«Свет во тьме». Владимир Сипкин

Гостем программы «Вечер воскресенья» был президент Всероссийского общества слепых Владимир Сипкин.

Мы говорили с нашим гостем о жизни незрячих людей в современном мире, об отношении к ним общества и о том, как укрепляет и помогает вера в Бога, когда приходится постоянно пребывать в полной темноте.

---

М. Борисова

— «Вечер воскресенья» на Радио ВЕРА, здравствуйте, дорогие друзья! В студии Марина Борисова и сегодня этот час воскресного вечера с нами проведет президент Всероссийского общества слепых Владимир Васильевич Сипкин.

В. Сипкин

— Здравствуйте, дорогие слушатели.

М. Борисова

— Владимир Васильевич, обычно разговор с человеком, относящимся к категории людей с ограниченными возможностями, с первых слов представляет собой определённую трудность. Начинаешь думать: ну как заговорить о каких-то вещах деликатных? Но, вы знаете, я вспомнила, когда готовилась к нашей встрече, о том, что у меня была врождённая близорукость, но очки мне прописали только где-то в седьмом классе. А до этого я жила в таком удивительном мире, где всё было не так: были размыты все границы, было огромное, не вмещающееся в глаза солнце, были какие-то удивительные, сказочные фонари, я уже не говорю про деревья, каких размеров были листья, всё было какое-то удивительное. И вдруг в седьмом классе мне прописали очки, я их надела и пришла в ужас. Мне так не понравился мир, который я увидела! Вот что отличает человека, у которого внутри свой мир, и он может в какой-то степени быть сотворцом, потому что внутри себя ты тоже участвуешь в творении мира?

В. Сипкин

— Вы знаете, Марина, я хотел бы сказать, что я вас очень понимаю, потому что я прошёл все стадии слабовидения и в итоге полная слепота, тотальная слепота, когда не видишь ни дня, ни ночи, то есть ощущения света уже нет. Ты живёшь в своём пространстве и мире на вытянутой руке. Вот весь мир — это вытянутая рука или трость, которая в ней. Я вас слушал и вспоминал свои ощущения, когда сам был слабовидящим, и я понимаю вас и ваши те переживания. И главное, наверное, что, когда человек был с плохим зрением или с потерей зрения, и ему его вернули, и приходится начинать жить заново, как и с учётом потери зрения. Потому что, если человек потерял зрение, нужно учиться всему заново, от элементарных каких-то навыков ухода за собой до, в общем-то, ощущения мира и освоения каких-то информационных проблем, потому что главное для незрячих и слабовидящих — это информация.

М. Борисова

— Но сейчас есть масса возможностей получать информацию в любых форматах. Мне кажется, что по сравнению с тем, что было хотя бы несколько десятилетий назад, сейчас в этом плане стало жить легче людям, которые не видят.

В. Сипкин

— Вот вы сказали несколько десятилетий, я вам могу сказать, Всероссийское общество слепых — это столетняя организация, единственная некоммерческая организация, награжденная государственной наградой ордена Трудового Красного Знамени, на наше пятидесятилетие нам был вручен этот орден. Мы в своё время реализовали все свои возможности в Советском Союзе, это был лучший всемирный реабилитационный проект. Руководитель нашей организации Борис Владимирович Зимин был тогда, в советское время, президентом Всемирного совета по благосостоянию слепых, и это очень интересная организация. У нас есть свои континентальные организации: Европейский союз, Азиатский, Тихоокеанский, Африканский союз слепых, Американский, Австралийский, Новая Зеландия. Поэтому слепые — это те люди, которые очень организованны в связи со своим недугом, и они стараются активно общаться между собой прежде всего, ну и, конечно, с людьми, которые их окружают, с миром.

М. Борисова

— Как общаться с миром и как входить в активную жизнь этого самого мира, который не очень приспособлен не только к включению в себя людей с ограниченным зрением, но и вообще любых людей с ограниченными возможностями? Есть очень немного стран, которые, можно сказать, ориентированы на то, чтобы включить людей с ограниченными возможностями в активную жизнь, а так иногда думаешь, как же они вообще в нашей действительности уживаются?

В. Сипкин

— Вы знаете, я вам могу сказать, что за последние годы и вообще за время существования нашей организации Всероссийского общества слепых, мы сделали очень много. У нас есть свой Центр реабилитации слепых, в котором поздно ослепшие, люди, у которых есть проблемы с ориентированием и с другими моментами, могут пройти курсы элементарной реабилитации. Это сейчас, кстати, для пострадавших людей на СВО очень нужно и необходимо, и мы этим занимаемся. Есть у нас школа собак-проводников, которую мы тоже создали, ей много десятилетий уже, у нас отработаны методики. Ну и мы, естественно, не только даем знание в элементарной реабилитации, то есть адаптации в пространстве, в обществе, обслуживании, даже элементарно налить воды, жидкость какую-то налить в стакан — это все проблема для нас. Но мы этому учим всему, и женщины хозяйничают на кухне, готовят салаты и все остальное, и варят супы ничем не хуже, чем те самые зрячие их подруги, которые всегда этому удивляются, как быстро и все довольно хорошо получается. Поэтому я могу сказать, что благодаря вот этой системе, которую мы создали во Всероссийском обществе слепых, люди могут адаптироваться. Нам очень большой урок преподала война 1941–1945 года, 80-летие которой мы отмечаем. И у нас фестиваль «Салют Победы» идет по всей России, практически от Сахалина до Калининграда, по всем регионам, и люди слепые приветствуют эту Победу, приветствуют участников СВО, которым мы сегодня помогаем благодаря тому, что в свое время были заложены хорошие основы, фундаменты вот этой работы, которая совместно с государством решает все проблемы тех людей, которые попали к нам. Естественно, и способности людей разные, кому-то один курс нужен, кому-то несколько курсов. Мы обучаем владению современными гаджетами, в том числе и сенсорными, конечно, компьютер, интернет, все эти вопросы. Ну и профессиональная какая-то реабилитация: навыки, обработка дерева вслепую, прекрасные изделия у нас в центре реабилитации, мы их показываем. У нас очень много незрячих бондарей по России, которые занимаются бондарным искусством, готовят прекрасные различные бондарные изделия. На наших выставках они всегда показываются, и люди просто поражаются, что человек незрячий делал такие вещи своими руками. Также женщины плетут макраме, вяжут прекрасно, бисероплетение, очень много различных навыков. Ну и компьютер, который дает возможности нашим людям интеллектуального труда работать и учиться. У нас сегодня есть возможность учиться, получать вторую специальность, если первая специальность несовместима со слепотой и, естественно, люди стараются этим воспользоваться. Это бесплатное обучение, так Государственная Дума решила. По программе «Доступная среда» есть проекты, и мы в них принимаем участие. Совместно с Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации, с региональными министерствами различными, с регионами работаем. Ну а про доступность аэропортов я могу сказать, что мы с Внуково подписали недавно соглашение и с собаками-проводниками наши люди летают, и в случае аварийной ситуации спускались по шторм-трапам с собачкой-проводником и, слава богу, мы взаимодействуем. К нам с пониманием относятся, и в аэропортах специальные службы созданы, и на вокзалах РЖД. Доступность изменилась очень сильно для людей, не только незрячих, но и для всех: специальное купе, вагоны для колясочников есть, так что все вопросы решаются.

М. Борисова

— Президент Всероссийского общества слепых Владимир Васильевич Сипкин проводит с нами сегодня этот воскресный вечер. Владимир Васильевич, вот когда Господь чего-то человека лишает, Он, как правило, открывает ему какие-то другие возможности, другие двери. Что происходит с человеком, который лишается зрения, какие ресурсы начинают действовать в нем, что нового он открывает в себе и в мире вокруг?

В. Сипкин

— Много по этому поводу идет разговоров, что усиливаются сенсорные функции организма: обоняние, слух, тактильность. Наверное, это так. Но для поздно ослепших людей, которые ослепли уже в зрелом возрасте, допустим, после сорока лет, как правило, это не особо заметно. Это индивидуально для каждого человека. Когда мы включаем голосовой помощник в телефоне или компьютере, он очень быстро говорит, и простые люди не понимают, что это такое, многие не воспринимают просто на слух, ну а нам приходится торопиться, потому что слуховая информация медленнее, чем зрительная. И людям просто кажется, что вот сливается все, а человек слепой сидит и разбирается и, в общем-то, понимает, что он делает на компьютере, какие-то вопросы решает. Вы знаете, у нас же были служащие в армии, вот мы в прошлом году в сентябре открыли памятник «Слепой слухач». Было такое устройство — аэрофон, это еще с Первой мировой войны, когда человека сажали, ставили специальные рупоры, создавали возможность усиления слуха, и они прослушивали небо. В блокадном Ленинграде у нас служили незрячие на этих установках в армии, это официально было, и вот мы им поставили памятник в Санкт-Петербурге в прошлом году. Он стал символом того, что слепые всегда служили и помогали Государству. Мы же непростая организация, у нас незрячие помогают тем, кому стало трудно вот именно из-за зрения, поэтому мы и работаем так.

М. Борисова

— На вашей памяти есть какие-то случаи, когда человек, потеряв зрение, вдруг открыл какие-то таланты в себе, которых раньше не замечал? Ну, скажем, активный человек, у него была сфера деятельности, связанная с большой реализацией в физических занятиях, и когда он лишился этой возможности, у него появилось пространство и время для того, чтобы реализовать какие-то таланты, которые он сам не замечал в себе до этого.

В. Сипкин

— Вы знаете, Марина, такое действительно бывает у многих. У нас есть инвалиды армии, вот у нас есть капитан Кирсанов, награжденный орденом Мужества, который закрыл от гранаты собой солдат, и он поёт, открылся такой талант, вот вам прямо сегодняшний, свежий пример. А вообще многие люди участвуют в наших социально-культурных мероприятиях, просветительских. У нас в организации периодически проходят массовые мероприятия, там работают люди, то есть они становятся определенными вариантами реабилитологов, которые помогают людям на местах, в их жизни, какие-то вопросы стараются решать и всё остальное. У нас 81 региональная организация и практически во всех регионах России у нас присутствуют наши ячейки, группы, организации местные, которые нацелены на то, чтобы объединить незрячих, проводить с ними определенные виды работ, кому необходимо — помогают и решают все те проблемы и вопросы, которые у человека возникают. Во время мероприятий проявляются песенные навыки и другие таланты. Вот сейчас в Волгограде слепая девочка научилась кататься на коньках и с микрофоном поет, катается на коньках и поет, человек, понимаете? Вот она нашла себя в этом. Что касается физических вариантов, я могу сказать, что у нас очень много спортсменов-паралимпийцев. Есть специальная Международная федерация, которая принимает только представителей таких организаций, как общество слепых. Мы там играем и в шашки, и в шахматы, у нас гроссмейстеры международные и олимпийские чемпионы, так что всё нормально. Люди, которые физически могут заниматься спортом, они занимаются, даже горными лыжами, так что не переживайте. Мы работаем, и биатлон у нас есть специальный: там ультразвуковая специальная винтовка и по звуку человек определяет, попал он или не попал, может целиться и так далее. Так что всё это есть.

М. Борисова

— Владимир Васильевич, звучит это всё очень оптимистично, очень вдохновляюще, но у меня отец за несколько лет до того, как ушёл в мир иной, потерял зрение и потерял слух.

В. Сипкин

— Слепоглухой.

М. Борисова

— Да. И, вы знаете, сказать, что он относился к этому как к трагедии, я не могу, но я видела, что всё вместе, вкупе, на него очень сильно подействовало. И он за несколько лет до ухода реального из этого мира как бы ушёл в какой-то мир в себе.

В. Сипкин

— В свой мир.

М. Борисова

— Да. И когда я слушаю ваши очень такие вдохновляющие рассказы, я думаю, что для многих людей это сложный психологический переход, и, наверное, они нуждаются в помощи.

В. Сипкин

— Да, это точно. У нас есть методика по слепоглухим, очень жаль, что вы не обратились в нашу организацию, мы бы научили его разговаривать на языке слепоглухих, тактильно, пальцами, это всё есть. И более того, он мог бы освоить и компьютерную грамотность, в зависимости, конечно, от тактильности его пальцев. У нас много было очень интересных слепоглухих. Вот Сироткин, Царствие ему Небесное, доктор наук, слепоглухой человек совершенно, который создал у нас внутри такую организацию, как «Эльвира», сегодня этим занимается фонд «Со-единение». И я вам могу сказать, что реально мы с этими людьми всегда работали, трудоустраивали, у нас в советские времена были целые предприятия слепоглухих, именно слепоглухие люди там работали. Сегодня мы ими тоже занимаемся, они у нас на учёте стоят, но в основном работает фонд «Со-единение», и я могу сказать, что эти люди не забыты. Если такая проблема случается, здесь есть один вариант — человек должен перешагнуть определённый барьер общения, выйти из этого своего состояния и пойти. Сегодня у меня очень много примеров с СВО, когда спецназовцы, серьёзные ребята — они боятся, у них есть барьер пространства. Они не боялись смерти в свое время, борясь за Россию, а сегодня боятся поехать куда-то, выйти из дома, чему мы сейчас их обучаем. Те, которые прошли наши школы, например, есть человек у нас, Яковлев, после службы на СВО на левой руке у него один мизинец остался, а правая рука вообще искалечена. Собаку-проводника получил, специальность пасечника освоил в нашем центре реабилитации, купил два гектара земли и, занимается пасекой в Ярославской области. То есть человек живёт, не без помощи зрячих, без этого, наверное, нельзя нам обходиться тоже, но реально вот ситуации такие есть, примеры есть. Но и другие примеры бывают, когда замыкаются в себе, вот это самое страшное. Поэтому мы всегда говорим, что как только это случилось, нужно, чтобы в самое ближайшее время к незрячим попали люди из организации такие же, как они, слепые, которые могли бы их научить, предложить им специальное устройство для чтения, говорящие книги. У нас целое издательство «Логос», которое изготавливает эти аудиокниги, у нас прекрасная библиотека, я вам могу сказать, что столько, сколько читают незрячие, не читает никто. И почему, наверное, интеллектуальные такие возможности у незрячих больше, потому что чтение — это одно из самых важных вариантов нашей реабилитации, мы очень много читаем. Я был на «Рождественских чтениях» в храме Христа Спасителя, и там выступала женщина и рассказала про Лурд, про паломничество. И вот меня заинтересовала книга Эмиля Золя «Лурд», я ее дочитал до конца, сложная такая, очень описательная книга, там как раз пишется про все пороки, болезни общества, которые есть, и у Золя это очень так насыщенно, красочно. Вот я эту книгу завершил недавно буквально и у меня желание появилось съездить в Лурд, увидеть, почувствовать его.

М. Борисова

— Воскресный вечер на Радио ВЕРА продолжается, еще раз здравствуйте, дорогие друзья! В студии Марина Борисова и наш сегодняшний гость, президент Всероссийского общества слепых Владимир Васильевич Сипкин. Владимир Васильевич, вот есть, на мой взгляд, две проблемы, про которые мы слышим очень редко, а уж как их разрешать — еще реже. Проблема номер один: человек слепой живет в семье зрячих, и им тоже нужно научиться, если это не врожденная слепота, если он постепенно терял зрение, и вот случилось то, что случилось, им нужно научиться с ним жить иначе. Кто научит их? И проблема номер два. мне кажется, в том, что все люди разные и все по-разному, с разной силой эмоционального включения переживают такие события в своей жизни, как потеря зрения. Кто может помочь — священник, психолог, может быть, какие-то другие специалисты?

В. Сипкин

— Вы назвали тех главных людей, кто может помочь. Когда возникает эта проблема и в семье, и везде, как правило, с человеком, который не ориентируется еще хорошо в пространстве, должен прийти кто-то из его семьи или какой-то близкий человек. И приходя в наши организации, они видят и понимают, что много таких людей. Вот сидит человек, который работает, который много рассказывает, показывает, говорит все возможные варианты реабилитации, пространственной реабилитации, социальной адаптации этого человека, возможности трудоустройства. У нас же 155 своих предприятий, которые работают в 66 регионах. Мы всю жизнь устраивали, особенно после Великой Отечественной войны практически всех взяли на работу инвалидов по зрению, которые были после той войны. И сегодня у нас появились люди, которые на СВО пострадали и у них не только проблемы со зрением, и другие есть травмы, но мы их берем на работу, мы их принимаем. И в принципе, это инклюзия, которая сегодня в нашем государстве провозглашена как главный вариант, то есть не отдельная нозология, а все нозологии вместе, мы работаем. У нас вступает в силу в 2025 году очень интересный закон по абилитации и реабилитации инвалидов. Это очень большой труд, к которому мы шли десятилетия, но вот сейчас все это сделано, уже принято. Там, наверное, не все очень хорошо, какие-то будут вопросы возникать, которые будет ставить жизнь, но я думаю, что, корректируя, будем делать все лучшее, чтобы инвалиды различных нозологий жили достойно в современном обществе.

М. Борисова

— А все-таки членам семьи как перестроить себя и выстроить новый вариант общения с человеком?

В. Сипкин

— Это только в процессе общения и получения информации, обучения в наших организациях, с психологами работа и, конечно, со священниками. Духовное развитие очень важно. Как правило, у нас многие незрячие —верующие люди. Мы в день рождения батюшки Михаила Потокина подписали соглашение с Синодальным отделом по благотворительности, и, конечно, я его поздравляю с днем рождения и хотелось бы пожелать ему крепкого здоровья и покровительства Божьего в его служении для людей, в том числе и для инвалидов по зрению.

М. Борисова

— Вам доводилось быть в храмах, где есть иконы тактильного плана?

В. Сипкин

— Да, у нас есть такие храмы, мы прекрасно с ними взаимодействуем. Вы знаете, прикосновение к иконам, к священным реликвиям, которые хранятся в храмах, для незрячего очень трепетно, и человек верующий всегда поклонится иконе и к мощам, если его подведут. Мы ходим к Матронушке, слава Богу, нас там без очереди принимают, инвалидов по зрению, и мы кланяемся и матушке Матронушке, и в Свято-Дивеевском монастыре мы бываем. Наши люди там, где есть предприятие, вот в Арзамасе предприятие, там очень много храмов, много тактильных икон. Сегодня Общество слепых готовит очень хороший подарок для Крыма, я секрет открою: мы хотим в Херсонес и везде подарить наборы тактильных икон. Они уже готовы, их решили еще и расписать, чтобы они были не просто тактильные, а были еще и в цвете и показан образ более полный. И, конечно, мы батюшке Тихону Шевкунову обязательно все эти иконы преподнесем, я думаю, что в ближайшее время мы с ним встретимся. Он нас очень хорошо принимает, я был у него на Пасху, он даже пригласил меня в алтарь причаститься, вы знаете, я просто тронут этим человеком. Я бываю на пасхальных и рождественских службах в храме Христа Спасителя, меня все это очень трогает и очень хорошо, что вот так мы живем. Есть монастырь в селе Ташла, это женский монастырь в Самарской области и Ульяновской, там на границе. Мы были там у матушки, и она мне подарила иконы, сейчас я икону Матроны Московской, тактильную, отвезу туда, и обязательно в конце марта преподнесу ее монастырю Ташлинскому.

М. Борисова

— А были ли на вашей памяти люди, которые, потеряв зрение, обратились к Богу и крестились?

В. Сипкин

— Вы знаете, да, такие люди есть. Свой пример могу рассказать: я был крещен в детстве в советские времена, мама была учительница, папа военный. Тогда были проблемы с этим делом, но меня знакомые бабушки отвели в церковь и крестили, то есть я крещен был. Но в церковь я пришел, когда наступила уже тотальная слепота, более серьезно стал молиться, и попала молитва Оптинских старцев ко мне, я ее знаю наизусть, каждый день читаю по утрам, как и «Отче наш», как и «Царю Небесный», «Верую», все эти молитвы я прекрасно знаю и по памяти их читаю всегда. Более того, у меня еще и в телефоне канал «Святая Русь» и другие православные каналы, в том числе и Радио ВЕРА в телеграме находится, так что все есть.

М. Борисова

— Но ведь есть люди с врожденной слепотой, и вот для детей, которые растут в этом мире, где выключен свет, как они взаимодействуют друг с другом, как они учатся, как они ходят или не ходят в церковь?

В. Сипкин

— Вы знаете, здесь один вариант — коррекционные школы, мы с ними взаимодействуем, есть ассоциации руководителей вот таких коррекционных школ, я сам член этой ассоциации. Есть школа для одаренных детей у нас типа «Сириуса» в Москве, мы там бываем, мы разговариваем, чтобы у детей было понимание, как себя дальше в этом мире вести. Ну, а те, кто родился со слепотой, как правило, очень хорошо приспосабливаются, вот они реабилитированы, как правило, на сто процентов, они не боятся пространства, ходят с тростями, причем в одиночку, девочки и мальчики. Какие-то редкие проблемы бывают, когда дополнительно есть заболевание или еще что-то, но эти люди реабилитированы, как никто. Они очень хорошо осваивают рельефно-точечный шрифт Брайля, потому что у них очень чуткие пальцы, вот когда человек от рождения слепой. В свое время в Советском Союзе у нас были детские садики, которые курировало общество слепых, мы огромные деньги туда вкладывали и строили школы, их много построено по России за счет Всероссийского общества слепых. Также построены были семь больниц шестиэтажных, кирпичных, с полным оборудованием, это в 70-е годы было. Ну, и главная веха в медицине, за которую мы боролись, чтобы сохранить наше общество — это академик Святослав Федоров. Мы ему давали очень большие деньги на то, чтобы он реализовал свои проекты и работал, эти деньги были заработаны слепыми на предприятиях Всероссийского общества слепых в советские времена.

М. Борисова

— Президент Всероссийского общества слепых Владимир Васильевич Сипкин проводит с нами сегодня этот воскресный вечер. Владимир Васильевич, есть ведь такая совершенно экстремальная ситуация: есть дети слепоглухонемые, к ним тоже ведь можно найти подход, ими тоже кто-то занимается?

В. Сипкин

— У нас в Сергиевом Посаде есть давнишняя, со старыми значительными методиками школа, сегодня там создали центр Мещерякова реабилитационный, где люди после СВО и слепоглухие проходят реабилитационные моменты. Я уже сказал, что у нас очень сильная методика и специалисты, которые могут обучить именно слепоглухих общаться и работать в интернете с компьютером и все прочее, то есть они не такие сегодня оторванные от мира, как раньше, ими занимаются. Но ими нужно заниматься чем раньше, тем лучше, и, конечно, не вырывать их из контекста общества, общения с людьми и прочее, это серьезный момент. Я уже говорил о фонде «Со-единение», и я очень благодарен Андрею Рэмовичу Белоусову, который вот этой категории людей помогает, и отец Лев в Пучково, у него храм для слепоглухих, и он там занимается этой проблемой очень хорошо.

М. Борисова

— Но, помимо общения с людьми, есть еще общение с другими существами, наполняющими Божий мир. Вы говорили о собаках, это специальные собаки-поводыри...

В. Сипкин

— Проводники, собака-проводник. «Поводырь» — немножко неправильно.

М. Борисова

— Но слепым людям приходится общаться не только с собаками, есть и кошки, есть еще масса всяких живых существ, которые наполняют нашу жизнь, и в общем, мы иногда даже не успеваем фиксировать, то есть мы идем мимо голубей, которые заполонили какую-то площадь, и даже не думаем о том, что они под нашими ногами, потому что мы знаем, что мы их обойдем, и ни мы им не причиним никаких неудобств, ни они нам. Но человек, который их не видит, он так или иначе должен с ними выработать какой-то свой язык общения.

В. Сипкин

— Если человек с тростью, то трость впереди, и, как правило, голуби и другие животные отойдут. Собака-проводник — это особое техническое средство по нашему законодательству Российской Федерации, реально это то, что помогает слепому человеку начать чувствовать свободу. То есть это высшая степень реабилитации незрячего, когда он может сам с собакой выйти из дома, пойти по определенным маршрутам, потому что с собачкой нарабатывается маршрут: магазин, аптека, дом и все остальное. Она идет, она показывает определенные знаки, к которым человек должен подойти и понять, что они идут правильно, это может быть столб, какие-то другие варианты. Собачка ведет, она обводит лужи, открытые колодцы, человек может даже этого и не знать, она не реагирует ни на животных, ни на птиц, ни на кошек. Собака служит человеку очень преданно и, наверное, в этом есть какое-то Божественное провидение, вот именно служба. Как Богу человек должен служить, так эта собака служит человеку слепому, как определенному богу, потому что она с ним рядом и они, как правило, живут очень тесно. И, когда с собакой какие-то проблемы, человеку очень сложно с ней расстаться и получить другую собаку, потому что собаки долго не живут, у них очень высокая нервная деятельность, они изнашиваются очень сильно, как правило, собаки-проводники, и не должны ни на что отвлекаться, а вести человека, показать ему и вверху какое-то препятствие, то есть остановиться, чтобы он пощупал тростью, посмотрел, что там перед ним, и внизу, там барьеры какие-то, ямы, лужи и прочее, чтобы человек мог понять, что перед ним и тогда скомандовать собаке. Она его заводит в транспорт, сегодня эти собаки натренированы ходить по эскалаторам. Поэтому те люди, которые хотят быть очень свободными, склоняются к собакам. Собака — это член семьи, это очень серьезная работа, это очень много хлопот, проблем, это и корма специальные, но многие люди пользуются этими собаками, получая очень высокую степень свободы передвижения в своем пространстве.

М. Борисова

— Но ведь это не только функциональное какое-то добавление к твоей жизни, это же друг человека.

В. Сипкин

— Конечно, это энергетика, они очень друг друга понимают, и собачка приносит там чашечку, если она захотела попить, и еще какие-то моменты, то есть у них взаимопонимание просто колоссальное. У нас есть специальные конкурсы, которые проводятся в нашей школе собак-проводников в Подмосковье, мы выпускаем где-то семьдесят таких собачек в год, в этом году шестьдесят, это впервые так. А двести с лишним человек стоят в очереди в социальном фонде на получение такой собаки, то есть реально надо расширять школу, реально надо помогать. Представителям с СВО мы предоставляем собачек вне очереди, конечно, вы сами понимаете. Но здесь нужна психология еще, то есть человек должен с собакой психологически совпасть, энергетически. Если собака мощная, а человек маленький, ему будет сложно с ней ходить, тут подбирается все под левую, под правую руку, там очень много тонкостей. Кстати, вот отец Михаил Потокин у нас был со своими послушницами, он сам ходил с собакой и говорит: «Я, когда глаза закрыл и повернулся, я потерялся, а собака меня ведет и я уже понял, как надо идти, но я понял, что такое слепота». Вот он у нас был в школе собак-проводников, есть хороший репортаж, у него было море эмоций. Отец Михаил нам помогает с ветеринарной службой, у них хорошие отношения. У него храм в честь святых мучеников Флора и Лавра, и он сказал, что обязательно мы сойдемся в том плане, что средства, которые выделяются на собаку, сегодня недостаточны, чтобы ее в полной мере содержать, то есть выросли цены на корма и все остальное, а деньги остались еще тех времен, как 15–20 лет назад. Поэтому человек, у которого собака-проводник, есть проблема финансовых возможностей.

М. Борисова

— Но ведь собака — это не только необходимость ее кормить, ее надо выгуливать, ее надо периодически, даже если она здорова, показывать ветеринару, то есть масса необходимого для самой собаки. Если она живет вдвоем с незрячим человеком, ему, наверное, это все сложно очень.

В. Сипкин

— Сложно, но люди идут на это для того, чтобы быть свободными и, конечно, наши организации стараются им помочь. Во многих регионах есть такая помощь. Но реально пока эта сумма индексируется только на уровне инфляции, она невелика, ее надо увеличивать как минимум в три раза для того, чтобы полностью закрыть все проблемы, которые существуют с собаками. Вот в Москве, это еще было принято при градоначальнике Лужкове, есть постановление, по которому ветеринарное обслуживание бесплатное, это уже много значит, и есть ряд регионов, которые принимают аналогичные документы или материальную помощь выделяют инвалидам по зрению, которые имеют собак-проводников.

М. Борисова

— Ну, с собаками более-менее разобрались, а что делать с кошками?

В. Сипкин

— Ну, вы знаете, кошка — это очень индивидуальное животное, она гуляет сама по себе. Я вот на своем опыте знаю, когда я прихожу в дом, где есть кошка, сижу в кресле и, как правило, она залезает сзади и ложится возле моей головы, она чувствует, видимо, мои проблемы со зрением. Конечно, кошки умеют ласкаться, с ними приятно жить тем, кто их любит, кто к ним питает какие-то чувства и прочее. Это, наверное, скрашивает моменты одиночества, когда что-то живое рядом, теплое, замечательное, прекрасное.

М. Борисова

— Ну, кроме того, что это живое и теплое, его же еще нужно обихаживать, с ним нужно как-то общаться.

В. Сипкин

— Сейчас очень много различных средств, и я думаю, что незрячий человек, при определенном понимании своей ситуации, спокойно может ухаживать и за кошкой, готовить и корма какие-то для нее покупать. Это не такие проблемные сегодня варианты.

М. Борисова

— Вы много говорили о том, что незрячих людей много на производстве, а какие направления?

В. Сипкин

— У нас самый такой мощный кластер промышленности Всероссийского общества слепых — это автопроводка, то есть все провода, которые есть в автомобилях. Они называются жгуты и, как правило, собираются вручную, мы их можем изготавливать и нашим людям здесь есть возможность работать. Также проверка целостности цепей, там очень много специальностей, на которых заняты именно незрячие. Это сложилось еще в советские времена, во всех практически наших отечественных автомобилях проводка была сделана руками незрячих. Это и ГАЗ, и ВАЗ, и Урал, и грузовые автомобили. Сегодня мы также работаем и с «КАМАзом», и с «ВАЗом», и с «ГАЗом», взаимодействие идет довольно конкретное, четкое, и наши предприятия поставляют свою продукцию прямо на конвейеры этих предприятий. Научились работать, как современные хорошие организации. Когда-то в начале 90-х, учитывая большое количество имущества у Всероссийского общества слепых, было очень много людей, которые бы хотели, так сказать, это имущество получить. Попытки эти не закончились, они и сейчас бывают, когда, не очень понимая, что такое Всероссийское общество слепых, начинаются какие-то там вопросы, мы стараемся в юридическом плане все это решить. У нас нет хозяев на наших предприятиях, но есть наши наемные директора, и у нас учредитель — Всероссийское общество слепых, других учредителей для наших предприятий нет. И там, где работают незрячие, много лет назад уже были подготовлены места по программе «Доступная среда», и специальные рабочие места, это все сделано, и, главное — люди, которые умеют работать с незрячими.

М. Борисова

— Это удивительно все, что вы рассказываете, потому что, когда сам непосредственно в своей жизни не сталкиваешься с людьми с такими проблемами, кажется, что совершенно невозможно себе представить современную сумасшедшую по ритму жизнь, перенасыщенную всевозможными информационными полями, и как человек, лишенный зрения, может в ней адаптироваться. Но, слушая вас, как-то пропитываешься оптимизмом, и я думаю, что с Божьей помощью и с помощью Всероссийского общества слепых очень даже это все возможно, и возможно жить полноценной жизнью, несмотря ни на какие недуги.

В. Сипкин

— Вы знаете, это действительно так. Чтобы адаптироваться в этой жизни, понять ее, у нас очень много различных мероприятий. Вот я вам уже сказал про фестиваль «Салют Победы», мы его проводим с 90-го года. Это вся Россия, то есть люди готовятся, проводят репетиции, поют, представляют свое искусство. Вот у нас 22 марта прошел финал фестиваля «Салют Победы» Всероссийского общества слепых, 29 марта у нас будет Ульяновск, тоже финал, и Красноярск 5 апреля, то есть мы по трем регионам специально собираем все регионы Сибири и Дальнего Востока, Приволжский округ, Уральский округ, Центральный округ, Северо-Западный округ, все округа федеральные, которые имеют своих полномочных представителей. Ну и 21 марта мы возложили цветы к «Могиле Неизвестного Солдата» в Александровском саду, мы очень благодарны комендатуре Кремля, всем административным органам, которые разрешили нам провести эту очень важную патриотическую акцию.

М. Борисова

— Спасибо огромное за эту беседу. Президент Всероссийского общества слепых Владимир Васильевич Сипкин был сегодня с нами в этот воскресный вечер. С вами была Марина Борисова, до свидания, до новых встреч.

В. Сипкин

— Всего доброго, до свидания, спасибо вам, готов всегда встречаться.

---

Все выпуски программы: Вечер Воскресенья

• «Рождественский свет в кино». Наталья Кононенко, Наталья Березовая
• «Паломничества в современной России». Юрий Минулин
• «Путь иконописца». Александр Чашкин