Поделиться
Фото: PxHere
Грешно ли заниматься ростовщичеством? Девятнадцатый стих двадцать третьей главы библейской книги «Второзаконие» отвечает на этот вопрос так: «Не отдавай в рост брату твоему ни серебра, ни хлеба, ни чего-либо другого, что можно отдавать в рост». Казалось бы, понятнее некуда. Однако, следующий, двадцатый стих, вносит свои коррективы: «Иноземцу отдавай в рост, чтобы Господь Бог благословил тебя во всём, что делается руками твоими на земле, в которую ты идешь, чтобы овладеть ею». Получается, что данный Богом через пророка Моисея закон воспрещает иудеям наживаться на соплеменниках, но в то же время позволяет давать деньги под проценты иностранцам? Как можно объяснить такой двойной стандарт?
Чтобы разгадать библейскую загадку о ростовщичестве, нужно знать, являлось ли оно прерогативой иудейского общества, или иные народы Ближнего Востока в ветхозаветные времена также пользовались этим механизмом получения прибыли. Такая информация стала доступна благодаря археологическим находкам. Например, о финансовых законах Вавилона поведал кодекс царя Хаммурапи, обнаруженный французскими учеными на территории Персии в 1901 году.
Комментарий эксперта:
Во время раскопок древнего города Сузы французская археологическая экспедиция обнаружила черную конусообразную стелу, испещрённую клинописными надписями. После расшифровки выяснилось, что это законодательный свод, созданный при царе Хаммурапи в восемнадцатом веке до Рождества Христова. Кодекс, состоящий из двухсот восьмидесяти двух пунктов, регулировал все сферы жизни вавилонского общества. Оговаривались в нём и правила займа. И, как оказалось, для вавилонян было естественным с любой ссуды получать возмещение долга с процентами. Восемьдесят девятый пункт законодательства защищал граждан Вавилона от злоупотреблений со стороны кредиторов, он устанавливал предельный прирост с суммы долга: тридцать три процента, если взаймы брали хлеб, и двадцать — если серебро. Взыскавший более высокий процент, согласно закону, «терял и то, что дал». Интересно, что если кредитора уличали в мошеннических операциях при расчёте, он должен был возместить должнику спорную сумму опять-таки с процентами!
Кодекс Хаммурапи, хотя и ограничивал размах деятельности ростовщиков, но отнюдь не препятствовал брать проценты с любой ссуды. И перед этим законом все должники были равны, вне зависимости от сословия и национальности.
В 1945 году в Ираке, северо-восточнее Багдада, при раскопках городища Тель-Асмарбыл обнаружен законодательный свод еще более древний, чем кодекс Хаммурапи. Юридический сборник, запечатленный на глиняных табличках, был составлен Билаламой, правителем города-государства Эшнунны. Впоследствии археологическую находку так и стали называть — «законы Эшнунны». Из этого документа ученые узнали о правилах займов в одном из древнейших поселений Месопотамии.
Комментарий эксперта:
Законы, составленные эшнуннским царем Билаламой, отразили общественные процессы, происходившие в Месопотамии в девятнадцатом веке до Рождества Христова. В это время ростовщичество широко распространилось, кредитные сделки стали одним из самых выгодных способов приумножения капитала, а проценты прироста составляли более трети суммы долга. Кабальные формы кредита привели к разорению мелких хозяйств и продаже земельных наделов. Не имеющий земли человек лишался гражданских прави попадал в рабство. Единственная форма защиты, которую законодательство предлагало должникам — это отсрочка выплаты по кредиту в связи со стихийным бедствием, например, наводнением или пожаром.
Археологические документы красноречиво свидетельствуют о том, что ростовщичество существовало на Ближнем Востоке задолго до обретения израильским народом закона. И ветхозаветное правило одалживать иноплеменникам деньги под проценты — это отражение ближневосточных многовековых традиций.
А вот внутри иудейского сообщества Господь заповедовал хранить добросердечные отношения и не уподобляться язычникам в хищничестве — запрет давать друг другу деньги в рост повторяется на страницах Ветхого Завета многократно.
«Агни Парфене» (Марие, Дево Чистая)
Поделиться
Фото: Mario Papich / Pexels
Во время церковных праздников, посвящённых Пресвятой Богородице, в нашем храме, как и во многих других православных храмах в России, исполняется очень красивое песнопение, которое по-гречески называется «Агни Парфене», что переводится на русский язык «Чистая Дева». Строгий греческий распев этого песнопения мысленно отсылает нас к древним временам, однако на самом деле оно появилось в XX веке. Давайте поразмышляем над его текстом и послушаем в исполнении сестёр храма Табынской иконы Божией Матери Орской епархии.
Автор текста песнопения «Агни Парфене» — греческий епископ Нектарий Эгинский, живший на рубеже 19 и 20 веков и прославленный в лике святых. Жизнь его была полна лишений и скорбей. Из-за ложного обвинения его освободили от должности патриаршего местоблюстителя и изгнали из пределов Патриархии. Долгое время он жил в нищете и трудностях до тех пор, пока не отправился на остров Эгина. Там будущий святитель в 1904 году основал монастырь. Он много трудился в нём вместе с простыми работниками, сам носил на тележке камни и воду, выполнял земляные работы. А когда было время отдыха — писал молитвы, прославляющие Господа и Его Пречистую Матерь.
Согласно преданию, текст молитвы «Агни Парфене» был явлен ему чудесным образом. Однажды во время молитвы Нектарий увидел над головой Саму Пресвятую Деву в окружении ангелов, поющих Богородице дивную песнь. Царица Небесная повелела Нектарию записать текст этой песни. А спустя несколько десятилетий, примерно в 1980-х годах в афонском монастыре Симона Петра один из братьев сочинил музыку для этой молитвы.
Структура песнопения довольно простая: она представляет собой череду возвышенных эпитетов, обращённых к Богородице, прерываемую припевом «Радуйся, Невеста Неневестная». Пресвятая Дева названа в тексте, например, Древом жизни — источником бессмертия. Этот образ напоминает о первых людях Адаме и Еве, которые после грехопадения лишились возможности пребывать в Раю. Но Пресвятая Дева, родившая Спасителя, стала для них Древом жизни, вернувшим возможность воссоединиться с Богом.
В тексте песнопения встречается образ Руна, всё покрывающего. Он отсылает нас к ветхозаветной притче о древнееврейском вожде Гедеоне. Гедеон просил у Бога знак — и Господь дал его. Когда Гедеон проснулся — всё вокруг было покрыто росой, кроме накидки из овечьей шкуры, руна, которое осталось сухим. Так, Богоматерь получила святость от Господа, хотя мир вокруг Неё был наполнен грехом.
Песнопение «Агни Парфене» любимо и в российских храмах, и в греческих, где едва ли не каждый прихожанин знает его наизусть. Да и сам святитель Нектарий Эгинский, автор этого произведения, глубоко почитаем в Греции. Там любят говорить: «Нет такой беды, в которой не помог бы Нектарий». Святой жизни человек, он, верно, близко предстоит к престолу Божьему и Его Пречистой Матери и непрестанно молится о своих земных чадах.
Давайте послушаем песнопение «Агни Парфене» полностью, на церковнославянском языке, в исполнении сестёр храма Табынской иконы Божией Матери.
Все выпуски программы: Голоса и гласы
7 февраля. «Смирение»
Поделиться
Фото: Mariana Mishina/Unsplash
Более всего нас смиряет сознание щедродательности Творца и Его непостижимой милости к кающимся грешникам. Когда мы, в награду за покаяние и исповедание грехов, получаем прощение от Господа Иисуса (посредством разрешительной молитвы священника), душа тотчас вкушает сладкий плод смирения. Сознание неоплатного долга пред Судией и Его всепрощающей любви к искренно кающимся должно как можно долее удерживать в сердце.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Молчание. Мария Чугреева
Поделиться
Какое значение в нашей жизни имеет слово? Оно может быть животворящее, обнадеживающее или обвиняющее, угнетающее, вводящее в отчаяние. Часто мы роняем слова, как фантик на дорогу. Вроде бы мелочь, а позади остается грязь, мусор. Не думаем о том, что за словами стоит, что произойдет в душе другого человека от наших оценок, рекомендаций, какие, возможно, судьбоносные последствия произойдут от необдуманных слов.
«Люби более молчать, чем говорить, от молчания ум сосредотачивается в себе, от многословия он впадает в рассеянность», — сказал Игнатий Брянчанинов.
«Более люби молчать, чем говорить, молчание собирает, а многословие расточает», — говорил Андроник Глинский.
Действительно, часто после принятия Христовых Тайн или посещения святого места впадаешь в празднословие, суетное обсуждение чего-то и уходит благодать... Как будто и не было ничего. Это не значит, что не нужно делиться духовными переживаниями, но какое-то время стоит побыть в состоянии «внутренней тишины», той самой сосредоточенности, о которой говорят святые, чтобы не расплескать полученную благодать.
Часто говорю себе о том, как важно промолчать. Не ответишь на оскорбление — не будет ссоры. Не передашь человеку негативный отзыв другого о нем — не испортишь ему настроение, не смутишь душу! Как важно хранить в тишине то, что доверяют тебе другие, как необходимо помолчать, не поддержать осуждение кого-то. Практикуясь в молчании, можно избежать многих серьезных ошибок, грехов. И стать ближе к Богу. Помоги мне в этом, Господи!
Автор: Мария Чугреева
Все выпуски программы Частное мнение
