Поделиться
Фото: Radik Sitdikov/Unsplash
На съезде уральского купечества тысяча восемьсот сорок седьмого года много говорили о вступлении в наследство екатеринбургского купца Нурова-младшего. Парню едва стукнуло шестнадцать, а на его плечи целиком и полностью легла забота о семейном бизнесе.
«Старший Нуров, Ананий Васильевич, — Царство ему Небесное, уважаемый был человек — весь капитал и дело оставил единственному сыну Михаилу. Да только справится ли наследник? Ведь совсем ещё мальчишка, а у купеческого дела свои законы, суровые и жёсткие». Так перешёптывались купцы, украдкой глядя на статного молодого человека — не по годам серьёзного, с умными, глубокими глазами на одухотворённом лице. Это и был Михаил Ананьевич Нуров, молодой екатеринбургский предприниматель, вступивший на днях во владение одним из крупнейших на Урале салотопенным производством.
Несмотря на молодость, Михаил крепко взялся за дело, и вопреки сомнениям коллег, не просто успешно поддерживал отцовское дело, но и стремительно его развивал. Он заменил старое оборудование на современное, и наладил поставки сала со своих заводов в Англию, что вскоре принесло ему солидный доход.
И только Господь ведал, сколько страхов и сомнений пришлось пережить молодому человеку в глубине души. Он долго не мог представить себя на месте отца, и даже думал продать бизнес. Но после горячих молитв к Богу с просьбами указать ему путь, Михаил Ананьевич понял, что должен продолжить отцовское дело. И Господь его не оставил — дела быстро пошли в гору.
Первую же прибыль, полученную при своём непосредственном участии, Нуров пожертвовал Церкви. Это были двенадцать тысяч рублей, которые Михаил послал в село Гробовское, узнав, что там возводится храм, и стройка нуждается в деньгах.
С тех пор благотворительность стала для Михаила Нурова нормой жизни. В большие церковные праздники, казалось, все бедняки города стекались к дому Михаила Ананьевича. Для них купец накрывал обильную трапезу, и сам садился за один стол вместе со всеми.
И после каждого такого обеда Нуров не находил себе места, вспоминая, сколько среди нищих было малолетних беспризорников. Оборванные, грязные, с голодными глазами, они долго не покидали тяжких дум Михаила Ананьевича. И в тысяча восемьсот пятьдесят седьмом году купец принял единственно верное решение: он выделил пятнадцать тысяч рублей и большое каменное здание для организации детского приюта.
Приют заработал в том же году и стал называться «Детским убежищем». В уставе новой благотворительной организации была прописана вполне конкретная цель её деятельности: «исторгнуть бедных детей из среды нищенства и порока и положить начало их религиозно-нравственному и умственному развитию».
Для этого в Детском убежище были организованы образовательные и ремесленные классы, а через некоторое время Михаил Ананьевич построил в приюте домовую церковь во имя святого Николая Чудотворца.
Но даже Нуров, не понаслышке знавший, как много в городе беспризорников, не мог предположить, что уже через несколько месяцев приют будет переполнен. Михаил Ананьевич купил для Убежища дополнительные помещения, и тщательно следил за тем, чтобы все без исключения воспитанники получали тщательную заботу. Кроме того, Нуров заострил внимание городских властей на проблеме нищих детей-сирот. В результате с его подачи в Екатеринбурге было организовано Попечительство детских приютов.
А вскоре Михаил Ананьевич сам стал градоначальником. Екатеринбуржцы избрали его на эту ответственную должность, зная, что человека, более неравнодушного, заботливого и болеющего сердцем за ближнего в городе не найти.
Находясь на административной должности, Нуров не оставил и свой бизнес. Но даже такая серьёзная занятость не помешала Михаилу Ананьевичу продолжать свои дела милосердия. Он открыл в Екатеринбурге гимназию для девочек, заложил городской сквер, стал попечителем Духовного училища, а при Екатеринбургской мужской гимназии построил церковь Покрова Пресвятой Богородицы, пожертвовав на это десять тысяч рублей.
Отмеченный при жизни многими почётными наградами, Михаил Нуров из скромности почти никогда не носил их на публике. Зато всегда носил в своём сердце награду, которую считал главной в жизни: любовь к ближнему.
Псалом 41. Богослужебные чтения
Поделиться
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Богооставленность — это знакомое любому верующему человеку состояние. Знакомо оно и неверующим, но такие люди, не имея опыта общения с Богом, не могут и осознать себя отлучёнными от общения с Ним. Богооставленность — это, пожалуй, самое тяжёлое и страшное состояние, с которым нам доводиться сталкиваться в нашей духовной жизни. Как его понять? Как его пережить? Как сделать так, чтобы мы вновь начали жить в присутствии Божием? Ответы на эти вопросы пытается дать 41-й псалом. Он звучит сегодня в православных храмах во время богослужения. Давайте его послушаем.
Псалом 41.
1 Начальнику хора. Учение. Сынов Кореевых.
2 Как лань желает к потокам воды, так желает душа моя к Тебе, Боже!
3 Жаждет душа моя к Богу крепкому, живому: когда приду и явлюсь пред лицо Божие!
4 Слёзы мои были для меня хлебом день и ночь, когда говорили мне всякий день: «где Бог твой?»
5 Вспоминая об этом, изливаю душу мою, потому что я ходил в многолюдстве, вступал с ними в дом Божий со гласом радости и славословия празднующего сонма.
6 Что унываешь ты, душа моя, и что смущаешься? Уповай на Бога, ибо я буду ещё славить Его, Спасителя моего и Бога моего.
7 Унывает во мне душа моя; посему я воспоминаю о Тебе с земли Иорданской, с Ермона, с горы Цоар.
8 Бездна бездну призывает голосом водопадов Твоих; все воды Твои и волны Твои прошли надо мною.
9 Днём явит Господь милость Свою, и ночью песнь Ему у меня, молитва к Богу жизни моей.
10 Скажу Богу, заступнику моему: для чего Ты забыл меня? Для чего я сетуя хожу от оскорблений врага?
11 Как бы поражая кости мои, ругаются надо мною враги мои, когда говорят мне всякий день: «где Бог твой?»
12 Что унываешь ты, душа моя, и что смущаешься? Уповай на Бога, ибо я буду ещё славить Его, Спасителя моего и Бога моего.
Не только лань, упомянутая в прозвучавшим псалме, но и всякое иное живое существо нуждается в воде, а потому всем нам прекрасно знакома жажда, и мы знаем, с какой силой в знойный день хочется припасть к прохладному источнику чистой воды. Этот образ псалмопевец использует для того, чтобы рассказать о стремящейся к Богу душе. Если человек жаждет и жаждет сильно, то ни о чём ином он думать не в состоянии, вода человеку жизненно необходима, без неё он умрёт очень быстро, так и оставшаяся вне Бога душа стремится к Нему, она знает, что без Бога ей не жить. Но можно сколь угодно сильно стремиться к воде в пустыне и при этом не находить её, так и стремление к Богу в периоды богооставленности не заменяет собой общение с Ним. Об этом и сказал псалмопевец: «Слёзы мои были для меня хлебом день и ночь, когда говорили мне всякий день: „где Бог твой?“» (Пс. 41:4).
После этих слов псалмопевец занялся тем, чем поневоле занимается любой жаждущий человек: он начал вспоминать то, как раньше наслаждался общением с Богом. Точно так же и нуждающийся в воде человек вспоминает время, когда он не испытывал жажду.
А дальше в псалме начинается самая важная его часть: всё же, Бог — не вода, и наша жизнь — не безводная пустыня. Да, в пустыне можно погибнуть от жажды, но Бог не оставит человека, рано или поздно богооставленность пройдёт, и общение с Богом вернётся, а потому псалом как некий рефрен повторяет обращение к своей душе: «Уповай на Бога, ибо я буду ещё славить Его, Спасителя моего и Бога моего» (Пс. 41:12). Сейчас пустота и тишина, сейчас душа не чувствует присутствия Божия, но нужно помнить, что такое состояние не будет вечным, а потому вера в Бога не должна гаснуть, Бог должен оставаться для души прибежищем, и если будет так, то она пройдёт период богооставленности, она окрепнет, и в конечном итоге достигнет предела своих стремлений — Бога.
Любопытно, что псалом ничего напрямую не говорит о причинах богооставленности. Однако из контекста можно сделать о них вывод: богооставленность — это своего рода закалка души, некое испытание, ведь человек по-настоящему ценит лишь то, что ему далось трудом. Так и общение с Богом мы в полной мере сможем оценить лишь тогда, когда за него придётся побороться.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Тарас Бульба». Наталья Иртенина
Поделиться
Гостьей программы «Исторический час» была писатель, исторический публицист Наталья Иртенина.
Разговор шел о повести Николая Васильевича Гоголя «Тарас Бульба», как она была написана, как встречена современниками и насколько достоверно в ней отражены исторические события первой половины 17-го века.
Ведущий: Дмитрий Володихин
Все выпуски программы Исторический час
- «Тарас Бульба». Наталья Иртенина
- «Соборное уложение царя Алексея Михайловича». Дмитрий Володихин
- «Святитель Нестор (Анисимов)». Григорий Елисеев
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Преподобный Никон Радонежский». Иеромонах Гурий (Гусев)
Поделиться
Гостем программы «Лавра» был насельник Троице-Сергиевой Лавры, настоятель подворья Лавры на источнике преподобного Сергия Радонежского «Гремячий ключ», кандидат богословия иеромонах Гурий (Гусев).
Разговор шел о преподобном Никоне Радонежском — ученике преподобного Сергия. О том, как преподобный Никон стал игуменом монастыря после преподобного Сергия, как, сохраняя, традиции развивал монастырь, как Троицкая обитель становилась всё более значимой на Руси, как распространялось почитание преподобного Сергия Радонежского и какова в этом была роль преподобного Никона.
Ведущие: Кира Лаврентьева, архимандрит Симеон Томачинский
Все выпуски программы Лавра. Духовное сердце России
