Москва - 100,9 FM

"Вознесение Господне". Светлый вечер с прот. Георгием Орехановым (24.05.2017)

* Поделиться

У нас в гостях был проректор Свято-Тихоновского Гуманитарного Университета протоиерей Георгий Ореханов.

Разговор шел о празднике Вознесения Господня, о его значении, а также об отношении к Православию Льва Толстого и о его пути религиозных размышлений.

 

 

 


А. Пичугин

Здравствуйте, дорогие слушатели, в студии светлого радио приветствуем вас мы, Алла Митрофанова...

А. Митрофанова

– Алексей Пичугин.

А. Пичугин

– Сегодня у нас в гостях вместе с нами ближайший час проведет протоиерей Георгий Ореханов, писатель, проректор Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Добрый вечер.

Протоиерей Георгий

– Добрый вечер.

А. Пичугин

– Мы с вами встречаемся накануне праздника Вознесения Господня, вернее ну уже по нашему церковному исчислению праздник этот наступил, с чем мы, собственно говоря, и вас, и всех наших слушателей поздравляем. А начнем сегодня говорить, наверное, именно о празднике Вознесения. Это такое важное очень в рамках нашей церковной не просто истории, жизни событие. Потому что большинство праздников, которые мы отмечаем, они имеют вполне какое-то естественное для нас, для любого человека, находится он внутри Церкви или не находится он внутри Церкви, не довольно естественное значение – Рождество – рождение Бога, Рождество Богородицы – рождение Женщины, Которая родила Бога. Ну все равно, это укладывается в определенную парадигму. Дальше Пасха – Воскресение Христово, Вознесение Господне – это уже вообще непонятно, вознесение, для людей, которые как-то находятся вне церковной ограды или, может быть, не очень хорошо знакомы со смыслами и значениями евангельских событий. Само понятие Вознесения, оно абсолютно экстраординарно. Расскажите, пожалуйста, не просто об этом событии, а о том, что это событие конкретно значит для каждого христианина.

Протоиерей Георгий

– Да, спасибо большое. Конечно, вы затрагиваете очень важную тему. И не случайно вы ставите день Вознесения рядом с Воскресением Христовым. Ну, во-первых, так делает Священное Писание, потому что в Священном Писании говорится о том, что в течение сорока дней Воскресший Господь учил Своих последователей, наставлял их, общался с ними. И об этом есть свидетельства и в Евангелии, и в Посланиях апостола Павла, в Первом Послании Коринфянам, и в Книге Деяний, она собственно с этого начинается. Но этот ряд праздников и событий евангельских я бы расширил для того, чтобы понимание важности этого события, оно было более объемным. И я добавил бы сюда, во-первых, Страсти Христовы, во-вторых, Пятидесятницу. Вот, в общем, совсем недавно мы прошли через период Великого поста, и много-много раз и священники, и святые отцы, и проповедники, они постоянно указывают на связь между Страстями и Воскресением. Одно без другого как бы в нашем сознании, в нашей истории и в духовном опыте не существует и не может существовать. Потому что если жизнь Христа кончается Страстями и смертью на Кресте, то она не может быть для нас спасительной, она не может быть для нас промыслительной. Пришел очередной проповедник на землю, совершил, с точки зрения государственной власти, какие-то преступления, был казнен, и что дальше, почему за ним должны последовать. И наоборот, если мы рассматриваем Воскресение Христово без Страстей, без страданий, то этот опыт, он становится, в общем, ущербным, он становится совершенно несоответствующим тому, чему учит нас Евангелие. Так вот этот ряд, он на самом деле широкий и при желании, конечно, не случайно вы начали и с Рождества Христова, его можно расширить еще больше. Все те события, которые мы сейчас назвали, это события Промысла Божия о человеческом роде. Бог должен был воплотиться, то есть родиться в человеческом облике на земле, родиться должен был, по Промыслу, от Девы. Бог должен был пострадать, причем пострадать способом самым позорным, умереть самой позорной смертью, которую тогда вот на тот момент знали в Палестине и вообще...

А. Митрофанова

– На территории Римской империи.

Протоиерей Георгий

– На территории Римской империи. Он должен был воскреснуть, Он должен был вознестись и Он должен был послать Духа Святого всем нам, послать нашей Церкви. Вот эти события, они друг от друга неотделимы, и они выстраиваются в некую цепочку, которую даже мы не можем назвать логической. Потому что как раз с логической точки зрения, если мы будем к этим событиям относиться с точки зрения логики, то они действительно становятся для нас непонятыми, они не укладываются в естественный строй нашей жизни. Но надо понимать очень простую вещь, что они не могут и не должны укладываться в естественный строй нашей жизни. Потому что если мы находимся только в пределах этого естественного строя, то выхода для человечества в этой ситуации нет никакого. Вот я, если можно, чуть-чуть уклонюсь в сторону, но потом не забуду вернуться к тому, о чем мы говорили.

А. Митрофанова

– Хорошо. Только, отец Георгий, если позволите, мне бы хотелось уточнить один момент. Вы говорите о Промысле, говорите о том, что Христос должен был родиться, должен был пострадать, должен был умереть, воскреснуть, вознестись и так далее. Можно уточнить, во-первых, что такое Промысл, а во-вторых, почему должен был? Вот вы так прямо акцентируете этот момент. А Он Сам этого не хотел? Потому что у меня ощущение такое, что это было все не по долженству какому-то, а именно по любви что ли. Потому что вообще, когда я сама думаю об этом, иного объяснения кроме как какая-то безграничная вот эта любовь к людям, объяснения вот эти страданиям я найти не могу. И Воскресению тоже, собственно.

Протоиерей Георгий

– Ну конечно. Понятно, что мы затрагиваем очень сложный такой догматический комплекс и понятий, и идей. И для того, чтобы в этом разобраться серьезно, нам больше времени нужно. Ну что вот сейчас можно сказать самое главное. Человечество накануне прихода Христа пребывало в таком состоянии, это причем я подчеркиваю, не просто нравственное состояние, не просто люди делали плохие поступки, накануне там потопа люди тоже делали плохие поступки. Речь идет о том, что человечество оказалось в некоторой ловушке нравственно-догматической. Человечество уже из того состояния, в котором оно находилось, своими силами выбраться не может.

А. Пичугин

– А чем оно, простите, отличалось от того человечества, которое живет в XXI веке, наших с вами современников?

А. Митрофанова

– И нас.

Протоиерей Георгий

– Это очень важный вопрос и правильный. Дело в том, что с точки зрения нравственного состояния, может быть, мы отличий заметим и немного. То есть с нравственной точки зрения, только с нравственной, нынешнее современное человечество, оно, в общем, уже приближается к самым плохим образцам человеческой истории.

А. Пичугин

– Мы еще ядерное оружие, в отличие от них, изобрели.

Протоиерей Георгий

– Да, и еще не только изобрели, но уже потихоньку начинаем им пользоваться. Ладно бы, мы просто его изобрели. Мы бы могли сослаться на то, что вот это один из тех талантов, которые нам дал Бог, это значит, способность открывать мир и так далее. Если бы мы это ядерное оружие использовали в производстве новых лекарств только, а мы его используем для самоуничтожения. Но в чем заключается проблема, она заключается в том, что вот это нравственное измерение это всегда горизонтальное измерение. Нравственное измерение, оно может быть очень высоким, оно может быть очень целевым, но оно все равно дает только горизонт. Ветхозаветные праведники, некоторые из них, были высоконравственными людьми. Кто из нас способен повторить подвиг праотца Авраама и по первому требованию бросить все, что у тебя есть, и уйти неизвестно куда.

А. Митрофанова

– Никто. Нет, может, конечно, такие и есть, но...

Протоиерей Георгий

– Ну есть, но их немного. Хотя, я не думаю. Или своего единственного сына принести в жертву по первому требованию. Никто не может. Ветхий Завет нам давали образцы высокой нравственности. Но это все, я повторяю, горизонталь или, если хотите, плоскость. А Господь Воскресший, Он вот к этим двум измерениям прибавляет третье, Он прибавляет еще вертикаль. Другими словами, прямо отвечая на вопрос Алексея, если мы находимся только в состоянии плоскости и двух измерений, мы ничем, наверное, не отличаемся от самых плохих образцов и даже в чем-то ушли в какие-то дебри. Но учитывая, что нам дана вертикаль Воскресением Христовым, у нас есть возможность эту ситуацию исправлять. Как уже много раз было за две тысячи лет человеческой истории.

А. Митрофанова

– Например?

Протоиерей Георгий

– Когда бывали случаи, когда человечество, ну какой-то город там или какая-то страна, я сейчас не буду конкретные примеры рассматривать, она находится в таком состоянии, что она, город этот подлежит уничтожению, страна подлежит порабощению и так далее. А может быть, и все человечество подлежит уничтожению, мы этого не знаем, конечно. Но люди начинают молиться Богу и каяться в своих грехах. И Господь вот этот вот момент начинает отсрочивать просто на какое-то, неизвестное нам время. Вот это принципиально другая ситуация. Человечество в целом и каждый человек, в частности, он имеет потенциальную возможность спасти свою душу сейчас. Отличие только в этом. Не в нравственности, а в том, что есть эта потенциальная возможность этой вертикали, она дается не какими-то личными подвигами, которые не могут быть выше, чем подвиг праотца Авраама, она нам дается фактом Воскресения Христово. Вот в чем принципиальная разница.

А. Митрофанова

– Отец Георгий, а в этом смысле, тогда праздник, который мы отмечаем, Вознесения Господня, он по календарю завтра, поскольку утро начинается уже вечером, то сегодня мы его уже празднуем. А каково место этого события в той системе координат, которую вы описали?

Протоиерей Георгий

– Да. Значит, чтобы понять это, я вернусь немножко назад и вспомню другой важный праздник, праздник Преображения. Ну, наверное, наши слушатели знают, в чем смысл этого праздника. Это эпизод тоже описанный у всех синоптиков, эпизод, когда Господь...

А. Митрофанова

– Синоптики это, простите, это евангелисты?

А. Пичугин

– Да, это надо пояснять.

Протоиерей Георгий

– Да, первые три евангелиста.

А. Митрофанова

– Люди не только те, кто за осадки, да, отвечает.

Протоиерей Георгий

– Это эпизод, когда Господь восходит с тремя любимыми учениками на гору и преображается. Причем, интересно, что в Евангелии от Марка это Преображение, именно у Марка описано неким особым образом. Почему у Марка, потому что мы можем предполагать, почему так, потому что Марк был, видимо, очень близким учеником апостола Петра и, видимо, он воспринял как-то очень живо этот рассказ Петра. А Петр все это видел своими глазами. И Марк пишет, что одежды Христа, они преобразились так, они стали такими белыми, как никакой белильщик на земле...

А. Митрофанова

– Не может выбелить.

Протоиерей Георгий

– Не может выбелить. Это вот интересная бытовая деталь. То есть и апостол Петр, и за ним Марк, они испытают такой восторг, что они пытаются каким-то образом описать, как это вот, что это происходит. И находят такую вот деталь. Почему это важно, потому что Преображение Господне это как бы некий один из прообразов Вознесения. Господь показывает Своим ученикам преображенную плоть. Он показывает им, ну если говорить совсем простым языком, Он показывает им, каким прекрасным может стать человек. И вот смысл Вознесения Господня не надо, конечно, воспринимать этот праздник вот совсем буквально, как, я не знаю, путешествие в космос. Это было бы совершенно неправильно. Смысл этого события не в том, что Воскресший Иисус Христос улетел в космос, непонятно зачем, и непонятно, как это связано с Воскресением и непонятно, как это связано с Пятидесятницей.

А. Пичугин

– И зачем вообще все это надо.

Протоиерей Георгий

– Да, и зачем нам всем это надо. Смысл праздника Вознесения Господня заключается в том, что Он возносит в недра, ну как говорит строго богословие христианское, возносит в недра Троицы преображенную человеческую плоть, преображенного человека. То есть что здесь очень важно: Сам Господь воскрес, и Он делает возможным для человека, для человечества вообще и для каждого конкретного человека соучастие в Своем Воскресении.

А. Пичугин

– Мы напомним, что в гостях у светлого радио сегодня протоиерей Георгий Ореханов, проректор Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета.

А. Митрофанова

– Отец Георгий, вы говорите о том, что в празднике Вознесения Господь возвращает фактически человеческую природу вот туда, к Богу Троице. То есть получается, если мы возьмем, например, вот Адам и Ева. До грехопадения они живут в постоянном таком общении с Господом Богом, там связь без роуминга, все хорошо, напрямую. И это то состояние, которое они удержать не смогли. И мы, так если следовать библейскому повествованию, будучи их потомками, тоже этой связи не знаем. А если то, что вы сказали о празднике Вознесения, то есть я это так понимаю, что таким образом человеческая природа, она возвращается туда, откуда она...

Протоиерей Георгий

– Не просто возвращается. То есть это не просто возвращение в первозданное состояние до грехопадения. Мы утверждаем большее, что это восстановление человеческого естества и открытие для него возможностей соучастия в жизни Троицы.

А. Митрофанова

– То есть соучастие в жизни Бога?

Протоиерей Георгий

– Да, и в этом главный смысл праздника. А теперь это как бы мы связываем вот таким образом с Воскресением. А теперь давайте дальше шаг сделаем, потому что нас же через десять дней ожидает праздник Пятидесятницы.

А. Митрофанова

– Троицы.

Протоиерей Георгий

– И Господь в Евангелии, в частности, очень подробно Он об этом говорит в так называемой прощальной беседе. Вот если наши слушатели хотят освежить в памяти эти строки это 13-я – 17-я главы Евангелия от Иоанна. И Он говорит о том, что то событие, которое мы сейчас обсуждаем, оно непосредственно – я специально не употребляю слово «логически», потому что у нас любят говорить...

А. Митрофанова

– А какая здесь логика?

Протоиерей Георгий

– О логической связи, а мы сейчас...

А. Митрофанова

– Здесь, мне кажется, логики никакой нет.

Протоиерей Георгий

– Мы можем условно это назвать металогикой.

А. Митрофанова

– Да, кстати говоря, да.

Протоиерей Георгий

– И вообще слово «логика» здесь совершенно не годится. А Господь говорит о том, что, если Я не уйду, вы не получите Святого Духа. Вот почему Бог выбрал такой способ Промысла, такой способ спасения человека, мы на эту тему можем очень много обсуждать, но это будет, с моей точки зрения, бессмысленное рассуждение. Господь возносится, чтобы на земле родилась Церковь как богочеловеческий организм, который может родиться. Хотя, обратите внимание, что Церковь как человеческий организм уже существует к этому моменту. Ведь Господь установил Таинство Вечери уже, Он уже установил его...

А. Митрофанова

– Евхаристия, причастие.

Протоиерей Георгий

– Установил Таинство Евхаристии на Тайной Вечери. То есть можно совершать это Таинство. Уже есть апостолы, уже есть пресвитеры.

А. Пичугин

– Обычные внешние признаки, они уже все соблюдены к этому моменту.

Протоиерей Георгий

– Да, нету только одного – маленького, но самого главного признака, что в этом человеческом организме еще не живет Святой Дух. Оказывается, этот Святой Дух, Он может этот человеческий организм сделать богочеловеческим организмом только после Вознесения Христа.

А. Митрофанова

– Отец Георгий, я понимаю, что сейчас мы говорим о таких невероятно высоких вещах. Но, исходя из того, что вы сейчас сказали, я не могу не спросить у вас. Мы живем в XXI веке, веке информации, и очень много разных сведений, в том числе и о Церкви на сегодняшний день существует. То, о чем вы говорите, о присутствии Святого Духа в этом богочеловеческом организме. Получается, оно совершенно не зависит от того, что может происходить на конкретных приходах или в административной церковной системе и так далее. То есть, вне зависимости от того, что может совершаться по человеческому такому, как это сказать, произволению, Дух Святой все равно остается?

Протоиерей Георгий

– То, что Дух Святой все равно остается, я в этом нисколько не сомневаюсь, думаю, что вы тоже. Но вы затрагиваете очень важную тему. Это вовсе не означает, что как бы мы ни жили и что бы мы ни творили в своей жизни, вот мы можем быть уверены, что Дух Святой все равно остается, поэтому начнем грешить, начнем безобразничать, начнем совершать какие-то ужасные поступки. Дух Святой, конечно, остается, потому что ну свидетельств этому в Священном Писании есть очень много. Апостол Павел в том же самом Первом Послании Коринфянам говорит о том, что Таинство Евхаристии будет совершаться вплоть до второго пришествия Христова. Но весь вопрос заключается в том, каково обиталище этого Святого Духа. То есть как Святой Дух этот Дух Святой остается в Церкви, но как Он остается и как он проявляется в нашей церковной жизни, это уже гораздо более сложный вопрос. Наши грехи и наши безобразия, они могут сделать безблагодатными многие наши действия и многие проявления нашей жизни.

А. Митрофанова

– Тут есть о чем подумать. И я думаю, что это отдельная большая тема для разговора. Но коль скоро мы сегодня говорим о смыслах праздника Вознесения Господня, и уже не раз говорили о том, что это событие абсолютно экстраординарное, также как и другие события, связанные с жизнью Христа земной жизнью. Вы к нам пришли сюда с книгой, не с пустыми руками. Ваша книга, посвященная Льву Николаевичу Толстому...

А. Пичугин

– Мы о ней уже как-то говорили в нашей студии.

А. Митрофанова

– Мы о ней уже говорили здесь, в студии и можно о ней говорить снова и снова, потому что это книга, заслуживающая пристального, на мой взгляд, внимания, это фундаментальный такой труд. Я хочу у вас спросить, потому что мне кажется, мировоззрение Толстого, оно близко было не только людям тогда, на рубеже XIX – XX веков, в начале XX века, оно и сегодня тоже многим близко. Ведь, по сути, как Толстой прочел Евангелие. Те экстраординарные события, о которых мы сейчас говорим, он не считал, для него они оказались не настолько принципиально важными, как, скажем, та социальная доктрина, которую принес Христос.

А. Пичугин

– Или сначала считал, а потом уже в этом увидел как раз ту социалистическую доктрину.

А. Митрофанова

– Ну, в общем, да. То есть в итоге вариант его редактуры Евангелия это вот в чистом виде таткой Спаситель как первый социалист. А ведь мы сегодня говорим как раз о тех событиях, которые, получается, Толстого они либо меньше интересовали, либо они его не затронули, либо он не считал вот это вертикальное измерение, о котором вы говорите. Но применительно к Толстому подумать об этом, на самом деле, страшно. Потому что я с трудом себе представляю Льва Николаевича Толстого, который не имеет представления о вертикали. Что там произошло? Мне кажется, это сегодня очень важно понять. Мы близки к его мировоззрению.

Протоиерей Георгий

– С моей точки зрения, понятно, что я много на эту тему и говорил, и думал. Сейчас я хочу сказать, что, с мой точки зрения, все очень просто. Не применительно к душе Толстого, это отдельный вопрос, и я согласен с вами, что это обсуждать уже не нашего ума дела, в каком-то смысле. Я просто хочу что сказать и, кстати, в этой книге я пытаюсь вот то, что я сегодня скажу, изложить в виде такой вот схемы. Ну, ничего не поделаешь, математическое прошлое проявляется на каждом шагу.

А. Пичугин

– Да мы уже пол программы, наверное, слышим ваше математическое прошлое.

А. Митрофанова

– Совершенно верно. Вертикаль, горизонталь, система координат.

Протоиерей Георгий

– Ну простите, я все-таки 15 лет в школе преподавал геометрию, это накладывает неизгладимый отпечаток вообще на все.

А. Пичугин

– А помогает, кстати говоря? Это же не то чтобы спор всегда был, но насколько по-разному, где-то мне попадались рассуждения, насколько по-разному люди, изучающие Священное Писание, смотрят на него, имея за плечами технический опыт и гуманитарный исключительно.

Протоиерей Георгий

– Ну, понимаете, в чем дело, тут если об этом говорить, просто тот факультет который я кончал, он и не технический и не гуманитарный, он математический.

А. Пичугин

– Механико-математический был.

Протоиерей Георгий

– Да. Это совершенно особое такое сообщество людей. И я сейчас вот, прямо отвечая на ваш вопрос, хочу сказать, что, к сожалению, в этом месте очень – я не хочу никого обижать, и этот факультет сейчас существует и процветает, но, к сожалению, тем, кто там учится и преподает, свойственен некоторый снобизм. И я просто сделаю такое личное признание: я очень долго боролся в жизни, чтобы от него как-то отойти. Потому что математики, они всегда уверены, что они очень умные, и я через это прошел тоже.

А. Митрофанова

– А разве это не так? Мне кажется, что это правда, что все люди, которые как-то глубоко находятся в этой теме, они все невероятно умные.

Протоиерей Георгий

– Ну сейчас неважно, так это или нет, и не всегда так, во-первых. А во-вторых, это очень мешает спасению. А это у нас сегодня главная тема. Когда человек хочет спастись, ему надо быть поглупее. Поэтому...

А. Митрофанова

– Интересно. Почему, слишком много рацио мешает или что?

А. Пичугин

– Смело, я бы сказал.

Протоиерей Георгий

– В контексте того, что говорит Христос. С чего начинаются заповеди блаженства: блажены нищие духом. Нищета духовная, вот она не всегда математикам и вообще она свойственна. Но сейчас это неважно.

А. Митрофанова

– Мне кажется, это не зависит от IQ, это зависит от того, насколько человек, как человек это воспринимает.

Протоиерей Георгий

– Хорошо. Я про другое хочу сказать. Значит, вот что здесь важно, что всех людей и живших, и живущих, можно разбить на две категории. Одна категория это люди, которые вполне удовлетворены двумя измерениями. Вот, между прочим, это здорово формулирует Иван Карамазов, он говорит: у меня ум евклидовский. Иван Карамазов это очень яркий представитель такого типа. Притом что это очень умный человек.

А. Митрофанова

– Невероятно умный, конечно. И он как раз, евклидова геометрия.

Протоиерей Георгий

– Да, но он формулирует: у меня ум евклидовский и мне непонятно все, что выходит за пределы моего евклидовского ума. А то, что мы сегодня обсуждаем, выходит за пределы наших евклидовских умов. Воскресение Христово выходит, Вознесение Христово выходит и так далее. И с этой точки зрения, можно вполне сказать было, что у Льва Николаевича Толстого был евклидовский ум, взращенный и воспитанный эпохой Просвещения. И здесь об этом тоже подробно говорится: кто взращивал, как воспитывал. И через это прошел не только он, но и другие почтенные люди. Как ни странно, через это же искушение прошел, например, совершенно другой по типу человек, Константин Петрович Победоносцев. Это парадокс. Он тоже человек с четким, ярким евклидовским умом, это можно очень легко показать. А вот, скажем, Федор Михайлович Достоевский, их другой современник, он же не случайно в уста старца Зосимы вкладывает замечательные и очень тонкие, и очень глубокие слова, что в этом мире Бог посеял семена миров иных. Вот я начал с того, что всех людей можно разбить на две группы. Первая группа это люди, довольствующиеся плоскостью, горизонталью и евклидовской геометрией. А вторая группа – это люди, способные, как сказал один социолог религии замечательный XX века, на большую трансценденцию – то есть на некий прыжок туда, где эти евклидовские законы перестают действовать. А в факте Воскресения они престают действовать. Потому что с точки зрения евклидовой геометрии, человек воскреснуть не может, и вознестись не может. И что такой Святого Дух, непонятно. А вот с точки зрения другой геометрии, о которой дал нам некоторые представления Николай Иванович Лобачевский, причем, когда он это сделал, его признали сумасшедшим. А интересный такой факт исторический, что вот эту вот неевклидову геометрию раньше Лобачевского предугадала великий немецкий математик Гаусс. Но когда он увидел свои результаты, он просто свои работы спрятал в стол. Потому что он понял, что будет, если он сейчас их опубликует. То есть это было настолько прекрасно, удивительно и непонятно, что люди, они совершенно были не готовы это публиковать и не готовы были... Вообще, это интересный момент, что многие математические открытия, они настолько неожиданны были для современников, что их авторов признавали психами. Это история Георга Кантора, знаменитого другого немецкого математика, который открыл понятие континуума, без которого сейчас математика обойтись не может. А когда он это сделал, все стали думать, что он псих. Это очень интересно. Поэтому вот это очень важный момент, что есть люди, способные к большой трансценденции, к прыжку вот в эти миры иные.

А. Митрофанова

– Давайте мы сейчас сделаем небольшую паузу и вернемся к этому разговору. Потрясающе интересно. Я напомню, что в гостях в программе «Светлый вечер» сегодня на радио «Вера» протоиерей Георгий Ореханов, проректор Свято-Тихоновского гуманитарного университета. И здесь Алексей Пичугин, я, Алла Митрофанова. Вернемся к разговору.

А. Пичугин

– Возвращаемся в студию светлого радио. Здесь, я напомню, Алла Митрофанова, я, Алексей Пичугин, и проректор Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета, протоиерей Георгий Ореханов. Мы уже как бы начали говорить о Льве Николаевиче Толстом, но тут сбились на такую интересную тему. Давайте немного еще поговорим и закончим с ней. Очень интересно про неевклидову геометрию. Остановились мы на том, что понятие континуума, да?

Протоиерей Георгий

– Нет, континуум другое.

А. Пичугин

– Все, так, я как человек гуманитарный абсолютно, мне это очень интересно, но я не могу сказать, что хорошо понимаю.

А. Митрофанова

– А я вот как раз слушаю вас и вспоминаю школу, потому что вообще у меня долго было непонятно, какие мозги, технические или гуманитарные. И когда в 9-м где-то классе или 10-м стало уже окончательно понятно, что гуманитарные, моя учительница по математике, то есть по алгебре и геометрии, она очень переживала что как же так, я теперь буду больше изучать другие предметы. И я сейчас слушаю вас и вспоминаю, как же я любила все вот эти и формулы, и чертежи, и геометрию, вот все эти все построения, эти конусы, не знаю...

Протоиерей Георгий

– А все очень просто, я вам сейчас объясню это в течение минуты. Вот мы уверены все, что живем в трехмерном мире, в котором есть прямые отрезки и так далее. И для нас образом такой прямой является, например, луч света. Но в XIX веке люди стали догадываться и замечать, что не все так просто. Потому что наш космос он состоит, не из пустого пространства, а из массивных тел – это звезды, планеты и так далее. И люди стали догадываться, что если мы пускаем с земли луч света, то под воздействием сил тяжести этот луч будет искривляться. А это значит, что в космосе другие геометрические законы должны работать. Прямая, она перестает быть прямой. И вот Николай Иванович Лобачевский был одним из тех людей, которые чувствовали это. У них же никаких еще не было ни телескопов, ни космических полетов, ничего.

А. Митрофанова

– Это интуиция вот эта невероятная, гениальная интуиция.

Протоиерей Георгий

– Да, вот эта вот интуиция подсказывала, что, на самом деле, есть другие геометрии, не только та, в которой якобы мы живем. Хотя, на самом деле, мы здесь на земле тоже не евклидовой геометрии живем, а в другой. Но это уже совсем сложно и интересно.

А. Митрофанова

– Я вспоминаю сейчас человека, который сказал фразу: «А все-таки она вертится», которого тоже не понимали, не признавали, и в общем, неудобной была его теория.

Протоиерей Георгий

– Просто нам сейчас надо к чему вернуться, к тому, что в религиозной жизни, в духовной жизни тоже вот есть неевклидова геометрия. И самая настоящая религиозная жизнь, она начинается тогда, когда человек для себя открывает вот эту вот новую геометрию, совершенно новые законы, которые не укладываются в законы логики. И вот обратите внимание, я упомянул Ивана Карамазова, эта вот замечательная беседа с Алешей, и я думаю, что...

А. Митрофанова

– Где он рассказывает Легенду о Великом Инквизиторе?

Протоиерей Георгий

– Ну да, он много чего рассказывает.

А. Митрофанова

– Ну там много чего, это правда, там страшные есть вещи.

Протоиерей Георгий

– Я просто уверен, что человечество прекратит свое существование, а мы не сможем все смыслы исчерпать. Вот как Достоевский это смог написать, что мы до сих пор не можем разобраться во всем. И Иван говорит: у меня евклидовский ум и есть логика. И вот он начинает с точки зрения этой логики рассказывать ужасы: как мучают детей, как там турки мучают детей и так далее. С точки зрения логики это ужасно, и выхода нету.

А. Митрофанова

– Совершенно верно, да.

Протоиерей Георгий

– С точки зрения евклидовской логики, Алеша Карамазов, он безмолвен. Он ничего сказать ему не может. Но Алеша Карамазов ему говорит, что любовь, она выше логики и она предшествует ей. И обратите внимание, как Достоевский гениально эту проблему решил. Алеша не находит рациональных аргументов, возражений, но следующая глава называется «Кана Галилейская». Алеша переживет духовный восторг, видя своего старца воскресшим со Христом.

А. Митрофанова

– А потом разочарование переживает, кстати.

Протоиерей Георгий

– Понятно. Вот Достоевский здесь главное почувствовал, с моей точки зрения, что человек, ну при определенных условиях, он может быть причастен этим мирам иным. Это то, чего Толстой не захотел, к сожалению, и не мог, наверное, в силу своего воспитания, вот этого бэкграунда всего, о котором мы говорим. А Достоевский этот прорыв осуществил.

А. Митрофанова

– Вы знаете, отец Георгий, мы в XXI веке живем, и сегодня мне, например, приходится слышать иногда, когда меня там спрашивают о каких-то особенностях моего мировоззрения, это самое последнее дело пытаться какие-то вещи объяснять, и я давно уже перестала даже пытаться это делать. Но все равно, когда раскручивают на такие разговоры...

Протоиерей Георгий

– Ну я вас раскрутил, да?

А. Митрофанова

– Это мы вас раскрутили. В общем, знаете, я просто очень часто слышу такой вопрос, аргумент или контраргумент: но ведь это же эскапизм. Вот эта вот вертикаль – это эскапизм, это попытка сбежать от реальных проблем куда-то в другое измерение. Вот прикрыться каким-то добреньким Богом, найти какое-то утешение. И тогда получается, что вообще это религиозное измерение это измерение ну для такого утешения слабых что ли. Для тех, кто не может жить, ну выражаясь вашей терминологий, в евклидоой геометрией, не может ее понести.

Протоиерей Георгий

– Мне это возражение кажется очень примитивным и просто несерьезным.

А. Митрофанова

– Почему? А мне кажется, это серьезно очень.

Протоиерей Георгий

– Почему, потому что... Хорошо, давайте про эту вертикаль забудем. Останемся на плоскости и начнем решать наши житейские проблемы, которые, действительно, очень серьезны. Вот я на днях участвовал во встрече мощей святителя Николая. И Святейший Патриарх Кирилл, когда выступал, он еще раз обратил внимание на очень важное обстоятельство, насколько в современном мире христианство из него уходит. Причем уходит самыми разными способами. Скажем, на Ближнем Востоке, казалось бы, наша страна пережила 80 лет какого-то агрессивного, жесткого, бесчеловечного секуляризма. И вот в начале XXI века мы должны выдохнуть и сказать: ну все, мы сделаем все, чтобы этого больше не повторилось. Как в 60-е годы там, после Карибского кризиса говорили: все, мы сделаем все, чтобы этого не повторилось, начинается борьба за мир. Все, человечество уже должно быть иным после этого...

А. Пичугин

– Ну об этом говорил весь мир, а мы заходим на новый круг.

Протоиерей Георгий

– Да. А как мы заходим на новый круг? Ну посмотрите, что в Сирии творится. Ну как в начале XXI века мы можем видеть эти фотографии, где...

А. Митрофанова

– Не надо, отец Георгий. Пожалуйста

Протоиерей Георгий

– Ну жутко, жутко. То есть мы возвращаемся к этому. А что происходит в Западной Европе? В традиционных школах, в традиционных учреждениях, в традиционных католических странах выносят кресты, выносят любые священные изображения, убирают какие-либо упоминания о христианстве.

А. Митрофанова

– Ну это далеко не везде. Имело место, но не надо обобщать.

Протоиерей Георгий

– Я не говорю, что везде. Но я довольно часто в Европе бываю, в разных местах, и это общая тенденция. Я могу сказать, вы можете со мной не согласиться, но в современной Европе, человек, который позиционирует себя христианином с традиционными взглядами, с моей точки зрения, для него политическая карьера закрывается сразу.

А. Пичугин

– Ну нет, я не соглашусь.

Протоиерей Георгий

– И в качестве примера я вам могу привести последние выборы во Франции. Помните кандидата Фийона, который себя позиционировал традиционным католиком и высказался на тему абортов и так далее?

А. Пичугин

– Он погорел на коррупции, но это уже другой вопрос.

Протоиерей Георгий

– Ну насколько это можно назвать коррупцией, это очень спорный...

А. Пичугин

– Да, в России это нормально то, на чем он погорел.

Протоиерей Георгий

– Просто по российским меркам это не коррупция.

А. Митрофанова

– Давайте вернемся все-таки к основной теме нашего разговора. Мы о Вознесении в первой части программы поговорили. И поскольку хочется и вашей книге тоже внимание уделить и вернуться к теме Льва Толстого. Все-таки, вы знаете, действительно, вот эти экстраординарные события в земной жизни Христа, прежде всего, даже, может быть, не столько Рождество, хотя это тоже абсолютно экстраординарное событие, да, собственно мы летоисчисление теперь от этого момента ведем. Там погрешности есть, конечно, плюс минус сколько-то лет, но это не принципиально, сам факт, само это событие, оно перевернуло уже мир. Но дальше ведь было Воскресение, а потом было Вознесение, то о чем сейчас мы говорим. И получается, что вот это вот все Толстому очень трудно понять. Многим из нас сегодня трудно понять. И вы это объясняете тем, что это просто ну вот другая, не знаю, другая система координат, другой ум.

Протоиерей Георгий

– Нет, это, конечно, совсем не просто. Понимаете, нельзя вообще к этому явлению относиться пренебрежительно: ну ты просто дурак, а я умный.

А. Митрофанова

– Вот да.

Протоиерей Георгий

– Мне понятно, что такое Воскресение, а тебе непонятно.

А. Митрофанова

– А подождите, а есть люди, которым понятно, что такое Воскресение до конца?

Протоиерей Георгий

– Ну мы можем по-другому сказать: которые верят в Воскресение, которые живут Воскресением.

А. Митрофанова

– Это другое, да.

Протоиерей Георгий

– Но все равно, здесь дело не в том, что вот я... Мне вот очень не близка, например, такая биологизаторская теория, что вот у меня в мозгу есть какие-то нейроны, которые делают для меня возможным религиозное чувство, а вот у атеистов их нету. Это как-то все очень примитивно. Дело в том, что ряд факторов есть, которые, на самом деле, совершенно от нас, от каждого из нас не зависят. Есть ряд процессов очень важных, которые протекают в человеческой истории. Вот, кстати, в книге, к которой мы вернулись...

А. Митрофанова

– «Лев Толстой. «Пророк без чести».

Протоиерей Георгий

– Да, «Лев Толстой. «Пророк без чести». Один из этих процессов, я постарался его прописать очень подробно, это процесс секуляризации. Я просто стараюсь подобно объяснить, что это такое. И, честно говоря, меня даже немножко стали за это ругать, потому что сказали, что стилистически этот раздел, он выбивается и так далее. Но все равно без этого нельзя. Просто в начале XVI века в человеческой истории произошла такая глобальная революция, организованная, в частности, Мартином Лютером, которая привела к очень серьезным последствиям.

А. Митрофанова

– Который не собирался, на самом деле, никакую революцию совершать.

Протоиерей Георгий

– Ну, собирался или нет, это сейчас не важно.

А. Митрофанова

– Ладно, это другой разговор.

Протоиерей Георгий

– Сейчас, между прочим, 500 лет в этом году мы празднуем.

А. Митрофанова

– Да, кстати говоря.

А. Пичугин

– Мы уже отметили.

Протоиерей Георгий

– Вы уже отметили, а мне вот только в июне мне это предстоит, в Виттенберге поучаствовать.

А. Митрофанова

– Серьезно? Прям вот в самом городе?

А. Пичугин

– Конференция будет?

Протоиерей Георгий

– Там будет, во-первых, конференция наша восьмая, совместная с Гумбольдт университетом, и будет поездка в Виттенберг обязательно. Я просто хочу сказать, что Лютер, хотел он этого или не хотел, он запустил некоторый процесс смещения ценностей. Он поставил перед собой совершенно сознательно задачу: нечто из сакральной области должно быть перенесено в область светскую. Католическая церковь совершенно неправильно понимала спасение, совершенно не понимала суть вообще религиозного, а мы сейчас должны по-другому это осмыслить.

А. Митрофанова

– Ну послушайте, это же была реакция на то, во что индульгенции превратились, это же просто...

Протоиерей Георгий

– Да, это на что была реакция, понятно. Но просто оказалось, что этот маятник был запущен с такой большой скоростью и с такой инерцией, что он начал потихоньку сокрушать все. То есть это мы называем выплеснуть из ванночки не только воду, но и ребенка. И, в конце концов, вот к XVIII веку этот процесс, он уже оформился. Уже в религии ребенка не осталось, Младенца Христа уже там Ему места нет. И не случайно в недрах протестантизма немецкого, скажем, в XIX веке начинаются «поиски исторического Иисуса». Не Богочеловека, Воскресшего Иисуса Христа, а «исторического Иисуса». Вот была такой Давид Фридрих Штраус такой, который написал в 1843 году, издал первую биографию великого учителя Иисуса Христа. И вот это подход, он Толстому был очень близок.

А. Митрофанова

– Ренан, наверное, ему тоже близок.

Протоиерей Георгий

– Ренан это последователь Штрауса, да, ну и целый ряд таких авторов появился. И Толстому все это очень было близко. Иисус Христос это такой же человек, как и мы, но Он принес людям Божественное учение. Откуда Он его взял, и как простой человек может принести Божественное учение – тут начинается целый ряд вопросов. И вообще, я должен сказать, если рассуждать с точки зрения академичного дискурса, то религия Толстого, вот он очень много критиковал историческое христианство, но его религия она абсолютно точно так же с этих позиций логически уязвима. Его построения, они также с логической точки зрения могут показаться бездоказательными и довольно бессмысленными. Он как-то того не учел немножко. Он просто не учел главного, того, о чем мы в первой половине передачи говорили, что если оставаться в этой сфере плоскости, то любые попытки построить религию на основаниях нравственности, человеческих поступков или чего-то еще – они обречены на поражение.

А. Митрофанова

– Ну это невозможно. Это, мне кажется, по определению невозможно ведь религия – «религар» – это восстановление, приставка «ре» означает восстановление связи, которая была утрачена. Это попытка... достучаться до небес, условно говоря.

Протоиерей Георгий

– Именно до небес.

А. Митрофанова

– Ну да, и восстановить ту связь с Господом Богом, которая вообще-то, мне кажется, она нам необходима. Просто мы же сознательно или подсознательно все ощущаем, что мы чуть больше, чем набор клеток. Ну мы же не можем быть просто сведены к набору клеток, в нас что-то больше есть. Это может и в любви проявляться, я не знаю, любовь к детям, любовь к родителям, любовь мужчины к женщине – это какие-то вещи, которые с точки зрения нейробиологии, наверное, можно объяснить. Но у которых, как мне кажется, есть еще и гораздо более глубинное какое-то измерение. И, в общем, это тоже отчасти, наверное, доказательство того, что мы что-то большее, чем просто набор клеток.

Протоиерей Георгий

– Я думаю, что да. И набор биохимических процессов.

А. Пичугин

– Напомним, дорогие слушатели, что в гостях у радио «Вера» сегодня протоиерей Георгий Ореханов, российский богослов, историк, проректор Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Отец Георгий, у меня вот такой вопрос, уже земной совсем. Книжка ваша называется «Лев Толстой. «Пророк без чести». И мы с вами это название обсуждали, вы его адвокатировали здесь, в этой студии. Но я видел несколько аннотаций, которые как раз строились довольно негативно именно на основании названия книги. А как, по прошествии нескольких месяцев после ее выхода, уже по факту получатся, что полгода, как реагируют читатели и, самое главное, в магазинах какой на нее спрос, и влияет ли как-то заголовок, название, вернее, книги на него?

Протоиерей Георгий

– Ну влияет ли заголовок на спрос, я не знаю. Это специальный вопрос, который надо исследовать. Но на любой встрече, а мне за эти полгода пришлось участвовать в большом количестве встреч, обязательно кто-то просит этот заголовок объяснить. Я не помню, говорил я об этом в октябре или нет...

А. Пичугин

– Да, но времени много прошло, наверное, стоит еще раз.

А. Митрофанова

– Стоит напомнить. Во-первых, «пророк без чести» в кавычках.

А. Пичугин

– А кавычки обычно никто не видит.

А. Митрофанова

– А зря.

Протоиерей Георгий

– Да, но просто важно, что наш вот главный редактор издательства ЭКСМО, он решил сначала запустить такой тестовый вариант обложки в фейсбуке и посмотреть, как люди реагировать будут. И большинство людей реагировало нормально. Но все-таки я получил два или три письма, одно письмо: как мне не стыдно, неужели я не понимаю, что Лев Толстой это русский офицер, русский дворянин и что это был честный человек и так далее. Мне пришлось объяснять, что я это понимаю и об этом много пишу в книге. А потом я получил более серьезное письмо, и даже человек, который мне его написал, мы с ним так вот, в общем, поссорились в фейсбуке и раздружились.

А. Митрофанова

– Ой-ой, зачем?

Протоиерей Георгий

– Ну так вот бывает, к сожалению. Действительно, возникает иллюзия, не разобравшись в ситуации, обвинить меня там, или редакцию, или кого-то еще, что мы хотим опорочить Толстого.

А. Пичугин

– А я помню, что вам редакция предлагала изменить название.

Протоиерей Георгий

– Нет.

А. Пичугин

– Нет? Вы мне, кажется, рассказывали.

А. Митрофанова

– А здесь надо пояснить, что ведь если «пророк без чести» в кавычках, это имеется в виду евангельский эпизод, там где «не бывает пророка без чести, разве только в отечестве своем».

Протоиерей Георгий

– Да, во-первых. И мы, кстати, эту цитату специально на обложку поставили. Но тут важно и другое. Я вот с момента нашей первой встречи нашел у Герцена, у него есть «Былое и думы», воспоминания замечательные...

А. Пичугин

– Ну конечно.

Протоиерей Георгий

– И там он прекрасно пишет, как он понимает, кто такой пророк в наше время, а написано это в 40-е годы XIX века. И это очень подходит к Толстому. Он пишет, что пророк это человек, который делает очевидным для окружающих людей некоторые явления и некоторые процессы. А Толстой как раз в этом смысле, он же пророк не в ветхозаветном смысле. Господь говорит в Евангелие о ветхозаветных пророках, что они «пророки без чести». А Толстой пророк в другом смысле: он сделал очевидным для окружающих то, чем жила уже вся Европа. Вот Николай Яковлевич Данилевский, русский философ, он в одной своей статье написал: а что вы удивляетесь, что вы ругаетесь на Толстого? Слова Толстого – это воздух, которым мы дышим. Неужели вы все не понимаете, что Толстой просто открывает нам то, чем мы всем живем. Вот он открывает эти сомнения, эти размышления. Ну наш сегодняшний разговор – мы, в принципе, воспроизвели беседу каких-нибудь трех интеллектуалов там в 70-е годы XIX века, которые тоже размышляли о Богочеловечестве Христа, о Воскресении, что это такое, как это понимать вообще, как это трактовать и так далее. Вот Толстой об этом и писал, но он писал об этом с определенных позиций. И он был одним из немногих русских, кто об этом писал, потому что в Европе об этом писали гораздо больше самые разные люди. И в этом смысле, он пророк. И теперь, почему он без чести. Не потому что он бесчестный, а вот это парадоксально, ведь казалось бы, он очень знаменитый, известный, и популярный, и богатый и так далее. Но дело в том, что парадокс и трагедия жизни Толстого заключались в том, что он был знатен, и знаменит, и популярен не тем, что он сам ценил в своей жизни и в своем творчестве. Он был популярен как писатель художественный, как автор «Войны и мира», «Анны Карениной». А он уже к тому времени писал, что все это чепуха, все это художественная литература, она совершенно не нужна и она народ только портит. А для воспитания народа, вот пускай он мои сказки читает. А сказки Толстого никто читать не хотел, они никому не интересны были.

А. Митрофанова

– Отец Георгий, я вам должна сказать, что на первый взгляд, название вашей книги оно невероятно провокативное. А на второй взгляд, вот когда вся эта система образов и смыслов, о которых вы сейчас сказали, начинает вскрываться, понимаешь, что это, конечно, название очень глубокое. Потому что и действительно, в том мире, в котором жил Толстой и в той системе приоритетов, смыслов, которые были для него важны, он оказался пророком без чести, потому что, в общем, его не услышали. И, действительно, его уход из жизни и вот эти последние его дни, какое-то чувство одиночества...

Протоиерей Георгий

– И уход из семьи, заметьте.

А. Митрофанова

– И уход из семьи, из Ясной Поляны.

Протоиерей Георгий

– Ведь Господь говорит, что пророк без чести только в отечестве, в своем доме, а Толстой и в своем доме оказался пророком без чести – тоже очень важно.

А. Митрофанова

– И вот это одиночество, конечно...

А. Пичугин

– А кого услышали? Достоевского услышали?

Протоиерей Георгий

– Я думаю, что Достоевского услышали больше.

А. Пичугин

– Мне просто кажется, опять же, применительно к книге... Что обычно люди знают о Льве Николаевиче? Кроме курса школьной программы, и то, многие «Войну и мир» тогда не читали, сказки, которые никому не нужны, но в советской школьной программе они были хорошо представлены, по крайней мере, кто-то их знает. Ну «Анну Каренину» читали большее количество народа. Но тем не менее, Толстой это скорее в сознании русского народа довольно-таки абстрактный образ, оторванный от своего творчества. И все знают при этом, безусловно, его как автора книг, неважно, читали или не читали, «Война и мир», «Анна Каренина» – такой вот необходимый минимум, но тем не менее. И все знают, что Церковь его предала анафеме, хотя и не предавала. Но это вот устоявшееся. И когда человек видит книгу, на обложке которой написано: «Лев Толстой. «Пророк без чести», а в авторстве указан священник, то в первую очередь, как раз и возникает вот такое отторжение...

А. Митрофанова

– Кстати говоря, да.

Протоиерей Георгий

– Комплекс представлений.

А. Пичугин

– Ну вот, еще очередной какой-то там батюшка написал книжку, значит, про нашего, да, ну понятно, еще вот такую толстую.

А. Митрофанова

– Размажет по стенке великого классика, как посмел.

А. Пичугин

– Да, хотя, может, сами великого классика и не читали. Но мы еще тогда с вами об это говорили, и вы подробно рассказывали про само название, и сейчас мы об этом говорим. Но тем не менее, все равно, как я тогда не совсем понимал, так и сейчас продолжаю не понимать, для чего нужна вот такая провокативность. Ведь явно, таким образом, может быть отторгнут целый ряд людей, которые могли бы из этой книги узнать гораздо больше о Толстом, его взаимоотношениях с Церковью и с близкими людьми. Но, тем не менее, читая название, они, скорее всего, ее не купят.

Протоиерей Георгий

– Алексей, я отвечу на ваш вопрос богословски.

А. Пичугин

– Так.

Протоиерей Георгий

– Мы начали с праздника...

А. Пичугин

– Вознесения?

Протоиерей Георгий

– Вознесения. Воскресение Христово и Вознесение это невероятная провокация, Зачем она была нужна? Это настолько провокативно, что Христос рисковал очень многих отторгнуть от Своего учения. Как, между прочим, и беседа о Евхаристии. В 6-й главе Евангелия от Иоанна прямо сказано, что стали спорить об этом, ученики между собой стали спорить и многие от Него отошли. Зачем эта провокативность? Можно же было попроще сказать, как Толстой хотел. Вот объясните попроще, зачем вкушать Тело Христово. Между прочим, в греческом Евангелии от Иоанна, там стоит не «вкушать», а «глодать». Глагол «глодать» для чего, для того, чтобы уж никаких сомнений не было, что Господь призывает, буквально, есть Его Тело. Как раз Толстой этого принять никак и не мог. Для него это была излишняя провокативность. А я на это хочу сказать, что христианство, оно существует только за счет своей космической провокативности.

А. Пичугин

– Ну, мы с этим не спорим.

Протоиерей Георгий

– И космическая провокативность христианства это в нем самое главное. А принимаешь ты эту провокацию или нет, это уже твое дело.

А. Митрофанова

– Отец Георгий, у нас не так много времени остается. Мне бы хотелось сейчас вернутся к началу нашего разговора. Праздник Вознесения Господня. Вы знаете, всегда такая грусть бывает, ну заканчивается пасхальный период – я сейчас от наших высокий материй перехожу к такому простому очень восприятию того, что Господь был среди Своих учеников, и вот Он уходит. Ну ведь с Ним же так хорошо, почему Он не остается, почему обязательно вот это... И есть ли вот этот вот оттенок грусти в этом празднике или это неправильно так его воспринимать?

Протоиерей Георгий

– Что оттенок?

А. Митрофанова

– Грусти в празднике Вознесения. То есть вот сорок дней Он был среди учеников, и вот сейчас, сорок дней по Пасхе Господь посреди нас, а потом, соответственно, все уже. И не будем мы друг друга приветствовать «Христос воскресе!», и какого-то особого настроения вот этого тоже не будет. Чисто человеческий у меня вопрос.

Протоиерей Георгий

– Да, ну евклидовский вполне.

А. Митрофанова

– Ну, пожалуйста, или так.

Протоиерей Георгий

– По-евклидовски, конечно, все так и есть. Но просто вот давайте откроем книгу Деяний Апостольских и посмотрим, какая удивительная жизнь описана в первых христианских общинах. Ведь какие слава там находятся, что у них все было общее, что у них было одно сердце и одна душа. Ну и вообще это был просто такой вот фонтан благодатной жизни, если выражаться так, не совсем осторожно. А когда этот фонтан начинает бить? А он начинает бить после того, как Христос возносится, но Церковь получает Духа Святого. То есть любая наша христианская община, любой приход, любое сообщество, любая наша христианская семья, она может стать, как Сам Господь говорит, источником воды, текущей в вечную жизнь. Все от нас зависит только, понимаете. Мы сами не хотим этот фонтан создавать.

А. Митрофанова

– Поддерживать иногда его бывает сложно, ну и так далее.

Протоиерей Георгий

– Ну надо стараться.

А. Митрофанова

– Хорошо. Про книгу напомните, пожалуйста, где ее можно достать.

Протоиерей Георгий

– Значит, книга «Лев Толстой. «Пророк без чести». Хроника катастрофы» хроника катастрофы продается во всех крупных московских и не московских книжных магазинах – «Читай-город», центральных магазинах, «Библио-Глобус» и так далее. Ее можно купить через любую книжную сеть – «Озон», «Лабиринт» и прочие. И, кроме того, я хочу сказать, что до 10 июня наш магазин «Православное слово» объявил акцию специальную, и на сайте pravslovo.ru и в магазине «Православное слово», это Пятницкая улица, книгу можно купить с большой скидкой.

А. Митрофанова

– Полезная информация, спасибо.

А. Пичугин

– Спасибо большое. Мы напомним, что протоирей Георгий Ореханов, проректор Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета, автор книги «Лев Толстой. «Пророк без чести» был в гостях у нас сегодня на светлом радио. Алла Митрофанова...

А. Митрофанова

– Алексей Пичугин.

А. Пичугин

– Всего хорошего.

А. Митрофанова

– До свидания.

Протоиерей Георгий

– До свидания.

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Мы в соцсетях
******
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Другие программы
Сказания о Русской земле
Сказания о Русской земле
Александр Дмитриевич Нечволодов - русский генерал, историк и писатель, из под пера которого вышел фундаментальный труд по истории России «Сказания о Русской земле». Эта книга стала настольной в семье последнего российского императора Николая Второго. В данной программе звучат избранные главы книги Александра Дмитриевича.
Разговоры о кино с Юрием Рязановым
Разговоры о кино с Юрием Рязановым
Вы любите кино, или считаете, что на экранах давно уже нечего смотреть? Фильмы известные и неизвестные, новинки и классика кино – Юрий Рязанов и его гости разговаривают о кинематографе.
Встречаем Пасху
Встречаем Пасху
Чтение дня
Чтение дня

Также рекомендуем