«Православный детский сад: опыт Старого Оскола». Священник Николай Дубинин

В программе «Пайдейя» на Радио ВЕРА Сергей Платонов беседует со священником Николаем Дубининым, настоятелем храма великомученика Феодора Стратилата в Старом Осколе, духовником православного детского сада «Введенский».

Отец Николай рассказывает, как в Белгородской митрополии устроено сотрудничество Церкви и государства: епархия предоставляет здание, а область финансирует зарплаты педагогов. Их сад стал десятым в митрополии, а здание передал жертвователь, построивший и сам храм. Гость подчёркивает личное участие митрополита Иоанна, который вникал в каждую деталь.

Много говорят о том, что дети становятся миссионерами: ребёнок рассказывает дома о молитве, и постепенно вся семья приходит в храм. По пятницам в саду совершается детская литургия, все дети причащаются, а к концу года на службы стали приходить и родители, некоторые впервые в жизни.

Ключевая мысль гостя: главное качество священника, работающего с детьми, это доброта. При этом отец Николай предостерегает от механической религиозности: если ребёнка заставляют зубрить молитвы, таинства теряют для него живой смысл. Он различает два воцерковления: детское, когда тебя привели за руку, и осознанное, когда человек сам захотел молиться или поститься. Задача взрослых, по его словам, сделать первое таким, чтобы второе пришло само.

Ведущий: Сергей Платонов

---

С. Платонов

— Дорогие друзья, в эфире программа «Пайдея». Этим красивым словом греки называли целостный процесс образования и воспитания. О том, как образование может помочь человеку на пути к достижению идеала и раскрытию образа Бога мы будем сегодня говорить. Напомним, что беседы мы организуем совместно с образовательным проектом «Клевер Лаборатория», который объединяет учителей, руководителей школ, детских садов, родителей, священников и всех тех, кто работает с детьми и занимается их духовно-нравственным развитием. У микрофона Сергей Платонов. И в гостях у нас священник Николай Дубинин, настоятель храма святого Великомученика Феодора Стратилата города Старый Оскол, Белгородской митрополии. Батюшка, здравствуйте, приветствуем вас.

Отец Николай

— Здравствуйте.

С. Платонов

— Отец Николай является многодетным отцом, и кроме всего прочего еще, вдобавок к несомому послушанию настоятеля храма, является духовником детского садика, Веденского детского сада. Батюшка, расскажите пожалуйста, вот сразу с этого и начнем, почему возникла идея именно об открытии именно детского садика, почему православного, что этому предшествовало, вот как эта идея зародилась, и как она сейчас реализуется?

Отец Николай

— В нашей Белгородской митрополии это уже десятый по счету православный детский сад. Самые первые сады появились, по-моему, в конце 90-х — в нулевых в Белгороде, и этот опыт уже такой, достаточно масштабный для нашего региона. И идейным вдохновителем, куратором подобной программы был наш правящий архиерей. Он и сегодня активно всегда принимает участие во всех наших детских утренниках, обязательно присутствует. И вплоть даже до того, что он там советы дает по репертуару, что поменять. То есть владыка вовлечен и вовлекает всех нас, клириков епархии. Поэтому конкретно в нашем православном детском саду не было чем-то это феноменальным, не было это таким неизвестным опытом.

С. Платонов

— То есть очередной детский сад в вашем регионе, скажем так.

Отец Николай

— Да, совершенно верно. Там замечательно была реализована такая простая идея: что если Церковь в лице епархии предоставляет области или городу, населению такую возможность воспитывать детей в православном учреждении, то в свою очередь область берет на себя все вот эти важные моменты по финансированию, по зарплатной части для воспитателей. И получается очень удобная, такое замечательное соработничество, синергия, как бы сказали древние греки, когда Церковь принимает у себя, на своей территории, а государство помогает эти воспитательные процессы содержать. Вот, собственно, у нас это так происходит. То есть это наша епархия построила детский сад, а государство в лице Белгородской области нам помогает.

С. Платонов

— Помогает, конечно же, финансово, то есть оплачивают какие-то расходы и нужды.

Отец Николай

— Конечно. У нас большой штат воспитателей, и, естественно, им нужно платить зарплату. Об этом мало говорим, но без этого никуда не денешься.

С. Платонов

— Ну конечно. Тем более специалисты нужны, не так уж их много, на самом деле. И, конечно же, специалиста можно потерять, очень важного, скажем так, квалифицированного педагога, воспитателя, потому что ты просто не можешь платить ему зарплату, и он не может содержать семью. Это в общем вопросы вечные, особенно в образовании, они всегда болезненные. Хотел бы сразу отметить то, что православная школа сама по себе, или детский садик, дошкольное учреждение, по-другому если называть, конечно же, предоставляется, то есть у государства есть эти школы, обычные, куда ходим все мы, наши дети, и так далее. Ну вот православные гимназии, или школы, или детские сады, на самом деле их очень мало. Вот если так брать, в Москве их много, православных школ. Понятно, здесь население, другой уровень. В регионах поменьше, конечно. В Нижегородской области очень много православных школ, гимназий и садов. В Белгородской области, вот мы сегодня услышали, что уже десятый открылся, и это тоже большие цифры. То есть это такое, скажем, явление такое очаговое. То есть оно вот на карте не повсеместное. Конечно же, мы, и святейший патриарх прежде всего как раз об этом говорил, что нужно поддерживать такие инициативы по открытию садов, школ тем более. И самое важное — как Церковь в этом участвует. Я позволю себе немножко рассказать об этом. Дело в том, что не так просто взять и открыть православный детский сад, правильно, батюшка. Ведь необходимо, ну помимо того, что благословение получить и здание оформить, сделать ремонт, сделать набор детей, но необходимо же еще получить определенные, скажем так, компетенции, полномочия, которые мы называем, как или аккредитацию церковную, которая называется конфессиональное представление. Полагаю, что ваш детский сад, конечно же, имеет.

Отец Николай

— Конечно же, да. Да, здесь важно было, вот как правильно подмечено , здесь было важно, чтобы была коллективная работа там и по оснащению, и по материально-технической части, и по будущему коллективу, и по административным документам и документообороту, по всему. По всем направлениям создавался у нас такой попечительский фонд, скажем так, с экспертами, и мы это все обсуждали. То есть на стадии строительства сада, ну капитального ремонта, если говорить уже там, это здание нам было подарено, там как получилось, я немножко все-таки издалека.

С. Платонов

— Расскажите, расскажите, как это. Пригодится опыт слушателям других епархий, областей нашей страны.

Отец Николай

— Да, это интересная история, потому что она расскажет о щедрости некоторых людей. Вот у нас храм, где я служу в честь святого великомученика Феодора Стратилата построил человек по имени Федор Иванович. И когда было пятилетие храма, мы расписали внутреннее пространство храма. И вот я помню, что я поблагодарил Федора Ивановича за храм и за роспись, которая вот-вот, только была сделана к пятилетию храма. А он спрашивает: «Какие еще вопросы, на ваш взгляд, отец Николай, что еще бы нужно?». Я говорю: «Вы знаете, очень-очень много детей.». Ц нас правда такой район, где очень молодые семьи живут.

С. Платонов

— Батюшка, а у вас сколько детей? Я все время забываю.

Отец Николай

— Семеро, да. И я говорю: «Федор Иванович, нам очень нужна воскресная школа.». А он на это ответил: «Я вам могу передать в епархию целое здание.». И, собственно, так родилась идея: что в этом здании мы откроем детский православный сад. И вот понадобилось некоторое время. Наш владыка Иоанн организовал попечительский совет и вот буквально принимал участие от теплового узла, от выбора цвета.

С. Платонов

— Владыка?

Отец Николай

— Да, да. Там весь детский сад наш — это его, я бы сказал, его и дизайнерский, и строительный, и другой талант, который применялся. То есть он вникал буквально на каждом этапе. Ну вплоть до того, я помню, что мы в спортивной аудитории выбирали цвет напольного покрытия, сопоставляли картины на стенах. Все это вот с владыкой решалось. И он всю душу туда вложил. Это очень красивый сад.

С. Платонов

— Да, интересно на самом деле. И полагаю, что это не только ваш случай, это он ко всем так относится школам и садикам.

Отец Николай

— Да, да. Но, у владыки четкая установка, она на протяжении уже десятилетий, я ее просто слышу, я был иподьяконом и в семинарии учился, я помню, что у владыки красной нитью всегда эта мысль звучит что: мы сегодня живем в эпоху, когда дети становятся миссионерами. То есть ребенок ходит в гимназию в православную или в детский сад, и он рассказывает, зачастую так случается, что сам ребенок в семье начинает нести Христа, проповедовать. И таких случаев немало, когда именно через детскую веру, через посещение воскресной школы, православного детского сада, или гимназии вся семья становится верующей. И еще владыка часто повторяет, что дети воспитываются на образах, и наша задача — ни какую-то сумму знаний дать, ни рассказать какие-то там высокие истины, абстрактное мышление — это еще не для дошкольного возраста зачастую, а вот показать образы правильные, напитать ребенка правильными образами. Именно эта и есть задача дошкольного православного образования.

С. Платонов

— И программы «Пайдея», которая как раз рассказывает об этом опыте формирования целостного образа. Да, действительно это очень важно. Но, например часто встречаются такие замечания родителей в информационном пространстве что не так-то просто попасть в православную школу, или гимназию, потому что есть отбор определенный. То есть, во-первых, даже, скажем так, сочувствующих может быть и возьмут, а вот люди, которые пришли с улицы, не понимают, что такое православная организация, ну не берут таких детей в школу или садик. Как это у вас происходит на самом деле? Есть ли у вас миссия какая-то даже?

Отец Николай

— Какой-то базовый минимум, конечно же, должен быть, что семья, которая желает отдать ребенка в православный детский сад, она, что там люди крещенные, что они, естественно, лояльно относятся к тому, что ребенок будет изучать молитвы. Мы же там молитвы учим. У нас дети все поют «Отче наш» перед едой, «Богородица, Дева, радуйся», «Достойно есть». Что они будут причащаться на литургиях, которые мы служим еженедельно, ну и так далее. Вот этот весь православный компонент, так называемый, воспитательный, он будет присутствовать, и родители, понятное дело, дают на это согласие. Но, вот сказать, чтобы все были воцерковленные, все там родители должны быть обязательно прихожанами какого-либо храма, этого нет.

С. Платонов

— Вот здесь как раз их дети становятся миссионерами.

Отец Николай

— Совершенно верно. И зачастую, я сейчас заметил, это у нас уже 3 выпуска было, я заметил, что зачастую родители сами стали приходить на эти, мы их называем детские литургии. Почему? Потому, что она, во-первых, очень коротенькая по времени, 40 минут, и она адаптирована для детей, для детского восприятия. Так вот, на литургию к нам стало приходить все больше и больше взрослых, родителей. И некоторые впервые в жизни вообще сознательно пришли на литургию, благодаря детям.

С. Платонов

— Так это дети совсем маленькие же, дошкольники.

Отец Николай

— Конечно.

С. Платонов

— Да, это очень здорово и интересно. Давайте просто разберем, чем православный детский садик отличается от обычного детского садика. Ведь там те же самые проблемы: адаптация.

Отец Николай

— Конечно.

С. Платонов

— Потом какие-то разборки детские, что там еще в детском саду, утренники.

Отец Николай

— Все тоже самое.

С. Платонов

— Тоже кричат по утрам. Родители, скрипя сердце, уходят. В общем все знакомо.

Отец Николай

— Я же, когда прихожу забрать своего сына или дочь, у нас двое ходит в наш садик.

С. Платонов

— Повезло.

Отец Николай

— Да, позволили себе такую роскошь, потому что так вот нам удобно.

С. Платонов

— Много детей.

Отец Николай

— Да, да. И получается, я, бывает, прихожу без подрясника. То есть дети меня в основном видят в подряснике во время литургии, или на службе, во время наших детских спектаклей, когда они выступают, а тут я то, что называется: по гражданке. И тут интересный такой момент: они по-другому реагируют: «О, это же наш батюшка.», могут вот просто в круг взять, и сотни вопросов просто: а покажите ваш крестик нательный;; а дайте потрогать; а я вот эту птичку; а как вот этого солдатика, — такие вот жучки, — как правильно с этим солдатиком играться? И вы знаете, очень здорово, когда вот такое непосредственное общение с детьми. То есть у нас 2 формата получилось: вот я — батюшка, я — духовник, я причащаю.

С. Платонов

— Строгий, да, такой.

Отец Николай

— Да, такой вот образ. И тут же вечером, когда я забираю ребенка, я могу с ними там пообниматься, они на меня там гурьбой иногда. Это очень, мне кажется, хороший такой элемент.

С. Платонов

— Программа «Пайдея» на Радио ВЕРА. У микрофона Сергей Платонов. В гостях у нас священник Николай Дубинин, настоятель храма святого мученика Феодора Стратилата, а также духовника Веденского детского сада города Старый Оскол Белгородской области. Батюшка, да, действительно в первой такой части нашей программы мы проговорили какие-то базовые вещи и вот перешли, наверное, к самому интересному — к тому, как с детьми необходимо общаться и чтобы для них действительно взрослые, особенно вы, как священник формировали вот этот образ Церкви, как нечто светлое, открытое, и они в какой-то степени не боялись в будущем бороться может с какими-то своими проблемами, сомнениями.

Отец Николай

— Вот вы знаете, в послании апостола Павла к римлянам есть очень трогательная строчка, где апостол Павел кому — римлянам, бывшим язычникам, а ныне христианам, так вот он им пишет: Раньше вы служили своим страшным вот этим богам, которые суть бесы. Ныне, после крещения вы можете говорить: «Авве, Отче», что в переводе означает буквально папочка. И это очень трогательная строчка, она на контрасте построена: вот вчера вы поклонялись там Марсу, Юпитеру, страшным этим божествам, а теперь вы с Богом можете, как ребенок с открытым сердцем общаться и называть Бога Авва, Отче. Так вот, я это к чему? У нас в нашей русской православной традиции замечательное есть слово «батюшка». И здесь вот и ласка, и любовь, и объяснение того, что священник в первую очередь должен быть добрым.

С. Платонов

— Как отец.

Отец Николай

— Как отец.

С. Платонов

— До революции так и называли: батюшка, матушка, родителей.

Отец Николай

— И вот это, наверное, и есть самое главное условие, особенно когда идет работа с детьми. Они должны в первую, вторую, третью очередь чувствовать, что священник добрый. Только доброта является главным, вот таким, знаете, безусловным критерием для работы с детьми. Понятно, не потакание, понятно, что нельзя превращать в такого добряка, который все позволяет. И дистанцию они тоже чувствуют, и субординация присутствует. Но, все равно батюшка должен показать, что, вот быть христианином — это быть добрым. И тогда у них стираются все вот эти, то, о чем вы говорите, какие-то проблемы, какие-то предвзятости. И в будущем вот это семя, посеянное в детстве, оно прорастает в правильном таком ключе: что Церковь — это место, где мне не страшно, что Церковь — это место, где батюшка добрый, что братья и сестры там тебя где-то поддержат, где-то обнимут. И вот это мы закладываем в детском саду у нас. Вот я считаю, вот самая главная задача.

С. Платонов

— Кстати, я когда-то учился в православной школе, у меня там были первые 3 класса: первый, второй, третий. А в пятый класс, в четвертый я не пошел, потому что я получил очень хорошее, видимо, начальное образование, и в четвертый класс меня не взяли, сразу в пятый. И вот у меня был в начале некий такой мандраж, потому что я, когда выходил к доске, решал вроде бы знакомые примеры, ну мне казалось то, что я пришел из другого мира, и здесь все по-другому, и мне было страшно. Ну я выхожу, вроде знакомый пример, решаю, мне ставят пятерочку, и я с этой пятеркой ухожу на место: вроде все одно и тоже и похоже. Ну это мне было лет 11 — 10. И это было так на самом деле необычно. Ну потом я, конечно же, втянулся уже в светский процесс образования. Ну вот здесь иногда бывают, и я их видел, кстати, проблемы социализации, когда человек, маленький человечек из православного такого теплого и уютного мира переходит в мир, и он там не совсем готов к каким-то может искушениям даже для такого маленького человека. И вот иногда перегибается палка, некоторые моменты происходят. Вспоминаю даже своих сверстников, те, кто был в православной гимназии, они как-то по-другому мир ощущали. Они, кстати, очень хорошо все учились и получали хорошее образование. Но, в обычной обстановке во дворе они вели себя весьма странно. И это было заметно.

Отец Николай

— Ну да, невозможно, как апостол Иаков говорит: «Не может из одного источника течь горькая и сладкая вода.», одновременно. Также и душа христианина, она либо славит Бога, и это молитва, это благочестивая христианская жизнь, либо, к сожалению, как бывает, наоборот: человек грешит, человек живет безбожно, или против божий заповеди. Поэтому эта проблема, она присутствует в мире всегда: и у взрослых, и у детей. Просто у детей она, конечно, может быть слишком болезненной. Когда мальчик, я же понимаю, о чем вы сейчас говорите.

С. Платонов

— Очень полярно может быть там.

Отец Николай

— Когда мальчик из православной гимназии оказался там в подъезде со сверстниками, и они начинают его задирать. И буквально первая тема — это как раз вера: а что там у тебя.

С. Платонов

— Ах, ты православный!

Отец Николай

— Да, православный, и понеслась, как говорится. Я хорошо это помню в моей молодости, юности.

С. Платонов

— Я тоже это помню. Был такой булинг на тему своей религиозной принадлежности.

Отец Николай

— Я учился в большой школе, там 2500 детей училось. Я из светской семьи, мой папа не священник, он на заводе работает. И я помню, что я захожу, а я ходил в храм, понамарил, в воскресной школе, в храме понамарил. Так вот, я хорошо помню: когда ты заходишь в столовую, а там такие смелые парни начинают там кривляться, «Отче наш» петь, подсвечивая, что: церковник зашел, давайте молитвы пропоем.

С. Платонов

— А, вот так даже.

Отец Николай

— Понятно, что это делалось с попыткой там посмеяться, высмеять. Ну знаете, к этому надо относиться немножко философски. В конце концов нам Господь об этом сказал, что: «Если Меня гнали, то и вас будут гнать.». Если апостол Павел говорит: Взирайте почаще на подвигоположника Господа Иисуса Христа. То есть нам Господь первый показал пример: что Он нес крест и поругание, и несправедливое такое отношение, так что к этому надо относиться спокойно, как к побочному элементу, который, к сожалению, всегда будет. Всегда найдется человек, который ткнет, посмеется, заденет твою веру. И об этом с детьми тоже надо говорить.

С. Платонов

— А вы говорите об этом?

Отец Николай

— Да.

С. Платонов

— Что не нужно стесняться, что проходя мимо храма, можно перекреститься, нужно перекреститься. Например, я вспоминаю тоже себя, вот возвращаясь. Идем мы большой компанией, а у нас в компании мы вдвоем дети священников. И я смотрю: Саша идет, перекрестился. Я так: ну все. Саша перекрестился, я тоже крещусь. Пошли мы значит. Все, никто нам не сказал, нас уже двое, и никто ничего не сказал. Ну тоже как бы такой диалог с детьми о том, что наша вера, она крепкая, православная, и мы правы, мы ничего не должны стыдиться.

Отец Николай

— Да. И вот как раз плюс и православной гимназии, и православного детского сада, вот вы говорите, что: «Нас уже двое», а когда их сотня, и у них правильное понимание, что вообще-то это мы, это все у нас хорошо, это у нас все в порядке. А вот там, за приделами нашего гимназии или детского сада, вот там что-то не так, раз с этого смеются, раз это высмеивают, раз там какой-то булинг. То есть наша задача — как раз вот эту здоровую обстановку в учреждении воспитательном нашем дошкольном организовать, и дети будут сами сравнивать. Если тебе хорошо, комфортно и безопасно в детском православном саду, вот ответ на все вопросы. Ну вот да, так устроен.

С. Платонов

— А как устроен все-таки, может быть с этого надо было пораньше чуть-чуть начать, как устроен распорядок дня в детском садике? Вроде как одно и тоже, но да не одно и тоже. С чего начинается день у вас в саду?

Отец Николай

— У нас перед приемом пищи всегда молитва. Дети поют «Отче наш». У нас раз в неделю, по пятницам совершается литургия божественная.

С. Платонов

— Каждую неделю?

Отец Николай

— Да. На которую приходят все. И все причащаются.

С. Платонов

— А это обязательно?

Отец Николай

— Вы знаете, пару раз было, что там родители: «Мы не хотим.». Потом мы проводили беседы что это один из принципов в нашем детском саду. Одни родители согласились, а вторые почему-то потом решили покинуть. Ну вот так, один раз такой случай был, когда покинули.

С. Платонов

— Именно из-за того, что очень много религиозности, скажем.

Отец Николай

— Может быть что-то, сказали: «Мы не хотим, чтобы ребенка причащали в саду.». Ну хорошо. Извините, у нас такие правила.

С. Платонов

— А в храм они ходят?

Отец Николай

— Да, конечно.

С. Платонов

— И в храме не причащаются? Вот те, кто покинул, что это за люди.

Отец Николай

— Нет, они оказались не очень-то церковными, и пришлось нам поставить вопрос ребром: что у нас есть свои правила, мы причащаем всех детей. -: «Нет, мы не хотим.». -: «Ну тогда надо поискать другой сад.». И они сами сказали: «Хорошо, мы так не хотим.».

С. Платонов

— Ну да. А, кстати, причащаете же без исповеди, наверное. Маленькие же, до семи лет у нас по традиции.

Отец Николай

— Конечно. Это очень удобно в этом смысле, что полон храм причастников, и ты не выходишь исповедовать, потому что еще не в чем.

С. Платонов

— Понятно. Слушайте, это очень важный момент про родителей, потому что многие родители думают о том, что: если они отдадут ребенка, да в православный детский сад, или школу, то решается очень много вопросов: конфликтных, проблемных, которые, возможно, они в своей семье не могут, а зачастую не хотят решать. Вот там батюшка, вот воспитатели, божии люди, они научат. Вот с этим вы сталкивались?

Отец Николай

— Конечно. Вот это очень распространенная вещь, когда родители делегируют вот этот воспитательный процесс, передают его и духовнику, и воспитателям.

С. Платонов

— При чем негласно так.

Отец Николай

— Да, говорят: А мы для чего? А мы для того и привели к вам, чтобы вы работали. Где-то в этом логика, конечно, есть, ну тут важно, чтобы родители чувствовали себя соработниками: что мы не перекладываем ребенка из одних рук в другие руки. Нет, мы должны все вместе работать: и родители, и духовник, и воспитатели. Тогда будет толк. И еще есть такая вот, прям так скажем, нехорошая вещь, когда ребенок чувствует некое лицемерие. То есть вот у нас, например идет пост. Я сейчас не про детский православный сад, а например про гимназию. Идет пост, на дворе Великий пост. В гимназии, например православной он кушает постную пищу, ребенок, возвращается домой, и мама там ему, понятное дело.

С. Платонов

— Котлетки.

Отец Николай

— Котлетки пожарила. И ребенок вот начинает немножечко.

С. Платонов

— Такая задвоенность.

Отец Николай

— Да, да, он начинает путаться: где правда, где настоящее. Там он играет постника до часу дня, а после часа дня он приходит домой, там уже не постник.

С. Платонов

— И у них в принципе закладывается, что можно не поститься. В принципе, а что изменилось-то.

Отец Николай

— Да. И вот родителям очень важно эту мысль, мы стараемся это сделать, донести, что: мы работаем все 24 на 7. И мы все, воспитатели, не только мы здесь в своем учреждении, но и вы дома тоже воспитывайте в православных ценностях. Тогда будет толк.

С. Платонов

— Кстати, очень важный момент. Например, у меня было наоборот. Я в светской школе учился, и вот у нас обеды были не постные, а дома был пост. И как бы скажу честно, что в подростковом возрасте, конечно же, нарушал пост, что греха таить. Но, это было делать очень сложно на самом деле. Но, именно то, что закладывалось в детстве, вот этот некий момент: то, что мы постимся, это очень на самом деле такое сильное воспитание. И как раз оно идет из дома больше даже, то есть как это было в семье. Я помню, один раз, будучи школьником, мы в Великую среду пошли в один известный американский общепит, которого нынче нет и съели там по двойному чизбургеру. Это была самая худшая Пасха в моей жизни. Так было противно на самом деле.

Отец Николай

— Сам у себя украл.

С. Платонов

— Сам забрал у себя праздник. Казалось бы, праздник то не в еде. Но, это подростковое даже, я не скажу, что это воспитание, просто уклад, который был с тобой всегда, и ты его нарушаешь осознано уже. Видимо у меня уже деньги были, я мог пойти себе купить, достаточно взрослый. И может быть бунт какой-то был в этой истории. Но, это было ужасно. Поэтому момент важный, кстати.

Отец Николай

— Да. И вы на всю жизнь запомнили этот опыт, такой со знаком минус, когда можно реально за чечевичную похлебку, как библейский персонаж, то есть разменяться за тарелку супа, условно говоря, или за чизбургер, как это в вашем случае. Поэтому да. Вот именно об этом мы говорим, чтобы дети чувствовали принципы. Без принципов ребенок не вырастет положительным. Потому, что принцип — это костяк, это некий скелет, на котором строится личность, правила и принципы.

С. Платонов

— Программа «Пайдея» на Радио ВЕРА. Вернемся через несколько минут. Напомним, что сегодня в гостях у нас священник Николай Дубинин, настоятель храма святого Великомученика Феодора Стратилата, а также духовник Веденского детского сада в городе Старый Оскол. У микрофона Сергей Платонов. Не переключайтесь.

С. Платонов

— Программа «Пайдея» на Радио ВЕРА продолжается. У микрофона Сергей Платонов. В студии у нас гость из города Старый Оскол, священник Николай Дубинин, настоятель храма святого Великомученика Феодора Стратилата и духовник Веденского детского сада того же города. Батюшка, продолжаем наш разговор как раз о том, как важно в детском возрасте сформировать те самые ориентиры и как еще сейчас принято всегда говорить, смыслы, с которыми он должен пройти всю свою жизнь. И если даже когда-то оступится, те семена, которые мы сейчас посеем, как можно быстрее прошли в тот трудный период жизни, который есть у каждого подростка, человека, когда нужно вспомнить о Боге. И если ему о Боге сказали пораньше, и сделали это правильно, то вспомнит уже, когда нужно, гораздо быстрее. Очень важный момент. Кстати, вот про пост мы говорили в предыдущей части программы. А в детском садике есть пост? Ведь малыши. Мне интересно.

Отец Николай

— Нет, конечно же, для таких маленьких детишек еще поста нет. Пост — это все-таки такое служение осознанное, осмысленное, когда ты добровольно Богу приносишь вот некую аскезу. А ребенок там трех, пяти, даже до семи лет, понятное дело, он еще такого осмысленного аскетического приношения не может приносить. Понятно, что вот в семье если постятся — это правильно. Вообще не должно быть вот этого разлада. Если постятся, то все, это хорошо. Но, вот в детском саду все-таки исключения есть, потому что рано еще.

С. Платонов

— Малыши должны кушать. Малышам нужно расти.

Отец Николай

— Да, да, рано еще им подвиги переносить. Они еще учатся разговаривать, учатся писать, учатся считать. Поэтому пока рановато.

С. Платонов

— Понятно, что ваш детский сад работает и трудится, служит, скажем так, обществу, конечно, с благими мыслями, идеями, воспитанием действительно. Но, все-таки как вы вообще смотрите детский сад? Как вы, вернее, хотел сказать, оцениваете вот свою деятельность? Это просто проведение детей вот в обычной такой, скажем, атмосфере, но с религиозным уклоном, или же вы глобально ставите себе цель о том, что: мы должны воспитать настоящих целостных христиан, несмотря на то, что им там по 3, 4, 5 годиков?

Отец Николай

— Скорее первое. Объясню, почему. Если мы вот так на себя такую вот возьмем функцию — знаете, максимально глобально сделать христианина, то мы просчитаемся. Потому, что мы будем надеяться на свои силы, а в этом есть определенная и даже, наверное, гордыня. На свои силы не надо рассчитывать. Наша задача — приоткрыть мир Церкви, мир веры, мир библейской истории, и чтобы ребенок сам захотел этот шажочек сделать в сторону уже потом впоследствии осмысленной веры. Вот те самые образы, о которых мы говорили ранее. Показать: вот он, образ, посмотри, как хорошо. А если мы будем вот так директивно, так, знаете, понуждать, заставлять, чуть ли не стандарты какие-то: чтобы ты там, у тебя там от зубов «Символ веры» отскакивал, это как раз может сыграть обратную реакцию, вызвать, сыграть обратную роль. Когда, вы прекрасно знаете, о чем я сейчас говорю, понуждают ребенка, например там в православной гимназии, он все это вызубрил наизусть, но сделал это по принуждению, без активного своего свободного выбора, и такие дети зачастую бывают циниками. Они все знают: они знают и о Библии, и о Боге, и молитвы, и даже в храм ходят, и литургию знают, но при том личной веры может даже не осталось. Такое бывает. Я вот, знаете, думаю так: бывают 2 воцерковления. Первое воцерковление, например — когда тебя привели в храм ребенком, и ты воцерковился. Даст Бог. Это вот первое. А второе — когда ты сам, знаете, лет в 14 взял и захотел попоститься. Не то, что там мама или папа, не потому, что там в гимназии так принято, а потому, что ты сам захотел: вот я хочу попробовать впервые в жизни соблюсти пост. Вот это уже новое такое, второе воцерковление, оно осознанное, оно твое личное. Наша задача, я подытожу, наша задача — сделать вот это первое воцерковление таким, чтобы второе само по себе пришло, когда они повзрослеют. А можно наломать дров и в детстве. Все, они от зубов все молитвы знают, но если это будет механически, бездумно, второго воцерковления может не настать, вот в чем дело.

С. Платонов

— Кстати, я замечал, что, да даже у родственников многих я замечал, которые из очень таких ортодоксальных православных семей, когда там с маленького возраста дети знают много молитв, например, мне это, помню даже, как-то мне даже было стыдно, что кто-то знает молитву «Отче наш», а я до сих пор не знаю. И я все не понимал: «Да будет воля Твоя», какая Оля? То есть я, откровенно говоря, был вообще недалекий в каких-то моментах определенно. Но, потом, когда, возможно, мое второе воцерковление проходило не так трагично, то дети, которые действительно стали циниками, где вот были нарушены вот эти моменты.

Отец Николай

— Пережали.

С. Платонов

— Перекручивали сильно очень, да, да, и мы получали на выходе даже плохие истории.

Отец Николай

— Конечно.

С. Платонов

— То есть семью человек не может создать, еще что-то.

Отец Николай

— Или удержать. Я знаю такие примеры и из священнических семей. Дети священников, когда по каким-то причинам, вот именно этим причинам.

С. Платонов

— Хотя им, казалось бы, положено быть светилами в этом мире, потому что по праву рождения даже. Но, здесь, как говорится, все индивидуально. Но, эти моменты тоже, думаю, закладываются именно в детстве, кстати.

Отец Николай

— Я вот сейчас вспоминаю книгу митрополита Евлогия (Георгиевского) «Путь моей жизни», он написал уже в эмиграции. Когда произошла революция, он был вынужден эмигрировать. И он описывал, что первые революционеры, самые идейные революционеры были бурсаки.

С. Платонов

— Семинаристы, то есть.

Отец Николай

— Семинаристы. Ну он их там так называет.

С. Платонов

— Студенты академий.

Отец Николай

— И зачастую это были дети священников. И вот этот феномен, у нас есть даже в русском нашем словаре одна пословица на эту тему, ну я ее сейчас не буду, о том, что: «Сын попа, он племянник...», слышали, наверно, такое, да.

С. Платонов

— Опустим.

Отец Николай

— Почему этот феномен вообще, вот это очень важная тема. Именно потому, что формально, механически перекручиваете гайки. Вызубрил он эти молитвы с пяти лет, посты он все эти знает, соблюдает, и вот второго воцерковления осознанного не случилось, потому что оскомину все это набило. Потому, что для него храм перестал быть сакральным местом встречи человеческой души с Богом. А для него это стало обязаловка: там мама озирается с клироса, подсматривает, как он креститься, там папа из алтаря выглянул, кулаком показал: почему ты бегаешь. И ребенок в своем детстве испытывает такую скороспелость, Он открыл для себя храм, он привык к храму, он привык к таинствам, и это все перестало для него существовать, как сакральное, как святое. Вот чего нельзя допустить. Вот этот баланс: сохранить благоговение, сохранить благодать, сохранить вот это к святости храма отношение правильное.

С. Платонов

— В том числе к священнику.

Отец Николай

— И к священнику, совершенно верно, и к таинству сохранить и дальше развивать. Вот это ключевая задача, мне кажется.

С. Платонов

— А вот в детском садике вот каждую неделю в пятницу дети причащаются. Они понимают, что вот они причащаются, потому что привыкают. У них определенный уклад сформирован уже в этом отношении. Они идут не на занятия с утра, не на завтрак, получается, они идут на богослужение.

Отец Николай

— Да, натощак. Литургия 40 минут длится, поэтому.

С. Платонов

— Ну они не привыкают ли к таинству? Или как это для ребенка?

Отец Николай

— А я думаю, что вот в таком возрасте это.

С. Платонов

— Это радость.

Отец Николай

— Да. Это, это вот, они, конечно, стоят на литургии, там где-то этот гвалт детский, кто-то там кого-то ущипнет. Это же не просто, как солдатик. Поэтому для них это пространство такое. Все равно они, очень оживленно все это происходит. На детской литургии когда ты стоишь, всегда такой детский смех, какие-то голоса, такая возня добрая. Но, я не думаю, что они прям вот привыкают, потому что в начале учебного года и в конце я вижу, что перемен в какую-то отрицательную сторону не наблюдается. Все по-прежнему интересно. Также по-прежнему бойко к чаше подбегают, все хорошо.

С. Платонов

— И знают, как имя назвать, как ручки сложить.

Отец Николай

— Совершенно верно.

С. Платонов

— А вот первая исповедь. Они когда-то, ну когда-то все вырастают, они придут к этому времени. Вот у меня, например сейчас у ребенка как раз сейчас первая исповедь. Я ему говорю: «Ну вот слушай, надо поисповедоваться.». А я не знаю, что говорить, вроде как должен знать все. Ну я не батюшка, поэтому по-особому это ощущаю. Он говорит: «А что говорить?». Я говорю: «Ну что ты плохого сделал.». Он молча смотрит на меня. Я говорю: «Ну вот, не знаю, может ты меня обманывал.». Он говорит: «Папа, а я тебя не обманываю.». Я говорю: «Ну значит в этом не каемся. Ну что-то там с братиком.». Ну пошел, что-то рассказал. Как это происходит вообще? Ну я свой личный опыт рассказал, ну вот в этой системе, скажем, православного детского садика, готовите ли вы к будущим шагам?

Отец Николай

— Нет, вот нет. К исповеди специально мы не готовим. Я объясню, почему. У нас, у взрослых есть такой стереотип. Нам кажется, что ребенку надо дать какую-то схему, шаблон, сказать: «Смотри, вот подойдешь и говори батюшке: „Там не слушался маму.“.».

С. Платонов

— Это ужасно. Я вспоминаю, как мне об этом и рассказывали: Вот ты должен сказать то, то, то, то. Мне это было неприятно.

Отец Николай

— В итоге мы профанируем саму идею что это должно быть от души, искренне. Поэтому вот как сам, как Бог на душу положит, вот как на душе будет у ребенка, он сам подберет слова. Может быть не с первого раза, может быть где-то запнется, может быть что-то забудет. Но, хуже, когда он придет с заготовленным текстом, который ему написала бабушка, или батюшка, духовник подсказал: «Придешь там, на бумажечку выпишешь вот эти 3 — 5 грехов.». Все, таинство не совершилось. Поэтому я говорю, есть такой стереотип у нас. Это наши взрослые какие-то странности, когда мы хотим научить ребенка каяться. Мы можем ребенка подвести, сказать, что все люди ошибаются. Это есть даже целое слово, грех называется, называется грех, когда ты ошибаешься сознательно, или неумышленно, это уже другой вопрос. И ты должен, тут самое главное — ты должен сам проанализировать, сам себе сказать: здесь я поступил плохо, а здесь я был неправ, Господи, я все это осознаю, прости меня. Но, ни в коем случае вот эти трафареты, эти схемы, потому что, я повторюсь, мы приучим ребенка профанировать великое таинство покаяния.

С. Платонов

— А вы, как духовник, понятно, совершаете богослужения в детском садике, понимаю, что общаетесь, наверное, с родителями по каким-то проблемным местам. То есть это может быть даже работа не с детьми, а с родителями больше. А дети с какими вопросами приходят? Как это вообще происходит? Там какое-то есть занятие, вы ведете? Что делает духовник в православном детском саду?

Отец Николай

— Ну помимо того, о чем вы сейчас упомянули, это беседы действительно и с родителями. У нас все-таки проблем хватает. Иногда даже мне воспитательницы сигнализируют: «Там батюшка, надо вот там поговорить с мамой этой, потому что у нее ребенок пришел, там синячок. Она что там, шлепнула его?». И мы деликатно, но вот немножко вникаем в эти ситуации. Но, оказалось, слава, Тебе, Господи, просто ребенок там сам упал, там не суть. Понятное дело, приходится на контроле все-все держать. И атмосферу даже, какая в семье. По детям видно. Есть дети -тревожники, их видно. Есть дети с большими, уже в маленьком возрасте, но с большими по неврологии проблемами, потому что крик дома. И мы тоже работаем.

С. Платонов

— И это видно, да?

Отец Николай

— Это видно, да. Видно, когда ребенок растет не в совсем благоприятных условиях. И мы работаем над этим. Я бы сказал, наверное, это одна из ключевых задач. Что еще? У нас есть проповеди, представьте себе. То есть литургия прошла, и обязательно нужно в конце, ну как я делаю: все причастились, я говорю: «Ну что, все причастились?». -: «Все!». -: «Кушать пойдете?». -: «Да.». -: «А что вы делаете?». -: «Мы пойдем, мы будем играть.». И ты говоришь: «Дети, вы молодцы. Я вас хочу поблагодарить, вы так хорошо молились, вы так хорошо пели.», улыбнуться.

С. Платонов

— Они тоже поют?

Отец Николай

— Да. У нас «Отче наш» поют, «Символ веры» поют.

С. Платонов

— «Господи, помилуй», нет?

Отец Николай

— Подпевают. На мирной ектенье они подпевают, да. Почему я говорю, это тоже проповедь. Просто похвалить: «Вы молодцы! Вы сегодня постарались, натощак вы причастились, вы так хорошо пели! Ну что, будем слушаться маму и папу?». -: «Будем.», все, этого достаточно. Вот эти диалоги после литургии, понятно, что когда они какие-то спектакли показывают, я тоже комментирую спектакли, мы разбираем персонажей: кто хороший, кто плохой. Ну вот это и есть работа, да.

С. Платонов

— Программа «Пайдея» на Радио ВЕРА. У микрофона Сергей Платонов. В гостях у нас священник Николай Дубинин, настоятель храма святого Великомученика Феодора Стратилата, а также духовник православного Веденского детского садика. Да, интересный опыт, очень важная работа. И отрадно то, что у вас уже, так насколько я помню, вы говорили о трех выпусках. И это замечательно на самом деле. Значит работает система. Но, воспитатели, подборка кадров, ведь это же не просто обычные люди, получается. Ну понятно, это должны быть специалисты, получившие специальное образование, педагоги, конечно же. Но, ведь это православный детский садик. Как вы находите воспитателей?

Отец Николай

— Вот замечательный вопрос. И ответ, мне кажется, будет тоже хорошим. В конце 90-х наш правящий архиерей предусмотрел этот важнейший кадровый вопрос, и потому у нас в Белгороде был создан, инициирован социально-теологический факультет при университете, где вот молодые девушки, ребята, завершая обучение, становились и православными педагогами, и сотрудниками детских православных учреждений. И у нас был, и остается корпус медицинских сестер. Мы, будучи семинаристами, приходили преподавали у медсестер. То есть это вот целая такая.

С. Платонов

— Многолетняя система выстроена.

Отец Николай

— Да, это была выстроена многолетняя система комплексная. Что у нас нет проблемы с кадрами, потому что мы эти кадры, я сейчас говорю: «Мы», причисляя себя к трудам нашего правящего архиерея.

С. Платонов

— Вы все вместе.

Отец Николай

-То есть владыка этот комплексный, вот эта комплексная система была организована сразу, изначально. И потому, все было предусмотрено заранее.

С. Платонов

— Получается то, что еще в те времена, когда, я к сожалению вот не знаю, как это было в конце 90-х годов, был там еще школьником, но именно в те годы, когда, я так понимаю, в стране вообще ничего никому не было нужно, уже тогда на Белгородчине организовывались такие вот инициативы. Это на самом деле удивительный опыт, потому что ни в каждой области это встретишь, да и в Москве. Ну понятно, в Москве много что происходит и хорошего, и разного. Но, на самом деле интересный опыт и очень, наверное, важный. Много лет владыки Иоанну, потому что он же на это обратил внимание, ронял, как это работает и смотрел в будущее, получается.

Отец Николай

— Да, совершенно верно. Это ни ради красного словца. Я только сейчас, подходя к этому возрасту, который я могу назвать зрелым уже, 40 лет, я только сейчас понимаю, как дальновидно все было продумано: от вот этого компонента регионального, когда Церковь предоставляет свою материально-техническую базу, скажем так, свои здания, то есть епархия предоставляет детский сад, здание.

С. Платонов

— Ну грубо говоря, приходит настоятель храма и говорит: «Вот у нас здесь район, 50000 населения, не хватает детского садика. Мы готовы организовать здание, готовы сделать, найти штат.». А региональная власть говорит: «Здорово. Отлично. Давайте делайте. Документы в порядок приводите. Мы дадим вам материально-техническую базу.».

Отец Николай

— И мы будем содержать, мы выделим из бюджета, вы же наших детей, вы же граждан нашего общества воспитываете.

С. Платонов

— А не кого-то.

Отец Николай

— И при чем вы воспитываете в традиционных православных ценностях. То есть замечательная вот эта синергия, симфония. И это, слава, Тебе, Господи, уже работает 30 лет.

С. Платонов

— И при этом, я так понимаю, то, что образовательный процесс, несмотря на православный компонент, все равно идет по стандартам светским.

Отец Николай

— Да, совершено верно. То есть читать учимся, считать, цифры и буквы, все это тоже присутствует.

С. Платонов

— Обычные школьные цифры. Не славянская цифирь. Не по Псалтыри учат, получается.

Отец Николай

— Да, не по «Домострою», ни по Псалтыри, по нормальным соответственным методическим материалам.

С. Платонов

— Но, все равно какие-то пособия православные.

Отец Николай

— Конечно, есть. Они очень хорошего качества. И вот, например, если на праздник Троицы, я вот сейчас вспоминаю, на праздник Троицы у нас был спектакль, где обыгрываются сюжеты из Священного писания, где дети там показывают какие-то библейские сюжеты. Понятно, что в других детских садах такого нет. Там все про Колобка, про этого бедного, несчастного, там все, мышка-норушка. А у нас и Колобок есть, и мышка-норушка есть, и еще и есть православная библейская тематика. Замечательно.

С. Платонов

— Да, во многом это очень важно. Особенно с пробелами, скажем так, какого-то приходского, возможно, просвещения, когда где-то просто невозможно охватить много чего. И здесь тоже очень важный момент, который я замечаю. Ведь поколение, которое выросло в советское время, оно сложное для миссии во многом, закостенелое поколение в 90-е годы, такое несколько сомневающееся. Но, в общем каждое десятилетие истории нашей страны новейшее, оно разное. А вот теперь дети, скажем так, ну несколько инфантильные. Их называют зуммерами, еще кем-то называют, какие-то еще альфа-поколение. Ну в общем зуммер, я понял, кто такие, альфа-поколение не понял. Но, вот здесь как вы это видите, ощущаете?

Отец Николай

— А мне очень нравятся наши дети. Я имею возможность бывать в аудиториях постарше, когда приглашают в колледж, например, или в институт. И вы знаете, я может быть идеалист, может быть слишком позитивно на это смотрю, но я отмечаю, что прекрасные дети: и читают, и интересуются, и неравнодушные, и глаза блестят. В общем-то грех жаловаться. Молодежь надо любить. Детей надо просто любить. Не залюбливать, не потакать из там капризам. Любовь — это всегда ответственность, она не может быть безответственной. Но, когда мы, взрослые, я имею в виду, начинаем смотреть на детей с позиции менторства: что вы там, все у вас не так, вы такие -сякие, а вот в наше время все было лучше, а вот у нас, так нельзя. Надо любить. Молодежь у нас прекрасная. Дети у нас замечательные. И этот отклик будет гораздо быстрее, если мы с любовью будем с ними общаться.

С. Платонов

— Вот таких, как вы, отцов Николаев, отцов Иоаннов, там владык на самом деле очень много. Но, не все решаются вот в это трудное время на самом деле организовать вот что-то на подобии детского садика. Вот есть ли у вас какие-то практические советы того, как начать эту работу, хотя бы попробовать? Потому, что ведь важные слова мы всегда говорим, прикрываясь таким термином, как духовно-нравственные ценности и многое другое в воспитании подрастающего поколения. Об этом можно говорить бесконечно сколько угодно, но ведь в реальности необходимо действительно открывать детские сады и начинать с детьми перед едой петь «Отче наш», и причащать их каждую неделю, чтобы хоть как-то выправить ситуацию, готовить новое поколение наших православных прихожан, даже не только прихожан, но и граждан нашей страны, которые могут быть действительно ответственны за судьбы всего того, что положено в нашем мире. Вот какие советы?

Отец Николай

— Ну, наверное, самый главный совет в том состоит, что нужно искать людей неравнодушных. И молиться. Господь, когда об этом просишь: Господи, помоги, чтобы все получилось. Вы знаете, мы же тоже ни за один год построили. Там был капитальный ремонт здания. По-моему, около трех лет. Я и прорабом побывал, и на планерках, и эти все экспертизы проходили. Я имею в виду, когда работы велись бетонные.

С. Платонов

— Государство тоже должно было посмотреть стандарты, не просто так детей пустят в это здание.

Отец Николай

— Совершенно верно. И там свои стандарты, они очень строгие. И это понятно, это правильно. Я к тому, что это труд, это большой труд. И надо молиться, чтобы Господь посылал нужных людей для этого дела. И Он этих людей найдет. Знаете как, мы когда начали, владыка создал попечительский совет. И люди начали откликаться. Кто-то сам: " можно я тоже войду; а я вот этим поучаствую, а я вот этим помогу. И вот когда есть благородная и высокая идея, цель, что может быть выше, чем воспитание детей в вере, то откликаются многие, и сами хотят в этом участвовать. Так что искать таких людей надо. И просить Бога, чтобы Господь благословил начинания. Это крайне важно. Мы сейчас очень много говорим вот эту фразу что: храмы построены, а в некоторых храмах людей там не хватает, нехватка. Одно дело — стены строить, а другое дело — наполнить эти стены. Вот наша задача, и вы правильно говорите — наполнять храмы. А кем мы их наполним, как ни своими детьми. И надо начинать сегодня. Если милостью Божий мы хотя бы по- несколько детских православных садов было в каждом более-менее крупном городе, я думаю, что у нас многие-многие показатели в будущем поползли бы на хорошие вершины: и по рождаемости, и по крепости семейных ценностей, и семей в целом, и по многим другим.

С. Платонов

— На самом деле очень хочется, чтобы некоторые цифры, которые озвучиваются, там например по выбору модуля там основы православной культуры, или, они, конечно, в большинстве своем случаев реальны. Но, какой ценой эти показатели достигаются? Потому, что где-то необходимо вмешательство там священников. Они ходят на родительские собрания, объясняют, рассказывают, убеждают. Так вот в некоторых областях выбор так происходит. А вот, мне кажется, самая главная цель — когда это вот такое органичное решение, скажем, когда люди добровольно к этому приходят. Это, конечно, наверно, утопия, то, что я сейчас говорю. Но, это действительно было бы здорово, когда вот эти процессы, о которых мы говорим и хотим, чтобы они запустились, начиная там с детских садов, вот с этого и надо начинать.

Отец Николай

— Ну да, с чего-то надо начинать. Можно много хотеть, мечтать, говорить замечательные, красивые речи.

С. Платонов

— Круглые столы собирать, конференции, вебинары.

Отец Николай

— Ничего не делать, то все это на словах и останется. Я вот еще знаю один интересный опыт, не в нашей области — детский частный православный детский сад, частный. То есть это не епархиальная структура, а именно частный детский сад. Ну там есть священник приписанный.

С. Платонов

— Если не будет духовника, которого одобрит синодальный отдел религиозного образования и катехизации Русской Православной Церкви, и нет этого.

Отец Николай

— То это пойдет на самотек.

С. Платонов

— То есть церковная структура, которую я сейчас назвал, такое длинное название, она должна проверить этого духовника, одобрить. И когда этот духовник начинает уже по благословению и правящего архиерея, и церковного, скажем, ведомства начинать свое служение, это уже православный детский садик. Если там задние, которое называется православный детский сад, и при этом там от православного ничего нет, просто такая вывеска, то это очень плохо. То есть здесь еще, как раз я с этого начинал, что должно быть у детского садика так называемое конфессиональное представление, или церковная аккредитация: что Церковь реально благословила этому садику называться, грубо говоря, православным. То есть она контролирует те процессы, которые внутри. Там я даже знаю, как происходит выбор духовника. Ведь это не такой простой процесс. Не каждый способен работать с детьми.

Отец Николай

— Совершенно верно. Это очень важный момент. Иногда бывает, что навредить можно, уж будем честны. Я знаю один случай, когда батюшка замечательный, хороший, искренний, горящий такой, а вот с детьми не может он. Вот он с шестым классом в гимназии там, ну не сложились отношения у него. Все и пришлось менять. И это тоже.

С. Платонов

— Это непрерывный целостный процесс для того, чтобы это происходило. Ну в общем давайте как-то подытожим нашу сегодняшнюю встречу. Мы услышали сегодня опыт детского садика в городе Старый Оскол. Там есть инициатива, которая десятилетия уже продолжается, и владыка Иоанн, митрополит Белгородский и Старооскольский это поддерживает. Отец Николай, собственно, на местах несет свое служение и открыл детский садик. И, конечно же, давайте обратимся может быть к тем, кто хочет открыть детский садик, или думает об этом.

Отец Николай

— Да, я бы, наверное, был бы бесконечно Богу благодарен, если хотя бы один человек сейчас на просторах нашей необъятной Родины послушал эту передачу и хотя бы какие-то мысли. Дай Бог, чтобы мы занимались детьми. Это не просто красивые слова, лозунги, это объективная реальность. Если мы сегодня не будем воспитывать наших детей в православии, в вере, то мы можем оказаться просто без фундамента на будущее. Надо этот фундамент закладывать. И закладывается он благодаря вере Христовой. Вот всем, кто может быть решается отважиться, всем, кто размышлял над этим и когда-нибудь об этом думал, хочется пожелать смелее действовать. Потому, что помните, как в Ветхом Завете Господь говорит: «Кто пойдет ради Нас?». И пророк говорит: «Вот я, Господи, пошли меня.». Вот это дерзновение, оно должно быть в каждом христианине: вот, Господи, у меня есть ресурсы; вот, Господи, у меня есть желание; вот, Господи, я хочу послужить. Может быть кто-то сейчас слушает, и он уже там помогал храм строить, и такие люди есть. А вот новый этап — построить детский сад, и в правильные руки, чтобы епархия занималась, чтобы епархия этот процесс какой-то, все это отладила — это будет прекрасно, это вложение в души человеческие.

С. Платонов

— Кстати, эти вложения, их не пощупаешь, они никак не капитализируются и не монетизируются. Это одни убытки. Но, через много поколений видим результаты, конечно же. Спасибо вам, отец Николай, за этот разговор. Спасибо всем, кто нас слушает. Напомню, что в гостях у нас был священник Николай Дубинин, настоятель храма святого Великомученика Феодора Стратилата города Старый Оскол, Белгородской области, а также духовник православного детского Веденского садика. Спасибо, батюшка.

Отец Николай

— Спаси, Господи.

С. Платонов

— У микрофона был Сергей Платонов. Спасибо всем. Напомню, что наши регулярные беседы об образовании мы организуем совместно с образовательным проектом «Клевер Лаборатория», который собирает лучшие и самые интересные опыты работы в области образования и воспитания. Узнать подробнее об этом проекте, стать участником, или поддержать его вы можете на сайте https://clever-lab.pro.

---

Все выпуски программы Пайдейя

• «Как не заглушить свою совесть?» Священник Георгий Белькинд
• «Образовательные проекты КОД и ПАЗЛ». Алиса Гильдебрант
• «Реабилитация особых детей: опыт центра «Родник». Наталья Василенко