Собирание русских земель при Иване III

Поделиться

Украшая и перестраивая свой стольный город, Иоанн Васильевич, разумеется, продолжал ревностно свое великое служение Родине и на всех других поприщах.

Вместе с полным подчинением Москве Новгорода, ему пришлось окончательно подчинить себе и Новгородских выходцев — непокорных Вятчан, которые, пользуясь своей отдаленностью, мало признавали свою принадлежность к общему всем Русским людям отечеству; мало того, они стали держать прямо сторону Казани против Москвы. Конечно, это уже была явная измена и Православию и Родине. Митрополит два раза писал Вятчанам увещательные грамоты… Но митрополичьи грамоты не помогли, и, в 1489 году, великий князь послал против Вятчан шестидесятичетырехтысячную рать под начальством князя Даниила Щени и Григория Морозова. Это подействовало: как только Московские полки подступили к городу Хлынову, большие люди Вятской Земли вышли им бить челом — просить мира и покорились великому князю на всей его воле.

Долгое время продолжались добрые отношения у Иоанна Васильевича… с его шурином — Тверским князем Михаилом Борисовичем... Однако, в 1485 году, вероятно вследствие зависти Михаила к Москве, он стал держать дружбу с Казимиром Литовским и женился на его внучке, причем заключил с ним договор, по которому оба они обязывались помогать друг другу при всех обстоятельствах.

Этот договор был, разумеется, прямой изменою Москве. Узнав о нем, Иоанн тотчас же объявил Твери войну, и рать его вторглась в ее область. Так как помощь от Казимира не являлась, то Михаил стал просить о мире, который Иоанн не замедлил ему дать.

Скоро после этого, многие Тверские бояре начали переезжать к великому князю Московскому; конечно, этим не мог быть доволен Михаил; он завел опять тайные сношения с Литвой, но гонец его был перехвачен и грамота к Казимиру доставлена в Москву.

Тогда Иоанн вновь собрал войско и 8 сентября 1486 года обложил Тверь ... 10-го числа были зажжены посады, а 11-го приехали в Московский стан все Тверские бояре и били челом Иоанну; Михаил же Тверской бежал на Литву. При этих обстоятельствах, Иоанн присоединил Тверь к своим владениями и посадил в ней своего сына Ивана Молодого, причем, по-видимому, обошелся очень сурово с Тверскими боярами, предавшими своего князя, так как главного из них, — князя Михаила Холмского, он послал в заточение в Вологду, за то, что, поцеловавши крест своему князю Михаилу, он отступил от него; «не хорошо верить тому, кто Богу лжет», — сказал при этом Государь.

Кроме Твери, при Иоанне Васильевиче были окончательно присоединены княжества Ярославское и Ростовское, владельцы которых уступили их за деньги Москве. Наконец, при Иоанне же был присоединен и Верейский удел...

Немало огорчений пришлось перенести Иоанну Васильевичу и от своих родных братьев; старший из них, Юрий, умер в 1473 году бездетным, причем в завещании ни слова не сказал о своем уделе — Дмитрове, Можайске и Серпухове. Иоанн присоединил его к Московским владениям, что, конечно, вполне совпадало с высшими государственными потребностями. Но на это обиделись остальные три брата: Андрей Большой, Борис и Андрей Меньшой; недовольна была и старая великая княгиня, инокиня Марфа; Иоанн уступил матери и братьям, и дал последним несколько городов, однако, не из удела умершего Юрия, и обязал их иметь, в случае своей смерти, сына своего Ивана Молодого — старшим братом и не искать под ним великого княжения. Братья не были довольны этим договором, но должны были смириться, выжидая более благоприятных обстоятельств.

Между тем … Иоанн искусно и деятельно вел свои дела по отношению к соседям. Казимир, король Польский и великий князь Литовский, был, конечно, самым злейшим врагом Москвы и охотно делал все от него зависящее, чтобы нанести ей возможно более вреда. К счастию для нас, он не обладал для этого достаточной силой, и главным образом потому, что не имел большой власти в своих собственных владениях; когда в 1470 году он прибыл на сейм, собранный в Петрокове, и требовал денежного вспоможения. Польские паны ему отвечали: «Ты нам о денежном вспоможении не говори до тех пор, пока не выдашь нам подтверждения прав и не означишь верно в грамоте, какие области принадлежат Польше и какие Литве».

Разумеется, при таких условиях, когда все отношения подданных к государю основываются на их правах, Казимиру немыслимо было вести борьбу с Московским Государством.

Но если Казимиру была не под силу открытая борьба с Москвой, то он всюду, где мог, действовал против нее исподтишка, своими злыми кознями. Он, как мы видели, возбуждал против Москвы Новгород и Тверь, и несомненно пытался входить в сношения с младшими братьями Иоанна; наконец, он всеми способами старался наводить на Москву Татар, которые, как мы знаем, были разделены на несколько отдельных Орд, из коих главными были: Золотая, Крымская и Казанская.

Между ханом Золотой орды — Ахматом и ханом Крымских Татар — Менгли-Гиреем шла смертельная вражда. Иоанн Васильевич очень искусно воспользовался ею и сумел приобрести себе в умном и предприимчивом Менгли-Гирее Крымском верного союзника на всю свою жизнь, который помогал нам не только своими действиями против Ахмата, но также и своими набегами на Литву. Казимир пытался несколько раз, но напрасно, привлечь на свою сторону Менгли-Гирея. По отношению же хана Золотой орды Ахмата и Ибрагима Казанского происки Казимира против Москвы имели больше успеха.

В 1478 году, когда Иоанн окончательно привел под свою державу Новгород, в Казань пришло ложное известие, что он потерпел поражение от Новгородцев и сам ... убежал раненый. Хан Ибрагим воспользовался этим, собрал рать и вторгся в Московские владения; когда же к нему пришла справедливая весть об успехах Иоанновых под Новгородом, то он отдал приказ своему войску немедленно вернуться назад, причем оно исполнило этот приказ так ревностно, что побежало, бросивши даже пищу в котлах.

Чтобы наказать его, Иоанн послал свои войска к самой Казани, и Ибрагим должен был заключить мир по всей его воле. Скоро затем Ибрагим умер, оставив двух сыновей от разных жен... В Казани ... началась между братьями усобица, и младший — Магмет-Аминь, — лично прибыл в Москву просить содействия против Алегама. Иоанн принял его сторону и в 1487 году послал на Казань большую рать ..., овладев гордом, посадили в нем Магмет-Аминя; Алегам же был послан в заточение в Вологду. Этим Казань была приведена в полную зависимость от Москвы.