Москва - 100,9 FM

Фонд «Дети.мск.ру». Ольга Захарова, Олег Орлов

* Поделиться

У нас в гостях были руководитель школы «В гостях у Незнайки» фонда «Дети.мск.ру» Ольга Захарова и учитель истории школы «В гостях у Незнайки» Олег Орлов.

Мы говорили о старейшем фонде России «Дети.мск.ру»: как фонд осуществлял свою деятельность в советский период, и каковы его цели и задачи в настоящее время. Также разговор шел об особенностях школы «В гостях у Незнайки». Наши гости рассказали, какая помощь необходима фонду, и каким образом может помочь каждый, кому судьба тяжелобольных и обездоленных детей небезразлична.


Ведущий: Алексей Пичугин.

А.Пичугин:

- «Светлый вечер» на светлом радио.

Здравствуйте, дорогие слушатели!

Меня зовут Алексей Пичугин. Я рад вас здесь приветствовать.

С удовольствием представляю наших гостей. Сегодня, в нашей студии, вместе с нами и с вами, эту часть светлого вечера – ближайший час – проведут: руководитель школы «В гостях у Незнайки» фонда «Дети.мск.ру» Ольга Захарова…

Добрый вечер!

О.Захарова:

- Добрый вечер!

А.Пичугин:

- Олег Орлов – учитель истории школы «В гостях у Незнайки».

Добрый вечер!

О.Орлов:

- Добрый вечер!

А.Пичугин:

- Тут у нас, видите, сразу несколько тем, и сразу понятно, что мы будем говорить и про школу «В гостях у Незнайки», и про фонд «Дети.мск.ру».

Мне кажется иной раз, что мы, в рамках нашей программы, охватили уже большую часть фондов, которые, по крайней мере, работают в Москве, но выясняется, что фондов становится больше, огромное количество фондов работают много лет, а мы про них ничего не знали. И такой фонд ещё есть, как «Дети.мск.ру», существующий очень много лет. С Олегом Орловым мы тоже знакомы много лет. Опять, же, совершенно случайно, спустя много лет, встретились на одном из мероприятий – выяснилось, что Олег работает с фондом «Дети.мск.ру». Мы узнали, что этого фонда у нас не было, и, с удовольствием, пригласили к нам.

Фонду уже почти 30 лет – всё верно, Ольга?

О.Захарова:

- Да, всё верно.

А.Пичугин:

- Расскажи, пожалуйста, про то, чем занимается именно фонд «Дети.мск.ру». Мы про школу ещё поговорим обязательно, чуть позже. А, вот, самое главное – чем занимается фонд, кому помогает… понятно, что детям, но тут, наверняка, очень много всего интересного…

О.Захарова:

- Лёша, действительно, у фонда – очень долгая и давняя история, и в этом году мы празднуем 30 лет фонду, но это – его официальное… такое… празднование 30-ти лет. По правде, фонд начал свою деятельность в послевоенные годы, когда Александр Мень пришёл в институт, который сейчас… это НИИ, который на «Фрунзенской»… институт… я могу сейчас ошибаться, как он сейчас называется…

А.Пичугин:

- Да, это – послевоенные, получается… если отец Александр Мень – 1934, если я не ошибаюсь, года…

О.Захарова:

- Да.

А.Пичугин:

- … то это был… конец 40-х – начало 50-х годов.

О.Захарова:

- Да. И, как раз тогда, наша основательница фонда – одна из, совместно с Александром Менем, поныне руководящая этим фондом, – Салтыкова Лина Зиновьевна, она родилась в первый день войны, в 1941 году. И, когда она была студенткой, Александр Мень пришёл к ним ( то есть, это было ей 20 лет… значит, где-то в 60-е года ) с тем, что мир нуждается в людях, и нужно идти туда, где нет – никого, где труднее всего, где сложнее всего… и… там никого нет – и нам нужно идти туда.

А.Пичугин:

- Если мы чуть-чуть знакомы с историей фонда «Дети.мск.ру», то мы, наверное, поймём сразу, что история эта непростая.

Детская клиническая больница, которую окормлял отец Георгий Чистяков много лет, который сам, в итоге, умер от рака – там лежат тяжёлые дети, как раз, с очень тяжёлыми заболеваниями…

О.Захарова:

- Да, Лёша совершенно прав. Чистяков был нашим, кажется, вторым… таким… духовным наставником фонда, после Александра Меня. И, в общем, если вернуться в те 60-е, 70-е, то, на тот момент, за неимением медикаментозного лечения хорошего, единственное, что приходилось делать – это хоронить детей. Потому, что лечить… особо… не было средств, не было рук и финансов на это, и…

А.Пичугин:

- Это 1962 год, где-то, уже есть РДКБ… по крайней мере, та больница, которая после стала Детской клинической. Или – где это сначала было?

О.Захарова:

- Мне кажется, что это начиналось… вот… был… я сейчас могу ошибиться… сейчас это больница, которая… то ли 49-я, то ли ещё какая…

А.Пичугин:

- Это не так важно…

О.Захарова:

- В общем, это тогда, мне кажется, была ещё не РДКБ… и это надо, возможно, в следующий раз…

А.Пичугин:

- Ну… «Р» она не могла быть – ещё не было России… глубокий-глубокий Советский Союз. Середина «Оттепели», вторая половина.

О.Захарова:

- Мне кажется, что… вот… за такой историей, удивительными рассказами того, что происходило в советские времена, можно пригласить Лину Зиновьевну, и она расскажет просто невероятнейшие истории про невероятных людей, и про ту жизнь…

А.Пичугин:

- Да у нас даже есть целый проект про то время, куда мы её, с удовольствием… И, пользуясь случаем, если она нас сейчас слышит: приходите к нам, пожалуйста, у нас есть отдельный проект про это время, где можно поговорить и об истории, и, естественно, о том, как это всё развивалось.

О.Захарова:

- Лина Зиновьевна – удивительная, действительно, личность. И, при благословении Александра Меня, она продолжает своей интуицией, мне кажется… я ей всегда говорю: «Лина Зиновьевна, мне кажется, Вы всегда находитесь на грани жизни и смерти. И как Вы родились… вот… в такой, прямо… в день…

А.Пичугин:

- В рубежный период…

О.Захарова:

- … в рубежный период, Вы всегда…

А.Пичугин:

- Она прямо в день начала войны родилась?

О.Захарова:

- Прямо в этот день.

А.Пичугин:

- Прямо 22 июня? Ничего себе!

О.Захарова:

- Да, да! –… и, вот, Вы, как родились, и Вашу всю жизнь движут такие моменты и проекты, которые просто Вас заставляют быть всегда на грани».

И то, как она чувствует то, что даёт жизнь, и то, где… вот… это… про смерть – это, конечно, удивительнейшим образом. Потому, что её интуиция вылавливает нужных людей, вылавливает нужные события из истории, и… не знаю… в общем, это, прям, отдельная история!

И, если перейти к сегодняшним дням…

А.Пичугин:

- Да… просто, Вы пока не перешли, заканчивая историю 60-х годов… Действительно, медицина в то время была совсем на другом уровне. И, если сейчас-то, в общем, дети с тяжёлыми диагнозами, тяжелейшими подчас, когда речь идёт о детском раке… хотя, нам и говорят, что детский рак, по крайней мере, в каких-то его аспектах, больше поддаётся лечению, нежели взрослый, а, всё равно, в 60-е годы этот диагноз, фактически, означал смерть.

И… да – это, такой, своеобразный подвиг, когда люди идут, зная, что они идут к умирающим детям.

О.Захарова:

- Да. И, на тот момент, конечно, первые проекты, которыми занимался Александр Мень, вместе с Линой Зиновьевной, и тогда была ещё одна студентка или студент, который пришёл на зов Александра Меня, чему Лина Зиновьевна была очень удивлена. Потому, что был огромный поток студентов, и Александр Мень, всё-таки, личность значимая…

А.Пичугин:

- Но тогда-то его ещё никто не знал. Это, впоследствии, отца Александра уже узнали все – к 90-м годам, первые его выступления по телевизору… до этого – это диссидентские круги в Новой Деревне. А тогда-то, в 60-е годы, молодого священника, которому было 26-27 лет, ещё никто не знал.

О.Захарова:

- Вот… И, при этом, мне кажется, такая миссия… и как казалось Лине Зиновьевне, должна была захватить многих, но, при этом, после… такой… речи Александра, как нему пришло всего 2 человека, в том числе и Лина Зиновьевна.

И началась вот эта долгая история. И первый проект был связан с хосписами, и детей надо было хоронить, и иногда…

А.Пичугин:

- Это уже – наше время?

О.Захарова:

- Да… ну… это, вот… всё ещё советское время…

А.Пичугин:

- Ну… конец 80-х?

О.Захарова:

- Да.

А.Пичугин:

- У нас первый хоспис… кто-нибудь из вас помнит, когда первый хоспис был открыт?

О.Орлов:

- Нет, честно говоря…

О.Захарова:

- Мне почему-то кажется, что, вот, он, как раз, был при той больнице, при которой Александр Мень начинал с Линой Зиновьевной. И сейчас, кажется, Пед… Московский Пед ( МГПУ ), которым руководит Римаренко и Оксана Приходько, если я не ошибаюсь с фамилией, которая руководит Центром реабилитационной педагогики – вот, их студенты проходят практику в том самом первом хосписе, который в Москве появился.

А.Пичугин:

- Это тот, который находится сейчас возле метро «Спортивная»?

О.Захарова:

- Вот… кажется, что да. Очень похож, по крайней мере…

А.Пичугин:

- Ну, вот… плохо… это – мне минус, что я этого не помню. Потому, что история была известная, об этом, в своё время, часто говорили.

В России первый хоспис появился… да, я путаю… в 90-м году, в Питере.

О.Орлов:

- А в Москве – в 1994, наверное…

А.Пичугин:

- А в Москве… в 1992 году – вот, я зачитываю – организовалась небольшая группа добровольцев и медицинских работников, которая помогала неизлечимо больным на дому. А в 1994, при финансовой и административной поддержке Правительства Москвы, в центре, на улице Доватора, открывается новое здание для первого московского хосписа.

О.Захарова:

- Я думаю, что в советское время также было сложно хоронить. Потому, что были официальные данные, и было то, что… можно было считать за правду, и то, «чего у нас нет». И, мне кажется, что Александр Мень с Линой Зиновьевной, как раз, занимались тем, чего «у нас не было» в советское время, но оно было, и за этим стояли… ну… было множество историй, которые Лина Зиновьевна любит рассказывать.

А.Пичугин:

- Ну, мы надеемся, да, что она придёт и расскажет.

О.Захарова:

- Да. Вот… и, в тот момент, когда упал железный занавес… Александра Меня убили, если я не ошибаюсь…

А.Пичугин:

- В 1990 году.

О.Захарова:

- … в 1990 году…

А.Пичугин:

- В октябре 1990 года.

О.Захарова:

- … да… Александра Меня убивают. В 1989 году, за год до смерти, они оформляют фонд благотворительный ( это – первый благотворительный фонд, который проявился в России )…

А.Пичугин:

- То есть, вы сегодня представляете самый первый благотворительный фонд, появившийся в нашей стране?

О.Захарова:

- Да!

А.Пичугин:

- Как здорово! И – опять это нас минус, что мы с вами знакомимся только сейчас. Пять лет мы делаем программы про благотворительные фонды, но со старейшим фондом России – ещё тогда Советского Союза – мы не знакомы. Здорово, что вы к нам пришли!

О.Орлов:

- Но, получается… он был скромным, и остаётся таким.

А.Пичугин:

- Я надеюсь, что скромным только по… такой вот… по отношению к самим себе!

О.Орлов:

- Ну, да.

А.Пичугин:

- А как он назывался тогда? Потому, что «Дети.мск.ру» – ну… это уже название эпохи рунета.

О.Захарова:

- До этого, если я не ошибаюсь, название фонда «Помогите спасти детей»…

А.Пичугин:

- Ну, как и сейчас: фонд «Дети.мск.ру. Помогите спасти детей».

О.Захарова:

- Да. Мы, к сожалению, что-то не принесли брошюру… обещаем вам подарить наши выпуски «Удачи!»…

А.Пичугин:

- Это что такое?

О.Захарова:

- Это такие журналы, в которых мы рассказываем про наши проекты. И там же можно посмотреть целую ленту истории фонда, в которой отражены наши духовные наставники, в которой видно, как менялось название, юридическое оформление фонда, и какие новые проекты запускались у фонда. Я думаю, мы через Олега… вы точно увидитесь… передадим.

А.Пичугин:

- Да. Спасибо. Мы будем очень рады.

О.Захарова:

- Вот. И, если вернуться к 90-м…

А.Пичугин:

- Да, вот… у вас есть лента… у вас – прекрасный сайт! Мне очень нравится, как он сделан, потому, что… несмотря на всю вашу скромность, он очень информативный.

Здесь, вот, с конца 1989 года… вот, уже РДКБ… вот, уже отец Александр Мень и первая группа его прихожан начинают посещать Детскую клиническую больницу…

О.Захарова:

- Да, кстати… вот, в Российской детской клинической больнице появился храм – придомовой храм – и это тоже такое новшество, которое проявилось при Александре Мене с Линой Зиновьевной. И у нас же, в реабилитационном центре, в котором мы работаем, также есть вот такой придомовой храм.

Сейчас во многих больницах можно увидеть такой храм, но первый храм появился в Российской детской клинической больнице, когда там начали работать отец Александр Мень со своей командой.

А.Пичугин:

- Вы сразу напомните, а где Российская детская клиническая больница находится?

О.Захарова:

- На Юго-Западе, Ленинский проспект…

А.Пичугин:

- Это где пересечение с улицей Миклухо-Маклая, с левой стороны – большая группа зданий детской больницы с такими вот… сейчас…

О.Захарова:

- Да, там же – гематологическое отделение…

А.Пичугин:

- Это она же носит имя Димы Рогачёва – мальчика, который писал письмо Президенту…

О.Захарова:

- Да. Вот эта больница – она появилась, благодаря одному из проектов, которые начинал наш фонд. Сейчас эта больница – она не при фонде, но она… как бы… создана, благодаря тем силам, которые начинались ещё в конце 90-х.

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА»

А.Пичугин:

- Ольга Захарова – руководитель школы «В гостях у Незнайки» фонда «Дети.мск.ру», Олег Орлов – учитель истории школы «В гостях у Незнайки» сегодня здесь, в студии. Мы говорим и о фонде «Дети.мск.ру», и о школе «В гостях у Незнайки».

Тогда… я немножко запутался. Получается, что… вот… то, о чём ты говорила сейчас… про то, что сейчас фонд не имеет отношения к больнице…

О.Захарова:

- Фонд – он работает при больнице, в тесном сотрудничестве с больницей, но Российская детская клиническая больница – это… ну… как бы… отдельная больница, и… больница, которая – Дмитрия Рогачёва, которая – через улицу, это, всё-таки… прям… отдельная…

А.Пичугин:

- А… я понял… всё… да. Это – отдельный онкологический центр детский им. Димы Рогачёва…

О.Захарова:

- Да.

А.Пичугин:

- … а Российская детская клиническая больница – она, естественно, гораздо более широкий имеет…

О.Захарова:

- Да.

А.Пичугин:

- Ну… то есть… там дети лечатся от самых простых каких-то, не угрожающих жизни, заболеваний – до… тоже достаточно тяжёлых.

О.Захарова:

- Да. Совершенно верно.

А.Пичугин:

- Так. Всё. С фондом мы пока чуть-чуть разобрались. Мы обязательно сейчас вернёмся к истории фонда.

Давайте, сразу теперь поговорим про школу «В гостях у Незнайки», которую ты возглавляешь, и в которой Олег работает учителем истории.

О.Захарова:

- Мне кажется, важно довести историческую линию – кратко и большими мазками – в том, что сначала хоронили детей, потом, когда пал железный занавес, и коллеги и друзья Александра Меня, на первом корабле, который пришёл сюда, в Россию, передавали деньги… и появились средства, и не только средства, но и умы, которые стали возвращаться... появились и стали запускаться проекты именно по лечению детей.

И, в итоге, фонд стал ездить по России, и собирать детей, которые болеют различными заболеваниями, и, под их заболевания, собирать команды, которые бы находили бы лечение, начиная с диагностики… через реабилитацию… поиск медикаментов, и ещё различных путей для того, чтобы вылечить детей с этим заболеванием.

И после долгих лет лечения детей, в какой-то момент, наступил период, что дети стали вылечиваться, их стали, действительно, ставить на ноги, научились пересаживать почки, и дети, которые до этого всё время переезжали из больницы в больницу… а если это ребёнок был ещё и из Детского дома, то он – из Детдома в Детдом, из больницы – в больницу, и ещё без родных и близких, и всё время это – новые люди: нянечки, опекуны, ещё кто-то… ребёнку 14 лет, а он – ни разу не был в магазине, читать не умеет…

А.Пичугин:

- Настолько, прямо, всё сложно, да…

О.Захарова:

- И такие истории тоже были. И, в итоге…

А.Пичугин:

- А как так получалось? То есть, болезнь его – она длительная, ещё с тех пор, когда он не умел… а то и врождённая… не умел ни читать, ни писать, и особо не выходил из дому. И, вот так, до 14 лет ребята доживали, не приобретая этих навыков – социальных и образовательных…

О.Захарова:

- Из-за того, что… если это ребёнок Детдома… если это ребёнок семьи – это один разговор, и там – это история про школы при больницах, которые стали появляться тоже в 2000-е годы, это история про то, когда родителей стали впускать в определённые отделения, разрешать вместе с детьми лежать в этих отделениях – это одна история.

Совершенно другая история, когда дети – сироты, и в Детдоме до 6 лет… не знаю, в какой Детдом нужно было попасть, чтобы тобой занимались, и тебя учили читать и писать, в конце 90-х и начале 2000-х годов…

А.Пичугин:

- А тогда, вообще, было сложно. Я не перестаю… извините… кто слушает часто наши программы про благотворительность, наверное, уже привыкли к тому, что я где-то эту фразу произношу, но… она меня, каждый раз… вот… вся эта история впечатляет, потому, что… прямо на наших глазах, ситуация с благотворительностью в России вдруг стала меняться, и это – инициатива снизу. Вот, абсолютно снизу, и… хорошо, что это происходит так, хорошо, что люди становятся менее равнодушными. Может быть, плохо, что это не всегда поддерживается, или не поддерживается, или – не всегда в должном объёме, но… просто у нас произошёл какой-то слом. Если в 2000-х, в середине даже 2000-х, у нас слова «благотворительный фонд», или просто «фонд», ассоциировались с фондами, которые работали за рубежом, и какие-то филиалы появлялись здесь, но это была – капля в море, то вдруг, в 2014 году, придя на радио «Вера», я столкнулся с тем, что их стало вдруг гораздо больше, и, только на наших глазах, за эти 5 лет, это количество увеличилось ещё в несколько раз. То есть, вот это – то хорошее, что у нас, действительно, происходит. И, если даже у нас всё настолько тяжело в сфере здравоохранения, о чём постоянно говорят люди, из разных фондов сюда приходящие, то… вот тот свет в конце тоннеля – наверное, это то, что делаете вы, и делают ваши коллеги.

О.Захарова:

- Спасибо большое.

А.Пичугин:

- А… я Вас перебил, да…

О.Захарова:

- Я думаю, что основная мысль с детьми-сиротами про то, что когда это – ребёнок-сирота, и он болеет неизлечимой, не дай Бог, болезнью, то единственный вопрос, которым задаются все, кто встречается с этим ребёнком – а будет ли он жить завтра? И, соответственно, на этот вопрос всё время пытаются ответить: а, давайте, сделаем так, чтобы он жил завтра. И все силы прилагались к тому, чтобы он – жил.

И стали появляться деньги, стали появляться доноры, спонсоры, поддержка за рубежом, и, в итоге – это ребёнок, который мог путешествовать из больницы в больницу, из российского города – за рубеж, в Европу, в Америку, и все ему везде были рады. И на тот момент, если вспомнить, и сейчас – по правде говоря, благотворительность, в большей степени, к сожалению, остаётся такой, когда она – на уровне клоунады. Когда я пришёл, развлёк ребёнка – и ушёл. И я больше не увижу этого ребёнка.

А.Пичугин:

- Об этом многие говорят, как о проблеме, кстати говоря. Но… мне, опять же, казалось, что вот эта история с «клоунадой», она, опять-таки, остаётся где-то там… в ситуации 10-летней давности.

О.Захарова:

- Есть клоунада, которая, действительно… прям, есть отдельный фонд, который… «Больничные клоуны», вот… «Поющие клоуны»…

А.Пичугин:

- Есть, да… они у нас были… конечно…

О.Захарова:

- … и я, как-то, будучи студенткой, входила в их группу, и мы ходили по разным центрам – и в этом нет ничего плохого.

Я сейчас, скорее, говорила не про клоунаду… не про тех людей, кто ходит, а именно про…

А.Пичугин:

- … про то, что есть такое, но нужно… чтобы другого было больше.

О.Захарова:

- Да. И, по правде говоря, на тот момент, мне кажется – в 2000-е годы – не могла быть иначе. То есть, нужна была именно такая благотворительность, когда я на раз пришёл, что-то сделал, принёс покушать, покормил, одел, развлёк детей – и ушёл. И… раньше, скорее всего, мы… на другое – не были способны. И, соответственно, к этим детям, не был прикреплён какой-то человек, у которого была бы обязанность – научить читать этого ребёнка. Или – писать.

И, только потом, когда вопрос жизни и смерти уже не стоял, встал вопрос – а куда дальше? И вот этот вопрос – куда дальше – с теми детьми, у которых не было дома, и стало понятно, что они большую часть жизни проводят в больнице, появилась идея: а что, если для этих детей создать их дом – родной дом ( у них нет своего дома, детдом – это, всё-таки, не то ), именно их дом – родной дом?

И появился проект: реабилитационный центр «В гостях у Незнайки».

А.Пичугин:

- Когда это появилось?

О.Захарова:

- Это было 10 лет назад, 2009 год, когда в больнице было уже очень много детей, которых собрали из Детдомов России, которым нужно было специальное лечение…

А.Пичугин:

- Здесь, в Москве.

О.Захарова:

- Да, здесь, в Москве. Это были дети-сироты-инвалиды. Их лечили по всей планете, но основную реабилитацию, поддержку, сопровождение врачей они проходили в РДКБ – в Российской детской клинической больнице.

И был запущен проект. Построили в Новой Москве, недалеко от Российской детской клинической больницы…

А.Пичугин:

- По ту сторону МКАДа, то есть…

О.Захарова:

- Да, в лесу…

О.Орлов:

- Прямо по Ленинскому проспекту, по Киевскому шоссе – дальше… то есть… в принципе… так… логистически – очень удобно.

А.Пичугин:

- А где он находится точно?

О.Орлов:

- Это – деревня Кузнецово… Новофёдоровское, по-моему, сельское поселение…

А.Пичугин:

- Я примерно представляю… да… где это…

О.Захарова:

- Там, где «Рассудово»…

О.Орлов:

- Станция электрички «Рассудово».

А.Пичугин:

- Всё, понял… теперь я понял. Не знаю уж, знают ли наши слушатели, или нет, но… это не так важно…

О.Захарова:

- Приезжайте в гости!

А.Пичугин:

- Да, а вот это – важно.

О.Захарова:

- Вот. И появился, как раз, дом для таких детей – и это было счастье для детей. Потому, что они теперь могли здороветь, выздоравливать не в больничных стенах, а в стенах дома и того места, где всё создавалось для того, чтобы они получали то тепло, которое… возможно… даже и не познали до этого момента.

А.Пичугин:

- Я напомню, что в гостях у светлого радио Ольга Захарова – руководитель школы «В гостях у Незнайки» фонда «Дети.мск.ру», Олег Орлов – учитель истории школы «В гостях у Незнайки» фонда «Дети.мск.ру».

Я – Алексей Пичугин.

Мы прервёмся на минуту, и снова вернёмся сюда, к нам, в нашу студию.

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА»

А.Пичугин:

- Возвращаемся в студию светлого радио.

Напомню, что сегодня здесь у нас Ольга Захарова – руководитель школы «В гостях у Незнайки» фонда «Дети.мск.ру», Олег Орлов – учитель истории школы «В гостях у Незнайки» фонда «Дети.мск.ру».

Мы полчаса проговорили, и пока ещё не сказали, как можно помочь, если кто-то из наших слушателей вдруг откликнется, почувствует, что он может быть полезным вам. Какая вам помощь, в первую очередь, нужна?

О.Захарова:

- Мы всегда рады финансовой помощи. Можно зайти на сайт дети.мск.ру ( deti.msk.ru ), где можно…

А.Пичугин:

- Deti.org он же, по-моему?

О.Захарова:

- Нет… прямо вот – дети.мск.ру, и… мне кажется, он пробивается – первый сайт… где можно оставить пожертвование…

А.Пичугин:

- Да, здесь есть кнопка, есть различные средства, я вижу, привязанные к разным платёжным системам – и Visa, и MasterCard, и Мир, и другие… А есть ли короткий номер? Мы очень любим короткие номера называть.

О.Захарова:

- К сожалению, нет.

А.Пичугин:

- Нету… вот, у вас – нет короткого номера.

О.Захарова:

- Да. Все эти средства будут направлены в один из проектов фонда. Это проект, связанный либо с лечением детей, либо с их реабилитацией, либо с образовательной стороной…

А.Пичугин:

- Ну, и, соответственно, вы можете зайти на сайт, и увидеть здесь портреты детей… да, всё верно, есть два сайта, два адреса – мы оба правы. Deti.org и deti.msk.ru – это один и тот же сайт, зеркальный. И здесь, если вы нажмёте на красную кнопочку в правом верхнем углу «Помочь сейчас», Вы увидите тех детей, которым, в первую очередь, необходима ваша помощь.

Но мы говорим про проект «В гостях у Незнайки», про то, что он возник, в итоге, как средство помощи, реабилитации, социализации детей, которые, в свою очередь, уже реабилитацию после лечения проходят здесь.

О.Захарова:

- Да. И, когда научились лечить, научились сопровождать, и смогли дать вот такой тёплый уголок в этом мире, конечно, захотелось, чтобы у этих детей появлялась надежда на будущее, а не только на то, чтобы справиться с тем прошлым, которое у них было.

И эта надежда на будущее, конечно – это образование, и то, через какие инструменты я могу принять и познать себя, могу узнать других людей и этот мир. И, так как у меня – я сейчас говорю от лица какого-то ребёнка – какое-то уникальное заболевание – то, которое меня, с одной стороны, ограничивает, а, с другой стороны, моё ограничение является той уникальностью, которая может стать ресурсом для того, чтобы лучше узнать себя, и, через этот же ресурс, понять других людей и этот мир. Встал вопрос: а как же дать образование тем детям, как мы называем их – дети с двойной депривацией, или тройной депривацией? Это те, которые, в крайнем случае, являются и сиротами, и инвалидами. И это сиротство… допустим, ребёнок – отказник, и он в принципе не познал никакого материнского тепла изначально, и, помимо того, что он сирота, и с инвалидностью, у него был ещё какой-то неудачный и социальный опыт, когда он мог до 6 лет жить в собачьей будке, или…

А.Пичугин:

- Это, прям, реальная история?

О.Захарова:

- Это – реальная история одного ребёнка. Но этого ребёнка изъяли из семьи, и… его нашли в собачьей будке, он жил, как собачка…

А.Пичугин:

- … куда его определили его родственники, я так понимаю, да?

О.Захарова:

- Да.

А.Пичугин:

- Ну, бывает и такое…

О.Захарова:

- И… в общем, задача поставлена глобальная, и гипотеза, что если понять, как давать образование таким детям – а им невозможно давать искусственное образование настоящее, потому, что ребёнок знает, что ему осталось… там… год жить… ну… вот… и зачем ему «русский», математика? Ну, что ты ему скажешь? Зачем?

А.Пичугин:

- Олег, а что Вы им говорите в таком случае? А то у нас Олег молчит, молчит…

О.Орлов:

- Ну… я, на самом деле, сам с удовольствием слушаю Олю. Я недавно работаю в «Незнайке», второй год. Причём, в прошлом году, когда я пришёл, я был совместителем – я приходил раз в неделю, иногда даже реже… и я не видел какой-то, там, динамики детей. То есть, некоторые вещи, которые происходят… вот… конкретно в «Незнайке», если ты приезжаешь туда раз… с какой-то редкой частотой, то очень важная какая-то деталь – она теряется, её не видно, не видна динамика.

В этом году я работаю там 4 дня в неделю – с понедельника по четверг – и я могу уже наблюдать… какую-то такую… целостную картину. Во-первых, у меня есть возможность просто больше времени с детьми проводить – с утра до вечера – и я думаю, что стоит немножко рассказать про то, как устроен там наш день, в «Незнайке»…

У нас есть ещё один такой бонус – у нас есть дом, в котором учителя могут там жить. Ну, просто, мы…

А.Пичугин:

- То есть, ты приезжаешь туда в понедельник, условно, и уезжаешь – в четверг?

О.Орлов:

- Да. Вот, мы сейчас, как раз, из «Незнайки» прямо приехали.

А.Пичугин:

- А… у нас тут не очень далеко, слава Богу.

О.Орлов:

- Да, и удобно ехать – метро «Саларьево». Это, получается, Новая Москва, и там прямо автобус 1002, он идёт до «Саларьево»…

А.Пичугин:

- … и у нас здесь – «Воробьёвы горы»…

О.Орлов:

- … и до «Воробьёвых гор», да. Так, что… всё – удобно, к вам приехать…

А.Пичугин:

- Про структуру школы…

О.Орлов:

- Да. Вот, я молчу, сам с удовольствием слушаю Олю…

А.Пичугин:

- Ну, давай, мы тебя послушаем тоже, в конце концов уже! Уже больше половины программы прошло!

О.Орлов:

- Про структуру школы – что важно сказать? Дети живут в двух зданиях. Есть здание, которое называется «Незнайка», и там живут малыши ( мы их называем «мальки» ) – это ребята, которые… там самый младший у нас Максик – ему 3 года, золотой ребёнок, очень умный, и – ребята, чуть постарше – 10-11 лет. А есть второй дом – они, вот, прямо на одном участке, друг напротив друга – это школа.

О.Захарова:

- Да, и в первом доме – дополню – там живут дети, которым нужна поддержка нянечек, которые не могут бытово сами себя обустраивать.

О.Орлов:

- Ну, да.

А.Пичугин:

- Но, эти дети – у них есть шанс прожить долгую жизнь?

О.Захарова:

- У кого-то – да, у кого-то – нет.

О.Орлов:

- Да, то есть, у нас – разные дети совершенно, но…

А.Пичугин:

- А какие диагнозы? Всё-таки, у нас такая программа, что тут тоже надо об этом говорить…

О.Орлов:

- Честно говоря, вот этот момент, когда я изначально пришёл в «Незнайку», он мне был неважен. То есть, я даже не старался вникнуть в заболевание ребёнка. Мне кажется, что это… ну… в какой-то степени… как-то меня отвлекает от процесса – от того, что мне, в первую очередь, нужно с ними взаимодействовать. Я – их учитель, я их учу, но, с другой стороны… вот… я приезжаю, и попадаю в их мир. Это – их дом. То есть, я прихожу в класс, сажусь в него, а они, через коридоры, там живут. И часто там… я прихожу с утра, а там кто-нибудь из учеников сидит и что-то, там, в ноутбуке смотрит, например. То есть, это – их дом.

О.Захарова:

- Мне хочется добавить, что один из принципов нашей работы и взаимодействия, что каждый человек – это норма. Вот, каждый человек – это норма.

А.Пичугин:

- Это – важно! Это же – очень важно!

О.Орлов:

- Да.

О.Захарова:

- И я не ошиблась, говоря, что – «человек», каждый человек, не ребёнок. Каждый человек – это норма.

А.Пичугин:

- Любой ребёнок – это человек.

О.Захарова:

- Да!

А.Пичугин:

- И, кстати, это – очень важно, что взрослый, который с ним работает, об этом говорит и это понимает. Потому, что далеко не все учителя обычных средних общеобразовательных школ так относятся к своим детям. Они, зачастую, не видят в них уже сформировавшуюся… ну, они, конечно, будут формироваться дальше, мы все формируемся до старости и до смерти, но… важно видеть то, что уже что-то в ребёнке сформировалось важное – причём, то, чему, возможно, и взрослому учителю можно будет учиться.

О.Захарова:

- Да. Потому, что даже деление на взрослого и ребёнка способствует тому, что ребёнок вот эту субъектность, то, что «Я – субъект, и я – активен в своей жизни», теряет. Из-за того, что «Ну, я же – ребёнок, что я здесь…».

А мы, всё-таки, в той позиции, что как бы мы ни исследовали жизнь, и воспитание, и образование для таких детей, мы, всё равно, не сможем их понять лучше, чем они сами. И, говоря с кем-то из старших воспитанников, кто… такие уже… суперосознанные ребята, которые хотят выходить в этот мир, и хотят, чтобы человек, общаясь с ними, забывал сказать другому, рассказывая о них, что они инвалиды – просто потому, что настолько они были бы целостны, что другие люди… не то, чтобы не обращали внимания, а в них было бы столько настоящих качеств, что – то, что он – в коляске, и у него нет… там… рук, ног, или ещё чего-то, – это нивелировалось бы тем, какая это личность.

Вот… потеряла мысль… нашла список…

А.Пичугин:

- Да, список диагнозов…

О.Захарова:

- Диагнозы разные: артрогрипоз, синдром Клиппеля-Треноне, обширные послеожоговые рубцы…

У нас был отдельный проект – дети, у которых более 80% ожога, страшнейшие истории, и, прямо специально для них, придумали… разрабатывали лечение, растяжки, которые сейчас, по правде, применяются и в салонах красоты, и…

А.Пичугин:

- Но это люди, которые, в перспективе, вернутся к полноценной жизни?

О.Захарова:

- Да! Но тот опыт ожога – то, когда тебя обливают бензином и поджигают – мне кажется, это…

А.Пичугин:

- Это – тоже родственники?

О.Захарова:

- Нет, это уже – улица, и это – дети Детдома…

А.Пичугин:

- Да… понятно…

О.Захарова:

- … и… мне кажется, тот опыт, и то, как меняется психика из-за этого… У нас сейчас эти дети подрастают, и для нас это – огромный трепет, что происходит с этими детьми. Потому, что, в какие-то моменты, они, всё-таки, творят то, чего мы объяснить не можем. И, когда ты потом общаешься с этим ребёнком непосредственно – вот, так вот, сидя рядом с ним – понимаешь, что он совершенно здравый, твоё дитя, которое тебя понимает, которое – слышит, но то, что произошло накануне, никак не согласуется…

А.Пичугин:

- Ну, какой-то жизненный опыт, видимо… имевший место бэкграунд… да?

О.Захарова:

- То есть… да… что-то, что им было прожито, и… мы, так… между собой говорим…

А.Пичугин:

- … но не отпускает…

О.Захарова:

- Да! Оно есть. И то, что пережил ребёнок с 85% ожогов – это, всё-таки… история. Вот. Есть – такие ребята.

Разные заболевания дегенеративные нервной системы: периферический тетрапарез… если кому-то это о чём-то говорит…

А.Пичугин:

- Ну, я думаю, что – нет, всё…

О.Захарова:

- … церебральный паралич…

А.Пичугин:

- Тут, наверное, надо говорить о том, что диагнозов много, часть из них – тяжёлые, многие дети… то есть, нельзя сказать, что собраны ребята…

О.Захарова:

- … так же и с онкологией есть – лейкоз и… гепатит С…

А.Пичугин:

- … да… ребята, которые подвержены какому-то одному заболеванию – здесь полный набор тяжёлых и заболеваний, и травм… и всего на свете.

А надо ещё сказать, что наши сегодняшние гости – Ольга Захарова и Олег Орлов – выпускники образовательного проекта «Учитель для России».

У нас когда-то – вот, я сейчас уточнил – 23 ноября 2015 года, то есть, ровно 4 года назад – здесь были, в студии, Алёна Маркович ( со-основатель ) и Игорь Рябец ( один из участников проекта ), и… ну… в двух словах, наверное… Олег, напомни, пожалуйста, в чём суть проекта «Учитель для России». Потому, что… это же достаточно сильно, наверное, повлияло тоже на выбор вот этого места.

О.Орлов:

- Ну… в том числе, да, безусловно. Вообще, я там, получается, 3 года проработал… 2 года – как участник программы. Изначально, «Учитель для России» – как проект… вот, сейчас «Учитель для России» – просят называть программой. Потому, что проект имеет какую-то законченность, а…

А.Пичугин:

- Программой.

О.Орлов:

- Да.

А.Пичугин:

- Мы давно не общались – 4 года, как выяснилось…

О.Орлов:

- Да… уже из проекта – в программу выросло. Программа «Учитель для России» – смысл в том, что выпускники ВУЗов, в том числе, непедагогических, идут работать учителями в самые обычные школы региональные, в том числе, сельские – вот, я так два года работал в Тамбовской области, в посёлке Демьян Бедный, в малокомплектной сельской школе.

Но это – отдельная история. Она очень интересная…

А.Пичугин:

- Мы, может быть, как-нибудь вернёмся к проекту. Я очень хотел бы вернуться к… программе, вернее, «Учитель для России». Потому, что 4 года назад мы узнали, как это всё начиналось, и, с тех пор, я постоянно встречаю людей, которые, так или иначе, через эту программу прошли – в том числе, как вот выясняется, знакомые из разных совершенно лет, и сфер, тоже проходили через эту программу. Значит, она удалась, и об этом надо говорить, и мы обязательно это продолжим.

Я к чему, собственно, этот вопрос задал? Что повлияло… переформулирую… что повлияло на твой выбор – прийти работать в школу «В гостях у Незнайки»?

О.Орлов:

- Ну, на самом деле, я… ещё до работы в «Учитель для России», я 3 года работал воспитателем, и… вот, как-то… внутренняя какая-то у меня была потребность, кроме просто работы, ещё как-то помогать. И я пошёл волонтёром в интернат… в Новых Черёмушках где-то находится он… это было 6 лет назад. Я был волонтёром тоже благотворительного фонда «Дети Марии». И там первый раз познакомился с ребятами из интерната – с разными болезнями тоже, и это… как-то… моё сознание перевернуло.

Я спускался в метро… это я прям сейчас очень хорошо помню момент, когда я первый раз вышел из интерната. Я был в каком-то таком… шоке. И я еду в метро, и понимаю то, что вокруг меня – люди, их много… а есть другие люди… да и они, в принципе, не отличаются! Только те люди, которые сейчас в метро, они особо как-то не задумываются о том, что существует мир, который как-то мы постоянно пытаемся спрятать, а он – рядом с нами, на самом деле, через забор, буквально. И вот, этот мир, как-то… да не надо его прятать! Потому, что все мы – люди, и все – разные, действительно, как Оля сказала, и эта разность – она делает нас, в какой-то степени, сильнее.

А.Пичугин:

- А вот про мир, который мы пытаемся спрятать – я абсолютно согласен. Потому, что… когда мы приезжаем в какую-то другую страну, мы видим людей с особенностями развития, ограниченными возможностями… и мы уж не говорим о том, что там, в основном, в каких-то развитых странах, заточено под то, чтобы эти люди чувствовали себя хорошо, но мы их везде – видим. Видим отношение – вернее, то, что это отношение ничем не отличается от отношения людей, которые просто идут по улице друг к другу. И сейчас у нас достаточно много в России людей с Востока – в том числе, наверное, и из бывших восточных республик Советского Союза – и я постоянно вижу, как они везут своих стариков в колясках. Причём, наверное, эти люди в колясках не потому, что они не могут ходить, а потому, что им – тяжело ходить.

И, может быть, у нас бы где-то их оставили дома, не взяли – во многом, потому, что инфраструктуры нет, не подготовлены, не хочется ( и это тоже важно, что – не хочется ), а там – где-то коляску на руках перенесли. И это я вижу у нас – в метро, в общественном транспорте, на улице. Ну… это… такой… укор своеобразный.

О.Захарова:

- У меня ещё появилась мысль, что, возможно, даже наши старики и бабушки и сами не сядут в эти коляски. Потому, что… не знаю…

А.Пичугин:

- Потому, что: «Как же так? Я всю жизнь…

О.Захарова:

- Да!

А.Пичугин:

- … Десятерых подняла… и ещё война… и после войны… а тут – я в коляске…» – наверное, может быть…

О.Захарова:

- Да! И вот это умение… какое-то такое… принятия помощи и любви, и понимания того, что ты не станешь ниже, хуже, слабее от того, что примешь помощь… в общем, нужно уметь, как давать помощь, так и получать её.

Поэтому, я рада, что в России сейчас учатся давать помощь – качественно, глубоко давать помощь. В этом плане, если вдруг кто-то из слушателей чувствует в себе силы и призыв стать таким наставником для какого-то ребёнка – не в плане опекуна, а в плане… такого… ангела-хранителя в этом большом мире, что за… закрытыми дверями – здравствуй, Сартр… Но, действительно, дети, всё-таки, живут, продолжают жить за закрытыми дверями – дети, с особенностями в развитии, они продолжают жить.

Конечно, эти двери приоткрываются. Но если вдруг Вы чувствуете в себе силы стать таким человеком за этими дверями, слушать общаться с ним, вывозить его куда-то, приезжать к нам в гости, общаться с ним, мы будем этой помощи, также, очень рады.

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА»

А.Пичугин:

- Напомню, что в гостях у светлого радио Ольга Захарова – руководитель школы «В гостях у Незнайки» фонда «Дети.мск.ру», Олег Орлов – учитель истории школы «В гостях у Незнайки».

Да, Олег, ты хотел что-то добавить…

О.Орлов:

- Да. Я хочу вернуться к школе к нашей – просто про какие-то реалии наши рассказать. Оля, поправь меня… у нас сейчас 24 ребёнка, да?

О.Захарова:

- Да.

О.Орлов:

- 24 ребёнка – постоянно. У нас есть особенность в распорядке дня: так как наши дети постоянно нуждаются в лечении, то они могут, периодически, уезжать на неделю, на две, и отсутствовать. То есть, у них процесс образования совмещается с лечением. Это, мне кажется, очень важный момент.

А.Пичугин:

- А у всех – своя программа, ведь? Потому, что все лечатся от разных болезней…

О.Орлов:

- Абсолютно. Плюс ко всему, случаются моменты, когда нужна какая-то срочная помощь, когда случаются какие-то… прям… болезни…

А.Пичугин:

- Я не знаю, насколько тут можно провести параллели, но есть же опыт спортивных школ, где дети все – тоже разные, разными видами спорта занимаются, у каждого – своё расписание тренировок, соревнований, выездов, разъездов – и все тоже, там, где-то постоянно находятся… не в школе. Но, тем не менее, вот, этот образовательный процесс не прерывается. В данном случае, в вашем, он тоже не прерывается?

О.Захарова:

- Да. И, при этом, нам важно сохранять то единство и семейность – чувство семейности и… такой… общинности – которое есть в центре «В гостях у Незнайки». И, если туда раз попасть, то станет понятно, что никаких слов не хватит, чтобы, действительно, описать то чувство, которое преобладает и захватывает человека, когда ты там оказываешься. Потому, что это, действительно, не Детдом, и это – большая семья, это, действительно… вот… какое-то чувство такое… общинности и какого-то отдельного мира… такого… микросоциума, который есть…

А.Пичугин:

- А – много учителей?

О.Захарова:

- Учителей – много, и, по правде, для того, чтобы поставить на ноги, образно говоря, 24 ребёнка ( по правде, их там сейчас 24 + 5 )…

А.Пичугин:

- И это – разные классы! То есть…

О.Захарова:

- Это – с 1 по 11 класс.

А.Пичугин:

- А, в среднем, в одном классе – сколько? От одного до…

О.Захарова:

- 1-4.

А.Пичугин:

- То есть, фактически… такое… эксклюзивное образование.

О.Захарова:

- Да. По правде говоря, эта ситуация, в плане образования, похожа очень на малоформатные школы, на малокомплектные школы…

О.Орлов:

- Да, сельские, например.

О.Захарова:

- Да, в которой, вот, как раз, работал Олег…

А.Пичугин:

- И это – бесценный опыт того… что ты работал в таких малокомплектных школах, видимо, для проекта.

О.Орлов:

- Ну… мне было понятно, как работать с малыми группами. То есть, по сути, это – индивидуальное развитие каждого конкретного ученика, который имеет ещё свою особенность, заключённую в том, что это – не просто педагогическая запущенность, это – особенность, связанная с его восприятием мира и ощущением себя.

То есть, если в обычной школе ученик думает: «Ну… закончу 9 класс, пойду в колледж… или продолжу дальше учиться – в институт…»

А.Пичугин:

- Ну, строит планы на будущее…

О.Орлов:

- Да. То здесь, вот, эти планы на будущее – они часто размыты. Потому, что, как раз, насущный вопрос связан со здоровьем, а второе – это уже выстраивание какой-то своей жизни. И, самое главное, нет опыта… вообще… какой-то вот такой жизни – вне стен «Незнайки».

Вот, одна из наших сейчас задач – главных, наверное – заключается в том, чтобы помочь детям в этот социум влиться. То есть, социализация – она… вот… у нас… как-то, вот… такой, красной нитью проходит. Ну, буквально… там… чтобы ребёнок понимал, как доехать из точки А в точку Б – это тоже важно…

А.Пичугин:

- А они спокойно перемещаются по городу…

О.Орлов:

- Кто-то – да, кто-то – нет…

А.Пичугин:

- … ну… взрослые уже, соответственно… те, которые… мы, как договорились, не будем говорить «взрослые дети», но те, кто учится в 10-11 классе?

О.Захарова:

- Да, они уже могут самостоятельно передвигаться, и, по правде, мне кажется, наша социализация, именно «незнайковская» социализация, отличается от социализации, о которой говорят в других детдомах. Она отличается тем, что в «Незнайке» выстраиваются какие-то такие ценности общения, что у наших детей нет проблем с общением с другими детьми, и людьми, в принципе.

Скорее, из-за того, что они в такой комфортной среде принятия, им становится очень непонятно какое-то другое взаимодействие. И, из-за того, что они вот в таких тепличных ( я не с плохой точки зрения ), с очень грамотными ценностями, с духовным развитием, с уважением к себе, как личности, они находят, действительно, свой путь, свой язык любви к себе, к другим, к миру, и они выходят в мир, где другим людям – всё равно, мягко говоря, на то, что ты вот так общаешься с миром. И, в итоге, они включают в себе те паттерны, которым они научились до прихода в «Незнайку».

Они ими могли не пользоваться уже 10 лет, но в тот момент, когда… не знаю… охранник в магазине их ловит просто потому, что они «лицом не вышли»…

А.Пичугин:

- И такое тоже, понятно, бывает…

О.Захарова:

- … и такое случается, в них включается… вот это вот… «либо я – тебя, либо ты – меня». И в этот момент мы…

А.Пичугин:

- И отсюда – конфликты: конфликты с миром, конфликты друг с другом… со старшими…

О.Захарова:

- Да. И в этот момент мы не узнаём своих детей. Но, в этот же момент, мы их прекрасно понимаем. Потому, что отношение мира внешнего – оно агрессивное.

А.Пичугин:

- Так, это же – классическая ситуация детских домов! Все книги, фильмы… такие, как «Пацаны», и… советские ещё… они же все – как раз, об этом и говорят. Когда у ребёнка… там… человек из детского дома…

О.Захарова:

- Но хочется, всё же, пояснить, что в том момент, когда наши дети попадают в среду принятия, в такую же среду, которая есть в «Незнайке»… например, есть прекрасная школа «НОС» ( новая образовательная среда ), и наши ценности очень схожи, допустим, с этой школой. Там учатся… это частная школа, в которой учатся дети, у которых есть родители, которые…

А.Пичугин:

- … обеспеченные, я так понимаю.

О.Захарова:

- Да…

А.Пичугин:

- У вас «Летово» рядом знаменитое.

О.Захарова:

- Да, мы с «Летово» сотрудничаем, сейчас вместе…

А.Пичугин:

- А как вы сотрудничаете, кстати?

О.Захарова:

- У них есть у 10-х классов “Кас кри фактивити сервис» – это проекты, которые старшеклассники обязаны запускать – такая социальная активность, и у нас тоже есть проектная деятельность в школе. Формат у нашей школы с «Летово» очень похожий, просто в «Летово» около 1000 детей, а у нас… поменьше.

А.Пичугин:

- Ну, «Летово» – это целый кластер образовательный уже стал, и вдруг… это очень хорошо, что такое появилось, наконец, у нас…

О.Захарова:

- Да, и, по правде… ну… как бы… «Летово» собирает… таких… зимородков умов – умы России, и там учатся дети, которые… там… в Гарвард хотят поступить, ещё куда-то… Но, при этом, общаясь с коллегами из «Летово»… они говорят, что у них, как будто, вот, за их желанием, за такой… внешней успешности, социальной успешности, нет какого-то внутреннего содержания: зачем тебе это? И – что дальше с этим?

И мы, по правде, в этом находим… такую… параллель с нашими детьми. Потому, что у наших детей вот это содержание внутреннее – очень хорошо развито.

А.Пичугин:

- И, как раз, я хотел спросить… не знаю… мне не очень удобно, конечно, об этом спрашивать, но… и ты тоже об этом говорила в первой части программы – о том, что… тут… у некоторых встаёт вопрос: «А зачем мне это нужно, если неизвестно что будет дальше – с жизнью, здоровьем?» И они находят в себе силы ответить на этот вопрос для себя же – чтобы продолжать учиться.

О.Захарова:

- Это наш совместный вопрос, и, так как мы каждый день готовы… ну… «обнуляться», и говорить, что, по правде, мы ничего не знаем, и мы готовы это делать вместе с детьми, то часто наши учителя… эта вот ситуация с русским языком случилась с одним из наших учителей – Олегом Олеговичем – его знают во многих школах… если вдруг кто-то нас слышит – да, да, это тот самый Олег Олегович, который ведёт русский язык.

Ребёнок спросил у него, и он не нашёл, что ему ответить, и Женя ( этот ребёнок ) – он просто уехал с урока, и… это было честно. На тот момент – это было честно.

А.Пичугин:

- И я бы не знал совершенно, как ответить ребёнку на этот вопрос.

О.Захарова:

- Да. И… это педагог с огромным стажем работы. Он… первый раз ему не было, что ответить, и это было честно. И, возможно, за эту честность дети уважают и слышат нас. Потому, что мы в этой честности находимся с ними 24/7, если можно так сказать.

А.Пичугин:

- А чем они занимаются, кстати, когда не учатся? Ну, в выходные, каникулы…

О.Орлов:

- У нас есть очень классная рок-группа «Овощи».

А.Пичугин:

- О, класс!

О.Орлов:

- У нас часть ребят дают концерты… кстати, в «Летово», по-моему, будет концерт какой-то большой, да?

О.Захарова:

- Да, пригласили на концерт…

О.Орлов:

- Ну, вообще, они… вот… летом они в Крыму выступали, в том числе, и в санаториях каких-то, да? В Москве…

О.Захарова:

- Много различных проектов, над которыми они работают. Также, театральные проекты, вместе с Щукинским училищем… и спектакли, которые ставим и показываем. Много разных проектов, идей… у них у самих есть какие-то проекты и идеи, над которыми они работают… либо – просто отдыхают… либо… кто-то учится – кому-то нравится учить математику, кому-то нравится – рисовать… кому-то нравится…

А.Пичугин:

- Это… ты – учитель математики, надо сказать!

О.Захарова:

- Да, я – учитель математики. Поэтому, конечно, я радуюсь, когда ребёнок в выходные мне присылает… и что-то спрашивает про математику! Вот…

Они – такие же дети, как и все! И… кому-то нравится петь, кому-то – танцевать, кому-то – рисовать…

О.Орлов:

- … кому-то – в компьютерные игры нравится играть…

О.Захарова:

- … кому-то – в компьютерные игры играть, кому-то – готовить, кому-то – помогать другим.

А.Пичугин:

- Всё это – очень здорово! Только врем, к сожалению, подходит к концу.

Я надеюсь, что мы наше общение продолжим в разных форматах здесь, у нас, в наших программах «Светлый вечер», но обязательно нужно напомнить, как можно помочь, если вы заинтересовались.

Самое главное, та помощь, которая обозначена на сайте deti.org – что-то от этого идёт в вашу школу?

О.Захарова:

- Да, если школа… у школы есть фиксированное финансирование…

А.Пичугин:

- А от чего, кстати, оно?

О.Захарова:

- От доноров, которые поддержали наш проект, и наши цели и задачи. Но, так как у нашей школы, у самих детей, есть различные проекты, которые они запускают, под эти проекты нужно отдельное финансирование. И, если ребёнок решил… не знаю… создать свой блог, и ему нужно… не знаю, там… фотоаппарат, видеокамера, или ещё какие-то… пособия для этого…

А.Пичугин:

- Как вы решаете этот вопрос?

О.Захарова:

- Мы ищем добрых людей! Мы зовём наших друзей…

А.Пичугин:

- Ну, вот – добрые люди: нас сейчас слушает огромное количество людей! Добрых.

О.Захарова:

- Да, да… поэтому, по правде… в общем… пишем… друзьям, знакомым…

А.Пичугин:

- Можно к ним обратиться.

О.Захарова:

- Дорогие слушатели, если вы хотите поддержать нашу школу, проекты детей, их идеи, замыслы, которые они любят реализовывать в эту жизнь, то, пожалуйста, заходите на сайт фонда «Дети.мск.ру» и совершайте добровольное пожертвование.

А.Пичугин:

- Здесь, на сайте, с правой стороны, есть красная кнопочка «Помочь сейчас». Нажимаете на неё – она становится оранжевой, а сайт открывается на страничке, где написано, кому нужна помощь, какая помощь – есть все возможные ссылки на… ну… на средства, через которые можно перечислить деньги – это и банковские карты, и помощь на сайте… вот, только короткого номера нету. Сделайте короткий номер!

О.Захарова:

- Мы хотим это сделать.

А.Пичугин:

- Потому, что это – совсем простая история.

О.Орлов:

- Да, надо сделать…

А.Пичугин:

- Спасибо вам большое!

Напомню, что руководитель школы «В гостях у Незнайки» фонда «Дети.мск.ру» Ольга Захарова и Олег Орлов – учитель истории этой школы, были сегодня в программе «Светлый вечер».

Спасибо! Приходите к нам! Прощаемся до новых встреч – до свидания!

О.Орлов:

- Спасибо большое!

О.Захарова:

- Лёша, спасибо! До свидания!

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Мы в соцсетях
******
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Другие программы
Моё Поволжье
Моё Поволжье
Города и села, улицы и проспекты, жилые дома и храмы. «Мое Поволжье» - это увлекательный рассказ о тех местах, которые определяют облик Поволжья – прекрасной земли, получившей свое название по имени великой русской реки Волги.
Рифмы жизни
Рифмы жизни
Авторская программа Павла Крючкова позволяет почувствовать вкус жизни через вкус стихов современных русских поэтов, познакомиться с современной поэзией, убедиться в том, что поэзия не умерла, она созвучна современному человеку, живущему или стремящемуся жить глубокой, полноценной жизнью.
Места и люди
Места и люди

В мире немало мест, которые хотелось бы посетить, и множество людей, с которыми хотелось бы пообщаться. С этими людьми и общаются наши корреспонденты в программе «Места и люди». Отдаленный монастырь или школа в соседнем дворе – мы открываем двери, а наши собеседники делятся с нами опытом своей жизни.

Прогулки по Москве
Прогулки по Москве
Программа «Прогулки по Москве» реализуется при поддержке Комитета общественных связей города Москвы. Каждая программа – это новый маршрут, открывающий перед жителями столицы и ее гостями определенный уголок Москвы через рассказ о ее достопримечательностях и людях, событиях и традициях, связанных с выбранным для рассказа местом.

Также рекомендуем