Москва - 100,9 FM

«Традиции праздника Крещения». Светлый вечер с прот. Вячеславом Перевезенцевым (17.01.2018)

* Поделиться

вячеслав перевезенцевУ нас в гостях был настоятель храма святителя Николая Чудотворца в селе Макарово Московской области протоиерей Вячеслав Перевезенцев.

Мы говорили об истории, традициях и смысле праздника Крещения Иисуса Христа.


«Светлый вечер»

Эфир: 17.01.2018.

Гость: протоиерей Вячеслав Перевезенцев.

Ведущие: Лиза Горская, Алексей Пичугин.

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА»

А.Пичугин:

— Здравствуйте, дорогие слушатели! Здесь, в этой студии приветствуем вас мы — Лиза Горская...

Л.Горская:

— ... и Алексей Пичугин.

А.Пичугин:

— Сегодня вместе с нами и с вами в этой студии протоиерей Вячеслав Перевезенцев, настоятель Храма Святителя Николая в деревне Макарово — это Московская область, неподалёку от города Черноголовка. Здравствуйте!

О.Вячеслав:

— Добрый вечер!

А.Пичугин:

— Крещение Господне — такой, важный, Праздник. Но часто он остаётся в тени другого Праздника, который, незадолго до Крещения, мы все отмечаем — Рождество. Уж про Рождество точно все знают. А Крещение — у него такой смысл немного, может быть, и непонятный. Многие несут своих детей в Храм креститься, приходят сами креститься, ну и, соответственно, вроде бы как, логично, что и Иисус Христос тоже когда-то крестился. Но смысл-то в другом. И Крещение — другое. Вот, давайте начнём, наверное, с того, что попробуем как-то разобраться в смысле этого Праздника — что же это такое, Крещение Господне?

О.Вячеслав:

— Да, я думаю, здесь имеет смысл вспомнить, что одно ещё из названий этого Праздника — это Богоявление. А также, в связи с тем, что Вы сказали, что этот Праздник — Крещение — находится как бы несколько в тени Рождества, стоит, наверное, ещё вспомнить тоже такую историческую деталь, что в Древней Церкви, в ранней Церкви, собственно, был один Праздник — Богоявление, который совмещал в себе воспоминание о Рождестве Спасителя и о Его Крещении. Затем уже вот эти два Праздника были разнесены, хотя, в общем-то, насколько я понимаю, есть какие-то... ну... небольшие, может быть, какие-то древние Церкви, где и до сих пор... мне кажется, в Армянской Церкви даже...

А.Пичугин:

— Да.

О.Вячеслав:

— ... вот, этот Праздник до сих пор, как бы, вот такой вот — единый. И вот это название — Богоявление — мне представляется очень важным. То, что это имеет соотношение к Рождеству — ну, здесь, вроде, понятно, да? В Рождестве мы, как раз, и вспоминаем Рождение Бога. «И Слово стало плотью, и обитало среди нас...» — рождение Спасителя. Но Евангельская история, Священное Писание говорит нам о том, что до своего совершеннолетия — а совершеннолетие в традиции иудейской наступает тогда, когда мужчине исполняется 30 лет — Господь как бы находился в тени. Мы почти ничего не знаем об этом периоде Его жизни. Мы немного знаем о Его младенчестве, бегстве в Египет, о возвращении из Египта. Затем — эпизод, который рассказывает евангелист Лука о двенадцатилетнем отроке Иисусе, о посещении Иерусалима — и всё. Это даже давало... ну... какие-то поводы всевозможным, так сказать, фантазёрам на эту тему придумывать, а что же там могло быть — вот, в этот период. Но Евангелие нам ничего об этом не говорит — и это, конечно, не случайно. Тридцать лет, возраст совершеннолетия, и Господь, именно с этого времени, начинает своё Служение — то, ради чего Он, собственно, и родился, и пришёл в этот мир — возвещение Евангелия Царства. Начинается оно, как раз вот, с того события, о котором мы и вспоминаем в Праздник Крещения Господня. Этому предшествовала Проповедь Иоанна Крестителя. К нему туда, на Иордан, приходили люди. Приходили для того, чтобы не только посмотреть, полюбопытствовать, но, главным образом, для того, чтобы откликнуться на его призыв — призыв о покаянии. И вот, среди этих людей был и Иисус из Назарета. Совершается Крещение — то, о чём описано у евангелистов, я не буду сейчас подробно рассказывать все эти события, я думаю, что нашим слушателям это всё хорошо известно. Здесь правда, на самом деле, стоит очень простой вопрос: но если крещение — это есть некий знак, омовение, очищение, собственно, то, к чему и призывал Иоанн Креститель — покаяние, и через это — обращение к Богу, то Иисус, конечно же, в нём не нуждался. Он был во всём подобен нам, людям, кроме одного — греха. И, собственно, когда Он подошёл — в эти воды Иордана, к Иоанну Крестителю — то именно этот недоуменный вопрос Он и услышал от Пророка: «Мне должно от Тебя креститься!», на что Господь и отвечает, что «так должна совершиться всякая правда». Вот, что это за правда? Правда Крещения, которая стоит в центре этого Праздника. Правда, с одной стороны, о том, что Господь через это, начиная своё служение людям, начиная свой путь — Он, собственно, указует нам, своим ученикам, то, с чего этот путь и должен начинаться и у каждого из нас. Это, как бы, отправная точка. Вот, это — крещение, это — изменение своей жизни, покаяние, обращение к Богу — то, что, собственно... так сказать... ну... есть в жизни каждого, и должно быть в жизни каждого христианина. Но не только это. Можно себе представить саму эту картину. Сотни людей, приходящие на берег Иордана, приходящие со своим покаянием — то есть, со своими грехами, и омывающие этими водами эти грехи. Эта вода как бы становится... ну... своего рода вместилищем этих наших человеческих грехов, наших пороков. И вот, в эту воду вступает Тот, Который как раз к этому греху, к этим порокам — непричастен. Если люди, приходящие до Него, вступающие в воду, приступающие к Иоанну, и после Него — они приходили, чтобы очиститься, чтобы как бы совлечься этого своего греха, то Господь вступает в эти воды для того, чтобы, будучи чистым, окунувшись в эти воды — взять на Себя наши грехи. Именно поэтому потом мы и услышим слова пророка Иоанна Крестителя, который указует на Христа своим ученикам, и говорит такие слова: «Се — Агнец Божий, берущий на Себя грехи мира». И вот этот, такой — мистический, таинственный — смысл этого Праздника мне представляется для нас тоже очень важным. Господь приходит для того, чтобы взять на Себя наши грехи, для того, чтобы нас спасти от грехов. И вот этот Праздник — Богоявление-то — он заключается, как раз, в каком-то смысле, в очень простом Откровении: в мир приходит Бог, но приходит как Спаситель. Не случайно и имя у Богочеловека — Иисус, которое буквально означает «Бог спасает». От чего спасает нас Господь? Он нас спасает от наших грехов. Каким путём мы входим, встаём и становимся причастными этому Спасению? Потому что оно не даётся нам автоматически. И путь этот — то, что Церковь называет покаянием. Вот эти смыслы все, мне кажется, они очень... ну, так сказать... объёмно, ясно, выпукло присутствуют как раз и в Празднике Крещения — спасение, грех, покаяние... то, о чём нам, конечно же, очень важно в эти дни думать.

Л.Горская:

— А зачем мы сейчас воду освящаем в Праздник Крещения особым, Великим, чином? Это же не то же самое, что произошло 2000 лет назад, когда Христос, окунувшись в воды Иордана, освятил его? Какой смысл это имеет сейчас?

О.Вячеслав:

— Есть такое понимание, что, собственно, этот чин Великого Освящения — он, собственно, можно сказать, единственный. Малое освящение — то, которое, может быть, больше знакомо нам всем, потому что Молебен с освящением воды совершается очень часто. Но по Уставу он вообще, так сказать, должен совершаться — такое, малое освящение — всего, там, тоже несколько раз в году. Это — сокращённый чин. А то — собственно, вот этот чин, который есть — Водосвятия, Великой Агиасмы — это и есть тот чин, за которым мы молимся в эти дни Богоявления, Крещения Господня. Я думаю, что здесь очень важно пониматьсмысл этого освящения — он... ну... очень глубокий, что ли... он имеет разные стороны. Такую, я бы сказал... ну, что ли... космическую сторону, грань. Потому что освящение воды, и молитвы, которые мы читаем вот на это освящение — они нас относят непосредственно к началу, вообще, всего, к началу Творения. Помните, как сказано, собственно, в первых, буквально, строках Книги Бытия: «И сотворил Бог небо и землю, и Дух Божий носился над водою». Вода, как бы, есть некая стихия — прообраз вообще всего Мироздания, такого — неоформленного, хаотичного. И вот, Дух Божий носится над этим творением для того, чтобы из этого хаоса сделать космос. И мы как бы в эту историю... ну... ещё раз вспоминая, возвращаемся. Но вода ещё есть образ и очищения: воды Потопа, ну и вообще, в принципе, в узком таком даже нашем...

А.Пичугин:

— Смысл воды — очень большой.

О.Вячеслав:

— Да, да... очищение. Поэтому вот освящение воды — это есть напоминание нам о всех этих смыслах. Новое Творение. Мы призваны к тому, чтобы родиться заново. Крещение — это новое рождение. Рождение от воды и Духа. Крещение — это покаяние, это омовение, это — очищение. То есть, на самом деле, вот все эти смыслы, может быть, не так явно, но, на самом деле, очень чётко — они здесь пересекаются. Крещение, и освящение воды... Не случайно сам этот Праздник Богоявления связан вот с этой стихией воды с её освящением.

А.Пичугин:

— А что за история, которую очень часто можно услышать в церковных кругах... её постоянно опровергают, но, тем не менее, каждый год, накануне Праздника Крещения она снова всплывает — о разных свойствах воды — Крещенской, Богоявленской... Люди приходят то за одной, то за другой, а ведь здесь же главное, наверное, другое. Вот, почему так происходит?

О.Вячеслав:

— Мне кажется, это... да, следствие просто... ну, нашей такой... утраты наших духовных корней, утраты традиции, нашей просто безграмотности духовной. Потому что понятно, что все эти разговоры о разных свойствах... да и вообще разговоры о свойствах — они немножко странноваты, а уж тем более о разных... Конечно же, вода, которая освящается накануне Праздника, то есть, в Крещенский сочельник, и в самый день Праздника — ничем не отличается.

А.Пичугин:

— Постоянно можно слышать про «попей с утра Крещенской водички, съешь просфорку...»

О.Вячеслав:

— Ну, это всё по нашей немощи, понимаете? Человек — как малое дитя. Вот, если ему сказать, что: «Ты знаешь, вот то, что сейчас ты скушаешь, или выпьешь — это будет иметь такую вот... какую-то особую силу для тебя», — и ребёнок — да, наверное... для ребёнка иногда и нужно это сказать. Потому что вот так устроена ещё его душа — она не способна ещё... ну, как-то... самостоятельно, может быть, в чём-то мыслить, она доверчива. Вот, и здесь мы, так сказать, вот такой молочной пищей — потому что ребёнок ещё не готов к твёрдой пище — просто его немножко поддержим. Но просто — да, очень важно это понимать и, в общем-то, как-то возрастать. И в своей вере, в частности, не оставаясь детьми. А все эти разговоры — конечно же, они во многом связаны... ну... с такой вот нашей духовной инфантильностью, я бы сказал.

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА»

А.Пичугин:

— Мы напомним, что в гостях у светлого радио сегодня протоиерей Вячеслав Перевезенцев, настоятель Храма Святителя Николая в деревне Макарово — это неподалёку от подмосковной Черноголовки.

Л.Горская:

— Не могли ли мы как-то обидеть, может быть, и задеть наших радиослушателей? Потому что немножко двусмысленно прозвучало то, что обычай, там, или привычка кого-то пить с утра святую Крещенскую воду или есть просфору — это инфантильность. Ну, почему? В нашей жизни, когда, там, суета, работа, перегруз, мне кажется, даже вот такое — какое-то, бытовое, но, тем не менее, ежедневное особое приобщение к Святыне доступным способом — это же неплохо.

О.Вячеслав:

— Нет, нет, нет! Я... если меня так кто-то понял из слушателей, я... так сказать... извиняюсь. Потому что я имел в виду немножко другое. Не то, что как-то неправильно есть просфорку с утра, или пить святую воду, или ещё какие-то, в общем-то, традиционные вещи... которые правда, слава Богу, в нашей жизни сохранились, и как-то им следовать... Мне кажется, вот как раз некоей наивностью было бы думать, что, условно говоря, вот эта Крещенская вода, та благодать, которую мы можем получить через приобщение к ней — вот, она особая, а вот другая вода, которую, может быть, вчера с молебна мы домой принесли — у неё будет другая какая-то благодать. Вот нет двух разных благодатей, понимаете? Потому что и там... и через эту воду, и, может быть, как-то иначе... потому что Дух Божий дышит, где хочет, как мы знаем из Священного Писания. Мы просто не знаем, когда Он приходит, и когда Он уходит. Поэтому нам даются вот как бы такие знаки этого Присутствия Бога в нашей жизни. Так вот, это, всё равно, Бог. И прикоснуться к Нему, стяжать эту благодать, можно совершенно по-разному. И тут очень многое зависит, конечно, от самого человека, от его настроя. Я бы даже сказал — от его веры. Если вот человек... ну, как-то он так этому научен — может быть, с детства, да, потому что часто бывает, что какие-то вещи с нами входят из детства, потому что мы привыкли к этим вещам. Особенно, если человек рождён в какой-то церковной семье, или кто-то, может быть, из старших родственников — бабушка как-то... для него это становится очень дорогим, он это не формально воспринимает, а вот именно с верой, что вот — да, через это Господь к нему прикасается. Но это именно — Бог. Вот это очень важно понимать. Что... ну... Бог один. И молимся мы у той или иной иконы Пресвятой Богородицы, которых очень много, слава Богу — мы молимся пред ликом самой Богородицы, которая — одна. И не бывает так, что... ну... если мы встали перед этой иконой, то мы получим какие-то особые дары, а другие чтобы получить какие-то дары, нам надо обязательно пойти и стать к другой иконе. Вот.. вот это, как-то, немножко... ну... наивно.

А.Пичугин:

— Есть же традиция, например, ездить в Серпухов к иконе «Неупиваемая Чаша», если есть проблемы с алкоголем у человека...

О.Вячеслав:

— Правильно! И слава Богу! Потому что это икона такая. И если нас это как-то... ну... нашу веру это укрепляет и помогает — и хорошо. Но если мы не можем поехать, потому что, может быть, кто-то живёт где-нибудь под Магаданом, ну, до Серпухова далеко — что ж, он не может обратиться к Божией Матери с этой просьбой, которая... ну, правда... так важна для него? Может быть, кто-то из его близких, или он сам страдает этим страшным недугом? Ну, встанет он перед иконой Тихвинской Божией Матери, и попросит: «Матерь Божия, ну помоги... помоги мне справиться», или, вот, «моему сыну», или «моему племяннику» — и что, Матерь Божия не услышит? Ну, вот эти вещи, мне кажется, очень важно понимать. Но, в то же время, конечно же, вот такие вот... такое разнообразие святынь — то, через что Господь нас как-то вот укрепляет, помогает — это такое удивительное богатство нашей Церкви. Потому что этого вправду очень много. Мы должны дорожить этим, ценить, но, в то же время, и правильно понимать. Чтобы не фетишизировать это, не превращать это в ... ну... не искажать просто это, да.

Л.Горская:

— Непременный атрибут Праздника Крещения в городских Храмах — это очереди за святой водой. Сколько, вообще, её нужно приносить домой — вот так, в идеале? Я наблюдаю много лет: кто-то берёт маленькую бутылочку в 150 граммов, оформленную красиво в Византийском стиле, а кто-то...

А.Пичугин:

— ... восемь канистр.

Л.Горская:

— ... пять пятилитровых канистр. Ну, например. А как вот... что Вы скажете на этот счёт? — так вот сформулируем.

О.Вячеслав:

— Вы знаете, я бы, может быть, ещё недавно Вам бы сказал, что, конечно же, хватит, там... ну, не знаю... маленького флакончика 50-граммового, и я в этом бы никак не погрешил против Истины. Потому что, ну, совершенно очевидно, что если мы принесём домой вот этот красивый... ну, там... может быть, и не очень, а очень простой флакончик с этой водичкой и выльем в какой-то другой сосуд, где будет чистая вода, то эта вода освятится. Это, в общем, совершенно понятно. Вот. Но тут, как раз, буквально на днях, я... ну... не просто перечитывал историю о первом чуде, которое совершил Господь в Кане Галилейской, ну и как-то что-то... что вот вокруг него... с этим чудом связано — потому что очень много загадок у этой истории, которая, кстати, была совершена сразу — ведь, это же первое чудо — сразу после Крещения, когда Господь вернулся от Иоанна в Галилею, и вот, в Кане, где Он оказался на браке, вместе со Своею Матерью... И вот, там одна такая деталь: что водоносы с водой, которые стояли в доме, по обычаю, для очищения — двух или трёх мер... значит, тут могут историки спорить, что это за объёмы были, потому что разные были меры в то время, но, скорее всего, это большие такие сосуды, столитровые. Две меры — это около 40 литров. Вот. Господь их велел заполнить до верха! И затем, вся эта вода, значит... она была претворена в вино. То есть, вот... как бы... с избытком! Вот...

А.Пичугин:

— Надо, наверное, чтобы всем хватило?

О.Вячеслав:

— Я думаю, что нет. Вот, этого намного хватило... Здесь просто образ вот того, что — правда, Господь не меряет Свою благодать, Он даёт её с избытком: «Я пришёл принести жизнь, и жизнь с избытком!» И, в этом смысле, конечно же, может быть, даже не осознавая этого, нам тоже хочется нести домой благодати побольше, с избытком, ну, чтобы вот как-то её было — много! И это тоже какая-то такая детская, но в хорошем смысле... Вот, понимаете, когда я говорю про эту инфантильность — это не обязательно что-то такое, так сказать, очень нехорошее. Это иногда... ну... правда умиляет. Вот, такая какая-то простота, вот этот бидон какой-нибудь с водой — это же не просто вода, она — святая вода. «Вот, мне побольше, мне нужно много этой благодати!» Поэтому, в каком-то смысле, это можно понять. Но, в то же время, мы, опять же, должны и понимать то, о чём, собственно, я и сказал в самом начале. Что, конечно же, вот, даже принеся немного этой водички домой, святой, помолившись с верой, вылив в другой сосуд — она у нас будет храниться и помогать, нас как-то утешать, и укреплять, и освящать нашу жизнь в течение года, может быть, до следующего Праздника.

А.Пичугин:

— А меня, знаете, что интересует? Крещение предваряет Сочельник. Крещенский Сочельник, накануне, строгий постный день. И... почему он, с одной стороны, постный — ведь мы, перед этим, прожили долгие 40 дней Рождественского поста, и, вроде бы как, не так много времени прошло ещё от Рождества до Крещения, и у нас снова такой строгий постный день? А когда говорится про первую звезду? Вот, сразу два вопроса. Почему пост, и что такое «первая звезда»? Я так понимаю, что это, более-менее, народная традиция, связанная с первой звездой?

О.Вячеслав:

— Ну, почему пост — понятно, да? Потому что это некая такая очень, с одной стороны, простая, а в то же время очень верная интуиция — что мы к любой Встрече, важной, должны готовиться. Ведь пост — это не просто некое вот... ну... гастрономическое воздержание ( хотя это, конечно же, важная сторона поста, но пост не сводится только к этому ), пост — это всегда подготовка, это всегда некое изменение обычного хода своей жизни, ритма своей жизни, каких-то дел, занятий и мыслей, когда мы от чего-тоотворачиваемся для того, чтобы приготовить вот это место в своём сердце, своей душе для новой Встречи. Для Бога. И это может быть один день, а это может быть и 40 дней. Здесь разные есть традиции, но это вот, когда пост перед Праздником... потому что ещё есть, так называемые, однодневные посты, которые бывают по средам и пятницам — там немножко другой смысл. Но вот Евхаристический пост, и пост, который предваряет Праздники, он имеет именно этот смысл — подготовки. Потому что очень трудно, не оторвавшись от этой будничной суеты — а мы все в ней находимся, в общем... Да, может быть, если кто-то, кого Господь сподобил жить где-то в тихой обители, в монастыре — там, как-то, всё это по-другому... Мы же живём в обычных делах, и здесь ничего нет такого зазорного для нас, но, всё-таки, иногда нужно как бы вот — чуть-чуть приостанавливая бег этой жизни, а, может быть, даже совсем её остановив, вот как бы глотнуть этого свежего воздуха для того, чтобы душу свою приготовить вот к этой Встрече — Встрече с Вечностью. Любой Праздник — это прорыв Вечности в нашу жизнь! Но мы должны быть, немножко хотя бы, к ней готовы. Поэтому вот — да. Вот — Сочельники, в Рождестве, и здесь, и перед Пасхой, да, особые дни Страстной недели, да и всего Великого Поста — они готовят нас к этому. Насчёт первой звезды — это просто, так сказать, обычай такой Литургический. Нет, это не совсем народный такой... Дело в том, что по Уставу Церковному служба Сочельника — Литургия — она совершается вечером... ну, после Вечерни сейчас. Только у нас всё равно это сейчас утром. У нас, в этом смысле, к сожалению, как мне кажется, Календарь как-то не соответствует ритму нашей жизни, суточному. Мы и Всенощную служим не ночью, и Утрени бывают вечером, ну и Вечерни — утром... тут вот... в общем, как-то вот так у нас.

Л.Горская:

— Ну, где-то стараются попадать, но, в основном, в скитах.

О.Вячеслав:

— Ну... попадают, да. Но — трудно там. Вот, на Афоне — да, Всенощную иногда служат, как полагается, но это — очень редко, только перед Престольными Праздниками, там она, правда, идёт часов десять. И тогда — вот, я один раз был на такой службе — ну да, ты начинаешь, там... вот, с вечера, и под утро там, вот... уже утром совмещаешь с Литургией восход Солнца — это, конечно, удивительно. Но это реально всю ночь ты находишься в молитве. Так вот, и, таким образом, Литургия уже, на самом деле, служится в конце дня. И вот эта вот первая звезда — просто наблюдение, да, что, в общем-то, если день подходит к концу, на небе появляется звезда — это и означает, что вот — этот Сочельник закончился, и вот этот вот строгий пост завершился. Потому что, на самом деле, любой пост, конечно, кончается с Литургией. Потому что, если ты уже участвуешь в Евхаристии, то уже поста нету. Именно поэтому Великим Постом на будних днях Литургия не служится. А если ты Причастился — пост закончился. Вот, собственно... И ты можешь вкусить пищу, ещё всё-таки постную, и готовиться к уже Богослужению самого Праздника.

Л.Горская:

— Давайте, всё-таки, подробнее поговорим про традицию Водосвятия. Тем более, что Великое Водосвятие начинается, как раз, в Сочельник, накануне Праздника Крещения. Вот, почему, кстати, накануне Праздника уже начинают освящать воду?

О.Вячеслав:

— Здесь я, боюсь, что не отвечу Вам на этот вопрос. Хотя, наверное, ответ на него существует, но он... ну, просто... чисто, опять-таки, исторический.

Л.Горская:

— Чтобы все успели...

О.Вячеслав:

— Нет, нет, нет... Я думаю, что просто вот, так сказать, так как-то сложилось... Ну, что я буду гадать... так сказать... то, чего я не знаю? Вот. Меня, честно говоря, как-то это никогда не волновало. Вот я пришёл в Церковь, там, много-много лет назад... кстати, это случилось... вот, первая моя... ну, что ли... Литургия, первое Причастие — было, как раз, перед Праздником Крещения. Я очень хорошо помню, когда это было. Это было, как раз, 17-го числа, потом — Сочельник, и Крещение... И... ну, вот так есть, да. Вот, есть такой Богослужебный Устав — когда Сочельник, когда строгий пост, после Литургии — Великое Освящение воды, и люди уже приходят за этой водой. И, в общем, не обязательно совершенно, понятно, приходить потом на следующий день, уже в Праздник Крещения. Потому что, ещё раз повторяю, конечно же, это одна и та же Святыня — Агиасма. А те, кто, может быть, не был в Сочельник — как раз, могут прийти на Праздник Крещения, и освятить эту воду, и унести её домой уже после самого Крещения.

А.Пичугин:

— Я напомню, что в гостях у светлого радио сегодня протоиерей Вячеслав Перевезенцев, настоятель Храма Святителя Николая в деревне Макарово — это неподалёку от Черноголовки подмосковной. Также — мы в этой студии, Лиза Горская и я, Алексей Пичугин. Через минуту — вернёмся.

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА»

А.Пичугин:

— Напоминаем, что в гостях у светлого радио протоиерей Вячеслав Перевезенцев, настоятель Храма Святителя Николая в деревне Макарово, неподалёку от подмосковной Черноголовки. Лиза Горская и я, Алексей Пичугин.

Отец Вячеслав, Вы сказали, что пришли в Церковь много-много лет назад. Я так понимаю, что это были ещё советские годы.

О.Вячеслав:

— Да.

А.Пичугин:

— А вот интересно — сейчас у нас 90-е, 2000-е... и вот эти традиции, которые были ещё глубоко дореволюционными, связанные с Крещением, это и какие-то новые, наверное, добавляются — где-то, может быть. А как в советское время, когда церквей было мало, когда, если кто-то и ходил туда — это были большие Праздники. Наверняка, в число этих Праздников входило и Крещение. Как праздновалось Крещение в советское время? Вот, то, что Вы помните.

О.Вячеслав:

— Да. Но я застал уже, так называемое, позднее советское время — время Перестройки уже, да. Я пришёл в Церковь — вот, как раз первое моё Причастие было — в январе 1988 года. Год 1000-летия Крещения Руси и, в каком-то смысле, год такой — переломный в отношениях Церкви и Государства. Тогда ещё — в Советском Союзе. И, надо сказать, что, в общем-то, здесь вряд ли я могу, опять-таки, быть источником какого-то богатого и интересного опыта. Ну, потому что и время советское уже заканчивалось, и мой опыт церковный, в общем-то, был не очень богатый. Я ходил в один приход, в подмосковный, в Храм Сретения Господня...

А.Пичугин:

— У отца Александра Меня...

О.Вячеслав:

— Да, к отцу Александру Меню. Регулярно, да, ходил. В Москве посещал Храмы. Но вот, как-то сказать, что вот какие-то такие традиции, именно связанные с Крещением, Богоявлением, которые, там более, как-то отличались бы... Да, за водой...

А.Пичугин:

— Нет, тут даже дело, скорее, не в том, что советские, «чисто советские» традиции... А вот что из того, что нам привычно — и вода, и Крещенские купания, о которых мы ещё поговорим — вот, что из этого сохранялось? Я не думаю, что в советское время так просто можно было, там, придти в Храм — открытый Храм — после службы, пойти и куда-то окунуться всем прихожанам.

О.Вячеслав:

— Вот про это я, правда, не слышал. Да, это очень даже интересно! Наверняка, где-то — где-нибудь вдалеке от городов... и, собственно, там, где Храм стоит недалеко от какого-нибудь водоёма, это всё совершалось... ну, по крайней мере, освящалась вода в этих водоёмах, но я просто этого не знаю. Вот, в той же Новой Деревне, там просто ничего нету рядом, поэтому...

А.Пичугин:

— Ну, там никаких водоёмов нету, да.

О.Вячеслав:

— Да, просто ничего нету, и никогда это не освящалось.

А.Пичугин:

— Клязьма — где-то далеко...

О.Вячеслав:

— Единственное, что я могу сказать, что на меня очень... такое... ещё в детстве, когда я, как раз, был совершенно таким, вполне себе советским, ребёнком — там, школьником, пионером... на меня производило впечатление — я помню очень хорошо — знаете, как иногда бывает, когда какое-то детское впечатление — оно остаётся надолго с вами как-то. Я жил в Москве недалеко от метро «Сокол» — там сейчас метро «Октябрьское поле», а тогда ещё даже не было такого метро. А Храм «Всех Святых» на Соколе — он никогда не закрывался, он был действующим. И вот, я очень хорошо помню, что как-то мы подъехали на троллейбусе, значит, собственно, к метро — а, если кто знает, этот Храм стоит как раз между кругом троллейбусным и входом в метро...

Л.Горская:

— Интересно, там ещё остались троллейбусы, или их там тоже убрали?

О.Вячеслав:

— Есть, я недавно ездил там на троллейбусе.

Л.Горская:

— Хорошо!

О.Вячеслав:

— Вот. Всё есть.

А.Пичугин:

— Трамваи, жалко, убрали.

О.Вячеслав:

— Трамвая там не было — там, по крайней мере.

А.Пичугин:

— А, там...

О.Вячеслав:

— Да. А, значит, троллейбусы есть. И вот, мы едем с мамой в метро, и меня поражает совершенно... я смотрю — стоят люди, на улице, очередь! И эта очередь — не то, что там около Храма, это вот... опять — ну, кто знает это место — там, где улица Алабяна — путепровод, мост через железнодорожные пути, то есть, это ещё километр точно до...

А.Пичугин:

— ... до Храма Всех Святых, который всегда был открыт, который — да, да, да...

О.Вячеслав:

— Да, вот ещё километр туда. Я смотрю — стоят люди: бабушки с бидончиками. Я маму спрашиваю: «Мам, а куда они стоят?» То есть, у нас во дворе молоко иногда привозили — ну, там очереди не было, но люди подходили с бидончиками за молоком. А здесь? И она мне, как раз, говорит: «Они стоят в Храм», — я говорю: «А зачем?» — «Вот, за святой водой», — я говорю: «А что это такое?» — и вот, мама мне не могла... она, в общем, хоть и родилась в деревне, выросла там, но... в общем, не смогла мне как-то это объяснить, но говорит: «Ну вот, святая вода...» — она как-то очень-очень уважительно про это всё рассказала, но меня это поразило — столько людей, стоят — как-то у меня в памяти это осталось. Я, конечно, потом это забыл. А затем уже, спустя годы, придя в Церковь, как раз вот это вот вспомнилось. И в этом смысле понятно, что Храмов было в Москве мало, да, а всё таки людей, которым нужна была эта Святыня, которые приходили, несмотря на то, что, в общем-то, это было, может быть, даже для кого-то и... ну, в общем-то, не то, чтобы небезопасно — нет, наверное, скорей всего, никто тогда, в те времена — это уже 70-е годы — не трогал, тем более, если человек уже как-то — на пенсии, но могли и сказать какое-нибудь слово нехорошее, и посудачить — а люди стояли. В общем, это тоже, мне кажется, удивительное свидетельство вот... так сказать... истории Церкви — в те времена.

А.Пичугин:

— Ну, если уж сейчас километровые очереди... ну, не километровые, конечно, но Храмов много — а очереди длинные стоят, то, я думаю, что когда Вы воцерковились — там, в Новой Деревне эти километровые очереди были.

О.Вячеслав:

— Были, да.

Л.Горская:

— У меня другие воспоминания. Раньше на Крещение, и в Сочельник наливали из шланга прямо водопроводного воду в большие баки, и мы стояли, разливали через воронки ковшиками людям в канистры эту воду. И всё время Крещенские морозы, холодно всё время, и ты стоишь — у тебя руки мокрые по локоть, ноги, в принципе, тоже мокрые по колено, потому что всё это брызгает, ты вмерзаешь, разливаешь эту воду — и это такое счастье, так хорошо! А сейчас уже, я смотрю, везде баки с кранчиками — самообслуживание, и каждый сам подходит, в канистру себе наливает, кранчик открывает-закрывает. Удобство, но вот не хватает...

О.Вячеслав:

— Вот, у нас в Храме нет кранчиков!

Л.Горская:

— Нету?

О.Вячеслав:

— Да. Ну...

А.Пичугин:

— Приезжай к отцу Вячеславу разливать!

О.Вячеслав:

— Да, у нас... Но у нас, знаете что... вот это тоже ведь...

Л.Горская:

— Утром просыпаешься — плечо болит...

О.Вячеслав:

— У нас Храм же ведь в деревне — до города километров семь. На самом деле, у нас никаких очередей нету, ничего. Вот, люди пришли на службу, они отстояли службу, и все, кто в Храме есть — никто на улице не стоит — вот, они потом пришли со своими бидончиками, или, там, с какими-то сосудами — и забрали эту воду. Вот. Мы в такой большой купели её освящаем и бочки стоят такие, и просто вот — да, женщины стоят, наливают, как вот Вы это делали. Но тут какого-то нет столпотворения, очень всё тихо, спокойно, и вот всё — больше никто не приходит. Потому что есть ещё Храм небольшой в самом городе, в Черноголовке, вот там — да, до вечера очередь.Там люди подходят, уносят — там с кранчиками уже мы сделали всё. Потому что, конечно же, воды нужно много.

Л.Горская:

— Очень с интересными такими вещами приходилось сталкиваться. Часто спрашивали нас: «А в какой момент вы туда серебро добавляете?» Не сразу понимаешь вопрос — отвыкаешь. «Какое серебро?» — «Как? Вот, у вас шланг подключен прямо к водопроводной трубе — так серебро-то вы когда туда бросаете?» Какое-то тоже советское представление, которое, видимо, было призвано вымести чудо из нашей жизни, заместив всё какой-то физикой, химией...

О.Вячеслав:

— Тогда надо же было как-то объяснять, а почему вот она не портится стоит. Ну, потому что вот то-то, вот то-то, да... А это как-то у людей, может быть, остаётся — память об этом, потому что когда-то они об этом слышали. Здесь интересно, может быть, другое. Смотрите, ведь все эти люди — их правда много. И это не может не радовать. И всегда это, как-то, Праздник! Ну, вот — да, они приходят — да, за этой святой водой. И я знаю, что среди церковных людей — мне, по крайней мере, приходилось с этим встречаться — к ним может быть разное отношение. Иногда кого-то они раздражают: «Вот, мол... ну... что вот они — такое, какое-то, языческое отношение, потребительское. Вот, святая вода им нужна, а больше им ничего и не нужно!» Да, может быть, это и так. Может быть, во многом они, увы, правы — эти люди, которые вот так как-то это чувствуют, и относятся к этим людям так. Но ведь смотрите, значит... это наша паства! Это именно тот ближайший круг нашего служения — священников, и не только священников — в Церкви, где мы можем и должны до людей донести свет Евангелия, что-то такое и так им сказать, чтобы они смогли сделать шаг, следующий шаг, и уже не просто, может быть, придти за водой, а открыть Евангелие, а затем подготовить себя к Исповеди, сделать первые шаги в опыте молитвы. Вот, мне кажется, когда Господь говорит Своим ученикам, что вот, нивы-то — убелённые, жатвы-то — много, нужно жать — вот это для нас... ну... с одной стороны и утешение, что, в общем-то, есть те, кому мы могли бы быть нужны, кому нужно Слово Божие, а в то же время это и некий укор, потому что, в общем-то, с каждым годом, мы видим одну и ту же картину — как много людей приходит за водой, а людей, которые, может быть, уже переступают порог Храма по-настоящему, став на путь покаяния — они, слава Богу, тоже есть, но их меньше.

Л.Горская:

— Я вот тоже думала недавно: ну, пускай, эти люди один раз в год в Храм приходят, ну, пускай, два — один раз куличи освятить, второй раз — за Крещенской водой. Но они же встали, они собрались, они пошли по морозцу с этими бидонами, или канистрами, они отстояли очередь — они не что-то другое делали в этот момент. Они не потратили это время никак иначе — это тоже труд. Принести эту воду домой по морозу — это тоже труд. Пускай, даже не вникает человек в то, что за этим стоит — пока — и не идёт дальше.

О.Вячеслав:

— Вот здесь мне кажется очень важным это слово «пока», да? Очень важно, по возможности... а уж как это сделать — здесь это долгий и очень непростой разговор. Чтобы человек, может быть... в этот раз, когда он пришёл за этой водой, что-то услышал, что-то смог понять, что, на самом деле, вот... ну... это — правда, и не что-то само по себе, так сказать, самодостаточное. Вот эта святая вода, которая как-то его сделает святее, там, как-то улучшит его жизнь и так далее — это ему напоминание. Напоминание о чём? Напоминание о его Крещении — ведь люди крещёные все. Напоминание о том призыве, с которого, собственно, Господь и начал свою Проповедь: «Покайтесь! И веруйте в Евангелие». Потому что без веры и без покаяния — ну, конечно же, Святыня не принесёт плода. Вот, если мы сможем хоть немного, хоть... ну, конечно же не до всех, но до кого-то донести эту мысль, как-то достучаться, дать возможность человеку немножко, что ли... ну... заволноваться по этому поводу — это очень дорогого стоит. Потому что можно же стать на другую точку зрения: ну, хорошо, пусть хотя бы так, не будем никого беспокоить... Нет, мне кажется, мы должны беспокоить. Мы должны... вот, знаете, как... У одного мистика ХVI века, немецкого... я не помню уже его имя... есть такие пронзительные, мне кажется, но очень точные слова. Он говорит так ( ну, может быть, я искажу немножко буквальную его цитату, но смысл, мне кажется, я точным смогу передать): «Христос может хоть тысячу раз Рождаться в Вифлееме, но если Он не родится в твоём сердце, то нет тебе от этого никакой пользы». Вот, это касается и Рождества, это касается и Крещения, потому что в центре Крещения, конечно же, стоит вот эта тема Покаяния — перемена жизни. А изменить жизнь может только тот — начать, захотеть — кто этой жизнью, в общем-то, как-то недоволен, кого она мучает, кого беспокоит совесть, и ему хочется стать другим. И вот тогда, как раз, этот его путь в Церковь для того, чтобы изменить себя, для того, чтобы повернуться к Богу, чтобы обрести какие-то новые смыслы, новые цели — вот это будет очень важным. И вот это, мне кажется... ну... хорошо бы, как можно больше чтобы до людей доходило. И смысл его крещения. Потому что в крещении — это тоже, мне кажется, простая вещь, но, к сожалению, увы, не усвоенная нами до конца — крещение нас не делает христианами, оно даёт нам возможность ими стать.

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА»

А.Пичугин:

— Я напомню, что в гостях у светлого радио сегодня протоиерей Вячеслав Перевезенцев, настоятель Храма Святителя Николая в деревне Макарово — это неподалёку от подмосковной Черноголовки.

Ну, вот, мы и подошли к ещё одной важной теме, связанной с Праздником Крещения. Ну, наверное, она не столь важна, конечно, как Крещенское Богослужение, не столь важна как, наверное, история с освящаемой водой, но — Крещенские купания. Потому что мы включаем телевизор, и, в первую очередь, нам в репортажах новостных показывают именно Крещенские купания. У нас рядом с Красной Площадью даже устраивают такие небольшие бассейны, где, в течение всего дня, народ туда ныряет — на морозе, или вот...

О.Вячеслав:

— Первый раз слышу...

А.Пичугин:

— Да, да, да — постоянно, уже не первый год устраивают. Там вот, напротив... там, где «Площадь Революции», там вот всё это устраивается. А как относиться к Крещенским купаниям? С одной стороны, это хорошая традиция, а, с другой стороны, есть ли в ней что-то большее, чем просто традиция?

О.Вячеслав:

— Ну, я с Вами соглашусь — мне кажется, это хорошая традиция. Вообще, Вы знаете, вера... живая вера, подлинная вера — она, как бы, потихонечку, правда, со временем обрастает какими-то такими традициями, и это очень хорошо. Важно, чтобы за этими традициями всевозможными не терялось... ну, что ли... главное, не терялась какая-то суть. Вот. И вот эти вот купания в Праздник Крещения... ну... исказить можно, конечно, всё, что угодно. Мне встречались люди, которые это делают вот с таким, что ли, устроением, настроем таким, что чуть ли... причём, люди, как раз, которые, может быть, и приходят в Церковь только раз в год, вот на этот Праздник, и, может быть, даже и минуя Храм иной раз, или зайдя туда буквально на секунду, а затем сразу же идя на водоём, где совершается вот это вот крещение. Причём, они убеждены, что, собственно, ничего больше и не нужно, потому что окунувшись в этот Праздник в студёную воду, они получают отпущение грехов, что это вот... вот такой смысл этого. Но, конечно же, это такое — да, суеверие. Отпущение грехов происходит только во время Таинства Исповеди, когда человек, раскаявшись, встаёт на путь покаяния, и желает исправить, с Божией помощью, свою жизнь. Вот тогда Господь, по милосердию Своему, прощает ему грехи, священник об этом свидетельствует, и никаких других возможностей у нас нету. Другая крайность вот этой традиции — когда просто для людей это... ну, знаете, существует же традиция таких зимних купаний — «моржи» есть, да? Ну, вот они и приходят — вот, здесь ещё и, так сказать, как-то более, может быть, интересно, торжественно... Я думаю, что не надо сводить ни к ложному мистицизму такому, ни к просто такому — физическому здоровью. Эта традиция — она, правда, связана с очень важной такой интуицией, с желанием обновиться, очиститься, начать, может быть, что-то сначала. И пусть человек, который приступает в этот день ( а может быть, он это ночью делает ) вот к этому делу — непростому — для него это тоже своего рода маленький, но, всё-таки, человеческий подвиг, потому что залезть в воду вот, когда мороз, когда как-то — неуютно, холодно, непривычно — ну, это неплохо. То есть, вот этот момент преодоления, некоего усилия — он очень важен. Вообще, навык и опыт вот этого преодоления, усилия — он очень пригодится дальше, в духовной жизни. Главное — чтобы это «дальше» было. Главное, чтобы просто не сводилась наша жизнь духовная просто к купаниям, к питью, там, святой воды или, там, ещё к чему-то — это лишь некие вехи, такие — напоминания, образы, а сама жизнь — она проходит в нашей обыденной жизни, в нашей внутренней жизни, и в нашем усилии, в нашем подвижении себя на молитву, на милосердие, на добрые дела, самоограничение. А это — ну, как бы, некая такая вот поддержка в этом желании встать на этот путь — путь преодоления и усилия.

Л.Горская:

— Но в Иордане-то вода тёплая вроде...

О.Вячеслав:

— В Иордане вода тёплая, а... так сказать...

А.Пичугин:

— ... а в Клязьме — холодная.

О.Вячеслав:

— ... а в Иордане, который в наших широтах — она разная, но, как правило — ах! ух! — очень даже холодная. И в этом тоже есть вот этот смысл, о котором я сказал. Понимаете? Конечно, окунуться в тёплую воду... ну, вот, я был на Иордане, когда был на Святой Земле и совершил вот это омовение в этих водах. Это было прекрасно и, по-своему, как-то для меня очень трепетно. Но это — одна история. А когда это совершается вот в нашей речке Пружонке — совсем другая история. И я просто вижу людей — после, понимаете? Для меня это очень такой... ну... очень важное свидетельство такое — а что происходит с людьми после того, как они что-то сделали? Вот, у нас река недалеко от Храма — маленькая, кстати, очень похожая на Иордан. Вот буквально внешне — очень похожая. И летом по цвету воды — такая мутноватая, неглубокая, извилистая, какие-то кусты свисают — в общем, прямо вот то, что... я Иордан видел в разных местах — вот, прямо очень похоже. Вот. Это прямо рядом с Храмом. Храм на холме, внизу эта речка. Мы разжигаем там большой костёр, у нас там...

Л.Горская:

— Как речка называется?

О.Вячеслав:

— Пружонка. Она впадает в речку Ворю, речка Воря впадает в речку Клязьму, речка Клязьма впадает в речку Оку, и так далее... Я всё время говорю, что можно у нас, около Храма, сесть в лодочку и доплыть — хоть до Австралии. И вот мы, значит, разжигаем этот костёр, и приходят люди — ну, и прихожане, и гости какие-то, которые, как я сказал, что только в этот день — и затем мы собираемся в нашем Приходском доме, люди общаются и... ну, вот тут даже... я просто вижу вот эти светлые лица, эту радость, это... какое-то... ну — люди обновляются! Какое-то преображение! Пусть ненадолго — увы, к сожалению, но вот эта печать — она здесь присутствует, печать какого-то, так сказать, прикосновения чего-то очень хорошего. Так, для меня очевидно, чего — Господь касается людей. Ещё раз: очень важно вот сохранить это, и приумножить — дальше, в своей жизни.

А.Пичугин:

— Мне, всё-таки, кажется важным сказать, что некоторые люди считают: неважно, что со здоровьем не очень хорошо и в холодную воду лучше не погружаться, но ведь благодать такая, Праздник замечательный, и вот нырну я — и ничего не будет! А тут, наверное, важно, всё-таки, проговорить, что надо как-то это согласовывать с собственным здоровьем и самочувствием.

О.Вячеслав:

— Да, да. Голову терять нельзя ни в каком случае! Меня, да, немножко коробит, когда я вижу, когда и маленьких детей туда кунают. Ну, так сказать, родители, наверное, сами принимают эти решения, но, в принципе — да, конечно же, есть же какое-то элементарное чувство... ну... безопасности, да? И искушать Бога не стоит никогда. Тем более, в такой Праздник.

А.Пичугин:

— Важнее, наверное, на службу прийти.

О.Вячеслав:

— Ну, это — в любом случае! Даже если ты здоров, всё равно — важнее тебе прийти на службу. И не просто прийти, а в этой службе — поучаствовать. И уж если это Праздник Крещения, так, значит, подготовиться к Исповеди, к Покаянию, приобщиться Святыни — вот это тогда и будет то главное дело. А если ты ещё потом и поучаствуешь в такой замечательной традиции как Крещенское купание — ну, и замечательно! Это будет, как раз, некий такой... ну, что ли... бонус к тому Дару благодати, который ты, конечно, получаешь в Таинствах в Храме.

Л.Горская:

— Что касается Исповеди. Наверное, в большие праздники лучше не исповедоваться, всё-таки, день в день, или, во всяком случае, не рассчитывать в праздничный день произвести какую-то полную, объёмную исповедь?

О.Вячеслав:

— Да, да. Вы правы, это очень важно. Потому что людей много, даже вот и у нас, хотя у нас такой Храм деревенский, и всё равно... Но у нас, в основном, прихожане — то есть, люди, которые постоянно ходят в наш Храм, и мы всегда настраиваем так людей, чтобы, конечно же, как-то и исповедаться накануне, до, чтобы в сам Праздник — как раз, когда приходят, может быть, вот те немногие, но кто всё-таки решился придти, и не просто придти в Храм, а вот подойти к Исповеди — чтобы, как раз, для них у нас, у священников было время. Вот. А вот люди, которые уже, слава Богу, пришли, которые уже свои — вот они, мне кажется, должны всегда об этом помнить. Потому что это дни, конечно же, миссионерские. И вот это вот... мы должны это примечать — этих людей, быть к ним внимательными, быть вежливыми, как-то... так сказать... создать эту атмосферу — тёплую, семейную, домашнюю, праздничную, чтобы люди — хоть они пришли за водой, хоть пришли они искупаться, хоть пришли просто в Храм, там, свечку поставить — чтобы они почувствовали, что здесь — хорошо, чтобы они почувствовали, что здесь царит любовь. Вот, если они этот опыт переживут, и унесут его — может быть, вместе с этим бидоном воды, или просто — то они обогатятся. И, может быть, если на то будет воля Божия, в следующий раз они уже придут и решатся сделать следующий шаг. А если встретятся с нашей чёрствостью и, не дай Бог, грубостью, то, конечно же, это беда. Это...

Л.Горская:

— ... или глупостью...

О.Вячеслав:

— ... наш страшный грех будет тогда.

А.Пичугин:

— Спасибо большое! Мы будем заканчивать нашу программу. Мы напомним, что в гостях у светлого радио сегодня был протоиерей Вячеслав Перевезенцев, настоятель Храма Святителя Николая в деревне Макарово — это неподалёку от подмосковной Черноголовки. Лиза Горская...

Л.Горская:

— ... Алексей Пичугин.

А.Пичугин:

— Всего хорошего, спасибо, до свидания!

О.Вячеслав:

— Всего доброго!

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Мы в соцсетях
******
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Другие программы
Домашний кинотеатр
Домашний кинотеатр
Программа рассказывает об интересном, светлом, качественном кино, способном утолить духовный голод и вдохновить на размышления о жизни.
Еженедельный журнал
Еженедельный журнал
Общая теплая палитра программы «Еженедельный журнал» складывается из различных рубрик: эксперты комментируют яркие события, священники объясняют евангельские фрагменты, специалисты дают полезные советы, представители фондов рассказывают о своих подопечных, которым требуется поддержка. Так каждую пятницу наша радиоведущая Алла Митрофанова ищет основные смыслы уходящей недели и поднимает важные и актуальные темы.
Часть речи
Часть речи
Чем отличается кадило от паникадила, а насельник от местоблюстителя? Множество интересных слов церковного происхождения находят объяснение в программе «Часть речи».
ВЕРА и ДЕЛО
ВЕРА и ДЕЛО
«Вера и дело» - это цикл бесед в рамках «Светлого вечера». В рамках этого цикла мы общаемся с предпринимателями, с людьми, имеющими отношение к бизнесу и благотворительности. Мы говорим о том, что принято называть социально-экономическими отношениями, но не с точки зрения денег, цифр и показателей, а с точки зрения самих отношений людей.

Также рекомендуем