Поделиться
В нашем обществе вопроса об истине на самом деле не существует. Большинство культур в истории человечества полагали, что цель человека — стремиться к ней. Но мы живем в культуре, в которой принято стремиться к комфорту.
Если раньше человек ставил вопрос о том, "правда ли это?", то теперь мы привыкли спрашивать "что это мне даст? зачем мне это нужно?", причем очень часто имеется в виду "как это повысит мой уровень комфорта?".
Даже религия оценивается с точки зрения того, "что она дает" в психологическом, культурном или социальном плане. Вашу жизнь наполняет смыслом, радостью и значением православная вера? Очень хорошо, а мне вот больше по душе какая-нибудь трансцендентальная медитация.
Но подлинный поиск веры предполагает отказ от вопросов "устраивает ли это меня" и "нравится ли это мне" в пользу вопроса "истина ли это?".
Поиск верующего напоминает поиск ученого. Ученый придерживается той или иной теории не потому, что ему это удобно, не потому, что она приносит ему утешение, не потому, что ее разделяют симпатичные ему люди — а потому, что, насколько он может понять, она правильно описывает реальность. Ученый — если он хочет оставаться ученым — должен проявлять смирение перед природным миром, который он исследует, не пытаться навязать ему свои взгляды, а стараться понять, как этот мир устроен. Так и верующий должен быть готов отодвинуть свои пожелания на второй план — а искать истины, которая не зависит от его пожеланий, и которая была бы точно такой же, если бы его и на свете не было.
Однако научная истина не налагает на нас никаких обязательств. Был Большой Взрыв, не было Большого Взрыва, общие предки у дельфинов и собак, не общие — это никак не влияет на то, как мы должны поступать, во что верить и на что надеяться. А вот истина веры налагает обязательства — она указывает мне, что я должен делать.
Если, скажем, выяснится, что Ледового Побоища не было на самом деле, а все его летописные свидетельства сфальсифицированы, это никак не отразится на жизни большинства из нас. Но есть истины, после которых мы уже не сможем жить, как раньше — и главная из них состоит в том, что Иисус из Назарета действительно воскрес из мертвых.
Если это правда (а это правда), то Иисус — не один из великих учителей человечества, одинаково почтенных, одинаково мертвых, одинаково занесенных пылью веков. Он Господь, Бог и Спаситель, который здесь и сейчас обращает ко мне Свое слово — "ты веруешь ли в Сына Божия? (Иоан.9:35)" и ожидает от меня ответа.
«Иконописные традиции Троице-Сергиевой Лавры». Архимандрит Лука (Головков)
Поделиться
Гостем программы «Лавра» был декан иконописного факультета Московской духовной академии, доцент кафедры истории и теории церковного искусства МДА архимандрит Лука (Головков).
Разговор шел о зарождении, развитии и особенностях иконописной традиции и школы Троице-Сергиевой Лавры. Какие известные иконописцы трудились в стенах Лавры в разные века, как передавалась эта традиция, как в Московской Духовной академии сегодня преподают основы иконописи и как, сохраняя традиции, развивать иконописное искусство.
Ведущие: Кира Лаврентьева, архимандрит Симеон Томачинский
Все выпуски программы Лавра. Духовное сердце России
«Святость». Священник Артемий Юдахин, Андрей Дударев, Нина Юркова
ПоделитьсяВ этом выпуске программы «Клуб частных мнений» клирик храма святителя Николая Мирликийского в Щукине священник Артемий Юдахин, теолог, автор книг Андрей Дударев, педагог Нина Юркова размышляли о том, что такое святость, у всех ли одинаковый потенциал раскрыть её в себе, а также насколько возможно и стоит к ней стремиться, или же святые — скорее те люди, которых избрал Господь и у них особый подвиг, не каждому доступный.
Ведущая: Наталия Лангаммер
Все выпуски программы Клуб частных мнений
Искусство создания шпалер
Поделиться
Фото: Baraa Obied / Pexels
В крупных российских и европейских музеях на стенах в экспозиции посетители могут увидеть большие гладкие ковры, похожие на картины, с изображением евангельских, исторических, пейзажных и других сюжетов. Такие изделия называют шпалерами (или гобеленами). Их создавали из шерстяных и шелковых нитей для украшения и утепления стен в специальной безворсовой технике путём переплетения продольных и поперечных нитей.
Искусство изготовления таких ковров появилось ещё до Рождества Христова и было известно древним грекам, римлянам и египтянам. После распространения христианства в Европе шпалеры стали использовать в храмовых пространствах для украшения стен: на них изображали сюжеты из жизни Христа, Пречистой Девы и святых. Вскоре подобные ковры с религиозными и светскими сюжетами стали проникать во дворцы и зажиточные дома для декорирования интерьеров. Настоящей популярности и расцвета шпалерное искусство достигло в Средневековье. Тогда одним из основных центров создания безворсовых ковров стала Фландрия — регион, находящийся сейчас на территории современных Нидерландов, Франции и Бельгии.
В мастерских над созданием ковров трудилась целая команда специалистов. Художники рисовали эскиз будущей шпалеры, который назывался картоном. Красильщики окрашивали нити в необходимые цвета, а ткачи по картону воссоздавали необходимый рисунок. Каждый мастер ткал ту часть шпалеры, на которой специализировался: одни ткачи трудились над созданием лиц, другие — фигур, третьи занимались пейзажами или бордюрами — так называли узоры, которые по краям обрамляли шпалеру наподобие рамы. Часто ковры ткались по эскизам с картин известных художников.
В начале XVI века во Фландрии по заказу папы Льва X были изготовлены знаменитые шпалеры для украшения Сикстинской капеллы в Ватикане. Картоны с изображением сюжетов из Деяний Апостолов для них создал художник Рафаэль и его ученики.
В XVII веке одним из центров шпалерного искусства стала парижская Королевская мануфактура, расположенная в поместье семьи Гобелен — известных красильщиков и ткачей. Ковры, которые там создавали, быстро прославились своим качеством, и название «гобелен» закрепилось за всеми подобными изделиями.
В 1717 году русский император Пётр I заказал французской мануфактуре серию гобеленов, посвящённых событиям Северной войны, по итогам которой Россия получила выход к Балтийскому морю. В том же году Пётр основал шпалерную мануфактуру в Санкт-Петербурге, где французские ткачи обучили своему искусству русских мастеров. С тех пор в России стали создавать безворсовые ковры с изображением евангельских сюжетов и событий отечественной истории, портретов царственных особ и аристократов. В течение ста сорока лет изделия Петербургской мануфактуры украшали дворцы и отправлялись за границу в качестве дипломатических подарков. Однако в 1850-м году русская мастерская была закрыта из-за упадка спроса на шпалерное искусство.
Сейчас о существовании мануфактуры напоминает Шпалерная улица в Петербурге, где раньше располагались мастерские с ткацкими станками. Увидеть отечественные и иностранные шпалеры из собрания русских императоров можно в петербургском Русском музее, Эрмитаже и Пушкинском музее в Москве.
Все выпуски программы Открываем историю
