Послание к Римлянам святого апостола Павла - Радио ВЕРА
Москва - 100,9 FM

Послание к Римлянам святого апостола Павла

* Поделиться
Апостол Павел

«Апостол Павел». Рембрандт (1606–1669)

Рим., 97 зач., VIII, 14-21.

епископ Феоктист Игумнов

Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.

Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.

Страх с уверенностью можно назвать одной из доминирующих эмоций человека, а потому всем нам бывает страшно, и для этого есть масса всевозможных поводов: страшно бывает за свою жизнь, за своё будущее, за будущее детей, страшно за здоровье, страшно встретить в тёмном переулке агрессивно настроенных граждан, страшно попасть в аварию и остаться инвалидом, страшно стать удачным объектом манипуляций телефонных мошенников, жить вообще страшно, а ещё страшнее умирать, особенно если держать в памяти необходимость предстать на Суд Божий. Страшнее же всего то, что нам — христианам — страшно, несмотря на Христову заповедь не бояться, которая звучит в Евангелии почти как рефрен. Да, не бояться — это заповедь, и тот, кто боится, нарушает эту заповедь. Вместе с этим, страх — это определённая эмоция, она не имеет прямой связи с нашим желанием, а потому исполнить Христову заповедь бывает очень непросто. Апостол Павел в 8-й главе Послания к Римлянам попытался объяснить, каким образом мы можем преодолеть страх. Давайте послушаем тот отрывок из этой главы, который сегодня звучит в православных храмах.

Глава 8.

14 Ибо все, водимые Духом Божиим, суть сыны Божии.

15 Потому что вы не приняли духа рабства, чтобы опять жить в страхе, но приняли Духа усыновления, Которым взываем: «Авва, Отче!»

16 Сей самый Дух свидетельствует духу нашему, что мы — дети Божии.

17 А если дети, то и наследники, наследники Божии, сонаследники же Христу, если только с Ним страдаем, чтобы с Ним и прославиться.

18 Ибо думаю, что нынешние временные страдания ничего не стоят в сравнении с тою славою, которая откроется в нас.

19 Ибо тварь с надеждою ожидает откровения сынов Божиих,

20 потому что тварь покорилась суете не добровольно, но по воле покорившего ее, в надежде,

21 что и сама тварь освобождена будет от рабства тлению в свободу славы детей Божиих.

К человеческой жизни можно относиться как минимум двумя различными способами: можно полагать, что вся она состоит из цепи независящих от нас случайностей, и можно считать, что все мы в руках Божиих, а потому и самое страшное происходит не без Его ведома и имеет свой смысл, который в полноте откроется лишь в жизни будущего века.

Вполне предсказуемо, что апостол Павел смотрел на жизнь не как на цепь случайностей, Павел во всем видел Бога. Но не Бога как некую могущественную и неотвратимую силу, а Бога как Любящего Отца. Собственно, об этом апостол и написал христианам Рима: «Вы приняли Духа усыновления, Которым взываем: „Авва, Отче!“ Сей самый Дух свидетельствует духу нашему, что мы — дети Божии» (Рим. 8:15,16). Своими словами Павел проводит границу между теми, кто принял Духа Святого, и теми, кто живёт вне благодатного содействия Духа. Для первых Бог — Отец, для вторых же — скорее неведомая сила, действия которой невозможно понять и на которую никак нельзя повлиять. Впрочем, второе из этих двух возможных состояний — вовсе не приговор, каждый может обратиться ко Христу, принять христианское крещение и получить дары Духа Святого. Справедливо и обратное: сами по себе церковные таинства будут бессильны, если человек не живёт так, как то предписывает Евангелие.

Если же есть общение с Духом Святым, то есть и общение с Богом-Отцом, следовательно, есть глубокое внутреннее понимание того, что в конечном итоге нас ждёт ни с чем не сравнимое блаженство, о котором апостол Павел написал как о славе: «Думаю, что нынешние временные страдания ничего не стоят в сравнении с тою славою, которая откроется в нас» (Рим. 8:18). Но, конечно, не стоит понимать «славу» в смысле известности, слава здесь имеет отношение к пребыванию с Богом в грядущей вечности. Если есть дух свободы чад Божиих и тесное молитвенное общение с Богом-Отцом, то для страха попросту не остаётся места, потому как страх в этом случае замещается уверенность в благом попечении Бога о нас, ну а то, что мы не способны охарактеризовать как благо, перестаёт нас определять и пугать, потому что есть вера в конечную победу Христова Воскресения над всеми невзгодами, потерями, трагедиями и над самой смертью.


Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов

Мы в соцсетях
****

Также рекомендуем