Поделиться
Советский Союз вступил в Великую Отечественную войну. Люди уходили на фронт, заводы и фабрики эвакуировали из Москвы.
Ивана к воинской службе признали не годным из-за серьёзной болезни глаз. Он остался в столице — работать в тылу.
Однажды ночью в дверь его маленькой квартирки в Большом Козихинском переулке постучали. Иван осторожно открыл — на пороге стоял двоюродный брат. Он был чем-то сильно взволнован.
— Вадим?! — удивился Иван. — Тебя же эвакуировали с заводом несколько дней назад, как ты здесь очутился?!
Оказалось, что на одной из подмосковных станций брат случайно отстал от заводского поезда. Власти же могли расценить это как дезертирство. Вадим попросил у Ивана убежища.
Три дня и три ночи Вадим просидел в большом сундуке, а Иван думал о том, что брата всё равно рано или поздно найдут, а его самого обвинят в пособничестве дезертиру. На четвёртый день, горячо помолясь Богу, Иван пошёл в комендатуру — «сдаваться».
Его выслушали, но лишь сухо ответили: «Из города не уезжайте, ожидайте повестки».
Повестка пришла на следующий день. Вызывали обоих. Братья отправились в комендатуру с самыми худшими ожиданиями. «Хорошо ещё, если просто посадят, а то время военное, всякое может быть», — тревожно размышлял Иван.
В пустой, холодной комнате к ним вышел комиссар. Протянул какие-то бумаги. Иван в волнении прочёл и просто не поверил своим глазам. Ни слова о дезертирстве или укрывательстве. Брату предписывалось дома ожидать ближайшего эшелона до места эвакуации его завода. А на время ожидания и ему, и Ивану полагался специальный продуктовый паёк! «Да, — подумал про себя Иван, — такое под силу только Господу Богу!».
Через несколько лет Иван принял монашеский постриг и поселился в Псково-Печёрском монастыре. За годы монашества он не раз убеждался в том, что Богу возможно всё. И убеждал в этом других, приводя в пример тот случай со своим братом.
— Промысел Божий зрит всех. Верьте Богу, доверяйтесь Его всегда благой о нас воле и ничего не бойтесь. Знает Господь, как спасать любящих Его!
«В вагоне метро»
Поделиться
Фото: Max Mishin / Pexels
В вагоне метро тесно и душно. Утренний час-пик. И куда только люди лезут? Поезд, между прочим, не резиновый! Да уж, пока до работы доберёшься, все нервы потеряешь... Толчея невообразимая, рукИ не поднять, а девушка рядом стоит себе, читает. Случайно на ногу ей наступил, а она даже не посмотрела. Интересно, и чем так зачиталась? Загляну-ка...
Молитвенник, наверное. Никогда такую книгу в руках не держал. Слова какие, необыкновенные: «Дай мне услышать радость и веселие... Сердце чистое сотвори во мне, Боже, и дух правый обнови внутри меня».
Моя станция! Простите, извините, выхожу!
«Надо же, — подумал я, выбежав из вагона, — сам зачитался, и чуть не проскочил! Вот это книга! Сегодня же куплю себе такую».
Текст Анна Шепелёва читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
«Липовый звон»
Поделиться
Фото: Vlad Nazarov / Pexels
Солнечное утро без сожалений перелистнуло лист настенного календаря. Июнь позади. Погода не успела порадовать теплом, но прогноз утешает, всё ещё впереди. С этой мыслью собираюсь и выхожу на работу.
Иду через детскую площадку и чувствую, что-то изменилось. Да это липа зацвела! Мягкий сладкий запах наполнил двор. Не отказываю себе в удовольствии подойти ближе к дереву, чтобы прочувствовать аромат. Притягиваю нижнюю ветку к лицу и ныряю головой в густые пучки соцветий. И тут же вспомнилось, как в детстве гонял с мальчишками на велосипеде. А ухабистая дорога, почти прямая в деревне, с приближением к речке начинала вилять между посевами полей. И знойный воздух июля был переполнен этим сладким звоном липы.
Вспомнил, как собирал по просьбе бабушки липовый цвет в холщовый мешочек. Аккуратно срываю несколько цветков и кладу их между чистыми страничками ежедневника. На работе заварю лето в чашке.
Текст Екатерина Миловидова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
«Не зря»
Поделиться
Фото: Terrence Henry / Pexels
Шурша щётками по асфальту, уборочная машина выехала из депо. Маршрут обычный — сначала на бульвар, потом ещё три улицы. Я за рулём этой машины уже десять лет. Друзья удивляются. Говорят: «И как ты только можешь в такую рань подниматься?». Правда — рабочий день у меня начинается в четыре утра. Но мне это даже нравится. Ещё затемно выезжаю на пустые улицы, подметаю щётками тротуары и дорогу. Люди меня не видят — они выходят позже, когда я уже дома. Город встречает их чистым и умытым — это я так говорю им: «С добрым утром!». И кто-то улыбнётся, любуясь этой чистотой. А значит, я работаю не зря!
Текст Анна Покровская читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
