Поделиться
Еф., 230 зач., V, 20-26.
20 благодаря всегда за все Бога и Отца, во имя Господа нашего Иисуса Христа, 21 повинуясь друг другу в страхе Божием.
22 Жены, повинуйтесь своим мужьям, как Господу, 23 потому что муж есть глава жены, как и Христос глава Церкви, и Он же Спаситель тела.
24 Но как Церковь повинуется Христу, так и жены своим мужьям во всем.
25 Мужья, любите своих жен, как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее, 26 чтобы освятить ее, очистив банею водною посредством слова
Комментирует священник Дмитрий Барицкий.
Отрывок, который мы только что услышали, некоторые могут посчитать примером нетерпимости Священного Писания по отношению к женскому полу. Ну как не подумать об этом, услышав слово «повиновение»? Женщины, повинуйтесь своим мужьям. Сразу возникает устойчивая ассоциация с отказом от своей воли. Это образ чего-то неприятного, что ты должен делать через силу, вынуждено, вопреки своим желаниям. Так, например, повинуются более сильному, чем ты, врагу-захватчику, чтобы он не разорил твою страну до конца. Я должен ему подчиняться, беспрекословно слушаться его приказов, выплачивать дань.
Однако понимать Священный текст таким образом — значит просто невнимательно читать его. Если мы к нему приглядимся, то увидим, что повиновение женщины мужчине в семейной жизни, — всего лишь часть, говоря современным языком, брачного договора. Это повиновение возможно лишь в том случае, если муж любит свою жену. Причем речь идет именно о жертвенной любви, о любви, которая бывает до смерти. Поэтому и приводится в пример образ Христос, который любит Свою Церковь и для того, чтобы она жила, однажды умирает за нее на кресте. Согласитесь, если у мужа есть хоть капля такого чувства к своей супруге, то для нее повиновение перестает быть тяжким бременем. Она старается угодить своему супругу из чувства глубокой благодарности и взаимной любви. И чем больше его забота о ней, тем сильнее у нее желание повиноваться мужу. Вот залог здоровой семейной жизни.
По сути подобные искренние отношения уничтожают всякую формальную семейную иерархию. Вопрос, кто в семье главный, кто и какие обязанности должен выполнять, перестает быть актуальным, поскольку каждый старается послужить в соответствии со своими природными дарованиями своей второй половинке. А потому повиновение супругу по большому счету — обязанность не только жены. Это и прямая обязанность мужа. Не случайно отрывок начинается с общего призыва, обращенного ко всем: «повинуйтесь друг другу в страхе Божием». Буквально, если перевести с греческого: «делайте себя ниже» друг друга, как если бы вы стояли перед Богом. Ведь для того, чтобы брак дал трещину и развалился, большого повода не надо. Достаточно просто вредничать по поводу и без повода, придираться ко всяким мелочам, и жизнь постепенно становится невыносимой. А потому повиновение предполагает снисхождение к немощам друг друга. Это усилие, которое направлено на то, чтобы не замечать реально существующие промахи и ошибки своей второй половинки. Ведь именно благодаря этому сглаживаются многие острые углы в семейной жизни. И между двумя людьми незримо поселяется Христос.
31 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Kacper G/Unsplash
Дорогие друзья, завершая наши мартовские этюды о младенчестве, обратимся с молитвой к Спасителю мiра:
«О Богомладенче Иисусе, в пречистых и непорочных теле и душе Которого обитает полнота Божества! Ты обнимаешь Своим всевидящим и премилостивым взором всех младенцев под небесами, уже рождённых и только чающих увидеть свет Божий! Сохрани их всемощной Десницей Своей, соблюди от бесовской неприязни и от злобы человеческой; сподоби их дара Духа Твоего Святого в Таинстве крещения в лоне Апостольской Церкви Твоей, да прославляется в них и чрез них Твоя неистощимая благость во веки веков! Аминь».
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Потоп. Ольга Кутанина
Поделиться
Однажды, когда я укладывала годовалого младенца на дневной сон, четырёхлетний сын Коля ворвался в спальню и сообщил: «Мама, на кухне с потолка вода капает!»
Я не сразу поняла, что происходит. Но Коля был так взволнован, что пришлось поспешить на кухню. Там я увидела младшую дочь Нину с тряпкой в руке.
Вода с потолка лилась уже струёй через отверстие для люстры, хотя прошло не более пяти минут. Я только успевала менять ёмкости. И вспоминала, куда же надо звонить в таком случае? Позвонила самому надёжному для меня человеку — мужу. Спросила, как обесточить квартиру, ведь провода проходят как раз по потолку.
Супруг вызвал аварийную службу и сам тоже срочно поехал с работы домой.
Прошло минут десять. Струи ржавой тёплой воды потекли в коридоре, в одной детской, в другой, со всех люстр, по стенам. Дети бегали из комнаты в комнату и сообщали о новых подтёках, а я спешила найти тряпки, полотенца, тазы, выливала воду из наполнившихся ёмкостей. Мысленно благодарила Бога, что вода не горячая, а теплая, ведь струйки пробивали потолок и он уже походил на душ, который брызгал нам на головы, куда бы мы ни прятались. После Коля сказал, что у нас в квартире открылся потолок и пошёл дождь.
На кухне она текла уже с такой силой, что чудом не обвалился подвесной потолок.
Прошло полчаса. Приехала аварийная служба. Оказалось, что на чердаке прорвало трубу отопления. А наш этаж как раз верхний. Трубу перекрыли, но вода не останавливалась. Приехали муж, старший сын, старшая и средняя дочери. Теперь мы трудились все вместе.
Моя душа тогда была похожа на стороннего наблюдателя. Ещё одна комната, кровать, шкаф... Что же останется? Господи, только бы не красный угол! Накрыла полки с иконами, но вода чудесным образом даже не тронула эту часть комнаты. Только бы не пианино! Мы отодвинули инструмент от стены, по которой текли струйки. И не шкаф с книгами! Ведь мы так долго собирали по крупицам нашу библиотеку! Но в комнату с библиотекой и пианино вода не пошла.
А что же в спальне? Младшие дети теперь сидели там в углу большой кровати и печально смотрели как на её середину, на простыню и одеяло, с люстры течёт вода. Я поставила тазик и сюда.
Уже поздно вечером, когда с потолка лишь капало то там, то тут, мы сели ужинать при свечах. Электричество-то отключили. И, как ни странно, после таких событий, нам было особенно тепло и радостно благодарить Бога за трапезу, за то, что все целы и невредимы, что есть сухой стол в одной из комнат, а на нём — еда, что в сохранности остались иконы, пианино и книги...
Мне вспомнилось наставление преподобного Алексия Зосимовского: «Я вам не желаю ни богатства, ни славы, ни успеха, ни даже здоровья, а лишь мира душевного. Это самое главное. Если у вас будет мир, вы будете счастливы...».
Иногда я так сильно привыкаю к тому, что имею, к самой жизни, к её радостям и даже удобствам, что не думаю о том, как легко можно всего этого лишиться. Кажется, что материальный мир вокруг меня надолго, на века. Но в день потопа я увидела, как за пятнадцать минут можно потерять имущество.
И все же, несмотря на пережитое в этот день, а может, и благодаря этому, в моей душе был мир. Будто сам Бог через потоп помог увидеть главное и оттого почувствовать радость.
Автор: Ольга Кутанина
Все выпуски программы Частное мнение
Милостыня
Поделиться
Фото: Maxim Titov / Pedels
Выхожу за пределы церковной ограды после утренней службы, под ногами легонько поскрипывает снег. День будний, на площади, что перед храмом, почти никого. Все людские пути пролегают поодаль. Там и метро, и автобусы. А здесь — тишь и мороз.
На тротуаре недалеко от калитки сидит человек в затёртой, старой одежде. Перед ним, на асфальте, бумажный стаканчик для милостыни. Нащупываю в кармане мелочь и пару некрупных купюр. «Пропьёт?» — как сквозняк проскальзывает в голове мысль.
И тут же чувствую укол совести. Я, не задумываясь, отдаю эти деньги за кофе или бутерброд в кафе. А тут... Как же превозносится моя самость над несчастной жизнью этого человека. Как так вышло, что я уже и вердикт ему вынес. Ведь я ничего о нём не знаю...
«Прости меня, Господи!», — мысленно прошу я и протягиваю деньги бедняге.
— Во Славу Божию! — говорю.
— Спаси тебя, Господь! — отвечает мужчина и крестится.
Всё ещё с понурой от стыда головой иду к машине, припаркованной неподалёку. Краем глаза вижу, что мужчина взял свои скромные пожитки и направляется в сторону трапезной, что на площади перед храмом.
«Прости, Господи!» — снова мысленно повторяю я и чувствую, как что-то горячее разливается в области сердца.
Текст Екатерина Миловидова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
