Поделиться
Алла Митрофанова
Рубрика «Дневник наблюдений» в этом выпуске «Журнала» была посвящена присутствию в программе 43-го Московского международного кинофестиваля фильмов православной тематики.
Речь шла о лентах:
- художественный фильм Елены Попович «Человек Божий» о святителе Нектарии Эгинском;
- документальный фильм Юлии Бочаровой «Ласточки Христовы» о православии в Сербии и Черногории;
- два документальных фильма режиссера Андрея Андреева о православных приходах, в создании и жизни которых принимает непосредственное участие архимандрит Амвросий (Макар). «Пастыри. Варезе» - о храме святого благоверного князя Александра Невского в городе Варезе в Северной Италии – о его прихожанах и настоятеле священнике Владимире Хоменко. И фильм «Пастыри. Сардиния» - о приходе в честь преподобного Саввы Освященного в городе Кальяри, о служении его настоятеля священника Николая Вольского и о других православных приходах Сардинии.
А. Митрофанова
– В этом году примечательное явление было на Московском международном кинофестивале, который, кстати, вот на прошлой неделе завершился. В разных программах фестиваля были показаны фильмы не просто христианского содержания, а впрямую говорящие о православных пастырях, о людях, для которых главное в жизни это свидетельство о Христе – это и продолжение документального цикла Андрея Андреева «Пастыри» (об одном из фильмов этого цикла мы уже говорили у нас в эфире), это и картина «Человек Божий», которая получила, кстати, ни много ни мало приз зрительских симпатий Московского кинофестиваля, то есть зрители именно этот фильм выбрали как лучший. О чем это говорит?
На связи с нами как раз сейчас одна из первых зрительниц картины, наша коллега (она и сама снимает прекрасные истории о людях, которым, ну что называется, мало жить только в горизонтальном измерении) – журналист, продюсер, автор и ведущая программы «В поисках Бога» на телеканале «Спас», Наталья Смирнова. Наташа, добрый вечер. Христос воскресе!
Н. Смирнова
– Воистину воскресе! Алла, добрый вечер. Ну вообще надо сказать, что было сначала удивление, когда я, в принципе, посмотрела программу фестиваля и увидела вот там этот фильм – фильм явно религиозный, христианский, фильм явно православный. И это было первое вообще удивление о том, как он попал на такого уровня фестиваль. Потому что ну, честно сказать, когда мы вообще в последний раз видели православное кино на таких огромных и серьезных кинофестивалях? Вот лично я такого не помню. И для меня это было первым открытием. Приятно удивило, вот когда я пришла на этот кинофестиваль (просто поделюсь своими эмоциями), приятно удивили священники, монахи в фойе кинотеатра. Было такое ощущение, что ты словно попал на телеканал «Спас», где мы каждый день встречаем наших батюшек, и это было вдвойне приятно. Ну и самое большое впечатление это, конечно, произвел сам фильм, потому что это была такая встреча с настоящим кино. Я проплакала полфильма, и на следующий день, и через день, каждый раз, когда я возвращалась к этому кино, ну слезы накатывали. И я задавала себе вопрос: ну в чем секрет этого фильма, что так зацепило? Что это, игра главного героя? Или это такой режиссерский замысел, что режиссер решил не рассказывать там детство будущего святого, он решил сразу начать с главного – с трагического, с драматического этапа в жизни святителя Нектария Эгинского? Или это все вместе, или вот это евангельский эпизод, евангельский сюжет о предательстве, забвении? И каждый раз, когда я себе задавала этот вопрос и спрашивала себя: а почему, например, я так не рыдаю над Евангелием, в чем соль? И вот я понимаю, что вот это и есть встреча с настоящим кино, живым кино, сострадательным кино, которого сейчас нам всем так не хватает. Потому что ну это сейчас редко, и несмотря на то, что ты часто смотришь, отслеживаешь какие-то новинки, такого эффекта, таких слез у меня давно не было. Потому что действительно православное кино, его нет на большом экране и это большая редкость. И от этого действительно такая большая пасхальная радость, от того, что такое кино наконец-то появилось. Я знаю также, что в основном конкурсе фестиваля участвовал документальный фильм наших коллег – Александра Матросова, Юлии Бочаровой – это «Ласточки Христовы». Ну, к сожалению, он не победил, но тем не менее то, что это кино уже тоже присутствует и попало в основной конкурс, это ну вдвойне приятно. Поэтому у меня очень большая радость, потрясение, скажем так, оттого что это кино появилось у нас сейчас. Я надеюсь, что такого кино будет больше.
А. Митрофанова
– Наташа, а как зрители реагируют в зале на подобные картины? Вот и фильм «Человек Божий», и фильм «Пастыри» – для нас это естественно, такой контент – часть нашей жизни. Для очень многих, кто приходит на фестивальные показы, это кино совершенно нетрадиционное, как оно воспринимается?
Н. Смирнова
– Да, понятное дело, что это абсолютно нестандартные картины, зритель к нему не привык, к сожалению. Но очень многие делились впечатлениями, когда выходили и говорили, что вы знаете, мы плакали, мы давно не видели этого кино. И на самом деле вопрос даже не в том, что понятно, оно религиозное, да, понятно, оно православное, но по сути это просто очень хорошее кино. Просто хорошее кино, оно о всех нас – о человеческих страданиях, о предательстве, о том, что мы все можем когда-то пережить такую ситуацию. И когда я смотрела кино, ну действительно я ловила себя на мысли: ну вот же, вот же это и у меня в жизни было, и я тоже с этим сталкивалась. То есть это кино, которое цепляет каждого, потому что оно затрагивает человеческие, общечеловеческие проблемы – любовь, предательство, изгнание.
А. Митрофанова
– Мы знаем, что у кинофестивалей есть особенность, особенно у крупных кинофестивалей – туда собираются картины, аккумулируются там определенные смыслы и темы, которые разные режиссеры, в разных точках мира, не сговариваясь, отмечают для себя как наиболее острые что ли, те темы, о которых именно им, авторам, важно в данный момент в своей жизни поразмышлять. И когда разные авторы из разных стран приезжают в одно место и смотрят картины друг друга, то нередко так бывает, выясняется, что самых разных людей, оказывается, волнуют схожие темы. На фестивалях, таким образом, смысловые тренды можно выявлять. И то что вот в Московском кинофестивале нынешнего года сразу несколько картин содержания откровенно христианского и более того, связанного именно с православным христианством, и как ты говоришь, там размышления не столько связанные с обрядовой стороной православия, сколько с содержанием, с самой сутью нашей жизни, то есть с отношениями человека и Бога – наверное, это тоже такая тенденция, нам все-таки важно стало в какой-то момент в глубину посмотреть.
Н. Смирнова
– Ты знаешь, я не видела, к сожалению, других картин, но могу сказать лишь, что это здорово, да, что и режиссеры выявили какой-то общий тренд, и почувствовали общую тенденцию к тому, что вообще надо говорить о добре, о человеческих ценностях, о том что важно друг для друга, о том что, в принципе, уже хватит снимать ну просто какой-то трэш, в жизни есть намного более важные вещи, о которых вообще-то нужно говорить и по которым зрители уже просто очень соскучились. Вот хлеб насущный, это просто сейчас духовная пища, которой так не хватает и которой очень уже хочется. Очень хорошо бы, если бы такого кино становилось все больше. Я не знаю, тенденция ли это или нет, но то что уже две-три картины, они есть на этом кинофестивале, это здорово.
А. Митрофанова
– Наташа, спасибо большое за комментарий, за твое зрительское впечатление, которым ты с нами поделилась. И, конечно, очень хочется, чтобы таких картин в нашей жизни становилось больше.
Н. Смирнова
– Спасибо огромное.
А. Митрофанова
– Журналист, продюсер, автор и ведущая программы «В поисках Бога» на телеканал «Спас», Наталья Смирнова была с нами на связи. Вы слушаете радио «Вера», в эфире наш еженедельный журнал.
Послание к Филиппийцам святого апостола Павла
Поделиться
Рембранд. «Апостол Павел в темнице». 1629
Флп., 245 зач., III, 8-19
Комментирует священник Стефан Домусчи.
Здравствуйте, дорогие радиослушатели! С вами доцент МДА, священник Стефан Домусчи. Порой в храмах можно услышать проповеди, как кажется, просто диаметрально противоположные. Первые говорят о Божией любви, которая изливается на род человеческий в воплощении Сына Божьего. Вторые говорят о необходимости приложения усилий ради того, чтобы соединиться с Ним. Но так ли на самом деле эти тезисы противоречивы? Ответить на этот вопрос нам помогает отрывок из 3-й главы послания апостола Павла к Филиппийцам, который звучит сегодня в храмах во время богослужения. Давайте его послушаем.
Глава 3.
8 Да и все почитаю тщетою ради превосходства познания Христа Иисуса, Господа моего: для Него я от всего отказался, и все почитаю за сор, чтобы приобрести Христа
9 и найтись в Нем не со своею праведностью, которая от закона, но с тою, которая через веру во Христа, с праведностью от Бога по вере;
10 чтобы познать Его, и силу воскресения Его, и участие в страданиях Его, сообразуясь смерти Его,
11 чтобы достигнуть воскресения мертвых.
12 Говорю так не потому, чтобы я уже достиг, или усовершился; но стремлюсь, не достигну ли я, как достиг меня Христос Иисус.
13 Братия, я не почитаю себя достигшим; а только, забывая заднее и простираясь вперед,
14 стремлюсь к цели, к почести вышнего звания Божия во Христе Иисусе.
15 Итак, кто из нас совершен, так должен мыслить; если же вы о чем иначе мыслите, то и это Бог вам откроет.
16 Впрочем, до чего мы достигли, так и должны мыслить и по тому правилу жить.
17 Подражайте, братия, мне и смотрите на тех, которые поступают по образу, какой имеете в нас.
18 Ибо многие, о которых я часто говорил вам, а теперь даже со слезами говорю, поступают как враги креста Христова.
19 Их конец — погибель, их бог — чрево, и слава их — в сраме, они мыслят о земном.
Многие люди, пришедшие в храм во взрослом возрасте, помнят, как трудно им было найти золотую середину между тем, чтобы остаться в профессии, дружить со светскими знакомыми и тем, чтобы всё бросить и, радикально изменив свою жизнь, всю её посвятить Богу. Помню одну из первых исповедей, во время которой я не исповедовался сам, но уже исповедовал. Женщина была в смятении и не понимала, как ей выстроить отношения с прежними знакомыми, как работать дальше... Для меня всё это было странно. Я рос христианином с детства и у меня всю жизнь были самые разные друзья. Даже не могу себе представить, чтобы я пришёл в школу или в университет и стал бы делить людей на верующих и неверующих. Если уж Сам Бог, как говорит Евангелие, посылает дождь на правых и на неправых, кто я такой, чтобы лишать их общения? Жалко, конечно, неверующего человека, и в трудной ситуации, и в радостной небеса для него пусты, ни помощи попросить, ни сказать спасибо...
Отрывок из послания апостола Павла к Филиппийцам, который мы сейчас услышали, начинается с мыслей как будто бы противоположных. Апостол пишет, что всё почитает тщетным ради познания Иисуса Христа, Господа и Спасителя. Он всё почёл за сор, буквально мусор, от всего отказался... Но постойте! Отказался от чего? Кто-нибудь решит, что от общения с неверующими? От светской мирской деятельности? Нет и нет. И любой, кто знаком с обстоятельствами его жизни, помнит, что всё было с точностью до наоборот. Ветхий закон препятствовал Павлу входить в общение с язычниками и относиться к ним, как к заблудшим, но всё же детям Божиим. И вот ради Христа, ради того, чтобы донести до каждого человека весть о любви Божией и победе Спасителя над смертью, фарисей Савл отрекается от всех своих иудейских привилегий и становится апостолом Павлом, готовым разговаривать с кем угодно, ради спасения как можно большего числа людей. Отказался ли апостол от светского труда? Нет, он плёл палатки и за счёт этого зарабатывал себе на пропитание.
Почему же он так поступал? Потому Господь открыл ему, что истинная праведность — это не праведность внешнего закона, но праведность верующего и любящего сердца.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 137. Богослужебные чтения
Поделиться
Здравствуйте, дорогие радиослушатели! С вами доцент МДА священник Стефан Домусчи. Что делать человеку, который часто сталкивается в мире с несправедливостью? Ответ на этот вопрос звучит в 137-м псалме, который, согласно уставу, может читаться сегодня в храмах во время богослужения. Давайте его послушаем.
Псалом 137.
Давида.
1 Славлю Тебя всем сердцем моим, пред богами пою Тебе, что Ты услышал все слова уст моих.
2 Поклоняюсь пред святым храмом Твоим и славлю имя Твоё за милость Твою и за истину Твою, ибо Ты возвеличил слово Твоё превыше всякого имени Твоего.
3 В день, когда я воззвал, Ты услышал меня, вселил в душу мою бодрость.
4 Прославят Тебя, Господи, все цари земные, когда услышат слова уст Твоих
5 и воспоют пути Господни, ибо велика слава Господня.
6 Высок Господь: и смиренного видит, и гордого узна́ет издали.
7 Если я пойду посреди напастей, Ты оживишь меня, прострёшь на ярость врагов моих руку Твою, и спасёт меня десница Твоя.
8 Господь совершит за меня! Милость Твоя, Господи, вовек: дело рук Твоих не оставляй.
Любой, кто вспомнит школьный курс русской литературы, согласится, что в ней довольно много героев, мечтающих о вселенской справедливости и окончательном решении вечных вопросов. Не меньше. Им чужды потребительское отношение к жизни, стремление к обогащению и личному счастью. Конечно, эти герои очень разные: речи одних в большей степени политически и даже революционно окрашены, другие скорее ищут нравственной и даже религиозной справедливости... Одни решаются на переустройство мира, в то время как мечты других сводятся лишь к патетическим призывам. Примеров можно приводить много, это и Рудин у Тургенева, и Пьер Безухов у Толстого, и так называемые русские мальчики у Достоевского. Интересно о последних говорит Иван Карамазов: «ну и что ж, о чём они будут рассуждать, пока поймали минутку в трактире-то? О мировых вопросах, не иначе: есть ли Бог, есть ли бессмертие? А которые в Бога не веруют, ну те о социализме и об анархизме заговорят, о переделке всего человечества по новому штату, так ведь это и выйдет, всё те же вопросы, только с другого конца». Конечно, такие люди встречаются и в реальной жизни. В какие-то времена их больше, в какие-то всё разъедает прагматизм и потребительство, и они встречаются редко... Хотя на самом деле, кажется, что желание вселенского счастья есть в каждом, просто за суетой и беготнёй этого мира, во многих оно незаметно. И, конечно, таковы многие герои Священной истории, особенно пророки и псалмопевцы. Их жизнь далеко не всегда легка, но они и не ищут этой лёгкости, они надеются на победу правды Божией на земле.
Так, например, в псалме 137-м, который мы услышали сегодня, Давид славит Бога и благодарит Его за милости, которые Тот явил ему. В псалмах довольно много сетований и переживаний о жизненной несправедливости, но очень много и таких ярких, полных благодарности текстов. Однако в середине псалма из уст Давида звучат слова, которые никак не вяжутся с обстоятельствами его жизни, да и чьей бы то ни было жизни вообще. Они, конечно, очень желанны любому верующему человеку, но можно ли назвать их реалистичными? Итак, Давид говорит: «Прославят Тебя, Господи, все цари земные, когда услышат слова уст Твоих и воспоют пути Господни, ибо велика слава Господня». Эти слова сказаны около 3000 лет назад и, как кажется, ни в то время, ни в наше, ни в какое-либо другое, они не были реалистичны. Да, бывали и есть сейчас верующие руководители государств, но, чтобы все цари земли славили Бога, такого и представить себе невозможно. Хотя всё же очень хочется. И Давид это делает. Да, в его время это не осуществилось и, наверное, не осуществится в земной истории... Но, во-первых, совсем не значит, что этого нельзя хотеть.... Во-вторых, совсем не значит, что отдельные верующие правители должны дожидаться всех остальных. Они вполне могут прославлять Бога и воспевать пути Его.... Но самое главное, никто не мешает нам, пусть мы и не цари земли, осознать, что по крайней мере в своей собственной жизни мы можем и должны навести порядок, воспеть пути Господни и жить согласно Его воле.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Владимир Вейдле. "Умирание искусства"»
Поделиться
В этом выпуске программы «Истоки» Константин Мацан и Максим Печенкин размышляли над смыслами работы выдающегося русского культуролога, литературоведа и философа Владимира Вейдле «Умирание искусства», где автор с религиозно-философских позиций анализирует кризис европейской культуры конца XIX — первой трети XX века, исследуя причины духовного упадка в художественном и литературном творчестве. По мысли Владимира Вейдле, искусство «умирает», так как оно распадается на механические процессы, уходит религиозная основа, жизнь перестает восприниматься как чудо, писателю или художнику становится интересным не столько сам мир вокруг, сколько собственное восприятие окружающей действительности, при этом к «потерянному раю» ведет только укоренение в Боге.
Ведущие: Константин Мацан, Максим Печенкин
Все выпуски программы Истоки
