Поделиться
Апостолы
Деян., 16 зач., VI, 1-7.
Комментирует священник Антоний Борисов.
«Во Христе нет ни эллина, ни иудея», — такие слова мы можем найти в наследии апостола Павла. Проповедуя евангельское учение, ученики Спасителя всячески подчёркивали, что граница, существовавшая когда-то между евреями и прочими национальностями, разрушена. Об этом рассказывает нам и отрывок из шестой главы книги Деяний святых апостолов. Он читается сегодня во время Литургии в православных храмах. Давайте послушаем.
Глава 6.
1 В эти дни, когда умножились ученики, произошел у Еллинистов ропот на Евреев за то, что вдовицы их пренебрегаемы были в ежедневном раздаянии потребностей.
2 Тогда двенадцать Апостолов, созвав множество учеников, сказали: нехорошо нам, оставив слово Божие, пещись о столах.
3 Итак, братия, выберите из среды себя семь человек изведанных, исполненных Святаго Духа и мудрости; их поставим на эту службу,
4 а мы постоянно пребудем в молитве и служении слова.
5 И угодно было это предложение всему собранию; и избрали Стефана, мужа, исполненного веры и Духа Святаго, и Филиппа, и Прохора, и Никанора, и Тимона, и Пармена, и Николая Антиохийца, обращенного из язычников;
6 их поставили перед Апостолами, и сии, помолившись, возложили на них руки.
7 И слово Божие росло, и число учеников весьма умножалось в Иерусалиме; и из священников очень многие покорились вере.
Апостол Павел и прочие апостолы во время проповеди постоянно подчёркивали, что Церковь — новый избранный народ Божий — объединяет теперь всех людей. Вне зависимости от их национальной принадлежности. Но одно дело теория, а совсем другое — практика. И в прозвучавшем отрывке из книги Деяний святых апостолов мы видим, как проявляют себя прежние ветхозаветные представления.
В Иерусалимской Церкви случается скандал. Вдовы нееврейского происхождения начинают возмущаться, что им либо дают меньше, либо вообще не выдают с церковного склада полагающихся продуктов. Так проявляла себя национальная нетерпимость. Служители еврейского происхождения никак не могли изжить в себе прежнего, соответствовавшего ветхозаветным представлениям пренебрежения, испытываемого к представителям иных народов. Становится понятно, что в Иерусалимской общине древних христиан нет того единства, о котором так радостно рассуждал апостол Павел.
Первоначально Иерусалимская община христиан действительно стремилась жить в мире и единомыслии. Но люди, к сожалению, есть люди. И постепенно то там, то тут в христианском собрании стали проявлять себя человеческие недостатки. Кто-то стал утаивать имущество, не жертвуя положенное в общую копилку. Кто-то начал добиваться власти в церковном собрании. А вот христианки-вдовицы из язычников посчитали (скорее всего, обоснованно), что с точки зрения благотворительности им уделяется меньше внимания, чем вдовицам-еврейкам.
Услышав жалобы, апостолы решили не разбираться, кто прав, а кто виноват, а системно разрешить сложившуюся ситуацию. Для этого они предложили всем христианам, вне зависимости от национальной принадлежности, выбрать семь уважаемых мужчин, которые бы отныне взяли на себя все хозяйственные, финансовые и организационные вопросы. Избранных семерых назвали «диаконами», в переводе с греческого — «служителями».
Книга Деяний сохранила для нас имена древних семи диаконов: Стефан, Филипп, Прохор, Никанор, Ти́мон, Парме́н, Николай Антиохиец. Относительно последнего диакона — Николая Антиохийца — прямо говорится, что он в прошлом был язычником. Возможно, к среде эллинистов принадлежали и некоторые другие диаконы. Апостолы своим выбором показали христианской общине, что ключевую роль играет не национальность человека, а его вера и готовность служить Церкви.
Но и это ещё не всё. Существует романтическое представление, что в древней Церкви дела обстояли лучше, чем в современном церковном собрании. В чём-то, возможно, да. А в чём-то и нет. Недостатков хватало всегда. Но дело не в них. А в том, как к мы ним относимся. Апостолы не стали мириться с несправедливостью и постарались её исправить с помощью деятельной любви и милосердия. С одной стороны, ученики Христовы не стали отгораживаться от возникших трудностей. А с другой — не пожелали применять жёсткий административный подход. Они избрали золотую середину. Вот и мы призваны поступать так же. Бороться именно с грехом, а не с людьми, помогая им и себе преодолевать совершённые ошибки. А вместе во Христе созидать Церковь Божию — наше утешение, отблеск Царства Небесного на земле.
Христос воскресе! Воистину воскресе Христос!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
30 апреля. Об увещевании императора Юстиниана
Поделиться
О сочинении «Увещательные главы к императору Юстиниану» святителя Агапита Римского в день памяти святого — пресс-секретарь Пятигорской епархии протоиерей Михаил Самохин.
Первый славянский перевод этого произведения был известен уже в эпоху Первого Болгарского царства в X веке. Его фрагменты вошли и в сборник Святослава, датируемый 1076 годом, «Пчелу», и другие древнерусские книги. В Европе этот текст выдержал более двадцати переизданий в Средневековье, а среди его переводчиков на французский язык был сам король Людовик XIII.
Это «Увещательные главы к императору Юстиниану», произведение, написанное в начале царствования святого Юстиниана I Агапитом, диаконом Великой Церкви в Константинополе. Одно из наиболее известных сочинений в жанре дидактической словесности, которое называется «Княжеское зерцало». 72 коротких главы объединяет акростих «Божественнейшему и благочестивейшему царю нашему Юстиниану Агапит, малейший диакон».
В сочинении сочетаются христианские представления об идеальном императоре и позднеантичной концепции императорской власти. Среди источников выделяют тексты Платона и Сократа, Василия Великого, Григория Богослова и Григория Нисского. Автор подчёркивает, что император должен быть царствующим философом, но философия в христианском понимании — это благочестие, начало которому — страх Господень.
Юстиниан призывает: «Презирать земные блага и видеть в царствовании лестницу к небесной славе. Он должен быть строг к себе и пещись о подданных, как о собственных частях тела, дабы они совершенствовались в добродетели и удалялись от порока». В произведении умеряется величественность царского звания. Автор утверждает, что все люди — сорабы Божие.
VI век по Рождеству Христову, а всё уже сказано. Всё уже понятно. И нам остаётся только оставаться такими же разумными правителями собственной души, собственной воли, собственного тела для того, чтобы, как Юстиниан мудро управлял Византией, так же мудро управлять самими собой, следуя на пути к Царствию Небесному.
Все выпуски программы Актуальная тема:
30 апреля. О наставлениях преподобного Александра Свирского
Поделиться
О наставлениях преподобного Александра Свирского о почитании родителей в день его памяти — клирик Московского подворья Троице-Сергиевой Лавры священник Димитрий Диденко.
В житии преподобного Александра Свирского есть один эпизод проявления пасторской строгости. Во время освящения храма Святой Троицы люди приносили преподобному пожертвования. И один крестьянин по имени Григорий тоже хотел внести свой дар, но преподобный Александр несколько раз отстранил его руку и сказал: «Дара твоего не приму, ты бил свою мать и тем самым навлёк на себя гнев Божий». Обличённый крестьянин, подобно Симону Волхву из Книги Деяний, спрашивает: «Что же мне делать?» И получает ясное и твёрдое наставление: «Ступай, проси прощения своей матери и впредь не смей её оскорблять».
И здесь открывается одна очень важная вещь: насилие и благочестие несовместимы. Их нельзя соединить, как бы человек ни старался адаптировать или задрапировать одно другим. Невозможно причинять боль самым близким и одновременно строить подлинную духовную жизнь. Особенно тяжело то, что домашнее насилие почти всегда бывает скрыто. Снаружи человек может выглядеть достойным, уважаемым, может участвовать в церковной жизни, вносить пожертвования, говорить правильные слова, и окружающие видят именно этот фасад, но подлинная правда о человеке проявляется не на людях, а там, где нет свидетелей.
Преподобный Александр отказывается принять дар, потому что видит эту внутреннюю несоразмерность. Дело не в том, что дар сам по себе плох, а дело в том, что он является прикрытием греха, попыткой сохранить хорошее лицо, не меняя жизни. И вывод из этой истории не в том, что нужно усилить внешнее благочестие, то есть нужно было бы вернуться этому крестьянину и принести ещё больше денег. Вывод начинается с остановки насилия, с признания ошибки, с просьбы о прощении, с решимости больше не переходить эту границу, за которой человек перестаёт быть человеком.
Этот короткий эпизод звучит жёстко, но честно. Он возвращает нас к простой мысли: Бог принимает не всё, что мы приносим, а то, что соответствует правде нашей жизни.
Все выпуски программы Актуальная тема:
30 апреля. О творчестве писателя Виктора Лихоносова
ПоделитьсяСегодня 30 апреля. 90 лет со дня рождения писателя Виктора Лихоносова. О его творчестве — клирик московского храма Благовещения Пресвятой Богородицы в Сокольниках протоиерей Василий Гелеван.
Виктор Иванович Лихоносов — лауреат Патриаршей премии по литературе им. Святых Кирилла и Мефодия. Когда-то о Лихоносове Твардовский говорил так: «Проза у него светится». Вот что пишет о нём Георгий Адамович: «Мне не только понравилась ваша книга, нет, я очарован ею».
Одна из первых его книг, 1973 года, «Чистые глаза» — это во многом биографическое сочинение. И здесь герой — это сам писатель. Это прямо по его стопам главный герой приезжает из провинции в Москву и встречается со всеми актуальными проблемами, которые здесь и бытовые, и духовные, неизменные по сей день.
Очень яркие сцены, которые стоило бы перечитать, например, как первый раз герой приходит в Донской монастырь и видит здесь кладбище-некрополь. Разорённый, конечно. Видит плиты из разрушенного храма Христа Спасителя, читает имена и как бы даже слышит голоса давно умерших людей, и будто пронзает его мысль, что ведь он тоже не всегда будет жить и он тоже когда-то вольётся в эту вечную реку.
А пока он жив, пока мысли его наполняют какие-то суетные идеи, пока он одержим часто просто пустыми идеями, пустыми мыслями и желаниями славы, денег, сытости, но приходит момент, и ты понимаешь: всё это далеко где-то за пределами разумного, а единое есть на потребу, это вечность.
Книги Лихоносова хорошо показывают простым человеческим языком. В них говорится про вечное, в них говорится про главное, про то, что надо сохранить в своём сердце.
Все выпуски программы Актуальная тема:
