Поделиться
Фото: Ron Lach / Pexels
Боярина Василия Даниловича Верховского на Смоленщине знал каждый. Когда-то он был воеводой — так в 18 веке называлась должность главы губернии — и прославился на этом поприще своей мудростью, добротой и милостью. Уже много лет Василий Данилович и его супруга Анна Ивановна с детьми, которых у них было восемь, тихо и мирно жили в своём имении в деревне Буловицы. Верховскому было 60 лет, а его жене — за сорок. В силу своего немолодого возраста они не чаяли снова стать родителями. Но произошло чудо. 4 апреля 1767 года у Василия Даниловича и Анны Ивановны родился сын.
Счастливые родители нарекли новорождённого Захарией. Подрастая, мальчик всё время проводил возле родителей. Вместе с ними ходил раздавать милостыню нищим; принимал в доме странствующих богомольцев. По утрам Захар просыпался раньше всех, будил мать с отцом, сестёр и братьев, и торопил, чтобы не опоздать в храм на Литургию. А вечером садился у ног матушки и внимательно, с замиранием сердца, слушал, как она читает жития святых.
С детства Захар не расставался с Евангелием. Взял он его с собою и в Петербург, куда вместе с братьями отправился по настоянию отца. Василий Данилович, как бывший воевода имел в столице связи и смог устроить сыновей на службу в царский полк. Захару тогда едва исполнилось пятнадцать, но духовно он оказался намного старше своих взрослых братьев. Те, почувствовав вкус свободы, пристрастились к картам и проигрывали всё, что присылали родители из дому, включая и долю Захара. Но юноша ни словом не упрекал братьев. Наоборот, жалел их, когда те особенно крупно проигрывались. Глядя на младшего брата, старшие образумились и пообещали Захару больше никогда не брать в руки карт.
А вскоре пришло скорбное извести о смерти отца и болезни матери; братья спешно вернулись домой. Анна Ивановна, предчувствуя скорую кончину, попросила сыновей при ней разделить между собою имение и деньги, оставшиеся от отца. «Делите по чести, поровну, никого не обижая», — предупредила она. Братья ушли в комнату совещаться. Вдруг Анна Ивановна услышала, как они стали громко спорить. Старший говорил: «Я главный, я хочу взять всё...». Средний возражал: «Как бы не так, половина моя!» Донёсся до матери и робкий голос Захарии: «А я разве не такой же наследник, как и вы, почему вы хотите лишить меня участия?» Встревоженная Анна Ивановна поспешила к сыновьям и стала укорять их за раздор. Но оказалось, что братья делили между собою... батюшкин долг, который вместе с остальным наследством теперь перешёл к ним. Каждый из них хотел понести на себе часть бремени. Тронутая мать кинулась обнимать и благословлять детей.
Через год Анна Ивановна скончалась. 19-летний Захария тяжело переживал разлуку с матерью. Сёстры его к тому времени уже были замужем, братья тоже жили своей жизнью. Сидя в опустевшей материнской комнате и глядя на икону Богородицы, юноша воскликнул: «Теперь ты, Царица Небесная, будь моей матерью. Тебе вручаю жизнь свою!»
После кончины матери Захария не долго задержался дома. Юноша отправился в Коневецкий монастырь, где принял монашеский постриг с именем Зосима. Пройдёт время, и он станет духовной опорой для многих людей, устроителем монастырей, подвижником и молитвенником. Церковь прославит его в лике святых — как преподобного Зосиму Верховского. И в тех монашеских обителях, которые появились благодаря трудам старца Зосимы, всегда поминали в молитвах его любимых родителей — Василия и Анну.
Все выпуски программы Семейные истории с Туттой Ларсен
Станислав Жуковский. «Весна»
Поделиться
— Давайте ещё погуляем, Маргарита Константиновна! Я так люблю бродить в окрестностях вашей дачи! Особенно сейчас, когда природа оживает. Мы словно на картине Станислава Жуковского «Весна».
— Оказаться на картине Жуковского весьма интересно! Он принадлежал к той плеяде художников конца девятнадцатого, начала двадцатого века, которые умели тонко выразить настроение в своих работах. Однако, у этого мастера есть несколько произведений с названием «Весна». Вы какое из них имеете в виду, Андрей Борисович?
— То, что мы с вами видели в Музее изобразительных искусств Республики Карелия. Помните, когда были в Петрозаводске?
— Да, да, припоминаю.
— Я вам сейчас найду в интернете изображение, чтоб освежить в памяти. ...Вот, взгляните!
— И впрямь, похоже на панораму, что раскинулась перед нами! Вдали виднеется белокаменная церквушка. Полноводная река разлилась, хотя местами ещё лежит снег. Вода подступила прямо к деревьям. Как моя бабушка говорила: «Берёзки мочат ножки».
— А какое-то деревянное строение на картине и вовсе подтопило. То ли сарай, то ли баня, стоит наполовину в реке, словно причал. Такое бывает во время разлива. Станислав Жуковский подметил весеннюю примету среднерусской полосы.
— Он в Подмосковье писал картину?
— Трудно сказать точно. Полотно датировано 1923 годом. Станислав Жуковский тогда жил в Москве на Пречистенском бульваре, который сейчас называется Гоголевским. Наверняка выбирался на пленэр на природу. Но скорее всего, он работал по прежним наброскам. По этюдам, сделанным раньше в окрестностях Вятки — сейчас это Киров.
— Он ведь, кажется, прожил там около двух лет?
— Да, с 1919-го по 1921-й.
— Трудное, тревожное послереволюционное время!
— И голодное. Жуковский перебрался с семьей из Москвы в Вятку, поскольку там было получше с продовольствием. Устроился работать в театр художником-декоратором. Жил на окраине города, в маленьком деревянном доме без удобств.
— Непривычные условия для успешного московского живописца.
— Непривычные, что говорить! Но больше всего Станислав Юлианович страдал от того, то лишился возможности писать ландшафты поместий. Вы ведь помните, это была ключевая тема его творчества.
— Да, Жуковского называли «певцом русской усадьбы». А Вятская губерния, в отличие от Подмосковья, и до революции была небогата дворянскими гнёздами.
— И художник нашел отдушину в природе. Станислав Юлианович любил приезжать из Вятки в Александро-Невский Филейский монастырь, и там писать пейзажи. Обитель располагалась в шести километрах от города. Её живописные окрестности запечатлены на многих полотнах Станислава Жуковского.
— Может быть, и этюды для картины «Весна» оттуда?
— Я пытался разобраться, сравнивал дореволюционные фотографии Филейского монастыря с картиной Жуковского. Мне показалось, что художник запечатлел вид от обители на церковь Покрова Богородицы в Вятке. Но разве скажешь точно, если и Покровский храм, и Филейская обитель были уничтожены в советское время.
— Живопись нередко хранит память об утраченном наследии.
— Картина Станислава Жуковского «Весна» напоминает ещё и о том богатстве, которое нам доступно и сейчас. Воздух на полотне напоён влагой. Река и небо перекликаются нежными оттенками бирюзы. В этих сочных, свежих красках — послание художника потомкам.
— Послание? О чём же?
— О том, что природа — дар Божий, который может радовать даже в самые трудные времена. И благодарность Творцу за эту радость питает сердце. Даёт силы жить!
Картину Станислава Жуковского «Весна» можно увидеть в Музее изобразительных искусств Республики Карелия в Петрозаводске.
Все выпуски программы: Краски России
Петр Шамшин. «Святое семейство»
Поделиться— Тебе нравится полотно «Святое семейство», Андрей? По-моему, перед нами настоящая жемчужина Симферопольского художественного музея.
\— Замечательная работа, Саша! Лаконичная и в то же время содержательная, эмоционально насыщенная. Автор, Петр Шамшин, изобразил Младенца Христа. Над Ним с трёх сторон склонились Богородица, старец Иосиф Обручник и маленький Иоанн Креститель. Их взгляды устремлены на Иисуса. И зрителю невозможно усомниться, Кто главный персонаж полотна.
\— Интересно, что картина круглая.
— И это неслучайно. Круг — символ бесконечности. Такая форма подчеркивает, что Христос — центр не только изображения, но и всей Вселенной. Традиция создавать подобные картины сложилась в Италии в конце пятнадцатого, начале шестнадцатого века. Их так и называют — тондо, что в переводе с итальянского означает «круглый».
— А почему русский художник написал произведение в итальянской традиции?
— Он учился в Италии. Блестяще окончив Санкт-Петербургскую Императорскую академию художеств, Петр Шамшин получил золотую медаль и право продолжить образование за границей за казенный счет. Он семь лет прожил в Риме. Естественно, это отразилось в его творчестве.
— А в жизни? Он не стал католиком?
— Петр Михайлович до конца своих дней оставался глубоко верующим православным христианином. Расписывал церкви. Его работы украсили Исаакиевский собор Санкт-Петербурга, московский храм Христа Спасителя, Сионский собор в Тифлисе — современном Тбилиси, церковь при русском посольстве в Афинах.
— А «Святое семейство» тоже для какого-то храма Шамшин написал?
— Нет, это не икона. Это картина-размышление на евангельскую тему.
— Размышление?
— И очень глубокое. На первый взгляд изображение выглядит безмятежным. Синее небо и горы за спиной у героев, их просветлённые лица, букет цветов у ног Иисуса — все это вызывает умиление. Но есть на картине детали, которые заставляют вспомнить главное событие Евангелия — Распятие и Воскресение.
— И что на картине Петра Шамшина указывает на это?
— Обрати внимание — Иосиф Обручник держит в руках гроздь винограда. Заботясь о Богомладенце, старец словно участвует в подготовке грядущей Трапезы Господней. Той самой Тайной Ве́чери, что состоится накануне Крестных Страданий Спасителя. Там Христос благословит хлеб и вино, совершит первое в истории человечества Причастие.
— Какой глубокий символ!
— А вот ещё один, взгляни. Праведный Иосиф опирается на спиленный ствол. Так художник напоминает о дереве, из которого будет изготовлен Крест.
— Смотреть на Младенца Христа и думать о муках, которые Ему предстоят...
— Именно к этому призывает художник Петр Шамшин в своей работе «Святое семейство». Важно помнить, какой ценой мы избавлены от вечного плена смерти.
Картину Петра Шамшина «Святое семейство» можно увидеть в Симферопольском художественном музее.
Все выпуски программы: Краски России
Павел Радимов. Загорск. «Вход в Лавру»
Поделиться— Машенька, здравствуй!
— Здравствуйте, Андрей Борисович!
— Ты с книгой! Что читаешь?
— Я историю учу. Денёк такой солнечный — решила посидеть с учебником в парке. Присаживайтесь и вы, Андрей Борисович!
— Спасибо, Машенька. И правда, погода замечательная! А что вам задали?
— Параграф про Троицкую осаду. Мы сейчас Смутное время проходим. Оказывается, Троице-Сергиева Лавра в начале 17-го века была не только монастырём, но и неприступной крепостью! Больше года польские и литовские сторонники самозванца Лжедмитрия Второго её осаждали. Несколько раз пытались штурмовать, но так и не смогли одолеть!
— Да, Машенька, это был первый за время Смуты решительный отпор иноземным захватчикам, который поднял боевой дух русского народа и вселил в людей веру в победу. Обороне Троице-Сергиевой Лавры посвящали полотна художники в разные эпохи. Но хочу тебе сказать, что не только в Смутное время стены обители преподобного Сергия защищали Москву. Лавра стала мощной крепостью на пути врага и во время Великой Отечественной войны.
— Как интересно! Я не знала! А есть на эту тему сюжеты у каких-нибудь живописцев?
— Конечно! Например, у замечательного художника — и, кстати, поэта — Павла Александровича Радимова. Он запечатлел Святые врата Троице-Сергиевой Лавры в 1943 году. Картина так и называется «Вход в Лавру». Это полотно — яркое свидетельство того, что пережила обитель Сергия Радонежского в годы Великой Отечественной.
— Ой, как хочется посмотреть на картину!
— Она выставлена в Музее изобразительных искусств республики Карелия, в городе Петрозаводске. Но мы с тобой можем поискать её в интернете. Сейчас попробуем... Вот, нашёл!
— Так выглядели главные ворота в Лавру?! Облетевшая побелка, кирпич виднеется повсюду. Фреска над входом почти стёрта. Или закрашена. Мы недавно ездили с классом на экскурсию в Сергиев Посад, были в Лавре — там сейчас красота! Даже не верится, что когда-то было вот так...
— Да, Великая Отечественная отразилась на том облике Лавры, который запечатлел на своей картине Павел Радимов. Как ты верно заметила, Машенька, фреска на вратах частично закрашена. Закрасили тогда и купола всех лаврских храмов. Башни и колокольню затянули маскировочными сетями.
— А зачем?
— Чтобы они не стали ориентиром для вражеской авиации. Ведь Сергиев Посад, или Загорск, как он тогда назывался, в 1941 году стал прифронтовым городом — фашисты стояли на подступах к Москве.
— И Троице-Сергиева Лавра снова не дала им пройти?
— Лавра стала мощным оборонительным рубежом. Жители города устроили на монастырской стене огневые точки. С Лаврской колокольни солдаты круглосуточно наблюдали за вражескими самолетами. В подвалах оборудовали бомбоубежища. А в здании Московской духовной академии, которая находится на территории Лавры, открыли военный госпиталь.
— А что было потом?
— В ноябре 1941-го немцы подошли очень близко к Загорску. Враг был всего примерно в тридцати километрах к западу, в районе Дмитрова. Однако навстречу фашистам из Загорска выдвинулись наши бойцы. Они разбили группировку немцев на подступах к городу. Символично, что после Победы, в 1946-м году, началось возрождение Лавры — её вновь открыли для верующих.
— Андрей Борисович, посмотрите: Святые врата на картине «Вход в Лавру» художник Павел Радимов изобразил залитыми светом!
— И врата, и всё пространство вокруг! Как будто сам Преподобный Сергий Радонежский, молитвенник за Русскую землю — приглядись, его фигуру можно различить на полузакрашенной фреске — благословляет защитников города. Как когда-то благословил он московского князя Дмитрия Донского на битву с ордынцами.
— Андрей Борисович, спасибо, что показали мне эту замечательную картину! Благодаря ей и вашему рассказу я столько нового узнала!
— Ну что ж, желаю тебе, Машенька, получить пятёрку по истории!
Все выпуски программы: Краски России
