Поделиться
«…Он никак не собирался стать святым и не был им. Не был никаким и “учителем жизни”, важным бородачом “на посту”… Начинал тихо и малозаметно, никого не собирался поучать, но чем дальше жил, тем больше становился как бы живым поучением. Просто облик его облагораживал окружающее. Может быть, это и есть назначение человека: нести в жизнь преломлённый в душе образ Божий…
Всегда был для меня Чехов – в человеческом его плане – вроде компаса, указателя. Так-то вот Чехов поступил бы в данном случае, – значит, так поступать и надо. Но он сам об этом мало думал, я уверен. Никакой учительности в нем не было».
Это был голос прозаика Бориса Константиновича Зайцева, родившегося в конце XIX века в Орле, и окончившего свой земной путь в начале 1970-х, в эмиграции, которая составила без малого пятьдесят лет жизни. Благодарим историка литературы и журналиста Радио Свобода Ивана Толстого за эту запись.
Мы слышали слова, произнесенные там, где Зайцев был председателем парижского Союза русских писателей и журналистов, в год чеховского столетия.
Биографическая же книга Бориса Зайцева «Чехов», о которой я говорю нынче, была впервые издана в начале 1950-х. Теперь мы знаем, что её редкие экземпляры все-таки долетали и до Советского Союза.
«Ваша книга о Чехове, как и все, что Вы пишете, осиянная книга. Сейчас, когда я надолго залег в своей комнате, после целого цикла сердечных припадков, она для меня утешение и радость, – писал престарелому Зайцеву престарелый Корней Чуковский, автор своей книги «О Чехове». – Мне кажется, что она во сне светится на моих сумрачных полках... Очень обрадовала меня глава об “Архиерее”. Этот сверхгениальный рассказ для меня на одном недосягаемом уровне с рассказами “Студент” и “Гусев”. Вы первый сказали о них верное и прочное слово... И я счастлив, что мне довелось прочитать поэтическую книгу о Чехове…»
И хотя напротив зайцевских слов «Проповедничества в Чехове не было», – Корней Иванович начертал на полях энергичное «Был!» (имея в виду художественно скрытую чеховскую проповедь, о которой писал и много думал), хотя и некоторые другие его пометки, с которыми я знаком – также уточняюще полемичны, я не могу не восхищаться точностью слова, выбранного для общей оценки зайцевского труда.
Для оценки, подобранной нерелигиозным советским писателем-просветителем и детским поэтом – к труду живущего в эмиграции собрата-литератора, о творчестве которого Чуковский писал критические статьи ещё в самом начале века.
Кстати, среди синонимов к этому определению – «богозарный» и «озарённый».
Да, если бы Чуковский (или другой писатель в СССР) сумел и захотел заговорить публично о неосознанной чеховской религиозности и тоске по Богу – о чем пишет в своей книге Борис Зайцев – Корнею Ивановичу это вряд ли бы удалось.
Но, конечно, читая Зайцева, кроме мыслей о поздней чеховской просветленности, он заметил и многое-многое другое…
Вот – прямо из зайцевского труда, устами Сергея Старчикова («Клуб любителей аудиокниг»):
«Повествования свои о духовенстве Чехов начинал отцом Христофором Сирийским в “Степи”, продолжал дьяконом в “Дуэли”, кончил обликом преосвященного Петра – сам, вероятно, не сознавая, что дает удивительную защиту и даже превознесение того самого духовенства, которому готовили уже буревестники мученический венец. Чехов превосходно знал жизнь и не склонен был к односторонности, приглаживанию. И вот оказывается, если взять его изображения духовного сословия, почти вовсе нет обликов отрицательных…»
И ещё я напомню себе, что среди многих трудов Бориса Константиновича Зайцева – и книга «Преподобный Сергий Радонежский», и сборник путевых очерков «Афон», – выпущенные им в первые годы его эмигрантской жизни.
И они тоже, следует признать, осиянные.
Псалом 122. Богослужебные чтения
Поделиться
Мы, бывает, поддаёмся самоуверенности — представлению о том, что всё способны контролировать. И все процессы в жизни нам подвластны. Это не так. Обстоятельства часто сильнее наших возможностей. Об этом, в частности, говорит нам псалом 122-й, что читается сегодня в храмах во время богослужения. Давайте послушаем.
Псалом 122.
Песнь восхождения.
1 К Тебе возвожу очи мои, Живущий на небесах!
2 Вот, как очи рабов обращены на руку господ их, как очи рабы — на руку госпожи ее, так очи наши — к Господу, Богу нашему, доколе Он помилует нас.
3 Помилуй нас, Господи, помилуй нас, ибо довольно мы насыщены презрением;
4 Довольно насыщена душа наша поношением от надменных и уничижением от гордых.
Псалом 122-й был, скорее всего, составлен в шестом веке до Рождества Христова. Автор этого библейского произведения нам неизвестен. Что не так уж и важно. Гораздо важнее — обстоятельства сочинения псалма. А именно — что прозвучавший текст появился в условиях так называемого Вавилонского плена — насильственной депортации древних евреев из Иудеи (южной части ветхозаветного Израиля) в Междуречье (территорию современного Ирака, где когда-то располагался Вавилон).
Национальная гордость древних евреев была в ту эпоху вдребезги разбита. Они не в теории, а на практике ощутили, что такое — власть жизненных обстоятельств. Осознав греховные ошибки прошлого и проявив смирение, ветхозаветные иудеи стали с молитвой ждать помощи от Бога. Ведь только на милосердие Творца им и оставалось надеяться. Никакие земные обстоятельства изменить участь древних евреев к лучшему были не способны.
Псалом 122-й буквально пронизан чувством абсолютного смирения. Автор признаёт свою беспомощность перед лицом жизни. Читаем в псалме: «К Тебе возвожу очи мои, Живущий на небесах! Вот, как очи рабов обращены на руку господ их, как очи рабы — на руку госпожи её, так очи наши — к Господу, Богу нашему, доколе Он помилует нас». Псалмопевец понимает, что Вавилонский плен случился не на пустом месте. Он стал наказанием за греховную жизнь. Потому и просит автор псалма Бога о помиловании.
Мы слышим следующие пронизанные болью слова: «Помилуй нас, Господи, помилуй нас, ибо довольно мы насыщены презрением; довольно насыщена душа наша поношением от надменных и уничижением от гордых». Вавилонский плен представлял собой в практическом отношении не только насильственное переселение древних иудеев, но и превращение их жизни в своего рода концлагерь, когда их заставляли в Вавилоне участвовать в различных стройках, выполняя тяжкие работы. Но не только это приносило страдания. Значительно больше боли доставляло ощущение утраты свободы.
Однако покаяние, возвращение к благочестию (не на словах, а на деле) стали для древних иудеев инструментом обретения утраченного. Продлившись почти семьдесят лет, Вавилонский плен завершился. Ветхозаветные евреи смогли вернуться домой, долгое время помня, как опасно поддаваться греховной гордости. Потом, правда, на их долю выпали новые испытания. Во многом из-за игнорирования печального опыта прошлого...
Нас же, христиан, псалом 122-й учит сразу нескольким очень важным и полезным вещам. Во-первых, не поддаваться унынию, но иметь надежду на Бога. Во-вторых, помнить, что отделить, отдалить нас от Господа способны только грехи. Их нужно остерегаться и бояться. Особенно гордости, заставляющей нас жить не по правде, а согласно ошибочным иллюзиям о себе и мире, которые (иллюзии) до добра никого не доводят.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Православная служба «Милосердие Казань» помогает людям в сложных жизненных ситуациях
Поделиться
Православная служба «Милосердие Казань» приходит на помощь людям в сложных жизненных ситуациях и в этом большая заслуга волонтёров проекта. Анна Игнатьева — одна из них.
Рабочий день девушки всегда наполнен разными задачами. Посетить со священником приют для бездомных людей, собрать продуктовые наборы для нуждающихся, вывезти на природу воспитанников детского дома и многое другое. Но главная задача — распределить ресурсы волонтёров, чтобы помощь для подопечных пришла вовремя. Анна — координатор добровольцев православной службы «Милосердие Казань». Под её началом 85 человек. Это люди разного возраста и профессий, которые решили в своё свободное время помогать другим.
Сегодня у службы помощи «Милосердие Казань» семь направлений. Это адресная помощь, когда, к примеру, нужно приготовить обед одиноким пожилым людям или убраться в их жильё. Поддержка бездомных и инвалидов, больничное служение, организация праздников и концертов для подопечных.
Кроме того, у проекта есть свой склад, где нужно помогать сортировать одежду и фасовать продуктовые наборы для гуманитарной помощи.
В прошлом году добровольческая служба «Милосердие Казань» обработала почти 200 заявок и обращений. Но чтобы добровольцы могли помогать дальше, а Анна координировала их служение, проекту нужна поддержка. Оказать её можно на сайте православного портала Милосердие.ру.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Ключевые мотивы «Исповеди» блаженного Августина». Протоиерей Павел Великанов
Поделиться
У нас в студии был настоятель московского храма Покрова Богородицы на Городне в Южном Чертанове протоиерей Павел Великанов.
Отец Павел поделился своими размышлениями касательно ключевых тем этого произведения, в частности, о том, с чего может начинаться духовная жизнь человека, почему досуг — это не отдых, а также каким образом дом может быть способом постижения бытия.
Этой беседой мы продолжаем цикл из пяти программ, посвященных книге «Исповедь» блаженного Августина.
Первая беседа с Константином Антоновым была посвящена истории религиозного обращения блаженного Августина (эфир 16.03.2026)
Вторая беседа с Владимиром Легойдой была посвящена личному восприятию нашим гостем этого произведения (эфир 17.03.2026)
Ведущий: Константин Мацан
Все выпуски программы Светлый вечер
