Поделиться
Несмотря на раннее, холодное и вьюжное зимнее утро, одно из окон здания Томской городской думы было ярко освещено. Градоначальник Захарий Михайлович Цибульский частенько приезжал на службу ни свет, ни заря, когда город ещё спал, а тёмные гулкие улицы были пустынны и безмолвны.
Важных дел у городского головы имелось множество, но главным из них, не дававшим ему покоя уже много месяцев, была борьба за право открытия в Томске первого на всю Сибирь университета. Между тем и Омск, и Иркутск, и Тюмень тоже всерьёз претендовали на то, чтобы стать университетскими городами. Захарий Михайлович неоднократно отправлял ходатайства высоким властям, публиковал обращения в местной и центральной прессе – словом, всеми возможными способами доказывал, что Томск не меньше других городов достоин университета.
Власти с окончательным решением, как обычно, не торопились. Однако до Цибульского дошёл слух о том, что их выбор с большой вероятностью может пасть на Омск. Этим ранним утром в своём рабочем кабинете томский градоначальник писал решительное и требовательное письмо министру народного просвещения. Захарий Михайлович больше не желал ходить вокруг да около: «В случае открытия университета в Томске, гарантирую внести на его устройство сто тысяч рублей из личных денег», - твёрдо вывел он заключительную строчку письма.
Шестнадцатого мая тысяча восемьсот семьдесят восьмого года поступило Высочайшее соизволение: «Разрешить учреждение императорского сибирского университета в городе Томске».
Захарий Михайлович слово своё сдержал. Немедленно в казну грандиозной стройки от него поступило сто тысяч, а через некоторое время – ещё сорок тысяч рублей. Кроме того, на собственные средства он построил кирпичный завод – специально для того, чтобы обеспечивать университетскую стройку кирпичом по самой низкой, в сущности – чисто символической - цене. Впоследствии Цибульский учредил специальные стипендии студентам, выделив на них двадцать тысяч рублей, а также приобрёл для университета большую коллекцию редких минералов.
Сам же Захарий Михайлович смог получить лишь начальное образование. Его отец, волостной писарь, придерживался мнения, что вполне достаточно освоить грамоту и научиться держать в руках перо. Когда Захарию исполнилось одиннадцать лет, отец взял его на работу, сделав своим помощником.
Смышленый паренёк в мальчиках на побегушках не засиделся. Вскоре Захарий получил место писца в Ачинском окружном суде, работал в канцеляриях других крупных учреждений. Оставив казённую службу, занялся добычей золота. Ему принадлежало около сорока приисков, приносящих стабильный и немалый доход, большую часть которого Цибульский тратил на благотворительность. Когда томичИ в знак уважения избрали его на должность городского головы, Захарий Михайлович предложение принял, а вот от жалования наотрез отказался.
Более того – на нужды города и горожан он предпочитал тратить не казённые, а личные средства! Он содержал за собственный счёт сиротский Мариинский приют, поддерживал Томскую духовную семинарию, ежемесячно внося на её счёт по двести рублей. Будучи попечителем Алексеевского реального училища, пожертвовал на его нужды пятнадцать тысяч рублей.
Следуя евангельским принципам жизни, Захарий Михайлович всегда был особенно чуток к бедным находящимся в нужде людям. Господь не дал Цибульскому и его супруге собственных детей, и они, без ропота приняв это как Божью волю, усыновили сироту – сына бедняков, умерших от чахотки.
Человек глубоко верующий, Захарий Михайлович вообще всегда и за всё старался благодарить Бога. Именно поэтому много помогал городским храмам, и сам построил две церкви, причём, в местах, где людям особенно важно чувствовать близость Бога: в Томской пересыльной тюрьме и при исправительно-арестантской роте. На строительство Троицкого кафедрального собора – проекта столь же грандиозного, как и Томский университет – Цибульский пожертвовал восемьдесят тысяч рублей.
Троицкий Собор был упомянут и в первых строчках завещания, оставленного Захарием Михайловичем. Позаботился Цибульский и о будущем благотворительных учреждений Томска, которые обеспечил средствами к существованию и развитию на много лет вперёд.
Серафимо-Понетаевская икона Божией Матери
Поделиться
Серафимо-Понетаевский монастырь был основан в 1864 году. Обитель основала в своём имении Понетаевка в Нижегородской губернии помещица Елизавета Копьёва. Она лично была знакома с преподобным Серафимом Саровским, умершим тридцатью годами ранее. И учредила обитель в его память по благословению Нижегородского епископа Нектария (Надеждина).
С первых лет существования монастырь прославился мастерством насельниц. Сёстры пряли и ткали лён и шерсть, выделывали и красили ткани, изготавливали финифть — украшения из цветной эмали. А ещё писали иконы. Одну из них создала в 1879 году монахиня Клавдия Войлошникова. Это был образ Божией Матери, написанный на холсте в иконописной традиции Знамение. Пречистая Дева представлена на нём с молитвенно воздетыми руками. Сын Божий изображён на груди у Матери на фоне сияющей сферы. В левой руке Он держит свиток, символизирующий Евангелие, а правой благословляет верующих.
Образ пребывал в одной из келий игуменского корпуса. 14 мая 1885 года в девять часов вечера сёстры, находившиеся в этой комнате, заметили удивительное явление. Икона Знамение стала источать свет. Чудо длилось несколько часов, его свидетелями стали все насельницы. На следующий день образ с почестями перенесли в монастырский храм. В обитель рекой потекли паломники. По молитвам перед иконой совершались исцеления. Их подлинность засвидетельствовали врачи и епархиальная комиссия. И 5 октября 1885 года Святейший Синод признал образ чудотворным. Икону прославили с именованием Серафимо-Понетаевская.
В 1887 году Клавдия Войлошникова сделала её список, на этот раз не на холсте, а на деревянной доске. И первообраз, и копия были утрачены после революции 1917 года. Серафимо-Понетаевский монастырь закрыли безбожники. Обитель вновь стала действующей в 2009 году, как скит Свято-Троицкого Серафимо-Дивеевского монастыря, расположенного в пятидесяти километрах к западу.
А летом 2025 года благотворители преподнесли сёстрам в дар икону кисти Клавдии Войлошниковой — ту, что была написана на дереве. Об авторстве свидетельствовала надпись на обратной стороне. Святыня многие годы пребывала в частной коллекции, и наконец, вернулась в Понетаевку. 14 июля Серафимо-Понетавскую икону с благоговением встретили в скиту.
Все выпуски программы Небесная Заступница
Образ Божией Матери «В скорбех и печалех утешение»
Поделиться
Образ Божией Матери «В скорбех и печалех утешение» в семнадцатом веке принадлежал Константинопольскому патриарху Афанасию Третьему. В старости, выйдя на покой, он подвизался на святой горе Афон. Когда святитель преставился ко Господу, его уединенную келью со всем имуществом унаследовал греческий афонский монастырь Ватопед. В восемнадцатом веке скромное здание перестроили в трёхэтажный дом. А в девятнадцатом в нём был устроен русский Андреевский скит Ватопедской обители. Образ Богородицы «В скорбех и печалех утешение» стал келейной святыней иеромонаха Виссариона (Толмачёва).
Икона представляла собой складень из трёх частей. В центральной — изображение Божией Матери с Младенцем на руках, на правой створке — образы великомученика Георгия Победоносца и святителя Николая Мирликийского, на левой — великомученика Димитрия Солунского и святителя Спиридона Тримифунтского. Сведений о том, кто и когда написал икону «В скорбех и печалех утешение», не сохранилось. Но стиль письма указывал на то, что она создана значительно ранее семнадцатого века.
После кончины иеромонаха Виссариона для иконы в Андреевском скиту построили храм, ей посвящённый. Святыня сопровождала монахов в поездках в Россию. В странствиях русские афониты собирали средства на монастырь и совершали молебны в храмах и монастырях перед образом «В скорбех и печалех утешение». Во время этих богослужений неоднократно совершались исцеления.
С 1890 года икона хранилась на подворье Андреевского скита в Санкт-Петербурге. После революции 1917 года монахи были вынуждены покинуть обитель и взяли святыню с собой. В годы лихолетья её след потерялся. Где она находится сейчас — неизвестно.
Но сохранились чудотворные списки древнего образа! Один из них хранится в Екатерининском соборе города Пушкин под Санкт-Петербургом. Эту икону изготовили монахи афонского Андреевского скита в 1913 году в подарок митрополиту Гдовскому Вениамину. В 1918-ом владыка пожаловал святыню царскосельскому храму великомученицы Екатерины. Так он попытался поддержать и утешить прихожан в горе — их настоятеля, отца Иоанна Кочурова, убили безбожники.
Екатерининский собор взорвали в 1938 году. Но чтимый список иконы «В скорбех и печалех утешение» верующие спасли от уничтожения. И когда в 2012 году возрождённый храм святой Екатерины открылся, святыня вернулась под его своды.
Все выпуски программы Небесная Заступница
«Совет превечный»
Поделиться
Фото: PxHere
Когда-то давно Бог казался мне далёким и непостижимым. Я думала о Нём как о строгом судье, к которому страшно приблизиться. Но постепенно постигая веру, всё чаще приходя в храм на богослужения, я поняла, насколько ошибаюсь. Это открывалось мне и через жизненные обстоятельства, а ещё — через молитвы, помощь и заступничество Пресвятой Богородицы. Множество раз Она проявляла Себя в моей жизни. Наверное, именно поэтому богородичные церковные праздники — особенно любимы мной с детства.
Например, праздник Благовещения Пресвятой Богородицы, который празднуется 7 апреля. В этот добрый, светлый весенний день Церковь вспоминает евангельское событие, перевернувшее ход человеческой истории — архангел Гавриил предрёк Пречистой Деве Марии, что Ей предстоит стать Матерью Спасителя мира. Одно из самых красивых, на мой взгляд, песнопений этого праздника исполняется хором накануне вечером. Называется оно «Совет превечный».
Давайте поразмышляем над его текстом и послушаем отдельными фрагментами в исполнении сестёр храма Табынской иконы Божией Матери Орской епархии.
Первая часть на русском языке звучит так: «Совет предвечный открывая Тебе, Отроковица, Гавриил предстал Тебе, приветствуя Тебя и возглашая: Радуйся, земля незасеянная; радуйся, куст терновый несгорающий; радуйся, глубина, непроницаемая взором». На церковнославянском языке первая часть песнопения звучит так: «Совет превечный/ открывая Тебе, Отроковице,/ Гавриил предста,/ Тебе лобзая и вещая: радуйся, земле ненасеянная; радуйся, купино неопалимая; радуйся, глубино неудобозримая».
Текст второй части молитвы напоминает о том, что через Богородицу людям была открыта дорога в Рай, закрытый для человечества после грехопадения: «Радуйся, мост, приводящий к небесам, и лестница высокая, которую Иаков видел; радуйся, Божественный сосуд с манной; радуйся, избавление от проклятия; радуйся, призвание Адама ко спасению; с Тобою Господь!» По-церковнославянски строчки звучат так: «Радуйся, мосте, к Небесем преводяй,/ и лествице высокая,/ юже Иаков виде; радуйся, Божественная стамно манны;/ радуйся, разрешение клятвы;/ радуйся, Адамово воззвание:/ с Тобою Господь».
Когда звучат последние слова этой стихиры, особенно ясно понимаешь: Бог не где-то далеко. Он рядом. Так близко, что открыл Себя миру через тихое согласие Пресвятой Девы, которое Она дала в ответ на Божие благословение, принесённое Ей архангелом Гавриилом.
Песнопение «Совет превечный» помогает сердцем услышать эту тайну. И, может быть, именно поэтому в праздник Благовещения в душе становится по-весеннему светло и спокойно. Ведь Бог действительно ближе, чем кажется.
Давайте послушаем песнопение «Совет превечный» полностью в исполнении сестёр храма Табынской иконы Божией Матери.
Все выпуски программы Голоса и гласы:
