Деяния святых апостолов

Поделиться

Апостолы

Деян., 43 зач., XX, 7-12.

⁷ В первый же день недели, когда ученики собрались для преломления хлеба, Павел, намереваясь отправиться в следующий день, беседовал с ними и продолжил слово до полуночи.

⁸ В горнице, где мы собрались, было довольно светильников.

⁹ Во время продолжительной беседы Павловой один юноша, именем Евтих, сидевший на окне, погрузился в глубокий сон и, пошатнувшись, сонный упал вниз с третьего жилья, и поднят мертвым.

¹⁰ Павел, сойдя, пал на него и, обняв его, сказал: не тревожьтесь, ибо душа его в нем.

¹¹ Взойдя же и преломив хлеб и вкусив, беседовал довольно, даже до рассвета, и потом вышел.

¹² Между тем отрока привели живого, и немало утешились.

Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.

Современные исследователи книги Деяний очень подробно останавливаются на самой первой фразе этого апостольского чтения: «в первый же день недели». Дело тут в том, что первым днём недели считался, и во многих христианских странах считается сегодня, воскресенье. По еврейскому же календарю день начинался с вечера и продолжался до следующего вечера. Собственно, точно такой же счёт времени ведётся сегодня в православной Церкви. То есть канун воскресенья — суббота — считался уже воскресным днём. Соответственно, логично предположить, что раз речь идёт о вечере первого дня, то это первые часы наступившего воскресения, а раз так, то упоминаемое далее преломление хлеба ничто иное как евхаристия, причащение Тела и Крови Христовых, ведь первое поколение христиан совершало евхаристию исключительно в воскресенье. Но есть и проблема. Ведь в других местах своих книг автор Деяний апостол Лука пользуется другим календарём. Он отсчитывает дни не от вечера до вечера, а от рассвета до рассвета. У исследователей нет основания предполагать, что в этом эпизоде апостол Лука внезапно меняет свои календарные предпочтения и переходит на другой отсчёт суток, поэтому получается, что речь не может идти об евхаристии, а лишь о совместной христианской трапезе.

Далее комментаторы обращают внимание на упоминание большого количества светильников. Некоторые полагают, что это то ружье, которое по закону жанра должно выстрелить, но оно почему-то не стреляет. Здесь необходимо помнить, что в древних текстах нет ничего случайного: слишком дорого стоила письменная фиксация каждого слова. Поэтому исследователи и проводят параллель с театральными декорациями: в них также нет ничего случайного и все, что мы видим на сцене, рано или поздно будет задействовано. Существует два рациональных объяснения апостольского упоминания светильников. Первое из них говорит о том, что указание на обилие света было контраргументом против тех, кто обвинял христиан в тайных собраниях в темноте, а второе относит эти светильники не к их первичной функции, а к тому, что они вместе со светом дают и тепло, от которого юноша Евтих разомлел и заснул.

В том, что произошло далее, некоторым исследователям хотелось бы видеть лишь потерю сознания после удара при падении с третьего этажа. Но если бы это было так, то апостол Лука, которого невозможно обвинить в склонности к неправде и который был свидетелем всего происходящего, использовал бы ту словесную конструкцию, которую, к примеру, можно найти в книге Откровения Иоанна Богослова: «...упал к ногам его как мёртвый» (Откр. 1:17). Здесь же апостол прямо говорит о смерти юноши. Он не был исцелён Павлом, он был им воскрешён. Точно также, как сын вдовы был воскрешён пророком Илией и как сын сонамитянки воскрес по молитвам пророка Елисея.