«Великий князь Александр Романов». Исторический час с Дмитрием Володихиным

Гость программы — историк Анна Эспарса.

Разговор шел о жизни и роли в истории России начала 20 века великого князя Александра Романова.

Ведущий: Дмитрий Володихин

---

Дмитрий Володихин:

— Здравствуйте, дорогие радиослушатели, это светлое радио, радио «Вера», в эфире передача «Исторический час», с вами в студии я Дмитрий Володихин, и сегодня в центре нашего внимания огромное разветвлённое семейство царствующего дома, каким оно было в начале XX столетия. Там огромное количество персон, которые когда-то были известны всей стране, но после этого наступил период, когда Романовы оказались под спудом, если не сказать под запретом. Достаточно интересные для истории нашего Отечества фигуры, в общем, сделались не то что абсолютно сокрытыми от публики, но отстранёнными куда-то на третий план истории. Я думаю, будет правильным, если мы постепенно о некоторых из них будем вам рассказывать, может быть, вы будете подсказывать вашими письмами, кто вас из этого семейства интересует. Ну а сегодня в центре нашего внимания тот яркий необычный человек, один из наиболее известных представителей императорского дома Романовых, великий князь Александр Михайлович, который мог стать наследником престола. И нашим проводником по его судьбе послужит замечательная гостья, известный современный историк Анна Андреевна Эспарса. Добрый день!

Анна Эспарса:

— Здравствуйте!

Дмитрий Володихин:

— Мне хотелось бы прежде всего узнать. Вот в доме Романовых множество ветвей, в некоторых случаях они даже переплетаются друг с другом. Как раз у нас сегодня такой персонаж. Представителем какой из этих ветвей был Александр Михайлович и почему считалось, что он достаточно близок престолу, чтобы в какой-то момент на него могла упасть тень возможного престолонаследия?

Анна Эспарса:

— Вопрос, конечно, сложный, потому что здесь есть совокупность факторов. С одной стороны, это близость непосредственно к императору, я сейчас расскажу, каким образом эта близость генеалогическая достигалась, а с другой стороны, это и уникальные личные качества великого князя, о которых, я надеюсь, мы успеем сегодня поговорить. Александр Михайлович родился в совершенно замечательной семье. Его отец — Михаил Николаевич, был сыном императора Николая I, а его мать — Ольга Фёдоровна, была немецкой принцессой, и стоит сказать, что и отец, и мать были невероятного благородства, воспитания, если есть понимание подлинного аристократизма, это как раз была семья, в которой воспитывался великий князь Александр Михайлович. И что ещё интересно, мне довелось работать В Париже довольно долго в архивах, в личных архивах, в государственных архивах, и в том числе я видела рукописи воспоминаний великого князя Александра Михайловича и многочисленную переписку не только его, но и его детей. Те Романовы, которых мы сейчас видим, самое многочисленное колено Романовых ныне живущих, это как раз потомки великого князя Александра Михайловича. Поэтому я бы сказала, что Александр Михайлович — это такая невероятно важная фигура для понимания и прошлого, и настоящего, и будущего, которое и является самой историей.

Дмитрий Володихин:

— Получается так, что если Николай II был правнуком Николая I, а Александр Михайлович внуком, то он был по колену родословия ближе к Николаю I, но поскольку его ветвь младше, он стоял, я уж не помню, под каким номером 4 или 5 в ряду престолонаследников. Тут уж вам карты в руки и вам, пожалуй, стоит объяснить насколько это выглядело возможным, у Николая Второго был наследник цесаревич Алексей, однако, это был мальчик с очень скверным здоровьем, и вот если бы его жизнь прервалась, а это действительно произойдёт в 1918 году, кто следующий? Условно говоря, как далеко от позиции престолонаследника занимал великий князь Александр Михайлович?

Анна Эспарса:

— Я думаю, правильнее всего дать прямую речь Александра Михайловича, потому что было очень много спекуляций касательно того, что именно Александру Михайловичу предложили вступить на престол. Но это не так, и это был абсолютный миф, потому что он его отрицает многократно, и говорит о том, что ни о каких правах на престол и не каком желании каким бы то ни было образом свою родословную представить выигрышно для того, чтобы занять престол, ему это было не нужно, и он не считал себя вправе. Поэтому мы прекрасно понимаем, что отречение, когда Николай подписал сначала в пользу сына, но потом, мы понимаем, что брат Михаил стал человеком, который получил право на престол, отречение произошло в его пользу. И здесь вопрос заключается в позиции великого князя Александра Михайловича, он в этот момент был в большом конфликте с императором, с Николаем Вторым, и более того, в своих воспоминаниях он посвящает достаточно большую главу, говоря какие причины привели к революции 17-го года, по его мнению, и анализирует ситуацию на фронтах, участие в Первой мировой войне России, и говорит о том, что великий князь Николай Николаевич Романов, я имею в виду сейчас младшего, естественно, потому что там есть старший, и есть младший, о котором обязательно надо поговорить в рамках вашего курса просвещения, такого ликбеза исторического родословия Романовых.

Дмитрий Володихин:

— Ну, Бог даст, поговорим.

Анна Эспарса:

— Так вот как раз он и претендовал, и имел вполне правые силы, для того чтобы быть наследником престола. Поэтому у Александра Михайловича не было ни такой амбиции, ни, по его мнению, достаточного положения в этом разветвлённом древе Романовых. Там, скорее, была позиция сторонников Александра Михайловича, который был человеком невероятно магнетичным, притягательным, ярким, умным, который имел свою группу поддержки, свою партию даже до определённого, можно сказать, слову, именно партию, которая очень поддерживала его и очень хотела, чтобы он занял престол, потому что с ним связывали ряд реформ и в армии, и во флоте, и соответственно общеполитических, потому что князь был умнейшим человеком с потрясающей памятью, эрудицией и действительно большими возможностями.

Дмитрий Володихин:

— Давайте посмотрим, каким образом он эти возможности приобрёл. Его рождение, его детство, его приуготовление к высокой, достаточно высокой роли в Российской империи.

Анна Эспарса:

— Великий князь Александр Михайлович, как я уже сказала, в семье Михаила Николаевича великого князя, который в тот момент был наместником на Кавказе, и как раз первые детские воспоминания Александра Михайловича связаны с Кавказом. А те историки и публицисты, которые обращают своё внимание на положение Кавказа и на особое пространство на исторической карте Российской империи этого края, конечно, они обращаются к воспоминаниям Александра Михайловича. Он рассказывает, как он любил Кавказ, и главное, он говорит о том, каким искренним авторитетом, не придуманным, не вымышленным, не сделанным искусственно по статусу должности, которую он занимал, пользовался его отец на Кавказе. И он говорит об этом диковинном крае, когда ты читаешь воспоминания, есть ощущение, что это такой демон Лермонтова, настолько романтично, настолько красиво, живописно описывает Александр Михайлович в воспоминаниях детство.

Дмитрий Володихин:

— Прошу прощения, когда он родился и сколько он провёл, можно сказать, под рукой отца на Кавказе?

Анна Эспарса:

— Великий князь Александр Михайлович родился 1 (13) апреля, мы говорим о старом и новом стиле, 1866 года, и первое десятилетие он провёл на Кавказе, более того он практически не путешествовал и не выезжал, и с его выездом в Петербург связана совершенно грандиозная история, которую он описывает, как проведя свою хоть и небольшую, но всю сознательную жизнь на Кавказе, он приезжает в Петербург, ему показывают Зимний дворец, ему показывают его комнату, и учтиво говорят, о том, что окна его спальни будут выходить на Петропавловский собор, а дальше уточняют, что в Петропавловском соборе захоронены все предки Романовых, и маленький мальчик, испуганно смотрит в это зимнее холодное окно, на эту огромную Неву и Петропавловский собор, и говорит: «Как вы думаете, смог ли я заснуть тем вечером, той ночью, зная, что все мои предки находятся по ту сторону Невы и я обязательно посещу их могилы?» Действительно контраст между Кавказом, вернее, Тифлисом и Петербургом был невероятным, и почему я всё время ссылаюсь на воспоминания? Потому что это источник уникальный. Во-первых, это грандиозное чтение, художественное, литературное, и я рекомендую вот это пространство, этот воздух, который мы забываем за цифрами, датами и википедией вот почерпнуть там от действительно прямой речи.

Дмитрий Володихин:

— Мальчик прибыл в Санкт-Петербург, и его здесь будут учить. По традиции царствующего дома Романовых наследники главнейших ветвей должны получать образование военного образца, и насколько я понимаю, Александра Михайловича ждёт морской кадетский корпус. Поэтому сейчас прозвучит марш гвардейского морского экипажа.

Дорогие радиослушатели, напоминаю вам, это светлое радио, радио «Вера», в эфире передача «Исторический час», с вами в студии я Дмитрий Володихин, у нас сегодня в гостях известный историк Анна Андреевна Эспарса. Мы беседуем о судьбе великого князя Александра Михайловича. Итак, отрок оказался в столице великой империи и отправился учиться в морской кадетский корпус, насколько я понимаю, значительная часть его жизни впоследствии будет связана с морем.

Анна Эспарса:

— Совершенно верно, но перед тем, как он отправился в морской кадетский корпус стоит сказать, какое воспитание, какое образование он получил до этого. Оно было заложено уже на Кавказе, в Тифлисе, а потом продолжено в Петербурге, это были частные учителя, это были гувернёры. Он с детства знал пять языком и управлялся ими в совершенстве уже достигнув возраста 12 лет. Был человек незаурядных способностей, если сейчас мы говорим об одарённых детях, безусловно, таким отроком был великий князь. Ему пророчили невероятную судьбу, потому что знания по истории, литературе были грандиозные и он удивлял всех за семейными обедами, когда к нему обращались, он мог рассказать любую интересную историю от античного Рима до самой современной какой-нибудь любопытной политической ситуации, которая складывалась в британском парламенте. Любопытство, кругозор невероятный. Но что самое было важное, это строгость в семье. Вот мы говорили о его родословной, и недаром его дедушка был Николай Первый. Михаил Николаевич был самым похожим на своего отца Николая Первого с точки зрения характера сыном. У него была дисциплина, невероятная выправка, достоинство, вера, набожность, умение держать себя в образцовом порядке. Именно так эта цитата прямая из воспоминаний великого князя Александра Михайловича. И мать, которая была немкой, но немкой, выросшей во время Бисмарка. А вы знаете, что Бисмарк держал Германию в ежовых рукавицах, и вот эта военная выправка была в какой-то степени похожа на николаевскую выправку. И Александр Михайлович пишет: «Мои мать и отец были настолько похожи друг на друга, что иногда я не различал, как два сердца могут биться в один такт. Действительно удивительная семья, которая заложила основу и воспитанию, и образованию. Потом уже Александр Михайлович будет писать своим детям, а у него было семеро детей, письма напутственные перед супружеством, или после того, как дети становились сами родителями, он говорил о том, что самое важное, это не забывать о том, что ты великий князь, и не просто держать спину прямо, но главное, знать, что кому много даётся, с того много и спросится. Да, это такой перефраз известной фразы библейской. Но если мы говорим про истинную суть его жизни, это так и было. Это невероятное мужество. И его привлекали, конечно же, другие города, другие страны, другие континенты, и как можно было молодому великому князю добиться свободы и возможности увидеть весь мир, но при этом отбросить церемонии? Он был испытателем судьбы, как он сам себя называл, и хотел попробовать себя в разных профессиях, что, в общем-то довольно диковинно для статуса, рождённого в великокняжеской семье. Ему хотелось побывать всюду, но не с императорским поездом, не в специальном императорском вагоне путешествовать, а именно попробовать себя в совершенно разных профессиях, и он этого добился. Когда он выбирает для себя флот, его, конечно же, как он сам пишет в своих воспоминаниях, привлекают путешествия, Жюль Верн, которого он обожал, и другие приключенческие рассказы, которые он читал упоительно, причём на языке оригинала. И в морском корпусе он обращает внимание не только на то, как строятся корабли, как ведётся военный бой, но он изумительно знает географию, и считается, что в семье Романовых он был одним из главных знатоков этнологии, этнографии и благодаря ему многие книги знаменитых этнологов были изданы в Российской империи, и также он издавал журнал, который был посвящён флоту и московскому искусству.

Дмитрий Володихин:

— Насколько я понимаю, выпущен из морского кадетского корпуса он был уже в царствование Александра Третьего и как раз момент, когда молодой человек взрослеет и должен выходить из стен училища, попадает на очень сложную эпоху, наступившую после убийства террористами Александра Второго.

Анна Эспарса:

— Да, совершенно верно, если говорить о настроениях, которые тогда были у нашего прекрасного выпускника, то он пишет в своих воспоминаниях, что больше всего ему хотелось отправиться немедленно в путешествия, что он и сделал. Он отправляется в кругосветное путешествие, и он является единственным великим князем, единственным Романовым, который действительно был в кругосветном путешествии, и не просто был, а сам справлялся с любой работой, которая возникала во время этого кругосветного путешествия. Он описывает, как он драил палубу, как он готовил для всей команды, поэтому это был момент инициации, момент взросления и одновременно с этим момент невероятной свободы, когда не нужно было посещать великосветские приёмы и балы, не нужно было облачаться в мундиры. Была какая-то свободная и простая жизнь.

Дмитрий Володихин:

— На чём он путешествовал?

Анна Эспарса:

— Он путешествовал на огромном военном корабле, который был для него в какой-то момент и продолжением учёбы, именно там он стал разрабатывать идею новых военных судов и их вооружения. Потом частично эти его наброски войдут в историю военного дела, так же как потом будет с авиацией, потому что, забегая вперёд, великий князь занимался ещё и делом авиации. Он под Севастополем организовал училище, потому что абсолютно точно был уверен, что за военной авиацией будет будущее. Надо сказать, что кроме этой кругосветки великий князь был более чем в десяти различных полномасштабных больших путешествиях. Это были и частные яхты, которые ему принадлежали, потому что он был прекрасным яхтсменом, как и все в семье Романовых во второй половине XIX и начале XX века, мы знаем, что и Николай Второй обожал путешествия морские, и они часто совершали эти путешествия вместе, потому что несмотря на то, что Александр Михайлович был в статусе двоюродного дяди, они были близки по-дружески, он был страшим товарищем и старшим другом, и во многом увлечение яхтенным спортом, потому что это именно так было в начале морской биографии Николая Второго, и их совместная поездка на остров Уайт, которая задокументирована огромным количеством фотографий пребывания в Мальборо-хаус, который находится на острове Уайт, это резиденция английской королевы Виктории, во многом влияние великого князя Александра Михайловича.

Дмитрий Володихин:

— Это период, когда Николай II не был ещё Николаем I?

Анна Эспарса:

— Нет, он был наследником престола.

Дмитрий Володихин:

— Он был цесаревичем.

Анна Эспарса:

— Да.

Дмитрий Володихин:

— Период путешествий — это любопытно с точки зрения культуры, а вот с точки зрения государственной службы, выпустившись из кадетского корпуса, получив достаточно возможностей для разного рода путешествий всё-таки Александр Михайлович должен был найти для себя место на карте администрирования империи.

Анна Эспарса:

— Он нашёл для себя место на таком большом корабле Российской империи, оно могло бы быть более центровым, можно сказать, у штурвала, но Александр Михайлович был человек необыкновенного свободолюбия, поэтому, когда мы смотрим его должность, то мы понимаем, что не так долго он на них задерживался. И тому были всегда веские причины, но это мы можем оставить за скобками. В воспоминаниях подробно написано, как и почему он уходил из того или другого ведомства. Долгое время ему поручали так называемое ведомство морской торговли, потому мы понимаем прекрасно, что помимо военного есть и гражданский флот. Если говорить о Российской империи в начале XX, то это время очень интенсивной торговли, причём торговли, которая уже установлена именно по морским путям, межнациональной, большой торговли. Это маршруты нужно было установить, нужно было продумать логистику, как мы сейчас бы из 21 века сказали. Великий князь занимался в том числе и этим, ему было это интересно. Какое-то время он занимался военным флотом, более того, в 1906 году ему был присвоен огромный чин, он стал адмиралом. С этого момента он активно занимается вооружением, и действительно военными кораблями. И есть в архиве большое количество писем с инженерами из разных стран, которых он приглашал из разных стран, для того, чтобы наиболее прогрессивно вооружать корабли и делать так, чтобы они были проходимее, чтобы они были самыми современными.

Дмитрий Володихин:

— Вы говорили, что он какое-то время служил на боевом корабле, если не ошибаюсь, это был эскадренный броненосец Сисой Великий, который погиб в русско-японскую войну, ну до сражений русско-японской войны Александр Михайлович не добрался, он впоследствии продолжил службу по военному ведомству. Что с ним было в годы Первой мировой?

Анна Эспарса:

— Первую мировую войну великий князь встретил без ликования, которое было тогда таким массовым, и в прессе, если мы возьмём 1914 год, как встречали, какие были надежды, ура-настроения у великого князя нет, и мы можем видеть это в воспоминаниях. Но здесь вопрос объективности стоит, потому что воспоминания были написаны уже в эмиграции уже с пониманием той катастрофы, которая произошла с Российской империей, тех несчастий, которые произошли на фронтах Первой мировой войны. Поэтому здесь сложно судить, насколько действительно в момент 1914 года великий князь Александр Михайлович действительно так думал негативно, как он пишет, что он встречался с тогда императором Николаем Вторым, когда-то своим близким другом, будучи его старшим товарищем, когда-то он влияние имел очень большое на Николая, и отговаривал от участия в Первой мировой войне. Но Николай был непоколебим, как мы знаем, и Россия вступила в Первую мировую войну.

Дмитрий Володихин:

— Он занимал какой-то высокий пост по гражданской части или по военной?

Анна Эспарса:

— У него было несколько постов, потому что он был на фронтах Первой мировой войны, и у него был ряд конфликтов в том числе и с великим князем Николаем Николаевичем, что привело к довольно быстрому покиданию всех этих постов и к уходу на гражданскую службу, потому что он долгое время был в совете министров, он занимался в основном вопросами флота, морской торговли, было понятно, что он не готов конкурировать за право влияния на политику внутреннюю либо внешнюю. Скорее, его позиция могла быть заключена во фразе «Теория малых дел». Он занимался тем, в чём он был профессионал и не делал из этого большого претенциозного события.

Дмитрий Володихин:

— Ну что ж, я думаю, на этом роковом рубеже мы ненадолго остановимся, дорогие радиослушатели, это светлое радио, радио «Вера», в эфире передача «Исторический час», с вами в студии я Дмитрий Володихин, мы прерываем нашу беседу буквально на минуту, чтобы вскоре вновь встретиться в эфире.

Дорогие слушатели, это светлое радио, радио «Вера», в эфире передача «Исторический час», с вами в студии я Дмитрий Володихин, и мы беседуем с замечательным известным современным историком Анной Андреевной Эспарса о великом князе Александре Михайловиче и о его роли в судьбах России в начале XX века. И как раз в этот момент его роль начинает подниматься безотносительно того, что сам он не был никогда в жизни политическим интриганом и никогда не стремился бороться за власть, за получение каких-то высоких должностей, напротив, в целом ряде случаев его такого рода борьба и такого рода служба тяготила. Но подошёл 1917 год и мало того, что в феврале происходят события, которые кто-то назвал отречением Николая II, кто-то считает что и отречения-то никакого не было, это просто был переворот, так или иначе государь был лишён власти. Царствующий дом Романовых разделился: кто-то сочувствовал государю, кто-то сразу же стал ходить с красным бантом, кто-то попытался устраниться от этой ситуации, но устраниться было невозможно. Царствующий дом так или иначе должен был участвовать, и те, кто участвовал в качестве жертвы порой принял даже лучшую участь, чем те, кто пытался быть активным.

Анна Эспарса:

— Да, но помимо того, что великий князь Александр Михайлович отличался очень прямым характером, довольно резким, поэтому быстро наживал себе врагов, компенсировал, как он сам говорил, свой дурной характер только одним — чувством юмора и невероятной жизнестойкостью. Когда мы говорим о событиях 17-го года то здесь важно сказать, что Александр Михайлович был не просто внуком Николая I, а он ещё был и мужем сестры императора Николая II. И вот это родство он также давало, ну в общем, большие риски в 1917-1918 годах.

Дмитрий Володихин:

— Условно говоря, ситуация, в которой его должны были обязательно поставить к стенке, как это сделали со многими другими представителями дома Романовых.

Анна Эспарса:

— Совершенно верно. И вот эта уникальная история какого-то практически романа, потому что поверить в то, что это могло произойти, что он мог избежать зверской, именно зверской, казни, потому что-то, что мы знаем про Ипатьевский дом, Алапаевск, шахту Алапаевска, про расстрел во дворе Петропавловской крепости, конечно, мы не понимаем буквально, как люди, которые профессионально занимаются историей и изучают документы, как он смог избежать этой участи и смерти. Но чудеса случаются, недаром великий князь так любил приключенческие романы и особенно обожал в юности Диккенса, чудеса из диккенсовских романов для юношества, так он обозначил своё житие-бытие в Крыму. Дело в том, что довольно рано, когда события ещё только в Петербурге революционные начали происходить, и тучи сгущались, великий князь Александр Михайлович со всей своей семьёй отбыл в своё поместье в Крым. Почему в Крым?

Дмитрий Володихин:

— Вот да, хотелось бы уточнить, там ведь несколько резиденций, допустим, Ливадия для старшей ветви, для императора и его семьи, но таких дворцов, дач, вилл было несколько.

Анна Эспарса:

— Совершенно верно. В Крыму было действительно много дворцов, но Ай-Тодор, это то пространство, которое прославил своих воспоминаниях великий князь Александр Михайлович, потому что именно там со всей семьёй он, буквально, укрылся как в средневековом замке. Это было прекрасное имение, которое стояло на высокой скале и было в каком-то романтическом ключе обстроено и достаточно безопасно. Вообще, в воспоминаниях Александр Михайлович с юмором, лёгкостью пишет, о том, что он там ты переживал, потому что стоит сказать, что он там укрывался с Ксенией Александровной, со своей супругой и детьми, и одновременно с этим со своей тёщей, вдовствующей императрицей Марией Фёдоровной. И все они совершенно точно не знали, что произойдет завтра. Потому что всё менялось невероятно быстро. Они там оказались ещё в тот момент, когда территория была оккупирована немцами, после того как немцы ушли, собственно говоря, пришли белогвардейцы, и белогвардейцы какое-то время занимали это пространство, и была ещё надежда на какое-то спасение. Хотя опять же Александр Михайлович говорил о том, что надежды у него лично никакой не было, потому что он понимал, что придёт новая власть, и что Крым держится на честном слове, и единственная надежда на спасение — это были британские корабли, которые должны были прийти, и на которых можно было уехать, убежать, буквально, из рушащейся в тот момент империи. И Александр Михайлович при самом первом удобном случае, собственно говоря, это и сделал.

Дмитрий Володихин:

— Мы ненадолго прервётся. Насколько я понимаю, чудо уже то, что ему достаточно долго там удалось прожить, ещё одна группа царствующего дома Романовых жила какое-то время во дворце Дюльбер, и, наверное, самая крупная величина среди них всех — это мать государя Николая II вдовствующая императрица Мария Фёдоровна. Кто-то радовался в восторге тому, что англичане приняли решение их всё-таки эвакуировать, потому что они могли бы не принять такого решения, самого государя они отказались вывозить из страны. Но понимаете, ведь это эмоция далеко не для всех, не для душ высоких, радость спасения она ведь для многих из числа Романовых омрачалась тем, что они покидают родную страну, и кое-кто из них понимал, что вернуться то, может быть, и не придётся. Каково отношение Александра Михайловича? Было ли у него что-то помимо того, что он спасён, что он будет жить?

Анна Эспарса:

— Там очень сложное, безусловно, психологическое подполье. Почти роман Достоевского. Потому что, с одной стороны, в этих воспоминаниях Александр Михайлович вспоминает заветы своих родителей, которые воспитывали так, чтобы держать прямую спину, верить в Бога и знать, что есть Божий промысел и есть Божья воля на всё. И вот этот вот момент какой-то специфической, странный покорности судьбе, потому что он провел Ай-Тодоре до декабря 1918 года. То есть это довольно действительно долгое время, и долгое время, которое было временем ожидания, и довольно страшного ожидания, потому что постоянно то одни, то другие люди воровали вещи из имений, разворовывая, буквально, его при живых хозяевах. Он об этом пишет с юмором, с лёгкостью, но, в общем, мы понимаем, какое это унижение для великокняжеской семьи. Одновременно с этим невероятные страдания и переживания за страну, которую необходимо покинуть и в которую он действительно больше никогда не вернётся. И вместе с тем самое большое переживание — это неизвестность, связанная с родственниками, которые в этот момент находятся в Петрограде, кто-то находится в этот момент в Москве, и вот эта неизвестность она, конечно, психологически, пожалуй, самое сложное, что могло быть как испытание для такого властного, резкого, энергичного, очень пассионарного характера великого князя. И когда он садится на корабль, который отвезёт его в эмиграцию, которая продлится до 1933 года, до года его смерти, он без сантиментов описывает это прощание. Он описывает это прощание как прощание навсегда с тонущей Атлантидой, а об ушедшем жалеть нельзя.

Дмитрий Володихин:

— Дорогие радиослушатели, я напоминаю вам, что это светлое радио, радио «Вера», в эфире передача «Исторический час», с вами в студии я Дмитрий Володихин, с нами в студии известный современный историк Анна Эспарса. Я думаю, в этот момент, момент прощания с тонущей Атлантидой будет уместно послушать один из великолепных маршей тех времён, когда Россия была процветающим государством. Итак, марш кавалергардского полка.

— Дорогие радиослушатели, мы продолжаем обсуждение судьбы и необычной роли, которую сыграл Александр Михайлович в судьбах династии Романовых. Его доставили в Британию, и после этого ему необходимо было устроить себя и свою семью. После того как он это сделает, перед ним поставят крайне сложные вопросы, поскольку царская кровь — это не только нечто связанное с генеалогией и со здоровьем, это ещё и политические факторы. Итак, Александр Михайлович устраивается в эмиграции.

Анна Эспарса:

— Да, Александр Михайлович устраивается в эмиграции. В отличие от многих его родственников он не задерживается в Лондоне, он отправляется сразу в Париж и на это было сразу же несколько причин. Во-первых, в парижском банке у него был довольно большой счёт, счёт был, потому что Александр Михайлович в силу своей активности и активности как путешественника, участвуя в различных международных конференциях, которые проходили и по географии, и по различным другим дисциплинам, в которых он был великолепным знатоком, он очень много времени проводил в Париже и работал в географическом парижском обществе, то есть обстоятельства были таковы, что ему было куда возвращаться в Париже.

Дмитрий Володихин:

— В отличие от многих аристократов, в том числе и от аристократов царской крови.

Анна Эспарса:

— Совершенно верно, потому что большинство были вынуждены идти на самые низкооплачиваемые работы, потому что бриллианты, как напишет одна из великих княжон, быстро проедались, а делать что-то нужно было. И кто-то был вышивальщицей, кто-то работал манекенщицей, кто-то шёл в актрисы, кто-то пытался выгодно выйти замуж за какого-нибудь французского буржуа или английского лорда, для того, чтобы поправить свои материальные активы. Историй много. Кто-то вообще доходил до того, что, будучи графом или даже князем был таксистом парижским.

Дмитрий Володихин:

— Ну это касается, кстати, не только людей с титулами аристократическими, но и генералов, адмиралов белой армии, белого флота.

Анна Эспарса:

— Совершенно верно, что касается Александра Михайловича, его материальное положение ещё поправляло родство с одной из самых красивых женщин начала 20 столетия, да и, пожалуй, даже середины 20 столетия, была Ирина Юсупова. А кто такая Ирина Юсупова? Ирина Юсупова — это дочь великого князя Александра Михайловича, у которого, как я уже говорила, было 7 детей в браке и одна как раз из дочерей эта прекрасная Ирина. Вы можете видеть её фотографии. Божественная её красота была известна далеко за пределами Российской империи. Феликс Юсупов — супруг Ирины и соответственно родственник великого князя, обладал большими капиталами, которые находились на счетах и французских банках, и английских банков, потому что, как вы помните, что Юсуповы была богатейшая фамилия, причём богатейшая в масштабе мировом, а не только в масштабе западноевропейском и российском.

Дмитрий Володихин:

— Можно сказать, что на протяжении нескольких поколений капиталы в этой семье концентрировать, и в итоге к концу Первой мировой войны наследники оказались просто фантастически богаты.

Анна Эспарса:

— Да, совершенно верно, им принадлежали и квартиры, и земли, и дома не только в Российской империи, но и за рубежом, поэтому это родство, как ни странно, оно помогло после революции и в эмиграции довольно долго жить, в общем-то, не задумываясь о средствах и не задумываться о том, как эти средства заработать. И когда великий князь оказался в Париже, к нему незамедлительно были обращены все взоры, потому что считалось, что именно он должен возглавить дом Романовых в изгнании, и стать наконец лидером. Но...

Дмитрий Володихин:

—Но! Мы сейчас и здесь сделаем паузу, чтобы объяснить ситуацию. Дело вот в чём. После того как царствующий дом Романовых понёс страшные потери, убит государь, убит наследник престола, расстреляно и сброшено в шахту большое количество великих князей, князей императорской крови, иных родичей государя, получается так, что ветвь, которая раньше была младшей, выходит на сцену мировой политики как старшая. Существует закон о престолонаследии, разработаный еще императором Павлом Первым, и любой вопрос о восстановлении монархии на территории России, он упирается в представителей последней династии. Здесь Александр Михайлович оказывается в ситуации сложной. По натуре своей он путешественник, учёный, человек, который в наибольшей степени интересуется знаниями, а не политикой. Он никогда не цеплялся за власть, но он фактически оказывается в роли одного из главных, может быть, даже в главного претендента на старшинство в династии, которая понесла такие потери.

Анна Эспарса:

— Ну Александр Михайлович был бы не Александром Михайловичем, если бы он немедленно не отказался от твоего права возглавить дом Романовых в изгнании и стать лидером вот как раз общества бывших своих и близких друзей, и знакомых, где-то врагов в Париже. Рю Дарю, вы знаете, это тогда был центр, это улица, которая объединяла всех русских с великолепным собором, где происходили все венчания, и все похороны, и все крещения. Александр Михайлович отправился вместо того чтобы заниматься политикой, потому что он не верил в то, что возможно вернуться в Россию, он был уверен, что большевики в России — это надолго. У него не было иллюзий, он не ждал на чемоданах, как это многие делали из его родственников и его друзей из русской эмиграции и, собственно говоря, он занялся литературным трудом, именно литературным, он написал свои воспоминания, которые вышли в год его смерти, в 1933 году. До этого он успел отправиться в ещё одно большое путешествие и, это было путешествие в Соединенные Штаты Америки, которые он проехал вдоль и поперёк. Он был приглашенным лектором крупнейших американских университетов, он рассказывал о политической, экономической ситуации в Российской империи, о причинах революции, но и собственно о тех предметах, которые он прекрасно знал. Для него это была свобода финансовая, потому что у него были очень высокие гонорары за эти выступления, он работал как публицист, его печатали крупнейшие мировые газеты, его очерки его эссе, одновременно с этим он продолжал жить очень обеспеченной жизнью. И это его выделяет на фоне действительно очень многих людей, которые в эмиграции были вынуждены отказаться от прошлой жизни, которая ушла вместе с затонувшей Атлантидой, вместе с Российской империей. Александр Михайлович — это человек уникального таланта жить. И если говорить совсем коротко, то в его жизни совершилось главное, о чём он мечтал, будучи совсем маленьким, он жил и прожил свой век интересно, ярко, свободно, и как он писал: я хочу не причинить никому зла. И, мне кажется, что отказывался во многом от своих должностей, от каких-то высоких постов сначала в Российской империи, потом в эмиграции именно потому, что он считал, что любая власть приносит не только счастье, но и часто несчастье и человеку, который ею обладает, и людям, над которыми эта власть распространяется. Поэтому судьба как приключенческий роман у него вышла.

Дмитрий Володихин:

— Ну здесь речь может идти не только о приключенческом романе, а о своего рода судьбе-притче. Казалось бы, в самом начале человек столь высокой крови может претендовать на многое, хотел бы он быть министром — очевидно он был бы, захотел бы возглавлять какое-то армейское или флотское соединение — очевидно ему дали бы под команду, если бы он пожелал получить какое-нибудь высшее учебное заведение — это бы произошло, ровно то же самое, очевидно, если бы он хотел входить в различные комитеты, связанные с реформированием, с политическими трансформациями в нашей стране или с совершенствованием армии на организационных началах, то и здесь ему бы все это дали. Он на протяжении всей своей жизни, как вы сказали, если я вас правильно понимаю, постоянно говорил «нет» на такие возможности причём даже в потенции, когда он тотально, много раз, решительно отказался от власти. Когда ему нужно было послужить ну вот, скажем, по ведомству, связанному с международной торговлей, с гражданским флотом, он служил. Но он не возглавлял ведомства, насколько я понимаю.

Анна Эспарса:

Ну он возглавлял различные комитеты, и у него были, конечно, должности, соответствующие его статусу, но когда мы с вами говорили несколько минут назад о том, как же так случилось, что человек с такой родословной и с такой невероятной близостью к трону во всех смыслах слова он остался жив? Почему его не расстреляли? Почему он смог уехать и прочее? Вот мне кажется, в характере кроется судьба. Характер — это судьба, как говорила Екатерина Великая. И вот на примере Александра Михайловича мы это видим. Для него было очень важно сохранить свою свободу от кого бы то не было. И чем тратить время на то, как он писал, чтобы доказывать что-то, с кем-то конкурировать, соперничать, проводить время в кабинетах или у кабинета (кабинет был написан большой буквы), гораздо интереснее было пойти в библиотеку, гораздо интереснее отправиться в кругосветное путешествие, гораздо интереснее читать лекции, гораздо интереснее устраивать авиационную школу под Севастополем, гораздо интереснее заниматься кораблестроением. И этих интересней было очень много. Но когда вы меня спрашиваете: ну вот как же он прожил жизнь? Ну не скворцом же просвистал? Нет, не скворцом просвистал, потому что те малые дела, политика малых дел, о которых я говорила, они на самом деле стали большими делами, потому что, как выясняется, за военной авиацией было действительно будущее. И те инвестиции, которые благодаря великому князю Александру Михайловичу пришли в будущую военную авиацию, они оправдали себя. Потому что все большие великие дела или в данном случае целая военная индустрия она строится многие десятилетия, но фундамент был заложен именно им.

Дмитрий Володихин:

— Ну что ж, нам остается констатировать: даже человек, который имеет тысячу возможностей возвыситься, но не дает гордыне победить себя, может прожить достойную жизнь, и, может быть, отказ от любого рода интриг, от любого рода борьбы за власть, это то за что Бог ему благословил столь достойный закат, и ему, и его семейству. Дорогие радиослушатели, время наши передачи подходит концу. Мне остается от вашего имени поблагодарить нашего сегодняшнего гостя Анну Андреевну Эспарсу и сказать вам спасибо за внимание, до свидания!