Поделиться
Леонтий Лукьянович Шамшуренков — автор четырёхколёсной «самобеглой коляски», об изобретении которой он сообщил Сенату в письме 1751 года. По сути, Шамшуренков стал отцом отечественного автопрома. Ему же принадлежала идея удобного для судоходства канала на Москве-реке и «подземной дороги» — тоннеля, по которому коляски и упряжки могли бы передвигаться на глубине.
Леонтий Лукьянович никогда не обучался механике, умел лишь читать и писать. Но многое постигал «своей догадкою», как сам любил говорить. Именно Шамшуренков в 1736 году придумал, как поднять Царь-колокол весом 2000 тонн на колокольню Ивана Великого. Несмотря на то, что реализовать свой замысел Леонтий Лукьянович не сумел из-за «великого Троицкого пожара» в Кремле, его изобретения служат людям и по сей день.
Какими чаяниями делился сам изобретатель в отношении имевшихся у него талантов?
В 1736 году на Ивановской площади московского Кремля собрался народ. Москвичи пришли посмотреть на подъём Царь-Колокола. Для него уже давно было приготовлено место на колокольне Ивана Великого. Но как вознести исполина весом более 2000 тонн на такую высоту, было пока неясно. В тот день рабочим предстояло лишь поднять колокол из литейной ямы и водрузить на небольшой помост. Среди толпы, ахающей при каждом движении канатов, стоял крестьянин Казанской губернии Леонтий Лукьянович Шамшуренков. Он внимательно наблюдал за происходящим и, наморщив лоб, о чём-то напряжённо думал.
Вернувшись из Москвы, Шамшуренков засел за чертежи. Он никогда не обучался механике. Умел лишь читать и писать. Но многое постигал «своей догадкою», как сам любил говорить. Через несколько месяцев в Московскую сенатскую контору от Шамшуренкова поступило «доношение о подъёмном снаряде». В нём Леонтий Лукьянович сообщал, что изобрёл механизм, способный поднять Царь Колокол! 3 августа 1736 года сенатская контора распорядилась: «Оному Шамшуренкову к подъёму большого Успенского колокола сделать модель немедленно». Леонтий Лукьянович прибыл в Первопрестольную и приступил к сборке. Было вынесено экспертное заключение: подъёмная машина Шамшуренкова «признавалась быть к подъёму больших тяжестей удобной». А потом в Кремле вспыхнул печально знаменитый «великий Троицкий пожар». Леса, поддерживающие Царь Колокол, упали, гигант съехал со своего помоста и получил повреждение — от него откололся большой фрагмент. Поднимать колокол в таком виде было невозможно, и Шамшуренкова отпустили восвояси. Реализовать своё изобретение при жизни Леонтию Лукьяновичу не удалось. И всё же оно не пропало даром. Технический замысел Шамшуренкова служит людям и по сей день. Его чертежи и сам «подъёмный снаряд» легли в основу создания современных многотонных кранов и лебёдок, которые в настоящее время широко используются, например, в лесозаготовительной отрасли.
Однако вернёмся в 18 век. Приехав из Москвы домой, неугомонный изобретатель вскоре снова дал о себе знать. В 1751 году он отправил в Сенат письмо, в котором сообщал властям о своём новом изобретении. Шамшуренков уверял, что знает, как изготовить четырёхколёсную «самобеглую коляску»! «Сделать могу доподлинно так, что будет бегать без лошади, только правима двумя человеками, стоящими на той же коляске, а бегать будет хоть чрез какое дальнее расстояние», — объяснял Леонтий. Шамшуренкова вызвали в Петербург. Получив в распоряжение необходимые материалы, мастерскую и помощников, он приступил к осуществлению своего замысла. В ноябре 1752 чудо-коляска успешно прошла испытания. Принцип её действия был таков: два водителя, стоящие в специальном отсеке позади удобного крытого пассажирского кресла, нажимая на педали, приводили в движение колёса. Коляска могла развивать скорость до 15 км/ч — в середине XVIII века такое казалось фантастикой. Шамшуренков, ни много ни мало, создал первый прообраз автомобиля и, по сути, стал отцом отечественного автопрома. Лишь через сорок лет, уже после смерти Леонтия Лукьяновича, ещё один народный умелец — Иван Кулибин — создаст свою версию «самокатки», в основе которой, однако, будет лежать всё тот же шамшуренковский «самобеглый экипаж».
Среди рисунков и записок Леонтия Лукьяновича, обнаруженных после его кончины, было найдено ещё немало удивительных для того времени рационализаторских и инженерных решений. Например, ему принадлежала идея удобного для судоходства канал на Москва-реке и «подземной дороги» — тоннеля, по которому коляски и упряжки могли бы передвигаться на глубине. Удивительно, но все эти задумки, хотя и через сотни лет, реализовались! Сегодня в столице есть знаменитый Канал имени Москвы и метрополитен. «Милостью Божией искусство во мне имеется, которое употребить желаю на благо всякого человека», — говорил изобретатель. И его чаяния сбылись.
Все выпуски программы Жизнь как служение
16 августа. «Обвалы и камнепад»
ПоделитьсяКак осторожно подобает подниматься по горным кручам, особенно если позади вас идёт цепочка людей, так что, опуская взор вниз, вы можете видеть их и наблюдать за медленным движением путников по тропе! Невыверенный шаг с вашей стороны — и грозит случится непоправимое: сорвавшиеся камни, увлекая один другого, обрушатся на головы, неся с собой страдания, а то и гибель. Точно так же обстоит дело с жизнью духовной: свершённый нами один греховный поступок или даже слово зачастую способны произвести целый каскад грехопадений у ближних, что почти неизбежно, если мы и наши действия особо значимы в их жизни.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
16 августа. О преодолении кризиса веры
Поделиться
О преодолении кризиса веры — настоятель храма Рождества Богородицы в селе Поярково Московской области священник Александр Насибулин:
Каждый из нас рано или поздно оказывается в духовной пустыне. Вдруг исчезают эмоции, молитва кажется разговором со стеной, а внутри поселяется настоящая звенящая пустота. Кризис веры — это не обязательно катастрофа или признак того, что вы плохой христианин. Очень часто это следствие духовного взросления.
Когда ребёнок растёт, родители перестают постоянно носить его на руках и давать конфеты за каждый его шаг. Они учат его уже ходить самостоятельно. Так и Господь на время забирает у нас эту лёгкую, эмоциональную такую радость, чтобы наша вера перестала быть потребительской.
Пустыня — это испытание, проверка. Любим ли мы самого Бога или только Его утешение и чудеса? В такие моменты единственным честным воплем души становится евангельское «Верую, Господи, помоги моему неверию». Эта молитва на пределе искренности, когда чувств нет, но воля упрямо выбирает Бога как благодатный личный выбор.
Как преодолеть этот кризис и укрепить нашу веру? Здесь важна подготовка. Апостол Павел в Послании к Ефесянам призывает нас облечься во всеоружие Божие заранее, чтобы в день злой нам было что противопоставить этим самым нашим искушениям. Верой нужно запасаться, пока светит солнышко, пока всё хорошо и радостно.
Мы укрепляем её через наше «не хочу» или «не чувствую» даже. Продолжая регулярно читать Евангелие, даже если делать этого не хочется, поднимаем эту книгу, открываем её, даже если наш ум засыпает. Приступать к Таинствам Церкви, даже когда наше сердце кажется нам каменным. Делать дела милосердия, преодолевая личный эгоизм.
Надо помнить, что кризис — это не конец нашей веры, это смерть веры детской, наивной и рождение веры зрелой, закалённой испытаниями, веры, которая способна светить даже в самой глубокой темноте.
Все выпуски программы Актуальная тема:
16 августа. О христианских символах
Поделиться
О христианских символах — клирик московского храма Ризоположения в Леонове священник Стахий Колотвин:
Как Господь в Евангелии говорит: «Нет ничего тайного, что бы не стало явным». И поэтому сейчас я сам люблю, когда заказываю богослужебное облачение, чтобы на одном облачении вышили хризму, на другом облачении вышили рыбку, на третьем облачении — птицу феникс, ни много ни мало.
Но для древних христиан вот эти символы были настоящим паролем, по которому люди определяли, что ты свой среди языческого окружения. Тем не менее и для современных христиан, когда уже никакой тайны нет, лучше интересоваться и узнавать. Но ведь нелепо, когда ты приходишь в храм и всё вроде открыто, а ты не знаешь, почему у батюшки рыбка на облачении изображена.
Если мы посмотрим на греческое слово «ихтис» и возьмём первые буковки слов «Иисус Христос, Сын Божий Спаситель» по-гречески, то как раз образуется слово «Ихтис» — «рыбка». Поэтому как раз эта рыба — это символ Христа. Более того, это и напоминание о евангельском событии.
Когда мы вспоминаем житие равноапостольного великого императора Константина, то, конечно, мы вспоминаем знак «Сим победиши», и думаем: неужели на щитах был начертан крест у солдат. Однако когда мы открываем источники, то увидим, что до самого падения Византии на щитах со времён Константина Великого была начертана хризма. А до этого, в более древние христианские времена, этот символ был тайный, потому что Христос, первые буквы Спасителя нашего, Его титула, Мессии, как раз образовывали. И при этом они тоже перекрещивались, но этот крестик был немножко скрыт за сплетением букв.
Поэтому символы христианские, в отличие от эзотерики, где символика призвана сгустить туман, чтобы люди себя чувствовали непосвящёнными, такими слабыми перед колдунами, ведунами, в христианстве любой символ — это, наоборот, ключик для понимания. Поэтому остаётся ими пользоваться.
Все выпуски программы Актуальная тема:
