Москва - 100,9 FM

«Путь к священству. Новогодний вечер». Священник Олег Осадчий и группа «The Raindrops»

* Поделиться

В нашей студии был клирик Георгиевского храма в городе Видное, лидер группы «The Raindrops» священник Олег Осадчий и музыканты группы «The Raindrops» Дмитрий Мотовилов, Марина Юркова и Владимир Кокович.

Отец Олег рассказал о своем пути к священству, а также о группе «The Raindrops»: как возникла идея её создания, и что главным образом он хочет донести до своих слушателей. Также разговор шел о том, что общего есть у церковной и светской музыки, и может ли светская музыка способствовать встрече со Христом.


К. Мацан

— "Светлый вечер на радио «Вера, здравствуйте, дорогие друзья. Продолжается наш предновогодний эфир, мы снова вас поздравляем со всеми наступающими праздниками и вот пока вы дома готовитесь к семейному торжеству продолжаем ваш вечер сопровождать нашим светлым разговором на светлом радио. В этом часе с нами группа «The Raindrops» и уже не первый раз у нас в студии лидер этой группы — священник Олег Осадчий, клирик Георгиевского храма города Видное. Добрый вечер.

О. Осадчий

— Здравствуйте.

К. Мацан

— Но, поскольку вы пришли не в одиночестве, а с музыкантами, представьте, кто у нас сегодня еще в студии.

О. Осадчий

— С нами сегодня наши замечательные друзья-музыканты: Марина Юркова — регент Георгиевского храма города Видное и вокалистка нашей группы.

К. Мацан

— Я знаю еще, что это ваша кума.

О. Осадчий

— Да, это моя кума, это крестная моего сына Тихона.

К. Мацан

— Кумовство на радио «Вера» процветает, это очень хорошо.

О. Осадчий

— Да, процветает по полной программе. И также с нами Дмитрий Мотовилов — наш барабанщик, перфекционист, легенда Кировского рока, большое сердце бьющееся нашей группы, основа нашей музыки...

К. Мацан

— Как это потрясающе сказано, вот барабанщик — он должен быть сердцем бьющимся.

О. Осадчий

— Да, ну я, когда вижу улыбку Димы, всегда у меня поэтический такой настрой возникает, иначе быть не может. Владимир Кокович с нами тоже сегодня здесь — наш пианист, клавишник, мой очень важный помощник по части аранжировок, вот в основном мы с ним делаем партии вместе.

К. Мацан

— Спасибо огромное. У нас наша программа, которая в этом часе по вторникам обычно идет — это программа, в которой мы разговариваем со священником о его пути к вере и в вере, о том, какая цепь событий привела к тому, что человек принимает решение стать священником и себя посвятить тому служению, наверное, выше которого для мужчины под луной нет — выше, чем простоять у алтаря и преподносить людям таинства. Но вот сегодня программа необычная, поскольку новогодняя, поскольку музыкальная и я, может быть, спрошу так сразу с места в карьер и несколько провокационно: а не получается ли так, что вот ваш путь к священству привел вас в группу «The Raindrops?»

О. Осадчий

— Отчасти да.

К. Мацан

— Как это было?

О. Осадчий

— На самом деле я, по-моему, даже как-то, когда приходил к вам в эфир, об этом немножко упоминал...

К. Мацан

— Да, можно программу на сайте радио «Вера» переслушать, но там все-таки шел разговор скорее о музыке.

О. Осадчий

— Дело в том, что когда я стал диаконом, когда меня рукоположили, я был практически на сто процентов уверен, что не буду больше заниматься серьезной музыкой, я не думал, что у меня будет группа снова, и даже перестали писаться песни, но потом родилась дочь, меня это очень сильно вдохновило и я написал колыбельную, и посвятил, и так все пошло. Потом я встретил Марину, Володю и они сказали: «Отец, у тебя нет шансов, мы делаем группу».

К. Мацан

— Так, тогда мы спросим Марину с Володей, как это произошло, и с Дмитрием тоже. То есть это была в каком-то смысле инициатива снизу, инициатива музыкантов?

М. Юркова

— Не совсем так, на самом деле мы к Рождественскому концерту готовились, и отец Олег с Володей что-то наигрывали такое замечательное...

О. Осадчий

— Это был Боб Дилан.

М. Юркова

— А я по жизни, на самом деле, достаточно скромный человек, но тут я решила инициативу проявить, я к ним подошла и сказала: «Ребят, можно я вам подыграю немножко на скрипке?» Они мне разрешили, мы сделали этот концерт в трапезной, небольшое выступление и, мне кажется, это было начало нашей группы отчасти.

О. Осадчий

— Да, было здорово.

К. Мацан

— Дмитрий, а вы как это помните? Вообще, каково вам играть в группе со священником? Вот вы — легенда Кировского рока, как нам сказали, и, наверное, знавали музыку, не наверное, а точно в самых разных ее изводах и в том числе далеких от храма, такая вот рок-тусовка нам представляется чем-то достаточно светским, мирским, с последующими вытекающими со всеми образами, а вот сейчас вы в группе, в том числе, со священниками работаете.

Д. Мотовилов

— Добрый вечер. По этому поводу очень много надо долго всего рассказывать...

К. Мацан

— У нас есть время.

Д. Мотовилов

— Начнем с того, что да, будучи в городе Кирове, Вятка я играл с конца в 80-х годов с разными группами: «Ston Hill», «Торба-на-Круче» и очень многими другими коллективами. Потом, оказавшись в Москве, я тоже переиграл со многими музыкантами, а потом был в жизни такой период, что у меня очень сильно болел сын, я перестал играть, года два уже нигде не играл, то есть сын был просто на грани жизни и смерти. И тут соседка по дому, где мы жили с супругой и семьей говорит: «Люди ищут барабаншика», а так как мы жили за городом, я иногда доставал конги, на улицу выносил, поигрывал, я так еще удивился, думаю: очень интересная история, вообще кого-то найти там для музыканта — это очень сложно, а тем более мне, который любит арт-рок, непростую музыку, то втройне, вчетверне сложнее. Она говорит: «Дайте свой телефончик», я дал, ни на что не надеясь, ни на что не рассчитывая, это было четыре года назад. И прошел месяц — никто не звонит, ну я думаю, я ничего и не ждал, поэтому...

О. Осадчий

— Вот и верь после этого священникам, да?

Д. Мотовилов

— И после этого раздается звонок, и мы разговариваем с человеком две минуты и я понимаю, что мы разговариваем на одном языке, то есть это просто подарок Бога для меня, потому что я без музыки жил — мне было очень тяжело и то, что я познакомился с такими уникальными людьми и первая наша репетиция состоялась в акустическом варианте в библиотеке храма нашего, то есть там сводчатые потолки, книги христианские, которые я тоже в, принципе, люблю читать и потрясающая музыка, потрясающие люди, я вышел оттуда, говорю: «Ребята, как так? Так не бывает», вот такая история.

О. Осадчий

— Слава Богу.

К. Мацан

— Слава Богу. Отец Олег, все-таки, если возвращаться к вашему пути к священству и в священстве: со стороны так может показаться, что человек, принимая сан, должен от всего отказаться мирского, как минимум, он будет вынужден перестать этому уделять время. И если человек в сане возвращается к такого рода творчеству, то есть он этому время уделяет, тратит на это свое время, которое он мог бы потратить на какую-то пастырскую работу прямую, я сейчас высказываю некое наблюдение, которое может неверным оказаться. Можно предположить, что человек себе ну если не конфликт несет какой-то, то его что-то все-таки подтачивает: «вот я не могу без творчества, вот я хоть и священник, а не могу». Вот насколько это верное наблюдение?

О. Осадчий

— Ну так и есть. С одной стороны, это сложно, потому что могу сказать, что мы часто занимаемся музыкой вопреки возможностям каким-то, но да, это идет изнутри и музыка пишется, песни пишутся, на какой-то момент я понял, что я не могу этим не заниматься. Мы тоже об этом говорили на прошлом эфире: я отношусь к музыке, которую мы делаем, как к продолжению в чем-то того, что я делаю, как христианин, стараюсь делать. Конечно, музыка, как проповедь — это слишком такие, громкие слова, но у нас тексты, они христианские, это все вдохновляется нашей верой, поэтому, наверное, конфликта особого нет, но я иногда удивляюсь, то есть я, бывает, стою перед престолом и задаю себе вопрос: я священник — это такое счастливое недоумение, которое сопровождает мое служение, а также иногда задаю вопрос, почему я занимаюсь музыкой, почему у меня это получается? Ну, по поводу музыки, наверное, большая заслуга моих друзей, с которыми мы делаем, потому что они вкладывают свою душу, они меня вдохновляют, мне помогают, поэтому это все продолжается.

М. Юркова

— А я можно еще немного добавлю?

К. Мацан

— Нужно.

М. Юркова

— У отца Олега замечательная семья, у него замечательная жена Олечка и благодаря ей тоже, я думаю, и он, и все мы занимаемся этим делом...

О. Осадчий

— И то, что она меня отпускает.

М. Юркова

— Да-да, Оля батюшку отпускает, с пониманием относится и тоже очень любит наше творчество, и мама отца Олега, кстати, тоже и вообще наши близкие в принципе, они нам тоже в этом помогают.

К. Мацан

— Давайте обратимся теперь к музыке, поскольку у нас в гостях музыканты, да еще и с инструментами, не можем себе в этом удовольствии отказать. Что мы услышим сейчас в вашем исполнении?

О. Осадчий

— Мы исполним, пожалуй, колядку.

М. Юркова

— А может быть, даже две.

О. Осадчий

— Может быть, даже две, но не сразу. Сначала мы исполним колядку, авторство кому принадлежит, первая которая — это традиционная мелодия, европейская христианская песня в переводе на русский язык.

Звучит музыкальная композиция.

К. Мацан

— У нас сегодня в гостях священник Олег Осадчий, клирик Георгиевского храма города Видное, лидер группы «The Raindrops» и участники группы «The Raindrops» тоже в студии: Дмитрий Мотовилов, Марина Юркова и Владимир Кокович, и мы продолжаем наш разговор. Мне показалось очень важным то, что вы сказали, что музыка для священника, игра в группе для священника есть некое продолжение пастырского служения. С одной стороны, я понимаю, о чем вы говорите, с другой стороны не могу по-журналистски здесь, знаете, не взвинтить градус и не проблематизировать эту тему, потому что, я думаю, каждый христианин, мыслящий, который занимается творчеством, скажет, что это некое продолжение моего христианского в широком смысле слова служения, я хочу поделиться важными смыслами и каждый раз у меня возникает вопрос, когда я такое слышу: а это не слишком наивная позиция? А реально кто-то после этих песен может измениться? К чему искусство вообще может подвинуть человека? Не является ли это таким самооправданием, что просто мне нравится внимание публики, мне нравится играть?

О. Осадчий

— Мне нравится гитара Джипсон, я на ней играю и говорю, что это что-то высокое, великое.

К. Мацан

— Да, вот именно.

О. Осадчий

— Сложный вопрос. Я думаю, что на него даже, если говорить о нас, то, наверное, уже потом не мы ответим. Но я думаю, что можно относиться и так, и так и где будет правильно — это действительно сложно ответить на этот вопрос, но если вспомните апостола Павла: «Все, что делаете, делайте, как для Господа», то есть надо стараться делать хорошо и если твое сердце тебе подсказывает, что это нужно делать, то надо делать.

К. Мацан

— А что это значит: на практике для музыкантов вот эти слова апостола Павла: «Все, что ни делаете, делайте для Господа» — что, аранжировки другие?

О. Осадчий

— Играть под метроном (смех)

К. Мацан

— Да, а что это на практике, помимо очевидного, что давайте у нас будут тексты, ну, не то, что давайте, а вы, как христиане, понятно выражая себя в текстах, выражаете некое общее какое-то христианское глубокое мировидение, это понятно. А помимо этого что? Может быть, я у музыканта спрошу, у Марины и Дмитрия: для вас как отзываются в сердце слова «Все, что ни делаете — делайте для Господа?»

М. Юркова

— На мой взгляд это просто все стараться делать максимально хорошо.

О. Осадчий

— Вот простой пример хочу привести: сегодня мы выступаем в таком, не совсем привычном для нас виде, потому что мы играем в электричестве чаще всего и, кстати, можно сказать, что мы сегодня не в полном составе, нет нашего замечательного басиста Александра Берега и нашей скрипачки Анны Сорокиной, которая с нами обычно выступает, но здесь просто и помещение и поэтому сегодня неполным составом. Делать хорошо, стараться делать все правильно, по сердцу это, конечно, и в аранжировках, и в форме музыки, это может быть малая форма, может быть, какой-то симфонический оркестр, скажем так, мы, правда, не пробовали...

К. Мацан

— Все впереди, я думаю.

О. Осадчий

— Да, скорее всего. У нас был опыт со струнным квартетом выступать и с хором, у нас, кстати, восьмого января будет праздничный в Видном концерт в Детской школе искусств в 15 часов, не могу вам об этом не сказать. Мы будем вместе с хором под управлением Марины исполнять специальную рождественскую программу.

К. Мацан

— Значит, восьмого января, город Видное, Детская школа искусств, все, кто будут неподалеку или в Москве, всех ждем.

О. Осадчий

— Да, приезжайте, будем рады.

К. Мацан

— Марина, я вот уже Дмитрию вопрос этот задавал, хочу, может быть, теперь вам задать: а каково вам работается в коллективе, лидер которого, как мы объявляем, священник? Это накладывает какие-то ограничения, особенности, что?

М. Юркова

— Нет, отец Олег — это мой большой друг, помимо того, что кум, мы очень дружим уже много лет и я больше того могу сказать: отец Олек, как священник, для меня очень разукрасил вообще веру, православие очень яркими красками.

К. Мацан

— А например?

О. Осадчий

— Я надеялся, что ты скажешь, что я строгий.

М. Юркова

— Нет, но отчасти да, допустим, на исповедь к своему другу-священнику идти сложнее, чем к батюшке, который тебя не знает, это на самом деле так. Какие-то вещи в литературе, в музыке, я чего-то не читала до того, как с отцом Олегом познакомилась, чего-то не слушала...

О. Осадчий

— Мы любим меняться книжками, музыкой.

М. Юркова

— Да, например, радио «Хэт» (смех)

К. Мацан

— А знаете, я помню, однажды читал интервью с певцом Олегом Погудиным, называю это имя просто, чтобы сослаться на источник и его спрашивали: а как сочетается ваша вера с вашей работой, вашей профессией, творчеством? Он говорит: «Напрямую, иногда вот берешь романс новый или какую-то арию и так тебе хочется ее исполнить, так она тебе нравится, но там есть одно слово какое-то, может быть, которое ты, как христианин не может себе позволить, не то, что произнести, не неприличное слово, а просто, может, одна мысль, которая ну никак с твоим мировоззрением не сочетается и ты из-за одной строчки можешь от песни отказаться целиком, то есть вера накладывает ограничения какие-то. У вас есть какая-то похожая проблема или видение, когда что-то, что вы делаете, вы можете или не можете себе позволить именно ввиду того, что это все-таки коллектив верующих людей, православных?

О. Осадчий

— Мне первое, что пришло на ум: что я никогда, наверное, не поставлю в цепь гитарных эффектов педаль дисторшна.

К. Мацан

— Это вы сейчас с юмором говорите или это и вправду какой-то в этом есть культурно-богословский смысл?

О. Осадчий

— Скорее культурно-практический.

К. Мацан

— А почему? Потому что какая-то отсылка идет к дэдмэтлу, каким-то там Оззи Осборнам и так далее, как такому неумеренному...?

О. Осадчий

— Хотя там есть много всего интересного в той музыке, но мы любим немножко другое. Но это да, я пошутил, да, признаюсь, неудачно, наверное.

К. Мацан

— Нет, почему, мне кажется, как раз-таки то, что вы сказали, может быть очень серьезным мотивом.

О. Осадчий

— Нет, есть какие-то такие законодательные моменты в жанре и так далее. Да, кстати, меня часто спрашивают, какую мы музыку играем, мы, конечно, так иногда больше с юмором говорим, что это христианский инди-фолк, но...а хотя, может быть, это так и есть.

К. Мацан

— Тут надо пояснить оба слова: и инди, и фолк.

О. Осадчий

— Инди — это от английского слова «индипендент»

К. Мацан

— То есть это не с Индией связано?

О. Осадчий

— Нет-нет, хотя бывали случаи, когда я пришел на один телеканал и предложил нашу музыку, сотрудник телеканала посмотрел на диск и сказал: «А что вы играете?» Я говорю: «Христианский инди-фолк. — Ой, на английском языке, еще и про индейцев», что это же вообще кошмар какой-то. Нет, это направление музыки, фолк в таком английском или американском понимании, начиная от Боба Дилана и заканчивая какими-то современными группами, мне они нравятся и, конечно, на меня это влияет, поэтому, конечно, какой-то «тяжеляк» я не буду играть, хотя, например, недавно я подумал, что было бы здорово сделать какую-нибудь электронную музыку попробовать, в какую-нибудь из наших песен внести электронное звучание, все может быть.

К. Мацан

— Вот интересно, опять-таки вы говорите: не станете играть «тяжеляк» — потому что это вам просто не близко, как направление или потому что тяжелая музыка окружена не теми ассоциациями, которыми бы вы хотели, чтобы ваша музыка была окружена: какая-то тряска головой, какие-то неумеренные поведения на концертах?

О. Осадчий

— Ну да, это, конечно, мне не пойдет совсем и нельзя, хотя есть, сейчас можно вспомнить Закка Уайлда, у него есть очень интересные такие даже христианские тексты, но это просто не наше, наверное.

К. Мацан

— Вы в интервью много говорили о том, что важным этапом для вас стала группа «Битлз», в ней можно найти в текстах и в музыке христианское содержание?

О. Осадчий

— Я думаю, что да, конечно, есть у них такие песни, но так сразу сложно вспомнить, рождественские песни у них есть очень хорошие.

К. Мацан

— Ну а «All you need is love», например?

О. Осадчий

— Я как-то даже в проповеди цитировал эту песню и не я один, по-моему, я у кого-то из наших современных проповедников встречал цитату из этой песни, прекрасная песня, мне нравится.

К. Мацан

— А когда священник играет в рок-группе существует ли опасность искусить, смутить такую, благочестиво настроенную, в чем-то консервативную православную публику?

О. Осадчий

— Я очень надеюсь, что нет. Показывает практика: у меня есть слушатели из числа нашей взрослой воскресной школы, я их очень люблю, очень у нас такая общинная компания в храме образовалась: миссионерский образовательный центр «Истина» и они ходят на наши концерты, они слушают и можно, общаясь с ними, как-то почувствовать, что люди понимают, что это не какая-то провокация, еще что-то. У нас музыка достаточно свободная, спокойная такая, несмотря на то, что драйв в ней, конечно, присутствует, но, как правило, отклик положительный бывает и у молодежи, и у более старшего поколения.

К. Мацан

— Мы к этому разговору после маленькой паузы вернемся, но перед паузой обязательно вас попросим еще исполнить что-нибудь.

О. Осадчий

— А мы, пожалуй, исполним песню «Аллилуйя — это известная песня Леонарда Коэна...

К. Мацан

— Ой, бальзам на сердце.

О. Осадчий

— Да, в переводе нашего очень хорошего собрата Олега Воскресенского, библеиста.

Звучит музыкальная композиция

К. Мацан

— «Светлый вечер» на радио «Вера» продолжается, еще раз здравствуйте, дорогие друзья, мы сегодня, готовясь вместе к Новому году, к этому семейному торжеству в нашей студии продолжаем слушать живую музыку и разговаривать с участниками группы «The Raindrops», ее лидером — священником Олегом Осадчим и другими участниками: Дмитрием Мотовиловым ,Мариной Юрковой, Владимиром Коковичем, говорим про музыку и в том числе про путь отца Олега к священству и путь, может быть, даже в каком-то смысле всей группы в вере и к вере. И вот я хочу сейчас Дмитрию слово передать, у вас была какая-то реплика в конце прошлой части?

Д. Мотовилов

— Да, я хотел добавить, что главные и мои любимые слушатели нашей музыки — это дети, то есть дети священников. В том доме за храмом, где мы репетируем, они приходят к нам в комнату, они танцуют, дети отца Олега, дети других священников, они летом кричат нам в открытое окно: «Играйте громче!», это просто их надо снимать и монтировать клип, потому что это вообще самое лучшее, что есть в жизни.

В. Кокович

— У нас на ютуб канале есть тоже записи, где они танцуют, когда мы выступаем.

Д. Мотовилов

— Поэтому наша музыка, мне кажется, несет положительную энергию и это замечательно.

К. Мацан

— Дмитрий, а вот вы начали рассказывать очень пронзительную вашу личную историю про то, как в тяжелый момент жизни пришла как-то весть о том, что ищут барабанщика, а вы барабанщик, ударник, и началось ваше сотрудничество с отцом Олегом и, в принципе, с группой, с музыкантами, так или иначе связанными с православным храмом, с православными людьми. А чем лично для вас стало это общение со священником такое близкое? К каким открытиям в вере оно привело?

Д. Мотовилов

— Знаете, к очень многим, то есть я, когда еще живя в Вятке, звонил в колокола, мне это очень нравилось, у меня очень много было друзей-музыкантов, которые пели в храмах, некоторые друзья стали священниками тоже, еще с тех времен, но моя судьба как-то...Когда я переехал в Москву я, честно говоря, перестал посещать храмы, у меня была коммерческая работа, я себя не оправдываю, но как-то не посещал много лет храмы, хотя иногда, конечно по монастырям ездили, но не причащался, очень редко молился. Тут жизненные обстоятельства подталкивали меня задуматься о смысле жизни и встреча с отцом Олегом, беседы с ним о моей ситуации, о жизни. Он говорит: «Ты чего помощь Бога не хочешь принять? Ты приходи на исповедь, на причастие...»

О. Осадчий

— И в эти выходные тоже обязательно, Дмитрий.

Д. Мотовилов

— Спасибо, что напомнил. И с тех пор я начал ходить на исповедь, первый раз было мне очень тяжело туда пойти, тем более к тому человеку, с которым я играю музыку. Я у него даже спросил: «А это не помешает нам вместе этим заниматься?» Он говорит: «Ни в коем случае». Для меня это был очень непростой шаг, но болезнь сына, общая ситуация в семье непростая привела меня в храм и спасибо большое за это отцу Олегу, что он меня очень сильно поддержал.

О. Осадчий

— Спасибо Господу, благодарим Бога.

Д. Володихин

— Очень тонко принял все то, что я принес ему и очень снисходительно ко мне отнесся и относится до сих пор, спасибо большое.

О. Осадчий

— Раз у нас сегодня такая передача получается такая искренняя, семейная, я хочу и Дмитрию, и всем нам, всем, может быть, радиослушателям, тем, кто приходит в веру, испытывая какие-то сложности, сложные повороты в жизни хочу пожелать, чтобы впереди была радость, потому что в радости и благодарности Господь к нам становится ближе и в преддверии Нового года хотелось бы именно этого пожелать — радости о Боге.

К. Мацан

— Отец Олег, может быть, ну если у мне такое обобщение или такой вопрос позволен: вы, как пастырь, можете рассказать, что если один человек вот уже ввиду работы в группе воцерковился, то это уже результат того, зачем группе стоило быть?

О. Осадчий

— Я верю в это, я верю, я молюсь, чтобы это и дальше продолжалось, потому что пути — они извилисты и я надеюсь, что все мы останемся со Христом, и у нас есть, например, бас-гитарист, он достаточно светский человек, но он очень хороший человек, тоже повод для общения.

К. Мацан

Знаете, что интересно: в студии священник, в студии Марина — регент, при этом вокалистка рок-группы группы, Дмитрий — ударник, пришедший совершенно из светской рок-среды, при этом тоже как-то все вокруг храма собрались. Возникает такой вопрос или размышление о некоем сочетании ценностей: ценности музыки светской и музыки церковной, например. Что я имею ввиду: бывает такое, что человек приходит к Богу, в церковь, начинает воцерковляться, например, он музыкант, ему говорят: ты — музыкант, значит, на клирос надо идти петь, вот Богу там служить. А другой вариант развития событий — это сказать, что ты музыкант, но вот оставайся в своей рок-музыке, играй и этим Богу служи, нет необходимости воцерковлять вот так буквально свои таланты. Что вы об этом думаете? У меня такой общий вопрос, но как-то мне интересно, как вы на него отреагируете?

М. Юркова

— Я думаю, что Богу, действительно, на всяком месте служить можно, необязательно музыканту петь на клиросе.

О. Осадчий

— Иногда музыканту ни в коем случае нельзя петь на клиросе.

М. Юркова

— Иногда музыканту ни в коем случае нельзя петь на клиросе, абсолютно согласна.

К. Мацан

— Почему?

М. Юркова

— Ну есть солисты, есть хоровики, есть люди, которые сольно привыкли петь, им в хоре очень сложно, потом есть музыканты, например, у меня и бывшая оперная певица поет, им больше интересна какая-то такая музыка, более сложная, допустим, Павел Чесноков, Рахманинов, обиход им немножечко менее интересно петь, а это тоже нужно.

К. Мацан

— Надо только пояснить, что такое обиход.

М. Юркова

— Ну, более простые мелодии.

М. Юркова

— Я помню, у нас в гостях был историк музыки, исследователь фольклора Николай Денисов, который рассказывал, что где-то проходил конкурс хоров разных, я так понимаю, не только церковных — разных хоров светских, в том числе, и среди заданий обязательных в программе был как раз церковный обиход, какие-то церковные песнопения, сопровождающие ход службы и оказалось, это самое сложное для хора — спеть какую-то многоголосно красивую ...какой-то хор такой высокохудожественный в каком-то смысле проще, чем очень смиренно, аскетично, но очень точно следовать за богослужением.

М. Юркова

— А дело в том, что обиход — это часто устная традиция, музыканты привыкли петь по нотам: ставишь нотки, поют, любой сложности, а обиход — это огромное количество мелодий, от 20-ти до 30-ти, а иногда и больше, которые нужно держать в голове и на текст накладывать — это действительно очень сложная работа.

К. Мацан

— И вот с небывалой радостью скажу, что снова время музыки подошло.

О. Осадчий

— А давайте мы исполним, пожалуй, мы сегодня пели на русском языке, мы вообще на русском языке стали петь недавно, а сейчас мы вам споем более для нас традиционное — это песня на английском языке — песня про путешествия, я однажды отправился в поход с тремя другими батюшками, с моими друзьями, вот мы двое суток плавали на каяках двухместных, такое вот приключение было и в итоге написалась песня про путешествия, то есть наше путешествие и воспоминания о том, как это бывало у ирландских монахов, вот об этом сейчас мы вам исполним песню.

Звучит музыкальная композиция

К. Мацан

— У нас сегодня в гостях группа «The Raindrops», лидер группы — священник Олег Осадчий, клирик Георгиевского храма города Видное и участники группы: Дмитрий Мотовилов, Марина Юркова, Владимир Кокович, мы слушаем живую музыку и разговариваем, в том числе, о пути отца Олега к священству и в священстве. Не первый раз у нас в студии уже отец Олег в гостях, какие-то вещи о своем пути к вере он рассказывал в программах предыдущих, а сейчас я бы вот что хотел спросить: священник, который занимается, в том числе, музыкой, наверное, должен как-то для себя внутренне осмыслить: а зачем я это делаю вот как человек и христианин? Иными словами, как вам кажется, для священника, для вас лично музыкальная деятельность — она как связана с личным спасением, она способствует? Она мешает, но это надо делать, потому что это служение и миссионерство или оно нейтрально и вообще никак не связано с этим процессом?

О. Осадчий

— Она никак не может быть нейтрально не связанной, потому что все делаем, стараемся делать осмысленно. Я думаю, что если ты стараешься избежать гордости, тщеславия, если у тебя что-то получается делать хорошо и это приносит радость людям, ты молишься при этом, конечно же, и тогда все достаточно благополучно может продолжаться в таком случае. Если ты стараешься быть внимательным, к тому, что у тебя в сердце происходит, какие эмоции, чувства у тебя возникают, когда ты занимаешься творчеством, музыкой в данном случае, вот при таком внимательном отношении думаю, что это не помешает спасению.

К. Мацан

— Вот колоссально важный вопрос для всех творческих людей о том, как не тщеславиться и вроде понятно, о чем вы говорите, почему вроде — потому что как только лично я это перевожу, например, в область практики, сразу возникает вопрос или необходимость в совете священника, вот написали вы песню, вот подходит к вам человек, говорит: «Классная песня, прямо здорово, прямо в плеер себе скачал, слушаю», как тут не приписать успех себе? Ведь в том, чтобы сказать: «Нет-нет, это не я, это Господь мне помог» в этом какое-то карикатурное смирение, которое знаете, как то же самое тщеславие, помните, как у Довлатова была такая фраза: «Я настолько гордился успехами в боксе, что намеренно их преуменьшал», вот это что-то похожее возникает.

О. Осадчий

— Рецепт один может быть только — это благодарность, благодарственные молитвы Богу, потому что самая главная молитва, Евхаристия — это благодарность и когда мы эту благодарность привносим в остальные стороны нашей жизни, будь то какое-то делание, семейная жизнь, если мы Бога благодарим, если мы понимаем, что Господь во всем, тогда можно где-то не попасть в эту ловушку и не согрешить, и другим не помочь согрешить этим тщеславием, вот это сложно, это не всегда получается, но мы, как христиане, должны это делать.

К. Мацан

— Марина, я вас тоже хочу спросить, не об этом, а о том, о чем мы уже чуть раньше говорили, но мне кажется, это важно: музыкант и регент храма — казалось бы, человек служит музыкой Богу буквально, на богослужении, зачем еще рок-группа? Что дает лично вам участие в группе «The Raindrops», которая еще священником окормляется?

М. Юркова

— Ну это новые друзья, новая музыка, это мой досуг, я это очень люблю.

К. Мацан

— Я думаю, что просто, опять-таки, близкий вопрос к тому, наверное, о чем я спрашивал и отца Олега: христианин, который не может избежать вопроса «зачем?», вот зачем я это делаю помимо того, что мне это нравится, есть какая-то польза душевная, духовная? Может, не надо этот вопрос задавать, может быть, он лишний, надо просто играть музыку и удовольствие получать? Я не провоцирую, я просто вслух размышляю.

О. Осадчий

— Это такая мысль появилась сейчас очень опасная: на рождественском празднике подойти и сказать: «А давайте я вам подыграю?» и потом можно так встрять в эту историю на много-много лет...

К. Мацан

— Потом уже и отказаться неловко.

О. Осадчий

— Уже вечер и репетиция в семь часов, надо идти, что делать, ну пойду, конечно, потом концерт, запись. Но, честно говоря, я как-то сильно не думаю, да, я делаю потому что мне это нравится, я просто люблю.

М. Юркова

— Да, я соглашусь с отцом Олегом, да, я это делаю потому что я это люблю.

К. Мацан

— То есть это такое призвание в смысле именно буквальном смысле слова призвали и ты делаешь, потому что не можешь не делать.

О. Осадчий

— Ну, может быть.

К. Мацан

— Знаете, о чем я еще хотел спросить, вопрос тоже, поскольку все-таки у нас программа так или иначе строится вокруг опыта священства отца Олега: если фантазировать, можно себе представить ситуацию, в которой вам скажут, вас благословят больше этим не заниматься.

О. Осадчий

— Ух ты.

К. Мацан

— Вот скажут, например, что знаете...

О. Осадчий

— Очень не хочется об этом думать.

К. Мацан

— И в этом смысле что вы будете чувствовать?

О. Осадчий

— Посмотрим.

К. Мацан

— Я надеюсь, что этого не произойдет и нет никаких поводов думать, что так произойдет, это, скорее, вопрос к тому, что знаете как, нас же учит Евангелие ни к чему сердцем не привязываться, даже к таким радостным вещам, как рок-музыка, может быть, к ним-то как раз-таки проще всего привязаться, вот к такой радости творчества.

О. Осадчий

— И правильно, привязываться не нужно, вот просто смоделируем ситуацию, что все мои братья-сестры по группе вдруг кто-то уходит играть в группу «Coldplay» или еще куда-то позовут, вот я останусь один...

К. Мацан

— Ну если более важных предложений не будет, чем в «Coldplay» играть.

О. Осадчий

— Да, и вот я остался один, что я буду делать? Я буду играть дома своим детям, своей жене, может быть, один буду играть, не знаю. Не будет возможности выступать — ну, может быть, буду только студийной работой заниматься. Действительно, жизнь — она же продолжается и дай-то Бог нам всем быть христианами, дай Бог мне служить у престола Божия всю жизнь, остальное все приложится, я думаю.

К. Мацан

— Меня очень тронуло то, что вы в первой части программы сказали, так немножко приоткрывая ваш личный опыт, что вот вы стоите перед престолом и переживаете священство, как какое-то чудо, подарок.

О. Осадчий

— Да.

К. Мацан

— А потом, через запятую у вас прозвучало, что «вот еще я музыкант» и такое ощущение, что рядом оказались две несопоставимые идентичности, две несопоставимые ипостаси...

О. Осадчий

— Такое раздвоение.

К. Мацан

— Вы для себя как-то ставите вопрос, что тут я священник, а тут я музыкант? Или вообще может ли быть что-нибудь рядом, в одном ряду, сопоставимое со священством?

О. Осадчий

— Мне кажется, нет. Но на самом деле сложно очень вообще об этом говорить, об этом думать, когда ты понимаешь, какая это милость Божия к тебе, недостойному, причем я это абсолютно искренне говорю, понимаешь, насколько это действительно велико, насколько велик Господь. Что сопоставимо, что нет? Надо постараться быть христианином, надо постараться быть хорошим человеком, вежливым, например, что бывает иногда крайне сложно, дальше уже полагаешься на Бога, потому что действительно без Бога не можешь ничего, вот это я очень сильно понимаю. А так, если вспомнить, я с детства хотел быть священником, потом были и сомнения, были кризисы какие-то, но Господь призвал, и я очень рад, что я не сильно ему противился.

К. Мацан

— Раз мы все-таки уже, двигаясь к концу нашей беседы, в эту очень важную такую глубокую личную тему зашли, я хочу вам одну цитату предложить, просто поразмышлять или прокомментировать, но она, мне кажется, очень в тему нашего разговора о священнике, который занимается рок-музыкой, вот у Сергея Фуделя в воспоминаниях есть такие слова, вот цитата: «У нас, маловерных, есть одна тайная мысль: в Церкви, конечно, хорошо, но как же все-таки быть с Диккенсом и Рафаэлем, Пушкиным и Шопеном? Ведь кажется, их нельзя взять с собой, можно ли сохранить все эти книги, живя целиком в Церкви?» Вот он такой вопрос ставит о том, что либо вся светская культура, даже самая возвышенная и классическая — это нечто, что остается за порогом, потому что мы нашли сокровище главное, жемчужину, с которой ничто несопоставимо или все-таки можно взять это с собой и, если угодно...не знаю что: по-новому на это посмотреть, к этому отнестись как-то поставить на какую-то нужную полку в иерархии: здесь самая высокая, здесь просто культура, что вы об этом думаете?

О. Осадчий

— Мне вспомнилась одна цитата из моего любимого отца Александра Шмемана, он в одной из книг говорил, написал о том, что «мир, в котором написаны „Страсти по Матфею“ Баха не может быть без любви, мир не может быть без Бога», примерная цитата, как я ее сейчас вспомнил и, действительно, очень много в светской культуре, которая на самом деле никакая не светская...

К. Мацан

— Ну, корнями, конечно, уходящая в Библию.

О. Осадчий

— Да, то есть Господа можно встретить на страницах светских книг иногда или в нотах каких-то произведений. Один из моих любимых примеров: книга «Преступление и наказание» Федора Михайловича Достоевского, то есть там мы не встретим слова «церковь», «Бог», но это одна из самых лучших книг о покаянии из светских книг. Поэтому я думаю, что, может быть, и можно с собой взять.

К. Мацан

— Спасибо огромное за этот разговор, на этой оптимистической ноте мы разговор заканчиваем, но не заканчиваем слушать музыку. Что мы сейчас послушаем под занавес программы?

О. Осадчий

— Мы исполним колядку английскую традиционную в переводе на русский язык священника Алексея Агапова.

К. Мацан

— Спасибо огромное и за музыку, и за разговор. Сегодня в «Светлом вечере» с нами и с вами была группа «The Raindrops», ее руководитель — священник Олег Осадчий, клирик Георгиевского храма города Видное и участники группы: Дмитрий Мотовилов, Марина Юркова, Владимир Кокович. Спасибо огромное за это настроение, которое вы нам сегодня создали. Мы с вами прощаемся, дорогие радиослушатели, с наступающими праздниками вас поздравляем, чтобы в Новом году все было только светлое и радостное и вместе с радио «Вера». В студии был Константин Мацан. До свидания.

О. Осадчий

— С Наступающим, спасибо большое за общение, поздравляем вас со всеми наступающими праздниками.

М. Юркова

— Всего доброго, с праздниками.

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Мы в соцсетях
******
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Другие программы
Мудрость святой Руси
Мудрость святой Руси
В программе представлены короткие высказывания русских праведников – мирян, священников, монахов или епископов – о жизни человека, о познании его собственной души, о его отношениях другими людьми, с природой, с Богом.
ПроСтранствия
ПроСтранствия
Православные храмы в Гонгконге и Антарктиде. Пасха в Японии и в Лапландии. Это и множество других удивительных мест планеты представлены глазами православного путешественника в совместном проекте Радио ВЕРА и журнала «Православный паломник».
Пересказки
Пересказки
Программа основана на материале сказок народов мира. Пересказ ведётся с учётом повестки дня современного человека и отражает христианскую систему ценностей.
Азы православия
Азы православия
В церковной жизни - масса незнакомых слов и понятий, способных смутить человека, впервые входящего в храм. Основные традиции, обряды, понятия и, разумеется, главные основы православного вероучения - обо всем этом вы узнаете в наших программах из серии "Азы православия".

Также рекомендуем