Главная › Программы › Светлый вечер › Вера и дело

«Свет творчества». Дарья и Мария Андрияка

(09.10.2025)

У нас в гостях были вдова и дочь народного художника России Сергея Андрияки Дарья и Мария.

Наши гостьи рассказали, как Сергей Николаевич передавал любовь к живописи своим детям, как сейчас они продолжают дело отца в основанных им Школе акварели и Академии изящных искусств, а также разговор шел о том, как творчество влияет на развитие личности и помогает двигаться к Богу.

М. Сушенцова

— «Светлый вечер» на Радио ВЕРА, у микрофона Мария Сушенцова. Я с удовольствием представляю наших сегодняшних гостей — это Дарья и Мария Андрияка, жена и дочь Сергея Николаевича Андрияки, народного художника Российской Федерации, академика Российской академии художеств, основателя и ректора Академии акварели и изящных искусств, отца шестерых детей. Добрый вечер.

Д. Андрияка

— Здравствуйте.

М. Андрияка

— Добрый вечер.

М. Сушенцова

— Для полноты картины я бы хотела добавить для наших слушателей, что Дарья, супруга Сергея Николаевича, сейчас является руководителем Фонда наследия Сергея Андрияки. Надеюсь, мы и об этой части вашей деятельности сегодня поговорим. А Мария сейчас является заместителем директора Школы акварели Сергея Андрияки. И, пользуясь случаем, хотела бы наших слушателей проинформировать, что в скором времени, 11 октября, будет проходить день открытых дверей в Школе акварели Сергея Андрияки с 11 до 17 часов. Вот как раз хотела бы попросить вас более подробно сделать анонс этого прекрасного события для наших слушателей.

Д. Андрияка

— Я думаю, для москвичей и в Подмосковье, да и по всей России хорошо известна Школа акварели Сергея Николаевича Андрияки, его Академия. Но в данном случае мы будем говорить именно о Школе, как о детском учреждении, подготавливающем человека в будущую жизнь, также и для профессионалов это хороший старт, кто поступает и к нам, и в другие творческие вузы. Вот 11 октября, с 11 часов утра у нас как раз будет проходить встреча и с художниками-педагогами, и будут мастер-классы, и концерты, и можно попробовать себя в лепке и в разных совершенно техниках, но в основном, конечно, это будет и рисунок, и акварель, и наши замечательные преподаватели, академики, заслуженные народные художники будут проводить мастер-классы и можно попробовать себя в этой творческой деятельности. У нас учатся не только дети, но и взрослые, без ограничений, очень большой контингент, то есть у нас учатся и в 70 лет, и в 80, в любом возрасте. Сергей Николаевич не ставил такой задачи сделать всех художниками, но хотел, чтобы человек приобщался к прекрасному, а умение писать и рисовать — это прекрасно.

М. Сушенцова

— Мария, может, что-то ещё дополните?

М. Андрияка

— Да, я хотела добавить, что у нас в Школе есть такая особенность уникальная, наверное, и возможность для многих посетителей — не просто попробовать что-то такое сделать. Допустим, мы пишем часто какие-то фрукты, овощи для детей, чтобы это было поэтапно, и они могли за час где-то написать, но и также уникальная возможность в том, что наши педагоги, многие из которых состоят в Союзе художников и академики уже, показывают такие мастер-классы уникальные для всех желающих, что любой посетитель может увидеть, как создаётся с самого нуля на чистом листе бумаги уже конечная картина, полноценная, часто это пейзаж, иногда — цветы. Поэтому, конечно, хочется всех позвать, потому что такое нужно увидеть хотя бы раз в жизни.

М. Сушенцова

— Увидеть, как работает мастер, да? Если самому не попробовать, то хотя бы понаблюдать за этим актом творчества. Замечательно. Я хотела бы и сама, как мама, и для других слушателей уточнить моменты, связанные с поступлением в Школу акварели. Насколько я понимаю, это бюджетное заведение, туда можно поступить на бюджет с определенного возраста, но, допустим, если ребёнок ещё не очень умеет рисовать, он может прийти, вероятно, на возмездной основе и заниматься, подготовиться, набрать определённый уровень, чтобы потом уже попытаться поступить на бюджет?

М. Андрияка

— Да. Мы это практикуем и с детьми, и со взрослыми желающими, то есть у нас дети где-то от 6 лет и до 14-15 могут спокойно обучаться сначала на дополнительном образовании, получать какие-то основы и затем, если их очень затягивает творческая сфера, то они поступают уже на бюджет или также на платное отделение, где они обучаются пять лет, осваивают азы акварельной живописи, рисунка, композиции, и затем, уже на выходе пишут экзаменационную работу. Очень многие у нас на выходе не могут расстаться со всей этой историей, и они уже поступают в Академию, как студенты.

М. Сушенцова

— Вы знаете, когда я готовилась к эфиру, вот этот материнский интерес во мне возобладал, поскольку сама всё время в прикладном ключе над этим размышляю: современные родители часто, такие вот ответственные родители хотят приобщить ребенка к прекрасному, дать ему максимально широкий выбор того, что существует из этого прекрасного — допустим, из сферы искусства, наук, языков, многие учат сразу по несколько иностранных языков, и особенно когда семьям многодетная, понятно, что в сутках только 24 часа, и по твоему желанию, то, сколько ты хочешь впихнуть в ребёнка, он просто взять не в состоянии, потому что время ограничено и познавательные способности ограничены. И хотела бы у вас спросить: всё-таки как увидеть в ребёнке задатки, расположенность к живописи, к сфере, которая вам особенно близка, вы в ней непосредственно живёте, творите? Потому что для общего развития везде ребёнка не отдашь, и в музыкальную школу хочется отдать, не только в художественную школу, всё-таки сделать это осмысленно, разглядеть. Вот как это разглядеть, по вашему опыту воспитания и работы в этой сфере, соприкосновения с ней?

Д. Андрияка

-Ну, наверное, если мы вернёмся к советскому времени, а может быть, и раньше, к дворянскому образованию, ведь никто не ставил своей задачей сделать из кого-то музыкантов, художников. Сейчас мы видим акварели Лермонтова, Пушкина, вальсы Толстого слушаем — не было такого вопроса, он не стоял. Каждый мало -мальски образованный человек (а что такое образование — образ Божий) понятно, что это основа — то, откуда мы пришли и куда мы идём, а остальное прикладывается к этому: музыка, живопись, языки. А уже профессиональные какие-то навыки, будет ли человек врачом, или будет он физиком, химиком, чем-то ещё заниматься, ему это никогда не помешает. А вот именно образование, как образ, это как раз и есть основа. Сергей Николаевич никогда не ставил задачу такую, чтобы именно профессионалов готовить. Он готовил школу для тех, кто просто хочет и должен, как культурный человек, уметь рисовать. Также у нас проходят прекрасные концерты классической музыки. И ребёнок, когда в этом растёт, понимаете, очень сложно прийти человеку, который не занимался музыкой или живописью и начать слушать симфонический оркестр и какой-то концерт. А если ты хоть чуть-чуть, немножко закончил школу или дома занимался, для тебя это уже совершенно другое видение, у вас другой слух, у вас другой вкус, вот это и есть образование. И я помню, были прекрасные хирурги, которые перед операциями слушали, например,какие-то отрывки из любимых произведений или наслаждались великими произведениями мастеров. Это как раз наша культура. Это то, что создал, я считаю, великий мастер, который жил в наше время, и совершенно простой, обычный человек, но просто захотел передать вот этот опыт. А поскольку у него и отец — педагог и руководитель Суриковской школы юных дарований был, и мама — преподаватель, и вся семья педагогов и художников, у него уникальные совершенно наработки с педагогами, они все — члены-корреспонденты, они все — действительные члены Академии наук, Академии художеств, то есть это высочайший уровень, и готовил он их только сам. У нас в чем вообще уникальность нашей Школы акварели, Академии изящных искусств — в том, что преподаватель делает все задания поэтапно вместе с учеником, и каждый этап он видит, то есть это наглядный пример. Это то, что было, наверное, в Италии раньше и в императорской Академии художеств. А у нас сейчас что говорят: «У вас ребенок гениальный, талантливый, вообще его учить ничему не надо, пусть сам делает». Ну хорошо, тогда давайте мы его посадим за пианино или дадим скрипку, и, не зная нотной грамоты, как он будет это делать? То же самое существует и в живописи. А видение — это очень серьезная вещь, это человек открывает для себя мир. То есть вот мы смотрим, например, на стакан, на лист, на природу, и не видим. Но как только человек берет в руку карандаш, он начинает изучать:а тут тень, а тут полутень, а тут темнее, а тут светлее, и ему становится интересно.То есть мир перед нами открывается, перед любым человеком, маленьким или взрослым. Мы преподавали когда-то с Сергеем в американском посольстве, там люди возрастные. Но они говорят: "Я гуляю утром с собакой, смотрю на ее следы на снегу, и я вижу, что тут-то темнее, а тут светлее, и я могу это нарисовать, изобразить!«То есть все, человек начал видеть. Поэтому это очень важно. А по времени — понятно, что у нас мамы особенные героини, потому что неважно, один или трое, пятеро, шестеро детей — конечно, это очень тяжело, но ведь это мы вкладываем в будущее.

М. Сушенцова

— Да, действительно. Мария, может быть, вы бы хотели добавить к ответу Дарьи? Вы же тоже выбрали путь художника для себя, как основное поприще, вот как вы почувствовали в себе к этому тяготение свое личное?

М. Андрияка

— У меня чуть-чуть такая конфликтная ситуация получилась, потому что я самый младший ребенок в семье, шестой, и я понимаю, что никто уже особо не церемонится, что ты хочешь, что ты не хочешь. Поэтому у меня с детства было так, что мы с сестрой Соней ходили и в школу художественную, и музыкой занимались, и танцами, гимнастикой, всем, чем можно, и это, конечно, было тяжело. Но вот спустя много лет, когда я себе задавала постоянно вопрос: «ну куда мне эта музыка, ну зачем она мне нужна?», то сейчас я, конечно, понимаю, что мы ходим в театр, мы ходим слушать классическую музыку, даже если я слышу современную музыку, я начинаю ее именно слышать по-настоящему, а не то что это там фон какой-то. И с музеями такая же история. Мне очень обидно от того, что у нас много очень учащихся и студентов, и еще маленьких детей, кто только-только начинает заниматься, но я вижу, что у родителей такая тенденция, что вот в музеи сейчас особо не ходят. И появилась вот эта тема, что вы можете не выходить из дома и посетить виртуальную какую-то выставку, экскурсию, и вам ничего не нужно, одеваться не надо, стараться не надо, увидеть вживую не надо. Но я считаю, что надо все-таки прививать какой-то вкус, потому что это то, что нас окружает всю жизнь, то, что мы будем своим следующим поколениям передавать и хочется, чтобы наши дети все-таки чтили традиции и уважали и родителей своих, и свои поколения, и чтобы они как-то продолжали это дело. Собственно, почему мы сейчас все занимаемся и Школой, и Академией, и образованием, и мы пишем картины, и мы их пишем не на компьютере, не поддаемся современной тенденции всех вот этих нейросетей и так далее. Я честно говорю, это просто ужас. Вот мы ходили на выставку современную, и я понимаю, что то, что мы делаем, и то, что сейчас создаётся вокруг, это очень большой контраст для людей, кто умеет думать ещё своей головой, что такое настоящее духовное. Мы всё-таки пишем не то, что мы видим, а мы пишем то, что мы чувствуем, и мы это передаём, поэтому люди, ходя на выставки, вот эту энергетику работ отца нашего и наших работ чувствуют. Поэтому я, конечно, за честное традиционное настоящее искусство, за ценности и за хорошее здоровое воспитание.

Д. Андрияка

— У нас не только учат живописи и акварели, вообще-то у нас есть всё — и масло, и темпера, и мозаика, и скульптура малых форм, и монументальное искусство, анималистика. И вот ребята, Маша с Мишей, делали сейчас свой диплом, прикладная часть состояла из мозаики 2×2 метра изображения Спасителя, Спаса Нерукотворного, они выкладывали вручную, кололи три года по благословению владыки Соловецкого. И я считаю, это такая честь для нас, что теперь она находится на святых вратах Соловецкого монастыря. Приплыла она туда в этом году, ребята её монтировали. У нас такие вот проекты, очень интересные.

М. Сушенцова

— Раз уж мы заговорили сейчас о необходимости приобщать ребёнка хоть какими-то средствами к искусству, если он не занимается в художественной школе — хотя бы на выставки водить, в музеи, то не могли бы вы раскрыть для наших слушателей, для тех, кто, может быть, не совсем понимает такую связь художественного видения и ценностей, в частности христианской веры, как для вас, в вашем опыте связано это умение смотреть на мир и видеть его, чувствуя его, выливать на холст, с верой и почитанием Бога? Потому что интуитивно кажется,что здесь какой-то прямой мостик между этими двумя сферами.

Д. Андрияка

— Ну, поскольку Сергей год как преставился, что можно сказать: во-первых, он человек был глубоко верующий, это видно по его работам, хотя они, может быть, не всегда напрямую религиозно так просвечивают, но когда видишь цветы, красоту мира, то понятно, что это воспевание Творца. Ну и, наверное, то, что он не только художник, но и педагог, основа эта чувствуется в Академии, чувствуется в Школе. Он заложил, наверное, самое главное, и всегда шел к этому. Мы образование даем, но не всегда задумываемся, что это не главное. А ведь главное для каждого человека — понимать с самого детства, что человек пришёл, но человек уйдёт, и когда он не задумывается, зачем, тогда происходит разлад и раскол в наших душах, умах и так далее.А ведь всегда же это было, что остаётся? Остаётся только то на земле, что вело именно к Творцу. Мы приезжаем в Петру, там мы видим тысячелетнюю историю, сохранившую только то, когда человек обращался к Богу. Только это мы видим. Да, они все ушли, но они шли-то куда? Ведь мы же все уйдём. И это должен знать каждый человек, вот это и есть образование. Человек рождается для того, чтобы перейти и родиться в вечность, никто тут не останется.И вот это образование, которое мы даём, и которое всегда, до 17-го года давалось. Детская литература, она же вся уничтожена, она же вся была связана именно с христианским воспитанием или, допустим, мусульманский мир, но ведь это же тоже всё ведёт к Творцу. И у любого народа вся глубина в чём заключается? Она заключается в том, чтобы человек пришёл к своему Творцу. И тогда вот это образование, которое мы даём, не даст человеку совершать то, что происходит сейчас в мире. Ведь сейчас идут дикие страдания. Мы же думаем: вот, у меня что-то в жизни случилось, у другого что-то случилось, а ведь, если представить вообще, что происходит в Палестине, что происходит с нашими людьми, ведь это же дикие-дикие страдания, а мы там что-то радуемся или переживаем, что у нас что-то случилось. Но ведь надо же быть человеком, нужно сочувствовать, соболезновать. Вот духовник Сергея, архимандрит Сергий (Савельев), он прошёл лагеря, у него вся семья приняла постриг, монашествующие все были, домовый монастырь организовали. Его дочка, Катюня, инокиня Екатерина, когда смотрела новости и что-то случалось, она плакала. Она последние годы была парализована, у нее спрашивают: «Что ты плачешь?» Она говорит: «Я в этом виновата». Каждый из нас может взять на себя малейший подвиг и помочь человечеству, то есть мы же все разделяем, либо мы пирог весь берём себе, либо мы немножко берем. Так вот, возвращаясь к нашей Школе акварели в Гороховском переулке: когда мы даём образование ребёнку, когда мы его учим видеть красоту мира, его душа откликается. И несмотря на то что это довольно сложно — сидеть с карандашом и начинать чёрным карандашом делать белое яйцо малышу, или взрослому человеку это довольно долго, но человек приходит к тому, что вот эта красота — это и есть прославление и радость жизни, которая нам подарена. И человек, занимаясь живописью, воспитывается, напитывается этим, он становится совершенно другим. И родители-то у нас тоже привлекаются, и потом сами начинают приходить многие и писать, рисовать, мозаикой заниматься и творчеством. Поэтому, конечно, образование — это основа основ.

М. Сушенцова

— Спасибо. Я вспоминаю, как Сергей Николаевич, когда ещё был жив, приходил на Радио ВЕРА и в рассказе, когда Анна Леонтьева, моя коллега, задала вопрос, как раз передача была посвящена семейным историям — «как вы воспитывали своих детей?», он так скромно очень отвечал, что не могу сказать, что я там прямо сидел и воспитывал, потому что, понятно, очень занятой человек. Но он рассказывал, как, допустим, вы всей семьёй выезжали на дачу, он садился писать свои картины, и дети как бы сами к этому приобщались. То есть он говорит: «Я не мог не писать. Вся жизнь моя этим пронизана». Он находился в своём творческом процессе, и дети просто сами к этому приобщались. И у меня сразу тоже закрался такой материнский вопрос, который я ещё тогда, слушая эту запись, хотела задать вам, Дарья: шесть детей — это подвиг, что тут говорить. Понятно, что весь быт, вся организация образования детей, воспитания легла, скорее всего, на вас, и вот как вы расставляли приоритеты? Успеть всё невозможно. Понятно, что есть что-то главное и что-то второстепенное, чем можно пренебречь. Вот что было для вас самым главным, что вы считали необходимым дать детям, чтобы они это успели взять? Потому что кушать надо всем каждый день, вовремя ложиться, делать уроки нужно всем. Вот как вы это всё организовали? Поделитесь.

Д. Андрияка

— Вы знаете, Сергей ушёл год как, и не прошло года, как у нас маленький Серёжа Андрияка родился у Сони. У нас сейчас маленький внук. Мы говорим о духовном воспитании, конечно, это основа снов, ведь начинает всё закладываться с самого начала. И наше посвящение этой жизни комфорту, удобству, бизнесу, деньгам — тому, к чему принято сейчас призывать человека: «ты этого достоин» — а чего ты достоин, собственно говоря? С чего ты это взял? Господь тебе дал жизнь — слава Богу. Он — Творец, Он может в любой момент как создать, так и уничтожить, это Его право. Мы же — горшок, и почему мы должны быть лучше, чем другой горшок? Один для того, другой для другого. Вот основа для малыша — это питание. Питание духовное, которым живут родители, но и точно так же питание материнским молоком. Вот Соня работает проректором, но она кормит малыша. Она не спит вообще совершенно, ходит на работу, но и грудным вскармливанием занимается постоянно. Это должно сохраняться, это труд, но ты вкладываешь в будущее и здоровье ребёнка. Точно так же, вот я смотрю сейчас, у людей есть деньги, нет денег — все покупают баночки. Зачем консервами кормить ребёнка? Вы же не едите сами консервы? Даже если на них написано срок годности неделя или сколько-то, ну как вы думаете, овощи смешанные с мясом, сколько пролежат? Можно же сварить свежие овощи, их полно сейчас. Можно точно так же протереть немножко ему курочку или что-то ещё. Сначала как человек растёт? Он растёт физически, развивается физиологически, потом уже начинает потихонечку образование, а потом духовно возрастать. Поэтому, мне кажется, не нужно себя в этом жалеть. Нет, ну до определённого предела, конечно, мама должна быть здорова, чтобы могла посвящать себя семье, но, конечно, немножко себя отдавать нужно.

М. Сушенцова

— Если я правильно вас услышала, то на каждом этапе развития ребёнка свой приоритет. Когда он совсем малыш, это качественное питание, уход, режим; подрастает — качественное образование; доходит до нравственного уже сознания, условная граница с семи лет, когда ребёнок на исповедь приходит — уже духовное начинает в его жизнь больше проникать. Да, очень интересно, спасибо. Может быть, Мария что-то расскажет из своего детства, какую-нибудь историю?

М. Андрияка

— По поводу воспитания у меня, наверное, такой взгляд, с точки зрения ребёнка. Как-то так поделились негласно, мне кажется, обязанности у папы и у мамы, потому что с мамой у меня всегда ассоциация была про такую защиту, если что-то там случается, потому что мы постоянно вместе, я понимаю, что это контроль, это забота, это здоровье, все такие основные аспекты. Папа — это такой культурный вклад, это о духовном, о глубоком, это вот посидеть, поговорить. Когда мне было примерно четыре годика или пять лет, на Святки приезжали гости, и я помню, что в платьице около папы стою у стола, и он сидит, взъерошенный, с документами, такой: «Маша, Маша абитуриенты, понимаешь? Я не понимаю, у меня там проблемы в Академии...» А я всё это слушаю, не понимаю ни одного слова, приезжают гости, с леденцами какими-то, подходят и говорят: «Ну как ты, Машуня?» Я говорю: «У нас абитуриенты в Академии, там проблемы с ними», сама не понимая, что это такое, и у меня этот поток информации. Поэтому для меня папа — это какой-то пласт целый культуры, и я понимаю, что нигде больше такого я не получу. То есть все музеи, в которых мы были, это не какой-то тебе аудиогид или просто книжку прочесть, но это просто энциклопедия ходячая. И все, что он в нас вкладывал, он это делал по-своему, но я надеюсь, что мы ему отдачу какую-то дали. Мы сейчас со студентами работаем вместе, я им рассказываю, что мы в Италии ходили по этим соборам, и я ловлю себя на мысли, что у меня начинает такой запал идти, я уже не могу остановиться и понимаю, что им, может, не очень это интересно, но спустя какое-то время, если вкладывать эту основу, ты тоже будешь получать от этого отдачу.

М. Сушенцова

— «Светлый вечер» на Радио ВЕРА продолжается. Сегодня у нас в гостях Дарья и Мария Андрияка, жена и дочь Сергея Андрияки, народного художника Российской Федерации, академика Российской академии художеств, основателя и ректора Академии акварели и и изящных искусств, отца шестерых детей. Мария, вы хотели рассказать нам историю.

М. Андрияка

— Да, это было уже довольно давно, была зима, маме нужно было куда-то уехать, и она попросила папу с нами посидеть. Но в его понимании мы, конечно, были уже полноценные взрослые осознанные люди, и мы пошли гулять на улицу. Это всё на даче происходило, мы старались воспитываться за городом, чтобы всё-таки получать там свежий воздух, и чтобы иммунитет был для здоровья. И когда с нами папа вышел на улицу, он не очень понимал, что вообще надо делать с детьми, он стал рассказывать, что когда-то сам маленьким попал в больницу, когда заболел тяжело, и во дворике больничном он слепил из снега Ленина на лавочке, прямо такого скульптурного, полноценного. Мы так с Соней слушали, и он говорит: «Ну, давайте я вам покажу, как вообще из снега можно лепить. Это не то что снеговик, а считайте, что снег — это ваш пластилин». И он нам слепил большую козу из снега, такую с рогами, я её помню, у нас даже фото где-то остались. Но это было не всё, самое-то ужасное, что он нашёл детскую акварель и на снегу набил, он нам её расписал, но, конечно, он это сделала со своего художественного многолетнего опыта, а для нас с сестрой это было как красный флаг всё. И поэтому, когда мама приехала, а уже были сумерки, у нас весь участок, весь снег, всё было в каких-то кровавых, зелёных, ярко-жёлто-синих вот этих пятнах, и, конечно, это уже был знак, что всё-таки, когда папа художник, то надо быть на чеку всегда, что кто-то должен быть, кто будет следить.И все измазанные стены в деревянном доме этим пластилином, вот я сейчас вспоминаю, не знаю, откуда у мамы столько терпения было, что нам с сестрой выделили стенку, чтобы мы на ней лепили, потом нам раз в месяц давали ножичек, мы её счищали до идеального состояния, и начиналось всё по-новой. И в таких вот вещах я благодарна тому, что у нас очень понимающие мама с папой, они видели, что у нас есть какие-то задатки или попытки в творчестве, и они это не пресекали. Хотя я знаю, что есть многие семьи, где родители видят, что ребёнок на стене что-то нарисовал и начинают на него ругаться. Но всё-таки это может быть вот такой случай, что из этого ребёнка может вырасти художник или даже он будет какой-то театрал. У меня ещё нет детей, но мне кажется, что надо всё-таки поддерживать и наоборот как-то подталкивать.

М. Сушенцова

— Замечательная история, на самом деле очень вдохновляет. Я сразу вспомнила, сколько раз я своих детей ругала за нещадно изрисованные стены, а это чревато, вдруг там что-то гениальное начало проявляться. Дарья, насколько я знаю, вы преподаватель иностранного языка. Расскажите, вам удавалось совмещать эту свою профессиональную стезю с материнством? То есть вы все эти годы работаете?

Д. Андрияка

— После первого я выходила, после второго, а после третьего я уже не вышла больше. Я преподавала в ИнЯзе и сейчас веду кафедру у нас в Академии английского языка. Я считаю, что это никому ещё не мешало и наоборот, помогает, если человек может общаться, свободно читать и посещать какие-то мероприятия, это очень хорошо. А вот насчёт того, что Маша сказала, если увидеть в человеке какую-то искорку, и он, возможно, будет талантливым художником или кем-то: мы сейчас делали как раз выставку в Кремле — в ГКД, там она работает только для посетителей спектаклей, концертов, и телеканал «Спас», они дружат с Машей давно, и дружили с Сергеем Николаевичем, сделали очень хороший репортаж. И я посмотрела, послушала, когда Сергей говорит о талантах, это как раз слова его духовника, он говорит: «Да, конечно, талантливым может быть и художник, и музыкант, но главный талант всё-таки — это быть человеком». Поэтому главное —воспитать в ребёнке не желание и стремление стать бизнесменом, а всё-таки быть человеком и иногда уметь уступать, пожалеть и помочь. А творчество этому очень способствует, так же, как и литература детская, точно так же и художество. Вот такая мягкость души, видение красоты, всё это, конечно, развивает и взрослого, и ребёнка как личность. Поэтому в нашей Школе акварели мы с удовольствием будем вас ждать 11 октября с 11:00 до 17:00 на дне открытых дверей, и в Академии, это Гороховский переулок, дом 17 на Курской (не путайте с Грохольским, почему-то все всегда про него думают). У нас очень хорошие музеи, кстати, — музей Сергея Андрияки в Академии и в Школе, где фондом сохраняются все его работы, и также мы проводим очень хорошие выставки, у нас проходили выставки «Великие репинские ученики», по картинам Тропинина и современных прекрасных художников, поэтому я, когда прихожу в Третьяковскую галерею и смотрю, сколько там народу, то думаю: интересно, люди стоят на улице и не могут попасть, а ведь Курская, юго-запад — это совсем не так далеко, и мы приглашаем всех посетить наш музей, я считаю, это такой кладезь. У нас есть музей старых мастеров, который собирал Сергей Николаевич, там старые кварели, уникальные совершенно предметы искусства. Мы будем рады видеть всех в наших стенах.

М. Сушенцова

— Спасибо. Действительно, хочется посоветовать москвичам и себе самой расширять свой художественный кругозор и не зацикливаться только на общеизвестных на всю страну и за её пределами самых крупных музеях, но открывать для себя менее, может быть, масштабные, но не менее важные по содержанию места, это очень важно. Действительно, есть такая информационная асимметрия.

Д. Андрияка

— Мы всю жизнь живём в Замоскворечье, в Монетчиковских переулках, и всегда ходили в музей Тропинина, потом его затопило, там было несчастье, вот Сергей как раз перевёз все работы Тропинина, они выставлялись у нас в Школе акварели на Гороховском, на Курской. И вот сходить в музей Тропинина, это же старинный особняк, окунуться в эту атмосферу, или прийти в Школу акварели Андрияки, это тоже старинное здание, уникальное, там евангелический приют был, а сейчас как раз детская школа искусств Сергея Андрияки. В общем, для москвичей и гостей это, я думаю, очень интересные, такие знаковые должны быть места.

М. Сушенцова

— Абсолютно. Мне тоже кажется, что вот такие малые музеи, хотя я думаю, он не малый, но вот музеи, которые менее известны, чем самые крупные, их действительно надо как-то особенно информационно продвигать, потому что Москва — огромный город, и действительно, люди часто хотят пойти и приобщиться к прекрасному, к живописи, но просто пугаются там столпотворения или не хотят идти в очень массовые места. А более камерные музеи — замечательный вариант.

Д. Андрияка

— Да, им создана Школа, это как раз старинный особняк на Курской, Академия на юго-западе, это 33 тысячи квадратных метров, она не маленькая, она гигантская, на улице академика Варги, 15. И это учреждение он строил с нуля, сам всем этим занимался, государственное, бюджетное, и музей, и музей старых мастеров, музей Андрияки и музей современных художников. У нас совершенно уникальные выставки проходят, я думаю, что будет интересно.

М. Сушенцова

-Да, спасибо большое. Расскажите, пожалуйста, Мария и Дарья, может быть, вместе дополните картину, вот как в вашей семье детей знакомили с верой? Это ведь очень тонкий момент и здесь всегда хочется не передавить, не перестараться в своем стремлении привести детей за ручку к Богу, такая сфера тонкая.

Д. Андрияка

— Ну вот если Сергея мама принесла с рождения в храм, он такой вымоленный ребенок, в советское время, хотя семья была репрессирована у нее. Она пришла как раз к архимандриту Сергию (Савельеву) в Елоховский собор, очень долго она вымаливала этого единственного сына. И Сережа с рождения, хотя и в советское время, но приобщался Святых Таин и всю жизнь прошел и ушел точно так же, и причислен к братии из Соловецкого монастыря практически, это такой духовный путь. А я помню, мне было годика три или четыре, совсем была маленькая, я вышла из дома во двор и смотрю, стоит гроб, и лежит человек. И у меня вот прямо с самого детства возник вопрос: ну хорошо, если человек родился, я так люблю маму, своих родных, а как же это всё закончится — выкинут, как куклу, на помойку? Тогда в этом нет никакого смысла. И у меня тогда возникло совершенно полное противоречие, думаю: нет, должно быть такое место, где все бы помещались, и все были всегда. И вот чувство Бога было внутри заложено, я знала, что есть Творец, что есть Бог. Но я не могла понять — а как же оно должно быть, если люди вот так умирают и зачем вообще эта жизнь нужна, если такая прекрасная любовь, красота, но всё это так вот заканчивается. И как раз, когда открылись храмы, мы пришли на Таганку, по-моему, на Болгарское подворье, и первая проповедь, которую я вообще услышала, была проповедь о вечной жизни. И у меня не возникло больше никаких вопросов. Я поняла, что это так и есть, что люди действительно рождаются для того, чтобы жить вечно, но всем нам надо пройти через такие вот сложности.

М. Сушенцова

— А сколько вам было лет, когда вы услышали эту проповедь и для вас все прояснилось?

Д. Андрияка

— Четырнадцать лет, 1988 год, и больше вопросов не было. Мы всю жизнь ходили к владыке Алексию (Фролову) в Новоспасский монастырь, он был наш духовник. И с Сергеем потом, когда уже отец Сергий его умер в 77-м, он тоже ходил. И нам повезло, это уникальный человек для всей Москвы. Ну а для детей, вот с чего я начала, владыка Алексий говорил очень правильную вещь: «А зачем вы приносите младенца причащаться, если сами не ходите, чтобы он что? Чтобы он спал лучше? Или чтобы не кричал? С какой целью? Ребенок живет духовной жизнью своих родителей. и сколько бы вы не говорили ему: «ты не кури», но если вы курите, он будет курить; «не пей», но если вы пьете, он будет пить. И я не говорю, что это нельзя поправить, я просто говорю, что сейчас ты идешь по улице, дети идут из школы, и мат стоит такой, что можно сойти с ума. Как только дети идут в садик или в школу, они начинают с этим знакомиться.

М. Сушенцова

— Вы знаете, мы важную сейчас действительно тему подняли — религиозного воспитания детей. Полностью с вами согласна, как в известной поговорке, лучше говорить не детям о Боге, а разговаривать о детях с Богом. И духовная жизнь родителей точно первична. Но вот есть, с другой стороны, влияние среды и даже если ты сам веришь, ходишь в храм, стараешься не сильно нажимать на детей, но ты видишь, особенно в подростковом периоде, как начинает как будто ум и душу твоего ребенка кто-то куда-то уводить, несмотря на то что ты пытаешься дома создать все условия, своим примером, насколько можешь, посильно. Вот как этот период проходил у вас, Мария, может быть, вы поделитесь и со стороны ребенка взгляд дадите, как удержаться? Примером ли своих родителей, может быть, какие-то еще родственники авторитетные духовные лица?

М. Андрияка

— Вот уже сейчас, наверное, я могу спокойно сказать, что у меня был очень такой нехороший период, но не в плане того, что он какой-то маргинальный или незаконный. Я помню, что мы всегда с детства ездили в храмы на все праздники и читали Библию, и у меня всегда лежала детская Библия. Вообще у меня в детстве какая-то ассоциация с Богом была чуть-чуть, можно даже сказать, мультяшная, потому что я видела эти иллюстрации в детской Библии и всё это воспринимала, что есть рай, есть ад. И у меня действительно в детстве эта мысль была, я думала: так, вот мне сейчас семь лет, и с завтрашнего дня я больше не буду лгать, никого не ругать, ничего не буду, тогда у меня будет ещё столько лет, и так я попаду в рай. И каждый раз год проходил, я думаю: ну, в следующем году, ну, в следующем. И на самом деле я, когда выросла, то заметила, что вот это вот «в следующий и в следующий раз» это со службами часто бывает, то есть надо себя просто заставить. Вот мы ходим на работу, я понимаю, что не все её любят, но с храмом это то же самое, это дань уважения, которую мы отдаём Богу просто за всё. И у меня был период где-то с 14 лет, года два, наверное,когда у меня начались какие-то мысли, что мне всё это не надо, мне всё родители навязали, а почему я должна, если у меня есть свои мозги, и я могу сама выбирать? Вот у меня там знакомый не ходит, и я не буду. И в какой-то момент я себя поймала на мысли,что, если безотносительно какой-то религии вообще рассуждать, что такое человек, то у каждого человека есть понятие совести. И совесть для меня — даже не чувство, но это, наверное, и есть та часть души, которая не поддельная. И если ты начинаешь чувствовать в голове, что тебе уже там стучат, и это не кто-то сверху, это и есть тот самый показатель того, что всё-таки ты живое существо и тебе нужно к чему-то быть причастным. В нашем случае это православие, это Бог, это ходить на службы, вместе с семьёй отмечать все эти праздники. Для меня очень ценны Рождество, Пасха, вот это чувство, когда все идут ночью на службу, и ты понимаешь, что четыре часа ты там будешь стоять, и уже все сонные, но эта ценность даже не человеческая, а духовная. И это то, что надо детям тоже как-то объяснять, что всё-таки может наступить момент, когда этого уже не будет. Это то, что мы ценим и с семьёй, и уже со следующими поколениями. Но с детства очень важно ребёнку именно объяснять не зачем ходить в храм, а что такое совесть и как её нужно воспитывать в самом себе. Что родители — это замечательно, это поддержка всегда, но всё-таки человек должен быть человеком с самим собой, всегда.

М. Сушенцова

— То есть заходить не через внешние какие-то запреты и ограничения, а именно апеллировать к тому, что внутри тебя — ты же чувствуешь какое-то расхождение.

М. Андрияка

— Да. И любой человек сам может всегда определить, правильно он живёт или нет, и это не то, что у нас в Конституции прописано, а просто на чувствах. Вот сейчас идёт такая тенденция, я вижу что у молодёжи, начиная буквально лет с двенадцати в школах, в вузах, у многих какая-то депрессия начинается и говорят, что непонятно, из-за чего это идёт, и они много в телефонах сидят, и это потому, что фильмы плохие снимают. А у нашего философа Ильина есть очень хороший маленький такой рассказ, называется «Мировая пыль». И он там пишет очень хорошо о том, что вот каждый человек — это такая ходячая душа, и у него душа — как фильтр, а есть вот пыль, которой он себя засоряет. И то, что нас окружает — какие-то сериалы, фильмы, реклама, то есть всё, что мы видим, это то, что через нас проходит, и мы или это отфильтровываем, или мы это оставляем в себе. И духовная жизнь, как мне кажется, нужна для того, чтобы мы могли вовремя очищаться. Многие люди это делают там разными способами. Вот мы уже пятнадцать лет ездим на Соловки, и очень многие люди, кто туда попадает, говорят, что это то место, где они почувствовали себя открытой книгой, абсолютно незащищённой такой оболочкой ходячей, и они там напитываются вот этой духовностью, потому что она там от травинки до монастыря необъятна. Поэтому и в жизни нужно постоянно в голове держать то, что у нас есть вот этот фильтр, и нам нужно всё-таки духовную жизнь как-то поддерживать в себе.

М. Сушенцова

-Замечательно. Надеюсь, сейчас нас слушает молодое поколение.

М. Андрияка

— Ну это уже, к сожалению, дело личное. Мне кажется, до этого надо дойти.

М. Сушенцова

— Согласна.С одной стороны, дело личное, а с другой стороны, всё-таки, находясь в родительской позиции, ты понимаешь, что ты тоже хочешь сделать всё, что от тебя зависит, по крайней мере. Привести никого к Богу за ручку невозможно, Бог сам призывает человека, и только личная встреча с Ним может что-то изменить, на самом деле, на самой глубине. Но тем не менее всё-таки хочется верить, что мы тоже не бессильны и только в позиции наблюдателя.

Д. Андрияка

— А вот, кстати, Сергей Андрияка, помимо своей любви такой, поклонения прямо Соловкам, вывозил туда всю свою Академию. И Школа акварели его тоже выезжает всегда летом на практику, в основном, это проходит в таких древнерусских городах, как Ярославль, Кострома, вот Академия была на Соловках, и Архангельск, и Новгород, и Псков. Это тоже приобщение своего рода через искусство к вечности. А на Соловках у нас была интересная история. Там хорошо ходить на службу, на исповедь. А дети ещё маленькие были, лет пятнадцать назад. И говорю, что всё зло, которое у детей-то есть, это же всё равно от нас. Ну, мы же покупаем эти телефоны, мы очень долго боролись с этим, но на какой-то момент кто-то подарил, ещё что-то. У нас не было компьютера и сейчас, слава богу, нет. Папа выкинул один раз из окна на даче, и всё, больше не ставили. Но даже через гаджеты всё равно же это идёт, и идёт больше негатива. Хотя можно, конечно,и позитивную, и полезную информацию найти, но ребёнок не может фильтровать, поэтому очень часто удар такой получается на его детскую психику и душу. И я говорю, что вот это моя вина. Ну и прихожу домой, спрашиваю: «А где девчонки, ребята где?» Мне говорят, что они на море пошли писать, еще что-то. А там как раз отлив, и они писали, а потом оставили рюкзаки, пошли собирать мидии. Когда они вернулись, все телефоны уплыли.

М. Сушенцова

— Да вы что? Вот так вот, сила исповеди на Соловках.

Д. Андрияка

— Это вот сила, мы же все больше связаны со своими детьми, чем мы думаем. И если мы что-то берём на себя и хотя бы пытаемся, то ответ-то всегда есть.

М. Сушенцова

— У меня была похожая история с телефоном, причём дважды. У нас только у старших был смартфон, мы потом тоже с ними расстались, теперь все на кнопочных в итоге, а у кого-то вообще их нет. Но был период, когда мы, чтобы быть в тренде, дочка старшая нас уговаривала, ей было лет девять, по-моему, и она: «вот все ходят, давайте и мне тоже». Мы ей какой-то старенький смартфон дали, и в тот же день или на следующий она его роняет у дедушки на даче в сугроб, и всё, телефон просто канул. Его нашли только через полгода, он уже был мёртвый совершенно. А вторая ситуация была, когда мы ей какой-то другой потом, со временем, за что-то выдали, и снова я так расстраиваюсь от этого, себя виню. Наступает Великий пост, в первый же день Великого поста она его оставляет где-то в кафе, и всё, и телефону пока. Я думаю: это вообще знак, ну так не бывает, что вот чётко в пост. Пожалуйста, дорогие родители, обратите внимание на своих детей, что вы им опять в руки дали? Такие вот четкие сигналы, как будто ложкой деревянной по лбу дали.

М. Андрияка

— Ну вот ещё по поводу телефонов я чуть-чуть добавлю. У нас в Школе и в Академии есть такая ценность того, чтобы дети обучались основам акварельной живописи, рисунку и так далее. Исследования были, что вот сейчас дети сидят в соцсетях, они листают видео, и от того, что мозг не может концентрироваться, они потом и в школах, и дома, уже подрастают и не могут ни на чём долго сосредоточиться, неусидчивы, им надо куда-то бежать. И бывают, конечно, изначально какие-то особенности, но в основном, это идёт такая тенденция сейчас. И в чём преимущество занятий рисованием: в том, что вот ребёнка отдают, и сначала мы, когда вели у детей занятия, сталкивались с родителями, кто в шоке был от того, что у него ребёнок два с половиной часа сидит и не встаёт, они считали, что это кошмар. Я объясняла, что он встаёт и бегает на перемене, но зато он какие-то знания получает. И даже если родитель не воспринимает это как ценность именно искусства, это можно воспринимать хотя бы как вклад в развитие именно в том плане, что ребёнок, когда вырастает, спустя пять лет обучения, действительно становится более усидчивым, более терпеливым, более осознанным. И вот эта концентрация, которая идёт, вот мы пишем, стоит стакан с водой, тут лист бумаги — это же постоянно надо глазами смотреть, а это гимнастика для глаз, это мелкая моторика в случае, если лепка какая-то. И поэтому преимуществ в плане основы воспитания именно на изобразительных каких-то искусствах колоссальное количество идёт.

М. Сушенцова

— Спасибо, Мария. Я напомню нашим слушателям, что всех приглашаем11 октября с 11 до 17 часов в Школу акварели Сергея Андрияки в Гороховском переулке, дом 17. Приходите, будет очень интересно, разнообразно, можно будет все попробовать самому, поучаствовать. Дарья и Мария, благодарю вас за этот разговор. Ещё в новых аспектах раскрылась жизнь, опыт вашей замечательной семьи. Напомню, что Дарья и Мария Андрияка — жена и дочь Сергея Николаевича Андрияки, народного художника Российской Федерации, академика Российской академии художеств, основателя и ректора Академии акварели и изящных искусств и отца шестерых замечательных детей. Большое вам спасибо за этот разговор.

Д. Андрияка

— Благодарим вас.

М. Андрияка

— Спасибо вам большое.

М. Сушенцова

— До свидания, до встречи через неделю.

Все выпуски программы Вера и Дело

Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов

Другие программы

Утро в прозе

Туча

Скачать

Фото: Тимофей Овчинников / Pexels

Еду в новый офис нашей компании знакомиться с коллективом. Маршрут незнакомый. Состояние сосредоточенное, много вопросов нужно решить, да и кадровыми перестановками, наверно, будут довольны не все. Небо в унисон мыслям пасмурное, не торопится весна, запаздывает.

Внимательно слежу за указателями, чтобы не пропустить свой поворот. Завершив манёвр, неожиданно оказываюсь свидетелем редкого зрелища. Край плотной серой тучи рассёк небосвод точно пополам. Левая его часть оказалась выкрашенной в яркий цвет лазури. Солнечный свет мощным потоком льётся с этой части на фасады высоток, графикой теней выделяя выступы и балконы. Правая часть неба осталась под плотным серым покровом, и дома угрюмо увязли в тусклом свете, будто спят.

Еду по шоссе прямо под каёмкой тучи. Навигатор предупреждает занять крайнюю левую полосу и подготовиться к повороту. И уже через минуту я оказываюсь на за́литой солнцем половине района. Моё внутреннее состояние само собой просветляется. Ведь на самом деле, даже если настроение у коллег в новом офисе будет «темнее тучи», всё поправимо. Постараемся найти общий язык, выстроим пути объезда спорных ситуаций. Ведь туча — временное явление, а за ней, скорее всего, яркая лазурь неба.

Текст Екатерина Миловидова читает Алексей Гиммельрейх

Все выпуски программы Утро в прозе

Читать полностью

Другие программы

Богослужения вечера

Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Всенощное Бдение Пятидесятницы и воскресного дня. 31 мая (вечер 30 мая) 2026г.

Неде́ля 8-я по Па́схе. День Свято́й Тро́ицы. Пятидесятница.

По древней традиции, в День Святой Троицы на праздничном аналое лежит икона Пятидесят-ницы («Сошествие Святаго Духа на Апостолов»). Начиная с великой вечерни в сам день праздника
(с коленопреклонными молитвами), на аналое находится икона Пресвятой Троицы. В Понедельник Святаго Духа вечером (перед вечерней) опять полагается икона Пятидесятницы, которая оста-ется на аналое до отдания праздника в субботу.

ВСЕНО́ЩНОЕ БДЕ́НИЕ

Вели́кая Вече́рня

Диакон: Воста́ните!

Хор: Благослови́.

Иерей: Сла́ва Святе́й и Единосу́щней и Животворя́щей и Неразде́льней Тро́ице всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Священнослужители в алтаре:

Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́ Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Ему́.

Псало́м 103, предначина́тельный:

Хор: Благослови́, душе́ моя́, Го́спода./ Благослове́н еси́, Го́споди./ Го́споди, Бо́же мой, возвели́чился еси́ зело́./ Благослове́н еси́, Го́споди./ ... / Вся прему́дростию сотвори́л еси́./ Сла́ва Ти, Го́споди, сотвори́вшему вся.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Вели́кая ектения́:

Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)

Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.

О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.

О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.

О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.

О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.

О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.

О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.

О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их. Го́споду помо́лимся.

О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.

Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Блаже́н муж:

Хор: Блаже́н муж, и́же не и́де на сове́т нечести́вых.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Я́ко весть Госпо́дь путь пра́ведных, и путь нечести́вых поги́бнет.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Рабо́тайте Го́сподеви со стра́хом и ра́дуйтеся Ему́ с тре́петом.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Блаже́ни вси наде́ющиися Нань.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Ектения́ ма́лая:

Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Твоя́ держа́ва, и Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Го́споди, воззва́х, глас 1:

Хор: Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя./ Услы́ши мя, Го́споди./ Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя:/ вонми́ гла́су моле́ния моего́,/ внегда́ воззва́ти ми к Тебе́.// Услы́ши мя, Го́споди.

Да испра́вится моли́тва моя́,/ я́ко кади́ло пред Тобо́ю,/ воздея́ние руку́ мое́ю/ — же́ртва вече́рняя.// Услы́ши мя, Го́споди.

Стихиры Пятидесятницы, глас 1:

На 10. Стих: Изведи́ из темни́цы ду́шу мою́,// испове́датися и́мени Твоему́.

Стихира: Пятдеся́тницу пра́зднуим,/ и Ду́ха прише́ствие,/ и предложе́ние обеща́ния,/ и наде́жди исполне́ние,/ и та́инство ели́ко,/ я́ко вели́ко же и че́стно./ Те́мже вопие́м Ти:// Соде́телю всех Го́споди, сла́ва Тебе́.

Стих: Мене́ ждут пра́ведницы,// до́ндеже возда́си мне.

На 8. Стих: Из глубины́ воззва́х к Тебе́, Го́споди,// Го́споди, услы́ши глас мой.

Стихира: Язы́ками иноро́дных/ обнови́л еси́ Христе́, Твоя́ ученики́,/ да те́ми Тя пропове́дят/ безсме́ртнаго Сло́ва и Бо́га,// подаю́щаго душа́м на́шим ве́лию ми́лость.

Стих: Да бу́дут у́ши Твои́// вне́млюще гла́су моле́ния моего́.

Стихира: Вся подае́т Дух Святы́й,/ то́чит проро́чествия, свяще́нники соверша́ет,/ некни́жныя му́дрости научи́,/ ры́бари богосло́вцы показа́,/ весь собира́ет собо́р церко́вный./ Единосу́щне и сопресто́льне Отцу́ и Сы́ну,// Уте́шителю, сла́ва Тебе́.

Стихиры Пятидесятницы, глас 2:

На 6. Стих: А́ще беззако́ния на́зриши, Го́споди, Го́споди, кто постои́т?// Я́ко у Тебе́ очище́ние есть.

Стихира: Ви́дехом свет и́стинный,/ прия́хом Ду́ха Небе́снаго,/ обрето́хом ве́ру и́стинную,/ неразде́льней Тро́ице покланя́емся:// Та бо нас спасла́ есть.

Стих: И́мене ра́ди Твоего́ потерпе́х Тя, Го́споди, потерпе́ душа́ моя́ в сло́во Твое́,// упова́ душа́ моя́ на Го́спода.

На 4. Стих: От стра́жи у́тренния до но́щи, от стра́жи у́тренния,// да упова́ет Изра́иль на Го́спода.

Стихира: Во проро́цех возвести́л еси́ нам путь спасе́ния,/ и во апо́столех возсия́ Спа́се наш, благода́ть Ду́ха Твоего́:/ Ты еси́ Бог пе́рвый, Ты и по сих,// и во ве́ки Ты еси́ Бог наш.

Стих: Я́ко у Го́спода ми́лость, и мно́гое у Него́ избавле́ние,// и Той изба́вит Изра́иля от всех беззако́ний его́.

Стихира: Во дво́рех Твои́х воспою́ Тя Спа́са ми́ра,/ и прекло́нь коле́на, поклоню́ся Твое́й непобеди́мей си́ле,/ ве́чер, и у́тро, и полу́дне,// и на вся́кое вре́мя благословлю́ Тя Го́споди.

На 2. Стих: Хвали́те Го́спода вси язы́цы,// похвали́те Его́ вси лю́дие.

Стихира: Во дво́рех Твои́х, Го́споди, ве́рнии/ коле́на душ и теле́с прекло́нше,/ воспева́ем Тя безнача́льнаго Отца́,/ и собезнача́льнаго Сы́на,/ и соприсносу́щнаго и Пресвята́го Ду́ха,// просвеща́ющаго и освяща́ющаго ду́ши на́ша.

Стих: Я́ко утверди́ся ми́лость Его́ на нас,// и и́стина Госпо́дня пребыва́ет во век.

Стихира: Тро́ицу Единосу́щную песносло́вим,/ Отца́ и Сы́на, со Святы́м Ду́хом:/ та́ко бо пропове́даша вси проро́цы,// и апо́столи с му́ченики.

Стихира Пятидесятницы, глас 8:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Догматик: Прииди́те лю́дие,/ триипоста́сному Божеству́ поклони́мся,/ Сы́ну во Отце́, со Святы́м Ду́хом:/ Оте́ц бо безле́тно роди́/ Сы́на соприсносу́щна и сопресто́льна,/ и Дух Святы́й бе во Отце́ с Сы́ном прославля́емь:/ еди́на си́ла, еди́но существо́, еди́но Божество́./ Ему́же покланя́ющеся вси глаго́лем:/ Святы́й Бо́же, вся соде́явый Сы́ном, соде́йством Свята́го Ду́ха./ Святы́й Кре́пкий, И́мже Отца́ позна́хом,/ и Дух Святы́й прии́де в мир:/ Святы́й Безсме́ртный, уте́шительный Ду́ше,/ от Отца́ исходя́й, и в Сы́не почива́яй:// Тро́ице Свята́я, сла́ва Тебе́.

Вход с кади́лом:

Диакон: Прему́дрость, про́сти.

Све́те Ти́хий:

Хор: Све́те Ти́хий святы́я сла́вы Безсме́ртнаго Отца́ Небе́снаго, Свята́го, Блаже́ннаго, Иису́се Христе́! Прише́дше на за́пад со́лнца, ви́девше свет вече́рний, пое́м Отца́, Сы́на и Свята́го Ду́ха, Бо́га. Досто́ин еси́ во вся времена́ пет бы́ти гла́сы преподо́бными, Сы́не Бо́жий, живо́т дая́й; те́мже мир Тя сла́вит.

Диакон: Во́нмем.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Проки́мен воскре́сный, глас 6:

Диакон: Прему́дрость во́нмем. Проки́мен, глас шесты́й: Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся.

Хор: Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся. (На каждый стих)

Диакон: Облече́ся Госпо́дь в си́лу, и препоя́сася.

Стих 2: И́бо утверди́ вселе́нную, я́же не подви́жится.

Стих 3: До́му Твоему́ подоба́ет святы́ня, Го́споди, в долготу́ дний.

Диакон: Госпо́дь воцари́ся.

Хор: В ле́поту облече́ся.

Парими́и Пятидеся́тницы:

Диакон: Прему́дрость.

Чтец: Числ чте́ние.

Диакон: Во́нмем.

(Из главы 11)

Чтец: Рече́ Госпо́дь Моисе́ю: собери́ Ми се́дмьдесят муже́й от ста́рец изра́илевых, и́хже ты сам ве́си, я́ко си́и суть ста́рцы люде́й, и кни́жники их: и приведе́ши их в сень свиде́ния, и ста́нут ту с тобо́ю. И сни́ду, и возглаго́лю та́мо с тобо́ю, и отыму́ от Ду́ха су́щаго в тебе́, и возложу́ на них, и посо́бствуют с тобо́ю стремле́ния люде́й, и не пово́диши их ты еди́н. И собра́ Моисе́й се́дмьдесят муже́й от ста́рец люде́й, и поста́ви их о́крест се́ни. И сни́де Госпо́дь во о́блаце, и глаго́ла Моисе́ю, и взят от Ду́ха И́же в нем, и положи́ на седми́десяти муже́й ста́рец: а я́коже почи́ Дух на них, и прореко́ша в стану́, и ктому́ не приложи́ша. И оста́ша два му́жа в стану́, и́мя еди́ному Елда́д, и и́мя второ́му Мода́д, и почи́ на них Дух: и сия́ бе́ста от напи́санных, и не приидо́ста в сень, и проро́чествоваста в стану́. И прите́к ю́ноша возвести́ Моисе́ю, и рече́ ему́, глаго́ля: Елда́д и Мода́д проро́чествуета в стану́. И отвеща́в Иису́с сын Нави́н, предстоя́й Моисе́ю, избра́нный его́, рече́: го́споди Моисе́е, возбрани́ и́ма. И рече́ ему́ Моисе́й: не ревну́еши ли ты мне? И кто даст всем лю́дем Госпо́дним бы́ти проро́ки, егда́ даст Госпо́дь Ду́ха Своего́ на них?

Диакон: Прему́дрость.

Чтец: Проро́чества Ио́илева чте́ние.

Диакон: Во́нмем.

(Из главы 2)

Чтец: Та́ко глаго́лет Госпо́дь: ча́да Сио́нова ра́дуйтеся, и весели́теся о Го́споде Бо́зе ва́шем, я́ко даде́ вам бра́шна в пра́вду, и одожди́т вам дождь ра́нный и по́здный, я́коже пре́жде. И напо́лнятся гу́мна пшени́цы, и излию́тся точи́лия вина́ и еле́а. И вдам вам вме́сто лет, и́хже поядо́ша пру́зи и гу́сеницы, и ржа, и хру́стове, си́ла Моя́ вели́кая, ю́же посла́х на вы. И сне́сте яду́ще и насытите́ся, и похва́лите и́мя Го́спода Бо́га ва́шего, И́же сотвори́ свы́ше чудеса́: и не постыдя́тся лю́дие Мои́ в век. И разуме́ете, я́ко посреде́ Изра́иля Аз есмь, и Аз Госпо́дь Бог ваш, и несть ино́го, ра́зве Мене́: и не постыдя́тся ктому́ лю́дие Мои́ в век. И бу́дет по сих, излию́ от Ду́ха Моего́ на вся́кую плоть, и прореку́т сы́нове ва́ши и дще́ри ва́ша, и ста́рцы ва́ши со́ния ви́дят, и ю́ноши ва́ши виде́ния у́зрят. И́бо на рабы́ Моя́, и на рабы́ни Моя́ во дни о́ны излию́ от Ду́ха Моего́, и прореку́т. И дам чудеса́ на небеси́ горе́, и зна́мения на земли́ ни́зу, кровь и огнь, и куре́ние ды́ма. Со́лнце преложи́тся во тьму, и луна́ в кровь, пре́жде прише́ствия дне Госпо́дня вели́каго и стра́шнаго. И бу́дет всяк, и́же а́ще призове́т и́мя Госпо́дне, спасе́тся.

Диакон: Прему́дрость.

Чтец: Проро́чества Иезеки́илева чте́ние.

Диакон: Во́нмем.

(Из главы 36)

Чтец: Та́ко глаго́лет Госпо́дь: прииму́ вас от язы́к, и соберу́ вы от всех язы́к стра́нных, и введу́ вы в зе́млю ва́шу, и окроплю́ на вы чи́стую во́ду, и очи́ститеся от всех нечисто́т ва́ших, и от всех и́дол ва́ших, и очи́щу вы. И дам вам се́рдце но́вое, и дух но́вый дам вам, и отыму́ се́рдце ка́менное от пло́ти ва́шея, и дам вам се́рдце пло́тяное, и Дух Мой дам в вас. И сотворю́, да во оправда́ниих Мои́х хо́дите, и судьбы́ Моя́ сохраните́, и сотворите́. И вселите́ся в зе́млю, ю́же дах отце́м ва́шим, и бу́дете Ми в лю́ди, и Аз бу́ду вам в Бо́га.

Ектения́ сугу́бая:

Диакон: Рцем вси от всея́ души́, и от всего́ помышле́ния на́шего рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Го́споди Вседержи́телю, Бо́же оте́ц на́ших, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и всей во Христе́ бра́тии на́шей.

Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.

Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.

Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.

Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.

Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Сподо́би, Го́споди:

Хор: Сподо́би, Го́споди, в ве́чер сей без греха́ сохрани́тися нам. Благослове́н еси́, Го́споди, Бо́же оте́ц на́ших, и хва́льно и просла́влено и́мя Твое́ во ве́ки. Ами́нь.

Бу́ди, Го́споди, ми́лость Твоя́ на нас, я́коже упова́хом на Тя. Благослове́н еси́, Го́споди, научи́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Влады́ко, вразуми́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Святы́й, просвети́ мя оправда́нии Твои́ми.

Го́споди, ми́лость Твоя́ во век, дел руку́ Твое́ю не пре́зри. Тебе́ подоба́ет хвала́, Тебе́ подоба́ет пе́ние, Тебе́ сла́ва подоба́ет. Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Ектения́ проси́тельная:

Диакон: Испо́лним вече́рнюю моли́тву на́шу Го́сподеви.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Ве́чера всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.

Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)

Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.

Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.

До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.

Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.

Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Благ и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Бу́ди держа́ва Ца́рствия Твоего́ благослове́на и препросла́влена. Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Лития́:

Стихиры Пятидесятницы, глас 2, самогласны:

Стихира: Во проро́цех возвести́л еси́ нам путь спасе́ния,/ и во апо́столех возсия́ Спа́се наш, благода́ть Ду́ха Твоего́./ Ты еси́ Бог пе́рвый, Ты и по сих,// и во ве́ки Ты еси́ Бог наш.

Стихира: Во дво́рех Твои́х воспою́ Тя, Спа́са ми́ра,/ и прекло́нь коле́на, поклоню́ся Твое́й непобеди́мей си́ле,/ ве́чер, и у́тро, и полу́дне,// и на вся́кое вре́мя благословлю́ Тя Го́споди.

Стихира: Во дво́рех Твои́х Го́споди, ве́рнии/ коле́на душ и теле́с прекло́нше,/ воспева́ем Тя безнача́льнаго Отца́,/ и собезнача́льнаго Сы́на,/ и соприсносу́щнаго и Пресвята́го Ду́ха,// просвеща́ющаго и освяща́ющаго ду́ши на́ша.

Стихира Пятидесятницы, глас 8:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Стихира: Егда́ Ду́ха Твоего́ посла́л еси́ Го́споди,/ седя́щим апо́столом,/ тогда́ евре́йския де́ти зря́ще ужаса́хуся у́жасом:/ слы́шаху бо я́ веща́юща/ ины́ми стра́нными язы́ки, я́коже Дух подава́ше им./ Неве́жди бо су́ще умудри́шася,/ и язы́ки в ве́ру улови́вше,/ боже́ственная вети́йствоваху./ Те́мже и мы вопие́м Ти:/ И́же на земли́ явле́йся, и от пре́лести спасы́й нас,// Го́споди сла́ва Тебе́.

Диакон: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, посети́ мир Твой ми́лостию и щедро́тами, возвы́си рог христиа́н правосла́вных и низпосли́ на ны ми́лости Твоя́ бога́тыя, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и, си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́, предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных, честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна, святы́х сла́вных и всехва́льных Апо́стол, и́же во святы́х оте́ц на́ших и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей, Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго, и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мирлики́йскаго, чудотво́рца, святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей слове́нских, святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги, и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рвого митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, митрополи́тов Моско́вских Филаре́та, Инноке́нтия и Мака́рия. Святы́х, сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дского, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, Иларио́на, архиепи́скопа Вере́йскаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших, преподо́бных оте́ц ста́рцев О́птинских, святы́х пра́ведных Иоа́нна Кроншта́дтскаго и Алекси́я Моско́вскаго, святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския, святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны (и свята́го имяре́к, егоже есть храм и егоже есть день), и всех святы́х. Мо́лим Тя, многоми́лостиве Го́споди, услы́ши нас, гре́шных, моля́щихся Тебе́, и поми́луй нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (40 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о господи́не на́шем высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к и о всем во Христе́ бра́тстве на́шем, и о вся́кой души́ христиа́нстей, скорбя́щей же и озло́бленней, ми́лости Бо́жия и по́мощи тре́бующей; о покрове́нии гра́да сего́, и живу́щих в нем, о ми́ре, и состоя́нии всего́ ми́ра; о благостоя́нии святы́х Бо́жиих церкве́й; о спасе́нии и по́мощи со тща́нием и стра́хом Бо́жиим тружда́ющихся и служа́щих оте́ц и бра́тий на́ших; о оста́вльшихся и во отше́ствии су́щих; о исцеле́нии в не́мощех лежа́щих; о успе́нии, осла́бе, блаже́нней па́мяти и о оставле́нии грехо́в всех преждеотше́дших оте́ц и бра́тий на́ших, зде лежа́щих и повсю́ду правосла́вных; о избавле́нии плене́нных, и о бра́тиях на́ших во слу́жбах су́щих, и о всех служа́щих и служи́вших во святе́м хра́ме сем рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй. (50 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о е́же сохрани́тися гра́ду сему́, и свято́му хра́му сему́, и вся́кому гра́ду и стране́, от гла́да, губи́тельства, тру́са, пото́па, огня́, меча́, наше́ствия иноплеме́нников и междоусо́бныя бра́ни; о е́же ми́лостиву и благоуве́тливу бы́ти благо́му и человеколюби́вому Бо́гу на́шему, отврати́ти вся́кий гнев на ны дви́жимый, и изба́вити ны от належа́щаго и пра́веднаго Своего́ преще́ния и поми́ловати ны.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Диакон: Еще́ мо́лимся и о е́же услы́шати Го́споду Бо́гу глас моле́ния нас, гре́шных, и поми́ловати нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Иерей: Услы́ши ны, Бо́же, Спаси́телю наш, упова́ние всех конце́в земли́ и су́щих в мо́ри дале́че, и ми́лостив, ми́лостив бу́ди, Влады́ко, о гресе́х на́ших, и поми́луй ны. Ми́лостив бо и человеколю́бец Бог еси́, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́, и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Влады́ко многоми́лостиве, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и, си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́, предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных, честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна, святы́х сла́вных и всехва́льных Апо́стол, и́же во святы́х оте́ц на́ших и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей, Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго, и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мирлики́йскаго, чудотво́рца, святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей слове́нских, святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги, и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рвого митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, митрополи́тов Моско́вских Филаре́та, Инноке́нтия и Мака́рия. Святы́х, сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дского, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, Иларио́на, архиепи́скопа Вере́йскаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших, преподо́бных оте́ц ста́рцев О́птинских, святы́х пра́ведных Иоа́нна Кроншта́дтскаго и Алекси́я Моско́вскаго, святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския, святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны (и свята́го имяре́к, егоже есть храм и егоже есть день) и всех святы́х. благоприя́тну сотвори́ моли́тву на́шу, да́руй нам оставле́ние прегреше́ний на́ших, покры́й нас кро́вом крилу́ Твое́ю, отжени́ от нас вся́каго врага́ и супоста́та, умири́ на́шу жизнь. Го́споди, поми́луй нас и мир Твой, и спаси́ ду́ши на́ша, я́ко благ и человеколю́бец.

Хор: Ами́нь.

Стихи́ры на стихо́вне:

Стихиры Пятидесятницы, глас 6, самогласны:

Стихира: Не разуме́юще язы́цы Го́споди, Пресвята́го Ду́ха/ на апо́столы Твоя́ бы́вшия си́лы,/ измене́ние язы́к пия́нство бы́ти мня́ху./ Мы же утверди́вшеся от них,/ непреста́нно си́це глаго́лем:/ Ду́ха Твоего́ Свята́го не отыми́ от нас,// мо́лим Ти ся Человеколю́бче.

Стих: Се́рдце чи́сто сози́жди во мне Бо́же/ и Дух прав обнови́ во утро́бе мое́й.

Стихира: Го́споди, Свята́го Ду́ха наше́ствие,/ апо́столы Твоя́ испо́лнившее,/ ины́ми язы́ки глаго́лати устро́и./ Те́мже пресла́вное,/ неве́рным у́бо пия́нство мня́шеся,/ ве́рным же хода́тайственно спасе́ния:/ его́же сия́ния и нас сподо́би,// мо́лим Ти ся Человеколю́бче.

Стих: Не отве́ржи мене́ от лица́ Твоего́/ и Ду́ха Твоего́ Свята́го не отыми́ от мене́.

Стихира: Царю́ Небе́сный,/ Уте́шителю, Ду́ше и́стины,/ И́же везде́ сый/ и вся исполня́яй,/ Сокро́вище благи́х/ и жи́зни Пода́телю,/ прииди́ и всели́ся в ны,/ и очи́сти ны от вся́кия скве́рны,// и спаси́, Бла́же, ду́ши на́ша.

Стихира Пятидесятницы, глас 8:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Стихира: Язы́цы иногда́ размеси́шася,/ де́рзости ра́ди столпотворе́ния:/ язы́цы же ны́не умудри́шася,/ сла́вы ра́ди богове́дения./ Та́мо осуди́ нечести́выя погреше́нием:/ зде просвети́л есть Христо́с ры́бари Ду́хом./ Тогда́ упраздни́ся безгла́сие к муче́нию:/ ны́не обновля́ется согла́сие// ко спасе́нию душ на́ших.

Моли́тва свято́го Симео́на Богоприи́мца:

Хор: Ны́не отпуща́еши раба́ Твоего́, Влады́ко,/ по глаго́лу Твоему́, с ми́ром;/ я́ко ви́деста о́чи мои́ спасе́ние Твое́,/ е́же еси́ угото́вал пред лице́м всех люде́й,/ свет во открове́ние язы́ков,// и сла́ву люде́й Твои́х Изра́иля.

Трисвято́е по О́тче наш:

Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.

Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.

Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Тропа́рь Пятидеся́тницы, глас 8:

Хор: Благослове́н еси́, Христе́ Бо́же наш,/ И́же прему́дры ловцы́ явле́й,/ низпосла́в им Ду́ха Свята́го,/ и те́ми уловле́й вселе́нную,// Человеколю́бче, сла́ва Тебе́. (Трижды)

Благослове́ние хле́бов:

Диакон: Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Иерей: Го́споди Иису́се Христе́ Бо́же наш, благослови́вый пять хле́бов и пять ты́сящ насы́тивый, Сам благослови́ и хле́бы сия́, пшени́цу, вино́ и еле́й; и умно́жи сия́ во гра́де сем и во всем ми́ре Твое́м; и вкуша́ющия от них ве́рныя освяти́. Я́ко Ты еси́ благословля́яй и освяща́яй вся́ческая, Христе́ Бо́же наш, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, со Безнача́льным Твои́м Отце́м, и Всесвяты́м, и Благи́м, и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь. Бу́ди И́мя Госпо́дне благослове́но от ны́не и до ве́ка. (Трижды)

Псало́м 33:

Хор: Благословлю́ Го́спода на вся́кое вре́мя,/ вы́ну хвала́ Его́ во усте́х мои́х./ О Го́споде похва́лится душа́ моя́,/ да услы́шат кро́тции, и возвеселя́тся./ Возвели́чите Го́спода со мно́ю,/ и вознесе́м И́мя Его́ вку́пе./ Взыска́х Го́спода, и услы́ша мя,/ и от всех скорбе́й мои́х изба́ви мя./ Приступи́те к Нему́, и просвети́теся,/ и ли́ца ва́ша не постыдя́тся./ Сей ни́щий воззва́, и Госпо́дь услы́ша и,/ и от всех скорбе́й его́ спасе́ и./ Ополчи́тся А́нгел Госпо́день о́крест боя́щихся Его́,/ и изба́вит их./ Вкуси́те и ви́дите, я́ко благ Госпо́дь:/ блаже́н муж, и́же упова́ет Нань./ Бо́йтеся Го́спода, вси святи́и Его́,/ я́ко несть лише́ния боя́щимся Его́./ Бога́тии обнища́ша и взалка́ша:/ взыска́ющии же Го́спода// не лиша́тся вся́каго бла́га.

Иерей: Благослове́ние Госпо́дне на вас, Того́ благода́тию и человеколю́бием, всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

У́треня

Шестопса́лмие:

Хор: Сла́ва в вы́шних Бо́гу, и на земли́ мир, в челове́цех благоволе́ние. (Трижды)

Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. (Дважды)

Псало́м 3:

Чтец: Го́споди, что ся умно́жиша стужа́ющии ми? Мно́зи востаю́т на мя, мно́зи глаго́лют души́ мое́й: несть спасе́ния ему́ в Бо́зе его́. Ты же, Го́споди, Засту́пник мой еси́, сла́ва моя́ и вознося́й главу́ мою́. Гла́сом мои́м ко Го́споду воззва́х, и услы́ша мя от горы́ святы́я Своея́. Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя. Не убою́ся от тем люде́й, о́крест напа́дающих на мя. Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой, я́ко Ты порази́л еси́ вся вражду́ющия ми всу́е: зу́бы гре́шников сокруши́л еси́. Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя.

Псало́м 37:

Го́споди, да не я́ростию Твое́ю обличи́ши мене́, ниже́ гне́вом Твои́м нака́жеши мене́. Я́ко стре́лы Твоя́ унзо́ша во мне, и утверди́л еси́ на мне ру́ку Твою́. Несть исцеле́ния в пло́ти мое́й от лица́ гне́ва Твоего́, несть ми́ра в косте́х мои́х от лица́ грех мои́х. Я́ко беззако́ния моя́ превзыдо́ша главу́ мою́, я́ко бре́мя тя́жкое отяготе́ша на мне. Возсмерде́ша и согни́ша ра́ны моя́ от лица́ безу́мия моего́. Пострада́х и сляко́хся до конца́, весь день се́туя хожда́х. Я́ко ля́двия моя́ напо́лнишася поруга́ний, и несть исцеле́ния в пло́ти мое́й. Озло́блен бых и смири́хся до зела́, рыка́х от воздыха́ния се́рдца моего́. Го́споди, пред Тобо́ю все жела́ние мое́ и воздыха́ние мое́ от Тебе́ не утаи́ся. Се́рдце мое́ смяте́ся, оста́ви мя си́ла моя́, и свет о́чию мое́ю, и той несть со мно́ю. Дру́зи мои́ и и́скреннии мои́ пря́мо мне прибли́жишася и ста́ша, и бли́жнии мои́ отдале́че мене́ ста́ша и нужда́хуся и́щущии ду́шу мою́, и и́щущии зла́я мне глаго́лаху су́етная и льсти́вным весь день поуча́хуся. Аз же я́ко глух не слы́шах и я́ко нем не отверза́яй уст свои́х. И бых я́ко челове́к не слы́шай и не имы́й во усте́х свои́х обличе́ния. Я́ко на Тя, Го́споди, упова́х, Ты услы́шиши, Го́споди Бо́же мой. Я́ко рех: да не когда́ пора́дуют ми ся врази́ мои́: и внегда́ подвижа́тися нога́м мои́м, на мя велере́чеваша. Я́ко аз на ра́ны гото́в, и боле́знь моя́ предо мно́ю есть вы́ну. Я́ко беззако́ние мое́ аз возвещу́ и попеку́ся о гресе́ мое́м. Врази́ же мои́ живу́т и укрепи́шася па́че мене́, и умно́жишася ненави́дящии мя без пра́вды. Воздаю́щии ми зла́я возблага́я оболга́ху мя, зане́ гоня́х благосты́ню. Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от Мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Псало́м 62:

Бо́же, Бо́же мой, к Тебе́ у́тренюю, возжада́ Тебе́ душа́ моя́, коль мно́жицею Тебе́ плоть моя́, в земли́ пу́сте и непрохо́дне, и безво́дне. Та́ко во святе́м яви́хся Тебе́, ви́дети си́лу Твою́ и сла́ву Твою́. Я́ко лу́чши ми́лость Твоя́ па́че живо́т, устне́ мои́ похвали́те Тя. Та́ко благословлю́ Тя в животе́ мое́м, о и́мени Твое́м воздежу́ ру́це мои́. Я́ко от ту́ка и ма́сти да испо́лнится душа́ моя́, и устна́ма ра́дости восхва́лят Тя уста́ моя́. А́ще помина́х Тя на посте́ли мое́й, на у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́. Ти́и же всу́е иска́ша ду́шу мою́, вни́дут в преиспо́дняя земли́, предадя́тся в ру́ки ору́жия, ча́сти ли́совом бу́дут. Царь же возвесели́тся о Бо́зе, похва́лится всяк клены́йся Им, я́ко загради́шася уста́ глаго́лющих непра́ведная.

На у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Го́споди поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Псало́м 87:

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́, я́ко испо́лнися зол душа́ моя́, и живо́т мой а́ду прибли́жися. Привмене́н бых с низходя́щими в ров, бых я́ко челове́к без по́мощи, в ме́ртвых свобо́дь, я́ко я́звеннии спя́щии во гро́бе, и́хже не помяну́л еси́ ктому́, и ти́и от руки́ Твоея́ отринове́ни бы́ша. Положи́ша мя в ро́ве преиспо́днем, в те́мных и се́ни сме́ртней. На мне утверди́ся я́рость Твоя́, и вся во́лны Твоя́ наве́л еси́ на мя. Уда́лил еси́ зна́емых мои́х от мене́, положи́ша мя ме́рзость себе́: пре́дан бых и не исхожда́х. О́чи мои́ изнемого́сте от нищеты́, воззва́х к Тебе́, Го́споди, весь день, возде́х к Тебе́ ру́це мои́. Еда́ ме́ртвыми твори́ши чудеса́? Или́ вра́чеве воскреся́т, и испове́дятся Тебе́? Еда́ пове́сть кто во гро́бе ми́лость Твою́, и и́стину Твою́ в поги́бели? Еда́ позна́на бу́дут во тьме чудеса́ Твоя́, и пра́вда Твоя́ в земли́ забве́нней? И аз к Тебе́, Го́споди, воззва́х и у́тро моли́тва моя́ предвари́т Тя. Вску́ю, Го́споди, отре́еши ду́шу мою́, отвраща́еши лице́ Твое́ от мене́? Нищ есмь аз, и в труде́х от ю́ности моея́; возне́с же ся, смири́хся, и изнемого́х. На мне преидо́ша гне́ви Твои́, устраше́ния Твоя́ возмути́ша мя, обыдо́ша мя я́ко вода́, весь день одержа́ша мя вку́пе. Уда́лил еси́ от мене́ дру́га и и́скренняго, и зна́емых мои́х от страсте́й.

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́.

Псало́м 102:

Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и вся вну́тренняя моя́ и́мя свя́тое Его́. Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и не забыва́й всех воздая́ний Его́, очища́ющаго вся беззако́ния твоя́, исцеля́ющаго вся неду́ги твоя́, избавля́ющаго от истле́ния живо́т твой, венча́ющаго тя ми́лостию и щедро́тами, исполня́ющаго во благи́х жела́ние твое́: обнови́тся я́ко о́рля ю́ность твоя́. Творя́й ми́лостыни Госпо́дь, и судьбу́ всем оби́димым. Сказа́ пути́ Своя́ Моисе́ови, сыново́м Изра́илевым хоте́ния Своя́: Щедр и Ми́лостив Госпо́дь, Долготерпели́в и Многоми́лостив. Не до конца́ прогне́вается, ниже́ в век вражду́ет, не по беззако́нием на́шим сотвори́л есть нам, ниже́ по грехо́м на́шим возда́л есть нам. Я́ко по высоте́ небе́сней от земли́, утверди́л есть Госпо́дь ми́лость Свою́ на боя́щихся Его́. Ели́ко отстоя́т восто́цы от за́пад, уда́лил есть от нас беззако́ния на́ша. Я́коже ще́дрит оте́ц сы́ны, уще́дри Госпо́дь боя́щихся Его́. Я́ко Той позна́ созда́ние на́ше, помяну́, я́ко персть есмы́. Челове́к, я́ко трава́ дни́е его́, я́ко цвет се́льный, та́ко оцвете́т, я́ко дух про́йде в нем, и не бу́дет, и не позна́ет ктому́ ме́ста своего́. Ми́лость же Госпо́дня от ве́ка и до ве́ка на боя́щихся Его́, и пра́вда Его́ на сыне́х сыно́в, храня́щих заве́т Его́, и по́мнящих за́поведи Его́ твори́ти я́. Госпо́дь на Небеси́ угото́ва Престо́л Свой, и Ца́рство Его́ все́ми облада́ет. Благослови́те Го́спода вси А́нгели Его́, си́льнии кре́постию, творя́щии сло́во Его́, услы́шати глас слове́с Его́. Благослови́те Го́спода вся Си́лы Его́, слуги́ Его́, творя́щии во́лю Его́. Благослови́те Го́спода вся дела́ Его́, на вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

На вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

Псало́м 142:

Го́споди, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ моле́ние мое́ во и́стине Твое́й, услы́ши мя в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м, я́ко не оправди́тся пред Тобо́ю всяк живы́й. Я́ко погна́ враг ду́шу мою́, смири́л есть в зе́млю живо́т мой, посади́л мя есть в те́мных, я́ко ме́ртвыя ве́ка. И уны́ во мне дух мой, во мне смяте́ся се́рдце мое́. Помяну́х дни дре́вния, поучи́хся во всех де́лех Твои́х, в творе́ниих руку́ Твое́ю поуча́хся. Возде́х к Тебе́ ру́це мои́, душа́ моя́, я́ко земля́ безво́дная Тебе́. Ско́ро услы́ши мя, Го́споди, исчезе́ дух мой, не отврати́ лица́ Твоего́ от мене́, и уподо́блюся низходя́щим в ров. Слы́шану сотвори́ мне зау́тра ми́лость Твою́, я́ко на Тя упова́х. Скажи́ мне, Го́споди, путь во́ньже пойду́, я́ко к Тебе́ взях ду́шу мою́. Изми́ мя от враг мои́х, Го́споди, к Тебе́ прибего́х. Научи́ мя твори́ти во́лю Твою́, я́ко Ты еси́ Бог мой. Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву. И́мене Твоего́ ра́ди, Го́споди, живи́ши мя, пра́вдою Твое́ю изведе́ши от печа́ли ду́шу мою́. И ми́лостию Твое́ю потреби́ши враги́ моя́ и погуби́ши вся стужа́ющия души́ мое́й, я́ко аз раб Твой есмь.

Услы́ши мя, Го́споди, в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м.

Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

После Шестопсалмия