Поделиться
В какого Бога верили герои библейской истории? Тот ли это Бог, в которого верим мы? Казалось бы, странный вопрос. Ведь ответ очевиден. Конечно, это Он. Однако, оказывается, не всё так однозначно, как выглядит на первый взгляд. И 22-й псалом пророка и царя Давида, который звучит сегодня за богослужением в православных храмах, является тому ярким свидетельством. Давайте послушаем.
Псалом 22.
Псалом Давида.
1 Господь — Пастырь мой; я ни в чём не буду нуждаться:
2 Он покоит меня на злачных пажитях и водит меня к водам тихим,
3 подкрепляет душу мою, направляет меня на стези правды ради имени Своего.
4 Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной; Твой жезл и Твой посох — они успокаивают меня.
5 Ты приготовил предо мною трапезу в виду врагов моих; умастил елеем голову мою; чаша моя преисполнена.
6 Так, благость и милость Твоя да сопровождают меня во все дни жизни моей, и я пребуду в доме Господнем многие дни.
Если современного верующего человека, православного христианина, исполняющего предписания церковного устава, спросить «кто Твой Бог», ответ будет более чем предсказуем. Я лично не раз проводил этот эксперимент со студентами семинарии и с простыми верующими людьми. Практически в ста процентах результат один и тот же. Все без исключения начинают перечислять свойства Божии и Его высокие титулы.
Наш Бог — Он Творец мира. Он вездесущ. Он вечен. Он самый могущественный. Он есть любовь. Наш Бог троичен в лицах и един по существу. Могут говорить и отдельно об Иисусе Христе. О том, что Он Бог и человек. О том, что Он страдал по Своему человечеству, но не по Своему божеству. И так далее. Иными словами, в нашем понимании самый подходящий ответ на вопрос «кто твой Бог» — просто перечислить те качества, о которых часто пишется, например, в учебниках по догматическому богословию.
Давид отвечает на этот вопрос иначе. Он не рассуждает о Боге умозрительно, как философ или академический богослов. Он говорит о Нём от практического опыта. Давид рассказывает, как Господь изо дня в день проявляет Себя в его жизни. В конкретных житейских ситуациях. Бог Давида — это Бог, который опекает его, как пастырь опекает своё стадо. Каждый день Господь заботится о том, что Давиду есть, что пить. Он направляет Давида во всех делах, чтобы царь не сбился с правильного пути. Он сохраняет его в смертельной опасности. Он защищает его от врагов и даёт мир душе в тяжёлую минуту. Во всех повседневных ситуациях Давид явственно видит проявление любящей силы, которая устраивает его жизнь. Эту силу он и называет Своим Господом.
И Сам Господь в Священном Писании говорит о Себе именно как о Боге, который лично общался с людьми: «Я Бог Авраама, и Бог Исаака, и Бог Иакова». То есть Я тот, кого праведники знали лицом к лицу, будто видели своими глазами и осязали своими руками. Всей своей душой и даже телом они ощущали и осознавали Его присутствие в своей жизни. Они видели, как именно Он действует в их судьбе. А потому и на вопрос, кто их Бог, они не философствовали, они рассказывали конкретные истории. Это были истории о том, как в повседневных обстоятельствах Себя проявляет Тот, Кого они и называли своим Господом.
Здесь и находится фундамент глубокой веры. Ведь невозможно полностью полагаться на того, о ком ты знаешь лишь из книг и рассказов других людей. Даже если его образ величественен и грандиозен. Полностью полагаться можно лишь на то, что ты пережил и проверил на собственном опыте. На ту силу, Которая раз за разом проявляет себя в твоей жизни. Которая ощутимо поддерживает тебя даже в самой мрачной ситуации.
Наше счастье, что мы признаём Богом Того, кто действовал в судьбах библейских святых. Но можем мы ли мы назвать Его Своим Господом? Можем ли сказать, что у нас с Ним есть совместная история? Как, например, есть совместная история у мужа и жены. Можем ли мы рассказать эту историю тем, кто спросит нас, в кого мы верим? Приучаем ли мы себя видеть и осознавать присутствие этой любящей Силы даже в самых прозаичных ситуациях? Или же Бог остаётся для нас далёким и непознаваемым, и всё, что у нас есть, — это лишь информация о Его существовании? Согласитесь, вопрос не праздный. Именно от честного ответа на него зависит, в конечном счёте, качество нашей жизни.
Псалом 22. (Русский Синодальный перевод)
Псалом 22. (Церковно-славянский перевод)
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
17 марта. О миролюбии князей Данииловичей
Поделиться
О миролюбии благоверного князя Даниила Московского в День его памяти — епископ Покровский и Новоузенский Феодор.
Святой благоверный князь Даниил Московский стал родоначальником Московской княжеской династии, о представителях которой Ключевский писал как об образцах уверенности и аккуратности. Московские Данииловичи прежде всего жили дружно друг с другом. Сберечь отцовское стяжание и прибавить к нему что-нибудь новое — вот на что были обращены их правительственные помыслы. Эти свойства и помогли их политическим успехам.
Хотя благоверному князю и приходилось участвовать в братских междоусобицах, он предпочитал решать вопросы миром. Во время его княжения никто не нанёс ущерба державе его, но и сам великий князь не стремился усладиться властолюбием и захватить братские вотчины. Его неустанное стремление к единению русской земли и воцарению на ней мира помогало предотвращать кровопролития. Он неоднократно договаривался с братом Дмитрием и с братом Андреем. Никогда великий князь не покушался на чужое ни с оружием, ни с коварными помыслами, но державу свою в обиду князь не давал.
А возможно, что его благочестию открылась воля Божия о будущем Москвы, а может быть и так, что воля Божия пошла навстречу человеческому благочестию. Так или иначе, но нестяжательный и кроткий князь Даниил Московский стал родоначальником московских великих князей и царей рода Рюриковичей, а в широком смысле — и всего нашего государства.
Все выпуски программы Актуальная тема:
17 марта. О творчестве Михаила Врубеля
ПоделитьсяСегодня 17 марта. В этот день в 1856 году родился художник Михаил Врубель. О его творчестве — клирик храма Благовещения Пресвятой Богородицы в Сокольниках протоиерей Василий Гелеван.
Врубель — это не просто художник, это человек-трагедия, который в прямом смысле не писал демона и не делал демона, а был одержим демоном и уже был зависим от своего демона.
Есть одна очень яркая история, связанная с одной экспозицией: когда Врубель экспонировал своего «Падшего демона», то освещение было неподобающее и пропала вся магия, как он говорил. Михаил Врубель буквально пытался во время работы экспозиции это всё исправить и ничего не видел, и выглядело это, по словам современников, очень трагично. Вот тогда уже было понятно, что это не демона кто-то пишет, а это некто, одержимый демоном.
В последние годы жизни Врубель очень тяжко болел. Он пережил психическое расстройство, потерял зрение. Всё это произошло на фоне личных трагедий, когда умер его малолетний сын. И в тот день сам Врубель сказал:«Увозите меня в больницу, иначе вы от меня такого насмотритесь, что мало не покажется». Умер он в одиночестве и в непризнании в 1910 году.
Сегодня мы можем оценить его вклад в мировую культуру по достоинству и можем сделать очень важный вывод. С нечистой силой нельзя заигрывать, и бесы это не физические, а прям реальные духовные существа, которые могут вторгаться в душу человека. Если человек не противопоставит им молитву, не противопоставит им участие в таинствах и своё серьёзное воцерковление, то он подвергает свою душу серьёзной опасности.
Все выпуски программы Актуальная тема:
Псалом 88. Богослужебные чтения
Поделиться
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Ошибкой было бы думать, что существует лишь два завета — Ветхий и Новый. Заветов, или, иначе, договоров между Богом и людьми было значительно больше. Были, к примеру, заветы с Адамом, с Ноем, с Авраамом, с Давидом. Все эти договоры существенным образом отличались друг от друга, и все они по-своему любопытны и важны для нас. Сегодня во время богослужения в православных храмах прочитывается 88-й псалом. В нём мы можем найти попытку осмысления завета Бога с Давидом. Давайте послушаем вторую часть этого псалма.
Псалом 88.
31 Если сыновья его оставят закон Мой и не будут ходить по заповедям Моим;
32 Если нарушат уставы Мои и повелений Моих не сохранят:
33 Посещу жезлом беззаконие их, и ударами – неправду их;
34 Милости же Моей не отниму от него, и не изменю истины Моей.
35 Не нарушу завета Моего, и не переменю того, что вышло из уст Моих.
36 Однажды Я поклялся святостью Моею: солгу ли Давиду?
37 Семя его пребудет вечно, и престол его, как солнце, предо Мною,
38 Вовек будет твёрд, как луна, и верный свидетель на небесах».
39 Но ныне Ты отринул и презрел, прогневался на помазанника Твоего;
40 Пренебрёг завет с рабом Твоим, поверг на землю венец его;
41 Разрушил все ограды его, превратил в развалины крепости его.
42 Расхищают его все проходящие путём; он сделался посмешищем у соседей своих.
43 Ты возвысил десницу противников его, обрадовал всех врагов его;
44 Ты обратил назад остриё меча его и не укрепил его на брани;
45 Отнял у него блеск и престол его поверг на землю;
46 Сократил дни юности его и покрыл его стыдом.
47 Доколе, Господи, будешь скрываться непрестанно, будет пылать ярость Твоя, как огонь?
48 Вспомни, какой мой век: на какую суету сотворил Ты всех сынов человеческих?
49 Кто из людей жил – и не видел смерти, избавил душу свою от руки преисподней?
50 Где прежние милости Твои, Господи? Ты клялся Давиду истиною Твоею.
51 Вспомни, Господи, поругание рабов Твоих, которое я ношу в недре моём от всех сильных народов;
52 Как поносят враги Твои, Господи, как бесславят следы помазанника Твоего.
53 Благословен Господь вовек! Аминь, аминь.
В исторических книгах Ветхого Завета неоднократно повторяется мысль о том, что Бог заключил с Давидом вечный завет: потомки Давида, согласно этому договору, должны были править вечно. Упоминание этого договора мы слышим и в только что прозвучавшем псалме: «Однажды Я поклялся святостью Моею: солгу ли Давиду? Семя его пребудет вечно, и престол его, как солнце, предо Мною, вовек будет твёрд, как луна, и верный свидетель на небесах» (Пс. 88:36–38). Однако уже после сына Давида Соломона произошло разделение царства Давида, а через несколько веков власть отошла к другим людям, которые не имели никакого отношения к династии Давида. Предвосхищение этих событий мы также находим в 88-м псалме: «Но ныне Ты отринул и презрел, прогневался на помазанника Твоего; пренебрёг завет с рабом Твоим, поверг на землю венец его» (Пс. 88:39–40). Сегодня, как мы знаем, Израилем также управляют, во-первых, не цари, а во-вторых, не потомки Давида.
Каким образом исторические факты можно соотнести с обетованиями, данными Давиду? Неужели вечное царство означало лишь несколько поколений? Если это так, то каким образом относиться к другим словам Бога о вечности?
Ответ на эти вопросы кроется в толковании услышанных нами сегодня слов Бога, которые можно понимать как минимум двумя способами, и, кстати, разница в их понимании лежит в основе различий между христианством и иудаизмом. Для христиан слова о семени Давида и твёрдости его престола — это прямая отсылка к первым словам Евангелия от Матфея: «Родословие Иисуса Христа, Сына Давидова, Сына Авраамова» (Мф. 1:1). Когда мы слышим о семени Давида и о его престоле, то мы, конечно же, думаем не о государстве Израиль и не о земной власти, мы вспоминаем о потомке Давида по плоти, но не о земном правителе, мы вспоминаем о Том, Кто является источником всякой власти, равно как и самой жизни — мы вспоминаем о Христе.
История завета, заключённого Богом с Давидом, ещё раз показывает, что Бог всегда исполняет Свои обетования, и вместе с этим, исполнение Его слов может быть вовсе не таким, как представляет себе человек. Это с одной стороны. А с другой — исполнение обетований Божиих может отстоять на весьма большой временной промежуток от времени их появления. Дай нам Бог об этом не забывать, ведь и Сам Христос сказал, что «небо и земля прейдут, но слова Его не прейдут» (см. Мф. 24:35).
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
