Поделиться
— Так вот почему вы так стремились в Чебоксары, в Чувашский художественный музей, Андрей Борисович! Здесь экспонируется полотно вашего любимого художника, Исаака Левитана!
— Вы проницательны, Маргарита Константиновна! Я действительно хотел увидеть своими глазами картину «Одуванчики». Посмотрите, сколько в ней очарования!
— И вместе с тем простоты! Цветы стоят в глиняном кувшине. Кроме белых, созревших бутонов, здесь и жёлтые медовые солнышки, и нераскрывшиеся головки.
— В букете нет тщательности, его как будто ребёнок собирал. Зато есть свежесть, которая особенно заметна на тёмном невзрачном фоне.
— «Одуванчики» великолепны! Даже не хочется называть этот шедевр натюрмортом. Термин переводится с французского как «мёртвая природа», а в произведении гениального мастера столько жизни!
— Да, такое вот парадоксальное явление — живой натюрморт. Левитан не так много работал в этом жанре. За всю жизнь он написал не больше трёх десятков картин с цветами. «Одуванчики» — одна из первых.
— Какой это год?
— Счастливое лето 1889-го года. Художник тогда жил в Плёсе на Волге, большую часть своего времени проводил на пленэрах. А возвращаясь по вечерам, собирал полевые букеты и рисовал их до поздней ночи. Через девять лет этот опыт пригодился Левитану для преподавания в Московском училище живописи, ваяния и зодчества.
— Он учил студентов писать натюрморты?
— В основном, конечно, пейзажи. Но после занятий на природе мастер непременно велел собирать цветы для этюдов. Один из учеников Левитана, Борис Липкин, вспоминал позднее, насколько это было потрясающе. Мастерская превращалась в подобие оранжереи. Левитан расставлял букеты в простых горшках и таких же вот глиняных кувшинах, как на картине «Одуванчики». И давал задачу сложную, как само искусство.
— Это какую же?
— Он говорил, что писать нужно так, чтобы от картины пахло не красками, а цветами.
— Сам Левитан умел это делать. Подходя к полотну «Одуванчики», почти физически ощущаешь горьковатый запах травы. А ещё невольно задерживаешь дыхание, чтобы невесомые соцветия не разлетелись самолётиками.
— Да, Исаак Ильич гениально показал хрупкое очарование одуванчиков. Смотришь и понимаешь, что через несколько секунд порыв сквозняка может растрепать незатейливый пучок. И осознаёшь неповторимость мига, который запечатлел художник.
— В этом особый талант Левитана! В каждом его полотне скрыт призыв ценить мгновения.
— И благодарить Творца, который их подарил нам. «Одуванчики» Левитана — свидетельство о том, насколько прекрасен мир, в котором мы живём. Здесь самые скромные полевые цветы достойны стать произведением искусства.
Картину Исаака Левитана «Одуванчики» можно увидеть в Чебоксарах, в Чувашском государственном художественном музее.
Все выпуски программы Краски России:
11 ноября. «Ангельская иерархия»
Поделиться
Фото: Andika Christian/Unsplash
Священное Писание дает нам богооткровенные сведения об иерархическом устройстве ангельского «сообщества», что отражается и на порядках земного бытия. Ангелы свободно соподчинены друг другу и, пребывая в едином устремлении к Всевышнему, от высших до низших, доносят и до нас Божественный свет, который изливается в Церкви через священную иерархию. Вот почему самый принцип власти — от Бога, а послушание — основа нашего бытия.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
11 ноября. Смысл страданий
Поделиться
Сегодня 11 ноября — День памяти преподобномученицы Анастасии Римляныни.
О христианском понимании страдания — клирик московского храма Живоначальной Троицы у Салтыкова моста священник Николай Конюхов:
Нас, христиан, часто обвиняют в том, что мы создали некую религию страданий. Это совсем не так, и не мы создавали, а Господь учредил Церковь: «…и врата ада её не одолеют». И действительно, если посмотреть на главный символ христиан — это крест, где изображён Господь Иисус Христос, страдающий на кресте. Но дело в том, что христианство не культивирует страдания, оно их переосмысливает.
Невозможно в этой жизни избежать страданий: все люди стареют, болеют и умирают. Все люди когда-то будут хоронить своих родителей. И невозможно просто в этой жизни пройти мимо струек дождя и вообще не попасть в какие-то тяжёлые ситуации и не испытывать боли. Но христианин прекрасно понимает, что этот мир, созданный Богом, был создан прекрасным. Но с тех пор, как в него вошёл грех по свободной воле людей, произошёл некий слом. И поэтому страдание является неотъемлемой частью жизни каждого человека.
Но мы понимаем также, что Господь после смерти даёт человеку вечное блаженство. И часть этого вечного блаженства можем ощутить ещё здесь. И христианство культивирует как раз Царствие Божие. Христос говорил: «Ищите в первую очередь Царствие Божие, и всё вам приложится». Поэтому у нас совершенно другие акценты.
Страдание — это просто неотъемлемая часть жизни, которую мы осмысляем в общих категориях того, что это может быть в определённый момент даже полезным для человека. Где-то может его от чего-то уберечь, где-то к чему-то подготовить. Но в общем счёте мы стремимся туда, где не будет ни болезни, ни печали, ни воздыхания.
Все выпуски программы Актуальная тема:
11 ноября. О духовных поисках Федора Достоевского
Поделиться
Сегодня 11 ноября — 205 лет со дня рождения писателя Фёдора Достоевского.
О его духовных поисках — настоятель Спасо-Преображенского Пронского монастыря в Рязанской области игумен Лука (Степанов):
Творчество Фёдора Михайловича тесно связано с его жизнью. И только тогда, когда в его сердце утвердился Христос, его главное упование и смысл жизни, о котором он говорил: «Даже если выяснится, что истина вне Христа, я со Христом останусь», — тогда и явились его величайшие произведения.
Когда его чуть не казнили и пришло помилование за пять минут до повешения, он был отправлен на каторгу, на которой четыре года не имел права читать никакой литературы, кроме книги Нового Завета, ему подаренной жёнами декабристов. Не имел права он что-либо писать. Так что сохранилась книга, именуемая «Евангелие Достоевского», в которой имеется полторы тысячи пометок ногтем Фёдора Михайловича. Так он зачитывался, так он углубился в это священное чтение, в богопознание, что через четыре года, оказавшись на свободе, он уже был совсем не тем, кем уходил в это удаление от мира с Евангелием в руках, — он вернулся уже с Евангелием в сердце.
И потому его произведения, конечно, — Господь ещё особенно промышлял о нём, заботился. Во многом больше пользы оказала его супруга, заботливо терпящая ещё и актуальные его страсти и немощи, но всё делающая для того, чтобы он дописывал свои великие романы, и в результате те — действительно главнейшие произведения мировой литературы, к которым можно отнести и его «Братьев Карамазовых», и «Преступление и наказание», и «Идиота», — это появившееся не в одиночку, как творчество Фёдора Михайловича, как автора, но в сотрудничестве с благодатью Божией, которая жила, была присуща ему, его сердцу, и помогала созидать эти замечательные произведения.
Все выпуски программы Актуальная тема:
