«Хор Сретенского монастыря». Светлый вечер с Вадимом Зариповым, Михаилом Миллером и Владимиром Середой

У нас в гостях были солисты хора Сретенского монастыря Вадим Зарипов, Михаил Миллер и Владимир Середа.

Мы говорили об истории хора, о гастролях и пении на богослужениях, а также о том, как выступление хора может быть проповедью Православия.

---

А.Митрофанова: 

- Я думаю, что петь любят во всех культурах, и абсолютно все народы, и мы, в этом смысле, не исключение. Но, конечно, традиция нашего пения – она имеет свои особенности. 

Не только в караоке мы поём – порой, это происходит прямо в зрительном зале… и не только за столом, конечно. Но вот, есть такой феномен: когда на сцене стоит хор Сретенского монастыря, то, порой, регент разворачивается в зал, и начинает дирижировать залом, а хор, постепенно, со сцены уходит. 

Во всяком случае, таких несколько феноменов сценических зафиксировано. 

«Светлый вечер» на радио «Вера». Я – Алла Митрофанова. А в гостях у нас, как раз, те самые люди, которые, в момент, когда начинает петь весь зал, могут позволить себе уйти со сцены – потому, что дело своё они сделали. 

Вадим Зарипов, Михаил Миллер, Владимир Середа – солисты хора Сретенского монастыря. Добрый вечер! 

В.Зарипов, М.Миллер, В.Середа: 

- Добрый вечер! Здравствуйте! 

А.Митрофанова: 

- Я очень рада, что вы сегодня – в нашей студии. Мы будем говорить о концерте, который в ближайшее воскресенье пройдёт в Соборной палате в Лиховом переулке – 23 июня. Это – инфо-повод для того, чтобы мы здесь с вами встретились и поговорили. А хор ваш, я думаю, все прекрасно знают – не только те люди, которые ходят в храм на службы, но и те, кто просто, время от времени, включают телевизор. Потому, что… по-моему… где только уже ни спел хор Сретенского монастыря.  

Например, на открытии Олимпиады в Сочи. Верно? 

В.Зарипов, М.Миллер, В.Середа: 

- Да. 

А.Митрофанова: 

- Было такое? 

В.Зарипов, М.Миллер, В.Середа: 

- Было. 

А.Митрофанова: 

- И вы там тоже стояли, на этой сцене, с Анной Нетребко? Ах! 

В.Зарипов: 

- Это было потрясающе! 

А.Митрофанова: 

- А расскажите, как это было? 

В.Зарипов: 

- Ой, Вы знаете… поначалу, ты не знаешь, что тебя ждёт. Ты выходишь на сцену… ну… думаешь: «Что-то сейчас такое будет…» А как только ты увидишь, действительно, вот этого человека – Анну Нетребко – ты… как-то… начинаешь по-другому переосмысливать то, что происходит вокруг тебя.  

Во-первых, её поведение, её движения, то, как мы сливаемся голосами с ней, как… видно, как она чётко слышит нас, как она пытается быть с нами в одном целом. И, конечно же, одно то, что ты находишься в таком помещении, то, что ты являешься, можно сказать, первооткрывателем чего-то очень большого… 

А.Митрофанова: 

- Ну, так и есть. 

В.Зарипов: 

- … вот… и, конечно, было сильное волнение: «А вдруг… вдруг вот сейчас я помешаю чем-нибудь, может быть, что-то не то сделаю…» – но, всё-таки, слава Богу, всё было на высшем уровне. 

Ну, конечно, Анна Нетребко – это был… алмаз, алмаз, который… 

М.Миллер: 

- Я бы хотел… я бы хотел добавить… простите, Вадим, что я Вас перебил… 

В.Зарипов: 

- Ничего страшного… 

А.Митрофанова: 

- Да… Вадим Зарипов и… 

М.Миллер: 

- … Михаил Миллер, да… 

А.Митрофанова: 

- … Михаил Миллер. 

М.Миллер: 

- Я бы хотел добавить, что основное впечатление, конечно, нашего выступления… было не от выступления с Анной Нетребко – от пения гимна Российской Федерации на открытии Олимпиады в Сочи. 

А.Митрофанова: 

- Просто, само содержание Вас больше… да? 

В.Зарипов: 

- Патриотизм… 

М.Миллер: 

- Да, безусловно, это – знаковое событие, и его доверили нашему коллективу. И это – большая честь для нас была.  

И когда ты понимаешь, что многотысячная аудитория Фишт-арены, одним разом, встаёт, и поёт с тобой гимн Российской Федерации… то ты понимаешь, что всё – не зря. 

А.Митрофанова: 

- Но вы же, к тому моменту, уже где только ни спели! Как говорит ваш регент Никон Жила, вы только в Антарктиде, по-моему, ещё не выступали… ну… и, кажется, ещё – в Африке. 

М.Миллер: 

- До Антарктиды пока не доплыли, да. 

В.Зарипов: 

- Понимаете… иногда вот говорят… ну, не иногда, а часто… «дух дышет там, где захочет». Вот, бывают определённые залы, определённая публика, где вот интересно… по-особенному ты ощущаешь, в данный момент, то, что ты делаешь – пение, в нашем случае. 

И вот, именно там, в какой-то момент, произошло что-то вот… нечто… ну, для меня, допустим… когда ты вот только открыл рот – и ты чувствуешь, что что-то тебя такое наполнило, что ты сейчас заполняешь всё, и также – всё наполняет тебя.  

То есть, был такой обмен внутренними эмоциями, внутренним… каким-то… отношением… вот… было очень тяжело понять, что, на самом деле, происходит - поэтому, это было всё… просто гигантского масштаба! Понимаете? Вот, именно… 

И вот такая ответственность была, что, действительно, ты ощущал себя частью… нечто… большого, нечто от того, что вот в данный момент, сейчас - это для многих людей играет важную роль. И ты боялся, вот именно, что-то вот… ну… знаете… как до чего-то дорогого ты боишься дотронуться, чтобы… вдруг, что-то произойдёт… но ты смотришь с таким восхищением на это! 

А.Митрофанова: 

- А я правильно понимаю, что, в такие моменты, исполнители вашего уровня - они… ну… как бы… на пике, что ли, своего состояния - что-то такое… предельное… как… знаете… говорят: напряжение 220В - оно смертельно, а 2000В - это рабочее состояние… вот - это сродни напряжению, которое… электрическому, проходящему через вас - и оно резонирует в пространстве. И от этого создаётся вот это невероятное ощущение? 

В.Зарипов: 

- Безусловно, когда ты поёшь для многотысячной аудитории, то волнение, которое тебя переполняет - если ты, конечно, профессионал своего дела - оно возвращается обратно тебе из зрительного зала. И получается… как бы… синтез вот этой энергетики - он даёт такой творческий «выхлоп», так скажем. 

М.Миллер: 

- Кстати… 

А.Митрофанова: 

- Владимир… у нас пока ещё молчит… Да, да, Михаил… 

М.Миллер: 

- Я хотел, буквально, чуть-чуть добавить. Вот, Вы сказали, что, «пожалуй, до Антарктиды вы не доплыли». Я хотел сказать, что много лет назад, часть хора Троице-Сергиевой Лавры ездила на освящение храма в Антарктиду. И в этом составе был наш хороший друг и участник нашего хора Сретенского монастыря Пётр Гудков… 

А.Митрофанова: 

- Так, что представитель ваш, всё-таки, доплыл! 

М.Миллер: 

- … потрясающий человек! К сожалению, его… не стало. Он заболел неизлечимой болезнью… 

А.Митрофанова: 

- А когда это было? 

М.Миллер: 

- Это было несколько лет назад, и мы очень переживаем по этому поводу, и всегда хотим упомянуть его… как бы… во всех наших интервью. Потому, что этот человек собирал вокруг себя очень много людей, и… потрясающей доброты человек… и… с очень богатым внутренним миром, и потрясающим голосом. У него был бас очень красивый, и он солировал в нашем хоре. Вот…  

Это - что касается того, что мы не были на Антарктиде. Мы были там! 

А.Митрофанова: 

- Как важно то, что вы рассказываете о своём коллективе, и о… вот… конкретных людях. И я так понимаю, что между вами, вообще, какие-то особые отношения - ведь, вы, бок о бок, проводите… ну… огромное количество времени… 

В.Середа: 

- Да… и просто очень тяжело, если человек… 

А.Митрофанова: 

- Владимир. 

В.Середа: 

- Да. 

А.Митрофанова: 

- Владимир Середа. 

В.Середа: 

- Очень тяжело, когда, например, при таком графике, который у нас есть в нашем хоре, при том, что мы постоянно находимся в каких-то путешествиях, у нас - очень насыщенная программа… очень тяжело не быть единой семьёй, скажем так. 

В.Зарипов: 

- Да, разные часовые пояса… 

В.Середа: 

- И очень тяжело оставаться неучастным к общему делу. Из-за этого у нас происходят… ну… понятное дело - то, что… волей-неволей, но приходится… эта притирка, между певцами нашего коллектива, и, в конечном итоге, получается… такая… дружная, весёлая семья, делающая общее дело. 

А.Митрофанова: 

- Кстати говоря: есть… ну… у кого-то такое ощущение, что если это хор Сретенского монастыря, то, наверное, все, поющие там - это, наверное, братия монастырская, то есть - монахи. А передо мной сидят - три богатыря, и все - с кольцами на безымянных пальцах. Это - семейные люди. Как так получается? 

М.Миллер: 

- Я, с удовольствием, отвечу на этот вопрос. 

Изначально, в традиции хора Сретенского монастыря, набирались люди из семинарии. 

А.Митрофанова: 

- Из семинарии, которая в Троице-Сергиевой Лавре, или из Сретенской семинарии - что Вы имеете в виду? 

М.Миллер: 

- Изначально, когда восстанавливалась монашеская жизнь в Сретенском монастыре - если брать новейшую историю, с 1995 года - отец Тихон, ныне - митрополит Тихон, стал сразу пытаться организовывать хор - праздничный хор - в монастыре, и за 5 лет первых сменилось много коллективов, и были такие руководители, как Анатолий Гринденко, Владимир Вигилянский, Сергей Пельгук. Но все эти коллективы не задерживались, так или иначе, потому, что они не отвечали тем требованиям, которые возлагал на них владыка Тихон. 

И потом он поехал, естественно, засоветом к отцу Матфею Мормылю, в Троице-Сергиеву Лавру. 

А.Митрофанова: 

- Вот - та самая связь, между Сретенским хором и Троице-Сергиевой Лаврой. 

М.Миллер: 

- Да, безусловно.  

Отец Матфей, его творчество и богатейший опыт оказали безусловное влияние на всю историю восстановления церковно-певческого дела в России конца ХХ - начала XXI века, и, в том числе, конечно же, на Сретенский монастырь, как равно и на все коллективы хоровые России. 

А.Митрофанова: 

- А кто-то из вас был лично знаком с этим человеком? 

М.Миллер: 

- Вы знаете, в нашем коллективе Никон Степанович Жила - наш регент с 2005 года - он пел, под руководством отца Матфея в Лаврском хоре несколько лет. 

А.Митрофанова: 

- Здесь очень важно, как мне кажется, пояснить.  

Это имя часто произносится, и оно не раз уже звучало в нашей студии. Архимандрит Матфей Мормыль - он… человек, какой-то вот… легендарный  для людей, имеющих отношение к музыкальной культуре, и, особенно, к хоровому пению. Но для меня, например, как для человека, вообще, лишённого музыкального образования… я его имя впервые услышала, в связи с какими-то аспектами церковной истории. 

Было бы очень интересно, чтобы вы рассказали, а что, собственно, за вклад он внёс, и почему так важно его имя в нашей истории? 

В.Середа: 

- Дело в том, что… на мой взгляд, вот… как кажется… отец Матфей Мормыль, после того, как на Церковь было гонение, и была утеряна… такая вот… именно - традиция… ну… насильным путём… советской властью… была утеряна традиция… вот, такого - торжественного исполнения богослужебного. 

То есть, было всё таким… маленькими коллективчиками… и было так всё… приглушено… 

А.Митрофанова: 

- Местечково - есть такое слово… 

В.Середа: 

- … местечковые, да, коллективы. А отец Матфей… 

А.Митрофанова: 

- Не в обиду никому, но… да… 

В.Середа: 

- Да-да-да… вот… ну, действительно, это - такая была правда жизни. Действительно, были… ну… был какой-то… коллективы такие, но они были - не имели выхода такого обширного, как сделал отец Матфей Мормыль. 

Он был первооткрывателем, в своём роде - уже после вот этой истории с гонениями, он вышел на широкую аудиторию первым. И легендарная вот эта запись его… легендарный хор его 80-х годов… вот… и записи основные... так скажем… ну… как мне кажется - меня могут поправить его ученики - это был, на мой взгляд, золотой состав - в 80-х годах. 

И они сделали такое дело - то, что не оставались внутри Троице-Сергиевой Лавры, а вышли за пределы, и - не только в самой Церкви, но - и за пределы самой Церкви. О них знали уже и среди светских кругов. 

А.Митрофанова: 

- То есть, они, такие, апостолы от музыки. 

В.Середа: 

- Да, да, да… 

А.Митрофанова: 

- Они проповедовали Христа своим пением. 

В.Середа: 

- Именно! Действительно, они стали апостолами, именно, от музыки после тяжёлого времени гонений. 

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА» 

А.Митрофанова: 

- В программе «Светлый вечер» на радио «Вера» сегодня солисты хора Сретенского монастыря Вадим Зарипов, Михаил Миллер, Владимир Середа. И мы продолжаем разговор и об истории этого уникального музыкального коллектива, и о концерте, я думаю, тоже сейчас поговорим, который будет 23 июня в Соборной палате в Лиховом переулке. 

Я думаю, что каждый ваш концерт - безусловно, большое событие. Хотя бы по той панораме музыкальной культуры, которую вы на сцене представляете. Это - и духовная музыка, и народная музыка, и эстрадная, и даже - как мне попадалась на глаза информация - порой исполняете… хулиганские песни. Было такое? 

В.Зарипов: 

- Хулиганские… а что Вы имеете в виду? 

А.Митрофанова: 

- А вот я тоже заинтересовалась очень, а что же имеется в виду на том уважаемом портале, который предоставляет информацию о хоре Сретенского монастыря. И почему там упоминается в вашем репертуаре такой какой-то… ну… скажем так… «лихой заход», и что здесь имеется в виду? Может быть, это казачьи песни называются хулиганскими? 

В.Середа: 

- Да, действительно… просто, наша культура - очень богата… 

А.Митрофанова: 

- Это - бесспорно! 

В.Середа: 

- … и наш народ имеет, помимо лирических, застольных песен, песни и шуточные. И в нашем репертуаре, действительно, есть такие «хулиганские» песни. 

А.Митрофанова: 

- Ну, например? 

В.Середа: 

- Например, да - «Во кузнице»… 

А.Митрофанова: 

- А, она хулиганская? 

В.Середа: 

- Она, действительно, хулиганская… 

М.Миллер: 

- Ну, я бы не назвал её хулиганской… 

В.Зарипов: 

- Да, и я тоже… 

В.Середа: 

- Но… я, исходя не из смысла песни, а исходя из её… игривости, скажем так. 

А.Митрофанова: 

- Ага. 

М.Миллер: 

- Шуточная и хулиганская - всё-таки, это разные понятия. Я думаю, что человек, который написал это, он… 

В.Зарипов: 

- … может быть, даже не подразумевал… 

М.Миллер: 

- Да, да… ошибся в понимании и в определении. 

В.Зарипов: 

- Сами понимаете, у каждого человека - своё понимание и видение… и… мы же не будем по одному человеку судить… 

А.Митрофанова: 

- Хорошо, что разобрались. А, всё-таки, для вас, как для исполнителей, какое из этих направлений - самое ценное? 

В.Зарипов: 

- Духовное, конечно.  

В.Середа: 

- Для нашего коллектива - это… 

М.Миллер: 

- Для нашего коллектива - основным является пение на Богослужениях, поэтому подбор духовных песнопений осуществляется очень тщательно, и под чутким руководством владыки Тихона. 

А.Митрофанова: 

- Ну, вот это, конечно, такой… разрыв шаблона. Три молодых человека - таких красавцев, с богатыми голосами… 

В.Середа: 

- Спасибо… 

А.Митрофанова: 

- … которые могли бы быть звёздами оперных сцен, или… ну, я не знаю… любой другой сцены - и светской, прежде всего, и получить… какую-нибудь… там… мировую известность - и для вас самым главным становится именно духовное пение! Почему это так? 

В.Зарипов: 

- Понимаете, ну, вот… если взять, чисто для меня… вот, знаете, бывает - вот, ты выступаешь где-то, и бывает… вот… ты чувствуешь, у тебя голос звучит, всё хорошо… и люди походят, дарят тебе цветы - ну… на тех концертах… где ты, бывает, сольно выступаешь, но нет вот - того, что бы наполняло душу. Понимаете? Что-то радует сердце, но душа остаётся вот… голодной, не хватает… вот… какой-то… частицы Рая, понимаете? 

А.Митрофанова: 

- Хорошо Вы сказали! 

В.Зарипов: 

- … того, что не хватает вот… в храме когда ты поёшь, когда ты понимаешь, что происходит вот там - в алтаре, что сейчас такое, что… нечто… многие люди пытаются это почувствовать, но они не могут. А ты можешь наслаждаться этим. 

То есть, в праздники, и в будни, когда ты приходишь, служишь там - именно вот это наполнение даёт абсолютное чувство радости и счастья.  

То есть, ты выходишь оттуда не эмоционально… вот, как дети… вот, они наиграются, напрыгаются, и вот - от усталости идут домой. Нет. А тут именно - что-то сокровенное, что-то личное. Потому, что, я считаю, пение - это, в первую очередь, молитва. А без молитвы мы не можем ничего делать.  

То есть, утром ты встаёшь - ты Бога благодаришь за то, что ты вот проснулся, ты - живой, и так же вечером - когда ты ложишься, ты просишь Господа, чтобы Он сохранил твою душу. 

А.Митрофанова: 

- А Вы всегда благодарите? 

В.Зарипов: 

- Ну, Вы знаете, за рутиной дней вот этих, обыденных, иногда… так… забываешься, а потом… иногда вот очнёшься на 5-10 минут, и понимаешь: «Слушай, а что происходит?»  

То есть, мы… мы сами отталкиваем то, что Бог даёт нам каждый день. Он даёт нам радость - вы посмотрите на детей! Какие они радостные, несмотря на то, что вот он, только что, плакал - а потом идёт счастливый! Как мы носим вот эти мешки… там… может быть… презрения, зависти какой-то… мы не можем отпустить. А искусство нашего хора - оно помогает иногда человеку вот именно - отключиться, понимаете? от обыденности этой жизни. 

Понять, что жизнь - она, на самом деле, прекрасно! Надо, вот именно, внутри быть ребёнком. То есть, открываться всему хорошему, и закрываться тому, что плохо. То есть - не осуждать, любить… ну… сами понимаете. 

М.Миллер: 

- И потом, вот, Вы сказали, что «неужели вам не хотелось бы петь в оперных театрах»… Вы знаете, у каждого человека - свой путь, и я не считаю, что любой вокалист обязан петь в оперном театре. 

Да, мы делаем определённое дело на благо нашей страны, нашего отечества, и я считаю, что это - очень большое дело. И все наши академические, так скажем, амбиции - они воплощаются, потому, что мы поём сольно, постоянно выходим на сцену сольно, и разговариваем со зрителем. И если это находит отклик в зрительном зале, то это - победа! 

А.Митрофанова: 

- Отклик-то вы находите! О вас, по-моему, кто только ни писал - и «Вашингтон-пост», и… там… целый ряд других уважаемых зарубежных изданий, все - с восклицательными знаками. И выступали вы - от Латинской Америки до Северной, и от Китайской стены - до… не знаю, там… в Португалии были вы, или нет, но вот… какие-то вот эти вот, крайние, страны уже Западной Европы - там вас тоже теперь знают. 

И, вы знаете… вот, смотришь на вашу географию, и думаешь: интересно, а для вас самих какой зал был самым важным? Ну, если не считать Олимпийские игры в Сочи, о которых мы уже поговорили. 

В.Середа: 

- Ну, здесь хочется, во-первых, сказать не о зале, а о зрителе. Для нас, в первую очередь, важен русский зритель… для нас очень важен русский слушатель. Конечно же, он для нас роднее, он живёт с нами одной культурой, живёт с нами идеей, скажем так, одной. И, в первую очередь, мы нацелены на него. 

А наши заграничные поездки - это, в большей степени, именно желание поделиться богатством нашей культуры русской с жителями других континентов, других стран. 

И самый приятные для нас залы - это те залы, которые находятся в России, не смотря на то - в глубинке это, или же в столице нашей Родины.  

И выбрать какой-то конкретный зал - очень тяжело. Потому, что для нас важен больше не зал, а сам слушатель - как он реагирует на то, что мы исполняем.  

И, подчас, менее организованные, такие… скажем… залы, приветствуют так горячо, и так… тепло, что уезжаешь с очень… такими… высокими чувствами, с очень тёплой душой, скажем, с приятным отпечатком, и такой слушатель запоминается надолго. 

А.Митрофанова: 

- Вот, сейчас я хочу спросить у вас: а правда ли то, что я сказала в начале программы - что бывали такие случаи, когда зал начинал петь, подпевать вам, и… в этот момент вам уже можно было остановиться, а регент уважаемый ваш, и известный тоже на весь мир - Никон Жила - он просто разворачивался в зал, и начинал уже дирижировать вот этими, новыми исполнителями. Такое, действительно, было? 

В.Зарипов: 

- Конечно… 

М.Миллер: 

- Безусловно… 

А.Митрофанова: 

- Да? 

М.Миллер: 

- Безусловно, это - как часть шоу… 

А.Митрофанова: 

- Это - очень кинематографично! 

М.Миллер: 

- Да… это, как часть шоу, используется для поднятия ажиотажа в зале. Потому, что… естественно, это происходит, как правило, в конце концерта, когда мы поём уже песни на «бис», и… 

В.Зарипов: 

- … высокий градус уже… 

А.Митрофанова: 

- А что вы поёте на «бис»? 

М.Миллер: 

- Есть такие песни у нас… 

В.Зарипов: 

- «Надежда»… 

М.Миллер: 

- … как «Надежда» Александры Николаевны Пахмутовой, с которой нас связывают долгие годы творческого сотрудничества. Потом… 

В.Середа: 

- «Распрягайте…» 

М.Миллер: 

- … «Распрягайте, хлопцы, коней…», «Прощай, любимый город…» 

В.Зарипов: 

- «Вечер на рейде»… 

М.Миллер: 

- … «Вечер на рейде» Соловьёва-Седого… Это такие песни, которые знает, практически, каждый человек, и, естественно, когда Никон Степанович поворачивается к залу - если это, безусловно, «наш» зритель - то весь зал поддерживает его, и, в этом случае, мы используем такой элемент шоу - делаем вид, что мы уходим. А на самом деле, мы просто заходим за кулисы - и возвращаемся… но, не будем раскрывать наших секретиков! 

А.Митрофанова: 

- Можно будет прийти 23 июня в Лихов переулок, в Соборную палату, и там, своими глазами, стать свидетелями этого, с позволения сказать… ну… я процитирую, в данном случае, наших гостей - шоу. На самом деле, это - великолепный концерт хора Сретенского монастыря.  

Но, безусловно, когда мы говорим о музыке в нашей студии, мы стараемся не только говорить, но и слушать… или, в данном случае, исполнять. Но исполнять будете вы - я-то петь не умею. 

Поэтому, сейчас, как раз, мне кажется, самое время поставить одну из тех музыкальных композиций, которую блестяще исполняет Сретенский хор. 

«Как пойду я на быструю речку…» Что за песня? В двух словах, расскажите, пожалуйста. 

В.Середа: 

- Слова - русские народные, а обработку на эту песню… и, собственно, композитором этой песни стал наш директор - талантливый человек, талантливый композитор - Фёдор Степанов. Он вдохновился словами этой песни, наложил на эти слова музыку, и мы исполняем это произведение. 

А.Митрофанова: 

- Вот, поэтому оно вам особенно дорого… 

В.Середа: 

- Да. И поэтому, конечно… ну, а, во-вторых, там - очень хорошие слова, красивые, о нашей любимой Родине. 

А.Митрофанова: 

- А это мы сейчас услышим. 

В программе «Светлый вечер» на радио «Вера», напомню, сегодня - Вадим Зарипов, Михаил Миллер и Владимир Середа. Я - Алла Митрофанова.  

И мы слушаем, в исполнении хора Сретенского монастыря, песню «Как пойду я на быструю речку…» 

-ПЕСНЯ- 

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА» 

А.Митрофанова: 

- «Светлый вечер» на радио «Вера» продолжается.  

Ещё раз, здравствуйте, дорогие слушатели! Я - Алла Митрофанова, и, с удовольствием, напоминаю, что в гостях у нас сегодня солисты хора Сретенского монастыря - Вадим Зарипов, Михаил Миллер, Владимир Середа. И мы говорим об истории этого хора, об уникальном опыте музыкального коллектива, который теперь уже известен на весь мир, и о концерте, который 23 июня пройдёт в Соборной палате в Лиховом переулке. И, в общем, все желающие могут туда попасть - пожалуйста! 

И, вы знаете, мне, конечно, интересно было услышать от вас, в первой части нашего разговора, что, несмотря на обширнейший ваш репертуар, и… не знаю, как… хиты советских лет, и “Let My people go”, и чего только нет! Чего только… не могу себе представить, чего вы не исполняете? Мне кажется, даже рок какой-то у вас звучит, в определённых аранжировках… нет? 

Владимир Середа сделал страшные глаза! 

М.Миллер: 

- Вы знаете, подбор светского репертуара… вообще… изначально в хоре Сретенского монастыря, проходил таким образом, чтобы смысл его не выходил за рамки общецерковных понятий. 

А.Митрофанова: 

- То есть, всё-таки, для вас самое главное - это… 

М.Миллер: 

- … духовная составляющая. 

А.Митрофанова: 

- … духовная музыка. 

В.Зарипов: 

- Духовная составляющая произведения - неважно, будь то духовное песнопение, или светский репертуар.  

Это - очень важно, потому, что мы, всё-таки, монастырский хор, и… как бы… мы не должны терять своего лица… да… исполняя вот эти… всякие… 

М.Миллер: 

- Однодневные треки… 

В.Зарипов: 

- … однодневные треки, да… 

М.Миллер: 

- … которыми сейчас пестрит… 

В.Зарипов: 

- … которыми сейчас изобилует эстрада - как наша, так, к сожалению, и зарубежная. 

А.Митрофанова: 

- Ну… рок - тоже бывает разным. Но, в данном случае, здесь важно то, что вы озвучили - чтобы было содержание. 

В.Середа: 

- Да… наши песни не поют о страстных каких-то вот… таких… вещах, о пылких каких-то чувствах… 

В.Зарипов: 

- Чувствах, да… 

В.Середа: 

- Мы поём, именно, такие… 

В.Зарипов: 

- Музыка - она должна призывать человека к чему-то тому, чтобы человека… как-то… менять внутренне, понимаете? А можно уйти… мне кажется… исполняя эти песни, в какую-то сладострастность, понимаете, в какие-то… там… чувства, которые далеко не всегда человека могут привести к размышлению. Потому, что, я считаю, любая информация - то ли, там, это песня, или рассказ - они должны человека менять. И менять - в лучшую сторону. А ничто лучше человека не меняет, как духовное понимание… духовное состояние… 

М.Миллер: 

- … составляющая… да… духовная составляющая произведения. 

В.Зарипов: 

- … составляющая души. Вот. И, поэтому, мы стараемся, при исполнении светского репертуара, всё-таки, чтоб там… идея этой песни была – патриотизм, любовь к отечеству, к дружбе… то есть, основные постулаты, которые заложены непосредственно… ну… в Церкви, в духовной жизни человека. 

М.Миллер: 

- Богом. 

В.Зарипов: 

- Богом, да. И если песня не противоречит всему этому, тогда мы её уже ставим в наш репертуар и исполняем. 

М.Миллер: 

- Вводим… да… в репертуар, и уже дальше – ищем аранжировки. 

В нашем коллективе… вот, Вы говорите, сидят три богатыря… 

А.Митрофанова: 

- Говорю! 

М.Миллер: 

- … а, на самом деле… вот, например, Владимир – он закончил Сретенскую духовную семинарию… ещё, буквально, недавно. И… мы с Вадимом закончили училище имени Гнесиных, и дальше наши дорожки разошлись, и мы пошли уже дальше по высшим учебным заведениям разным, но это не суть важно… 

А.Митрофанова: 

- А потом – встретились уже в Сретенском хоре… 

М.Миллер: 

- А потом встретились… да… в хоре Сретенского монастыря, спустя много лет. 

В.Зарипов: 

- Снова, да… и встреча эта была очень приятной. 

М.Миллер: 

- Да… Так, что в нашем коллективе – огромное количество творческих личностей. Большинство из ребят работают над созданием нашего репертуара. В нашем коллективе есть несколько аранжировщиков, в том числе – вот, уже назвали замечательного аранжировщика и композитора Фёдора Степанова. У нас есть – в нашем репертуаре – огромное количество песен, в обработках Дмитрия Лазарева, Андрея Полторухина… 

В.Середа: 

- … дьякона… 

М.Миллер: 

- … дьякона Александра Амирханова… То есть, у нас очень разносторонний репертуар, и коллектив изобилует вот такими индивидуальностями. 

А.Митрофанова: 

- Вот, это самое удивительное! Как люди, которые… каждый из вас, сам по себе, художник, и вы, при этом, хорошо вместе уживаетесь, и вам не тесно в предлагаемых рамках, и вам интересно в хоровом коллективе, где… ну… всё равно… хотя вы, каждый, сами по себе, солисты, но вы же… всё равно… вы же на сцене - вместе… 

М.Миллер: 

- Мы делаем общую… мы связаны общей идеей, и делаем общее дело, понимаете? Именно это связывает всех нас.  

И у каждого из ребят коллектива есть возможность выходить сольно, поэтому, ребята могут воплощать свои какие-то сокровенные мысли на сцене сольно. И замечательные наши солисты - и Иван Леонов, и Михаил Туркин… и… практически, вот… каждый… я говорю, каждый из ребят нашего коллектива мог бы выйти и спеть сольно. И, так как репертуар очень большой, так и происходит. 

А.Митрофанова: 

- И при этом - «сорвать» аплодисменты и собрать полный зал. 

Вы знаете, я читала выдержки из интервью вашего регента, Никона Жилы, где он говорил: очень важно, для того, чтобы исполнять ту музыку, которой занимаетесь вы, иметь чистую душу. 

М.Миллер: 

Конечно. Естественно. 

В.Середа: 

- Ну… вот, здесь такой момент, что… понятное дело, чистая душа - это идеал… 

А.Митрофанова: 

- Вот, я об этом и хотела спросить! Это же - такая высокая планка! 

В.Середа: 

- Да, это - высокая планка, к которой нужно стремиться, о которой нельзя забывать. Понятное дело - то, что у каждого человека есть определённые… греховная сторона, у каждого - свои проблемы духовные, но… занимаясь миссионерским делом - назовём это так, потому, что, в первую очередь, мы - богослужебный хор, и участвуем в Богослужении Сретенского монастыря, но наша концертная деятельность подразумевает также и миссионерскую деятельность. Потому, что люди, приходящие послушать наш коллектив, они - как часто бывает - в первой части программы слушают и духовные произведения, и, вольно или невольно, задумываются об этом.  

И, понимая эту высокую миссию для нашего коллектива, человек - каждый певец - старается оставить те заботы, те проблемы - духовные, жизненные - за спиной, и, приближая себя вот… к чистой душе именно, сознанием, пытается, насколько это ему возможно, и передать это в песне - эту чистоту. Насколько каждому возможно. 

А.Митрофанова: 

- Правильно ли я понимаю, что эта высокая планка… в Евангелии же Господь говорит: «Блаженны чистые сердцем, потому, что они увидят Бога…» - это… ну, это… с одной стороны, это сказано просто, а, с другой стороны, это - запредельно высоко… и это… 

В.Середа: 

- … да… это запредельно высоко… но мы всегда… понимаете… 

А.Митрофанова: 

- … всё время - работа какая-то внутренняя тогда, получается… 

В.Середа: 

- … да, действительно, это… безусловно, это - тяжёлый труд, тяжёлая работа, но это - работа каждого человека в отдельности… 

М.Миллер: 

- Над собой, да. 

В.Середа: 

- … над собой. Вот. И это… скажем… такое… тайна такая каждого человека, которую, я думаю, не каждый хочет раскрывать, но каждый имеет этот идеал - чистой души. 

В.Зарипов: 

- Был случай, что после службы подошла какая-то женщина, и сказала: «Я была на вашем концерте, и что-то вот…» - а у нас был, как раз, концерт - там была и светская музыка, и духовная… вот… и говорит: «Вот, что-то меня сразу… появилось желание прийти в храм».  

То есть, именно вот… она говорит: «Я часто хожу на разные хоры - я не буду говорить, на какие - но вот, именно ваш хор как-то интересно повлиял на меня, в моей жизни: где бы я ни находилась, я везде слышу их пение. Я включала радио - хор Сретенского монастыря; потом, иду куда-то… на какой-нибудь вечер, с кем-то начинаю беседовать, тут же слышу - кто-то обязательно упомянет вот это… в своём диалоге…». И вот, что-то вот было… я не помню… на одном, вот, концерте, она подошла ко мне и сказала: «Что-то мне сразу сказало: сходи в храм. И я, когда пришла, я снова услышала голос этого хора, и, Вы знаете, он повергает в такое состояние, что невозможно выйти из храма без раскаяния…то есть, ты – раскаиваешься. Хор заставляет, голос хора заставляет совершенно иначе смотреть на жизнь, совершенно как-то по-другому посмотреть на неё. Потому, что всё вокруг, всё, что нас окружает - оно… как бы… по-своему пытается выстроить нашу жизнь. 

То есть, вот эта музыка - звучание этого хора - заставляет понять, что ты - частица чего-то прекрасного, чего-то большого. Спасибо вам большое!» 

И я… после такой беседы, я, действительно, начинаю понимать, какая высокая ответственность - вот, как вы говорили уже несколько раз - того, что мы делаем. 

А.Митрофанова: 

- Интересно, что вы себе эти заслуги не приписываете, и говорите, что это… ну… вот… это - музыка хора… это… там… какая-то миссия, задача, и прочая. А себя, при этом… ну… как это сказать… не ставите на авансцену. 

М.Миллер: 

- Вы знаете, я бы хотел, по этому поводу, добавить, что… возвращаясь к началу нашего разговора.  

Когда отец Тихон - тогда ещё - поехал к отцу Матфею Мормылю, и тот, в свою очередь, порекомендовал ему выпускника Духовной Академии иеромонаха Амвросия Ермакова, ныне - архиепскопа Верейского… 

А.Митрофанова: 

- Ректора… 

М.Миллер: 

- … и ректора Московской Духовной Академии и семинарии, да… И, собственно, отец Амвросий оказал огромное влияние на становление хора, и на его состав. Он, конечно… естественно… за эти 19 лет немножко видоизменился, но, тем не менее, в его составе осталось несколько человек, которые имели счастье работать с ним. 

И… что я хотел сказать по поводу того, о чём Вы сейчас разговаривали с Вадимом. Что одной из задач, которые поставил отец Тихон перед отцом Амвросием, было: разучивание светских песнопений. Потому, что отец Тихон был глубоко убеждён, что хоровой коллектив - церковный хоровой коллектив - обладает колоссальным миссионерским потенциалом.  

И, возвращаясь к словам Вадима, я хотел тоже добавить, что вот… Моя мама - педагог в Музыкальной школе по фортепиано, и вот, дедушка одной её ученицы пришёл как-то с ней на… будучи совершенно неверующим, пришёл на концерт нашего хора, и был под таким впечатлением! Так как, репертуар у нас - не только духовная музыка, а - и светская. Репертуар рассчитан не только на верующих людей, а… как бы… на всю основную массу нашего слушателя. И люди неверующие, до которых доходит тот стержень, который мы пытаемся, по воле Божией, донести до зрителя, если он затрагивает струны сердца их, то происходит изменение внутри человека.  

И вот, этот дедушка, после этого, стал приходить в Сретенский монастырь… 

А.Митрофанова: 

- Ух, ты… 

М.Миллер: 

- … да… чтобы просто послушать коллектив. И он стоял всю службу - Всенощную - а это, без малого, между прочим, в монастыре - 3 часа, и слушал коллектив. И, таким образом, он пришёл к Богу. 

А.Митрофанова: 

- Потрясающе! 

М.Миллер: 

- Вот, поэтому… 

А.Митрофанова: 

- Я думаю, что это - не единичный пример. Это просто история, которую знаете лично Вы. Но вот так ваша музыка действует на слушателей. 

И интересно, что в концерте, который будет 23 июня - там тоже 2 части в программе, да? 

В.Середа: 

- Да. 

А.Митрофанова: 

- А он называется ведь… 

М.Миллер, В.Середа, В.Зарипов: 

- «Небо и земля». 

А.Митрофанова: 

- Ну… провокативное название - «Небо и земля» - по правде сказать. А что оно в себя включает? Что там прозвучит? 

В.Середа: 

- Ну… там, как уже можно понять из самого названия, «небо» - это духовные произведения, те произведения, которые поются за Богослужением, либо - духовные канты, которые исполняются в церковной среде. И «земля» - это произведения светских композиторов, русские народные песни, казачьи песни, песни украинского народа, братских наших народов - те песни, которые на слуху, и которые уже природнились каждому слушателю нашей страны. 

А.Митрофанова: 

- Вот это название - «Небо и земля» - мы, как правило, это словосочетание употребляем для того, чтобы подчеркнуть противоречие… или противопоставление некое, да? «Слушайте, но это же - небо и земля!» 

А в данном контексте - значение совершенно другое. Небо и земля - как единое целое, получается, да? 

В.Середа: 

- Да… понимаете… дело в том, что… не только в этом контексте…  

Если мы вот, например, вспомним стихиру на Рождество Христово, на литии, она начинается со слов: «Небо и земля ныне ликуют…» То есть, объединительный характер радости о рождении Спасителя. 

То же самое - и здесь. Мы хотим донести до людей именно объединительный момент. То есть, именно: духовная музыка - она высока, но она имеет единое, так сказать… единение со светской.  

Ведь, понятное дело - то, что хоровые коллективы имеют историю именно с храмов. Именно… известно о том, что вот, например, в Иудее был Храм Соломона, при нём был хор огромный, да? При вот таких вот… 

А.Митрофанова: 

- Да он и сам, собственно говоря, там исполнял… 

В.Середа: 

- … да… то есть, именно при таких вот… именно, важных вещах… вот, именно при таких храмахнаходились первоначальные хоры. А потом уже это всё пошло, вот именно, в народы. Так… вот именно… произошло такое… единение, скажем так. 

Так же и здесь, мы хотим именно подчеркнуть то единение - высокого с земным. 

А.Митрофанова: 

- Мне бы сейчас хотелось, всё-таки, обратиться ещё к вашей гастрольной деятельности, пока у нас есть время для разговора.  

Вы выступали на Великой Китайской стене. Стояли там? 

М.Миллер: 

- Да. Да, но… я что-то не помню… 

А.Митрофанова: 

- Михаил Миллер - отвечает за всех. 

М.Миллер: 

- Я что-то не помню, чтобы мы там выступали… 

А.Митрофанова: 

- По-моему, что-то вы там… «Амурские волны», что ли, исполнили… 

В.Зарипов: 

- Нет… ну, это… это… Да, дело такое, что, действительно… дерзну так сказать - это, действительно, такое значимое место, и хочется, как бы… чтобы как-то отложить это именно себе в память… ну, вот, именно… так сказать… в истории хора. И мы, в таких вот… скажем… для каких-то народов сакральных местах, иногда исполняем для нас сакральную музыку. 

А.Митрофанова: 

- Это экспромт был, что ли? 

В.Зарипов, М.Миллер, В.Середа: 

- Это - чисто экспромт был… Это - экспромт… Это - чисто для себя… 

А.Митрофанова: 

- Но вы понимаете, что это вошло в историю? 

В.Середа: 

- Да, это, действительно, так. Знаете, это… невольно, не специально, но - вот, вошло в историю. Как бы, соединение двух сакральных вещей. 

Китайская стена - это сакрально для каждого жителя Китая, и, для нас, русская песня, которая сакральна для…  Это не обязательно могли быть «Амурские волны», но это… вот… ну, спели вот «Амурские волны»… 

М.Миллер: 

- То, что дорого душе. 

В.Середа: 

- Да, да… то, что дорого. 

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА» 

А.Митрофанова: 

- В программе «Светлый вечер» на радио «Вера» сегодня солисты хора Сретенского монастыря - Вадим Зарипов, Михаил Миллер, Владимир Середа. И мы говорим о жизни хора, о том, как выглядят будни… вот, пожалуй, мы об этом пока подробно не поговорили. 

Вы просыпаетесь утром… 

В.Зарипов: 

- Да. 

А.Митрофанова: 

- … и начинаете распеваться. Пока ещё не пришли в храм, пока ещё не началась ваша репетиция. Или - это время, которое принадлежит вам и вашим семьям, а работа начинается - потом? Как это выглядит? 

В.Зарипов: 

- Ну… у меня начинается, допустим, в предвкушении: «А что же будет-то? Что будет сегодня? Что мы будем сегодня делать?» 

Допустим, какая-то у нас репетиция, или подготовка к какому-то концерту, и ты думаешь: «Так… так… что же у нас будет? Так… как же мы будем петь? Ага… вот…»  

Иногда… ну, бывает, там… заболеешь, или что-то… переживаешь - допустим, что-то у тебя… там… с горлом, и ты думаешь: «Ой, а как же я спою-то…» - что-то такое.  

А бывает, ты, после этого, всё равно, думаешь: «Я сейчас приеду!» - и вот, ты приезжаешь, и вот, каким-то чудным образом, ты понимаешь, что никакая болезнь, никакие дела тебя не могут отвлечь от твоего любимого дела. 

Вот, знаете, у меня бывает иногда певческий голод. Вот, допустим, такие бывают времена, когда ты долго не поёшь - ну, там, допустим, промежуток… ну… неделя. А когда ты привык постоянно быть в форме, когда тебе хочется… то есть, в тебе накапливается вот эта энергетика, и бывает, прям, до такой степени - хочется выйти на балкон, открыть окно, и просто вот - спеть что-то такое! Вот.  

Мы иногда… шутки ради… открывали окна - и пели… там… возгласы какие-то делали… или - с днём рождения кого-то поздравляли… вот, было такое. Ну, чисто в моей жизни такое было. 

А.Митрофанова: 

- А как соседи реагировали? 

В.Зарипов: 

- Ой, Вы знаете… это - вообще… просто… 

А.Митрофанова: 

- На «бис» вызывали - снова на балкон? 

В.Зарипов: 

- Знаете, был такой случай, что… наверху очень громко шумели дети, и мне супруга говорит: «Ну, надо сходить, что-то сказать...» Я говорю: «Давай… зачем говорить? Я - спою». 

Я уже не помню - что-то я пел… или «Вдоль по Питерской…», или “Go Down, Moses…”, не помню… но что-то, вот именно, я спел - и, через какое-то время, знаете… такая была тишина! И… знаете… чего-то даже стало не хватать. Даже были вот такие моменты! 

А.Митрофанова: 

- Вот она - великая сила искусства!  

В.Зарипов: 

- Да. 

А.Митрофанова: 

- Даже дети замолчали! 

В.Зарипов: 

- Да… и иногда даже соседи вот проходят: «Ты этого человека не знаешь?», и он тебе говорит: «Слушайте, а пойте - почаще!» 

А.Митрофаноа: 

- Серьёзно?  

В.Зарипов: 

- Да, вот… был у меня такой случай. Может быть, и у ребят тоже было.  

Потому, что, на самом деле, понимаете… пение - это… нельзя… там… говорить - «наркотик», или ещё что-то… но это становится постепенно частью твоей жизни - как воздух! Ты не можешь не дышать, так же - ты не можешь не петь. 

И иногда вот… я даже за собой не замечаю… вот, заезжаешь в продуктовый магазин, и ты невольно начинаешь что-то напевать - в той же, там, очереди, или что… и даже забываешь, что вокруг тебя - люди. Было такое! 

М.Миллер: 

 - Санитары, да? 

В.Зарипов: 

- Да! Нет… ну… просто иногда душа поёт, и вот… хочется… как бы… 

А.Митрофанова: 

- То есть, Вы невольно устраиваете флэшмоб – знаете же, да, что бывает в супермаркетах, в аэропортах… 

В.Зарипов: 

- Да-да-да-да… 

М.Миллер: 

- Флэшмобом это тяжело назвать, но… так… чисто… 

В.Середа: 

- Вадим постоянно устраивает флэшмобы… 

А.Митрофанова: 

- Что-то как-то вы… скептически об этом… так… говорите... 

В.Середа: 

- Нет, не скептически, наоборот… 

М.Миллер: 

- Вы понимаете… это же – разрядка всего коллектива, и я очень рад, что в нашем коллективе есть Вадик, потрясающий человек совершенно… и очень добрый… 

В.Зарипов: 

- Спасибо, Михаил! 

М.Миллер: 

- … и с отличным чувством юмора. Ничто так не спасает людей в таком графике, как чувство юмора! 

А.Митрофанова: 

- Вот, всё-таки, график… Возвращаясь к этой сложной теме, когда вы всё время на гастролях, или на репетициях, на выступлениях, и, прежде всего, в храме – что остаётся вашим семьям? Как вы вот это время-то находите – для них, для самых близких? 

В.Середа: 

- Скажем так, что… благодаря нашим администраторам – спасибо им большое – всё-таки, график выстраивается так, чтобы мы не забывали свои семьи. И чтобы семьи нас не забывали. Это – учитывается. 

Наши администраторы понимают, что мы – люди семейные, то, что это – никак не выкинуть из нашей жизни, и, основываясь на этом, они устраивают так, что мы имеем возможность. После определённого количества концертов, даётся маленький промежуток для того, чтобы побыть с семьёй, чтобы отдохнуть, побыть с детьми. 

И… ещё такой момент, что, несмотря на весь график, мы первостепенной задачей для себя ставим участие в Богослужениях. И мы постоянно принимаем участие, мы постоянно поём на Воскресных Богослужениях – это в воскресенье утром на Литургии, и в субботу – вечером, на Всенощном бдении. А также, в дни двунадесятых праздников и престольных. Вот… 

А.Митрофанова: 

- Итого насчитывается, практически – каждый день… 

В.Середа: 

- И получается то, что в выходные мы находимся – с семьёй. То есть, в зависимости, конечно, от каждого – как он считает нужным. 

Кто-то с семьёй идёт вместе в храм, кто-то – раздельно. Но, всё равно, выходные проводятся с семьёй. 

А.Митрофанова: 

- Передайте, пожалуйста, вашему администратору лично от меня – поклон. 

В.Зарипов: 

- Хорошо. 

А.Митрофанова: 

- Я считаю, что это – очень мудрое решение, когда вот так вот организован ваш график, чтобы вы имели возможность общаться с близкими. Это же – самое дорогое, что только может быть, когда и любимая работа, и семья, и всё… как-то… не конфликтует и противоречит друг с другом, а вот так гармонично соединяется. 

В.Зарипов: 

- Ну, естественно… там… нельзя сказать, что прям так всё гладко – иногда бывает… там… что-то, какие-то недовольства, но… как бы… 

А.Митрофанова: 

- Ну, а у кого не бывает? 

В.Зарипов: 

- Да. Но… как бы… когда, допустим, моя супруга поняла, что это – часть моей жизни, и я люблю это, а она – любит меня, естественно… как бы… она поняла, что это должно быть в моей жизни, и она будет смиряться. Это и есть часть… так сказать… одна частица от любви. 

А.Митрофанова: 

- А она это до свадьбы поняла, или после? 

В.Зарипов: 

- Нет, понимаете… до свадьбы было совершенно всё другое! 

А.Митрофанова: 

- Ах, вот как! 

В.Зарипов: 

- Вот… А после свадьбы, конечно, есть какие-то проблемы, но это – жизнь! Труды, болезни – удел человека, что говорить… Но так как мы любим друг друга, естественно, мы должны смиряться с некоторыми трудностями, которыми нас одарила жизнь. Без этого – никак! 

М.Миллер: 

- Знаете, я хотел бы добавить на этот счёт… от себя немножко… что, на самом деле, очень хорошо, что у нас такой график плотный. Конечно, иногда он бывает черезчур плотным, и перерывы в наших встречах с семьёй, бывает, достигают недели и больше. Но, с другой стороны, Вы понимаете, мы же все – творческие личности, и, на самом деле, очень тяжело жить с творческими людьми. И поэтому, очень хорошо, что наши жёны в это время – отдыхают от нас. И я очень этому рад. 

А.Митрофанова: 

- Ах!.. 

М.Миллер: 

- Например, вот… моя семья живёт в Калужской области – мы купили там дом, развели хозяйство – коз, кур, уток, все дети учатся в православной гимназии, а жена регентует в храме, будучи тоже оперной певицей. 

А.Митрофанова: 

- Ого! 

М.Миллер: 

- Поэтому… понимаете, когда ещё дома два творческих человека – это очень сложно. И очень хорошо, что вот у неё есть промежуток времени, чтобы она отдохнула от меня… вот… и тогда эти встречи получаются более желанными. 

А.Митрофанова: 

- Ну, так Вы… я так чувствую… на стороне где-то даёте выплеск Вашей энергии, а домой приходите, и уже – ах! И вот – гармония, любовь, совет… и всё остальное. 

Вы знаете, с огромным сожалением я смотрю на часы, и понимаю, что время нашей программы подходит к концу, а у нас ещё впереди одна музыкальная композиция. 

И, напомню, 23 июня в Соборной палате в Лиховом переулке будет в 19.00 концерт хора Сретенского монастыря, солисты которого – Вадим Зарипов, Михаил Миллер и Владимир Середа – сегодня были у нас в программе «Светлый вечер». Спасибо вам огромное за этот разговор! 

И, я думаю, вполне логично, что завершит его хит всех народов… нельзя сказать, что всех времён – потому, что, всё-таки, Матвиенко и Шаганов эту песню, по историческим меркам, совсем недавно написали, но для многих становится откровением, что у песни про коня есть авторы, что она, оказывается, не народная! То есть, песня всех народов, но не всех времён, а нашего времени – «Конь», в исполнении хора Сретенского монастыря. Всё верно? 

В.Зарипов, М.Миллер, В.Середа: 

- Да. 

М.Миллер: 

- И я считаю… я хотел добавить, что самая лучшая похвала для композитора – если его песня ушла в народ. 

А.Митрофанова: 

- Для поэта – тоже.  

М.Миллер: 

- Да… 

А.Митрофанова: 

- Александр Шаганов был в этой студии – он это подтвердил. 

М.Миллер: 

- … как, собственно, и произошло с этой песней. 

А.Митрофанова: 

- Итак, песня про коня, в исполнении хора Сретенского монастыря. 

Спасибо огромное, ещё раз! До свидания! 

В.Середа: 

- Спасибо большое! 

М.Миллер: 

- До новых встреч! 

В.Зарипов: 

- До свидания!