Поделиться
Человек, который регулярно ходит в храм на богослужения, знает, что воскресный день — день, целиком посвящённый Богу — всегда особенный. Среди псалмов Давида 91-й занимает особое место как предназначенный к пению именно в субботу — день покоя, максимальной отстранённости от житейского и обращённости к Небу. Этот псалом — самая настоящая икона субботней — ну или для нас, христиан, воскресной — радости. Давайте послушаем!
Псалом 91.
2 Благо есть славить Господа и петь имени Твоему, Всевышний,
3 возвещать утром милость Твою и истину Твою в ночи,
4 на десятиструнном и псалтири, с песнью на гуслях.
5 Ибо Ты возвеселил меня, Господи, творением Твоим: я восхищаюсь делами рук Твоих.
6 Как велики дела Твои, Господи! дивно глубоки помышления Твои!
7 Человек несмысленный не знает, и невежда не разумеет того.
8 Тогда как нечестивые возникают, как трава, и делающие беззаконие цветут, чтобы исчезнуть на веки, —
9 Ты, Господи, высок во веки!
10 Ибо вот, враги Твои, Господи, — вот, враги Твои гибнут, и рассыпаются все делающие беззаконие;
11 а мой рог Ты возносишь, как рог единорога, и я умащён свежим елеем;
12 и око моё смотрит на врагов моих, и уши мои слышат о восстающих на меня злодеях.
13 Праведник цветёт, как пальма, возвышается подобно кедру на Ливане.
14 Насаждённые в доме Господнем, они цветут во дворах Бога нашего;
15 они и в старости плодовиты, сочны и свежи,
16 чтобы возвещать, что праведен Господь, твердыня моя, и нет неправды в Нём.
На церковнославянском языке первый стих псалма звучит так: «Бла́го есть испове́датися Го́сподеви, и пе́ти и́мени Твоему́, Вы́шний (Пс.91:2)». Странно, не правда ли? В нашем понимании «исповедаться» оказалось устойчиво сращено с Таинством Покаяния — но явно псалмопевец говорил о чём-то другом! Как можно соединить «исповедаться» и «славить»?
В греческом языке «исповедаться» — ἐξομολογεῖσθαι — «полностью признавать, открыто соглашаться, исповедовать, благодарить». Приставка ἐξ‑ усиливает общее звучание: ис — поведать — то есть «вовне, во всей полноте, предельно публично». И в иврите, и в латинском также сохраняется эта двойственность смысла: «исповедаться» — это и «признавать», и «воздавать хвалу». Мы подходим к важному моменту, который для нас имеет вполне практическое значение.
Исповедь как таинство абсолютно невозможна с «захлопнутым», свернувшимся внутрь себя сердцем. Да, мы обнажаем самые порой неприглядные тайники души, открываясь перед нашим духовником. Но вот про что надо всегда помнить: там, в нашем сердце, конечно же есть и много чего другого! Кому-то может показаться странным, если на исповеди рассказывать о своих достижениях, о победах над страстями, об искреннем восторге при прикосновении к Божественным проявлениям в этом мире — однако без всего этого исповедь быстро превращается в ролевую игру: «Посмотрите, батюшка, какой я как бы супер-грешник, и пустите меня до причастия, пожалуйста!»... Кажущаяся «лёгкость» такой исповеди в действительности вовсе не говорит о безгрешности и духовной глубине исповедника: он просто ещё не созрел, не готов нырнуть глубоко, в тень своей души — ему просто хочется причаститься. И в этом нет ничего зазорного — только надо понимать, что это, конечно же, скорее формальность, чем настоящее покаяние — к которому путь долог, и которое не может происходить «по расписанию храмовых богослужений».
Но я вот к чему хотел бы подвести. Призыв псалмопевца «исповедоваться Богу» как однозначное, величайшее благо, для которого специально выделяется праздничный день — вовсе не о грехах и нарочитом покаянии! Исповедь сегодняшнего псалма — она о восторге, о радости присутствия рядом с Небесным Отцом, о любовном восхищении Его красотой, Его мудростью, Его добротой — в изобилии разлитых во всём творении! И этот, 91-й псалом — самый точный камертон для того, чтобы в воскресный день настраивать наши души на верную тональность!
Псалом 91. (Русский Синодальный перевод)
Псалом 91. (Церковно-славянский перевод)
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Норильск. Мученик Стефан Наливайко
Поделиться
Фото: Emil Tim / Pexels
Летопись заполярного города Норильска тесно связана со скорбной историей исправительно-трудового лагеря — Норильлага. Его создали в 1935 году, чтобы использовать труд заключенных на строительстве Норильского горно-металлургического комбината. В начале сороковых здесь отбывал наказание Стефан Наливайко, получивший срок за веру в Бога. Стефан родился в 1898 году в селе Константиновка Таврической губернии, сейчас это Запорожская область. С детства любил читать Священное писание, в юности подвизался в Богородицкой обители близ Херсона. Затем вернулся в родное село, чтобы помогать отцу в хозяйстве, служил псаломщиком в церкви. Подвижник любил паломничать по святым местам. И даже после революции 1917 года, при безбожной власти, использовал любую возможность, чтобы отправиться на богомолье. В одной из таких поездок в Москве Стефан открыто обратился к людям с призывом не оставлять Господа. За это его осудили и отправили на Соловки. Вся последующая жизнь подвижника обернулась чередой арестов. Последним местом ссылки Стефана стал Норильский исправительно-трудовой лагерь. Здесь мученик скончался от голода в 1945 году. Спустя пятьдесят пять лет Церковь прославила Стефана Наливайко в лике святых.
Радио ВЕРА в Норильске можно слушать на частоте 107,4 FM
14 февраля. «Смирение»
Поделиться
Фото: Vlad Tchompalov/Unsplash
Смирение — большая половина спасения. Приобретение смирения даётся в суровой борьбе с собственным падшим естеством. Сама ограниченность наша и постоянные претыкания на духовном пути — повод всегда смиряться пред Богом. Пусть же наши неисправности не ожесточают нас и, тем более, не приводят к унынию, но... смиряют. А смиренным, то есть сознающим свою греховность и кающимся в ней, Бог дарует благодать. «Сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит».
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Служба доставки. Ольга Кутанина
Поделиться
Я часто осуждаю людей. Борьба с этой страстью даётся с трудом. Особенно, когда кажется, что я права, и поведение человека действительно достойно порицаний.
Например, сейчас всюду активно перемещаются работники служб доставки. В любую погоду, в любое время дня, а иногда даже ночью. Они заходят в транспорт с огромными коробами за спиной, мчатся на велосипедах и мопедах с этими коробами. Рассекают потоки машин, и неожиданно для пешеходов заезжают на тротуары. Нарушают все возможные правила дорожного движения.
Когда я иду с коляской, в которой спит младенец, и двумя маленькими детьми рядом, а мимо по узкому тротуару проносится курьер на мопеде, да ещё сигналит нам с детьми, — мол, разбегайтесь! — возмущению моему нет предела. Я начинаю закипать, и в душе клокочет осуждение.
В такие моменты я бываю очень далека от христианского долготерпения и всепрощения. Мне так страшно, что могут сбить моих детей!
Я жалею, что не успела разглядеть и запомнить номер, написанный на коробе. Мне обидно, что не к кому обратиться, чтобы вразумить этих водителей. Попытки успокоить себя тем, что эти люди трудятся, что им надо много успеть за день, плохо помогают мне. Но однажды Господь дал мне возможность посмотреть на курьеров иначе.
Я шла вечером от метро. Пешеходы торопились домой. На пути был довольно длинный подземный переход. Поток людей вместе со мной спускался, шёл по переходу, а потом поднимался по лестнице.
Я покоряла ступеньки небыстро. Устала за день. Вдруг вижу: чуть правее поднимается крепкий плечистый мужчина в высоких ботинках и катит по пандусу мопед с огромным коробом на багажнике. Его сил едва хватало, чтобы толкать мопед. К середине подъёма он, видимо, совсем обессилел, потому что ноги его стали скользить, а мопед слегка покатился вниз. Мужчина напрягся, включил газ у мопеда, и это помогло ему не упустить транспорт. Он с трудом завершил подъём и оказался наверху.
Мне стало жаль этого сильного человека. Я подумала, что у нас много общего. Я регулярно катаю по пандусам коляску с малышом вверх и вниз и знаю, как это сложно. Иногда одна поездка за день на дальнее расстояние забирает все мои силы. А сколько таких поездок в день у него?
Тогда со мной случилось чудо. Сострадание вытеснило из сердца осуждение. Мне не хотелось больше возмущаться. Сочувствие открыло какое-то новое видение их труда.
Я вспомнила поучение святого Анатолия Оптинского: «Пожалей, и не осудишь». Как интересно получилось! Господь будто указал мне на эту деталь, открыл глаза, чтобы я увидела, как тяжко другому человеку, и сделал моё сердце мягким и готовым к состраданию.
Ведь всем нужно быть внимательными и терпимыми: и доставщикам, и пешеходам.
Автор: Ольга Кутанина
Все выпуски программы Частное мнение
