Москва - 100,9 FM

«Традиции кузнечного дела». Светлый вечер с о. Андреем Филиппенко и Игорем Чижовым (10.07.2018)

* Поделиться

У нас в студии были настоятель храма великомученика Никиты в Бывалино священник Андрей Филиппенко и кузнец, организатор международного кузнечного фестиваля Игорь Чижов.

Разговор шел о том, как сегодня возрождаются традиции кузнечного дела и как фестиваль при храме стал не только местом обмена опытом, но и миссионерским проектом.


А.Пичугин:

— Здравствуйте, дорогие слушатели! Меня зовут Алексей Пичугин. Приветствую вас в студии светлого радио, и представляю наших гостей. Сегодня этот светлый вечер, ближайший час, вместе с нами и с вами проведёт Игорь Чижов, кузнец и организатор, координатор Международного кузнечного фестиваля в Бывалино ( мы узнаем, где находится Бывалино буквально, через минуту ), священник Андрей Филиппенко, настоятель Никитского храма в Бывалино. Здравствуйте! Здравствуйте!

И.Чижов:

— Здравствуйте!

О.Андрей:

— Здравствуйте!

А.Пичугин:

— Итак, Бывалино. Это Подмосковье, Павлово-Посадский район, правильно?

О.Андрей:

— Совершенно верно.

А.Пичугин:

— У нас в гостях кузнец ( такого никогда не было, по крайней мере, на моей памяти ), и сразу становится интересно: кузнечное дело — это живая профессия сейчас, востребованная, или это — своеобразная реконструкция?

И.Чижов:

— Профессия жива. Занимаюсь ей уже больше 20 лет, и начал заниматься, как раз, при храме Великомученика Никиты, по благословению отца Амвросия, нашего тогдашнего настоятеля. Вот... профессия сейчас жива, и, более того... вы знаете известную пословицу: «Кузнец — всем ремёслам отец». Всё, что нас окружает — это всё кузнечные технологии, так или иначе трансформированные... ну... в какое-то своё дело.

А.Пичугин:

— Изначально — да, конечно. И сложно себе вообще представить, неважно — русский ли дом, поселение ли маленькое, большое, средневековое, более раннее, позднее, до начала ХХ века вообще без кузницы — такого быть не может. Ни в России, ни в Европе, ни где бы то ни было ещё. Кузнец — он один из самых важных людей и в городе, и в деревне. И так было до того, как ни стало появляться массово промышленное производство. То есть, ещё в начале ХХ века, до Революции, и даже в постреволюционные годы, наверное... где-то до Великой Отечественной войны, Второй Мировой, действительно, очень многое производилось именно в кузницах. Но, как мне казалось — возможно, Вы сейчас просто меня полностью переубедите, и я совершенно неправильно представляю себе положение дел — когда стало появляться массово промышленное производство металла, который вот мы все используем, то кузнец как профессия — она не отмерла, но она отошла на второй план, уступив место вот — большим заводам, предприятиям, и массовой продукции, которую мы можем купить в магазине, которая серийно выпускается.

И.Чижов:

— Ну, отчасти, просто это не видно. Мы не видим... вас, допустим. Вы сидите на радио — мы вас не видим, но вы есть. Так же и кузнец. Он на производстве — самый главный человек. Это, в общем-то, такой винтик одного большого механизма, без которого производство может остановиться. Это — обладатель технологий. И ты выкини кузнеца — без всего, куда-нибудь в тайгу... без разницы, куда — в Африку или в Антарктиду — он, всё равно, выживет. По простой причине — он может огонь даже развести из ничего, казалось бы. Можно огонь развести даже от гвоздя, постучав по нему несколько раз... там... два, три десятка раз — и мы можем зажечь огонь.

А.Пичугин:

— А был такой замечательный предмет — сейчас, к сожалению, мало кто о нём знает и помнит — «кресало» назывался, металлический, и, кстати, тоже кузнецы делали, которым высекался огонь.

И.Чижов:

— Всё возвращается!

А.Пичугин:

— Как Вы пришли в кузнечное дело?

И.Чижов:

— Пришёл, вот... ручки тянулись всегда к этому делу. Нужно нам было на часовню — я раньше стройкой занимался, мы в нашем храме строили часовни — и нам нужно было обрамить икону какой-то кованой, красивой решёточкой. Я объехал всю округу, и так и не смог что-то достойное найти. А когда нашёл уже человека, который, в принципе, сделает это, я посмотрел и спросил: «Можно я буду здесь находиться, и посмотрю, как Вы это делаете?» Он согласился и стал моим первым учителем.

А.Пичугин:

— Это уже больше 20-ти лет прошло?

И.Чижов:

— Да.

А.Пичугин:

— Тяжело?

И.Чижов:

— Ну... руками всегда тяжело работать.

А.Пичугин:

— Все по-разному отвечают на этот вопрос из тех, кто, действительно, работает руками по-настоящему. Не просто что-то в свободное от работы в офисе время, там, пытается делать, а вот кто, действительно... для кого это стало делом жизни — все по-разному отвечают. Кто-то говорит: «Да, вот, привык...» Вы честно ответили, что — тяжело. Это, кстати, важно и ценно.

И.Чижов:

— Ну, я Вам скажу так. Если б я работал в офисе, и мне нужно было бы «спустить пар», я бы не пошёл, допустим, в качалку, а я бы пошёл в кузницу. И я бы получил от этого удовольствие. Я, в принципе, и так от этого удовольствие получаю. Потому что, как сказал Оптинский старец Амвросий: «Займись любимым делом, и счастье тебя само найдёт». Я нашёл своё счастье именно в этой профессии.

А.Пичугин:

— Отец Андрей, Вы умеете работать в кузнице?

О.Андрей:

— Немного пробовал. Конечно, глядя на Игоря, я могу точно сказать, что я не умею работать в кузнице, но — пробовал, естественно. Я думаю, что, наверное, каждый мужчина у нас пытался пробовать, да ещё со школы. Ну, конечно, пробовал. Вот, когда мы говорили о кузнечном деле ( Вы Игорю задали вопрос, куда же делась профессия кузнеца ), то если мы посмотрим на наш технологический уклад, и на то, что кузнецы делали, когда они были центром поселения, то увидим, что вот всё, что у нас происходит — действительно, всё это делал кузнец. Его профессия, она — как зерно попало в почву, и, казалось бы, само зерно исчезло, но из него выросло очень большое и ветвистое дерево. То есть, мы имеем не только кузнечное производство и штамповку на наших заводах. Мы имеем литейное производство, мы получаем сейчас... ну, и провода делаются теми же методами, только автоматизированными, которыми делали раньше кузнецы. То есть, всё, что кузнец делал когда-то руками, какие вот мысли, идеи были в это заложены — они выросли, модернизировались и сейчас являются основой нашей технологии.

А.Пичугин:

— Вот то, о чём Вы говорите — это вполне естественный процесс. Вот, как мы приезжаем в обычную деревню, в Подмосковье куда-нибудь... ну, например, все выезжают из большого города куда-то на природу, бывают в деревне. Что мы в ней видим? Мы видим церковь. Вот, как стояла здесь церковь 150 лет назад — неважно, руины это, восстановили эти руины, но мы видим церковь на своём месте, если её окончательно не снесли. Мы видим какое-то колхозное хозяйство. Мы понимаем, что и 150 лет назад здесь тоже что-то было — были какие-то амбары, была конюшня, здесь держали скотину — это нам привычный пейзаж. Вот, чего мы в деревне не встретим сейчас — это мельницу и кузню. И я недавно открыл... нашёл, вернее... у нас были ребята, которые занимаются хлебом, и после программы я посмотрел — есть целый проект по поиску и восстановлению в России мельниц. Где-то... в Подмосковье же, практически, не осталось... может быть, одна... но в окрестных областях, чуть дальше — в России ещё достаточно много сёл, где сохранились остатки мельниц — естественно, не рабочих, но есть. И вот появились энтузиасты, которые хотят это восстановить. Ну, может быть, они как-то будут работать как предприятия малого бизнеса, может быть, нет, может быть, это просто музеем станет. Но мельница нам уже непривычна. И, точно так же, приезжая в деревню, мы не встретим кузницу, и не встретим кузнеца. Хотя, наверное, это плохо. И, может быть, это стало бы началом какого-то вот... ну... мы и деревень-то, к сожалению, в ближайшем Подмосковье уж точно не видим настоящих, населённых такими — исконными жителями, но, тем не менее, там, где ещё деревенская жизнь сохранилась, наверняка кузница была бы очень к месту. Расскажите, может быть, есть какие-то проекты по возрождению кузниц вот таких вот — частных, небольших предприятий, может быть, семейных, может быть, это где-то есть — мы просто об этом не знаем совершенно.

И.Чижов:

— Да, быстрей всего, это не так афишируется, это — не приехал какой-то мегаактёр или артист, и на него... вешают объявления на каждом шагу и там видно, или цирк приехал. Есть, существует у нас фестиваль, допустим, проходит, 13-й уже по счёту...

А.Пичугин:

— Да, мы про фестиваль обязательно поговорим.

И.Чижов:

— Каждый год фестиваль у нас проходит, и в Москве проходит — Масленица, Рождество. Мы участвуем во всех этих проектах, стараемся делать какие-то мастер-классы для жителей Москвы, Санкт-Петербурга, допустим. В России очень много кузнечных фестивалей сейчас, последние 10 лет. География тоже очень широкая, страна у нас большая — Алтай, Владивосток, Якутия, очень много там оружейников, допустим. Но кузнецы у нас сейчас немножко разделены именно на оружейников и на художественников — так мы друг друга называем.

А.Пичугин:

— Вы?

И.Чижов:

— Я — ко второй категории отношусь, художественной. Но мы дружим со всеми. Мы приглашаем всех кузнецов. Для нас нет никаких градаций, нету никаких границ, чтобы к нам попасть на фестиваль.

А.Пичугин:

— А где сейчас можно учиться кузнечному делу?

И.Чижов:

— Есть средние учебные заведения, есть высшие учебные заведения. Есть Суздальское училище...

А.Пичугин:

— ... художественно-реставрационное...

И.Чижов:

— ... художественно-реставрационное, да.

А.Пичугин:

— Суздальское-то мы знаем...

И.Чижов:

— Есть в Хотьково...

А.Пичугин:

— Хотьковское тоже, кстати, знаем, да...

И.Чижов:

— Есть отделение металла — есть у нас Строгановка тоже, высшее. В Петербурге есть «Муха» — Мухинское, и фон Штиглица. В Краснодаре есть... в принципе, можно пересчитать по пальцам, стало меньше гораздо.

А.Пичугин:

— Ну, даже то, что Вы назвали, в принципе, если... я думаю, желающих не так уж чтоб было очень много...

И.Чижов:

— Желающие есть, в основном — девушки.

А.Пичугин:

— Девушки?

И.Чижов:

— Да.

А.Пичугин:

— И их не смущает, что это, на самом деле, тяжёлая работа?

И.Чижов:

— Совершенно не смущает. У нас есть таких вот девушек, наверное, человек 12, которые очень серьёзные вещи куют.

А.Пичугин:

— Нашего звукорежиссёра Александрова отправим в кузницу работать — учиться на кузнеца!

И.Чижов:

— С удовольствием примем — и есть к кому. В Пермь поедет!

А.Пичугин:

— В Пермь, вот! Саша в Пермь поедет!

И.Чижов:

— Есть такая у нас девушка-кузнец — они с мужем вместе куют — Ольга Стенно, замечательный художник, по металлу именно. Если Вы посмотрите её работы — ну, всё будет вам ясно сразу. Она у нас будет, кстати, на фестивале, так что — можете её увидеть.

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА»

А.Пичугин:

— Мы напомним, что в гостях у «Светлого радио» сегодня Игорь Чижов, кузнец и координатор международного кузнечного фестиваля в Подмосковном Бывалино, священник Андрей Филиппенко, настоятель Никитского храма в Бывалино. Мы говорим о кузнечном искусстве, о фестивале, который... это уже 13-й будет фестиваль, он 15 июля пройдёт в Подмосковье... в общем, в том самом Бывалино, откуда к нам сегодня гости приехали.

А Вы работаете в своей собственной кузнице, да?

И.Чижов:

— Да, у меня собственная, своя кузница. В начале мы открыли кузницу при храме. Подошёл к батюшке, взял благословение. Я был прихожанином этого храма...

А.Пичугин:

— Бывалинского.

И.Чижов:

— Бывалинского, да. Там венчался, крестил всех своих детей, всех своих друзей там тоже повенчал, крестил всех своих крёстных детей тоже. И Бывалино для меня — это... это моя жизнь. Это — моя семья, мой приход. И моей семьи. Мама, папа, братья и все-все остальные. Вот, и...

А.Пичугин:

— И про приход мы тоже попозже поговорим. А вот — кузница?

И.Чижов:

— Кузницу... я взял благословение у батюшки: «Хочу кузницу построить!» — стройкой же занимался. Он говорит: «Ну, строй». Показал мне пальцем место — мы там построили, в лагере...

А.Пичугин:

— В лагере — ?

И.Чижов:

— Напротив есть православный лагерь «Никита». Вот, на территории этого лагеря мы построили кузницу. Буквально, через неделю мы уже ковали в этой кузнице. Она была небольшая. Сразу как-то мои друзья-кузнецы и коллеги помогли мне в этом — кто инструментом, кто чем, батюшки местные помогли. У нас в Павлово-Посадском районе 13, по-моему, приходов, да, батюшка? Вот... и у каждого где-то что-то нашлось. Кто наковальню дал, кто тиски, кто чего, там... у кого-то у бабушки был кузнец... у меня у самого оказался дядька кузнец, а у дядьки... ну, короче говоря, оказалось, что я — потомственный кузнец.

А.Пичугин:

— И Вы это узнали только тогда, когда стали непосредственно заниматься кузнечным делом.

И.Чижов:

— Да, да! Ну... мы не сидели на месте — искали, рыли, инструмент, собираем до сих пор, по «Металлоломам» ездим — наковальни... Потому что есть батюшки, у которых дети хотят этим заниматься, и...

А.Пичугин:

— А почему только батюшки? Я думаю, что, помимо священников, достаточно... и Вы сами говорите — ну, там, в основном, девушки приходят...

И.Чижов:

— На сегодняшний момент.

А.Пичугин:

— Да, но наверняка есть и... ну... достаточно людей, которые просто для себя хотели бы научиться кузнечному делу. Не обязательно получать высшее образование, но иметь к этому какое-то отношение.

И.Чижов:

— Почему батюшкам? Потому, что дети батюшек — они ближе к нам, получается. Они обращаются — мы каким-то образом им помогаем. То есть, стараемся и храму их помочь материально — хоть какими-то инструментами. Потому что хорошие инструменты — даже клещи — просто купить сейчас, в Интернете даже, невозможно.

А.Пичугин:

— Ну, или это будет стоить очень больших денег.

И.Чижов:

— Да. Допустим, одни клещи кузнечные на английских, там, сайтах, они стоят 30 фунтов.

А.Пичугин:

— Ну, да. Можно...

И.Чижов:

— Вот. А надо, как минимум, 5-6 клещей.

А.Пичугин:

— 30 фунтов — это, примерно, 3000 рублей, да?

И.Чижов:

— Да.

А.Пичугин:

— Чуть больше. Часто приходится... ну, мне, по крайней мере... покупать какой-то инструмент, в том числе и кованый. Я просто вижу разницу в ценах. То, что произведено у нас, в России, не привезено откуда-то из-за рубежа, но просто кованый, хороший кованый инструмент, действительно, стоит больших денег. И это — уже массовое производство. То есть, это какие-то большие кузницы делают, которые брендовые, поставляют свою продукцию в крупные магазины. Но это дорого, дорого... и проще... вот, как быть, если человеку нужен хороший инструмент — кованый — и у него нет возможности купить его где-то... даже в Интернете за большие деньги? Может, ему стоит обратиться к каким-то частным производителям, кузнецам, которые ему сделают дешевле?

И.Чижов:

— Ну, я Вам скажу так. Опять, есть несколько путей. Можно посоветоваться у бывалых кузнецов. И у каждого кузнеца, у которого стаж — больше 10 лет, у него накапливается очень большое количество инструмента. Допустим, я свой инструмент даже сдавал, потому что для кузнеца кощунственно взять и выкинуть, или сдать в металлолом молот кузнечный, или наковальню. Это считается... ну... как... это инструмент достатка твоего. То есть, это — твоя жизнь. Ты этим на хлеб зарабатываешь. И выкидывать — мы не выкидываем. Мы делаем рассылку — сейчас в Интернете, благо, всё это есть — или звоним своим друзьям и предлагаем: «Вот, ребята, есть то-то, то-то, то-то». Многие приезжают — им всё равно, некоторым для антуража это нужно. Кто-то, там, открывает свою антуражную кузницу времён, там, ХIX или XVIII века, и им нужно это «для мебели», они... и для этого она пойдёт...

А.Пичугин:

— А кузница ХIX или XVIII века антуражная — это музей, или она, действительно, работает?

И.Чижов:

— Нет, она работает! Технологии, в принципе, не изменились за все эти тысячи лет...

А.Пичугин:

— Да, поэтому я и спрашиваю.

И.Чижов:

— Меха, наковальня... раньше можно было... там... на камне даже сделать это что-то — камнем. И первый инструмент можно выковать двумя камнями. На один положил, другим — шлёпнул.

А.Пичугин:

— Отец Андрей, у меня создаётся впечатление, что среди Ваших прихожан очень много кузнецов!

О.Андрей:

— Ну, учитывая то, что у нас Игорь — кузнец...

А.Пичугин:

— ... и приводит своих друзей, наверняка часто...

О.Андрей:

— ... приводит своих друзей, да, то многие наши прихожане оказались так или иначе причастны кузнечному делу — как-то уже соотносили свои воззрения, интересы вот с такого рода возможностями.

А.Пичугин:

— Наш коллега и редактор, Лёша Князев... собственно, как мы о вас узнали-то — он рассказал, потому что он несколько лет назад с детьми приезжал, ещё, по-моему, при жизни отца Амвросия, на один из фестивалей, и остался в таком восторге, что он несколько дней ходил по редакции и всем рассказывал, что «аж такое бывает!», и как это детям было интересно. Он часто своих детей вот на такие мероприятия какие-то вывозит, но ваш фестиваль для него был чем-то совершенно особенным.

15 июля, я напомню, в Бывалино, в Павлово-Посадском районе Московской области пройдёт фестиваль — уже 13-й международный кузнечный фестиваль, и сейчас мы о нём подробнее поговорим.

Ну, кузница — кузницей, кузнечное дело, всё понятно, но почему Вы решили проводить фестивали?

И.Чижов:

— Я сам попал как-то на фестиваль. У нас в Балашихе есть Салтыковка такая...

А.Пичугин:

— Да, я знаю!

И.Чижов:

— Вот... там всю жизнь был очень хороший Музей кузнечного искусства. Заведовал им Юрий Анатольевич Зимин — Царство ему Небесное! Этот человек положил всю жизнь на возрождение вот этого дела, он нас всех заразил. И... в то время приезжало на фестиваль 250-300 человек со всех регионов Советского Союза. У нас уже — я повторюсь — 13-й фестиваль, и в 2005 году я попал на Соловки, на фестиваль кузнечный. Организовывал тоже наш коллега. И я приехал от Соловков, во-первых, ошарашенный — «осоловел», как говорят, и, когда я рассказывал это всё отцу Амвросию нашему, он и говорит: «А что, давай и мы тоже проведём!» Это был я летом, а первый фестиваль у нас состоялся 25 декабря 2005 года. То есть, мы, буквально, за пять месяцев подготовились и сделали первый фестиваль. Он получился у нас зимний. Минус двадцать пять было, когда собралось человек 30 народу — не много по масштабам, но мы провели, и у нас, по-моему, даже трапезная загорелась... что-то у нас... какое-то искушение было. Был момент — кабель загорелся. Ну, все кузнецы, конечно, помогали там, тушили... ну... такое... как изюминка фестиваля была.

О.Андрей:

— Такая, с подгорелкой!

А.Пичугин:

— И дальше всё — пошло-поехало?

И.Чижов:

— Всё не то, что пошло-поехало... была мысль делать раз в два года, раз в три года, раз в пять лет...

А.Пичугин:

— Но теперь у вас уже вообще приставка «международный» — соответственно, к вам приезжают кузнецы...

И.Чижов:

— «Международный» у нас стал на второй сразу фестиваль.

А.Пичугин:

— А откуда к вам гости приехали?

И.Чижов:

— У нас была Швеция, Финляндия, Панама...

А.Пичугин:

— Панама?

И.Чижов:

— Да, с Панамы приезжали наши кузнецы... с Кубы...

А.Пичугин:

— Так это наши соотечественники? Или это кубинцы и панамцы?

И.Чижов:

— Очень интересное было у нас знакомство. Познакомился я на одной выставке в ЦДХ — участвовал, и ко мне подошла женщина в возрасте очень серьёзном, и заказала мне Дон Кихота Ламанчского: " Вот, хотим,— говорит, — кованого сделать«. Я говорю: «Ну, хорошо, сделаем».

А.Пичугин:

— Ну, поясните, пожалуйста. Это — фигура Дон Кихота?

И.Чижов:

— Фигура Дон Кихота, да, и... ну... оказалось, что она — жена посла Панамы в России. И мы не стали оставлять это дело как... ну, не просто сделали, отдали, там, забрали деньги — и всё. Мы пригласили их в Бывалино. Приехал к нам кортеж целый, с флажком с каким-то... с Панамским — 40 км/ч они ехали по всем улицам — ну, видимо, смотрели наши окрестности. Получается, что у него жена — русская, всю жизнь она здесь прожила, а муж у неё — панамец.

А.Пичугин:

— И он же — посол, к тому же.

И.Чижов:

— И он же — посол, да, у нас, в России, был. И он нам... я говорю: «У вас есть кузнецы-то?» Он говорит: «Есть. Пришлём». И вот, они на второй наш фестиваль, который состоялся летом 2006 года, прислали кузнеца... кузнецов.

А.Пичугин:

— Если панамского кузнеца завести в российскую кузницу, он сразу сумеет начать работать, или для него всё будет непривычно?

И.Чижов:

— Я Вам больше скажу. Вот, если я в любую кузницу зайду — неважно в какую...

А.Пичугин:

— Или Вас — в Панаму отправить, да?

И.Чижов:

— Да... я скажу, что кузнец, по крайней мере, меня накормит, напоит и спать положит. Это — по крайней мере.

А.Пичугин:

— Ну... это — важно! А — с точки зрения работы? Ну, я думаю, что пилот Боинга-737 сумеет поднять в воздух аэробус А-320, но там есть нюансы — (неразб.) и всё прочее.

И.Чижов:

— Нюансы везде есть — в них всё и кроется, в этих нюансах.

А.Пичугин:

— Панама, Швеция... ну, мне кажется, всё-таки...

И.Чижов:

— Северные страны: Эстония, Финляндия, Швеция...

А.Пичугин:

— Вот, там, конечно, тоже кузнечное дело живои... я не знаю, проходят ли фестивали, но кузнецов — довольно много.

И.Чижов:

— Очень много фестивалей проходит, и я в них участвую тоже. Приезжаю туда, и так и получается знакомиться с кузнецами. Непосредственное общение и знакомство с кузнецами — и получается, что я приглашаю их к себе, едут. В этот раз у нас будут из Чехословакии, из Эстонии, из Финляндии, из Швеции...

А.Пичугин:

— А из Чехии или из Словакии? Я тоже, по традиции...

И.Чижов:

— Из Чехословакии.

А.Пичугин:

— ... я тоже говорю «Чехословакия»!

И.Чижов:

— Ой... из Чехии, извиняюсь!

А.Пичугин:

— Я тоже говорю «Чехословакия» очень часто!

И.Чижов:

— Многие, может быть, даже и не знают, что...

А.Пичугин:

— ... что и нету уже...

И.Чижов:

— ... что их и нету, да... вместе.

А.Пичугин:

— Какая программа фестиваля?

И.Чижов:

— Программа у нас разнообразная. У нас есть сцена большая, идёт благотворительный обязательно какой-нибудь в помощь какому-нибудь погибшему кузнецу или... какому-то пострадавшему... там, у нас бывают акции. Мы делаем бесплатную лотерею... вернее, как она?... благотворительную лотерею, и все средства отправляем вот этому человеку, там... или жене — кто там остался в живых. Это — раз. Фольклорные коллективы — какие-то группы приезжают, музыканты. Да, и кузнецов... кузнецов у нас будет в этот раз... ну... работающих — человек 40, не считая того, кто приедет вот... просто пообщаться. Они приезжают заранее. Они приезжают за 2-3 дня, живут, общаются, помогают нам делать общий арт-объект какой-нибудь.

А.Пичугин:

— Тяжело это, отец Андрей, принимать целый международный фестиваль в храме?

О.Андрей:

— Ну, конечно, это хлопотно, потому что требует и приведения в порядок инфраструктуры. И когда приезжает такое количество людей, а они приезжают, многие, с семьями, конечно, это на плечи прихожан и матушек, которые несут послушание на приходе, ложится такой, определённой, нагрузкой. Но всё это растворяется радостью общения с творческими людьми, которые с большим интересом приезжают, молятся в храме. То есть, очень интересно смотреть, когда люди, особенно из других стран, приходят на Божественную Литургию в храм, стоят сзади, молятся. И вот это вот общение с творческими людьми, открытыми людьми, которые... вот такая открытость... она в наш век — достаточно редкое свойство человека... вот... оно, конечно, всё компенсирует.

А.Пичугин:

— Давайте, через минуту продолжим наш разговор. Я напомню, что в гостях у светлого радио кузнец, координатор международного кузнечного фестиваля в подмосковном Бывалино Игорь Чижов и священник Андрей Филиппенко, настоятель Никитского храма в Бывалино. Через минуту — мы снова в этой студии.

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА»

А.Пичугин:

— Возвращаемся в студию светлого радио! Напомню, что здесь сегодня Игорь Чижов, кузнец, координатор международного кузнечного фестиваля в Бывалино и священник Андрей Филиппенко, настоятель Никитского храма в деревне Бывалино — это Павлово-Посадский район Московской области.

Немножко давайте про приход поговорим про ваш. Я знаю, что сам фестиваль — и уже это имя прозвучало здесь — был организован ещё при помощи покойного настоятеля вашего храма отца Амвросия Шевчука, и он принимал какое-то деятельное участие и в жизни самого фестиваля — я так понимаю, что и кузнечным делом интересовался. Расскажите про приход, про отца Амвросия.

О.Андрей:

— Начнём с отца Амвросия. Отец Амвросий, священноигумен Амвросий, первый настоятель Никитского прихода в Бывалино, который принял его в 90-х годах теперь уже прошлого века. Я тогда ещё был студентом Униварситета, мы помогали, алтарничали и участвовали в восстановлении храма. И отец Амвросий заложил, будучи такой очень энергичной, творческой личностью, очень много проектов и начинаний. Кроме кузнечного фестиваля, наверное, таким... основополагающим, основным делом прихода является попечение о детях, которые оказались в трудной жизненной ситуации. На приходе действует... ну, сейчас уже это официальное название имеет учреждение: негосударственное учреждение социального обслуживания Детский корпус «Никита», который появился из лагеря, детской площадки, которую в 90-х годах стали организовывать для детей, потому что... мы с вами помним те времена, когда исчезали пионерские лагеря, дети оказывались на лето беспризорными. А, учитывая ту безработицу, которая вдруг возникла...

А.Пичугин:

— В 90-е годы.

О.Андрей:

— ... да... они ещё и оказались без попечения родителей, которые где-то были на заработках, уезжали в Москву. Плюс ещё были традиционные семьи неблагополучные, которые во времена Перестройки оказались просто брошенными. И дети оказались на улице. И вот, отец Амвросий решил, что надо делать летнюю площадку для детей, надо собирать их, чтобы они были как-то вот... под покровом Церкви вне опасности всякого рода соблазнов и нападений. Мы и первыми вожатыми там были. Ну, а потом, когда оказалось, что многим детям и возвращаться-то некуда... то есть, когда дети за обедом набирали хлеба и ели его весь день, когда к обеду вставали очереди к столовой... то есть, у нас в пионерских лагерях — у нас детство такое было — никогда такого не было. То есть, дети, получается, не ели неделями нормально. А то и... там... может быть, днями просто голодными ходили. И вот, в результате, возникла такая мысль, что нужно делать такой детский приют — он был организован. Сейчас, уже при поддержке Его Высокопреосвященства Ювеналия, митрополита Крутицкого и Коломенского, отстроено новое детское здание, ещё при жизни отца Амвросия оно было сдано в эксплуатацию. И, конечно, в основе деятельности прихода лежит такое вот попечение о детях, оказавшихся в трудной жизненной ситуации. То есть, у нас сейчас тоже таких семей немало.

А.Пичугин:

— А у вас непосредственно при храме есть какие-то социальные учреждения? На территории, или рядом?

О.Андрей:

— Вот, этот самый Детский корпус находится непосредственно на территории храма, существует на средства прихожан и благотворителей, и там находят приют и пристанище дети вот из таких вот семей, оказавшихся в сложной жизненной ситуации. Ну и... вот... дети, у которых сложности с родителями.

А.Пичугин:

— А сколько у вас сейчас воспитанников?

О.Андрей:

— Ну, сейчас... около 15-ти, потому что дети возвращаются в семьи, когда ситуация улучшается, потом приходят. Вот сейчас, к осени, будет больше. И, кстати вот, и кузнечный фестиваль, и кузнецы активно помогают и содействуют вот такому вот делу попечения.

А.Пичугин:

— Очень хорошее же занятие, наверное, для мальчишек. Сколько лет им? Лет 12, наверное, 13, да?

О.Андрей:

— Возраст — самый разный. У нас дети оказываются от 4 и до 16 лет. Вот, сейчас у нас один даже... у нас Данила — выпускник, он сдал ЕГЭ, и мы надеемся, он поступит в Высшее Учебное Заведение в Москве — он решил юристом стать.

А.Пичугин:

— Ну, в 4 года, наверное, ещё рано, а начиная лет с 10, я думаю, вы привлекаете детей к работе, де? По крайней мере, ну, как-то... к помощи в кузнице?

И.Чижов:

— Им самим очень нравится. Они некоторые способны и в 4 что-то делать.

О.Андрей:

— Их даже и привлекать не надо — надо, в основном, оттаскивать!

И.Чижов:

— Надо направить, да, и потом — не оттащишь! У нас же, получается... и в кузнице-то первые выпускники — вот Егор, допустим — он и сейчас занимается кузнечным делом. Так или иначе... он уже семейный человек... но вся беда, наверное, детишек в том, что они всё равно возвращаются — даже со своими детьми — в этот храм.

А.Пичугин:

— Свою кузницу затратно устроить? Вот, слушает нас человек какой-то... я понимаю, что бывают порывы, когда: «О! Чего это я хочу?...» — а вот тут на радио «Вера» программа про кузнецов, и так интересно они рассказывают... «А ну-ка, дай-ка, я попробую...» Понятно, что обычно первые порывы — они ничем не заканчиваются, но — вдруг у кого-то продолжится? Затратно? Вообще, тяжело собственную кузницу устроить?

И.Чижов:

— В принципе-то не тяжело. Как сказал один из моих учителей, высшим пилотажем считается то, что если ты возьмёшь какую-нибудь металлолом-железку, придашь ей какой-то очень творческий вид, художественную ценность придашь с помощью своих рук, и продашь её... там... по космосу — можно так рассуждать, да? В принципе, ничего не затратного нет. Хороший гараж, желательно, чтобы он был хоть как-то отапливаемый зимой ( потому, что тяжело в мороз работать ). В принципе, не очень затратно.

А.Пичугин:

— Печи?

И.Чижов:

— Печи сейчас — и газовые есть, на угле уже, в принципе, никто не работает.

А.Пичугин:

— Газовые — специальные, да? Кузнечные?

И.Чижов:

— Газовые горны — в Интернете в YouTube народ изгаляется так с этими горнами, что там...

О.Андрей:

— Здесь можно посоветовать непосредственно Вам фестиваль — и всё увидите вживую.

И.Чижов:

— Посоветовать, да... вопрос в том, что будет делать человек? Что он хочет делать? Сейчас сварочные аппараты... есть аргоновые аппараты. Сейчас инструмента столько можно всякого приобрести или собрать из... не знаю, там... из чего-нибудь, там, что... это всё можно делать. Самое главное — как у тебя работают руки, вместе с головой.

А.Пичугин:

— Да! Я смотрю здесь, в Интернете: газовый горн за 10 минут... газовый горн за 15 минут... те есть, это всё доступно довольно.

И.Чижов:

— В принципе, доступно, да.

А.Пичугин:

— Но и руки — тоже должны быть на месте...

И.Чижов:

— Да.

А.Пичугин:

— ... наверняка.

И.Чижов:

— Это — точно.

А.Пичугин:

— Потому что... если никогда ничего своими руками не делал, наверное, с нуля начать заниматься кузнечным делом невозможно.

И.Чижов:

— Ну, желательно, конечно, подучиться.

А.Пичугин:

— Как до вас добраться? Вот, 15 июля — опять напоминаем — 13-й международный кузнечный фестиваль пройдёт в деревне Бывалино. Деревня Бывалино — я смотрю на карту — она находится... ну... неподалёку от Павловского Посада, между Павловским Посадом и Ликино-Дулёво ( где у нас автобусы ЛИАЗы делают ), там же, рядом, Орехово-Зуево, и Куровское... ну... я так понимаю, что проще всего, наверное, доехать на электричке до Павловского Посада, а оттуда как-то...

И.Чижов:

— Там есть автобус № 23...

А.Пичугин:

— ... до Бывалино, да?

И.Чижов:

— Да. Ну, и можно на машине добраться, можно на такси — разные варианты.

А.Пичугин:

— А на машине — из Москвы если ехать?

И.Чижов:

— Можно по Егорьевскому шоссе, можно по Горьковскому шоссе — это всё через Павловский Посад.

А.Пичугин:

— И всё в навигаторе есть.

И.Чижов:

— Да, как минимум.

А.Пичугин:

— Во сколько начинается фестиваль?

И.Чижов:

— Мы начинаем... Молебен у нас в 11.00, да, батюшка?

О.Андрей:

— Ну, если считать как, собственно, положено по традиции, с Божественной Литургии, то в 9.00.

И.Чижов:

— Да.

О.Андрей:

— Потом в 11.00 у нас — Молебен перед началом фестиваля, и — открытие.

А.Пичугин:

— И до — целый день, да? Дотемна?

И.Чижов:

— До 18.00.

А.Пичугин:

— До 18.00 — не дотемна. А с детьми... я догадываюсь, что многие приедут с детьми... что для детей будет у вас организовано?

И.Чижов:

— Мы всё делаем для детей. У нас весь фестиваль придуман для детей. Мы делаем общую работу, и очень много мастер-класса будет. Причём, будут и гончары, будут и... кто-то... кукольники будут, и кузнечные мастер-классы будут. То есть, мы всё это делаем для детей.

А.Пичугин:

— Вот, кстати, гончаров тоже уже в деревне не встретишь. Хотя, керамика — это такая модная вещь сейчас! Приезжаешь куда-нибудь — магазин керамики, и там маленький горшочек стоит... космических денег.

И.Чижов:

— Но сколько он разбил перед этим!

А.Пичугин:

— Ну, естественно! Нет, я ни в коем случае...

И.Чижов:

— Всё включено в стоимость.

А.Пичугин:

— ... не хочу сказать, что люди зарабатывают на пустом месте, нет! Но это — очень модное сейчас занятие — керамикой.

О.Андрей:

— Вот, дети на фестивале имеют возможность пообщаться с керамистами и непосредственно...

А.Пичугин:

— ... горшок своими руками...

О.Андрей:

— ... да, сделать горшок своими руками...

И.Чижов:

— Да, причём, они ещё и обжигают его потом. На горн ставят, или на солнце там, где-то... пытаются обжечь...

О.Андрей:

— На солнце обычно, а потом инструктируют, как это довести дома до совершенства с использованием современных кухонных технологий.

А.Пичугин:

— Собственно, что чаще всего находится-то... за годы интереса к археологии, я сразу, наверное, понял, что чаще всего ты находишь либо черепки — керамику, которая когда-то была горшками, сосудами... и кованые гвозди, которые сделал кузнец. Этих кованых гвоздей лежит у нас — по всей России — столько, что из них, наверное, можно сделать... какой-нибудь, там, забор, который три раза вокруг России будет стоять. А сейчас кованые гвозди, кстати, я смотрю — тоже удовольствие недешёвое. То есть, 150 лет назад других не было, и они повсюду делались, а сейчас — поди найди, и, если найдёшь, то... тоже... довольно крупную сумму за них заплатишь.

И.Чижов:

— Ну, много энергии уходит на это. Энергия у нас — сами знаете... она для нас небесплатная. Чтобы даже на газовом горне... нам придётся купить газ...

А.Пичугин:

— А что вы чаще всего делаете?

И.Чижов:

— Ну, мы делаем, в основном, какие-то такие светские заказы — ворота, лестничные ограждения. Вот, в храме у нас решётка солеи сделана, сень для великомученика Никиты сделана.

А.Пичугин:

— Ну, это для храма. А если человек обращается вот... в кузницу, то, чаще всего, это что-то для загородного дома?

И.Чижов:

— Быстрее всего, да.

А.Пичугин:

— А вам самим что больше всего нравится делать? Ну... есть какие-то вещи, которые кузнецу ближе? Ну, понятно, что... хотя, нет... как, понятно... я, например, не знаю... может быть, Вам нравится ворота делать? А, может быть, есть какие-то вещи, которые Вам... ну... как-то по сердцу ближе?

И.Чижов:

— Вы знаете, у нас, как-то, заказы обычно... уже обращаются люди, которые приходят в некий тупик. Они не знают, что они хотят. Они хотят что-то, но им надо что-то предложить. И вот, бывают заказы, допустим, такие вот, как... вытяжка для тандыра, да... но чтобы она поднималась. Чтобы она опускалась, конкретно, для тандыра, и потом — дёрнул за верёвочку, и она поднялась. Тут с механизмами надо придумывать. Кому-то очень нравится... мне нравится — замки, допустим. Старинные замки, с ключами с такими большими. Если его разобрать сзади, он весь там внутри... для кого это делалось — непонятно... там везде внутри, каждый гвоздик... на каждом гвоздике или мордочка какая-нибудь, или собачка, или какой-то текст. То есть, кузнец передавал для нас какую-то информацию, уже непонятную, что-то он... может, зашифровал что-то — очень интересно! Если Вы вот археологией занимались, наверняка находили замки.

А.Пичугин:

— Да, конечно! Тоже очень часто. Это такой массовый материал в любом поселении — замки, ключи...

О.Андрей:

— И потом, для современного человека иной раз вот такая тяга к чему-то творческому — она неосознанна. То есть, вот, мы сейчас живём в век потребления, всё вот — наделано как-то... условно скажем — совершенно бездушно. И, когда человек, оставляя все свои силы на работе, хочет как-то обустроить свой дом, то у него вот какая-то внутренняя тяга появляется к чему-то, во что другие люди вложили душу. То есть, любой предмет труда творческий, куда человек творчески вкладывает частицу своей души, он несёт в себе такой вот некий отпечаток вечности, основательности, фундаментальности. Поэтому зачастую люди неосознанно совершенно как-то вот, для себя, но очень желают иметь в своих домах, особенно, если у людей дача есть, или живут в собственном доме, что-то вот такое вот — кузнечной работы. Заборы, вот эти вот все вещи, которые... ну... совершенно не обязательно вот такую вот вещь ставить на огороде, чтобы вот...там... за верёвочку дёргать, и вот так вот всё было, но вот ему — хочется, чтобы было вот что-то такое вот основательное, к чему приложены руки — не где-то там... в Китае...

И.Чижов:

— Это правда, это правда!

О.Андрей:

— ... высыпалось это по тонне в минуту, а вот именно вот... что-то такое вот основательное.

А.Пичугин:

— Но это основательное, кстати, Китай вам тоже предложит.

О.Андрей:

— Ну, вот, оказывается...

И.Чижов:

— Мы с Китаем не можем конкурировать. Потому что наш свет мы продаём туда за 4 копейки. Или за 40 копеек, я не знаю... ну, как мы можем с ним конкурировать? Когда деталь металлическая... допустим, взять шар, кованый шар — он у них стоит здесь, в России, столько, сколько у нас только материал на Металлобазе стоит.

А.Пичугин:

— Ну, если церковную утварь уже из Китая привозят!

И.Чижов:

— Ну... у меня вот есть клиент — мы уже дружим много лет. И он для себя, как он мне сказал, сделал очень хороший вывод. Он говорит: «Я лучше заплачу нашему человеку...»

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА»

А.Пичугин:

— Напомним, что в гостях у светлого радио сегодня Игорь Чижов, кузнец, координатор международного кузнечного фестиваля в Бывалино и священник Андрей Филиппенко, настоятель Никитского храма в Бывалино. Мы говорим о кузнечном деле, о фестивале — 13-м, международном, который 15 июля пройдёт, уже совсем скоро, в Бывалино — это Павлово-Посадский район Московской области.

Про замки вот говорили интересно. Вы любите делать замки, говорите. А они востребованы сейчас — вот такие, кованые, замки?

И.Чижов:

— Но Вы меня спросили, что мне нравится?

А.Пичугин:

— Да, да, да!

И.Чижов:

— Мне это очень нравится. И я предлагаю людям. Я делаю, допустим, ворота, и делаю калитки...

А.Пичугин:

— А, ну и там — замок.

И.Чижов:

— ... и в эту калитку я... если он не тянет на ручной сборки замок, я ему предлагаю купить итальянский замок. Не китайский, не турецкий, ни какой-нибудь там ещё, а... чтобы я сам туда больше не ездил, к этому заказчику...

А.Пичугин:

— Исправлять.

И.Чижов:

— ... и исправлял этот замок. Вот, поэтому.

А.Пичугин:

— А Вы, если делаете своими руками замок, то Вы оставляете там какие-нибудь послания, мордочки?

И.Чижов:

— Ну, я ставлю свой штамп. У меня есть свой штамп, на котором написано «Игорь Чижов».

А.Пичугин:

— А в Москве есть кузницы, куда можно придти, посмотреть, как всё работает? Понятно, что мы всех приглашаем на фестиваль 15 июля, но вот... кто-то не сможет, кому-то далеко ехать, а Москва — вот она, большая, здесь удобно добираться до центра... не знаю... до какого-то района любого — тоже сейчас транспорт везде ходит. Можно ли куда-то приехать, вместе с ребёнком, чтобы он посмотрел, как работает кузнец, непосредственно на производстве на своём.

И.Чижов:

— Ну, производства такого сейчас... я не знаю, в Измайловском Кремле осталась кузница или нет? Знаю, что там есть мастер-классы, каждый выходной они проходят. Есть большие предприятия, и есть кузницы художественные — они скульптуры там делают. Ну, навряд ли там кого-то кто-то пустит. А для такого, общего, посещения, наверное, только Измайлово. Раньше ещё было в Коломенском.

А.Пичугин:

— А что выпускают промышленные кузницы? Не частные маленькие, где...

И.Чижов:

— Всё то же самое, только больше народу работает — посёлки обковывают целые, там... делают какие-то...

А.Пичугин:

— То есть, кузница может быть прямо там... ну... не градообразующим предприятием, но... Вы понимаете... организацией, которая... производством, которое может дать много рабочих мест для жителей?

И.Чижов:

— Может, да. Допустим, вот, взять город Клин.

А.Пичугин:

— Совсем рядом.

И.Чижов:

— Да. Казалось бы, это всю жизнь город, с советских времён, который всё наше Подмосковье, Москву обеспечивал дверями. Железными. И там в каждом гараже... я не знаю... но люди, все мужчины, которые там работали в своё время... к ковке это мало относится, но — металлообработка получается, да? Вот, там дверь делается, по-моему... мне сказали... рекорд у них: 2 часа — дверь. Ну, она, естественно...

А.Пичугин:

— 2 часа?

И.Чижов:

— 2 часа — дверь. Это вместе с обтяжкой, и с глазком, и с каким-то таким простеньким замочком — самая дешёвая.

А.Пичугин:

— Ну, может быть, конечно, дверь в металлопрокате получается гораздо быстрее, но кованая дверь — за 2 часа...

И.Чижов:

— Нет, не кованая. Я имею в виду — просто металлическая сварная дверь.

А.Пичугин:

— А, понятно... Если сейчас кузнечное дело возрождается постепенно... а, вообще, можно ли говорить о возрождении? В советское время эта профессия была забыта на низовом уровне — понятно, что были государственные предприятия, были предприятия металлопроизводства, где кузнецы были задействованы, но частного производства не было, но мы понимаем, что всё равно где-то в сёлах что-то делали кузнецы. Есть ли какая-то преемственность традиции вот от дореволюционных — к нынешним, через советские годы?

И.Чижов:

— В советские годы — что было? Естественно, колхозные кузницы, которые делали там... подправляли какой-то инструмент, да? Творчески... кузнец — он, сам по себе, свободный, он... ему дают какое-то задание, но, всё равно, у него какая-то своя мини-свобода есть. Потому что это — своё помещение, и ты там один. Были реставрационные мастерские, которые и существуют. Были обязательно ковали, которые ковали лошадей... спортивные у нас... ЦСКА — тоже кузнецы. Ну, и ещё, я сказал, конечно — это реставрация. В таких городах, как Санкт-Петербург, допустим, да? В Москве было тоже очень много мастерских реставрационных, но так как не было частной собственности, не было чего-то частного, производство нельзя было частное иметь, и поэтому это просто запрещали.

А.Пичугин:

— Кстати, о лошадях, да... я как-то не подумал, что... ну... вроде бы, лошадей, практически, сейчас не используют — по крайней мере, в хозяйстве. Но где-то ещё остались. И подковать лошадь — это же... во многих, там, СПК — наследниках колхозов — это целое искусство, и далеко не везде есть специалисты.

И.Чижов:

— Да, это совсем не бесплатное искусство. Кстати говоря, на нашем фестивале будет подкована одна лошадь. Так как у нас есть православный конный клуб, который насчитывает...

О.Андрей:

— Восемнадцать.

И.Чижов:

— ... восемнадцать лошадей, и матушки занимаются, и дети занимаются. И приедет кузнец — отец с сыном — из ЦСКА, Николай, и будет подковывать лошадь. Это можно будет увидеть, как это всё будет происходить.

А.Пичугин:

— Дети, Вы говорили перед эфиром, что пошли по Вашим стопам и тоже занимаются кузнечным делом?

И.Чижов:

— Да, старший сын, ему 25 лет, он сейчас работает со мной, второй сейчас в армию собирается, двое маленьких моих — Иван и Егор — они тянутся к этому делу, очень им нравится участвовать в мастер-классах.

А.Пичугин:

— Ну, ещё бы! И они тоже такие со-организаторы получаются вот фестиваля, который пройдёт?

И.Чижов:

— Да, они всегда помогают, потому что я не могу никого другого попросить, и — я уж знаю своих детей, и знаю, на что они способны. Там, они всегда на фестивале мне помогают, там... да вот — позвать просто кого-то — телефон не берёт, или не слышно. Просто на большом фестивале — играет музыка, барабаны бьют, и кузнецы работают, и надо, там, кого-то... что-то привезти, и вот они участвуют в этом непосредственно. Хотя, младшие двое моих детей — они занимаются сейчас в художественных школах. У нас не было такой возможности — дальше идти, но мы вот сейчас постараемся, чтобы они занимались больше вот художественным делом — рисовали, лепили, и что-то делали руками — то есть, получали хотя бы минимальное художественное образование.

А.Пичугин:

— А у вас ведь ещё такое довольно интересное место в Подмосковье — сохранившееся, пожалуй, и до нашего времени... такое... место компактного поселения старообрядцев. Вы с ними как-то, с точки зрения кузнечного дела, взаимодействуете? Нет? Отец Андрей?

О.Андрей:

— Ну...

И.Чижов:

— Я... а, Вы батюшке говорите...

А.Пичугин:

— Нет, пожалуйста! Если Вы знаете...

О.Андрей:

— Я думаю, Игорь больше по этому... полнее расскажет.

И.Чижов:

— Я Вам скажу, что мы сотрудничаем со всеми. У нас же есть и из Татарстана кузнецы, у нас есть мусульмане-кузнецы. И скажу Вам больше — на одном из фестивалей у нас покрестилось несколько человек, и среди них был татарин. Ну, он говорил: «Я давно хотел. Мама — русская, папа — татарин», — и он как-то... колебался. Про детей — я уж не помню, сколько — даже на пальцах не сосчитать, сколько покрестили детей, сколько повенчалось людей приехало. Просто возвращаются люди.

А.Пичугин:

— Нет, а я, на самом деле, совершенно с другой точки зрения спрашиваю. Просто, действительно, это место известно как место такого, компактного, проживания старообрядцев. В Центральной России очень мало таких... заповедников, что ли, где в сёлах ещё и «беспоповцы», и единоверческие приходы есть, и вот поэтому интересно, как вы с ними взаимодействуете. Если это ещё, конечно, сохранилось, и не совсем ушло в прошлое.

О.Андрей:

— Ну, со старообрядцами мы общаемся.

А.Пичугин:

— Правда, много их?

О.Андрей:

— Ну, может быть, по сравнению с Москвой, много.

И.Чижов:

— У нас есть деревня, допустим, Андреево...

А.Пичугин:

— Ну, мне-то проще, потому что я... вернее... не знаю — проще, сложней... я возле Рогожки живу, поэтому у меня-то там старообрядцев много, как раз.

О.Андрей:

— У нас есть на территории Благочиния старообрядческие приходы, мы с ними общаемся... ну, потому что соседствуем, и живём в одном районе.

А.Пичугин:

— Они же часто тоже проводят всякие мероприятия, посвящённые традиционным промыслам. Поэтому я и спрашиваю, что, может быть, у вас есть какое-то там взаимодействие в плане кузнечного дела?

И.Чижов:

— Мы приглашаем всех.

А.Пичугин:

— Ну, понятно, да.Давайте, ещё раз напомним: 15 июля можно приехать в 9.00, если вы приедете не службу, или в 11.00, если вы уже хотите приехать на сам фестиваль.

И.Чижов:

— Всё верно.

О.Андрей:

— Ну, на фестиваль можно приехать и в 11.00, и в 12.00, и даже в 14.00 — и не опоздают.

И.Чижов:

— До 18.00.

А.Пичугин:

— А, с точки зрения досуга, что там будет? Помимо кузнечного дела? Еда, выступления, Вы говорили, различных музыкантов, в основном, фольклорных...

О.Андрей:

— Вот, то, что мы с вами говорили — про лошадей, как раз, у нас будет выступление нашего конно-спортивного клуба, «Готфы» который назван, в честь великомученика Никиты Готфского — тоже один из проектов отца Амвросия. И дети смогут с живыми лошадями — не только посмотреть, как на них ездят другие дети и уже взрослые люди, но и непосредственно покататься, посмотреть, пообщаться с лошадью. Будут и фольклорные коллективы выступать, ну, и, конечно, будет питание — куда без питания!

А.Пичугин:

— И чем будете кормить? Что Бог послал?

О.Андрей:

— Приедут — и увидят. У нас очень вкусно готовят!

А.Пичугин:

— Ну, пускай это останется сюрпризом. До Бывалино, напоминаю ещё раз, добраться несложно. Это между Павловским Посадом и Ликино-Дулёво. Можно доехать на машине. Если на машине едете, наверное, удобнее всего через Носовихинское или Егорьевское шоссе, и, если общественным транспортом, то на электричке до Павловского Посада, а там... какой, Вы говорили, автобус?

О.Андрей:

— № 23.

А.Пичугин:

— Автобус № 23 — до Бывалино он идёт, да?

И.Чижов:

— До Бывалино.

А.Пичугин:

— И там — храм найти просто. Бывалино — не такое большое. Вот, наши сегодняшние гости — Игорь Чижов, кузнец и организатор фестиваля, координатор фестиваля — международного фестиваля, отец Андрей Филиппенко, настоятель Никитского храма — вас будут ждать. И не только они, а ещё... сколько у вас, примерно, участников планируется?

И.Чижов:

— Ну, мы рассчитываем, как минимум, на двести.

А.Пичугин:

— ... ну, вот — не менее двухсот кузнецов...

И.Чижов:

— Кузнецов, да.

А.Пичугин:

— ... из разных стран мира — не просто из разных регионов, а из разных стран мира — и если вы приедете, вы сможете посмотреть, как работают кузнецы, например, из Панамы. Это вот... я не знаю, где ещё можно это увидеть? Наверное, больше нигде. Только в Бывалино, и только раз в год. Или езжайте уже в Панаму!

Спасибо вам огромное за то, что пришли сегодня, рассказали — приходите к нам! Потому, что кузнечное дело... об этом мы, практически, не говорим и очень мало знаем. Хотя... ну, куда без кузнецов? Никуда. Уж в истории — так точно. Наверное, не было бы сейчас наших ни городов, ни больших сёл, если бы не кузнечное дело.

Спасибо! Мы прощаемся с вами до новых встреч. Всего доброго, и — будьте здоровы!

И.Чижов:

— До свидания!

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР НА РАДИО «ВЕРА».

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Мы в соцсетях
******
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Другие программы
Беседы о Вере
Беседы о Вере
Митрополит Волоколамский Иларион – современный богослов, мыслитель и композитор. В программе «Беседы о вере» он рассказывает о ключевых понятиях христианства, рассуждает о добре и зле, о предназначении человека. Круг вопросов, обсуждаемых в программе, очень широк – от сотворения мира, до отношений с коллегами по работе.
Богослужебные песнопения
Богослужебные песнопения
Программа о богослужебной жизни Церкви раскрывает историю, смысл и богослужебный контекст песнопений, которые звучат в православном храме.
Мудрость Святой Горы
Мудрость Святой Горы
В программе представлены короткие высказывания монахов-подвижников Святой Горы Афон о жизни человека, о познании его собственной души, о его отношениях другими людьми, с природой, с Богом.
Радио ВЕРА из России на Кипре
Радио ВЕРА из России на Кипре
По благословению митрополита Лимассольского Афанасия (Кипрская Православная Церковь) в эфире радио Лимассольской митрополии начали выходить программы Радио ВЕРА. Популярные у российского слушателя программы переводятся на греческий язык и озвучиваются в студии Радио ВЕРА: «Православный календарь», «Евангелие день за днем», «Мудрость святой Руси», «ПроСтранствия», «Частное мнение» и другие.

Также рекомендуем