Поделиться
Кино способно менять жизнь, преображая ее. Именно это случилось с Александром Алексеевичем Ханжонковым, когда, впервые побывав на киносеансе в 1905-м году, он, молодой казак, есаул, решил посвятить себя синематографу.
Будучи военным, участвовавшим в боях Русско-Японской войны и получившим на ней ранение, Александр Алексеевич вынужден был уйти в отставку. Данное событие позволило Александру Ханжонкову полностью окунуться в новое дело, которое началось с проката приобретаемых в Европе кинолент и развилось к 1907-му году до создания кинокартин собственного производства. Знаменитые экранизации, такие, как «Идиот», «Песнь про купца Калашникова» и другие, пользовались большим успехом. А за фильм «Оборона Севастополя», который посмотрел сам император Николай Второй, Александр Алексеевич был награжден орденом Святого Станислава 2-й степени.
Как связаны знаменитые фабрика Госкино и киностудия Мосфильм с именем Ханжонкова? И какое участие принимал Александр Алексеевич в поддержке русской армии во время Первой мировой войны?
В 1905-м году на улице Дмитровской города Ростова-на-Дону долго пустовал маленький галантерейный магазинчик. Прохожие уже привыкли к его заколоченной досками двери. Но однажды доски исчезли, а на двери появилось объявление о том, что в бывшем магазинчике открывается... синематограф! На первый киносеанс народу собралось столько, что для присмотра городские власти прислали полицейских. В огромной очереди у билетной кассы стоял молодой казак, есаул Александр Ханжонков. Он никогда ещё не видел кино. Но брат, побывавший в Париже, в «иллюзионе» самих братьев Люмьер, рассказывал ему, что это удивительное зрелище. Получив заветный билет и кое-как устроившись в переполненном зале, Александр приготовился увидеть чудо. И оно действительно случилось. С экрана прямо на него на всех парах мчался поезд! Казалось, ещё секунда, и локомотив ворвётся прямо в зрительный зал. Впоследствии Александр Ханжонков так вспоминал об этом первом в своей жизни киносеансе: «Я вышел на улицу потрясённый. То, что я увидел, поразило и пленило меня». Щурясь на солнце после темноты кинозала, молодой донской есаул решил связать свою жизнь с кино. Александру Алексеевичу Ханжонкову суждено было стать пионером отечественного кинематографа.
Но тогда, в 1905-м, он был простым военным с весьма небольшим жалованьем и слабым здоровьем — сказывалось недавнее ранение, полученное во время Русско-Японской войны. Из-за этого ранения, буквально через несколько месяцев после памятного киносеанса, Ханжонков ушёл в отставку. Выходное пособие в 5 тысяч рублей оказалось очень кстати: на эти деньги Александр приобрёл киноаппарат и несколько копий зарубежных фильмов. Переехал в Москву, и в 1906 году открыл собственную кинопрокатную фирму: «Торговый дом Ханжонкова». Кинозалы тогда стали появляться как грибы после дождя, и Александр приобретал за границей киноновинки, а в Москве с большим успехом продавал. И всё же молодой человек мечтал о другом. В 1907 году Ханжонков сам начинает снимать кино. Все фильмы, которые демонстрировались на тот момент в России, были заграничного производства — в основном, французские и американские. Поэтому начинание Ханжонкова стало весьма смелым и новаторским шагом. Одними из первых плодов его труда стала экранизация лермонтовской «Песни о купце Калашникове» и картина по роману Достоевского «Идиот». По сути, Ханжонков первым направил кинематограф из плоскости сугубо развлекательной в более серьёзную. В своём киноателье на Тверской улице Ханжонков снял первую в истории отечественного кино полнометражную ленту «Оборона Севастополя» о событиях Крымской войны 1853-1856 годов. Масштабное патриотическое кинополотно потрясло самого императора Николая Второго, который лично посетил один из киносеансов. За этот труд царь наградил Александра Ханжонкова орденом Святого Станислава 2-й степени, который вручался за деятельность на пользу государства.
В 1912-м году Ханжонков открыл на улице Житной новый огромный съёмочный павильон с монтажной лабораторией, костюмерной, декорационным цехом. Это был настоящий киногородок, во многом превосходящий знаменитый Голливуд, который в то время только зарождался и был маленькой актёрской деревней. А на Триумфальной площади открылся кинотеатр «Пегас» — самый большой в Москве. Там в годы Первой мировой войны по личному распоряжению Ханжонкова устраивались благотворительные киносеансы в поддержку русской армии и работала школа сестёр милосердия. Вслед за Первой Мировой грянула Октябрьская революция. Она, по сути, отобрала у Ханжонкова всё. Большевики национализировали его Киноателье, студии, мастерские. Александр Алексеевич тяжело переживал вынужденный отход от дела всей своей жизни, хотя был уже совсем немолод и очень болен. Последние годы он провёл в нищете и забвении. Но утешался тем, что видел: его труд не пропал. Бывшие студии Ханжонкова стали сначала фабрикой Госкино, а затем — Мосфильмом. Отечественное кино, которому именно он, Александр Ханжонков, положил начало, продолжало жить. И это было для него самым большим счастьем.
Все выпуски программы Жизнь как служение
16 августа. О преодолении кризиса веры
Поделиться
О преодолении кризиса веры — настоятель храма Рождества Богородицы в селе Поярково Московской области священник Александр Насибулин:
Каждый из нас рано или поздно оказывается в духовной пустыне. Вдруг исчезают эмоции, молитва кажется разговором со стеной, а внутри поселяется настоящая звенящая пустота. Кризис веры — это не обязательно катастрофа или признак того, что вы плохой христианин. Очень часто это следствие духовного взросления.
Когда ребёнок растёт, родители перестают постоянно носить его на руках и давать конфеты за каждый его шаг. Они учат его уже ходить самостоятельно. Так и Господь на время забирает у нас эту лёгкую, эмоциональную такую радость, чтобы наша вера перестала быть потребительской.
Пустыня — это испытание, проверка. Любим ли мы самого Бога или только Его утешение и чудеса? В такие моменты единственным честным воплем души становится евангельское «Верую, Господи, помоги моему неверию». Эта молитва на пределе искренности, когда чувств нет, но воля упрямо выбирает Бога как благодатный личный выбор.
Как преодолеть этот кризис и укрепить нашу веру? Здесь важна подготовка. Апостол Павел в Послании к Ефесянам призывает нас облечься во всеоружие Божие заранее, чтобы в день злой нам было что противопоставить этим самым нашим искушениям. Верой нужно запасаться, пока светит солнышко, пока всё хорошо и радостно.
Мы укрепляем её через наше «не хочу» или «не чувствую» даже. Продолжая регулярно читать Евангелие, даже если делать этого не хочется, поднимаем эту книгу, открываем её, даже если наш ум засыпает. Приступать к Таинствам Церкви, даже когда наше сердце кажется нам каменным. Делать дела милосердия, преодолевая личный эгоизм.
Надо помнить, что кризис — это не конец нашей веры, это смерть веры детской, наивной и рождение веры зрелой, закалённой испытаниями, веры, которая способна светить даже в самой глубокой темноте.
Все выпуски программы Актуальная тема:
16 августа. О христианских символах
Поделиться
О христианских символах — клирик московского храма Ризоположения в Леонове священник Стахий Колотвин:
Как Господь в Евангелии говорит: «Нет ничего тайного, что бы не стало явным». И поэтому сейчас я сам люблю, когда заказываю богослужебное облачение, чтобы на одном облачении вышили хризму, на другом облачении вышили рыбку, на третьем облачении — птицу феникс, ни много ни мало.
Но для древних христиан вот эти символы были настоящим паролем, по которому люди определяли, что ты свой среди языческого окружения. Тем не менее и для современных христиан, когда уже никакой тайны нет, лучше интересоваться и узнавать. Но ведь нелепо, когда ты приходишь в храм и всё вроде открыто, а ты не знаешь, почему у батюшки рыбка на облачении изображена.
Если мы посмотрим на греческое слово «ихтис» и возьмём первые буковки слов «Иисус Христос, Сын Божий Спаситель» по-гречески, то как раз образуется слово «Ихтис» — «рыбка». Поэтому как раз эта рыба — это символ Христа. Более того, это и напоминание о евангельском событии.
Когда мы вспоминаем житие равноапостольного великого императора Константина, то, конечно, мы вспоминаем знак «Сим победиши», и думаем: неужели на щитах был начертан крест у солдат. Однако когда мы открываем источники, то увидим, что до самого падения Византии на щитах со времён Константина Великого была начертана хризма. А до этого, в более древние христианские времена, этот символ был тайный, потому что Христос, первые буквы Спасителя нашего, Его титула, Мессии, как раз образовывали. И при этом они тоже перекрещивались, но этот крестик был немножко скрыт за сплетением букв.
Поэтому символы христианские, в отличие от эзотерики, где символика призвана сгустить туман, чтобы люди себя чувствовали непосвящёнными, такими слабыми перед колдунами, ведунами, в христианстве любой символ — это, наоборот, ключик для понимания. Поэтому остаётся ими пользоваться.
Все выпуски программы Актуальная тема:
Первое послание к Коринфянам святого апостола Павла
Поделиться
Апостол Павел. Мозаика
1 Кор., 141 зач., IX, 2-12
Комментирует священник Стефан Домусчи.
Здравствуйте, дорогие радиослушатели! С вами доцент МДА, священник Стефан Домусчи. В наши дни, выстраивая отношения, люди довольно часто с большим вниманием относятся к таким категориям, как права и обязанности. А как к подобным вещам призваны относиться христиане? Ответить на этот вопрос помогает отрывок из 9-й главы первого послания апостола Павла к Римлянам, который читается сегодня в храмах во время богослужения. Давайте его послушаем.
Глава 9.
2 ...ибо печать моего апостольства — вы в Господе.
3 Вот мое защищение против осуждающих меня.
4 Или мы не имеем власти есть и пить?
5 Или не имеем власти иметь спутницею сестру жену, как и прочие Апостолы, и братья Господни, и Кифа?
6 Или один я и Варнава не имеем власти не работать?
7 Какой воин служит когда-либо на своем содержании? Кто, насадив виноград, не ест плодов его? Кто, пася стадо, не ест молока от стада?
8 По человеческому ли только рассуждению я это говорю? Не то же ли говорит и закон?
9 Ибо в Моисеевом законе написано: не заграждай рта у вола молотящего. О волах ли печется Бог?
10 Или, конечно, для нас говорится? Так, для нас это написано; ибо, кто пашет, должен пахать с надеждою, и кто молотит, должен молотить с надеждою получить ожидаемое.
11 Если мы посеяли в вас духовное, велико ли то, если пожнем у вас телесное?
12 Если другие имеют у вас власть, не паче ли мы? Однако мы не пользовались сею властью, но все переносим, дабы не поставить какой преграды благовествованию Христову.
В жизни бывает немало ситуаций, в которых мы не пользуемся тем, на что имеем право. Например, будучи студентом один мой друг нередко ездил на поезде в Москву и оказывался в ситуации морального выбора. Покупая билеты заранее, он всегда старался взять нижнее место, потому что за столиком было удобно сидеть и работать. Но иногда с билетами на верхние места приходили люди пожилые или крупные, которые надеялись, что им уступят нижнее место. Надо сказать, что надеялись не зря, потому что он всегда им уступал, а потом в конце концов просто стал брать верхние полки. Очевидно, он имел право никому ничего не уступать, но заставлять того, кому практически невозможно подняться наверх, всё-таки это делать, совесть ему не позволяла.
В отрывке, который мы услышали сегодня, апостол Павел довольно подробно говорит коринфянам о своих правах. Он обратил их в христианство, был их учителем и по всем правилам мог рассчитывать на их поддержку, как финансовую, так и бытовую. Тем более, что перед его глазами были другие апостолы, которые не только ели и пили за счёт общин, в которых проповедовали, но и, например, в качестве спутниц водили с собой жён. Как человек, прекрасно знакомый с иудейской традицией, Павел знал, что у раввинов было не принято жить только за счёт проповеди и они всегда имели какой-то иной источник дохода, с проповедью несвязанный. Однако в отличие от апостолов они не были посланы на проповедь, не миссионерствовали, переходя от города к городу, но жили каждый в своём месте. Братья Господни, и Пётр, и другие апостолы в качестве проповедников шли по дорогам Римской империи и ничем, кроме проповеди, зарабатывать не могли. Зная об этом, Павел спокойно приводит в обоснование их подхода ветхозаветные правила о волах, которым разрешали есть зерно, которое они молотили. И закон, и устная бытовая традиция, были на их стороне. Да и сам апостол никак не возмущается их подходом, считая его естественным и нормальным.
Но почему же сам он действует иначе? Потому что он знает, что кроме прав, существует ещё целесообразность. И если в тех общинах, в которых проповедовали другие апостолы, ситуация позволяла не работать, он совершенно не был против этого. Но оценивая обстоятельства, в которых оказался он лично, апостол Павел понял, что не может принимать от коринфян помощь, потому что это станет препятствием для проповеди. Вслед за апостолом каждый христианин так же призван думать не только о том, на что он имеет право, но и о том, что будет правильным и плодотворным для христианской жизни в мире.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
