«Святитель Иоанн Златоуст о том, что приносит вред человеку». Архимандрит Симеон (Томачинский)

В этом выпуске программы «Почитаем святых отцов» наш ведущий диакон Игорь Цуканов вместе с доцентом кафедры филологии Московской Духовной академии архимандритом Симеоном (Томачинским) на основе фрагментов из Слова святителя Иоанна Златоуста «О том, что кто сам себе не вредит, тому никто вредить не может» говорили о том, что может приносить вред душе человека, чем опасны малодушие и ропот во время жизненных испытаний, как переживать с духовной пользой различные страдания, особенно несправедливые, а также в чем состоит достоинство человека.

Ведущий: Игорь Цуканов

---

диакон Игорь Цуканов (читает цитату):

«Какой хвалим мы виноград? Тот ли, на котором много листьев и ветвей, или тот, который обременен плодами? В чем поставляем доброту маслины? В том ли, когда она имеет большие ветви и весьма много листьев, или в том, когда она приносит обильные плоды и вся ими усеяна? Так точно поступим и в отношении к людям: определим достоинства человека и вредным для него будем считать только то, что вредит ему. В чем состоит достоинство человека? Не в богатстве — так, чтобы тебе бояться бедности; не в телесном здоровье — так, чтобы страшиться болезни; не во мнении народном — так, чтобы смотреть на худую молву; не в жизни пустой и бесцельной — так, чтобы для тебя была страшна смерть; и не в свободе — так, чтобы убегать рабства; но в точном соблюдении истинного учения и в добродетельной жизни».

— Добрый вечер, дорогие друзья. Программа «Почитаем святых отцов» на Радио ВЕРА. В студии у нас сегодня архимандрит Симеон (Томачинский), доцент Московской духовной академии. Батюшка, добрый вечер, благословите.

архимандрит Симеон (Томачинский)
— Добрый вечер. Бог благословит.

диакон Игорь Цуканов 
— Также у микрофона диакон Игорь Цуканов. Мы сегодня читаем «Слово святителя Иоанна Златоуста о том, что кто сам себе не вредит, тому никто вредить не может». Это одно из известных его произведений, в котором речь идет о самом главном для человека — сохранить свое достоинство. А в чем состоит достоинство человека? Как мы сейчас слышали: «в точном соблюдении истинного учения и в добродетельной жизни».

архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да, прекрасно. Иоанн Златоуст всегда смотрит в корень и, как настоящий ритор, умеет это преподнести. Он задает сначала вопрос: в чем состоит достоинство человека? И, рассмотрев разные ответы, дает правильный: «в точном соблюдении истинного учения и в добродетельной жизни». Это исходная точка, от которой можно двигаться дальше. Само слово «человек» означает «чело, обращенное к вечности»; по-гречески «антропос» — «повернутый вверх», «обращенный вверх», то есть человек не к земле привязан, а к небесам. Если он получил от Бога истинное учение и призыв к добродетельной жизни, то в этом и состоит его счастье, и достоинство. То есть человеком еще надо стать. Мы не становимся людьми в силу рождения и телесных качеств; мы призваны стать человеком, если обращаемся к добродетели и ведем добродетельную жизнь.

диакон Игорь Цуканов
— Интересно, что святитель Иоанн сразу, с самого начала задает тезис: то, что не вредит достоинству человека, и вредом считать нельзя. А дальше целое слово посвящено развитию этой мысли.

архимандрит Симеон (Томачинский)
— Если бы он не поставил вначале этот тезис о достоинстве, то можно было бы оспаривать, что считать вредом для человека. А он дает определение сразу. Давайте посмотрим:

«А этого (то есть стремления к добродетельной жизни) и сам дьявол отнять не может у того, кто, имея, сохраняет это с надлежащим тщанием. Знает об этом и бес, лукавнейший и лютейший. Поэтому и Иова он лишил имущества не для того, чтобы сделать его бедным, но чтобы заставить его произнести какое-нибудь богохульное слово; и тело его поразил не для того, чтобы сделать его больным, но чтобы поколебать добродетель души. Но несмотря на то что употребил все свои хитрости, из богатого сделал его бедным, из многочадного — бездетным, растерзал все тело его гораздо хуже, нежели палачи в судилищах, и распространил худую о нем молву, — он не только нимало не повредил ему, но своими кознями сделал его еще более славным. Он доставил ему еще большее богатство — добродетели. Подлинно, Иов стал иметь после того большее дерзновение, как подвизавшийся труднейшим подвигом».

архимандрит Симеон (Томачинский)
— Замечательный пример Иова. Многие святые отцы его использовали: святитель Григорий Великий, Августин Блаженный и другие, потому что это яркий образец того, что человека можно всего лишить земного, но если он непоколебим в верности Богу и благодарности, то даже самые страшные страдания, казалось бы, непереносимые и непонятные, не только не вредят ему, но, наоборот, его добродетель расцветет. Поэтому Иова и называют «рыцарем веры». Кстати, во время Великого поста на Страстной неделе читается книга Иова.

диакон Игорь Цуканов
— Я хотел это сказать как раз, что мы будем читать книгу Иова.

архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да-да, положено чтение книги Иова. Она не вся прочитывается, но основные моменты. Было бы неплохо за время Великого поста перечитать ее самостоятельно: книга не такая большая, но дает мощный пример и ориентир. И потом, когда смотришь на свои проблемы, понимаешь, что они ничто в сравнении с теми испытаниями, которые выпали на его долю, причем одновременно. Там же и говорится, что дьявол препирался с Богом и клеветал. Это есть и в Откровении Иоанна Богослова (в Апокалипсисе): «клеветник братии нашея» — это дьявол, который клеветал на человека. Этот спор дьявола и Бога о человеке постоянно продолжается вокруг нас и вокруг каждого из нас, и насколько мы верны Богу? Дьявол все время пытается доказать, что стоит ему поманить пальчиком — и человек перебежит к нему, что человек неверен Богу.

диакон Игорь Цуканов
— Или стоит отнять у человека что-то — и он сразу от Бога откажется.

архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да-да, то есть этими средствами он пытается доказать Богу, что человек — это ошибка. Собственно, падение ангелов, Люцифера и его свиты, как говорят многие отцы, произошло из-за человека, из-за зависти к человеку. В этом очень важный корень. И если человек докажет своей жизнью и благодушием, своей верностью, что он готов переносить испытания и оставаться верным, то в этом споре он поможет Богу.

диакон Игорь Цуканов
— Книга Иова очень утешительна еще в том смысле, что Иов — не ходульный персонаж, нельзя сказать, что он лишается всего и относится к этому легко, мол, «самое главное, что у меня есть отношения с Богом». Он страдает, он возопил к небу, хотел судиться с Богом даже, ждал ответа от Него, почему это случилось? У него очень честная позиция, совершенно не ходульная.

архимандрит Симеон (Томачинский)
— Может быть, в этом и было главное его страдание — не столько в потере внешних вещей, даже своих детей, хотя это самое страшное, что может случиться на земле с человеком, а в том, что он не мог объяснить, как любящий, милосердный Бог-Создатель может так поступить? Для него сама ситуация была непонятна. И тем не менее, несмотря на его вопрошания и сомнения, — именно об этом говорит Иоанн Златоуст, — иначе страдания казались бы призрачными, если бы он принимал их с олимпийским спокойствием, абсолютно бесстрастно, это выглядело бы не по-человечески даже. Он действительно был человек, и в его вопрошании была своя правда, которую Господь потом и явил. Он же сказал друзьям: «Вы много чего правильного говорили (ведь у некоторых сентенции были вполне себе богословски выверенные), но неуместно и мимо цели».

диакон Игорь Цуканов 
— Да. Потому что это не Бог сделал, а сатана.

архимандрит Симеон (Томачинский) 
— И это дополнительным тяжким бременем ложилось на Иова, что друзья его не понимают, жена не понимает. И самое главное — он не может увидеть замысел. А для нас это очень тяжело: мы считаем, что разумом должны все измерить, постичь происходящее с нами, а Промысл Божий далеко не всегда вписывается в наши размышления и предположения.

диакон Игорь Цуканов (читает цитату):

«Скажи мне, какой вред причинили препятствия, которые чинили люди, апостолам? Не с голодом ли, жаждой и наготой непрестанно боролись они? Но по этому самому они и были весьма славны и знамениты и великую получали помощь от Бога. Какой вред Лазарю причинили болезнь, раны, нищета и беспомощное одиночество? Не за это ли особенно и сплетены ему венцы? Какой вред был для Иосифа от того, что об нем была худая молва и в собственной его земле, и в чужой? Его считали и распутником, и блудником. Повредило ли ему рабство? Повредило ли удаление из отечества? Не поэтому ли особенно мы и восхищаемся им и изумляемся ему?»

— Но, честно говоря, когда это читаешь, то думаешь, что, конечно, всё это им повредило. Такая человеческая спонтанная реакция.

архимандрит Симеон (Томачинский)
— В моменте — да, конечно. В том-то и дело, что мы часто смотрим только на текущую ситуацию, воспринимаем только настоящее и поэтому не можем оценить. Если нас обижают или чего-то лишают, мы воспринимаем это как вред, убыток, страдание, и только в удаленной перспективе, когда Промысл Божий явит в полноте свою премудрость, можно будет понять, ради чего это было и какую пользу принесло. Но польза, опять же, не автоматическая. Мы же понимаем, что болезни, раны, нищета могли бы ему реально повредить, если бы он стал роптать, осуждать всех. Но сила Лазаря и была в том, что он терпел благодушно, как это видно из евангельского рассказа. Или Иосиф: худая молва, все испытания могли его разрушить, если бы он не был благородной души и не воспринял это именно как от руки Божией. Как Иов сказал: «Неужели мы от Бога хорошее будем принимать, а плохое не будем? Господь дал, Господь взял; да будет имя Господне благословенно». Вначале своих страданий он так сказал. И замечательно, что Иоанн Златоуст сначала обозначил, что такое подлинный вред для человека и подлинное его сокровище, подлинное достоинство. В этой перспективе можно рассуждать, насколько какой-то вред только кажущийся, временный, а на самом деле за ним стоит польза. И наоборот, земная польза и успех могут обернуться вредом.

диакон Игорь Цуканов
— То есть святитель Иоанн Златоуст учит нас различать между житейскими неприятностями и даже несчастьями, и духовным вредом. Он всё время разводит одно и другое, показывает: смотри, это плохо для тебя, но вопрос в том, как ты отнесешься к этому, как воспримешь.

архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да, как воспримешь и какие будут последствия. Всегда нужно увидеть, что произойдет дальше, нужно иметь терпение — вот почему мы восхищаемся и изумляемся, что они смогли это претерпеть. А в моменте это было очень тяжелое испытание, может быть, тоже непонятное, как и для Иова. Тот же Иосиф, когда это все с ним случилось: оклеветали его, заключили в темницу — внешне это было очень трудно пережить.

диакон Игорь Цуканов
— Продолжаем читать «Слово о том, что кто сам себе не вредит, тому никто вредить не может» святителя Иоанна Златоуста.

архимандрит Симеон (Томачинский) (читает цитату):

«Для чего же, скажешь, наказание и мучение людям, причиняющим вред другим? Для чего геенна? Для чего столько угроз, если никто не терпит вреда и никто не делает вреда? Что говоришь ты? Для чего смешиваешь выражения? Я не сказал, что никто не делает вреда, но что никто не терпит вреда. Как же, скажешь, может быть, чтобы никто не терпел вреда, когда многие делают вред? Так, как я только что сказал: Иосифу сделали вред братья, но сам он не потерпел вреда. И на Авеля злоумышлял Каин, но он не получил вреда от злоумышления. Для того и наказание, и мучение. Не за добродетель страждущих Бог уничтожает наказание, но за нечестие порочных определяет мучение. Хотя страждущие от злоумышленников и делаются славнее, но это зависит не от намерения злоумышляющих, а от мужества подвергающихся злоумышлению. Поэтому последним определяются и готовятся награды за любомудрие, а первым — наказание за злобу».
— Вот это очень важно развести. Даже про Иуду иногда встречаются такие ложные утверждения, что если в результате получилось спасение всего мира, значит, он хорошее дело сделал.

диакон Игорь Цуканов
— Был встроен в Промысл Божий.

архимандрит Симеон (Томачинский)
— Но нет, каждый несет ответственность за свои поступки. Другое дело, что человек, которому причинили вред, может обратить это в пользу, если будет любомудрым, настоящим философом, каким был сам Иоанн Златоуст. Он же не только на словах говорит, он воплотил все это в своей жизни: ссылку, изгнание, гонения, лишение сана, болезненное тело, издевательства — всё это претерпел. В изгнании он писал письма к диакониссе Олимпиаде (своей духовной дочери и помощнице) с утешением, поддерживал её, говорил, что надо радоваться в этих страданиях. Своими мыслями, размышлениями о том, что такое подлинный вред и настоящая польза, он подготовил себя к такой жизни и к восприятию трудностей, поэтому за его словами стоит опыт, стоит его жизнь, и потому они обретают особую силу.

диакон Игорь Цуканов (читает цитату):

«Лишен ли ты богатства? Говори: „Наг я вышел из чрева матери моей, наг и возвращусь“ (Иов. 1:21); присовокупи и апостольское изречение: „Мы ничего не принесли в мир; явно, что ничего не можем и вынести из него“ (1Тим. 6:7). Идет ли о тебе худая молва и бесчисленными злословиями осыпают тебя? Вспомни следующее изречение: „Горе вам, когда все люди будут говорить о вас хорошо!“ (Лк. 6:26); и еще: „Блаженны вы, когда пронесут имя ваше как бесчестное; возрадуйтесь в тот день и возвеселитесь“ (Лк. 6:22). Изгнан ли ты за пределы отечества? Представь себе, что ты не имеешь здесь отечества, но если хочешь быть любомудрым, то и всю землю тебе заповедано считать чуждой. Подвергся ли ты жестокой болезни? Скажи апостольские слова: „Если внешний наш человек и тлеет, то внутренний со дня на день обновляется“ (2Кор. 4:16). Потерпел ли кто насильственную смерть? Представь себе Иоанна и голову его, отсеченную в темнице, принесенную на блюде и отданную в награду за пляску блудницы. Представь себе и награды за это: все эти страдания, когда они причиняются кому-нибудь несправедливо, очищают грехи и доставляют праведность».

— С одной стороны, это такое утешение, которое можно себе приводить на ум. Если знаешь Священное Писание и читаешь его, когда что-то с тобой происходит, это действительно утешает. И это еще не все места, апостол Петр много об этом говорит: «лишь бы тебе не пострадать как злодею, а если страдаешь за имя Христово, то ты блажен».

архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да, поэтому и преподобный Серафим говорил, что наш ум должен как бы плавать в Священном Писании, чтобы, когда что-то приключится, мы могли вспомнить эти слова и получить утешение, вразумление, поддержку. Это замечательные размышления Иоанна Златоуста. Кстати, и заповеди блаженства: на каждой литургии мы поём: «Блаженны есте, егда поносят вам, и ижденут, и рекут всяк зол глагол на вы лжуще, Мене ради». Мы постоянно слышим это напоминание о том, что дурная молва и клевета могут принести великую пользу.

диакон Игорь Цуканов
— Да и вообще «блаженны нищие духом, блаженны плачущие, блаженны жаждущие и алчущие правды», то есть всё о скорбях.

архимандрит Симеон (Томачинский)
— Об Иоанне Крестителе Иоанн Златоуст много говорил проповедей, очень ярких: «голова, отсеченная в темнице, принесенная на блюде». Казалось бы, какой страшный конец; получается, что он неудачник: вот обличал-обличал и сначала в тюрьму посадили, а потом голову отрубили — вот результат. И чего он достиг? По-мирски — ничего. А достиг великих венцов, предстоит ближайшим к Христу Царю. Как деисус пишется: Божия Матерь и Иоанн Предтеча как величайший из пророков. Когда вы читали этот отрывок, я вспомнил замечательный рассказ у Антона Павловича Чехова, он немного юмористический, но смысл тот же: если с тобой происходит то или другое, вспомни, что могло быть гораздо хуже. И если тебя ведут в суд, чтобы посадить в тюрьму, то скажи спасибо и радуйся, что не в геенну огненную ведут. Такие у него размышления, которые даже по светской мудрости могут человека утешить, подбодрить и вознести дух над земной поверхностью, над несчастьями, которые приключаются с ним время от времени.

диакон Игорь Цуканов 
— Помните, мы с вами как-то Паисия Святогорца читали: там был образ монаха, который ехал в трясущемся грузовике, на него падали рыбные корзины, пахнущие соответственно, и он в благодушии там находился. И когда его спросили: «Отец, ты как там?» — он ответил: «Да лучше, чем в геенне огненной».

архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да, то есть в любой ситуации, даже самой тяжелой и наводящей ужас, можно найти луч света, понять, что это пойдет на пользу, если претерпеть. И вообще, если принять тезис о том, что наше достоинство — в точном соблюдении истинного учения и добродетельной жизни, то кто может это от нас отнять? Только мы сами. Другой человек не может этого отобрать. Поэтому берите всё: имущество, одежду, даже свободу. Хотя, казалось бы, свобода — высшая ценность, но вот Иоанн Златоуст говорит, что и свободу берите, пожалуйста. Он сам умер осужденным, отлученным от церковного собрания, в узах, ну и что? А сейчас мы говорим о нем как о великом учителе и святителе.

диакон Игорь Цуканов
— Он сохранил настоящую свободу.

архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да, подлинная свобода духа в том и заключается, что ты не зависишь от внешних обстоятельств. (читает цитату):

«Те особенно и терпят вред, испытывают мучения и неисцельно страждут, которые причиняют это другим. Кто может быть несчастнее Каина, который так поступил с братом? Кто жальче жены Филипповой (Иродиады), которая отсекла у Иоанна голову? Или братьев Иосифа, которые продали его и удалили за пределы отечества? Кто несчастнее дьявола, который подверг Иова таким бедствиям? Ведь он не только за прочие дела, но и за это злоумышление понесет великую казнь».

диакон Игорь Цуканов 
— Такое размышление своеобразное. Не знаю, полезно ли вот так рассуждать о людях, которые причиняют такие неудобства, жалеть их. «Несчастный грешник» — как-то не очень, наверное.

архимандрит Симеон (Томачинский)
— Это полезно в том смысле, когда мы понимаем, что человек сам больше всего страдает от своей злобы, зависти. Об этом отец Иоанн (Крестьянкин) часто говорил в письмах: «Ты не обращай внимания, что он плохо к тебе относится или клевещет; он же сам первый от этого страдает, такой ад у него в душе». Пожалеть человека в этом смысле важно, признать, что он в первую очередь себе причиняет вред, а мне-то какой вред? Только так золото в горниле и испытывается. Поэтому и Каина он приводит в пример: действительно, кто несчастнее? И даже дьявола.

диакон Игорь Цуканов
— Но это как-то надо делать не свысока своей «праведности», жалость должна быть искренняя.

архимандрит Симеон (Томачинский)
— Конечно. И здесь еще такое философское размышление, он размышляет: кто терпит вред — тот ли, кто по видимости получает вред, или тот, кто причиняет? Очевидно, тот, кто причиняет, по-настоящему терпит вред, хотя выступает как победитель, казалось бы. Каин выполнил злую волю над Авелем, Иродиада добилась отсечения головы ненавистного пророка, братья Иосифа продали нелюбимого брата. По внешности, если смотреть в моменте, они добились своего, наступили на голову врага. А на самом деле на свою голову наступили, подвергли себя жесточайшим мукам — уже здесь, на земле, не говоря о будущем.

диакон Игорь Цуканов
— Программа «Почитаем святых отцов на Радио ВЕРА. Сегодня с нами архимандрит Симеон (Томачинский), доцент Московской духовной академии, и диакон Игорь Цуканов. Мы читаем «Слово святителя Иоанна Златоуста о том, что кто сам себе не вредит, тому никто вредить не может». Следующий отрывок:

«Подлинно, если не богатство и не свобода, и не жизнь в отечестве, и не другое что-нибудь составляет достоинство человека, а добродетели души, то следует, что когда вред касается тех благ, то человеческое достоинство нисколько не терпит вреда. А что, если бы кто-нибудь лишился душевного любомудрия? И в этом случае, получая вред, он терпит его не от другого, а собственно сам от себя. Как скажешь: „сам от себя“? Когда он, испытывая от кого-нибудь бичевание или отнятие имущества, или иное тяжкое притеснение, произнесет богохульное слово, то здесь он терпит вред, и вред весьма великий, но не от притеснителя, а от собственного малодушия».

— Получается, малодушие — это то, что действительно может причинить вред. Когда человек, испытывая земные скорби, малодушно хулит Бога, обвиняет Бога в этом.

архимандрит Симеон (Томачинский)
— Или даже не хулит Бога, а просто ропщет. Это такое обличительное слово, потому что видишь себя в этом состоянии. С нами происходят неприятные события или кто-то выразился некрасиво, и мы начинаем злиться. На Бога мы вряд ли произносим богохульные слова, но если ропщем, то по факту протестуем против Промыслителя нашей жизни. В этом смысле вред, действительно, весьма великий. Потом, бичевание — редко кто нас избивает, отнятие имущества — с нами таких приключений мало происходило, не говоря про Иова, где всё совпало, но хотя бы что-то из этого. Помните, в Великом каноне как раз об Иове говорится: «Душа, ты видела, как Иов благородно себя вел, а что бы с тобой случилось, если бы хотя бы что-то из этого произошло в твоей жизни?» Эти слова Иоанна Златоуста ставят нас на место, показывают, что надо иначе относиться ко всем этим скорбям, испытаниям. Мы не всегда в моменте можем понять, для чего это нужно. Польза в том, что ты просто потерпишь, пусть даже напрасно, пусть это не имеет под собой почвы, но, наверное, это нужно претерпеть. Мы как-то обсуждали слова «подставь другую щеку», в них есть загадка и метафора. Вообще-то, если бьют правой рукой, то бьют по левой щеке; значит, здесь скрывается что-то особенное. Преподобный Амвросий Оптинский замечательно толкует эти слова: если в правом деле, где ты всё делал разумно и хорошо, ты вдруг получил наказание или укоризну, когда не виноват, то подставь левую щеку, в смысле — вспомни свои тайные грешки, которых никто не знает, и скажи себе: «Вот за это я получил».

диакон Игорь Цуканов
— Это как Ефрем Сирин, который попал в тюрьму по ложному навету и воспринял это как достойное по делам его, потому что до этого у него действительно были вещи, в которых он себя обвинял и решил, что вот за это он попал в тюрьму.

архимандрит Симеон (Томачинский)
— А три отрока в пещи: «Согрешихом, беззаконновахом, неправдовахом пред Тобою» — хотя они были праведники, но они себя осудили, и в этой пещи огненной ходили как в прохладном источнике. Неслучайно это поется на 7-й и 8-й песнях канона, этих отроков мы и в другие дни вспоминаем, это нас всю жизнь сопровождает. Признать себя достойным, «достойно по делам моим восприемлю, помяни мя, Господи, во Царствии Твоем», — как разбойник сказал. Но это же труд, нужно себя переформатировать.

диакон Игорь Цуканов
— Это ого-го, какой труд. Хорошо, что мы это читаем Великим постом, потому что расслабляемся, отвыкаем переосмысливать происходящие с нами мелкие зачастую неприятности в этом формате. И слава Богу, что Иоанн Златоуст нам это напоминает, говорит: «делай вот так». Нам это надо постоянно себе напоминать. Я, например, постоянно удручаюсь, когда происходят неприятности.

архимандрит Симеон (Томачинский)
— И я тоже. Мы в какой-то мирской логике мыслим: всё вокруг говорит о том, что надо иметь успех, чтобы тебя одобряли везде, поддерживали, чтобы ты был победителем. Но победитель — это уже в финале, когда все скорби претерпел и «венчает Тот, Кто может увенчивать венцом правды». Текущие неприятности и скорби, когда почитаешь Иоанна Златоуста, понимаешь, что это не только не вред, а большая польза. «Радуйтесь, когда попадаете в искушения различные». Ну и другие цитаты из Священного Писания. (читает цитат):

«Впрочем, хотя бы тысячу раз мы говорили это, плотолюбивые души, любящие житейские удовольствия и пристрастившиеся к настоящим благам, нелегко согласятся оставить эти увядающие цветы — таковы приятности настоящей жизни, и не решатся оставить эти тени. Но даже лучшие из людей стремятся за теми и другими благами, а несчастнейшие и жалкие большей частью гоняются за здешними благами, а за тамошними весьма мало. Для них любезна и вожделенна эта жизнь, исполненная неприятностей и великой горечи, состоящая из бесчисленных зол, опасностей, кровопролитий, пропасти, подводных камней, убийств, страха, трепета, зависти, ненависти, коварства, непрестанных беспокойств и забот, не доставляющих никакой пользы и не приносящих никакого плода от таких бедствий, кроме мучения, наказания и вечного страдания. Несмотря на то что она такова, многим она кажется блаженной и вожделенной».

диакон Игорь Цуканов 
— Вот парадокс такой.

архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да, Иоанн Златоуст умеет, конечно завернуть (смеются), но он абсолютно прав: наша сильная привязанность к земной жизни, хотя она исполнена неприятностей, горечи, превратностей, — казалось бы, посмотри внимательно и оцени, насколько это ценно.

диакон Игорь Цуканов 
— Но человек держится всё-таки за то доброе, что есть в жизни; плохое забывается быстро. Если не случилось совсем большой беды, мы склонны ухватываться за радости этой жизни.

архимандрит Симеон (Томачинский) 
— Я думаю, Иоанн Златоуст не отрицает радости жизни, их тоже надо уметь ценить и благодарить. Судя по его письмам к Олимпиаде, он говорит об этих радостях. Но главная радость — в мире души, в мире совести, в осознании, что идешь путем Божиим. И он обращается к нам непосредственно: «плотолюбивые души, которые полюбили увядающие цветы, вас ждет печальное разочарование». Вообще, он как философ размышляет, неслучайно он получил замечательное образование, и в традиции античных лучших философов говорит, как относиться к земной жизни...

диакон Игорь Цуканов
— ... что земная жизнь — это страдание.

архимандрит Симеон (Томачинский) 
— Никуда не денешься, да.

диакон Игорь Цуканов 
— И дальше он много говорит о богатстве, видимо, потому что стремление к благополучию сидит во всех. И дальше он обличительное слово именно богатству посвящает:

«Почему тебе, человек, богатство кажется драгоценным? Конечно, по удовольствию, получаемому от трапез, по чести и множеству услуг, угождающих тебе за него, потому что ты можешь отмщать оскорбляющим тебя и быть для всех страшным. Других причин представить ты не можешь, кроме удовольствия, лести, страха и мщения. Потому что обыкновенно богатство отнюдь не делает никого ни мудрее, ни целомудреннее, ни смиреннее, ни благоразумнее, не делает ни добрым, ни человеколюбивым и никакой другой добродетели не вселяет и не насаждает в душе. Ты не можешь сказать, чтобы ты искал и желал его по какой-нибудь из этих причин, потому что оно не только не способно насаждать или возвращать что-нибудь доброе, но если даже найдет добро, уже находящееся в человеке, то повреждает, останавливает и иссушает его».

— Богатство человека, в общем, портит — делаем вывод.

архимандрит Симеон (Томачинский)
— Тут мне вспоминается Чичиков, как Гоголь описывает, ради чего он проворачивал свои аферы: ему грезились экипажи, сытные обеды, комфортная, беззаботная жизнь в довольстве. За этим стоит желание денег и приобретения. Мы перед постом смотрели фильм «Власть» о вице-президенте США Дике Чейни (он недавно умер). Вот человек, который поставил целью богатство и власть, поскольку власть приносила деньги. Он любил семью, но выстроил все так, что был всевластен больше президента. И вот эта операция в Ираке, его бомбардировка только ради того, чтобы нефть распределить и получать оттуда все дивиденды. Просто ради этого были уничтожены сотни тысяч, если не миллионы людей, и ни стране, ни человечеству это не принесло, естественно, никакой пользы. И финал его жизни смотришь — ради чего это все? Да, он имел беспрецедентную власть в американской истории, но что, он это с собой в гроб взял? Человек он по-своему одаренный, но к чему приводит богатство: он просто по головам, по трупам идет миллионов людей, ввергая целые народы в войны, чтобы отхватить себе кусок нефтяного пирога.

диакон Игорь Цуканов
— Да, трудно богатому войти в Царствие Небесное, как говорит Спаситель.

архимандрит Симеон (Томачинский)
— Несомненно. (читает цитату):

«Но богатство, скажешь, доставляет уважение имеющим его и удобство мстить врагам. Итак, потому, скажи мне, богатство кажется любезным и вожделенным для вас, что оно питает в нас сильнейшие страсти, приводит в действие гнев, поднимает славолюбие до высочайшей степени, надмевает и доводит до безумия? Но потому особенно и нужно, не оглядываясь, бежать от него, что оно вселяет в ум наш диких и свирепых зверей, лишает истинного уважения у всех, а доставляет обманутым иного рода уважение, подкрашенное только его красками, и заставляет считать это уважение истинным, хотя оно только по виду кажется таким. Не смотри же на похвалы, произносимые открыто из страха и ласкательства: это краски и прикрасы. Но вникни в совесть каждого, кто так льстит тебе, и увидишь тысячи обвинителей, которые внутренне говорят против тебя, отвращаются и ненавидят тебя более, нежели злые враги, осыпают тебя в мыслях своих бесчисленными злословиями и желают видеть тебя в крайних бедствиях. И ничто не доставляет такого уважения, какое доставляет добродетель, — уважение невынужденное, уважение непритворное и неприкрытое какой-либо маской обмана, но истинное, искреннее и неизменяемое никакими трудными обстоятельствами».

— Действительно, добродетельный, смиренный человек даже у людей далеких от Церкви, от веры вызывает уважение, почет и тепло. Его помнят, любят, и это не меняется, что бы ни происходило. А внешнее подчас уважение к богатым и сильным мира сего, во-первых, легко меняется на противоположное, когда человека свергают с пьедестала, а во-вторых, чаще всего оно притворное, льстивое, неискреннее. Что тебе толку, когда тебя проклинают тысячи вдов и обиженных тобой людей? В том смысле глубоко копает Иоанн Златоуст.

диакон Игорь Цуканов
— Мне кажется, он ещё четко даёт понять, что дело даже не в богатстве как таковом, а в том, ради чего человек стремится к этому богатству. То есть он же исследует эту мотивацию как раз: чем тебе богатство так вожделенно, человек? Иов тоже был богат, но богатство его не испортило, не сделало злым.

архимандрит Симеон (Томачинский)
— Как в Псалтири: «Богатство аще течёт, не прилагайте сердца».

диакон Игорь Цуканов 
— Да, да. Пускай себе течёт.

архимандрит Симеон (Томачинский) 
— Кроме того, он говорит, что богатство не только не приносит пользы, но может приносить и величайший вред, потому что питает сильнейшие страсти. И слава Богу, что мы с вами не богатеи: уж как бы мы себя повели — это очень большой вопрос. Когда понимаешь, что почти всесилен, что у тебя многие финансовые инструменты в руках, с этим мало кто может совладать и поставить их на службу человечеству. Если посмотреть сводки, что творят богатые мира сего, в какую пучину безумия они погрузились, какими человеконенавистническими идеями обуреваются — это же жуть просто. Попробуй, совладай с богатством: оно становится господином и делает рабом своим человека, питает гнев, славолюбие, надмение.

диакон Игорь Цуканов 
— И, конечно, гордость. Возникает такой комплекс Бога у человека богатого, что он может воротить такие дела, которые только Бог под силу.

архимандрит Симеон (Томачинский) 
— Да: «я же сам всё заработал, поэтому теперь и буду рулить человечеством». Это жуткое искушение, конечно. Недаром Иоанн Златоуст так много говорит слов против богатства, он не столько осуждает, сколько призывает к трезвенности, к пониманию того, насколько оно страшно и разрушительно для души может быть.

диакон Игорь Цуканов (читает цитату):

«Но бедность, скажешь, производит скорби, часто вынуждает произносить богохульные слова и решаться на низкие дела. Нет, не бедность, а малодушие. Так и Лазарь был беден, и весьма беден, к бедности присоединялась болезнь, которая, будучи горше всякой бедности, делала эту бедность еще несноснее. Тунеядцы и льстецы лопались от пресыщения, а бедняк, столь бедный и столь много страдавший, не получал даже крупиц от трапезы при всем своем желании, и однако все это нисколько не причинило ему вреда. Он не выразил негодования, не произнес богохульного слова, но как золото, очищаясь в сильнейшем огне, более светлеет, так и он, объятый страданиями, стоял выше всего — и страстей, и происходящих отсюда многих огорчений. Видишь ли, что кто сам себе не делает вреда, тот не терпит ничего худого, хотя бы все оскорбляли его».

— Святитель важный здесь момент затрагивает о том, что бедность сама по себе добродетелью не является, она может человека точно также искушать, как искушает человека богатство, потому что возникает риск малодушного роптания на Бога.

архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да, вот это прекрасное слово «малодушие» как раз отображает греховное и трагическое состояние человека. Не сама по себе бедность, а малодушие — ропот, недовольство, весь комплекс размышлений, с этим связанных. Понятно, что Иоанн Златоуст дает здесь своего рода конспект своих идей. Про Лазаря у него целый цикл, а здесь вывод из тех размышлений его замечательных. И кто-то может спросить: а откуда видно, что Лазарь не роптал? Иоанн Златоуст объясняет, просто требуется длительное размышление. Конечно, мужество души Лазаря заслуживает уважения. Он желал насытиться крохами, падающими от трапезы богача; он не выходил с плакатом «Долой богатых!», не устраивал скандалов, сцен, вёл себя скромно и смиренно. Также, как и другой расслабленный, который 38 лет лежал: когда Господь спрашивает его, почему он так долго тут лежит, он отвечает: «Нет человека, который взял бы меня». Он не сказал: «Ты что пристаешь с вопросами? Никто мне не может помочь, все меня бросили!» Вот примерно так же и здесь, кротость души проявляется в действиях: терпеливость и благодушие сопутствовали им в их страданиях. В этом смысле и бедность, и богатство могут быть одинаково опасны, но могут приносить пользу при правильном отношении к ним.

диакон Игорь Цуканов
— Да. И особенно подкупает личный пример святителя Иоанна Златоуста. Как о Христе мы говорим, что Он не просто учил благочестию, но Сам Своей жизнью исполнил то, о чем говорил. И Иоанн Златоуст в своей мере показал, что не нужно соблазняться земными неурядицами, но заботиться о главном — сохранить христианское достоинство, добродетельную жизнь и истинную веру, и на своем примере, что это совершенно возможно. Сколько он терпел неприятностей, несправедливых обвинений, злословий, и этот Собор «Под дубом» осудил его, то есть его Церковь осудил тогдашняя, он от своих собратьев потерпел. Ладно, от императрицы, но даже и от собратьев. И здоровье у него было слабое, он довел себя постами (желудок болезненный был). И когда он путешествовал под стражей в ссылку, попадал в штормы, терпел.

архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да, ужасно там всё было. Конечно, если бы он только говорил только правильные возвышенные слова, а в жизни вел себя иначе, то это не вызывало бы отклика в душе, а тут за каждым словом стоит его жизнь, убежденность, вера, которую он проявил в полной мере. «Слава Богу за всё», это его любимые слова, с которыми он окончил жизнь. И это лучшее лекарство от всех неприятностей и скорбей этого мира: слава Богу за всё.

диакон Игорь Цуканов 
— Великим постом часто умножаются разные неприятности, и я очень рад, что мы почитали это «Слово», но не дочитали до самого конца, поэтому желающие могут взять его и дочитать самостоятельно, это принесет большую пользу.

архимандрит Симеон (Томачинский)
— Святитель Иоанн Златоуст — совершенно замечательный автор, читать его одно удовольствие и польза для души.

диакон Игорь Цуканов
— Спасибо огромное, дорогой отец Симеон. Напоминаем, друзья, что сегодня мы читали святителя Иоанна Златоуста, его «Слово о том, что кто сам себе не вредит, тому никто вредить не может», вместе с архимандритом Симеоном (Томачинским), доцентом Московской духовной академии, преподавателем, в том числе, литературы, как вы могли обратить внимание: отец Симеон часто приводит примеры из художественной литературы, очень уместные и яркие, говоря о тех или иных духовных реалиях нашей жизни. Спасибо вам за то, что были с нами. Будем надеяться, что услышимся через неделю.

архимандрит Симеон (Томачинский)
— Спасибо, Господи. До свидания, с Богом.

диакон Игорь Цуканов
— С Богом, всего доброго.

---

Все выпуски программы Почитаем святых отцов

• «Паисий Святогорец о действии страстей в человеке». Архимандрит Симеон (Томачинский)
• «Крест Христов». Священник Анатолий Главацкий
• «Духовные ориентиры». Священник Анатолий Главацкий