Великий покаянный канон святителя Андрея Критского

Поделиться

Фото: Сергей Власов / Пресс-служба Патриарха Московского и всея Руси

Протопресвитер Александр Шмеман называл Великий пост «духовным странствием». Это необычайно точный образ. Те, кто пробовал когда-нибудь поститься, наверняка знакомы с этим ощущением: словно с палубы корабля или с трапа самолёта вы смотрите на остальной мир. Он остался прежним, полным суеты и хлопот. А вы вышли из общего потока и отправились к своей цели, вы не совсем причастны этому миру, потому что мыслями совсем в другом месте. Это очень необычное и ценное чувство. Оно даёт возможность задуматься о конечном смысле всех наших трудов.

Церковь готовит верующих к странствию поста. Для этого на первой неделе читается Покаянный канон святителя Андрея Критского. Чтение происходит на службе, которая называется «Великое повечерие», то есть «после вечерни», так на славянских языках назывался ужин. А название «Великое» подчёркивает значимость богослужения. Кроме того, Канон действительно очень большой: в нём более двухсот отдельных песен — тропарей.

Великим постом Покаянный канон Андрея Критского звучит ещё в среду пятой недели. Эту службу в народе называют «Мариино стояние», так как песни Канона чередуются с житием преподобной Марии Египетской.

Канон святителя Андрея Критского становится тем трамплином, от которого мы отталкиваемся и ныряем в самую глубину Великого поста. Его читают по частям, в течение первых четырёх дней поста. Загляните в это время в храм, посмотрите — как всё изменилось по сравнению с обычной воскресной службой. Священники одеты в тёмные облачения. Поменялось на великопостное - чёрное или тёмно-фиолетовое убранство церкви: завеса, аналои, покровы на иконах. На повечерии в храме гасят свет, горят только свечи у икон и в руках верующих.

Звучат первые строки Канона, и верующие вслед за автором задают себе самый строгий вопрос «С чего я начну оплакивать окаянные дела моей жизни? Какое начало положу я, Христе, нынешнему рыданию?».

Покаянный Канон — это диалог с собственной душой. В этом разговоре святитель Андрей приводит в пример праотцов Адама, Иосифа, Моисея, царя Давида и других, как праведников, так и грешников. Он сокрушается: «Из них ты, душа, подражала последним, а не первым, согрешая против Бога...»

Особую силу Канону придаёт то, что личная история переплетается со всемирной. Для автора она, в первую очередь, это взаимоотношения человека и его Творца. Отпадение, скорбь, боль и раскаяние. «Я совершил преступление первозданного Адама... Я не уподобился, Иисусе, Авелевой правде...» — скорбим мы вслед за святителем Андреем. Но в то же время он обнадёживает нас: «не предавайся отчаянию о себе». Господь может «убелить и отчистить жизнь прокажённую», — уверяет он. Так Канон Андрея Критского становится ещё и компасом нашего духовного странствия. Он указывает путь — от покаяния к прощению, от греха — к Отцу Небесному.