
«Карл и Берта», студия Bayerischer Rundfunk (BR), Degeto Film, Norddeutscher Rundfunk (NDR), Südwestrundfunk (SWR), Zeitsprung Entertainment, режиссёр Тилль Эндеманн
— Это революция! Это средство передвижения не будет ездить по рельсам, лошади тоже будут не нужны! Моё изобретение каждому даст возможность ездить там, где ему хочется. Оно означает полную демократизацию передвижения. Проект предусматривает два периода. В течение первого будет разработан надёжный двигатель. Второй период предусматривает создание безлошадной повозки, приводимой в движение этим двигателем.
— Я могу говорить откровенно? Ваш проект меня не убедил.
В конце XIX-го века никто не верил, что механик Карл Бенц из немецкого города Мангейма сможет реализовать свой фантастический замысел — создать повозку, которая поедет без лошадей, сама по себе. Автомобиль — так называл Бенц это изобретение. У Карла уже были готовы все чертежи. Дело оставалось за малым — найти инвестора, того, кто вложится в создание транспорта будущего. Ведь сам Бенц, хоть и имел диплом инженера-механика, был простым бедным работягой. Однако люди, к которым Карл обращался за поддержкой, отказывались верить в его новаторские идеи. Историю легендарного Бенца и его изобретения — первого в мире автомобиля с двигателем внутреннего сгорания — воплотил на экране Тиль Эндеманн в 2011-м году. На один из самых эпохальных технических прорывов немецкий режиссёр взглянул через призму семейной истории. И не случайно — ведь, возможно, Карл Бенц и не стал бы пионером автомобилестроения, если бы однажды не встретил Берту — свою будущую жену. «Карл и Берта» — так называется картина, фрагмент из которой прозвучал в начале нашей программы.
Кинокритики называли фильм удачным синтезом биографического жанра, мелодрамы и исторического кино. Лента переносит нас в удивительное время, когда многие привычные нам сегодня достижения прогресса только появлялись на свет. И рождались большинство из них, как водится, в муках. После очередной неудачной беседы с потенциальным инвестором молодой изобретатель едва сдерживался, чтобы не заплакать от бессилия. И вдруг увидел девушку. Она стояла рядом, и тоже глотала слёзы. Родители хотели выдать её замуж против воли, за нелюбимого, зато богатого человека. Так встретились Карл и Берта. И вскоре... обвенчались. Большинство мелодрам свадьбой, как правило, заканчиваются. А вот в фильме «Карл и Берта», что примечательно, именно со свадьбы всё и начинается. Берта оказалась единственной, кто безоговорочно поверил в возможность воплощения идеи Карла. Доверие, поддержка и любовь стали основой семейной жизни Бенцев. По сути, на протяжении всего фильма мы видим, как воплощается традиционный христианский брак — союз, в котором супруги становятся единым организмом, у них одни ценности, жизненные цели, и они во всём готовы поддерживать друг друга.
Ради Берты Карл поначалу даже бросает разработки автомобиля. В мастерской он на заказ делает замки, пластины для фотографических аппаратов — словом, всё, за что люди готовы ему платить. Ведь Карлу нужно обеспечивать семью — у них с Бертой появились дети. Но женщина понимает, что «безлошадная коляска» — дело жизни её мужа. И ради того, чтобы он довёл его до конца, она готова на время пожертвовать комфортом. За полтора часа на экране мы увидим радости и горести семьи Бенц, взлёты и падения Карла, казалось бы, он в шаге от воплощения мечты, но внезапно снова приходится начинать с нуля. В одном из особенно напряжённых моментов фильма, когда после очередной неудачи сам Бенц теряет веру в себя и свои силы, между супругами происходит эмоциональный диалог:
— Они хотят, чтобы я продал все свои акции, и таким образом потерял контроль над фирмой.
— Ни в коем случае.
— У нас нет другого выхода, Берта! Если я отклоню их предложение, у меня будут новые долги, их будет больше, чем когда-либо. Это значит... значит, опять придётся начинать сначала. И всё, что мы могли себе позволить...
— Мы когда-нибудь опять сможем себе позволить. И даже больше. Я верю в нас, Карл. Я всё ещё в нас верю. Пожалуйста, верь и ты!
Движущей силой автомобиля, который изобретал Карл Бенц, должно было стать топливо. А для самого Карла движущей силой, которая не давала ему опустить руки в самые тяжёлые моменты, стала его любимая Берта. Хрупкая женщина оказалась способна на смелый поступок! Какой — мы узнаем, посмотрев эту потрясающую историю о семейных ценностях, о том, как любовь и преданность помогли родиться удивительному изобретению. Кстати, готовясь к съёмкам фильма «Карл и Берта» режиссёр Тиль Эндеманн внимательно изучил подлинные документы, сохранившиеся до наших дней — переписку супругов, семейные фотоальбомы, чертежи и патенты Бенца. В результате получилась тёплая и вдохновляющая картина о том, что за техническими достижениями всегда стоит человек. И те, кто рядом с ним, кто любит и верит в него.
28 марта. «Тайна младенчества»

Фото: Kendra Wesley/Unsplash
«Явление словес Твоих просвещает младенцев», — обращался к Богу царь и пророк Давид.
Как успокаиваются малые дети при звуках колыбельной песни или сказа в устах ласковой няни, так благодатно воздействуют на нас, новозаветных христиан, богодухновенные слова из Писаний пророческих или апостольских. Они суть «серебро, семь раз очищенное», — питают не столько слух, сколько дух человеческий, просвещая его светоносной и живительной благодатью Христовой.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Как в катакомбах. Наталия Лангаммер

Наталия Лангаммер
Представьте себе: ночная литургия, в храме темно, только теплятся лампадки и горят свечи, блики играют на каменных стенах, подсвечивая изображение Христа — Пастыря Доброго. Как почти две тысячи лет назад, в катакомбах, где первые христиане совершали литургии.
Там они могли укрыться от гонителей и ночью молиться о претворении хлеба в плоть христову, а вина — в кровь. На стенах не было икон, только символические изображения как пиктограммы, как тайнопись, Виноградная лоза, агнец, колосья в снопах — это тот самый хлеб тела Христова. Птица — символ возрождения жизни. Рыба — ихтис — древний акроним, монограмма имени Иисуса Христа, состоящий из начальных букв слов: Иисус Христос Божий Сын Спаситель на греческом.
В стенах — углубления — это захоронения тел первых христианских мучеников. Над этими надгробиями и совершается преломление хлебов. Служат на мощах святых. Вот и сегодня, сейчас так же. На престоле — антиминс, плат, в который зашиты частицы мощей. Священники в алтаре, со свечами. В нашем храме — ночная литургия. Поет хор из прихожан. Исповедь проходит в темном пределе.
Все это есть сейчас, как было все века с Пасхи Христовой. Литургия продолжается вне времен. В небесной церкви, и в земной. Стоишь, молишься, так искренне, так глубоко. И в душе — радость, даже ликование от благодарности за то, что Господь дает возможность как будто стоять рядом с теми, кто знал Христа,
«Верую во единого Бога Отца, вседержителя...» — поём хором. Все, абсолютно все присутствующие единым гласом. «Христос посреди нас» — доносится из алтаря. И есть, и будет — говорим мы, церковь.
Да, Он здесь! И мы, правда, как на тайной вечерееи. Выносят Чашу. «Верую, Господи, и исповедую, что Ты воистину Христос, Сын Бога живого, пришедший в мир грешников спасти, из которых я — первый».
Тихая очередь к Чаше. Причастие — самое главное, таинственное! Господь входит в нас, соединяя нас во единое Тело Своё. Непостижимо!
Слава Богу, Слава!
Выходишь на улицу, кусаешь свежую просфору. Тишина, темно. Ничто не отвлекает. И уезжаешь домой. А душа остаётся в катакомбах, где пастырь добрый нарисован на стене, якорь, колосья в снопах, в которые собрана Церковь, где Господь присутствует незримо.
Ночная литургия — особенная для меня, удивительная. Такая физическая ощутимая реальность встречи в Богом и благодать, которую ночная тишь позволяет сохранить как можно дольше!
Автор: Наталия Лангаммер
Все выпуски программы Частное мнение
Первый снег

Фото: Melisa Özdemir / Pexels
Это утро было похоже на сотни других. Я вскочил с кровати от срочного сообщения в рабочем чате. Совещания, отчёты, созвоны...
Одной рукой я привычно крепил телефон на штатив. Другой — делал сыну омлет. Ещё не проснувшийся с взъерошенной чёлкой он неторопливо мешал какао, как вдруг неожиданно закричал:
— Папа! Первый снег!
Я вздрогнул, едва удержав тарелку:
— Угу! Ешь, остынет!
Звук на телефоне никак не хотел подключаться. Я спешно пытался всё исправить. Сейчас уже начнётся онлайн-совещание. А мне ещё надо успеть переодеться.
— Папа! Всё белое, посмотри! — сын заворожённо стоял у окна, а я не отрывал глаз от телефона.
Пять минут до созвона. Микрофон всё так же хрипел.
— Это же зимняя сказка! Папа, пошли туда! — сын тянул меня за руку, а я повторял под нос тезисы доклада.
— Ты где, почему не подключаешься? — коллеги в чате стали волноваться.
А я поднял глаза и увидел в окне настоящее нерукотворное чудо. Вчерашний серый и хмурый двор укрылся снежным одеялом. Как хрустальные серьги висели на домах крупные сосульки, а деревья принарядились пушистой белой шалью.
— Я в сказке, — ответил я в рабочем чате, и крепко обнял сына.
Текст Татьяна Котова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе











