олег

— Это традиция такая, да. На самом деле, наверное, после ночной службы, как правило, еще и поздняя есть служба, то есть священнику, наверное, тяжело там освящать эти куличи. Ну вот вообще да, по правилам после.

И. Батаногова

— И вот тоже ведь надо проникнуться и почувствовать эти службы. Великий четверг, когда Тайная Вечеря, поют: «Вечери Твоея тайныя днесь...» А многие не приходят и говорят, что я пеку куличи. Не надо, вот это не надо. Очень важно вот эти вот моменты быть с Богом, почувствовать службы. Они такие красивые, они такие глубокие. Вот когда поют вместо Херувимской: «Вечери Твоея тайныя днесь, Сыне Божий, причастника мя прими», я всегда плачу. Господи, какое счастье, что мы с Тобой, что мы Тебя знаем, что мы вот здесь сейчас стоим, и Ты даешь нам еще возможность помолиться, потрудиться, встретить Пасху, пережить вот эти удивительные службы. Вот очень хочется научиться всем нам ценить все это. Ценить и чувствовать, чувствовать сердцем. Это очень важно.

Н. Лангаммер

— Вот этот момент, который, мне кажется, мы сегодня нашли, да, вот это состояние вне времени и вне пространства, я тоже его пережила, стоя у Голгофы, у Креста, когда вообще все исчезает. И вот, видимо, это то самое для христианина искомое, когда ты с Богом, а все остальное вообще ничего не значит.

И. Батаногова

— Да.

Н. Лангаммер

— Света, мы приближаемся к финалу программы. У тебя были еще вопросы?

С. Бакулина

— Да, и не один.

Н. Лангаммер

— Давай.

С. Бакулина

— Ну вот первый вопрос: как вы считаете...

Н. Лангаммер

— Это уже второй.

С. Бакулина

— Из двух оставшихся. Да, вопрос такой, что не является ли это крайностью, что, например, вот на время поста я строго всегда, уезжая на первую неделю в монастырь, последние недели тоже принципиально стараюсь в монастыре. Конечно же, в течение поста и в течение года я тоже пребываю в монастыре, но реже, чем вот именно первые и последние недели. Вот нет ли в этом именно крайности, что я стараюсь подражать, опять же как мы говорим, вот аскетам или монахам? Как светскому человеку это вот правильно, нормально? Или все-таки нужно учиться и как-то в городе уметь настроиться на молитву, ходить в храм, или это вот все-таки допустимо?

Иерей Олег

— Если есть такая возможность, то это прекрасно, за вас можно порадоваться. Есть такой вот запрос у многих современных христиан: как быть, если нет такой возможности, если у меня офис, если у меня дети, внуки, масса каких-то других обстоятельств. Слава Богу, что сейчас у нас есть возможность, даже если ты не можешь прийти на богослужение — я не говорю, что это хорошо, но бывает так, что объективно ты не можешь прийти, — у нас есть изумительные сайты, на которых есть богослужебные тексты, в том числе в переводе на современный русский язык, понятные и доступные. И можно, я даже нашим прихожанам рекомендую, кто переживает, что не могут прийти на все службы, допустим, там, первую седмицу поста либо Страстную седмицу, можно быть с Церковью вместе, даже находясь вот вне храма.

Н. Лангаммер

— Службы посмотреть, записи.

Иерей Олег

— Посмотреть записи, прочитать эти тексты. Кто-то начинает грустить, что вот вечернее правило бы успеть прочитать, а еще вот такая дополнительная нагрузка. Мне кажется, что здесь можно даже вот какую-то вариативность применить, то есть, может быть, даже какую-то часть вечернего правила заменить там вот тем текстом, который сегодня самый главный — то есть какие-то там песнопения, каноны этих дней, евангельские чтения. Например, служба Страстных Евангелий, да, ее дома прочитать. У меня у меня супруга, например, не всегда может прийти, в силу там наличия детей, в том числе и дошкольного возраста, прийти на эти службы, они стараются дома прочитать.

Н. Лангаммер

— Как и канон, когда не получается. Кстати, иногда очень вдумчиво его читаешь. Именно когда ты вот с книгой в руках, дома у аналоя, ты по-другому это читаешь.

Иерей Олег

— Да, и еще есть, я позволю себе сказать, не то чтобы совет, но это не я придумал. Нам, когда я еще учился в семинарии, один из преподавателей сказал, что для того, чтобы с пользой провести время Великого канона, вот эти четыре дня, и потом, когда он полностью читается, хорошо бы перечитать, может быть, там, допустим, томик Лопухина, «Толковая Библия». Потому что вот эти все образы, которые там перечисляются, ветхозаветные, вот эти примеры ветхозаветной святости, борьбы с самими собой, борьбы со страстями, когда ты помнишь, о чем речь идет, оно все оживает.

Н. Лангаммер

— Конечно.

Иерей Олег

— Это и интересно, и я думаю, что это такая польза для души очень важная.

И. Батаногова

— Ветхозаветная — это уже совсем просто такая очень высокая планка. Дай Бог прочитать хотя бы Евангелие.

Иерей Олег

— Поэтому вот как раз Лопухин, там как-то все это у него очень такая выжимка, в хорошем смысле слова. Это не то, что там нужно прочитать весь Ветхий Завет, а вот как-то... Кто-то, бывает, даже перечитывает «Детскую Библию», например, кому-то это полезно, чтобы освежить память, о чем Церковь говорит сегодня.

И. Батаногова

— Еще вот как-то мне очень хочется... Света про монастырь все время говорит. И я знаю, что многие люди искушаются, им кажется, что вот мера поста, она должна быть вот такая очень высокая, и ориентируются на монашество. При этом жизнь в миру и жизнь в семье — это тоже своего рода подвиг, и он ничуть не меньше в глазах Божиих как подвиг монашества. И если у каждого, вот опять говорю, своя мера. Если у тебя много детей, у тебя есть обязанности перед детьми, перед своей семьей, у тебя нет возможности сходить в монастырь, но это не означает, что перед Богом это не такая высокая мера, как монашеская. Я даже помню, что старец Паисий, он все время говорил, что для матерей очень высокая молитва — это служение своим детям, своему мужу, своей семье, и что тоже очень высокая мера в глазах Божиих. И здесь не надо унывать, например, если у тебя нет возможности ходить на службы, выстраивать длинные службы. У тебя просто нет такой возможности. Но у тебя есть другая возможность — поставить перед собой задачу не раздражаться там, как-то не ругаться, просто поставить духовную задачу и действительно стараться с Божией помощью все-таки как-то себя немножко изменить.

Н. Лангаммер

— Добрее быть, да, матушка.

И. Батаногова

— Добрее быть. А я вот недавно разговаривала с нашим духовником, и что-то посетовала, он так рукой махнул и говорит: да, в принципе, ничего не важно. Важно быть добрым.

Н. Лангаммер

— Света, третий вопрос, очень коротко.

С. Бакулина

— Как говорить с людьми о посте? То есть вот как их не смущать? Вот я, например, прихожу в кафе на какую-то встречу. Ведь люди же видят, что я что-то ем постное, и начинаются такие сразу вопросы: что, постишься? А ведь можно как-то вот иначе. То есть такой вот диалог. А мне искренне не хочется привлекать к себе внимание. Мне искренне непонятно, как быть в такой ситуации. Поэтому я иногда стараюсь избегать и не приходить на такие встречи, что тоже меня потом смущает.

Иерей Олег

— Должен быть бейджик: «Если ты хочешь поститься — спроси меня, как».

Н. Лангаммер

— А просто люди иногда смотрят на это и говорят: ой, эти православные, если в эту церковь прийти, сейчас начнется: это нельзя, то нельзя. Вот действительно, как не смутить людей, когда ты постишься, но и ты в их компании? Некоторые начинают тебя уговаривать: ну съешь кусочек мяса, в чем проблема?

Иерей Олег

— Никогда не забуду одну картину. Вот прямо сейчас перед глазами появилась Греция, по-моему, Салоники, один из ресторанов быстрого питания, не будем его называть. И сидят два схимника такие вот, в одежде, как ходят схимники, и очень так благочестиво кушают два бургера с рыбой. И светятся просто любовью, счастьем. Вот почему-то вспомнилось. У нас такое сложно представить, вот в Греции я такую картинку видел.

И. Батаногова

— Вот опять же если подвести, то пост это не про еду. А сейчас, мне кажется, что люди достаточно лояльны. Сейчас, куда не придешь, везде постное меню. Люди относятся как-то уже к этому с пониманием, как-то очень тактично. У нас не было никогда такой ситуации, что приходишь, и вам постное меню или не постное меню. Очень как-то... Мне вообще кажется, что надо быть, наверное, просто добрым примером и не говорить, не афишировать, что я там пощусь или не пощусь, я буду это, не буду это. Наверное, здесь нужно быть честным перед собой и Богом, и действительно для людей быть добрым примером. И вот как Света хорошо сказала, это не обижать своего ближнего. Потому что мы очень часто постимся, а не замечаем, насколько мы можем обидеть людей, и даже не замечаем этого и не просим никогда прощения. Вот, кстати, Прощеное воскресенье, я его очень тоже люблю.

Н. Лангаммер

— Вот сегодня как раз мы смогли это сделать.

И. Батаногова

— Искренне попросить прощения и с чистым сердцем вступить в Великий пост — это такая благодать и такая радость, что вот очень хочется, на самом деле, у всех попросить прощения и пожелать доброго поста такого, богоносного.

Н. Лангаммер

— Да, Чин прощения уже сегодня состоялся, но у нас еще есть время, которое, кстати, мне кажется, и не заканчивается Прощенным воскресеньем, когда можно попросить прощения или разобраться с тем, почему ты еще кого-то не простил.

Иерей Олег

— Вдруг до кого-то не дозвонился, допустим, да, можно продолжить.

Н. Лангаммер

— Но это как-то важно, да, отец Олег?

Иерей Олег

— Конечно.

Н. Лангаммер

— Без очищенной такой души не войти.

Иерей Олег

— И очень важно помнить, да, куда мы идем, к Кому мы идем. Это как «Властелин колец», моя любимая книга — Фродо изначально знал, куда он несет кольцо и ради кого он это делает. Дай Бог нам тоже помнить о том, к Кому мы идем, и что вокруг нас есть наши близкие, которые нуждаются в нашей любви, в нашей заботе. Будем об этом помнить, будем поститься постом приятным, который благоугоден Богу, как поется в одном из песнопений.

Н. Лангаммер

— Спасибо вам за беседу. Потому что действительно для себя вот и из вопросов Светы тоже какой-то я вывод сделала, что если ты уже так заявляешь, да, что ты постишься, ты вообще не имеешь права в этот период повести себя не по-доброму. Потому что тогда будет вообще к тебе очень странное отношение, как и к Церкви. То есть мы все-таки так или иначе живое письмо Христа, да, к людям. И вот быть добрее, мне кажется, это важный такой вывод сегодняшнего разговора. На этом мы вынуждены прощаться, потому что время наше истекло. И я напомню, что в эфире была программа «Клуб частных мнений». Меня зовут Наталья Лангаммер. Мы обсуждали тему, как нам завтра, уже сегодня, наверное, да, вечером, входить в Великий пост. Как иногда с юмором говорят: завершить чин великого доедания из холодильника. И завтра уже начать жить этой весной души. В гостях у нас был клирик Георгиевского храма города Видное, отец Олег Осадчий, супруга священника Ия Батаногова и Светлана Бакулина, специалист по связям с общественностью. Спасибо, Света, за эту тему. Меня зовут Наталья Лангаммер. Мы на этом прощаемся с вами, дорогие наши радиослушатели. Напомню, что нашу программу можно не только слушать, но и смотреть на нашем сайте https://radiovera.ru/ и ВКонтакте. Увидимся, услышимся через неделю, в воскресенье в 18.00. Хорошего вам поста, сил его начать и, главное, достичь каких-то своих правильных духовных целей. Всего доброго. До свидания.

Иерей Олег

— До свидания. С Богом.

С. Бакулина

— До свидания.

И. Батаногова

— До свидания.

С. Бакулина

— Спаси Господи.

Все выпуски программы Клуб частных мнений

Проект реализуется при поддержке VK

Другие программы

Духовные этюды

27 июня. «Летучие рыбы»

Скачать

Фото: John Cobb/Unsplash

Широко раскрываются глаза от радостного изумления при виде длинных серебристо-золотых океанических рыб, которые, кажется, не хуже птиц умеют парить над водой, с великой скоростью пересекая воздушное пространство, чтобы вновь скрыться затем в голубой пучине. Каких только чудес ни таит в себе море-океан, балуя нас подобной экзотикой! Не скроем, что для людей мiра сего, погружённых в удовлетворение своих страстных похотений, истинный христианин, совершенно чуждый греховных привычек и обычаев, иногда кажется такой «летучей рыбой», парящий над мутными волнами житейского моря.

Автор: Протоиерей Артемий Владимиров

Все выпуски программы Духовные этюды

Читать полностью

Другие программы

Частное мнение

Красота души. Виктория Галкина

Скачать

Было тихое, солнечное утро. Я встала пораньше, чтобы успеть собраться не спеша. Стою у зеркала, расчёсываю волосы — они сегодня такие послушные, красиво блестят на солнце... Меня радует то, как я выгляжу. Хорошо! И вдруг ловлю себя на мысли: «А если завтра не будет такого блеска в волосах, если появятся синяки под глазами — я стану хуже? Пропадет радость?»

И вспомнились слова батюшки, которые он как-то сказал после исповеди: «Красота — дар Божий, а не твоя личная заслуга. Благодари за неё Творца, но не превозносись. Ибо всё преходяще: и молодость, и свежесть, и блеск глаз».

А ведь правда! Сколько раз я расстраивалась из‑за какой‑то мелочи во внешности! То причёска не та, то платье не сидит. Из‑за этого могла целый день ходить хмурой, раздражённой. А стоит оно того?

В прошлом году я поехала в монастырь на послушание. Там одна матушка, совсем старенькая, с морщинистым лицом и седыми прядями, выбивающимися из-под платка, улыбнулась мне так тепло, так светло... И я поняла: вот она — настоящая красота. Не в гладком лице и не в модной одежде, а в этом свете, который идёт изнутри. В её глазах было столько доброты, столько любви, что рядом с ней становилось спокойно и радостно.

Теперь, когда ловлю себя на самолюбовании, делаю так: подхожу к окну, смотрю на деревья, на небо, вдыхаю глубоко и говорю про себя: «Благодарю, Господи, что дал мне эту внешность. Но помоги мне не зацикливаться на ней, а думать о том, как я могу послужить Тебе и ближним».

Однажды я прочитала у святителя Иоанна Златоуста: «Красота тела без красоты души есть цветок без запаха». Я представила себе розу — пышную, алую, идеальную, но без аромата. Да, она красива, но что в ней останется, если убрать запах? А потом представила скромный полевой цветок, который пахнет мёдом и солнцем. Он может быть не таким эффектным, но он живой, он радует сердце.

Так и с людьми. Можно быть внешне идеальной, но если внутри — пустота или гордыня, то эта красота не согреет никого. А можно с морщинками вокруг глаз от частых улыбок, с руками, загрубевшими от работы, и при этом светиться такой любовью, что люди будут тянуться к тебе, как к солнцу.

Красота — это хорошо, это Божий дар. Но важно помнить, что она дана не для самолюбования, а чтобы через неё светилась любовь к Богу и ближним.

Автор: Виктория Галкина

Все выпуски программы Частное мнение

Читать полностью

Другие программы

Богослужения вечера

Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Всенощное Бдение. 28 июня (вечер 27 июня) 2026г.

Неде́ля 4-я по Пятидеся́тнице.

Прор. Амо́са.

Глас 3.

ВСЕНО́ЩНОЕ БДЕ́НИЕ

Вели́кая Вече́рня

Диакон: Воста́ните!

Хор: Благослови́.

Иерей: Сла́ва Святе́й и Единосу́щней и Животворя́щей и Неразде́льней Тро́ице всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Священнослужители в алтаре:

Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́ Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Ему́.

Псало́м 103, предначина́тельный:

Хор: Благослови́, душе́ моя́, Го́спода./ Благослове́н еси́, Го́споди./ Го́споди, Бо́же мой, возвели́чился еси́ зело́./ Благослове́н еси́, Го́споди./ ... / Вся прему́дростию сотвори́л еси́./ Сла́ва Ти, Го́споди, сотвори́вшему вся.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Вели́кая ектения́:

Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)

Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.

О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.

О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.

О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.

О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.

О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.

О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.

О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их. Го́споду помо́лимся.

О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.

Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Блаже́н муж:

Хор: Блаже́н муж, и́же не и́де на сове́т нечести́вых.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Я́ко весть Госпо́дь путь пра́ведных, и путь нечести́вых поги́бнет.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Рабо́тайте Го́сподеви со стра́хом и ра́дуйтеся Ему́ с тре́петом.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Блаже́ни вси наде́ющиися Нань.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Ектения́ ма́лая:

Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Твоя́ держа́ва, и Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Го́споди, воззва́х, глас 3:

Хор: Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя./ Услы́ши мя, Го́споди./ Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя:/ вонми́ гла́су моле́ния моего́,/ внегда́ воззва́ти ми к Тебе́.// Услы́ши мя, Го́споди.

Да испра́вится моли́тва моя́,/ я́ко кади́ло пред Тобо́ю,/ воздея́ние руку́ мое́ю/ — же́ртва вече́рняя.// Услы́ши мя, Го́споди.

Стихиры воскресные, глас 3:

На 10. Стих: Изведи́ из темни́цы ду́шу мою́,// испове́датися и́мени Твоему́.

Стихира: Твои́м Кресто́м, Христе́ Спа́се,/ сме́рти держа́ва разруши́ся,/ и диа́воля пре́лесть упраздни́ся,/ род же челове́ческий, ве́рою спаса́емый,// песнь Тебе́ всегда́ прино́сит.

Стих: Мене́ ждут пра́ведницы,// до́ндеже возда́си мне.

Стихира: Просвети́шася вся́ческая/ Воскресе́нием Твои́м, Го́споди,/ и рай па́ки отве́рзеся,/ вся же тварь восхваля́ющи Тя,// песнь Тебе́ всегда́ прино́сит.

На 8. Стих: Из глубины́ воззва́х к Тебе́, Го́споди,// Го́споди, услы́ши глас мой.

Стихира: Сла́влю Отца́ и Сы́на си́лу,/ и Свята́го Ду́ха пою́ власть,/ неразде́льное, несозда́нное Божество́,/ Тро́ицу Единосу́щную,// ца́рствующую в век ве́ка.

Стих: Да бу́дут у́ши Твои́// вне́млюще гла́су моле́ния моего́.

Стихира: Кресту́ Твоему́ честно́му покланя́емся, Христе́,/ и Воскресе́ние Твое́ пое́м и сла́вим.// Ра́ною бо Твое́ю мы вси исцеле́хом.

На 6. Стих: А́ще беззако́ния на́зриши, Го́споди, Го́споди, кто постои́т?// Я́ко у Тебе́ очище́ние есть.

Стихира: Пое́м Спа́са от Де́вы вопло́щшагося./ Нас бо ра́ди распя́тся,/ и в тре́тий день воскре́се,// да́руя нам ве́лию ми́лость.

Стих: И́мене ра́ди Твоего́ потерпе́х Тя, Го́споди, потерпе́ душа́ моя́ в сло́во Твое́,// упова́ душа́ моя́ на Го́спода.

Стихира: Су́щим во а́де сшед Христо́с благовести́:/ дерза́йте, глаго́ля, ны́не победи́х,/ Аз есмь Воскресе́ние, Аз вы возведу́,// разруши́в сме́ртная врата́.

На 4. Стих: От стра́жи у́тренния до но́щи, от стра́жи у́тренния,// да упова́ет Изра́иль на Го́спода.

Стихира: Недосто́йно стоя́ще в пречи́стом дому́ Твое́м,/ вече́рнюю песнь возсыла́ем,/ из глубины́ взыва́юще, Христе́ Бо́же:/ просвети́вый мир тридне́вным воскресе́нием Твои́м,// изми́ лю́ди Твоя́ от руки́ враго́в Твои́х, Человеколю́бче.

Стихиры прор. Амо́са, глас 2, подобен: «Егда́ от Дре́ва...»:

Стих: Я́ко у Го́спода ми́лость, и мно́гое у Него́ избавле́ние,// и Той изба́вит Изра́иля от всех беззако́ний его́.

Стихира: Обре́те духо́вная заря́ твоего́ ума́, проро́че,/ чистоту́, сия́ющую, я́коже зерца́ло, я́вственно,/ и мир озари́ Богоразу́мия сия́нием блиста́ющую/ и прообразу́ющую Боже́ственных та́ин о́бразы,// благода́ть же, всем челове́ком хотя́щую пода́тися, пречу́дне.

На 2. Стих: Хвали́те Го́спода вси язы́цы,// похвали́те Его́ вси лю́дие.

Стихира: Уста́ быв Бо́жия,/ нече́стия де́латели я́ве обличи́л еси́,/ судо́м неизбе́жным ты́я осуди́в, пребога́те,/ пра́ведным уче́нием после́дуя/ и Боже́ственным судо́м./ Те́мже прему́дрым твои́м глаго́лом/ ви́дяще возведе́ние, блаже́нне,// пе́сньми досто́йно восхваля́ем тя.

Стих: Я́ко утверди́ся ми́лость Его́ на нас,// и и́стина Госпо́дня пребыва́ет во век.

Стихира: Престо́лу Влады́чню предстоя́/ и неизрече́нныя и Боже́ственныя сла́вы насыща́емь,/ добро́ты же зря преми́рныя/ и све́та наполня́емь,/ Амо́се Богоглаго́ливе,/ вся, чту́щия тя, ве́рою помина́й,/ сим душе́вное спасе́ние,/ разреше́ния же согреше́ний// всем прося́, Богоприя́тне.

Догматик, глас 3:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Догматик: Ка́ко не диви́мся/ Богому́жному Рождеству́ Твоему́, Пречестна́я?/ Искуше́ния бо му́жескаго не прие́мши, Всенепоро́чная,/ родила́ еси́ без Отца́ Сы́на пло́тию./ Пре́жде век от Отца́ рожде́ннаго без ма́тере,/ ника́коже претерпе́вшаго измене́ния,/ или́ смеше́ния, или́ разделе́ния,/ но обою́ существу́ сво́йство це́ло сохра́ншаго./ Те́мже, Ма́ти Де́во Влады́чице,/ Того́ моли́ спасти́ся душа́м,// правосла́вно Богоро́дицу испове́дающих Тя.

Вход с кади́лом:

Диакон: Прему́дрость, про́сти.

Све́те Ти́хий:

Хор: Све́те Ти́хий святы́я сла́вы Безсме́ртнаго Отца́ Небе́снаго, Свята́го, Блаже́ннаго, Иису́се Христе́! Прише́дше на за́пад со́лнца, ви́девше свет вече́рний, пое́м Отца́, Сы́на и Свята́го Ду́ха, Бо́га. Досто́ин еси́ во вся времена́ пет бы́ти гла́сы преподо́бными, Сы́не Бо́жий, живо́т дая́й; те́мже мир Тя сла́вит.

Диакон: Во́нмем.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Проки́мен воскре́сный, глас 6:

Диакон: Прему́дрость во́нмем. Проки́мен, глас шесты́й: Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся.

Хор: Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся. (На каждый стих)

Диакон: Облече́ся Госпо́дь в си́лу, и препоя́сася.

Стих 2: И́бо утверди́ вселе́нную, я́же не подви́жится.

Стих 3: До́му Твоему́ подоба́ет святы́ня, Го́споди, в долготу́ дний.

Диакон: Госпо́дь воцари́ся.

Хор: В ле́поту облече́ся.

Ектения́ сугу́бая:

Диакон: Рцем вси от всея́ души́, и от всего́ помышле́ния на́шего рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Го́споди Вседержи́телю, Бо́же оте́ц на́ших, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и всей во Христе́ бра́тии на́шей.

Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.

Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.

Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.

Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.

Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Сподо́би, Го́споди:

Хор: Сподо́би, Го́споди, в ве́чер сей без греха́ сохрани́тися нам. Благослове́н еси́, Го́споди, Бо́же оте́ц на́ших, и хва́льно и просла́влено и́мя Твое́ во ве́ки. Ами́нь.

Бу́ди, Го́споди, ми́лость Твоя́ на нас, я́коже упова́хом на Тя. Благослове́н еси́, Го́споди, научи́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Влады́ко, вразуми́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Святы́й, просвети́ мя оправда́нии Твои́ми.

Го́споди, ми́лость Твоя́ во век, дел руку́ Твое́ю не пре́зри. Тебе́ подоба́ет хвала́, Тебе́ подоба́ет пе́ние, Тебе́ сла́ва подоба́ет. Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Ектения́ проси́тельная:

Диакон: Испо́лним вече́рнюю моли́тву на́шу Го́сподеви.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Ве́чера всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.

Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)

Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.

Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.

До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.

Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.

Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Благ и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Бу́ди держа́ва Ца́рствия Твоего́ благослове́на и препросла́влена. Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Лития́: (В приходской традиции может опускаться)

Поется стихира храма [1] , затем:

Богородичные стихиры Павла Аморрейского, глас 7, подобен: «Днесь бдит Иу́да...»:

Стихира: Ми́лостива, благопребы́тна мне, Де́во,/ и благопослу́шна яви́ся призыва́ющу Боже́ственную Твою́ благода́ть/ во всех вои́стинну случа́ющих ми ся:/ всю бо наде́жду души́ моея́ возложи́х к Тебе́,/ и во всех упова́ю на Боже́ственный про́мысл Твой,/ Ты и бу́дущия мя сла́вы,// и живота́ Боже́ственнаго сподо́би.

Стихира: У́глие во мне, Богоро́дице, страсте́й мои́х возгоре́шася,/ от гне́ва же и я́рости,/ от пия́нства и блуда́,/ от сребролю́бия и же́стости се́рдца,/ умерщвле́ния лю́таго,/ от уны́ния и смуще́ния,/ от тщесла́вия же и попра́ния со́вестнаго,// от ни́хже изба́ви ду́шу мою́, молю́ся, Влады́чице, и спаси́ мя.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Стихира: Вси чи́стою со́вестию Богоро́дице припаде́м,/ вопию́ще непреста́нно от среды́ серде́чныя:/ Влады́чице Свята́я, спаси́ всех от гне́ва и озлобле́ния, бед и паде́жей:/ я́ко Тебе́ стяжа́хом сте́ну, и утвержде́ние,// Тобо́ю спаса́еми под кров Твой притека́юще.

Диакон: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, посети́ мир Твой ми́лостию и щедро́тами, возвы́си рог христиа́н правосла́вных и низпосли́ на ны ми́лости Твоя́ бога́тыя, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и, си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́, предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных, честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна, святы́х сла́вных и всехва́льных Апо́стол, и́же во святы́х оте́ц на́ших и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей, Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго, и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мирлики́йскаго, чудотво́рца, святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей слове́нских, святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги, и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рвого митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, митрополи́тов Моско́вских Филаре́та, Инноке́нтия и Мака́рия. Святы́х, сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дского, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, Иларио́на, архиепи́скопа Вере́йскаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших, преподо́бных оте́ц ста́рцев О́птинских, святы́х пра́ведных Иоа́нна Кроншта́дтскаго и Алекси́я Моско́вскаго, святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския, святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны (и свята́го имяре́к, егоже есть храм и егоже есть день), и всех святы́х. Мо́лим Тя, многоми́лостиве Го́споди, услы́ши нас, гре́шных, моля́щихся Тебе́, и поми́луй нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (40 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о господи́не на́шем высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к и о всем во Христе́ бра́тстве на́шем, и о вся́кой души́ христиа́нстей, скорбя́щей же и озло́бленней, ми́лости Бо́жия и по́мощи тре́бующей; о покрове́нии гра́да сего́, и живу́щих в нем, о ми́ре, и состоя́нии всего́ ми́ра; о благостоя́нии святы́х Бо́жиих церкве́й; о спасе́нии и по́мощи со тща́нием и стра́хом Бо́жиим тружда́ющихся и служа́щих оте́ц и бра́тий на́ших; о оста́вльшихся и во отше́ствии су́щих; о исцеле́нии в не́мощех лежа́щих; о успе́нии, осла́бе, блаже́нней па́мяти и о оставле́нии грехо́в всех преждеотше́дших оте́ц и бра́тий на́ших, зде лежа́щих и повсю́ду правосла́вных; о избавле́нии плене́нных, и о бра́тиях на́ших во слу́жбах су́щих, и о всех служа́щих и служи́вших во святе́м хра́ме сем рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй. (50 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о е́же сохрани́тися гра́ду сему́, и свято́му хра́му сему́, и вся́кому гра́ду и стране́, от гла́да, губи́тельства, тру́са, пото́па, огня́, меча́, наше́ствия иноплеме́нников и междоусо́бныя бра́ни; о е́же ми́лостиву и благоуве́тливу бы́ти благо́му и человеколюби́вому Бо́гу на́шему, отврати́ти вся́кий гнев на ны дви́жимый, и изба́вити ны от належа́щаго и пра́веднаго Своего́ преще́ния и поми́ловати ны.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Диакон: Еще́ мо́лимся и о е́же услы́шати Го́споду Бо́гу глас моле́ния нас, гре́шных, и поми́ловати нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Иерей: Услы́ши ны, Бо́же, Спаси́телю наш, упова́ние всех конце́в земли́ и су́щих в мо́ри дале́че, и ми́лостив, ми́лостив бу́ди, Влады́ко, о гресе́х на́ших, и поми́луй ны. Ми́лостив бо и человеколю́бец Бог еси́, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́, и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Влады́ко многоми́лостиве, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и, си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́, предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных, честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна, святы́х сла́вных и всехва́льных Апо́стол, и́же во святы́х оте́ц на́ших и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей, Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго, и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мирлики́йскаго, чудотво́рца, святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей слове́нских, святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги, и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рвого митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, митрополи́тов Моско́вских Филаре́та, Инноке́нтия и Мака́рия. Святы́х, сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дского, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, Иларио́на, архиепи́скопа Вере́йскаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших, преподо́бных оте́ц ста́рцев О́птинских, святы́х пра́ведных Иоа́нна Кроншта́дтскаго и Алекси́я Моско́вскаго, святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския, святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны (и свята́го имяре́к, егоже есть храм и егоже есть день) и всех святы́х. благоприя́тну сотвори́ моли́тву на́шу, да́руй нам оставле́ние прегреше́ний на́ших, покры́й нас кро́вом крилу́ Твое́ю, отжени́ от нас вся́каго врага́ и супоста́та, умири́ на́шу жизнь. Го́споди, поми́луй нас и мир Твой, и спаси́ ду́ши на́ша, я́ко благ и человеколю́бец.

Хор: Ами́нь.

Стихи́ры на стихо́вне:

Стихиры воскресные, глас 3:

Стихира: Стра́стию Твое́ю, Христе́,/ омрачи́вый со́лнце/ и све́том Твоего́ Воскресе́ния,/ просвети́вый вся́ческая,// приими́ на́шу вече́рнюю песнь, Человеколю́бче.

Стих: Госпо́дь воцари́ся,// в ле́поту облече́ся.

Стихира: Живоприе́мное Твое́ воста́ние, Го́споди,/ вселе́нную всю просвети́,/ и Твое́ созда́ние истле́вшее призва́./ Те́мже кля́твы Ада́мовы изме́ншеся, вопие́м:// Всеси́льне Го́споди, сла́ва Тебе́.

Стих: И́бо утверди́ вселе́нную,// я́же не подви́жится.

Стихира: Бог сый неизме́нен,/ пло́тию стражда́ измени́лся еси́,/ Его́же тварь не терпя́щи ви́сяща зре́ти,/ стра́хом прекланя́шеся,/ и стеня́щи пое́т Твое́ долготерпе́ние:/ соше́д же во ад, тридне́вен воскре́сл еси́,// жизнь да́руя ми́рови, и ве́лию ми́лость.

Стих: До́му Твоему́ подоба́ет святы́ня,// Го́споди, в долготу́ дний.

Стихира: Да род наш от сме́рти, Христе́, изба́виши,/ смерть претепе́л еси́:/ и тридне́вен из ме́ртвых воскре́с,/ с Собо́ю воскреси́л еси́,/ и́же Тя Бо́га позна́вших:/ и мир просвети́л еси́.// Го́споди, сла́ва Тебе́.

Богородичен воскресный, глас 3:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богородичен: Без се́мене от Боже́ственнаго Ду́ха,/ во́лею же О́тчею зачала́ еси́ Сы́на Бо́жия,/ от Отца́ без ма́тере пре́жде век су́ща:/ нас же ра́ди, из Тебе́ без отца́ бы́вша,/ пло́тию родила́ еси́,/ и Младе́нца млеко́м пита́ла еси́./ Те́мже не преста́й моли́ти,// изба́витися от бед душа́м на́шим.

Моли́тва свято́го Симео́на Богоприи́мца:

Хор: Ны́не отпуща́еши раба́ Твоего́, Влады́ко,/ по глаго́лу Твоему́, с ми́ром;/ я́ко ви́деста о́чи мои́ спасе́ние Твое́,/ е́же еси́ угото́вал пред лице́м всех люде́й,/ свет во открове́ние язы́ков,// и сла́ву люде́й Твои́х Изра́иля.

Трисвято́е по О́тче наш:

Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.

Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.

Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Тропа́рь, глас 4:

Хор: Богоро́дице Де́во, ра́дуйся,/ Благода́тная Мари́е, Госпо́дь с Тобо́ю:/ благослове́на Ты в жена́х/ и благослове́н Плод чре́ва Твоего́,// я́ко Спа́са родила́ еси́ душ на́ших. (Трижды)

Благослове́ние хле́бов:

Диакон: Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Иерей: Го́споди Иису́се Христе́ Бо́же наш, благослови́вый пять хле́бов и пять ты́сящ насы́тивый, Сам благослови́ и хле́бы сия́, пшени́цу, вино́ и еле́й; и умно́жи сия́ во гра́де сем и во всем ми́ре Твое́м; и вкуша́ющия от них ве́рныя освяти́. Я́ко Ты еси́ благословля́яй и освяща́яй вся́ческая, Христе́ Бо́же наш, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, со Безнача́льным Твои́м Отце́м, и Всесвяты́м, и Благи́м, и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь. Бу́ди И́мя Госпо́дне благослове́но от ны́не и до ве́ка. (Трижды)

Псало́м 33:

Хор: Благословлю́ Го́спода на вся́кое вре́мя,/ вы́ну хвала́ Его́ во усте́х мои́х./ О Го́споде похва́лится душа́ моя́,/ да услы́шат кро́тции, и возвеселя́тся./ Возвели́чите Го́спода со мно́ю,/ и вознесе́м И́мя Его́ вку́пе./ Взыска́х Го́спода, и услы́ша мя,/ и от всех скорбе́й мои́х изба́ви мя./ Приступи́те к Нему́, и просвети́теся,/ и ли́ца ва́ша не постыдя́тся./ Сей ни́щий воззва́, и Госпо́дь услы́ша и,/ и от всех скорбе́й его́ спасе́ и./ Ополчи́тся А́нгел Госпо́день о́крест боя́щихся Его́,/ и изба́вит их./ Вкуси́те и ви́дите, я́ко благ Госпо́дь:/ блаже́н муж, и́же упова́ет Нань./ Бо́йтеся Го́спода, вси святи́и Его́,/ я́ко несть лише́ния боя́щимся Его́./ Бога́тии обнища́ша и взалка́ша:/ взыска́ющии же Го́спода// не лиша́тся вся́каго бла́га.

Иерей: Благослове́ние Госпо́дне на вас, Того́ благода́тию и человеколю́бием, всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

У́треня

Шестопса́лмие:

Хор: Сла́ва в вы́шних Бо́гу, и на земли́ мир, в челове́цех благоволе́ние. (Трижды)

Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. (Дважды)

Псало́м 3:

Чтец: Го́споди, что ся умно́жиша стужа́ющии ми? Мно́зи востаю́т на мя, мно́зи глаго́лют души́ мое́й: несть спасе́ния ему́ в Бо́зе его́. Ты же, Го́споди, Засту́пник мой еси́, сла́ва моя́ и вознося́й главу́ мою́. Гла́сом мои́м ко Го́споду воззва́х, и услы́ша мя от горы́ святы́я Своея́. Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя. Не убою́ся от тем люде́й, о́крест напа́дающих на мя. Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой, я́ко Ты порази́л еси́ вся вражду́ющия ми всу́е: зу́бы гре́шников сокруши́л еси́. Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя.

Псало́м 37:

Го́споди, да не я́ростию Твое́ю обличи́ши мене́, ниже́ гне́вом Твои́м нака́жеши мене́. Я́ко стре́лы Твоя́ унзо́ша во мне, и утверди́л еси́ на мне ру́ку Твою́. Несть исцеле́ния в пло́ти мое́й от лица́ гне́ва Твоего́, несть ми́ра в косте́х мои́х от лица́ грех мои́х. Я́ко беззако́ния моя́ превзыдо́ша главу́ мою́, я́ко бре́мя тя́жкое отяготе́ша на мне. Возсмерде́ша и согни́ша ра́ны моя́ от лица́ безу́мия моего́. Пострада́х и сляко́хся до конца́, весь день се́туя хожда́х. Я́ко ля́двия моя́ напо́лнишася поруга́ний, и несть исцеле́ния в пло́ти мое́й. Озло́блен бых и смири́хся до зела́, рыка́х от воздыха́ния се́рдца моего́. Го́споди, пред Тобо́ю все жела́ние мое́ и воздыха́ние мое́ от Тебе́ не утаи́ся. Се́рдце мое́ смяте́ся, оста́ви мя си́ла моя́, и свет о́чию мое́ю, и той несть со мно́ю. Дру́зи мои́ и и́скреннии мои́ пря́мо мне прибли́жишася и ста́ша, и бли́жнии мои́ отдале́че мене́ ста́ша и нужда́хуся и́щущии ду́шу мою́, и и́щущии зла́я мне глаго́лаху су́етная и льсти́вным весь день поуча́хуся. Аз же я́ко глух не слы́шах и я́ко нем не отверза́яй уст свои́х. И бых я́ко челове́к не слы́шай и не имы́й во усте́х свои́х обличе́ния. Я́ко на Тя, Го́споди, упова́х, Ты услы́шиши, Го́споди Бо́же мой. Я́ко рех: да не когда́ пора́дуют ми ся врази́ мои́: и внегда́ подвижа́тися нога́м мои́м, на мя велере́чеваша. Я́ко аз на ра́ны гото́в, и боле́знь моя́ предо мно́ю есть вы́ну. Я́ко беззако́ние мое́ аз возвещу́ и попеку́ся о гресе́ мое́м. Врази́ же мои́ живу́т и укрепи́шася па́че мене́, и умно́жишася ненави́дящии мя без пра́вды. Воздаю́щии ми зла́я возблага́я оболга́ху мя, зане́ гоня́х благосты́ню. Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Псало́м 62:

Бо́же, Бо́же мой, к Тебе́ у́тренюю, возжада́ Тебе́ душа́ моя́, коль мно́жицею Тебе́ плоть моя́, в земли́ пу́сте и непрохо́дне, и безво́дне. Та́ко во святе́м яви́хся Тебе́, ви́дети си́лу Твою́ и сла́ву Твою́. Я́ко лу́чши ми́лость Твоя́ па́че живо́т, устне́ мои́ похвали́те Тя. Та́ко благословлю́ Тя в животе́ мое́м, о и́мени Твое́м воздежу́ ру́це мои́. Я́ко от ту́ка и ма́сти да испо́лнится душа́ моя́, и устна́ма ра́дости восхва́лят Тя уста́ моя́. А́ще помина́х Тя на посте́ли мое́й, на у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́. Ти́и же всу́е иска́ша ду́шу мою́, вни́дут в преиспо́дняя земли́, предадя́тся в ру́ки ору́жия, ча́сти ли́совом бу́дут. Царь же возвесели́тся о Бо́зе, похва́лится всяк клены́йся Им, я́ко загради́шася уста́ глаго́лющих непра́ведная.

На у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Го́споди поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Псало́м 87:

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́, я́ко испо́лнися зол душа́ моя́, и живо́т мой а́ду прибли́жися. Привмене́н бых с низходя́щими в ров, бых я́ко челове́к без по́мощи, в ме́ртвых свобо́дь, я́ко я́звеннии спя́щии во гро́бе, и́хже не помяну́л еси́ ктому́, и ти́и от руки́ Твоея́ отринове́ни бы́ша. Положи́ша мя в ро́ве преиспо́днем, в те́мных и се́ни сме́ртней. На мне утверди́ся я́рость Твоя́, и вся во́лны Твоя́ наве́л еси́ на мя. Уда́лил еси́ зна́емых мои́х от мене́, положи́ша мя ме́рзость себе́: пре́дан бых и не исхожда́х. О́чи мои́ изнемого́сте от нищеты́, воззва́х к Тебе́, Го́споди, весь день, возде́х к Тебе́ ру́це мои́. Еда́ ме́ртвыми твори́ши чудеса́? Или́ вра́чеве воскреся́т, и испове́дятся Тебе́? Еда́ пове́сть кто во гро́бе ми́лость Твою́, и и́стину Твою́ в поги́бели? Еда́ позна́на бу́дут во тьме чудеса́ Твоя́, и пра́вда Твоя́ в земли́ забве́нней? И аз к Тебе́, Го́споди, воззва́х и у́тро моли́тва моя́ предвари́т Тя. Вску́ю, Го́споди, отре́еши ду́шу мою́, отвраща́еши лице́ Твое́ от мене́? Нищ есмь аз, и в труде́х от ю́ности моея́; возне́с же ся, смири́хся, и изнемого́х. На мне преидо́ша гне́ви Твои́, устраше́ния Твоя́ возмути́ша мя, обыдо́ша мя я́ко вода́, весь день одержа́ша мя вку́пе. Уда́лил еси́ от мене́ дру́га и и́скренняго, и зна́емых мои́х от страсте́й.

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́.

Псало́м 102:

Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и вся вну́тренняя моя́ и́мя свя́тое Его́. Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и не забыва́й всех воздая́ний Его́, очища́ющаго вся беззако́ния твоя́, исцеля́ющаго вся неду́ги твоя́, избавля́ющаго от истле́ния живо́т твой, венча́ющаго тя ми́лостию и щедро́тами, исполня́ющаго во благи́х жела́ние твое́: обнови́тся я́ко о́рля ю́ность твоя́. Творя́й ми́лостыни Госпо́дь, и судьбу́ всем оби́димым. Сказа́ пути́ Своя́ Моисе́ови, сыново́м Изра́илевым хоте́ния Своя́: Щедр и Ми́лостив Госпо́дь, Долготерпели́в и Многоми́лостив. Не до конца́ прогне́вается, ниже́ в век вражду́ет, не по беззако́нием на́шим сотвори́л есть нам, ниже́ по грехо́м на́шим возда́л есть нам. Я́ко по высоте́ небе́сней от земли́, утверди́л есть Госпо́дь ми́лость Свою́ на боя́щихся Его́. Ели́ко отстоя́т восто́цы от за́пад, уда́лил есть от нас беззако́ния на́ша. Я́коже ще́дрит оте́ц сы́ны, уще́дри Госпо́дь боя́щихся Его́. Я́ко Той позна́ созда́ние на́ше, помяну́, я́ко персть есмы́. Челове́к, я́ко трава́ дни́е его́, я́ко цвет се́льный, та́ко оцвете́т, я́ко дух про́йде в нем, и не бу́дет, и не позна́ет ктому́ ме́ста своего́. Ми́лость же Госпо́дня от ве́ка и до ве́ка на боя́щихся Его́, и пра́вда Его́ на сыне́х сыно́в, храня́щих заве́т Его́, и по́мнящих за́поведи Его́ твори́ти я́. Госпо́дь на Небеси́ угото́ва Престо́л Свой, и Ца́рство Его́ все́ми облада́ет. Благослови́те Го́спода вси А́нгели Его́, си́льнии кре́постию, творя́щии сло́во Его́, услы́шати глас слове́с Его́. Благослови́те Го́спода вся Си́лы Его́, слуги́ Его́, творя́щии во́лю Его́. Благослови́те Го́спода вся дела́ Его́, на вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

На вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

Псало́м 142:

Го́споди, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ моле́ние мое́ во и́стине Твое́й, услы́ши мя в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м, я́ко не оправди́тся пред Тобо́ю всяк живы́й. Я́ко погна́ враг ду́шу мою́, смири́л есть в зе́млю живо́т мой, посади́л мя есть в те́мных, я́ко ме́ртвыя ве́ка. И уны́ во мне дух мой, во мне смяте́ся се́рдце мое́. Помяну́х дни дре́вния, поучи́хся во всех де́лех Твои́х, в творе́ниих руку́ Твое́ю поуча́хся. Возде́х к Тебе́ ру́це мои́, душа́ моя́, я́ко земля́ безво́дная Тебе́. Ско́ро услы́ши мя, Го́споди, исчезе́ дух мой, не отврати́ лица́ Твоего́ от мене́, и уподо́блюся низходя́щим в ров. Слы́шану сотвори́ мне зау́тра ми́лость Твою́, я́ко на Тя упова́х. Скажи́ мне, Го́споди, путь во́ньже пойду́, я́ко к Тебе́ взях ду́шу мою́. Изми́ мя от враг мои́х, Го́споди, к Тебе́ прибего́х. Научи́ мя твори́ти во́лю Твою́, я́ко Ты еси́ Бог мой. Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву. И́мене Твоего́ ра́ди, Го́споди, живи́ши мя, пра́вдою Твое́ю изведе́ши от печа́ли ду́шу мою́. И ми́лостию Твое́ю потреби́ши враги́ моя́ и погуби́ши вся стужа́ющия души́ мое́й, я́ко аз раб Твой есмь.

Услы́ши мя, Го́споди, в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м.

Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

После Шестопсалмия