
Сергей Комаров
Прочитал в одной из замечательных книг митрополита Вениамина (Федченкова) про одного швейцара в Париже, который, по благословению своего духовника, прочитывал за рабочий день три тысячи Иисусовых молитв. Он стоял перед входом в ресторан, кланялся посетителям, снимал шубы — а сам молился. Три тысячи молитв каждый день на протяжении многих лет! Кроме духовника, об этом никто не знал.
Думается: святой человек. А могло ли нам когда-нибудь прийти в голову такое словосочетание — святой швейцар? Мы не привыкли к такому, а такое есть. Потому что «дивен Бог во святых Своих, Бог Израилев». И святость всегда будет непривычна, непонятна, удивительна. Потому, что она не от мира сего.
Читая жития святых, постоянно приходится удивляться тому, насколько святость непредсказуема, иррациональна, а также незаметна и неузнаваема в грешном мире. Сами святые часто не узнавали святость друг в друге. Например, святитель Епифаний Кипрский очень не любил своего выдающегося современника, святителя Иоанна Златоуста, — открыто порицал, и способствовал осуждению вселенского учителя на печально известном Соборе под Дубом. Всю жизнь конфликтовали блаженный Феодорит Киррский и святитель Кирилл Александрийский, будучи идейными противниками в богословии.
Также бывает, что подвиг того или иного святого скрыт Богом, хотя мощи обретены нетленными и посмертные чудеса подтверждают святость. Например, отрок Артемий Веркольский. Двенадцатилетний мальчик из благочестивой семьи был убит молнией, и односельчане не отпели и не похоронили его, думая, что Бог покарал Артемия за какой-то тяжкий грех. Тело оставили на земле, набросав сверху веток. Но его мощи остались нетленными и благоуханными, и явили множество чудес. Чем отрок угодил Богу? Тайна.
Или вот святая Иулиания, княжна Ольшанская. Нашли нетленные мощи шестнадцатилетней девицы. О жизни ее почти ничего не известно. Чем она отличалась перед Богом среди множества других, умерших в том же возрасте? Бог ведает. Мы — нет.
Мир, однажды уже осудивший Праведника — Христа — часто не видит и не понимает святости. Как и свидетельствует об этом текст паремии, читаемой в честь святого на всенощной: «Достигнув совершенства в короткое время, он исполнил долгие лета; ибо душа его была угодна Господу, потому и ускорил он из среды нечестия. А люди видели это и не поняли, даже и не подумали о том, что благодать и милость со святыми Его и промышление об избранных Его».
Потому, нельзя думать, что сегодня уже нет святости. Святой может жить рядом, но мы святости не видим и меряем все по своим личным трафаретам. К тому же, в нашем сознании зачастую обитают некоторые шаблоны святости, которые могут помешать нам воспринимать святость живую, современную. Нам кажется, что если святой, то непременно монах, или епископ, или мученик, или юродивый. А ведь вовсе не обязательно. Святость в современном мире находит новые формы, имея все ту же, главную основу: любовь к Богу и ближнему.
История Церкви продолжается. А значит, продолжается история святости — самая удивительная и прекрасная история в мире.
Автор: Сергей Комаров
Все выпуски программы Частное мнение
18 ноября. «Архангел Селафиил»

Фото: Ron Lach/Pexels
Молитвенник Божий — так переводится имя Архангела Селафиила, который обыкновенно изображается со скрещёнными на груди руками — в знак молитвенного устремления к Всевышнему. Этот Архангел учит христианскую душу всегда внимать Божией благодати, дарованной нам во святом крещении, и не обращать внимания на рассудочные помыслы и мечтания, которые препятствуют молитвенному сосредоточению. Обретение внимательной, неспешной, сокровенной молитвы духа — дело всей жизни; вот почему Архангел Селафиил должен быть нами особенно любим и почитаем.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Сражение при Кинбурне (1787) и вера Суворова
По итогам мирного договора 1774 года, после победоносной для России войны с Турцией, Российской империи отошла крепость Кинбу́рн в Северном Причерноморье, на Кинбурнской косе́ в устье Днепра. Это небольшое укрепление имело огромное стратегическое значение — оно прикрывало подступы к Очакову и Херсону, важным городам на юге России. В 1787 году турецкая армия предприняла попытку захвата крепости. Оборону Кинбурна возглавил Александр Васильевич Суворов.
1 октября 1787 года на Кинбурнской косе турки высадили с кораблей десант — около пяти-шести тысяч человек. В тот день по старому стилю был праздник Покрова Пресвятой Богородицы. Суворов стоял за Литургией, когда ему доложили о подходе кораблей и высадке с моря турецких войск. Полководец приказал огонь пока не открывать, и продолжил молиться. Спокойствие Суворова перед лицом опасности укрепляло уверенность его солдат. Однако численность наших войск значительно уступала турецким. В самой крепости находилось около полутора тысяч человек, и примерно две с половиной тысячи стояли в резерве в 30 верстах от места будущего сражения. Лишь когда противник полностью высадился на берег, Суворов отдал приказ идти в атаку, и сам повёл солдат вперёд. Во время сражения он был дважды ранен. После нескольких часов ожесточённого боя десант противника был сброшен с Кинбурнской косы. Турки спешно эвакуировались на свои корабли. Они потеряли большую часть личного состава. Победа при Кинбурне стала одним из первых крупных успехов русской армии в новой войне с Турцией. Екатерина II пожаловала Суворову высшую награду Российской империи — орден святого Андрея Первозванного. Александр Васильевич в ознаменование победы построил на Кинбурнской косе церковь Покрова Пресвятой Богородицы.
В сражении при Кинбурне, как и в других баталиях, возглавляемых Суворовым, проявилось его глубокое понимание, что вера и надежда на Бога, подкреплённые личным примером, вдохновляют солдат куда лучше жёсткой муштры. Суворов неоднократно подчеркивал это и в своём знаменитом труде «Наука побеждать». «Ни руки, ни ноги, ни бренное человеческое тело одерживает победу, а бессмертная душа, которая правит и руками, и ногами, и оружием. А потому и нужно воспитывать и закаливать сердце воина, чтобы оно не боялось никакой опасности, и всегда было неустрашимо и бестрепетно», — писал он. И поступал именно так. Его мужество, отвага и упование на Бога становились мощным стимулом для солдат. Суворов не отсиживался в штабе, а шёл в атаку вместе с рядовыми, разделял с ними все тяготы походной жизни. Умел общаться с солдатами простым, доверительным языком, поддерживая дух единства и братства.
В Кинбурнской победе Суворов видел не только заслугу военного искусства и храбрости солдат. Его собственные слова объясняют эту мысль лучше всего. Он говорил: «Молитесь Богу: от Него победа».
Все выпуски программы Сим победиши!
18 ноября. «Аще бо от дел спасеши мя»
В утреннем молитвенном правиле есть слова: «Аще бо от дел спасе́ши мя, несть се благода́ть, и дар, но долг па́че».
Об их значении — настоятель Богоявленского храма в Ярославле священник Александр Сатомский:
В молитвенных текстах мы встречаем не только, собственно, ну, скажем так, некоторые опредмечивания наших просьб, нашего духовного опыта, внутреннего устроения. Но мы встречаем и очень важные сложные богословские тезисы. То есть молитва не только даёт нам, скажем, лексикон для обращения к Богу, но действует и в обратную сторону: много чего о Боге нам сообщает. И из утреннего правила строка о том, что если Ты спасёшь меня от дел, то нет в этом ни благодати, ни дара, но всего лишь долг, ставит нас перед большой темой благодати. Перед темой того, как и зачем Бог взаимодействует с сотворённым миром вообще и с человеком в частности.
А если быть точным, эта тема даже сужена до размеров веры и дел. Что спасает человека? Некоторого рода дискуссию такую мы видим внутри Нового Завета. Как кажется, апостол Павел последовательно утверждает, что очевидно спасительна вера. Апостол Иаков утверждает: без дел вера мертва — и какой же выход? А выход очевидный: нет никакого конфликта между двумя этими темами. Вера опредмечивается делами. Значимое, внутреннее ищет обозначение — это то, о чём апостол Павел скажет, собственно, как о плодах веры. Вера не может не плодоносить. Или если этого плода нет, то большой вопрос к самому нашему этому внутреннему древу веры.
При всём при этом нам и важно иметь в виду — и молитвенный текст нам на это указывает, — что мы не тщимся, не пытаемся впечатлить и обязать Бога своими собственными делами. Потому что нам не сделать Бога своим должником, нам не удивить Его ни нашей аскезой, ни нашей праведностью. И то и другое значимо, но при этом является лишь нашим ответом на действия божественной благодати. Как тот же апостол Павел говорит, что Христос умер за нас, когда мы были ещё грешниками.
Действие Божие первично. Мы не пытаемся Бога впечатлить, и утреннее правило напоминает нам об этом, что вслед за проявленной к нам любовью Божией мы несём по силе нашу веру, к ней присовокупляем, конечно, наши дела. Это не обязывает Бога ничем, но, как минимум, ставит нас перед реальностью Его божественной любви.
Все выпуски программы Актуальная тема:











