Утешалки. Анна Леонтьева

Поделиться

Анна Леонтьева, автор программы "Частное мнение"

Иногда мы встречаем человека, у которого горе. Человек теряет близких.

Это бывает естественно — когда уходят родители, например, своим чередом, от старости и попрощавшись.

Это бывает неожиданно — когда уходят молодые, и даже дети.

Но во всех случаях это — горе. И окружающие люди очень хотят помочь, утешить, поддержать. Но где взять слова? Что делать?

Я хочу поделиться своим опытом, моей семьи и моих друзей, как сделать это деликатно, и чтоб не сделать еще больнее. Надеюсь будет полезно.

Мне кажется важным начать от противного — чего говорить не надо. После своего горя я, будучи все-таки журналистом, стала записывать в свой блокнот слова, как я их назвала, «утешалки». Какие из них сразу почему-то просятся на язык утешителю — но совсем не работают:

«Я так понимаю твое горе!»

Это можно сказать. Но только в том случае, если ты пережил нечто подобное. Тогда тебе поверят. На твоем плече можно будет поплакать. От твоих слов станет легче.

Недавно у моей подруги ушел отец. Родители — они должны уходить. Но сколько бы лет им ни было, для нас это всегда больно, и мы никогда не готовы к их уходу. Тебе кажется, что ты очень взрослый. У тебя есть семья, дети, ты работаешь, словом ведешь себя очень по-взрослому.

Но именно когда уходят твои мама и папа — ты становишься окончательно взрослым. Как я сказала своим детям: «Ты становишься крайним к вечности».

Ты — между своими детьми и вечностью. Один. Поэтому я могла сказать подруге: «Я тебя понимаю. Мир становится совсем другим — без отца»...

Мне кажется, не надо сразу искать «позитивную сторону». Говорить, что «жизнь продолжается» — это как говорят дети, становиться в позицию «капитан очевидность». Человеку достаточно знать, что вы знаете глубину его потери, цените ее и переживаете подобное.

Когда-то у моей подруги отец заболел раком. Он уходил быстро. Это был огромный, гигантский просто, значимый отец. Авраам. Отец-держатель семьи. Подруга молилась, давала Богу обеты — но отец ушел. Подруга надолго окаменела. Прошло много лет, и я обратилась к ней — после того, как проводила своего папу. «Когда отпускает?».

«Знаешь, — сказала она, — после отца в жизни образовалась огромная дыра, подобная черной. Мы поддерживали друг друга, как могли, — с сестрой и мамой. Устраивали вечера в память отца, издавали его книги. И настал момент, когда из этой черной дыры — полился свет!»...

Как мне важно было услышать эти слова. Просто обещание света. Она уже знала ответ на мой вопрос.

Когда ушла моя мама, мы отпели ее в храме Покрова Богородицы. Это был первый день, день отпевания, когда я не рыдала. Я смотрела на нее, и явственно видела, как от наших молитв ей становится тепло.

Моя знакомая, рыдавшая на отпевании, сказала: «Ты вела себя странно! Ты как будто даже улыбалась!». А я просто видела, как маме наконец не одиноко, когда мы все собрались вокруг, и каждый как может молится, даже ее в общем-то неверующие коллеги, большие серьезные мужчины.

Вот, что мне хотелось сказать об утешении тех, кто потерял родителей. В следующем «Частном Мнении» поговорим о других потерях, и как помочь близким с ними справляться. Ну и конечно никто не отменит вот этого: с плачущими — плачь. Просто обними и плачь.

Все выпуски программы Частное мнение

• Четыре часа. Яна Зотова
• Узок путь. Анна Тумаркина
• Три красных яблока. Ольга Цой