Поделиться
Апостол Павел. Валантен де Булонь
2 Тим., 295 зач., III, 1-9.
Глава 3.
1 Знай же, что в последние дни наступят времена тяжкие.
2 Ибо люди будут самолюбивы, сребролюбивы, горды, надменны, злоречивы, родителям непокорны, неблагодарны, нечестивы, недружелюбны,
3 непримирительны, клеветники, невоздержны, жестоки, не любящие добра,
4 предатели, наглы, напыщенны, более сластолюбивы, нежели боголюбивы,
5 имеющие вид благочестия, силы же его отрекшиеся. Таковых удаляйся.
6 К сим принадлежат те, которые вкрадываются в домы и обольщают женщин, утопающих во грехах, водимых различными похотями,
7 всегда учащихся и никогда не могущих дойти до познания истины.
8 Как Ианний и Иамврий противились Моисею, так и сии противятся истине, люди, развращенные умом, невежды в вере.
9 Но они не много успеют; ибо их безумие обнаружится перед всеми, как и с теми случилось.
Комментирует протоиерей Павел Великанов.
Апостол Павел наставляет своего ученика Тимофея быть особо внимательным к тем христианам, образ жизни которых решительно противоречит исповедуемой ими вере. Давайте посмотрим, как святые отцы разъясняют нам эти слова апостола.
Священномученик конца 1-го века Климент Римский пишет: «Одно только имя не вводит в Царство Небесное. Юноша, (который) себя оскопил ради Царствия Небесного, и дева, если не являются во всём подобны истинным подражателям Христовым, не могут спастись. Ведь если кто девственен, но не имеет добродетелей, соответствующих, свойственных и подобающих деве, такое неразумное девство, как не имеющее ни света, ни масла в светильниках, прочь изгоняется из Царства Небесного».
А вот как толкует через 18 веков святитель Феофан Затворник: «лицедейство — неизбежное последствие в людях, обладаемых страстями, вращающихся, однако, среди любящих благочестие. Но в своём кругу они обычно не лицемерят, а открыто хулят всё Божественное и кощунствуют над всем».
Казалось бы, отцы нам всё чётко разъяснили: лицемер — тот, у кого есть разница между идеалами веры и практикой жизни. Но вот проблема: даже в теории трудно представить себе христианина, который с полной ответственностью заявил бы: да, мой образ жизни и мои идеалы тождественны. Про такого мы могли бы сказать только одно: «да ты, братец, в явной прелести находишься!»
Похоже, какой-то тупик. Всё ещё больше обостряется однозначным требованием апостола — от таковых «отвращаться». Что же получается — от любого верующего следует держаться подальше, ибо все — лицемерят?.. «Бойся православных: их Бог всё им прощает» — так что ли?..
Однако проблема — надуманная. Ведь в словах апостола указаны совершенно чёткие критерии — повторим их: религиозные лицемеры «самолюбивы, сребролюбивы, горды, надменны, злоречивы, родителям непокорны, неблагодарны, нечестивы, недружелюбны, непримирительны, клеветники, невоздержны, жестоки, не любящие добра, предатели, наглы, напыщенны, более сластолюбивы, нежели боголюбивы». Заметим — апостол ничего не говорит о «рассеянности в молитве», «нарушении молитвенного правила», «ослаблении строгости поста», «раздражительности», «унынии», «забывчивости» и всех тех грехах-несовершенствах, которые чаще всего и воспринимаются нами как свидетельства нашего несоответствия высокому идеалу христианина. Более того: апостол каждым словом говорит о том, что для «отрекшихся от силы благочестия» именно эти черты и являются основополагающими качествами. Он не написал: лицемеры — те, кто хотя бы раз в жизни возгордился чем-то. Нет: духовный лицемер — это человек горделивый, у которого гордыня — важнейшая, неотъемлемая часть его самоидентификации. То же самое и всё остальное — злоречие, клевета, предательство, сластолюбие. Другими словами, не эпизоды этих грехов и страстей — которые, неудивительно, в той или иной степени случаются у каждого — но именно грех как устойчивое состояние природы, грех, вросший в природу и укоренившийся в ней — он и лишает человека «силы благочестия». Клеветник — не тот, кто однажды передал недостоверную информацию, а тот, кто в принципе разучился нести ответственность за свои наговоры.
Как же важно быть внимательным к любым эпизодам наших грехов — какими бы малыми они нам ни казались! Ведь гораздо легче вырвать едва пробившийся росток — чем выкорчёвывать крепко укоренившееся дерево!
2 ноября. Преодоление суеты
Поделиться
О преодолении суеты — клирик московского храма во имя страстотерпца царя Николая II в Южном Чертанове священник Михаил Дочия:
«И было ко мне слово Господне. Прежде, нежели Я образовал тебя во чреве, Я познал тебя. Прежде, нежели ты вышел из утробы, освятил тебя. Пророком для народов поставил тебя», — слова из книги пророка Иеремии. Такие удивительные слова: «Прежде, нежели Я образовал тебя во чреве», — то есть начало жизни даёт Господь, и это начало во чреве, и затем Господь через Своего пророка упрекает народ: «Какое беззаконие нашли во Мне отцы ваши, что удалились от Меня, и пошли за суетой и осуетились».
То есть упрекает за суету. И мне кажется, в наше время это особо актуально, вот во время такой какой-то постоянной беготни, такой цифровизации, социальных сетей, новостных лент, коротких новостей, которые постоянно занимают твоё сознание.
И такая личная ответственность христианина — находить время для Бога, посвящать время Богу, чтению, богомыслию, молитве, и, наверное, такое универсальное оружие в нашей христианской традиции — это короткая молитва, Иисусова молитва: «Господи, Иисусе Христе, помилуй меня, грешного». Которая позволяет тебе иметь память, такое вот хождение перед Богом, чем бы ты ни занимался — везде ты можешь творить эту Иисусову молитву.
Все выпуски программы Актуальная тема:
2 ноября. Икона
Поделиться
О предназначении иконы — исполняющий обязанности настоятеля московского храма святых равноапостольных князя Владимира и княгини Ольги в Черемушках протоиерей Владимир Быстрый:
Надо понимать, что православные иконы — это не просто изображение, а свидетельство о встрече человека с Богом. В храме, среди свечей и тишины, она воспринимается как окно, распахнутое в вечность. Получается, что через видимое нам открывается невидимое. От образа мы восходим к первообразу.
Об этом очень хорошо говорит Иоанн Дамаскин: «Если Бог стал человеком, — объясняет он, — Его можно изобразить». Вот как он писал: «Если невещественный стал веществом, если невидимый стал видимым, то мы можем Его изображать». То есть, ещё раз повторю, что кланяясь образу, мы поклоняемся изображённому на нём.
Известный иконописец и богослов Леонид Александрович Успенский раскрывал преображающий смысл иконы. По его словам: «Иконы есть образ человека, в котором реально пребывает попаляющая страсти и всеосвещающая благодать Духа Святого». То есть икона является образом не падшего человека, а обожённого человека, каким он призван стать во Христе. Созерцая икону, мы предстаём не перед умершим человеком, а перед живым: «Ибо у Бога все живы».
Он писал, что роль иконы — это не консервативная роль, а динамически-строительная. Она не просто хранит память о священном событии, но ведёт к духовному возрастанию. «Через икону мы познаём Самого Бога», — писал Успенский.
Таким образом, предназначение иконы — быть окном в иной мир. Это не портрет, не иллюстрация, а, если так можно сказать, пространство молитвенной встречи, где Земля соприкасается с Небом. Взирая на образ, верующий возносится к первообразу, приобщается к свету Царства Божия. Царство Божие начинается уже здесь, в преображённой человеческой жизни.
Все выпуски программы Актуальная тема:
Первое послание к Фессалоникийцам святого Апостола Павла
Поделиться
Апостол Павел
1 Сол., 262 зач., I, 1-5
Комментирует священник Антоний Борисов.
Кнут и пряник — традиционная для педагогики пара. Для того, чтобы научить кого-то чему-то полезному, нужно проявлять одновременно строгость и поддержку. Иначе ничего путного не выйдет. Так полагал апостол Павел. Отрывок из первой главы его послания к христианам города Фессалоники читается сегодня в православных храмах во время богослужения. Давайте послушаем.
Глава 1.
1 Павел и Силуан и Тимофей — церкви Фессалоникской в Боге Отце и Господе Иисусе Христе: благодать вам и мир от Бога Отца нашего и Господа Иисуса Христа.
2 Всегда благодарим Бога за всех вас, вспоминая о вас в молитвах наших,
3 непрестанно памятуя ваше дело веры и труд любви и терпение упования на Господа нашего Иисуса Христа пред Богом и Отцем нашим,
4 зная избрание ваше, возлюбленные Богом братия;
5 потому что наше благовествование у вас было не в слове только, но и в силе и во Святом Духе, и со многим удостоверением, как вы сами знаете, каковы были мы для вас между вами.
Город Фессалоники сегодня называют второй или северной столицей Греции. В древности всё обстояло примерно так же. Фессалоники славились богатством жителей, развитой культурой, красотой архитектуры. Надо сказать, что у апостола Павла, который оказался в Фессалониках после изгнания из города Филиппы, было не слишком много надежд на успешную проповедь в данном месте. Ведь где богатство, там и пороки. Но всё сложилось принципиально иначе.
В Фессалониках неожиданно для Павла образовалась крепкая община христиан, бывших в прошлом язычниками. Эта община стала расти и превратилась в настоящую поместную Церковь, которую Павел впоследствии именовал по-гречески «тюпосом», то есть образцом, эталоном. Вот и в прозвучавшем отрывке мы слышим от апостола похвалу, обращённую к христианам Фессалоник.
При этом, Павел сразу подчёркивает, что достигнутый успех — не его, Павла, заслуга. А результат совместного труда, осуществлённого в соработничестве с учениками — Тимофеем и Силуаном. Осуществлённого с Божьей помощью успешно, ведь Фессалоникийская церковь, по мнению апостола, проявила дело веры и труд любви и терпение упования на Господа нашего Иисуса Христа. И для Павла всё перечисленное — настоящее чудо. Он и подумать не мог, что язычники Фессалоник примут Евангельскую весть и проявят перечисленные добродетели. Потому и пишет Павел, что благовествование было «не в слове только, но и в силе и во Святом Духе, и со многим удостоверением».
То есть фессалоникийцы, приняв веру и крещение, тут же стали показывать плоды духовной жизни — милосердие, терпение, взаимопомощь, настоящую христианскую нравственность. Всё это Павел стремится отметить, подчеркнуть.
В связи с этим может возникнуть вопрос — а не перебарщивает ли он? Может быть, стоило не только хвалить фессалоникийцев, но и покритиковать их. Или как выражаются некоторые — смирить? Во-первых, в христианском лексиконе есть только глагол «смиряться». Смирять кого-то, конечно, возможно, но это не проявление нормальной церковной педагогики. Во-вторых. Действительно, не нужно уклоняться в крайности — лицеприятничать, лукавить, подлизываться. Но апостол ничего из перечисленного не делает. И хвалит он фессалоникийцев не для того, чтобы они забронзовели, а для того, чтобы и им самим разъяснить природу произошедшего чуда.
Ведь изменения в жителях Фессалоник произошли не силой Павла, не их собственными силами, а силой Христа, Которого своих читателей Павел и призывает хвалить. А самих же фессалоникийцев апостол просит радоваться тому, что они стали сопричастниками Царства Божьего. К этой радости призываемся и мы. А ещё и к тому, чтобы не быть жадными до слов похвалы, прикрываясь какими-то якобы аскетическими аргументами. Если применять только кнут критики и вразумления, то итогом станет уныние. А это состояние явно противоречит общему духу Евангелия как доброй, радостной вести о совершившемся спасении.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
