Поделиться
Александр Ткаченко
Видеть свои грехи — необходимое условие нормальной духовной жизни христианина. Но, если кто-то думает, будто это легкое и необременительное дело, он глубоко ошибается. Самый подходящий инструмент для того, чтобы убедиться в этом — заповеди Евангелия. По сути своей они являются не чем иным, как свойствами духовно-здорового человека. Попробуй жить по ним хотя бы один день, внимательно наблюдая за движениями своей души, и сразу же станет понятно, соответствуешь ты этой норме или не очень.
Попробуй не обижаться, когда тебе говорят гадости. Не поддаваться на лесть. Не гордиться, когда тебя хвалят. Не завидовать. Не смотреть с вожделением на людей другого пола. Попытайся ни с кем не спорить, не доказывать свое, просто и доброжелательно принимая каждого человека. Попробуй за этот «контрольный» день не сказать ни одного плохого слова. Ни разу не подумать о ком-нибудь плохо.
Результат будет весьма показательным. Наше поврежденное грехом естество сразу же начнет топорщиться, сопротивляться и попытается любым способом улизнуть от исполнения заповедей, даже когда мы вполне осознанно решили по ним жить. Вот тут-то у человека и открывается дар видения своих грехов. Лишь на сияющем фоне заповедей Евангелия становятся видны пятна греховной черноты, которые, словно кариес, разъедают душу человека.
«Умеете ли вы играть на скрипке?» — «Не знаю, ни разу не пробовал».
Недалекий персонаж этой шутки блестяще вывел формулу, объясняющую, почему мы не видим своих грехов. Грех — это нарушение заповеди. Но чтобы увидеть нарушение, нужно как минимум попробовать исполнить саму заповедь. Ни разу не бравший в руки скрипку чудак не видит, что он абсолютно не умеет на ней играть. Не старающийся жить по заповедям — не видит своих грехов.
Человеку свойственно фантазировать на различные темы. В мечтах можно считать себя крутым бойцом, талантливым артистом, гениальным художником. Или, например, — христианином. Не так уж важно, кем мы сами себя считаем. Подлинное наше содержание выявляется лишь в реальных делах. Боец — покажи себя в спарринге, артист — добро пожаловать на сцену, художник — вот тебе кисть, холст. И сразу же станет понятно, кто есть кто.
Не в том ли корень проблемы, что и христианство наше зачастую оказывается таким вот «чисто теоретическим», существующим исключительно внутри наших представлений о самих себе? И никак (ну, или почти никак) не выраженным в нашей деятельности. Христианские реальные дела — это исполнение заповедей. Которые, к слову сказать, тоже — дар Божий людям. Лишь приняв заповеди, решившись жить по ним всерьез, можно получить и другой удивительный дар — видение своих грехов. А чтобы яснее было, с чего именно здесь следует начинать, вот прекрасное практическое наставление святителя Игнатия (Брянчанинова):
«Кто отказался от осуждения ближних, помысел того, естественно, начинает видеть грехи и немощи свои, которых не видел в то время, как занимался осуждением ближних».
12 июня. О человеке как образе и подобии Божием
Поделиться
О человеке как образе и подобии Божьем — настоятель Богоявленского храма в Ярославле священник Александр Сатомский.
Первые главы Книги Бытия, наверное, — одни из самых известных ветхозаветных чтений. В них мы слышим рассказ о творении всего. О том, что Бог из небытия в бытие приводит всяческое: от первых крупинок вселенной до человека. О человеке же ведётся особенный разговор. Идёт речь о том, что он является образом и подобием Божиим.
Но несколько сложно помыслить об этом, ведь Бог есть дух, в Нём нет абсолютно ничего материального, Он не связан ни временем, ни пространством, а мы с вами связаны, как сказали бы философы, детерминированы всем этим. И вот здесь нужно заметить, что образ и подобие, очевидно, заключаются не во внешних наших проявлениях, а в нашем внутреннем устроении.
Мы говорим об образе Божием во всяком человеке: каждый, будучи человеком, точно имеет его. Подобия же мы достигаем, к подобию стремимся. Поэтому, собственно, некоторых из святых мы даже и называем преподобными, то есть дошедшими до этой конечной цели. Образ Божий в человеке мы видим в его разумности, в творческой способности, но и, очевидно, в свободе.
Что же относительно нашего тела? Неужели это просто пустой придаток к этому великому духовному содержанию? Отнюдь, Бог творит человека как связующее звено в цепи мироздания, между мирами умных духов, ангельскими мирами и миром материи, и поставлен человек как связующее звено, объединяющее сложнейшую эту цепь. И, соответственно, когда она треснула, когда случилось грехопадение, то с падением человека и мир видимый потерял своё адекватное единство с Богом. Почему это восстановление и оказалось нужно не человеку только, но всему космосу и оказалось реализовано в Христе Иисусе?
Все выпуски программы Актуальная тема:
12 июня. О любви к Отечеству
Поделиться
Сегодня 12 июня. День России.
О любви к Отечеству — настоятель Спасо-Преображенского Пронского монастыря в Рязанской области игумен Лука (Степанов).
В отношении нашей России удобно говорить о любви к своему православному отечеству в связи как раз с этими великими благами, которыми оно нас обеспечивает. Это земное жительство в тех для нас родных языке, природе, людях, нас окружающих, являющихся преемниками многовековой древней великой истории.
И эту любовь к Родине обеспечивает та духовная ориентация, те главные ценности, которые содержит Отечество, а в нашем случае это Православие, ради чего мы и любим, и особенно призваны беречь, хранить, благоговейно чтить своё Отечество, ради его православной веры, ради того духовного преддверия, которое представляет для нас наша Отчизна.
Все выпуски программы Актуальная тема:
Послание к Римлянам святого апостола Павла
Поделиться
Апостол Павел. Мозаика
Рим., 90 зач., V, 17 - VI, 2
Комментирует священник Дмитрий Барицкий.
Что со мной происходит: ум говорит одно, а сердце тянется в противоположную сторону? Житейский опыт кричит об опасности, а нахлынувшие чувства тянут в самый её эпицентр. Думаю, каждому эти состояния хорошо знакомы. Откуда же эта раздробленность, которая порой бывает так болезненна и что с ней делать? Ответ на этот вопрос находим в отрывке из 5-й и 6-й глав послания апостола Павла к Римлянам, который звучит сегодня за богослужением в православных храмах. Давайте послушаем.
Глава 5.
17 Ибо если преступлением одного смерть царствовала посредством одного, то тем более приемлющие обилие благодати и дар праведности будут царствовать в жизни посредством единого Иисуса Христа.
18 Посему, как преступлением одного всем человекам осуждение, так правдою одного всем человекам оправдание к жизни.
19 Ибо, как непослушанием одного человека сделались многие грешными, так и послушанием одного сделаются праведными многие.
20 Закон же пришел после, и таким образом умножилось преступление. А когда умножился грех, стала преизобиловать благодать,
21 дабы, как грех царствовал к смерти, так и благодать воцарилась через праведность к жизни вечной Иисусом Христом, Господом нашим.
Глава 6.
1 Что же скажем? оставаться ли нам в грехе, чтобы умножилась благодать? Никак.
2 Мы умерли для греха: как же нам жить в нем?
Как христиане из числа иудеев, так и римские христиане, к которым обращается Павел в только что прозвучавшем отрывке, весьма почитали традиции предков. В первую же очередь те законы, которые были фундаментом их общества и культуры. Для иудеев — это закон Моисеев, для римлян — это так называемые mores maiorum, «обычаи предков», неписаные нормы, которые передавались из поколения в поколение, а позже частично были зафиксированы в виде законов 12 таблиц и множества других кодексов. Благодаря всем тем принципам и нормам, которые там были прописаны и которые регламентировали повседневную деятельность граждан империи, Рим считался воистину правовым государством.
А потому слова, которые Павел произносит в только что прозвучавшем отрывке, по меньшей мере кажутся странными его слушателям. Апостол заявляет: закон пришёл для того, чтобы умножить преступление. Перед нами не проповедь анархии и не призыв к бунту. Павел просто хочет объяснить людям, что человечность, добродетельность, порядочность и многие другие качества, к которым мы стремимся и ценим больше всего в людях, — это не результат следования нормам закона, как представляется некоторым. Закон появляется тогда, когда уже невозможно сдерживать зло, которое лезет наружу из человеческого сердца. Это ограда, за которую нам лучше не переходить, чтобы наше общество не развалилось на части. Поэтому, по логике Павла, появление закона свидетельствует скорее о масштабах болезни человечества. Закон не лечит больную душу, а просто называет грех грехом и делает беззаконие очевидным для всех. Поэтому апостол призывает не слишком-то на него надеяться. От того, что мы установим правила поведения, человек не станет лучше по своей сути.
Апостол знал об этой проблеме не понаслышке. В этом же послании к Римлянам он так и говорит: «Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю... не я делаю то, но живущий во мне грех». Христос, по словам Павла, как раз и пришёл для того, чтобы эта болезненная двойственность исчезла. Спаситель основал Свою Церковь. Посредством её Таинств он даёт её участникам Свою благодать. Она-то и делает то, что никогда не сможет сделать ни один самый строгий свод правил и законов. Врачует нашу болезненную и такую мучительную двойственность. Она восстанавливает мир в душе. Даёт сердцу полноту. И, как говорит апостол Павел, эта благодать преизобилует в Церкви Христовой. В греческом оригинале стоит очень яркое выражение: она выплёскивается через край. А потому всякий, кто решится прийти и взять её, получит этой живительной влаги сполна.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
