«Семейные традиции встречи Нового Года». Священник Павел Усачёв, Сергей Белов - Радио ВЕРА
Москва - 100,9 FM

«Семейные традиции встречи Нового Года». Священник Павел Усачёв, Сергей Белов

* Поделиться

У нас в гостях были клирик храма Вознесения Господня за Серпуховскими воротами в Москве, отец семерых детей священник Павел Усачёв и его друг — музыкант Сергей Белов.

Мы делились новогодними историями, семейными традициями встречи этого праздника и, кончено, слушали музыку в живом исполнении наших гостей.

Ведущая: Анна Леонтьева


А. Леонтьева

— Добрый Светлый новогодний вечер! С Новым Годом! Сегодня с вами Анна Леонтьева, и сегодня у нас будет настоящая новогодняя музыкальная веселая посиделка, потому что в гостях у нас отец Павел Усачев, клирик храма Вознесения Господня за Серпуховскими воротами, старший священник храма Архистратига Божия Михаила при Университете МВД, отец семерых детей, и друг отца Павла, Сергей Белов, автор и исполнитель. Здравствуйте, дорогие!

о. Павел

— С Новым годом!

С. Белов

— Здравствуйте! Всех с праздником!

А. Леонтьева

— Ну что ж, сегодня также празднуется память для меня очень любимого святого мученика Вонифатия. Почему я его люблю? Потому что это такая история от, вроде как, нечестия к святости, история знатной женщины, богатой женщины Аглаиды и Вонифатия, которого Аглаида, узнав, что существует христианство и христианские мученики, которых пытают, послала тогда еще не святого Вонифатия добыть ей какие-то мощи, чтобы у нее был небесный покровитель и чтобы замолить те грехи, те утехи, которым она предавалась, в том числе с Вонифатием. И Вонифатий сам увидел страдания христиан, и настолько его поразило вот это мужество и свет, который исходил от мучеников за Христа, что он сам присоединился к ним, а он же не был крещен, он просто стал святым, потому что сказал, что «я христианин» и тут же подвергся необычайным мучениям. Почему-то в народе есть такое предание: принято молиться святителю Вонифатия от греха пьянства.

о. Павел

— Да, не просто так 1 января этот святой вспоминается.

А. Леонтьева

— Да, по иронии такой, что 1 января.

о. Павел

— Это на самом деле очень мудро и очень глубоко, потому что ведь праздник спиртные напитки могут испортить, а могут сделать праздником. Вот если быть неумеренным, то все будет перечеркнуто, вся атмосфера дружеская, радостная, праздничная, светлая, она просто пойдет коту под хвост, это понятно. Мы, может быть, не все, но многие имеют этот горький опыт, и поэтому вот умеренность — это то качество, которое должно всегда сопутствовать нам в жизни, и в семейной жизни.

А. Леонтьева

— Отец Павел, а как ваша семья вообще празднует Новый год? Мы вот с мужем, когда начинали свой путь в Церкви, мы были очень строгими, и в Новый год мы постились и даже какое-то время, помню, мы не приглашали к себе бабушек, дедушек, потому что ведь пост и Новый год несовместимы. Но сейчас мы, конечно, так не делаем. Вот как ваша семья празднует?

о. Павел

— Нет, вы знаете, у нас я такого, наверное, не помню, чтобы вот мы как-то не отмечали бы Новый год, чтобы мы как-то изолировались от окружающего мира, когда всё вокруг взрывается, и все друг друга поздравляют, и какой-то добрый фильм смотрят. Мне кажется, что этот праздник, который на самом деле очень добрый и христианский даже, потому что о чём вообще Новый год? Это о том, что наша жизнь состоит из различных периодов. Мы должны иногда останавливаться, собираться вместе, смотреть друг другу в глаза, браться за руки и как-то по-доброму общаться, анализировать, что было в прошлом, что нас ждёт в будущем, друг другу говорить хорошие слова, добрые пожелания. Это праздник о семье, о том, что в семье вот эта теплота аккумулируется, и что человек, выходя из семьи уже, когда ребёнок повзрослеет, он вот эту теплоту, эту уверенность в такой безусловной любви родных и близких, он её понесёт дальше. И я знаю, что у нас среди православных есть различные точки зрения, различные традиции, вот замечательная традиция, когда служится ночная служба, сейчас это очень, слава Богу, в хорошем смысле, популярная такая традиция.

А. Леонтьева

— Да, это правда.

о. Павел

— Да, и пусть каждый выбирает то, что ему хочется. Здесь, мне кажется, надо какую-то свободу дать людям. Мне, вот я искренне вам говорю, сегодня признаюсь: я эту новогоднюю ночь провёл среди своих родных и близких, за просмотром доброго фильма и просто за таким тёплым душевным разговором. Да, можно, мне кажется, поднять бокал шампанского, можно съесть селёдку под шубой — а что, это с воскресенья на понедельник в этом году так выпадает, очень удобно. Вот помню, в прошлом году было очень, конечно, тяжело, потому что суббота-вечер, а в воскресенье, естественно, служить и вот до полуночи можно что-то ещё такое перекусить, посидеть за столом, а здесь, мне кажется, это совершенно нормально и очень здорово. С одной стороны, конечно, это не окончание поста, это только такое предвосхищение основного события — Рождества. И, конечно, дети у нас, они тоже ждут, они ждут основного праздника. Вот единственный у нас принцип есть: мы не дарим им подарки на Новый год. И ёлку, мы ставим её, но наряжаем уже вот под Рождество окончательно, и звезду вешаем, и после рождественской службы там уже появляются подарки. То есть это некое предвосхищение, это встреча, именно вот семейная радостная такая тёплая встреча в кругу родных для того, чтобы ещё раз подвести какие-то итоги, поделиться о том, что важного произошло у каждого в этом году, мы всегда подводим вот эти итоги, и каждый делится, и, конечно, что-то желаем, чтобы Господь благословил вот у кого-то какие-то добрые начинания, мечты, это очень здорово. И получается, что — да, мы ещё не можем веселиться и радоваться, и славить Христа, как это мы делаем на Святках, но это такое веселье в предвкушении веселья.

А. Леонтьева

— Отец Павел, можно личный вопрос? Какие в этом году вы вспоминаете достижения или что-то новое?

о. Павел

— Очень неожиданный вопрос. Достижения, что-то новое... Да, это очень интересно. А можно я отвечу, когда я буду к этому готов? Оно сейчас должно немножко загрузиться, потому что вопрос очень серьёзный, на самом деле. А можно тогда я вас спрошу, Анна?

А. Леонтьева

— А вот можно, потому что мы уже сидим за столом среди ёлочных украшений и с гитарами, и с тортиками, и всё прекрасно. Вы знаете, отец Павел, что у меня произошло в этом году, что меня радует, помимо того, что появилась ещё такая интересная работа на радио «Вера», но я пока не буду её анонсировать, она, правда, безумно интересная. Вы знаете, есть книжка, которую я купила, о любви к себе. Я её не буду анонсировать, потому что она написана совершенно светским автором и не знаю, кому-то, может быть, покажется, что она не очень такая православная или христианского духа, но для меня было очень интересно, я её ещё не прочитала, и на самом деле, я просто думаю на эту тему, я размышляю на тему любви к себе, насколько это всё... Потому что я помню, как один батюшка на исповеди, (отец Александр, я помню его по имени) просто я была у него на исповеди, нам очень нравилось, как он советует, как он вообще принимает это всё, но это всегда было неожиданностью. И вот отец Александр говорит, я там: «бу-бу-бу, съела что-то, на мужа ругалась...» Он говорит: «А что хорошего у вас произошло? Сколько вы мне можете сдавать этот мусор?» Я такая: «Ну, это же исповедь, ну, как же?..» Он говорит: «А вот за что вы благодарны Богу?» Я говорю: «Да за всё благодарна». И он говорит: «Нет, ну так не годится, надо конкретизировать. Вот вам домашнее задание: за что вы благодарны?» И это было такое хорошее домашнее задание, потому что вот эта вот благодарность Богу без любви, какого-то хорошего отношения к себе, с моей точки зрения, она может просто застрять в каком-то таком неврозе, что ли, да? Вот давайте мы будем себя очень гнобить и как-то вот... Не знаю, наверное, очень косноязычно я сказала, но в этом году мне, наверное, удалось найти, он может опять уйти, но вот этот вот баланс между тем, чтобы хорошо к себе относиться и как-то не возноситься. И такой смешной совет, но мне кажется, он хороший: мы очень часто ругаемся за что-то, например, опоздания — ты едешь, стоишь в пробке, ты ничего не можешь с этим сделать, но ты себя ругаешь и говоришь: «ну вот, опять не выехала на полчаса раньше, что же такое-то?» А в конце можно прибавить: «моя хорошая». И смысл вот этого обращения к себе такого очень строгого, он сразу как-то смягчается: «ну что ж ты не выехала пораньше на полчаса, моя хорошая?» (смеются)

о. Павел

— Замечательная находка.

С. Белов

— Интересно, да.

А. Леонтьева

— Совсем по-другому звучит.

А. Леонтьева

— Напомню, что у нас в гостях отец Павел Усачёв, клирик храма Вознесения Господня за Серпуховскими воротами, старший священник храма Архистратига Божия Михаила при университете МВД, отец семерых детей, и Сергей Белов, автор и исполнитель...

о. Павел

— ... друг отца Павла.

А. Леонтьева

— Друг отца Павла, да. Но мы пришли, чтобы тут немножко вас развлечь музыкой, отец Павел имеет музыкальное образование и очень любит музыку, проводит иногда вечера, которые очень запоминаются, там поют и романсы, играют классику и чего только не бывает.

о. Павел

— Да. А можно тогда я отвечу все-таки на ваш вопрос? Вы даже мне подсказали, на самом деле.

А. Леонтьева

— А можно.

о. Павел

— Вот из того, что запомнилось и что останется, конечно же, всегда в сердце, это вот как раз... Ну вот я стал священником, недавно исполнилось семь лет моему священству, а до этого я всю свою жизнь мечтал и двигался в направлении таком музыкальном, мне хотелось такой творческой деятельности, естественно, и родители меня поддерживали, музыкальное образование получил. Но вот с принятием священства оно как-то ушло совсем на второй план и даже, может быть, закончилось, только какие-то были концерты благотворительные. И вот в этом году замечательная семья Казьминых, наверняка вы знаете, это Ксения Казьмина и Олег Казьмин, и их дочка Анастасия, они ведут культурно-досуговый центр, вернее, не досуговый, а культурно-просветительский центр при храме преподобного Сергия Радонежского на Ходынском поле, вот они вдруг мне позвонили с предложением провести свой творческий вечер. Я никогда такими вещами не занимался...

А. Леонтьева

— Я думала, вы такой профессионал в этом, вы так замечательно его вели.

о. Павел

— Нет, это был мой первый творческий вечер, вот в декабре он прошел. И понятно, я потом анализировал, и много там было каких-то недочетов, каких-то, может быть, косяков, но в целом, мне кажется, что это очень-очень важное дело — помимо службы, собираться и общаться музыкально, поэтически, потому что это тот язык, который пробивает, он прямо до самой глубины доходит иногда, если мы обращаемся к таким великим авторам. И я вот уже сейчас, в новом году, мы только что перешагнули этот порог нового года 24-го, я уже точно знаю и чувствую, что мне надо в этом направлении обязательно тоже двигаться и развиваться, потому что вообще, человеку надо заниматься тем, что его прямо вдохновляет, вот меня это вдохновляет, я забываю о времени, вот просто забываю, мне хочется вот это всё, репетиции какие-то, движения, общение. И вот, собственно, с Сергеем Беловым мы как-то законтачились, мы давно знакомы, но вот на этой почве я уверен, что у нас дружба продолжится. И у нас 12 января, в пятницу в половине восьмого будет рождественский концерт, вот в этом же культурно-просветительском центре, при храме преподобного Сергея Радонежского на Ходынском поле, будет он называться «Рождественский романс». Дорогая Анна, я приглашаю вас принять участие в этом концерте, если будет возможность, мне кажется, что это замечательно, если мы будем вот иногда так встречаться. Этот концерт уже прямо назначен, уже есть анонс, «Рождественский романс» — это стихотворение Бродского известное, и вообще идея этого концерта такова, что Рождество, конечно, это детский праздник, но за всеми этими детскими, такими рождественскими торжествами немножко забывают про взрослых, а ведь взрослые, они тоже немножко дети, и нам тоже требуется какой-то праздник, в конце концов.

А. Леонтьева

— В конце концов!

о. Павел

— Да. И вот 7 января отметили Рождество, и идея этого концерта — чтобы взрослые могли повстречаться и просто порадоваться. Порадоваться, пообщаться, может быть, поделиться даже какими-то своими переживаниями, какими-то своими сокровенными воспоминаниями. И вот этот концерт, он будет состоять из двух действий, это не отделения, а это именно действия. То есть первое действие, это вот музыкально-поэтическое — «Рождественский романс», а второе — это рождественские колядки и праздничная трапеза, общение. Так что приходите, пожалуйста, в половину восьмого, Ходынский бульвар, храм преподобного Сергия Радонежского на Ходынском поле.

А. Леонтьева

— Дай Бог, чтобы вместил всех желающих теперь после вашего анонса.

о. Павел

— Ой, да, простите, такой долгий анонс. Просто мы в предвкушении, очень хочется уже пообщаться, повстречаться, порадоваться празднику.

А. Леонтьева

— Я хотела спросить у вас, отец Павел, про какие-то запомнившиеся новогодние истории, которые с вами случались. Вот мы совсем недавно, час назад, в наших «Светлых историях» делились какими-то своими раздумьями о Новом годе, вообще какими-то событиями в этот день. Есть у вас что-то, что запомнилось?

о. Павел

— Да, знаете, очень сложно так прямо какую-то одну яркую историю рассказать...

А. Леонтьева

-А вы меня спросите (я вам подсказываю).

о. Павел

— Да, давайте поступим так же, это, мне кажется, очень мудро. Когда вы рассказываете, вы меня этим наводите на какие-то тоже вспоминания. Ой, замечательно. Анна, скажите, пожалуйста, а вот вы можете сейчас нам рассказать о, может быть, каком-то самом запоминающемся празднике Нового года? Какое-то воспоминание, может быть, даже какое-то ощущение праздника? Потому что вы иногда, вот в тех же «Светлых историях», я помню, вы рассказали про облака — это история, в которой особо никакой фабулы нет, но вы так рассказали про облака, что мы все оказались в облаках. А сейчас чтобы мы оказались в снежных сугробах, если можно.

А. Леонтьева

— Ну да, я рассказала про облака, у меня было ощущение всегда, как они меня успокаивают, и потом возникло ощущение, что все мои близкие, которые ушли, они как раз находятся... Ну вот это прямо на физическом уровне ощущение, когда ты их видишь. Знаете, вот к вопросу о близких, я помню такую новогоднюю историю: когда я была студенткой, и я уже жила... Ну, практически бабушка меня вырастила, мама такая была, начальник. И я помню, что я уже довольно давно новые года отмечала в каких-то компаниях — ну не с бабушкой же сидеть, иногда приглашала к себе. И в этот Новый год я тоже была в какой-то очень бурной классной студенческой компании, и я помню, ребята пригласили баяниста, и было так необычно, вот 30 декабря пришёл баянист, мы все пели. В общем, такие были ребята яркие, изобретательные, с факультета журналистики университета, и я очень хотела с ними отметить Новый год. Но я проснулась 31 декабря, я у них ночевала, там была большая квартира, я проснулась и почувствовала себя очень плохо, и я поняла, что у меня какая-то дикая температура. И не было никаких, естественно, мобильников, и такси мне было вызвать не на что. И я как-то себе дала установку такую, что мне нужно доехать до дома, вот во что бы то ни стало мне нужно доехать до дома, хотя голова кружилась, и уже совсем-совсем плохо было, какой-то вирус я подхватила. И я приехала домой на электричке, дошла, там ещё двадцать минут надо было идти, померила температуру, там было что-то такое, прямо за 39 хорошо. И в этот Новый год бабушка достала из холодильника томатный сок. Ребята звонили, говорили: «Мы сейчас за тобой приедем, немедленно одевайся!», но я была просто не в состоянии оторвать голову от подушки. И вот в 12 часов ночи мы с бабушкой выпили, чокнулись, выпили по стакану томатного сока и легли спать, потому что я была никакая, а бабушка просто рано ложилась. И я первый раз поняла, что я никогда вот с бабушкой так не провожу время праздников. Мне это сейчас особенно помнится, потому что бабушка, она была моим детством, то есть, когда она ушла, с ней ушло мое детство, уже что-то я не вспомню, и никто не вспомнит. Ну такой вот простенький рассказик про Новый год.

о. Павел

— Потрясающе. Это, наверное, самый невероятный Новый год: вот так, чтобы чокнуться соком...

А. Леонтьева

— Соком с бабушкой.

о. Павел

— Да... Ой, я тоже хорошо помню своих бабушек дорогих, их уже тоже нет на этом свете. Сергей, а может быть, ты тоже внесёшь какую-то свою лепту? Простите, что я взял на себя...

А. Леонтьева

— Очень хорошо, батюшка, мне очень нравится, это же новогодняя программа.

С. Белов

— Это какой-то один Новый год, я просыпаюсь 31 числа, я жил один тогда. И вот какое-то такое состояние, что застолье — это такая банальная немножечко история, каждый Новый год застолье, и до этого у меня тоже такие были мысли. Я просыпаюсь достаточно поздно, уже днём, и мысль такая приходит в голову: а неплохо было бы как-то вот салатик, в кругу знакомых друзей, родных, может быть... И вот буквально мысль влетела, и через минуту мне звонит мой близкий друг детства, Степан, и говорит: «Слушай, а ты где Новый год встречаешь?» И я отвечаю, что пока вроде нет планов у меня. «А не хочешь ли ко мне зайти в гости домой? Там у меня мама, брат...»

А. Леонтьева

— Тёплый круг семьи.

С. Белов

— Да, да. Мы с трёх-четырёх лет знакомы с ним, и брата его я его очень хорошо знаю, и маму. И в итоге я поехал до Нового года к ним. После этого меня пригласили спеть пару песен, там была школа английского языка, куда я поехал. Потом мы под утро встретились с моим другом, Андреем, и в итоге, досидев до утра просто за беседой в кафе, с утра просто поехали, и мы купили что-то поесть, потому что мы не ели уже очень давно.

А. Леонтьева

— То есть вы сидели и не ели?

С. Белов

— Да, мы сидели, пили какой-то чай там или что-то такое. Он ещё вегетарианец был, по-моему, тогда, то есть вообще мало чего ел из еды. Мы пошли, нашли ему какой-то магазин открытый, чтобы поесть, и негде было поесть, потому что всё закрыто: 1 января, утро. И мы взяли и как-то спонтанно поехали в Петербург, прямо на электричку взяли билеты и поехали. Вот, наверное, такая история новогодняя.

А. Леонтьева

— Слушайте, ну мы уже давно смотрим на гитару, обещаем нашим радиослушателям что-то спеть, а давайте уже споём по-нашему, по-новогоднему.

о . Павел

— Может быть, мы тогда споём, возвращаясь к теме семьи, наших детишек дорогих, которые, конечно, переживают Новый год более ярко, мы помним из детства вот этот запах мандаринов, они переживают это как сказку каждый раз: и Дед Мороз, и ёлочка, и ощущение того, что тебя кто-то вот на руках несёт, и какое-то будет чудо, обязательно оно случится. Вот давай споём сейчас Александра Суханова, замечательная песня «Зелёная карета».

А. Леонтьева

— А давайте.

о. Павел

— Сергей будет у нас запевалой, а я буду на припевах подхватывать.

Звучит песня «Зелёная карета»

А. Леонтьева

— Браво, спасибо огромное! Напомню нашим радиослушателям, что сегодняшний добрый «Светлый новогодний вечер» с вами провожу я, Анна Леонтьева. У нас в гостях отец Павел Усачёв, клирик храма Вознесения Господня за Серпуховскими воротами, старший священник храма Архистратига Божия Михаила при университете МВД, и Сергей Белов, друг отца Павла, автор и исполнитель. Мы вернёмся к вам через минуту.

А. Леонтьева

— Сегодняшний новогодний вечер с вами провожу я, Анна Леонтьева. У нас в гостях отец Павел Усачев, клирик храма Вознесения Господня за Серпуховскими воротами, старший священник храма Архистратига Божия Михаила при университете МВД, и Сергей Белов, автор и исполнитель. Сегодня мы будем разговаривать о Новом годе, о празднике, о семье и послушаем еще песни. Отец Павел, ну вот вы упомянули такое слово, как «безусловная любовь» в отношении детей, это на самом деле такое сейчас популярное обсуждение, вот эта безусловная любовь. Вот вы, как отец семерых детей, хотела спросить у вас какой-то секретик, вот как этой безусловной любови к детям, как ее достичь? Ведь это, на самом деле, такое серьезное для родителей дело-то.

о. Павел

— Вы знаете, я бы так сказал, что для меня самого это загадка, вот как эта безусловная любовь, она есть, она просто есть. Какие бы не были сложные испытания, шалости наших детей, хулиганства — да, ты погорячишься, ты можешь там лишку взять, наказать или что-то, но на каком-то очень глубоком уровне и ты, и твой ребенок, мы чувствуем, что вот это нам дано просто, что это вот моя кровиночка, это моя роднулечка. Я знаю, есть такие истории, когда отношения испорчены, как говорится, в хлам, и невозможно их восстановить при жизни, но знаю о тех историях, когда отношения восстанавливаются и после ухода наших родителей, когда дети, все-таки это потребность, потребность примириться и как бы соединиться со своим родителем, со своей мамой, со своим папой, с бабушкой, с дедушкой, ведь это же можно, смерти нет, мы можем всегда и попросить прощения, пообщаться. Да, к сожалению, такое есть, что при жизни мы можем не успеть, но но надо отчаиваться, потому что Господь смерть разрушил, Он ее просто опрокинул. Но вот эта безусловная жизнь, она, конечно, не должна только испытываться на каком-то глубинном уровне и как-то так, может быть, абстрактно — нет, это конкретные, конечно, дела, и мне кажется, Новый год, он очень на своем месте, потому что все-таки календарный год закончился и здесь есть возможность эта, знаете, я сейчас еще больше этим дорожу, чем раньше, потому что вот воспитываю сейчас своих семерых детей, и уже кто-то немножко подрос, старшей нашей 16 лет, и вот когда мы все вместе собираемся за одним столом, это просто уникальная ситуация, уникальная.

А. Леонтьева

— Это сложно, действительно.

о. Павел

— Да, но это такая радость, когда вот мы все вместе здесь можем посидеть, посмотреть друг другу в глаза, и Новый год — это, конечно, такая возможность дополнительная. И возвращаясь к вашему вопросу, я вспоминаю свое детство, вот это все у нас было, это очень-очень важно, что за одним столом, что вместе, Новый год. Но у нас даже как-то это не обсуждалось, что «можно, я там поеду к каким-то своим друзьям отметить?», это семейный праздник. Понятно, что дети растут, и, наверное, надо здесь какие-то делать уступки, когда студентами они становятся, но тем не менее, для определенного возраста это именно семейный праздник, это то время, пространство, когда закладывается что-то очень важное. У нас, кстати, была замечательная традиция в детстве: мы первого января всегда ехали к своей бабушке и своему дедушке, всегда.

А. Леонтьева

— Прекрасно как.

о. Павел

— Да. И, вы знаете, это было так здорово, я почему-то сейчас вспоминаю не запах мандаринов, не подарки, которые, конечно же, были, а у них был огромный коридор, и дедушка его натирал до блеска, не знаю, чем он это делал, и можно было кататься по паркету, разгоняясь в носках, скользить, и это было такое ощущение, что наступил какой-то новый этап в жизни, он всегда начинался с посещения своих престарелых родственников, бабушки, они уже были очень такие старенькие, но вот мы встречались с ними, как с представителями нашего рода, можно так сказать, и при этом чувствовали, разлетаясь по этому паркету, что вот они нас там сзади-то держат и подталкивают, и контролируют, конечно, но нам впереди идти, и нам преодолевать какие-то, может быть, их немощи, и то, что они не успели сделать, и что-то свое, новое в этот мир привносить, какие-то следочки проследить вот туда, в сторону света. Вот этот образ коридора, он у меня прямо сейчас возник, очень помню запах этого свеженатёртого паркета, его блеск и ощущение полета, что впереди целая вечность.

А. Леонтьева

— А мне кажется, то, что вы рассказываете, это еще так важно, потому что, может быть, кто-то подхватит вашу традицию и будет навещать каких-то стареньких родственников или просто каких-то стареньких друзей, родственников.

о. Павел

— Да, начать новый этап жизни с какого-то такого...

А. Леонтьева

— С какой-то милости, да?

о. Павел

— Да-да. Ну и, конечно, уже потом мы пять лет прожили в деревне, и вот для детей это было очень удивительное время — вот именно Новый год в деревне. И у нас была такая замечательная традиция — мы добывали елочку. Заблаговременно, заранее, получив благословение местного лесничества, мы шли под ЛЭП и срубали эту елочку, которую бы все равно срубили, когда она вырастет. И вот под этими линиями электропередачи, в темноте, с фонариком, мы пилили, вот, кстати, с Сережиным братом Лёшей, двумя семьями мы съезжались в наш деревенский дом, и мне запомнился именно Новый год, когда он был какой-то очень такой спонтанно-творческий, мы вдруг стали своих друзей обзванивать — «А давайте к нам, давайте к нам», мы ездили, машинами их собирали, а потом развозили после Нового года. Но, знаете, вот этот наш новогодний огонёк, он получился какой-то невероятно тёплый, радостный, светлый, спонтанный, творческий, и вот, как Сергей с другом провели ночное время за беседой, мы просто провели его за каким-то таким спонтанным концертом, это было так здорово! Вот я прямо вспоминаю, какие-то такие творческие были идеи... А потом мы их развозили по домам, и начался Новый год, и запомнилось такое творческое начало нового периода в жизни.

А. Леонтьева

— Ну, что ж, раз мы упомянули о творчестве, давайте ещё споём нашим радиослушателям.

о. Павел

— Да, и, кстати, вот эта песня, которая звучит в кинофильме «Гости из будущего», всеми любимая: «Слышу голос из прекрасного далёка», мне кажется, что очень здорово вот этот образ коридора, который я вспомнил.

А. Леонтьева

— Да, кстати, замечательно.

Звучит песня «Прекрасное далёко»

А. Леонтьева

— Напомню, что с нами отец Павел Усачёв, клирик храма Вознесения Господня за Серпуховскими воротами, и Сергей Белов, автор и исполнитель, проводят с вами наш прекрасный добрый «Светлый новогодний вечер». Отец Павел рассказал про визиты, про навещание своих стареньких бабушки с дедушкой и мне, знаете, такую историю показалось уместным рассказать, это «лайфхак», говорят сейчас, от моего мужа. Я очень всегда поражалась, что мой муж очень долго может разговаривать со старушками ведь в основном, в храмах старушки, стариков меньше. И вот бабушки все очень любят, он может стоять, слушать, как бабушка рассказывает что-то и так долго-долго. Я говорю: «Дорогой, какое у тебя терпение вообще, столько слушать, потому что бабушке не с кем поговорить, она много может всего рассказывать про себя». А он говорит: «Ты знаешь, а это же такая история, вот ты поговорила, пообщалась с каким-то своим необыкновенным там, интересным, занятым другом, и всё, он с тобой пообщался и пошёл по своим делам. А бабушка с тобой пообщается, пойдёт и будет молиться за тебя». Так что это, можно сказать, даже очень даже полезный совет.

о. Павел

— Да, это действительно так. Это те замечательные наши бабушки и дедушки, они в своей жизни уже дошли до такого периода, когда они, может быть, больше ничего и не могут сделать, и вот они начинают молиться. Вот даже меня, священника, часто просят, много просьб, действительно, постоянно и сейчас раскалён телефон, это просьбы о молитве, но иногда только подумаешь: «вот надо помолиться», а потом, понятно, грешным делом не успеваешь, то-сё. А это те люди, которые в этом тоже чувствуют, наверное, какую-то свою миссию, свою полезность, важность для общества, для нас вот здесь, которые очень труждаются и обременённые многими заботами, вот они за нас просто спокойно, тихо молятся перед образами, это замечательно.

А. Леонтьева

— Отец Павел, знаете, когда вы готовились к концерту, я же подписана на ваш Telegram-канал, и я увидела, что семья вас отпустила, чтобы вы собрались с мыслями и просто подготовились к этому событию, потому что там было бесчисленное количество номеров музыкальных, и много ваших друзей, кумовей и прихожан, всё было очень здорово. Но я поняла, что отцу семерых детей всё-таки нужна тишина когда-то, да?

о. Павел

— Очень.

А. Леонтьева

— Где вы ее находите?

о. Павел

— Здесь, в радиостудии.

А. Леонтьева

— Поэтому вы так часто бываете в нашей радиостудии?

о. Павел

— Да, мне очень нравится. Я сюда сбега́ю. (смеются)

А. Леонтьева

— Ну вот у меня такой смешной был эпизод, когда были дети-погодки ещё маленькие, их трое, не семеро, но всё равно это бесконечное какое-то бурление, и вот в какой-то момент дня я так устала, ещё надо какую-то логистику дня всё время организовывать, куда отвезти, куда привезти (мы за городом жили). И, знаете, я вышла на крыльцо, чтобы побыть в тишине, посмотреть вот на эти сосны. Я села — такая тишина, сосны... И тут выходит за мной моя младшая дочь, ещё очень маленькая, говорит: «Мама, а чего ты тут делаешь-то?» Я говорю: «Дочка, я слушаю тишину». Она говорит: «А, тишину, я тоже с тобой послушаю тишину! Да, тишина, мам, смотри, сосны, птички поют, тишина!» И мы очень смеёмся, потому что мало когда удавалось сбежать, найти тишину, но если удавалось, это было так здорово. Но не потому что я хочу жить одна, но какие-то моменты, когда, я помню, дети все уехали в школу, а кто-то в детский сад ещё, по-моему, вот раз так, и они все трое. И я помню, я даже легла на ковёр, потому что я почувствовала, как мои собственные мысли, не о том, как сварить кашу, не о том, как успеть на кружок и так далее, а мои собственные мысли как будто потекли через меня, как вот электричество такое.

о. Павел

— Мне это необходимо, да.

А. Леонтьева

— Как вам удаётся это?

о. Павел

-Мне очень просто удается это.

А. Леонтьева

— В машине?

о. Павел

— Нет, я в основном сейчас без машины, то есть вот на метро с одного конца Москвы до другого конца Москвы, с северо-востока на юго-запад примерно 45 минут, вот у меня от дома до храма, именно чисто на метро. И вот эти 45 минут это прямо вот моё время, это вот о любви к себе, как вы говорили, я понимаю, о чём это. Это просто необходимо, как воздух, что плохого в воздухе? Мы им дышим, мы им живём. И вот эта тишина и любовь к себе в таком хорошем смысле, я бы даже сказал, витальном смысле, она необходима нам, и у каждого какие-то свои способы. Для меня это, конечно, такое вот творчество. Творчество и возможность просто попеть песни в кругу родных и близких, почитать стихи. Ну что говорить, это прекрасная возможность вернуться, чтобы опять мысли через тебя потекли. Понятно, что потом опять придётся взваливать на себя семейный крест, обязанности свои, всё успевать, но без этого воздуха мы просто под этим крестом упадём и не сможем прожить этот новый следующий год. Для меня это культурные мероприятия, можно жену куда-нибудь вытащить в театр, на концерт хороший, даже просто походить по парку, сейчас красота, зима, съездить в Поленово или в Абрамцево. Это то, что даёт нам силы дальше жить, слава Богу.

А. Леонтьева

— Вдохновение такое.

о. Павел

— Вдохновение, да.

А. Леонтьева

— Отец Павел находит тишину в метро.

о. Павел

— Под землёй, да. Под землёй тишина такая внутренняя. А ты, Сергей, как вообще с этим вопросом работаешь?

С. Белов

— Про тишину в метро? Нет, любовь к себе — это вообще основа основ, потому что без этого мы не можем никого любить, если мы не любим себя, то как бы нечем, нет просто этого.

о. Павел

— Тебя нет.

С. Белов

— Да, грубо говоря, так. Про тишину в метро: я ездил, у меня наушники, в которых шумоподавление, я их одевал и ничего не включал, и слушал тишину в метро, это очень удобно, ещё один лайфхак, похоже. (смеются)

А. Леонтьева

— То есть вы просто как бы отключаете вот этот звук метро, и вы думаете, не слушаете музыку, да?

С. Белов

— Я даже могу не думать, я просто есть и всё, то есть просто растворился в тишине.

А. Леонтьева

— Слушайте, а для меня очень большой источник вдохновения открылся, когда я начала ездить между Москвой и городом в Тверской области на озере, я там встретила своего мужа. И, знаете, вот этот момент... Сначала это было для меня очень тяжело, потому что я никогда одна не каталась на длинные расстояния, а там часов так четыре-пять будьте любезны, а то и шесть. А потом я поняла, что это вот то самое время, когда... Я безумно люблю одна ездить в машине, то есть я полюбила, мне пришлось полюбить, и я полюбила эту дорогу, потому что я проезжаю необыкновенную какую-то красоту и понимаю, что вот это вот всё моё, что ни один судебный пристав это у меня не отсудит, потому что, действительно, мы, когда ездим по нашей большой Родине, мы же видим, насколько богата эта природа, насколько она разнообразна, вот это какие-то общие слова, какая-то банальность, но это на самом деле можно постичь только в этой тишине дороги. Я не включаю лекции по дороге, не включаю музыку, потому что это вот какое-то впитывание, но это с возрастом, наверное, приходит.

о. Павел

— Да, да. А можно я продолжу свою такую практику, новую роль в программе — то, что я вопросы задаю, и задам вопрос вам? Мы сейчас вспоминали, что было в прошлом году, а есть какая-то мечта? Я вот не боюсь задать такой вопрос, потому что, мне кажется, у людей, которые называют себя верующими людьми, это не страшно и даже, может быть, хорошо делиться каким-то сокровенным, какими-то своими мечтами. Вот есть какое-то такое дурацкое поверье, что если хочешь, чтобы мечта осуществилась, не надо, чтобы об этом кто-то знал, говорить, да? Надо загадать вот это желание. Но давайте загадаем желание вслух, если так можно. Мне кажется, что надо произносить то, чего ты хочешь, чего желает твоя душа, открывать своё сердце, и этого не бояться, и тогда нас услышат ангелы.

А. Леонтьева

— Потрясающе вы сказали, потому что как раз тоже эта тема для раздумья. Я получила какой-то вопрос от героини своей программы матушки Ксении Коляды из Белоруссии, и она спросила: вот чего хочется? Ну вот какой-то такой вопрос про свои желания. Я не раз говорила, что, может быть, если бы мы осознавали свои такие истинные желания, глубинные желания, то это во многом совпадало бы с волей Божьей о нас. Не такие вот поверхностные, которые в верхнем слое болтаются там: хочу то, хочу сё. Но, знаете, я встала как перед стеной перед этим вопросом, потому что я поняла, что я очень хорошо знаю, чего хотят мои близкие от меня, мои окружающие, и мне чрезвычайно сложно углубиться в эту глубину себя, чтобы понять, чего я-то хочу. И это очень увлекательное, на самом деле, занятие, которое изгоняет очень много тревог, каких-то ненужных вопросов, потому что ты задаёшься очень важным вопросом: чего ты хочешь, и чего ты хочешь глубинно. И я желаю, наверное, всем радиослушателям в следующем году прислушиваться к себе, как вот отец Павел нам рассказал, находить вот это вдохновение, источники этого вдохновения, свои какие-то цветники...

о. Павел

— ... чтобы они открывались, эти источники у нас. Мне очень близко то, что вы сказали, мне кажется, что учиться находить именно то, что ты действительно желаешь, твоя душа, оно вот именно такое светлое, позитивное, созидательное, это, наверное, такая наша общая задача, потребность. И, если можно, мне бы хотелось сейчас привести слова из Евангелия, которые читаются на Новый год, вот этот молебен новогодний, и пожелать всем, я раскрыл книгу и нашел место, где Господь говорит: «Дух Господень на Мне; ибо Он помазал Меня благовествовать нищим, и послал Меня исцелять сокрушенных сердцем, проповедовать плененным освобождение, слепым прозрение, отпустить измученных на свободу проповедовать лето Господне благоприятное». Мне хочется пожелать, чтобы в Новом году через вас, Анна, через тебя, Сергей, через меня, через всех нас Господь проповедовал пленным освобождение, слепым прозрение, потому что Господь действует через людей и, наверное, это и будет самое главное, что мы должны в этом году в этот мир принести, вот это ощущение свободы, свободы во Христе, любовь, радость через какие-то свои добрые дела, через такую, может быть, ненавязчивую, но истинную проповедь доброй и светлой жизни. У меня есть песня, которую мне бы хотелось еще спеть, и она, мне кажется, вот об этом — что мы знаем Бога, Он знает нас, и мы Его любим, и Он нас по жизни ведет, и мы, конечно, благодарим, и умиляемся, вообще, провидению Божию и Его водительству. Можно, да, мы исполним это?

А. Леонтьева

— Давайте послушаем.

о. Павел

— Это известная песня, даже, наверное, можно не объявлять, русскоязычный вариант.

Звучит песня «Аллилуйя»

А. Леонтьева

— Потрясающе, я не знала, эта русская версия очень вдохновляет.

о. Павел

— Слова хорошие, правильные, понятные всем.

А. Леонтьева

— Да. Спасибо вам огромное за чудесное пение, за радостную вдохновляющую новогоднюю беседу.

о. Павел

— Спасибо, спасибо, спасибо вам.

А. Леонтьева

— Напомню, что сегодня с вами Анна Леонтьева, у нас в гостях отец Павел Усачёв, клирик храма Вознесения Господня за Серпуховскими воротами, и Сергей Белов, автор и исполнитель. Спасибо за беседу, за музыку. С Новым Годом, дорогие радиослушатели!

о. Павел

— С Новым Годом!


Все выпуски программы Светлый вечер

Мы в соцсетях
****

Также рекомендуем