Поделиться
У нас в гостях были научный руководитель проекта благотворительного календаря «От Пасхи до Пасхи», кандидат богословия, преподаватель Православного Свято-Тихоновского университета Георгий Бежанидзе и директор по развитию календаря «От Пасхи до Пасхи» Илья Рыбаков.
Мы говорили с нашими гостями о значении Ветхого Завета, о том, каким образом он способствует пониманию и осмыслению Завета Нового — и как благодаря календарю наших гостей можно познакомиться с ключевыми событиями ветхозаветного периода.
Ведущий: Константин Мацан
К. Мацан
– Светлый вечер на Радио ВЕРА. Здравствуйте, уважаемые друзья. В студии у микрофона Константин Мацан. И уже стало хорошей традицией Великим постом, предваряя будущие события, говорить о замечательном издании, которое наверняка многим нашим слушателям знакомо и у многих, наверное, прямо сейчас стоит на столах – это календарь «От Пасхи до Пасхи», такое замечательное издание. А у нас сегодня в гостях люди, которые имеют непосредственное отношение к изданию этого календаря – у нас в гостях Илья Ильич Рыбаков, директор по развитию благотворительного проекта календаря «От Пасхи до Пасхи». Добрый вечер.
И. Рыбаков
– Здравствуйте.
К. Мацан
– И Георгий Вениаминович Бежанидзе, научный руководитель проекта календаря «От Пасхи до Пасхи», кандидат богословия, преподаватель Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Добрый вечер.
Г. Бежанидзе
– Здравствуйте, дорогие друзья.
К. Мацан
– В этом составе мы в студии радиостанции ВЕРА встречаемся уже не первый год. С моим коллегой Алексеем Пичугиным вы недавно беседовали. Может быть, два года назад тоже со мной – мы в том же составе встречались. Традиция, повторюсь, прекрасная, и каждый раз я напоминаю, календарь посвящен разным темам, вы выбираете тему на год. Ну вот перед тем, как сказать о том, какая тема в этом году, давайте скажем, что уже началась раздача календарей. Илья Ильич, где можно получить?
И. Рыбаков
– Ну да, уже можно получить новый календарь «От Пасхи до Пасхи», который посвящен Ветхому Завету.
К. Мацан
– Вот тему обозначили.
И. Рыбаков
– Да, и такая очень красивая обложка, пророка Илии. И его можно получить в редакции календаря «От Пасхи до Пасхи» – на улице Станиславского, дом 4, строение 1. Ну ориентировочно – это рядом у нас храм святителя Мартина Исповедника и такой большой комплекс, банк «Реалист». И вот банк «Реалист» любезно предоставляет нам помещение для осуществления раздачи новых календарей и тоже участвует в этом благотворительном проекте таким образом.
К. Мацан
– Итак, это тема Священного Писания Ветхого Завета. Георгий Вениаминович, а почему такая тема выбрана?
Г. Бежанидзе
– Ну действительно, мы исследовали разные темы – и церковная история, и патристика. И вот решили приступить к такой весьма сложной, как мне кажется, теме Священного Писания Ветхого Завета. Почему она сложная, потому что Ветхий Завет – это книга сложная для восприятия, для понимания и, конечно же, ее тоже надо читать обязательно, но читать именно в свете Нового Завета, чтобы не соблазниться. Поэтому, как нам показалось, вот сейчас необходимо раскрыть и эту тему для наших дорогих друзей, читателей, и мы решили эту тему раскрыть в настоящем календаре.
К. Мацан
– А чем можно соблазниться в Ветхом Завете? Казалось бы, Библия – книга богодухновенная. В чем здесь главная проблема для читателя современного?
Г. Бежанидзе
– Ну я думаю, главная проблема это в той, в кавычках, конечно, «жестокости», да, которая в Ветхом Завете присутствует, когда Бог повелевает убивать целые народы, когда совершается потоп, и таким образом гибнет практически все человечество кроме Ноя. Когда Бог повелевает совершать жертвоприношения, именно кровавые жертвоприношения, жертвоприношения животных, которых закалывали. И вообще очень много таких пророчеств в Ветхом Завете, которые нуждаются в разъяснении и толковании святоотеческом. Поэтому, как мне кажется, таких мест все-таки в Ветхом Завете достаточно много. И даже если вот человек начинает читать Священное Писание не с Нового Завета, а с Ветхого Завета, ему кажется, что ветхозаветный Бог, может быть, Он какой-то иной, не такой, как Господь Иисус Христос. И даже были такие ереси, в общем-то, которые отвергали Ветхий Завет. Поэтому, как мне кажется, эта Книга, она такая очень важная, очень интересная. Ну или, например, вот есть такая Книга – Песнь Песней. И там изображается даже, в общем-то, интимная жизнь возлюбленных. А почему эта Книга в Священном Писании, для чего она там, что она обозначает? Вот этих вопросов может быть очень много, когда мы читаем Священное Писание Ветхого Завета.
К. Мацан
– Илья Ильич, мы еще вернемся обязательно подробно к содержанию, к Ветхому Завету, к содержанию календаря я имею в виду. Ну вот я неслучайно сказал, что, может быть, у наших слушателей прямо сейчас где-нибудь на столе этот календарь стоит – проект популярный и издание оказалось популярным. Вы вообще, когда задумывали эту историю с календарями, вот вы много лет уже в ней существуете, вы на такой отклик рассчитывали?
И. Рыбаков
– Ну история этого проекта, значит, этого благотворительного проекта, она берет начало с 2008 года. И делалось это как такой внутренний подарок для сотрудников банка на Пасху, вот такой уникальный календарик подарить. И постепенно этот проект перерос, так сказать, вот в этот, не побоюсь этого слова, самый популярный православный календарь у нас в стране, потому что тираж его в 150 тысяч экземпляров печатается. И мы опять же призываем всех неравнодушных людей, что мы можем увеличивать тираж и еще больше, потому что, может быть, для всей России как бы и мало. Но это для этого надо привлекать новых благотворителей. Те, которые уже есть, они вот осуществляют каждый год, уже 17-й год издание этого уникального, авторского календаря. Потому что каждый календарь – это как отдельная книга пишется. Вот в этом году будет на тему Ветхого Завета. Прошлый год, который заканчивается, он был посвящен патерикам, соборам. И вот как бы вот все 17 лет вот этот календарь развивался и увеличивался в тираже.
К. Мацан
– А сколько людей работают над проектом?
И. Рыбаков
– Вот Георгий Вениаминович знает, наверное.
К. Мацан
– Такая работа, столько авторов текста, вряд ли это один человек может сделать, такую работу. Георгий Вениаминович.
Г. Бежанидзе
– Ну у нас работает до десяти авторов и иногда бывает и побольше, и в основном это специалисты как раз по библеистике. Но здесь, понимаете, не каждый специалист по библеистике сможет написать текст, который был бы доступен и понятен – чтобы он не был слишком научным, чтобы он не был слишком таким заумным, да, который было бы неинтересно читать. Тут важно, чтобы человек обладал хотя бы минимальным и литературным талантом. Вот таких людей, конечно, найти достаточно сложно, но мы все-таки стараемся искать таких людей и привлекать их.
К. Мацан
– Ну давайте тогда расскажем о структуре календаря. То есть 365 дней в году, на каждый день приходится что в календаре, что касается Ветхого Завета?
Г. Бежанидзе
– Ну надо сказать, что сам жанр календаря, он непросто сочетается с тематикой единой. Потому что календарь – это даты, на которые приходятся разные святые, и эти святые совсем не обязательно связаны с Ветхим Заветом. Есть, конечно, памяти пророков, памяти ветхозаветных святых, но таких памятей не так много в календаре. И в основном святые подвижники, мученики, преподобные, святители, которых много на страницах календаря, они имеют если только косвенное отношение к Ветхому Завету. Поэтому вот так вот соединить и жанр календаря, чтобы на каждый день была привязка к дню, то есть к памяти святых в этот день или к богослужебному дню, к праздникам, посвященным Пресвятой Богородице, Господу Иисусу Христу – это не так просто. И мы, например, отошли вот от такого принципа – можно было бы взять и разъяснять, например, те чтения, которые полагаются на этот день. Ну, например, Великим постом у нас будет каждый день в седмичные дни читаться паремия из ветхозаветных книг, но, как мне кажется, если и можно это делать, то очень ограниченно, потому что тогда календарь будет слишком специфическим. И мы стараемся делать так: то есть в первую очередь мы учитываем памяти святых, связанных с ветхозаветным циклом. Далее есть статьи, посвященные Ветхому Завету, на обороте преимущественно, которые вообще не имеют никакой привязки к богослужебному дню. И есть святые, которые имеют привязку к богослужебному дню, но не имеют отношения к ветхозаветной тематике. В основном вот такие статьи расположены на лицевой стороне календаря, а на обороте – статьи, которые могут и не иметь привязки к богослужебному дню. Ну и есть такие так называемые пограничные статьи, которые посвящены святым, которые прямого отношения не имеют к Ветхому Завету, но тем не менее какой-то эпизод из их жизни интересный связан с Ветхим Заветом, либо, если это святители, то в их словах, в их толкованиях есть такие интересные места, экзегеза Священного Писания Ветхого Завета, которые тоже мы приводим. И таким образом вот связываем и день календарный, и тему Ветхого Завета.
К. Мацан
– У нас сегодня в гостях Илья Рыбаков, директор по развитию благотворительного проекта календаря «От Пасхи до Пасхи» и Георгий Бежанидзе, научный руководитель проекта календаря «От Пасхи до Пасхи», кандидат богословия, преподаватель Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета Я напомню, что в этом году календарь посвящен Священному Писанию Ветхого Завета. И вот, Илья Ильич, вы уже сказали о том, что большой тираж – 150 тысяч экземпляров. То есть у авторского коллектива, у всех авторов проекта этого благотворительного календаря есть возможность обратиться к большой достаточно аудиторией с письменным словом. А письменное слово, как известно, более весомо, чем устное – мы видим текст, мы его читаем, перечитываем, он как бы перед глазами у нас остается, в отличие от слова, которое прозвучало и улетело. И я думаю, почти уверен, что среди тех, к кому эти календари в руки в принципе попадают, есть люди нецерковные. Ну или те, кого мы называем немножко таким медийным термином – условно православные или мало православные, – то есть те люди, которые себя, может быть, считают православными и, может быть, даже крещены в детстве, по традиции, но которые в церковную жизнь не погружены. А может быть, смотрят с пиететом и уважением на Церковь, но все же со стороны. А вот календарь – удобная вещь, и заодно что-то почитать интересно. То есть перед вами аудитория, в том числе и нецерковная, но, скажем так, лояльная при этом этой тематике, не отвергающая ее с порога. То есть у вас есть возможность в данном случае что-то сказать людям о Ветхом Завете, какой-то создать в том числе, ну если угодно, облик этой Книги, Библии для людей, которые, может быть, впервые что-то узнают о ней такой существенное из этого календаря. Вот что бы вам важно было сказать? Я вижу вот у вас, Георгий Вениаминович, закладочки есть в календаре – вы какие-то вещи отметили, видимо, как важные. Вот что важное вам бы хотелось, чтобы у человека в сердце, в памяти осталось после знакомства с той работой, которую ваш коллектив провел над этим календарем?
Г. Бежанидзе
– Ну я думаю в основном разрушить какие-то такие сложившиеся мифологемы о Ветхом Завете, и сложившиеся вот в связи с такой западной либеральной, либерально-демократической, я бы даже сказал, историографией, которая в какой-то мере проникала и в Россию. Потому что у нас всегда что-то любят такое иностранное, западное. Сейчас, может быть, в меньшей степени, но тем не менее такое влечение западничества у нас было. И вот одно из таких мест – это понятие о ветхозаветной теократии.
К. Мацан
– Так.
Г. Бежанидзе
– Дело в том, что есть в Книге Царств такое интересное место, где израильтяне, евреи, просят царя себе, и через пророка Самуила Господь им отвечает – он был и пророком, и судией в это время, – Господь им отвечает, что они отвергли таким образом не его как судью, захотели изменить власть, а даже Самого Бога. И вот еще декабристы написали такой вот «катехизис» Муравьева-Апостола, ну «катехизис» в кавычках, и там написали, что вот, Бог отвергает царскую власть, поэтому он оправдывает революцию, поэтому вот все под знамена, так сказать, наших тайных обществ. Но на самом деле все совсем не так. И святые отцы разъясняют это место следующим образом. Они пишут о том, что теократия – это богоправление. И Бог действительно действовал Сам через избранных людей – вождей, судей. Но когда власть судей сменилась властью царя, то теократия отнюдь не прекратилась. Что, собственно, тогда осудил Бог? Он осудил, Бог, недоверие к Своему промыслу. Он осудил желание иудеев иметь царя подобно языческим народам, а не того царя, которого поставит Бог. Но сама царская власть, указывают святые отцы, была освящена Самим Богом, и теократия отнюдь не прекратилась, а продолжалась. Наоборот, власть царя, в отличие от власти судей, стала самодержавной – то есть более крепкой и более устойчивой. И, продолжают дальше святые отцы, в частности святитель Филарет Московский, например, что и в Новом Завете теократия в лице императорской власти, царской власти не прекратилась и, наоборот, она стала более соответствовать божественным установлениям именно новозаветной Церкви. И надо сказать, что святые отцы древности, например, преподобный Ефрем Сирин, он пишет, что вот царство и священство уподобляется двум столпам, Иахину и Воазу – это у столпов, которые были в Иерусалимском храме, были даже свои имена. Вот это были одни из двух таких наименованных столпов, которые воздвиг Соломон в Иерусалимском храме. И вот эти два столпа были перенесены в Святую Кафолическую Церковь, и она вот сияет истинным учением Спасителя и Жизнодавца Христа, то есть царская власть, она необходима и для Церкви. И преподобный Ефрем пишет, что императоры должны установить мир и гармонию в христианском обществе, в рамках которой священство возносит молитвы и дает милостивые отпущение грехов, а цари управляют эти христианским обществом.
К. Мацан
– Действительно, важная такая тема, она, что называется, очень резонирует с какими-то современными дискуссиями, обсуждениями проблемы власти. Илья Ильич, а вот для вас как для, скажем так, продюсера этого проекта, есть задача, чтобы календарь в своем послании, скажем так, вот в своем месседже был вот как-то актуален и в какой-то степени на злобу дня?
И. Рыбаков
– Ну по поводу продюсера – это сильно сказано. Я просто продвигаю этот благотворительный проект и рассказываю о нем. А темы календаря, например, тема нашего календаря, она была в 2009–2010 годах посвящена как раз библейской истории в гравюрах. Там был, значит, выпущен такой календарь, уже такого же образца, но там были гравюры и, значит, французского художника Гюстав Доре, и немецкий был иллюстратор Юлиус Шнорр. И вот весь календарь был и в этих гравюрах, которые используются для Ветхого Завета при издании, и вот самые популярные. И к этой теме Ветхого Завета, видите, мы вернулись только спустя 14 лет, то есть вот насколько разнообразные темы календаря.
К. Мацан
– У нас сегодня в гостях представители благотворительного проекта календарь «От Пасхи до Пасхи». Илья Рыбаков, директор по развитию этого проекта и Георгий Бежанидзе, научный руководитель этого проекта, кандидат богословия, преподаватель Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Мы скоро вернемся к нашему разговору. Не переключайтесь.
К. Мацан
– «Светлый вечер» на Радио ВЕРА продолжается. Еще раз здравствуйте, уважаемые друзья. В студии Константин Мацан. Передо мной на столе в студии лежит календарь «От Пасхи до Пасхи» – наверняка вам известное издание. И вот новый, в этом году выпущенный календарь, на 2024–2025 годы, посвящен он в этом году Священной истории Ветхого Завета, и уже вот с первой седмицы Великого поста идет раздача этих календарей, и она будет продолжаться. А у нас сегодня в гостях директор по развитию этого проекта Илья Ильич Рыбаков, и научный руководитель проекта Георгий Вениаминович Бежанидзе. Мы продолжаем говорить не только о самом календаре, но и о тематике Ветхого Завета. Вот вы сказали в начале программы, Георгий Вениаминович, что мы, читая, должны читать Ветхий Завет сквозь призму Нового. Но известно, что это работает и в другую сторону – Ветхий Завет тоже комментирует в свою очередь Новый Завет. И мы, может быть, каких-то важных смыслов и в Новом Завете не уловим, если не будем знать истории Ветхого Завета. Можете какие-то, может быть, примеры привести. Если большая часть церковного народа все-таки знакома с текстом Нового Завета, он читается постоянно за богослужениями, Ветхий Завет тоже читают, но, может быть, за счет его объема не так уж в деталях помнят. Вот что важного мы, может быть, не уловим в Новом Завете, если не будем иметь в виду историю Ветхого?
Г. Бежанидзе
– Да, действительно таких примеров можно привести множество. Ну вот по поводу изображения креста. Мы вот все видим на храмах, на куполах храмов изображения крестов и внизу такой знак, изображающий полумесяц. И что он означает, да? Тут есть, конечно, разные толкования. Есть такое мнение, что означает некие рога – то есть процветший крест, как жезл Ааронов, да, вот он тоже процвел, мы знаем из Книг Ветхого Завета, и так как жезл этот означал крест, то его процветание, то есть там побеги появились и, так сказать, расцвел, вот означает действительно, собственно, крест. Но есть и другое толкование, что этот полумесяц действительно изображает луну. И Солнце правды, – это тоже цитата из Ветхого Завета, из Книги Малахии, – и Христос, Солнце правды, конечно же. Ну а что тогда символизирует луна? У пророка Аввакума есть такие замечательные слова: «воздвижеся солнце и луна ста в чине своем». Солнце – это Христос, безусловно, а луна – это Церковь. И в песнопениях Великой субботы, например, есть такие слова: «Заходиши под землю, Спасе, Солнце правды: темже Рождшая Тя луна от печалей затмевается, вида Твоего лишаема». Здесь луна это и Пресвятая Богородица, но и Церковь тоже, потому что Церковь лишается своего Главы, Который претерпел страшную, позорную смерть на кресте. И здесь мы видим действительно разъяснение очень важное из Ветхого Завета. Ну и вообще вот образы Церкви у пророка Исаии многочисленны – это и виноградник, виноград, лоза, Христос тоже называет Церковь виноградом, жена, и наконец гора дома Господня. Вот этот образ – гора дома Господня, – приобретает такой всемирный масштаб. Будет поставлена эта гора, пишет пророк Исаия, «во главу гор и возвысится над холмами», и туда потекут все народы, «и скажут: придите, и взыдем на гору Господню, в дом Бога Иаковлева, и научит Он нас Своим путям и будем ходить по стезям Его; ибо от Сиона выйдет закон, и слово Господне – из Иерусалима». Это все происходило в христианской Церкви. И вот этот образ – горы, он тоже некоторым вот образом, да, объясняет нам, что такое Церковь. И таких мест, в принципе, достаточно много. Ну вот, например, тоже интересное место приводит святитель Григорий Палама. Он пишет о Ветхом Завете и пишет о том, что не надо пренебрегать и телесным поклонением Господу Иисусу Христу во время молитвы. И он пишет, что ветхозаветные пророки и ветхозаветные святые, они часто принимали особое положение во время молитвы, например, вот становились на колени, и другие вот такие молитвенные позы предпринимали. И вот святитель Григорий Палама пишет, что этим тоже нельзя пренебрегать. И мы через обращение к ветхозаветным святым научимся быть внимательными и даже вот и к своей внешней форме, которую мы занимаем во время молитвы. Ну вот указывается, что совершеннейший боговидец Илия разрешил молитвы в многолетнюю засуху, прислонив голову к оленям своим – ну вот так вот, став в такую особую молитвенную позу. Поэтому вот действительно мы можем многому чему поучиться в Ветхом Завете.
К. Мацан
– Ну а вот та тема, с которой мы сегодня начали, вы сегодня начали, что современного читателя может поражать какая-то жестокость ветхозаветной истории. Эта жестокость сейчас становится камнем преткновения для читателей или даже, могу по своему опыту свидетельствовать, неким таким аргументом в руках скептиков, и атеистов, и критиков Церкви. Что нам важно понимать про Ветхий Завет, чтобы вот не соблазняться? Чтобы ну не то чтобы не смущаться, может быть, трудно не смутиться, если ты читаешь, как одно племя истребляет полностью другое племя. Но почему-то же это появилось в Ветхом Завете, книге, которая Церковью принята, в богодухновенной книге, какое этому можно предложить объяснение?
Г. Бежанидзе
– Однозначно все святые отцы, которые толковали вот эти сложные места Священного Писания – и древние святители, и святитель Иоанн Златоуст, и наши русские святители, они указывали на тот факт, что жизнь человеческая не имеет абсолютного значения для христианства. Именно не в смысле ветхозаветной религии, а именно христианства, что жизнь, она прежде всего ценна как жизнь вечная. И поэтому те события, которые случались – например, потоп, да, который потопил ветхозаветных людей, – эти события, они все равно были проявлением любви Божией. Почему, потому что к этим людям потом пришел пророк – пророк, которого тоже усекнули мечом, усекнул мечом царь Ирод, – это Иоанн Предтеча. И это было попущено Богом. Такая страшная, конечно, страшная, позорная казнь, когда его голову принесли на блюде во время пира, отдали эту голову блуднице. И вот такое поругание Иоанна Предтечи, учит нас Церковь, было промыслительно. Для чего? Для того, чтобы он сошел и проповедовал в том числе и даже прежде всего, наверное, тем людям, которые погибли во время потопа. И мы знаем, верим в то, что они, многие из них услышали эту проповедь и, имея в себе начатки покаяния, обратились и спаслись. Почему вот эта как бы казнь, да, она связана с покаянием? Дело в том, что внешние действия, пишут святые отцы, по отношению к человеку, они имеют для него особое значение, потому что человек состоит из души и из тела – то, что происходит с его телом, влияет на душу. И если тело его грешит, то душа тоже оскверняется. А если тело претерпевает какие-то страдания, то душа может и очиститься, лишь бы это все было связано со смирением и покаянием. То есть таким образом Господь дает шанс этим людям покаяться. И мы вот знаем историю двух разбойников, которые висели на кресте, и обоим этим разбойникам Господь дал возможность покаяться, но только один из них воспользовался этим. И вот святитель Иоанн Златоуст пишет, что благоразумный разбойник, он отличается от неблагоразумного тем, что он по факту признал свою вину, он сказал, что да, мы осуждены по правде и справедливо терпим вот это наказание, а Он, Христос, осужден безвинно. И когда он так вот смирился, осознал себя грешником, что он заслуженно несет это наказание, потому что он убийца сам был, сам был таким страшным человеком, но он понял, что вот мздовоздаяние настигло его тоже. А неразумный разбойник не понял, он хулил Бога, говорил, что если Ты Христос, сниди со креста, он не хотел сознаваться в том, что он заслужил такую страшную казнь. И вот за это смирение, пишет Иоанн Златоуст, Бог послал веру благоразумному разбойнику, он исповедал Христа, и Господь принял его в райские обители. Поэтому те, может быть, жестокости, которые мы встречаем в Ветхом Завете, мы должны понимать их в свете понимания обязательно Нового Завета. В свете Послания к Евреям, например, как пишут святые отцы. Потому что в Послании Евреям сказано, а какой завет, спрашивает апостол Павел, более жестокий, Новый или Ветхий? И отвечает, что нет, Новый Завет более жестокий, чем Ветхий, но почему? А вот почему, он отвечает, потому что за преступление в Ветхом Завете действительно побивали камнями, но что означает эта временная смерть перед той смертью, которая полагается в Новом Завете – смертью вечной, смертью бесконечной. И, продолжает апостол, какое страшное будет наказание для того, кто попрал Кровь Нового Завета, и уже не будет для него никакой возможности для спасения, если на Страшном суде он будет осужден. Поэтому вот эти события Ветхого Завета надо так воспринимать. И современные иудеи, они, к сожалению, не понимают уже Ветхий Завет. Я приведу элементарный пример, который вот мы тоже здесь, в календаре, указываем, этот пример связан с постановлением Ветхого Завета о том, что нельзя варить ягненка в молоке его матери. Как понимают это современные иудеи? Они понимают это чисто обрядово, плотски – они просто не едят молочную пищу вместе с мясной, и все. Но это далеко не так. И ветхозаветный закон говорит совсем о другом, он говорит о том, что нельзя убивать и ягненка, и сына, и мать одновременно – это жестоко. И вот даже такую жестокость по отношению к животным, ветхий закон, вот он запрещал.
К. Мацан
– У нас сегодня в гостях в программе «Светлый вечер» директор по развитию благотворительного проекта календаря «От Пасхи до Пасхи» Илья Ильич Рыбаков и научный руководитель этого проекта Георгий Вениаминович Бежанидзе, кандидат богословия, преподаватель Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Илья Ильич, вот что-то вы хотели сказать.
И. Рыбаков
– Ну я хотел еще раз напомнить условия нашей благотворительной программы, которая связана с новым календарем «От Пасхи до Пасхи». Мы так же, как и все прошлые года, всем кто приходит к нам в редакцию – улица Станиславского, дом 4, строение 1, – дарим один календарь в подарок. А остальные календари мы уже отдаем по себестоимости, по символической себестоимости – 350 рублей. В этом году себестоимость одного календаря составила 350 рублей. И мы всех приглашаем, конечно, к нам в редакцию получить свой подарок на Пасху, но и также тоже поучаствовать в этом нашем благотворительном проекте, чтобы сделать и от себя подарок на Пасху для родных, близких, друзей, знакомых. У нас очень много вот наши православные друзья, которые берут и тысячу, и пять тысяч календарей уже для своих сотрудников, для своих фирм и уже сами от себя делают подарки на Пасху. И вот есть такая, так сказать, организация «Ситилинк», которая оказывает нам каждый год благотворительность в виде бесплатной доставки наших календарей во всех пункты, где у них – это около тысячи пунктов по всей стране. И мы можем в Москве, у нас в редакции, за 350 рублей приобрести один календарь, и также мы можем за 350 рублей приобрести календарь во Владивостоке, например, – то есть будет бесплатная доставка, и просто человек приходит в этот пункт выдачи и за себестоимость. Но уже, к сожалению, не получает подарок. Подарок только в Москве, только в редакции. Так что приходите, ждем и будем рады. Потому что, конечно же, эта себестоимость, она чисто символическая. Мы переживаем такие, так сказать, всплески проблем, связанных с полиграфией, и поэтому как бы чисто символически. Вот в прошлом году было 300 рублей, в этом году 350. Но реальная себестоимость, конечно, она больше. В эту себестоимость не входят там и редакционные затраты, и дизайнерские, и другие затраты. Это так, чисто символически. И еще хотел сказать, у нас половина нашего тиража из 150 тысяч, она раздается благотворительно на социальные нужды, так сказать, – в епархии, в храмы, в приходы и вот дарится просто. А остальную часть мы реализовываем по себестоимости, и этот наш благотворительный проект, он изначально убыточный.
К. Мацан
– Как и любой благотворительный проект. Планово убыточный. Ну наверное, когда мы говорим планово убыточный, мы имеем в виду, ну и слово «убыточный», оно предполагает, что у людей была цель получить выгоду, но они ее не достигли. Но у вас же нет цели заработать на этом календаре, поэтому только как метафору мы можем это использовать.
И. Рыбаков
– И нас очень умиляют вот эти крупные организации, которые как могут оказывают благотворительность. Например, бесплатная доставка по всей России – я считаю, что это очень-очень достойно и очень большая помощь людям, которые не всегда могут потратить много денег на подарки.
К. Мацан
– Ну вот передо мной открыт календарь именно на 9 мая, День Победы. Мы уже сказали, что и это событие тоже в календарь вошло. А в чем еще для вас, как для авторов проекта, смысл того, что в календаре «От Пасхи до Пасхи» появилась отдельная страничка, посвященная Дню Победы? Помимо того, что тоже, как и в 45-м году, в этом году на Светлую седмицу приходится этот праздник.
Г. Бежанидзе
– Ну здесь мы приводим слова Святейшего Патриарха Алексия (Симанского), который сказал в связи с победой в своем слове на День Победы в 1945 году: «Слава и благодарение Богу! Мир на земле Российской и, благодаря соединенным усилиям союзных правительств и воинств, – мир на землях многих». И вот эти слова, они имеют параллель со словами и действиями пророка Моисея, которому на Синае было явлено чудо Неопалимой Купины. И ему было дано откровение о грядущем освобождении его народа из Египетского рабства, откровение об исходе и о Пасхе. То есть вот это освобождение от немецкого рабства, египетского рабства, да. Что такое египетское рабство? Это не только рабство внешнее, но это рабство и внутреннее. И, конечно, вот этот не немецкий, а фашистский, нацистский режим, он культивировал зло – зло как норму, зло как ориентир для жизни вот всей вот этой вот нацистской империи. И именно поэтому мы можем говорить, что хотя в советское время были гонения на Церковь, безусловно, но тем не менее правда в этой войне была на стороне нашего русского народа, который освободил весь мир. По факту весь мир он освободил от этого египетского рабства, рабства нацистского, не менее, а может быть даже и более страшного, чем рабство египетское. И эта параллель, вот она очевидна, потому что День Победы по факту пришелся на Пасху в 1945 году. И хотя это отчасти, так сказать, умалчивалось, потому что все-таки советское государство оставалось атеистическим, но тем не менее верующие люди, они прекрасно понимали, кто стоял за победой русского воинства – это Сам Господь, русские святые, Пресвятая Богородица. И наша вера православная, которая победила это зло.
К. Мацан
– Ну что же, спасибо огромное за нашу сегодняшнюю беседу. Мы, напомню, сегодня говорили о календаре «От Пасхи до Пасхи», об этом благотворительном проекте. И я напомню, что уже сейчас, на первой седмице Великого поста, началась раздача этих календарей. Приходите за подарком. Давайте, Илья Ильич, еще раз адрес скажем, куда за подарком приходить.
И. Рыбаков
– Мы вас ждем по адресу: улица Станиславского, дом 4, строение 1. И вы можете на нашем сайте сделать свой заказ, и уже с номером заказа вы приходите и получаете свой подарок. И там же, когда вы заказываете, можете обозначить, сколько вы хотите еще приобрести календарей по себестоимости. И мы работаем над привлечением и новых благотворителей, и меценатов, которые бы нам помогли бы увеличить наш тираж, чтобы на праздник святой Пасхи как можно больше людей получили вот этот уникальный календарь, который уже 17-й год выпускается коллективом единомышленников. И вы спрашивали, сколько нас человек – ну десять человек писателей. А на самом деле вот есть у нас сестра Татьяна, которая находится по телефону +7 (903) 723-00-00 – это всем известный телефон, он на всех календарях пишется. Но мало, может быть, кто знает, что там, значит, этим телефоном заведует Татьяна, которая координатор распространения этих календарей по всей нашей необъятной родине.
К. Мацан
– Спасибо большое. Илья Ильич Рыбаков, директор по развитию благотворительного проекта календаря «От Пасхи до Пасхи», и Георгий Вениаминович Бежанидзе, научный руководитель этого проекта, кандидат богословия, преподаватель Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета, были сегодня с вами в программе «Светлый вечер».
Г. Бежанидзе
– До свидания, дорогие друзья.
И. Рыбаков
– До свидания.
К. Мацан
– Спасибо огромное. У микрофона был Константин Мацан. До свидания.
Все выпуски программы Светлый вечер
«Богословие священства». Священник Алексей Чёрный
Поделиться
У нас в гостях был кандидат теологии священник Алексей Чёрный.
Разговор шел о том, что русские святые отцы 18-20 веков писали о священстве и как осмысляли это служение в соответствии с вызовами эпохи и ожиданиями прихожан своего времени. В частности, мы обсуждали, что о священстве писали такие известные богословы, как святитель Дмитрий Ростовский, святитель Тихон Задонский, святитель Филарет Московский, святитель Иннокентий Херсонский, праведный Иоанн Кронштадтский, святые Оптинские старцы, святитель Феофан Затворник и святитель Игнатий, епископ Кавказский.
Этой программой мы продолжаем цикл из пяти бесед, посвященных путям русского богословия в истории русской культуры.
Первая беседа с диаконом Николаем Антоновым была посвящена формированию русской богословской мысли (эфир 27.04.2026)
Вторая беседа с Артемом Малышевым была посвящена святоотеческому богословскому наследию (эфир 28.04.2026)
Третья беседа с Вячеславом Ячмеником была посвящена богословию в эпоху советских гонений на Церковь (эфир 29.04.2026)
Ведущий: Константин Мацан
Все выпуски программы Светлый вечер
«Вера и дело». Сергей Катышев
Поделиться
Гость программы — глава телеканала «КИНО ТВ», продюсер Сергей Катышев.
Разговор начинается с воспоминаний о юности, интересе к музыке и культуре, учёбе на факультете психологии и создании культурного центра «Лаборатория звука». Гость рассказывает о том, как ранние впечатления от музыки повлияли на его стремление «расширять границы» и искать своё призвание.
Отдельной темой становится путь к вере. Сергей Катышев вспоминает встречу с Тихвинской иконой Божией Матери, поездки в монастырь преподобного Александра Свирского, аварию, после которой он особенно остро задумался о Божием промысле, и первое путешествие на Афон. В беседе звучит рассказ о монастыре Дохиар, старце Григории, иконе Божией Матери «Скоропослушница», а также о встрече с духовником — епископом Нестором Ялтинским.
Также речь идёт о создании телеканала «КИНО ТВ», работе в кино и телевидении, восстановлении территории храма Архистратига Михаила в Алупке и фестивале «Явление».
Отдельное внимание уделяется фильму «Авиатор» по роману Евгения Водолазкина и планируемой экранизации романа «Лавр», а также разговору о прощении, покаянии и внутреннем изменении человека.
Ведущая: Наталия Лангаммер
Наталья Лангаммер
— Добрый вечер, дорогие радиослушатели! «Светлый вечер» на Радио ВЕРА и в эфире программа «Вера и дело». Меня зовут Наталья Лангаммер, а в гостях у нас сегодня глава телеканала «Кино ТВ», продюсер в разных сферах — Сергей Катышев. Добрый вечер.
Сергей Катышев
— Добрый вечер. Христос воскресе! Рад приветствовать вас, дорогие друзья, на одном из моих любимых радио.
Наталья Лангаммер
— Сергей, мы с вами перед эфиром обсуждали, о чём поговорить. И у меня к вам много интересных вопросов. Первое, что возникает у меня в голове, — это психология. Вы закончили факультет психологии Ленинградского государственного университета, причём тогда, когда это ещё не было модно. Но дальше вас всё-таки интересовала культура, вы искали себя. Как это выяснилось в процессе обучения?
Сергей Катышев
— Я бы начал ещё раньше — до того, как поступил в университет на факультет политической психологии. Когда мне было 14 лет, я не имел понятия ни о психологии, ни о православии, ни о музыке, ни о культуре. И вот мой школьный друг пригласил меня на концерт Джона Маклафлина (это было лет 25–30 назад). Концерт проходил в Петербурге, в ДК Ленсовета. Но у нас не было билетов. Мы пришли, и мой друг говорит: «Серёга, полезли через крышу?» Я отвечаю: «Всё что угодно, но через крышу я не полезу». Он говорит: «Ну тогда поехали домой». И вот мы уже собрались уходить, грустные такие, и вдруг выходит молодой человек в костюме, с контрамарками в руках. Он кого-то ищет глазами, не находит и протягивает эти контрамарки мне — а это билеты на первый ряд. Так мы попали на концерт Джона Маклафлина и Билла Бруфорда. И, знаете, именно тогда мой мир полностью перевернулся. Я не представлял, что такое вообще возможно. Что существует такая музыка, которая может настолько расширять границы восприятия. И с тех пор, с 14 лет, всё, чем я занимаюсь каждый день, связано именно с этим — с расширением собственных границ. Я стараюсь, чтобы каждый день становился для меня открытием. Потом был университет. Сразу после него мы вместе с друзьями и учителями открыли культурный центр. Среди них был Сева Гаккель — один из основоположников группы «Аквариум». Он же открыл один из первых легендарных панковских клубов Санкт-Петербурга — «Там-Там». Позже, когда я познакомился с Юрием Николаевичем Арабовым — нашим классиком, сценаристом и кинематографистом, — я узнал от него интересную мысль: что, вообще-то, панки и монахи имеют много общего. И те, и другие постоянно раздвигают границы. Разница в том, что у панков в центре — собственный протест и больше ничего, а у монахов в центре — воскресший Христос. Это огромная разница. Но само стремление к преодолению себя объединяет и тех, и других. Так вот, мы открыли культурный центр «Лаборатория звука» и привезли в Россию практически всех современных электронных музыкантов, повлиявших на культуру XX и XXI века.
Наталья Лангаммер
— А какие это были годы?
Сергей Катышев
— Это начало 2000-х, примерно до 2005 года. Мы привезли Филипа Гласса, King Crimson, группу Sabri Brothers с их суфийской музыкой...
Наталья Лангаммер
— То есть Россия тогда ещё не знала такого звука?
Сергей Катышев
— Это было впервые. Во всех смыслах такая культурная революция. Потом я работал с Брайаном Ино — лондонским музыкантом, композитором, основателем направления эмбиент. А позже ушёл из музыкальной индустрии и занялся телевидением, а затем и кино. Но между этим произошло, наверное, самое важное поворотное событие.
Наталья Лангаммер
— Расскажете об Афоне?
Сергей Катышев
— Афон случился не сразу. Однажды привезли Тихвинскую икону Божией Матери — из Чикаго, где я до этого много раз бывал. И этот образ меня поразил, я увидел его совершенно случайно. Мы с друзьями и коллегами были на вечеринке, и квартира, где была вечеринка, находилась напротив Казанского собора. Мы веселились до утра. Я подошёл к окну и увидел невероятную картину: вся площадь была в цветах, огромное количество людей, и прямо на меня двигался образ Тихвинской Божией Матери.
Наталья Лангаммер
— Это был крестный ход.
Сергей Катышев
— Тогда я ничего об этом не знал. Я позвал друзей и сказал: «Посмотрите, как вообще такое возможно?» После этого я много раз приходил в Казанский собор. Потом икону увезли в Тихвинский монастырь, и я ездил уже туда, просто не мог оторваться. До этого у меня были увлечения восточными религиями, буддизмом. Я читал Олдоса Хаксли, Карлоса Кастанеду — всё это было очень модно в нашей молодости. Но вот этот живой дух, живая личностная Божественная природа просто разрушили все мои прежние представления об этом мире. Потом я попал в Александро-Свирский монастырь. Удивительная история: мой дед был главным психиатром Военно-морского флота СССР и работал в Военно-медицинской академии. В детстве он водил нас туда на экскурсии. И только позже я понял, что тогда видел мощи Александра Свирского — они находились в музее академии. И когда я увидел их снова, уже в монастыре, я простоял рядом шесть часов и не мог отойти. Не знаю, как это объяснить — будто через тебя проходит какая-то энергия. Позже я часто возвращался туда. Потом, когда я уже работал на телевидении, зашёл в Троицкий собор и увидел фрески, они буквально выступали из стен. Их никто не реставрировал, но краски были невероятной насыщенности: ярко-синие, ярко-зелёные, жёлтые. Фантастика! Тогда у меня возникла идея оживить эту историю и сделать анимацию. В то время я работал с BBC, занимался дистрибуцией фильмов.
Наталья Лангаммер
— Это должен был быть мультфильм?
Сергей Катышев
— Да, мультфильм по фреске «Страшный суд», которая находится на выходе из храма. Она меня невероятно поразила.
Наталья Лангаммер
— Но там ведь нужен сюжет?
Сергей Катышев
— Да, сюжет Страшного суда, можно было строить его по житиям святых или по Апокалипсису. Но это была пока только идея. Я поехал в Александро-Невскую лавру за благословением (или всё-таки в духовную академию, она находится за Алекандро-Невской Лаврой). А вместо этого попал на очень жёсткую исповедь — совершенно не то, чего я ожидал. После этого я должен был лететь в Швецию на следующий день. Я опаздывал на самолёт, мчался по кольцевой и думал только о своих делах и пробках. Вдруг навстречу мне вылетает КАМАЗ с песком, и я понимаю, что столкновения не избежать. Следующий кадр — всё в тумане, кабина КАМАЗа лежит на мостовой, а от моей новой BMW, купленной неделю назад, вообще ничего не осталось. А я жив. И вдруг из бардачка начинает играть акафист преподобному Александру Свирскому: когда-то давно я вставил диск и забыл о нём. А тут магнитола сама включилась — видимо, что-то замкнуло, и на всю площадь звучало: «Радуйся, Александре Свирский, великий чудотворче...» И у меня слёзы на глазах. Казалось бы, машина разбита, на самолёт я опоздал, никакой фильм уже снимать не стал. Но я понял, что это была очень важная встреча — там, на кольцевой. Одна из главных встреч в моей жизни. Я почувствовал, что Бог явно хочет мне что-то сказать и решил обратить на это пристальное внимание. Как только зажили сломанные рёбра, я позвонил своему другу-путешественнику, и мы поехали на Афон — искать старцев и ответы на вопросы: кто я? И чего от меня хочет Бог?
Наталья Лангаммер
— Экзистенциальные такие вопросы.
Сергей Катышев
— Но ведь это и есть главный вопрос, который человек должен задать себе, вступая на духовный путь: кто я? И чего от меня хочет Бог? Если ты не понимаешь, кто ты, то как поймёшь, что от тебя хочет Бог и вообще выстроишь диалог с Ним? И вот мы приехали на Афон. Я говорю другу: «Давай возьмём путеводитель, посмотрим его». Он отвечает: «Ты что? Мы же к Божией Матери едем. Молись — и Она сама тебя выведет». Три дня мы ходили по монастырям: Пантелеимонов монастырь, Ватопед, Карули... Видели удивительных людей, которые по пятнадцать лет живут в затворе и буквально читают мысли, мы были свидетелями этого. И только в конце нашего путешествия попали в крайне странный монастырь для меня тогдашнего — это монастырь Дохиар, где находится икона Божией Матери «Скоропослушница».
Наталья Лангаммер
— А почему монастырь Дохиар показался вам странным?
Сергей Катышев
— Потому что там всё было совсем не так, как я представлял. Монахи не были в чистых одеждах, они не стояли по стойке смирно и не говорили какие-то правильные вещи. Там были настоящие панки. Настоятель монастыря, геронда Григорий, ходил в каком-то грязном подряснике, мог кричать, ругаться, даже ударить. Но когда ты смотрел ему в глаза, то видел столько любви, сколько никогда в жизни не встречал, и полностью растворялся в этом. Наверное, там я впервые понял, что такое любовь: не влюблённость, не гормоны, а Божественная эманация нетварного Святого Духа. Нас приняли там как родных. Мы сидели, пили чай, разговаривали о неформальных вещах, без каких-либо форм и правил, о музыке — о Бьорк, Поле Маккартни, Брайане Ино. И монахи с огромным интересом поддерживали этот разговор, делились своими мыслями. Тогда я ощутил себя свободным от рамок, когда можно быть самим собой, говорить всё, что я думаю и при этом ощущать невероятную теплоту и принятие. Я возвращался туда снова и снова. За десять лет был на Афоне, наверное, раз пятнадцать по две-три недели.
Наталья Лангаммер
— Интересный такой момент. Некоторые люди после таких поездок остаются там. Вот что Господь им откроет: кому-то укажется путь, что дальше делать. А что было для вас, кроме того, что вы поняли, что есть любовь? Вы поехали с запросом понять, что есть я, и что хочет Бог.
Сергей Катышев
— Когда человек влюбляется, он не хочет расставаться с объектом своей любви. Конечно, я не хотел уезжать с Афона, но старец сказал: «Нет. Ты поедешь домой и будешь трудиться там. У тебя будет другой духовник, он уже есть, и живёт он в Крыму». Знаете, мне тогда это показалось даже обидным, но я послушался. И с одним из русских монахов монастыря Дохиар поехал в Крым и встретил там замечательного священника, отца Николая Доненко (сейчас он епископ Нестор Ялтинский), и моя жизнь связалась с этим человеком. Потом я встретил будущую жену, мы обвенчались в Крыму, в храме Покрова Божией Матери в Нижней Ореанде. Уже пятнадцать лет мы рядом с нашим духовником, и это не просто формальные отношения, но дружеские и родственные. Я обрёл нового отца, а это крайне важно: для движения вперёд обязательно нужен учитель. Как у Данте в «Божественной комедии: всегда и каждому нужен Вергилий, чтобы пройти все эти девять кругов.
Наталья Лангаммер
— И дальше что всё-таки вам благословили делать? Стало понятно, чем заниматься? Что у вас было на тот момент — телевидение?
Сергей Катышев
— Тогда я занимался дистрибуцией (продажей) кино и телевизионных прав для российских каналов. Покупал фильмы в Америке, Англии и продавал здесь. А отец Николай сказал: «Это неинтересно. Надо что-то создавать». Я удивился: «Как неинтересно? Это же деньги — как они могут быть неинтересны? Тем более такие хорошие деньги!» Но он настаивал. И однажды жена предложила создать телеканал о кино и о всём, с ним связанным. Это было в шуточной форме: «Давай объединим всех киношников в России, сделаем платформу и создадим отличную коллекцию». Я говорю: «Ну давай сделаем; посмотрим, что получится». И мы стали делать, не придавая этому серьёзного значения. А потом поехали в Канны на кинорынок и совершенно случайно попали на презентацию телеканалов, и там предложили сделать презентацию нашего канала на острове Сент-Маргерит, который находится напротив Канн. Туда приехали мировые топ-менеджеры киноиндустрии и с большим интересом восприняли нашу идею о создании. Вернувшись в Россию, мы совместно с коллегами организовали этот канал, сегодня его смотрят уже 28 миллионов человек. Так появился телеканал «Кино ТВ». Мы вещаем с пяти спутников, практически во всех кабельных сетях. У нас одна из крупнейших киноколлекций в стране и большой портал kinotv.ru, который объединяет кинокритиков, рассказывает о мировых событиях и фестивалях.
Наталья Лангаммер
— Но ведь это уже были 2010-е, время онлайн-платформ. Почему именно телевидение, ведь оно уже не так модно было?
Сергей Катышев
— Изначально мы хотели создать экосистему. Ещё во времена «Лаборатории звука» у нас не было своего помещения, и мы с Севой Гаккелем мечтали о культурном центре со своим радио, телевидением и издательством. И сейчас эта мечта постепенно реализуется: у нас есть издательство, есть телеканал. В конце этого года мы открываем в Петербурге культурно-образовательный центр «Дом Кронкенгагена» — напротив Новой Голландии, набережная Адмиралтейского канала, дом 17. Это пять тысяч квадратных метров восстановленного нами пространства, дом 1900 года постройки, в стиле кирпичный модерн. Там когда-то уже было издательство, выходил журнал о культурно-социальной жизни того времени под названием «Отдых», мы хотим его возродить. И все пять тысяч метров мы хотим отдать под культурно-образовательные нужды. Там будут показы авторского кино с лекциями, мастер-классами. Мы хотим давать ключи для понимания того кинематографа, каким он был 20 и 30 лет назад, тем самым определяя, каким он будет через десятилетия.
Наталья Лангаммер
— А грядущий фестиваль в Крыму с 1 по 5 мая — тоже часть этой истории?
Сергей Катышев
— Фестиваль — это особое благословение. Нашему духовнику, епископу Нестору Ялтинскому, передали один из самых больших храмов южного берега — храм Архистратига Михаила в Алупке. На момент передачи храм был в полном запустении: капала вода с крыши, на территории стояли старые домики, которые сдавались в аренду. И мы стояли на этой горе (это Храмовая гора в Алупке), смотрели вниз, и везде какие-то сараи, запустение просто глаз некуда положить, но это прекрасное место. Вот я много говорю про Канны, но ведь Канны — это не только место общего притяжения, где проходит фестиваль. Мало кто знает, что на самом деле это центр христианства IV века, и там жили великие святые: святой Гонорат и его сестра, святая Маргарита. Два острова там напротив — это монастыри, где жили эти святые. Даже название улицы: Круазет — улица Крестного пути. А символ Каннского фестиваля — пальмовая ветвь, которой встречали Христа, христианский символ. И я думаю, что фестиваль уйдёт, а вот эта история останется. Пройдёт ещё сто лет, и мы не узнаем Канны. И вот история в Алупке мне открылась именно так: что есть замечательный маленький южный город на берегу тёплого Чёрного моря, в центре этого городка стоит величественный храм Архистратига Михаила на горе, и вокруг него происходит много разных событий — это главное там. Мы начали восстанавливать храм, отреставрировали фрески, это была огромная работа, приглашали мастеров из Москвы. Кроме этого, приводили в порядок территорию. Полтора-два года мы работали почти без остановки, своими силами всё восстанавливали. И два года назад, в Великую субботу, я выхожу после службы и понимаю, что работы ещё непочатый край, я не знаю, за что браться — везде ямы, кучи песка, и мы вкладываем-вкладываем, но всё больше и больше проблем открывается. А около храма есть кладбище, на котором похоронен священномученик Владимир Троепольский, построивший этот храм. Он был мученически зарезан красноармейцами на его ступеньках. И я встал на колени перед его могилой, говорю: «Отец Владимир, ну помоги! Если есть Божья воля, чтобы я тут что-то делал и вообще здесь находился, то благослови. А если нет, то убери меня отсюда, но тихо, без повреждений, по крайней мере внешних». А на следующий день, на Пасху, мы выходим после службы, и к нам подошла делегация представителей правительства Российской Федерации и банкиров с вопросом: «Чем вам помочь?» После этого всё стало меняться невероятными темпами и спустя два года это место совершенно не узнать. По сравнению с Каннами, у нас сейчас лучше, уверяю. Но нужно же всегда себя превозмогать и открывать что-то новое; каждый раз делать больше, чем ты сделал вчера. Мы решили ответить и сделать молодёжный музыкальный фестиваль «Явление» и пригласить самых разных музыкантов, писателей, кинодеятелей. В прошлом году это был первый фестиваль, проходил он с 1 по 5 мая и больше десяти тысяч человек его посетило. Знаете, я организовывал много концертов в разных странах, делал фестивали уличных театров во французском Лионе и других городах, и год назад меня будто машиной времени окунуло в те годы, а потом я увидел, что у нас-то интереснее, у нас лица живые, наполненные радостью, и это вдохновляет на продолжение. Сейчас мы делаем второй фестиваль, а он, как известно, тяжелее, чем первый.
Наталья Лангаммер (после перерыва)
— Возвращаемся в студию Светлого радио. В эфире программа «Вера и дело», и герой этой программы — глава телеканала «КИНОТВ» Сергей Катышев. Я Наталья Лангаммер. Мы ещё поговорим про фестиваль. Почему вы всё-таки решили делать именно музыкальный фестиваль? Почему не кинофестиваль, не поэтические вечера, а начали именно с музыки? И на какой площадке там происходит всё музыкальное действо?
Сергей Катышев
— Я считаю, что человек должен заниматься тем, что любит, и тем, в чём разбирается. Музыка — это то, что я люблю с детства.
Наталья Лангаммер
— Даже больше кино?
Сергей Катышев
— Это просто разные языки. Фестиваль проходит на территории храма Русской Православной Церкви, и язык музыки особенно важен, ведь в раю не разговаривают — в раю поют. Это одна из причин того, почему первый фестиваль мы решили сделать именно музыкальным. Но в планах у нас и молодёжный кинофестиваль, и театральный фестиваль. Мы будем это делать, безусловно.
Наталья Лангаммер
— Это всё — в Алупке, вокруг храма?
Сергей Катышев
— Да, на территории храма Архистратига Михаила в Алупке. Думаю, что наша территория будет расширяться.
Наталья Лангаммер
— А там есть специальные площадки для этого фестиваля?
Сергей Катышев
— Сейчас там уже четыре гектара благоустроенной территории. Создано общественно-культурное пространство: красивый парк, прогулочные зоны, образовательные пространства. Мы открыли детскую школу «Архангельский лад», там занимаются около шестидесяти детей. Это не системное образование, просто школа при храме. Там есть языковые занятия в игровой форме, театральная студия на разных языках: немецком, французском, английском. Кроме того, есть анимационная студия, где детей учат современной мультипликации; рисование, лепка. Обязательно учим читать книги и воспринимать их.
Наталья Лангаммер
— А как устроен сам фестиваль? Это будет конкурсная программа? И проходить он будет прямо в парке, и там можно будет слушать музыку тем, кто захочет прийти?
Сергей Катышев
— Сейчас заканчивается реконструкция нижней площадки территории храма в один гектар земли. Это финальная реконструкция всей территории. На площадку помещается полторы тысячи человек, мы установим стационарную сцену. И начнём с нашего фестиваля, а потом будем делать различные образовательные, музыкальные и театральные программы. Может участвовать любой в качестве зрителя, но мне вообще хочется, чтобы зрители постепенно становились участниками. И каждый зритель может стать частью этого сообщества большого под покровительством Архистратига Михаила и всего Ангельского войска.
Наталья Лангаммер
— Как попасть на ваш фестиваль?
Сергей Катышев
— Нужно желание. Это всё бесплатно, не нужно покупать билет, просто прийти, зайти в нашу школу, познакомиться с учителями и так далее.
Наталья Лангаммер
— А как стать участником музыкальной программы?
Сергей Катышев
— Через сайт фестиваля, школы или храма можно написать нам. Уже сейчас есть люди, которые просто выразили желание участвовать, петь и выступать, и мы их приняли. Сейчас у нас три сцены: две малые и одна большая. Уж место для желающих выступить мы обязательно найдём.
Наталья Лангаммер
— Класс! Давайте всё-таки ещё поговорим про кино. Вас благословили заниматься созиданием, и появился телеканал. Но, наверное, вы думаете и о производстве кино, или пока туда не ходили?
Сергей Катышев
— Знаете, меня настолько поразило византийское пение в монастыре, что я хотел привезти туда студию, сделать аналоговую запись и выпустить пластинку. Но во всё время нашего общения с герондой Григорием, настоятелем монастыря Дохиар, он говорил мне: «Нет, никаких записей не нужно. Вот молись, учись, и всё». А когда мы с ним прощались, он говорит: «А теперь делай всё, что хочешь. Записывай всё, что хочешь. Снимай всё, что хочешь. И вообще, ты должен снять фильм про людей и про покаяние». А я был такой окрылённый и так мне было интересно с самим собой, и в это же время мои близкие друзья начали снимать фильм о Дохиаре. Он называется «Где ты, Адам?».
Наталья Лангаммер
— Вот. Этот знаменитый фильм.
Сергей Катышев
— Это фильм про нашу историю, про то время на Афоне, когда я был там. Мой друг, отец Александр, снимал этот фильм, мы помогали ему как могли. Но как продюсер я там не участвовал — не хотел разрушать дружбу рабочими конфликтами, потому что творческая работа может испортить отношения. По крайней мере, это очень сложно всегда. Прошли годы, я открыл телекомпанию, она стала развиваться, и мы стали думать о кинопроизводстве. Я начал размышлять: что мне действительно интересно? И тогда мне попалась книга Евгения Германовича Водолазкина «Авиатор». Я прочитал её и понял, что это не просто роман: это психоделическое путешествие по памяти, по времени, по собственному детству. Там же не рассказано о детстве Водолазкина, там каждый человек, читая её, вспоминает что-то своё: бабушку, дачу, запах смородины, первый поцелуй и так далее. Мне показалось это интересным, тем более с детства я задавался вопросом: что такое время? И никто толком не мог на него ответить. В детстве взрослые отвечали: «Ну, время — часы, календарь, что тут непонятного?» В возрасте постарше я смотрел голливудские фильмы, и там истории о перерождении, о параллельных вселенных, о разных фантазиях. Но Евгений Германович Водолазкин оказался одним из первых современных авторов, кто начал говорить ясно и понятно о природе времени, о том, что оно сотворено, как и пространство, и сотворено оно Богом в одном моменте, со всеми его событиями. И наша задача — увидеть эти события, опознать их, найти себя в этих событиях и рассказать другим. Я решил этим заниматься. Мы познакомились с Евгением Германовичем, начали искать команду. Работали с Михаилом Михайловичем Шемякиным, великим художником нашим, потом встретили драматурга, сценариста Юрия Николаевича Арабова. Но, к сожалению, на тот момент он уже был тяжело болен. У него был рак, он не вставал с постели. Мы в жизни с ним ни разу не встречались, общались только по видеосвязи. Камера была направлена на Юрия Николаевича, он лежал и диктовал текст, мы задавали вопросы. Но такого мужества, проявленного Юрием Николаевичем в последние дни своей жизни, я, наверное, не видел никогда. Этот фильм стал для него последним. Через несколько месяцев после написания «Авиатора» Юрия Николаевича не стало. Для меня это не простой кинематографический образ или картина, это путешествие по своим снам, своим вселенным, мечтам, и фильм у нас получился.
Наталья Лангаммер
— Да, фильм получился. Я получила огромное удовольствие, когда его смотрела. И, честно сказать, серьёзно задумалась. А вот как бы вы сформулировали его главную мысль?
Сергей Катышев
— Знаете, я делал программу вместе с Сокуровым и Водолазкиным о Данте (ещё до начала съёмок фильма). И, готовясь к этой программе, я слушал разные лекции, и мне попалась лекция профессора Филоненко (любопытная лекция, очень рекомендую). Он сказал такую вещь: «Прощение, особенно христианское, — это не когда ты прощаешь что-то лёгкое («извини, я тебя ударил, обидел» и пошёл дальше). Христианское прощение — это тот акт, когда ты прощаешь то, что простить невозможно. Если ты переступаешь и прощаешь это, именно за этим прощением тебя ждёт встреча со Христом. Меня эта мысль настолько поразила, что я понял: фильм нужно делать именно об этом, потому что именно за этим прощением начинается покаяние, преображение всего внутреннего и внешнего. В книге акценты немного другие, а в фильме главным героем стал профессор Гейгер. У него молодая жена, которая ему изменяет...
Наталья Лангаммер
— И он это понимает?
Сергей Катышев
— Конечно. Он понимает, для него это трагедия. С одной стороны, он учёный, который сделал невероятное открытие; с другой стороны, у него личная трагедия: у него умер друг, ему изменяет жена. Между прочим, эту историю предложил Константин Юрьевич Хабенский. Мы думали, как всё склеить, как сделать финал? И Костя говорит: «Я сделаю финал на мосту, скажу: «А кто такой Платонов?» И я думаю: вот оно, пришло!
Наталья Лангаммер
— Это прямо точка такая в фильме была. Следующий ваш проект — «Лавр». На каком он этапе?
Сергей Катышев
— Сейчас мы на этапе сценария и подбора команды, которая пройдёт с нами долгий путь — три-пять лет. Интересно, что когда Евгений Германович писал своего «Лавра», как раз в эти годы я много раз бывал на Афоне, жил в монастыре Дохиар и только начинал прикасаться к этим святоотеческим истинам, а он, будучи уже профессором и одним из, наверное, главных специалистов святых и юродивых XV-XVI века, писал своего «Лавра». И «Лавр» — это же непростая книга, это непридуманная история, это собирательный образ, созданный из житий святых, юродивых XV-XVI века, Кирилло-Белозерского, Псковского, Нило-Сорского монастырей, то есть там ничего не придумано. Если взять, например, смерть Лавра и его завещание и сравнить с завещанием преподобного Нила Сорского, там вы можете найти много общего. Я вообще не встречал в сегодняшнем кинематографе разговора про святых и юродивых. Есть работа Терренса Малика «Тайная жизнь» про святого Католической Церкви — замечательная работа. Ну и, пожалуй, всё.
Наталья Лангаммер
— А «Остров»?
Сергей Катышев
— «Остров» был снят двадцать лет назад. В сегодняшнем кинематографе об этих вещах, к сожалению, говорят все меньше и меньше. Но как рассказать об этом, с одной стороны, — современным языком, а с другой стороны, — как донести именно смыслы этой книги, и вообще рассказать, кто такие юродивые и зачем они. Зачем люди отказываются от самого главного, что связывает их с человеческим образом — от своего ума? Ради чего? Вот такая задача у нас стоит. И, конечно, мы пойдем в это путешествие с теми людьми, которые будут разделять эти ценности с нами, и которые влюбятся в этот текст так же, как люблю его я и как любит его Евгений Германович.
Наталья Лангаммер
— Какие еще фильмы, на ваш взгляд, должны появиться сегодня? Почему у нас мало игрового христианского кино в России снимается? Ну вот мы назвали «Остров», «Поп» все назовут. Сейчас вышел с успехом греческий сериал у нас про Паисия Святогорца и, кстати, с жадностью его православная аудитория смотрит. Почему нет? Ведь это же форма проповеди тоже, доступная для душевного восприятия человека. На ваш взгляд, как-то это может меняться?
Сергей Катышев
— Вы знаете, во-первых, всего хорошего мало, и всегда недостаточно. Чтобы появился в свое время один Тарковский, нужно было, чтобы вокруг него была целая плеяда режиссеров, сценаристов, сотни. В советское время эта традиция была, и она дала свои результаты, как мы видим. Сейчас, к нашей радости, кино развивается, и авторское кино развивается. Много открывается новых молодёжных авторских фестивалей, которые знакомят зрителей с разным кино с совершенно разными темами, а они должны быть именно разные. Это как цветы на поле разноцветные, красные, синие, жёлтые, и тогда будет красота и Божественная полнота.
Наталья Лангаммер
— А сценарии? Есть у нас сценаристы, которые могут на эту тему писать — вот здесь и сейчас, сегодня?
Сергей Катышев
— Наш канал и наш портал kinotv.ru уже несколько лет подряд проводят совместно с Ясной Поляной, совместно с Московским кинофестивалем Школу кинокритики. Мы собираем талантливых ребят со всей страны, привозим их на выборгский кинофестиваль, либо московский кинофестиваль, либо в Ясную Поляну, будем привозить в свой культурно-образовательный центр Дом Кранкенгагена. И неделю-две, с полным погружением, вместе с мэтрами кино, вместе с уже состоявшимися кинокритиками смотреть кино, разговаривать о кино, учить о нем говорить, чувствовать его. Такие школы приносят плоды. За несколько школ мы получили, наверное, человек десять (и это немало, кстати говоря), они начали писать вполне себе состоятельные тексты, которые мы публикуем на наших ресурсах и на других, федеральных ресурсах страны.
Наталья Лангаммер
— Это критика?
Сергей Катышев
Да.
Наталья Лангаммер
— А сценаристы? А режиссёры?
Сергей Катышев
— Сценаристы получаются точно так же. Понимаете, есть разные подходы, и не печально, но факт, что кино, кроме всего прочего, это рынок. На этом рынке есть платформы, и они сейчас занимают первые места. Первые места, прежде всего, нашего человеческого внимания. Фильмов и контента становится больше, а учитывая генерацию искусственного интеллекта, их будет ещё больше. А нашего человеческого внимания не становится больше, от этого возникает стресс, выбор пугает. Конечно, в этом есть определённая проблема. Но я думаю, что будущее, особенно будущее в нашей стране — за авторским кино, за кино, в котором есть смысл, вот что самое главное. Смысл может быть христианский, он может быть не дословно христианский, а философский, но должен быть смысл, не всё сводится к такой развлекательной карусели и кассовым сборам. А сегодняшний рынок кинотеатральный — это развлекательная карусель, когда зритель приходит для того, чтобы выключиться из той реальности, в которой он находится, купить билет за 500 рублей и провести эти два часа беззаботно. И я вам хочу сказать, что если мы будем делать такую так называемую подмену и ставить Тарковского, фильм «Остров» или православные фильмы на эти большие аудитории, то ничего с вами не получим. Мы пробовали это делать на своём телеканале ещё в былые годы. Мы ставили в прайм Тарковского — «Жертвоприношение» (мой любимый фильм), но неподготовленный зритель воспринимает это как паранормальное явление, но картинка ничем не отличается. То есть если ты не подготовлен, если ты проходишь мимо — ты вообще ничего не улавливаешь. Всё-таки для того, чтобы увидеть православное кино, нужно сделать сначала первый шаг навстречу и открыть своё сердце, своё внимание, быть готовым к этому. Сейчас наш фильм «Авиатор», который мы сняли и премьера была в прошлом году, в ноябре, на сегодняшний день посмотрело пять миллионов человек. И какой процент из этих людей увидели и поняли, о чём мы говорим на самом деле в этом фильме? Потому что в этом фильме очень много слоёв: есть детектив, есть история влюблённости, есть приключенческая история, перемещение во времени: человек, заснувший сколько-то лет назад, просыпается через сто лет, в недалёком будущем. Но основной слой, когда погружаешься туда с широко открытыми глазами, ты понимаешь, что это фильм о прощении прежде всего и о покаянии. Но нужно быть к этому готовым, иначе...
Наталья Лангаммер
— Ну да. Просто не воспринято, не те эмоции, которые мы даём пережить.
Сергей Катышев
— Лента кадров, да. Я всё-таки настаиваю не на количестве, а на качестве. И мы с Женей Водолазкиным недавно говорили, о том, что если наш следующий фильм «Лавр» посмотрит хотя бы несколько человек, и в жизни этих людей что-то изменится, откроется сердце, то мы добьёмся того, чего хотим. Более того, если эти несколько человек будем мы сами, это тоже результат. Потому что для меня любой проект, если я вхожу в него одним человеком и потом, через пять лет, выхожу тем же — значит, я это время потратил зря, независимо от того, сколько я получил денег или сколько потратил. Должна быть внутренняя трансформация в любом деле, которым ты занимаешься, к которому ты прикасаешься.
Наталья Лангаммер
— О чём ещё будут ваши высказывания? Есть намётки? Высказывания в большом смысле — проекты какие-то новые?
Сергей Катышев
— Мы планируем в конце этого года открыть образ моей мечты — Дом Кранкенгагена. И главное, конечно, — создать там живое сообщество людей, которые хотят заниматься творчеством. Творчество — это такое слово, в корне которого стоит Творец, то есть быть подобным Творцу. Мне кажется, это очень важно и интересно. Вы знаете, ещё я думаю о том, что Господь создал этот мир не для чего-то, а ради радости. И подарил нас самих себе — не ради прибыли, не ради каких-то подсчётов, а просто так, даром, из-за переизбытка.
Наталья Лангаммер
— От любви, да.
Сергей Катышев
— И самое главное, что нам нужно сделать, — это хотя бы встретить этих самих себя, познакомиться с этим человеком, а потом уже познать Того, Кто создал это творение. И вот это то, чем я собираюсь заниматься следующие годы, десятилетия, если мне Господь отведёт. Но я считаю, что это прекрасное занятие и желаю всем слушателям радости, творчества и встретить на этом пути самих себя.
Наталья Лангаммер
— Давайте ещё раз скажем, что с 1 по 5 мая в Крыму пройдет фестиваль «Явление». Можно туда просто прийти без билетов и поучаствовать в мероприятиях, да?
Сергей Катышев
— Абсолютно верно. С 1 по 5 в Крыму, в Алупке, на территории храма Архистратига Михаила ждёт потрясающая музыка, в том числе классическая, солисты Большого театра будут выступать, фольклорные коллективы, причём из разных стран, с разной направленностью музыки. А также театральные коллективы, лекции, мастер-классы, то есть артисты, которые будут выступать на сцене, в другое время будут рассказывать и давать такие ключи к пониманию этих текстов и смыслов того творчества, которым они занимаются.
Наталья Лангаммер
— Спасибо большое, Сергей. Очень интересное было интервью. Я думаю, что оно принесёт пользу тем, кто его слушал; а может быть, и нам, кто его тоже прожил, какие-то открытия сделал. В гостях у Радио ВЕРА был глава телеканала «КИНОТВ» Сергей Катышев — продюсер самых разных проектов, кинопродюсер. В эфире была программа «Вера и дело», меня зовут Наталья Лангаммер. Мы с вами прощаемся, всего доброго и до свидания.
Сергей Катышев
— Спасибо вам. Всего самого доброго.
Все выпуски программы Вера и дело
Преподобные жены Дивеевские
ПоделитьсяВ Свято-Троицком Серафимо-Дивеевском женском монастыре вас встретит самый древний в обители храм в честь Казанской иконы Божией Матери. Не такой большой по сравнению с могучими Дивеевскими Соборами, он содержит в себе священное богатство, мощи Дивеевских святых — Преподобных жен Дивеевских, пребывающие в нижнем храме в честь Рождества Богородицы, и Блаженных Дивеевских, которые вместе с мощами Преподобноисповедницы Матроны Дивеевской находятся в верхнем храме в честь Рождества Христова. Так, приехав в прославленную обитель, успейте помолиться каждой из этих святых, подвизавшихся в монастыре, потому что и судьбы у них разные, и подвиги особенные, и молитва у каждой из них своя.
Святые Преподобные Жены Дивеевские, Александра, Марфа и Елена, молите Бога о нас!
Фотографии предоставлены Свято-Троицким Серафимо-Дивеевским женским монастырем.
Все выпуски программы Места и люди
