Москва - 100,9 FM

«Православие в цифровую эпоху». Священник Дмитрий Березин

* Поделиться

У нас в гостях был настоятель Казанского храма села Молоково Видновского благочиния, председатель миссионерского отдела Московской Областной епархии священник Дмитрий Березин.

Мы говорили о пользе и негативных аспектах современных технологий в церковной среде. Отец Дмитрий поделился своим мнением по поводу записок, подаваемых через специальные сайты, прямых трансляций богослужений, а также использования телефона вместо книги во время служб. Наш гость объяснил свою точку зрения, почему Церковь должна присутствовать в Интернете, в чем состоят её ключевые задачи в онлайн пространстве, и с какой целью он запустил собственные приложения «Молитвослов» и «Православная библиотека для всех».

Ведущий: Александр Ананьев


А. Ананьев

— И снова здравствуйте, дорогие друзья, в очередной раз пришла пора неофиту, мне, задавать свои неофитские вопросы тем замечательным людям, которые приходят в студию радио «Вера». Меня зовут Александр Ананьев, я действительно крестился чуть более двух лет назад и, казалось бы, за те два года, которые я провел в храме, вопросов должно было стать меньше, но их становится все больше, тем более, что сегодня мы поговорим на такую тему, на какую немало вопросов есть и у тех, кто практически всю свою долгую жизнь провел в Церкви. Начну с цитаты, с высказывания Святейшего Патриарха Кирилла на тему, которую мы сегодня будем обсуждать: «Миссия Церкви может и должна быть широко распространена в интернет-пространстве. Блоги, социальные, сети — все это дает новые возможности для христианского свидетельства. Не присутствовать там — значит, расписаться в собственной беспомощности и нерадении о спасении собратьев». Сразу отмечу, и это тоже тема для отдельного разговора с моим сегодняшним собеседником, что эту цитату я нашел в интернете, а могу ли я быть уверен, что именно эти слова принадлежат Святейшему Патриарху Кириллу, действительно ли он их сказал? Я это отмечу отдельно. Православие в цифровую эпоху, православие в интернете, записки, подаваемые через специальные сайты, богослужения в прямом эфире на ряде сайтов — об этом и многом другом мне сегодня хочется поговорить с моим сегодняшним собеседником, священником, настоятелем Казанского храма села Молоково Видновского благочиния, председателем Миссионерского отдела Московской епархии отцом Димитрием Березиным. Здравствуйте, отец Димитрий, добрый вечер.

о. Димитрий

— Здравствуйте, Александр.

А. Ананьев

— Однако в качестве такого вступления очень приятного я расскажу нашим слушателям, что причиной, одной из причин нашей сегодняшней встречи является ваша замечательная книга «Камчатка», фрагмент которой я уже прочитал, который мне безумно понравился, я понимаю, что это не просто книга для меня, а возможность вместе с вами автостопом проехать по самым красивым, по самым заповедным местам нашей страны, по Камчатке, повстречаться с удивительными людьми и вместе с вами порисовать на природе, на рассвете. Что это за книга?

о. Димитрий

— По сути, это дневник моего путешествия в 2001 году совершённого, мечта молодого студента попутешествовать, оказаться в очень красивых местах, ну а куда ехать — Байкал, Камчатка, логично, время летом есть и, собственно, путевые заметки фактически, и одновременно это путешествие, оно во многом повлияло именно на мировоззрение, наверное, укрепило веру, как-то ее более осознанной сделало, потому что времени побыть наедине с собой было предостаточно.

А. Ананьев

— То есть это не просто путешествие из точки А в точку Б, а это путешествие к чему-то большему?

о. Димитрий

— Это к более правильному хорошему человеку, чем раньше.

А. Ананьев

— А вы «доехали»?

о. Димитрий

— Я вернулся, более того (общий смех). Да, конечно, доехал и появилось у меня много друзей и даже буквально два года назад мы ездили уже с семьей на Камчатку и гостили у женщины, с которой я там познакомился, у которой я ночевал на участке, она с радостью приняла, это было интересно.

А. Ананьев

— Учитывая то, что с любимой Италией границы до сих пор закрыты, три причины, по которым мы с моей женой, Аллой Сергеевной Митрофановой обязательно должны поехать на Камчатку.

о. Дмитрий

— Ой, их 33, во-первых, это вулканы, во-вторых, это гейзеры, в-третьих, это Тихий океан, в-четвертых, это уникальнейшее место, куда можно возвращаться и возвращаться, но не скажу, что там, наверное, так легко жить, туда хорошо приезжать.

А. Ананьев

— Вот. И тут, нет, я-то совершенно спокоен в этом месте, а вот я практически чувствую, как у моей жены на фразе: «там нелегко жить» сразу возникает вопрос: «а зачем мне туда ехать, если там нелегко жить?» Отпуск тратить на трудности, почему это важно?

о. Димитрий

— Почувствовать совершенно какой-то новый мир, там на одном, относительно небольшом участке суши собрана вся планета, наверное, Земля, как верхняя ее часть, так и подземная и удивительные красоты в зависимости от того, что вы любите больше, море или горы, или вулканы, или горячие источники — это все там есть.

А. Ананьев

— Я признаться, к своему стыду, еще ни разу не был на Камчатке, но вот те фотографии, которые я видел и те впечатления, которые вы описываете, по сравнению с ними вылизанная Швейцария кажется такой, довольно выцветшей фотографией, потому что там, конечно, гораздо ярче, гораздо вкуснее, гораздо острее, и впечатления, и вкусы, и виды, а уж человеку с длинным объективом фотоаппарата там вообще, наверное, рай.

о. Димитрий

— Конечно, там можно никуда даже не ходить, с точки с одной снимать.

А. Ананьев

— Даст Бог, друзья, совсем скоро возьмемся за создание аудиоверсии книги отца Димитрия Березина «Камчатка» и в итоге, может быть, получится прекрасная возможность еще в дороге с работы домой и из дома на работу немножко еще путешествовать в машине на Камчатку или в метро, это прекрасно. Однако сегодня, в первую очередь, отец Дмитрий, хочется поговорить о интернете, вот та цитата, с которой я начал, конечно же, мне хочется прочитать и приблизиться к тому, о чем говорит Святейший Патриарх Кирилл, но я захожу в интернет, и у меня как-то сразу, знаете, как резиновые перчатки надеваешь и маску и пытаешься соблюдать социальную дистанцию со всем, что ты там находишь, потому что ты, конечно, проверяешь источники и все, стараешься соблюдать какую-то цифровую гигиену, находясь в интернете, но ты все равно не можешь быть на сто процентов уверен в том, что то, что ты сейчас читаешь — это действительно, вот все, что вы мне говорите про Камчатку, я этому верю на сто процентов, ну потому что это вы, я смотрю вам в глаза, я вам доверяю, я знаю, что вы там были и доверие есть. Когда я захожу в сайт в этот — ему я доверяю не на сто процентов, понимаете, о чем я говорю?

о. Димитрий

— Да, конечно, но, на самом деле, вопрос цифровой гигиены, он очень важный и нужный, и мы, наверное, во многом учимся еще, не все законы этой гигиены мы сформулировали и умеем ими пользоваться, чем человек более опытный, тем он больше, наверное, умеет настраивать все эти инструменты, но объективно данность сейчас, что большинство людей, насколько я помню, более 60 процентов пользуются интернетом через мобильные устройства, экранное время, которое человек смотрит в экран у подростков — это более восьми часов часто бывает, у взрослых тоже измеряется часами, то есть это то, можно сказать, информационное пространство, ментальное пространство, которое современный человек, большинство современных людей там находятся, поэтому, во-первых, надо учиться тому, как там находиться, чтобы не заразиться чем не нужно и понимать опасности, но с другой стороны, не присутствовать Церкви там было бы, наверное, неправильно, как минимум.

А. Ананьев

— Мне, как воинствующему неофиту, периодически, воинствующему по неразумию и неопытности, а иногда и откровенно глупости, кажется, что (я буду говорить прямо, позволите мне?) простите меня — что Церкви там не место, мне кажется, что это попытка прийти на площадку, где низкопотребный юмор, политика, игры, возможность заработать деньги и откровенная пошлость спорят за «лайки», это такая игра, и у этой игры есть правила, кто больше наберет лайков, у кого больше будет посещаемость, эти пользователи, «фолловеры», «френды», заметьте: не друзья, а «френды», то есть это место, где друзья превращаются во «френдов». У тебя может быть, вот у меня может быть 10 тысяч «френдов» и ни одного человека, к которому я могу подойти и сказать: «Выслушай меня, пожалуйста, у меня так тяжело на душе», а «френдов» у меня 10 тысяч при этом, понимаете? Вот Церкви выходить на эту площадку и говорить: «Я вижу, что здесь происходит, я готова играть по вашим правилам» — но Церковь выше этого, ну не может она там быть, понимаете? Церковь — это вот какое-то особое сакральное место, куда ты должен взять, собраться с силами, проснуться рано, прийти своим ногами, открыть тяжелую дверь, помолившись, и зайти, а не кликнуть «enter» и сказать: «Ok, я в церкви», понимаете?

о. Димитрий

— Да, конечно, и на самом деле, вы очень правильно мысль сформулировали, я согласен с тем, что есть сакральная составляющая Церкви и пытаться эту сакральную часть засунуть в современные сайты, социальные сети, особенно подчинить их законам всего этого — это было бы огромной ошибкой и делать этого не надо, может быть, даже кощунство в некотором смысле. И действительно, Церковь, если мы говорим: церковь, как приход некий — это, действительно, место, где совершаются богослужения, Таинства, это вот та самая сакральная часть, где мы должны в идеале находиться физически, душой, телом, хотя мы понимаем, что, стоя на богослужениях, возникает огромное количество мыслей, не относящихся к богослужениям, но, опять же, это то, с чем стоит бороться. Но при этом Церковь — это же не только богослужения, не только Таинства — это, скорее, такая квинтэссенция Церкви, но это и люди, и различный круг интересов, это и может быть, какие-то исторические, и научная сфера, и культурная сфера, и просто сфера человеческого общения, а все эти сферы, они реализуются у нас, ну и образовательная, опять же, все больше и больше путем современных различных технологий.

А. Ананьев

— Успешно или нет?

о. Димитрий

— Я думаю, что здесь есть и успешные варианты, и удачные, ну и, наверное, пока еще нельзя сказать, что какие-то из этих направлений, о которых я говорю: культурных, образовательных, они имеют такие неудачные некрасивые реализации, потому что в основном то, что есть условно в образовании, там возникают различные презентации, фильмы, которые можно посмотреть и так далее, культурные инициативы, мне кажется, здесь, скорее, больше полезного, чем вредного, и мы с этой, я назову это «церковной красотой» в хорошем смысле этого слова про удачные проекты, мы попадаем туда, где люди проводят огромное количество своего времени.

А. Ананьев

— Я неспроста задал вопрос об успешности, вот если бы не было интернета, не было бы у меня в четырех мессенджерах, по работе у меня четыре мессенджера, очень много друзей, правда друзей, не «френдов», а друзей, причем хороших людей даже, с которыми я лично не знаком, но которые сочли своим долгом поздравить меня с большим хорошим праздником, который мы отмечали недавно, с праздником Крестовоздвижения, и они присылают картинки (общий смех)...Да, друзья, жалко, что мы не телевидение, потому что видели бы вы сейчас выражение глаз отца Димитрия, в них вся скорбь просто. Вы понимаете, о каких картинках я говорю?

о. Димитрий

— Конечно.

А. Ананьев

— Это тот случай, когда ты понимаешь мотивы человека, человек хочет поздравить и присылает вот эти картинки с праздником и там такие, как на коробочках конфет, раньше про другое были, а вот сейчас вот про это, и ты так смотришь и не ответить же тоже нельзя, ну потому что человек же поздравил, и ты тоже пишешь: «И вас с праздником!» А сам думаешь: ну что ж такое, ну зачем? И есть еще там сообщество типа «Православные шутят», ну не смешные шутки, понимаете? И мне кажется, что это как раз тот случай, когда люди говорят: «Ок, там есть шутки, там есть шутки, мы тоже свои шутки будем шутить, вот по их правилам» — нельзя, не работает это.

о. Димитрий

— Да, при этом это, конечно, не исключает наличие православного юмора...

А. Ананьев

— Да нет, каждая рассказанная шутка отцом Игорем Фоминым, моим духовником, я же ее пересказываю всем, она прекрасна, я знаю, что существует, но не в том виде, в котором он существует в сообществах.

о. Димитрий

— Ну да, здесь мы сталкиваемся с явлениями массовыми, которые, конечно, в любой, наверное, сфере сразу приводят это к каким-то таким неудачным вариантам и как бороться с картинками — нам придется, наверное, еще ответить, я думал об этом тоже неоднократно, бороться другими картинками, может быть, а с другой стороны, многим же хочется поздравить, показать, что они знаю, что сегодня праздник, а как это правильно сделать...

А. Ананьев

— Прийти. Прийти, отец Димитрий.

о. Димитрий

— Ну прийти, хорошо, допустим, из них половина были на службе, но они же с вами там не виделись, а им хочется вас поздравить.

А. Ананьев

— Позвонить, хотя даже Фаина Раневская говорила: «Ненавижу телефон, потому что по телефону можно все», вот в наше время она бы то же самое сказала про интернет.

о. Димитрий

— Да, это, конечно, я согласен, есть неудачные, но это не отметает того, что можно делать хорошо.

А. Ананьев

— «Вопросы неофита» на светлом радио, я Александр Ананьев, сегодня мы беседуем с настоятелем Казанского храма села Молоково Видновского благочиния, священником Димитрием Березиным, говорим об интернете и неспроста мы именно с отцом Димитрием завели этот разговор, дело в том, что он ведет большую работу по тому, чтобы присутствие Церкви в интернете было действительно успешным, я сейчас скажу слово, «профессиональным» — вот насколько уместно? Это же не профессия, это служение, но при этом высокий уровень профессионализма должен быть, если ты хочешь достичь каких-то целей, вот, в частности, передо мной сейчас замечательный сайт «Полный православный молитвослов» — бесплатное приложение без рекламы, где собраны основные молитвы, акафисты, каноны, тексты богослужений, вот чтобы они всегда были под рукой, на это приложение мне, как человеку профессиональному, работающему в интернете, действительно приятно взглянуть, это ваших рук дело?

о. Димитрий

— Да, это наша разработка.

А. Ананьев

— Чем он отличается от того огромного количества виртуальных молитвословов, которые сейчас есть в интернете?

о. Димитрий

— Ну, прежде всего это как раз та территория, куда не пролезут картиночки....

А. Ананьев

— Да, обращает внимание лаконичность, кстати, она подкупает сразу.

о. Димитрий

— Да, смартфон, телефон сейчас для многих людей — это очень личное пространство и даже не каждому вообще покажешь, что у тебя установлено, что ты, где переписываешься, даже иногда супруги между собой стесняются, в хорошем смысле, если там нечего прятать, но молитвослов, в данном случае это мобильное приложение, во-первых, чем наш отличается — он самый полный, наверное, из всех, которые я видел, может быть, меня поправят потом, во-вторых, он полностью бесплатный, это тоже важный момент, в третьих, там, например, есть такая функция, как помянник, то есть я могу добавлять туда имена своих близких и сразу в этом же пространстве о них молиться. Есть, естественно, аудиоверсии, разные языки есть и есть главный экран, куда я собираю те молитвы, которыми я часто пользуюсь, то есть я сам его настраиваю под себя и мне удобно, если я какой-то акафист привык читать регулярно или какую-то молитву, то я ее помещаю на главный экран, я думаю, во-первых, это удобно, во-вторых, у меня всегда в кармане есть телефон и всегда есть возможность помолиться, если я оказываюсь перед какой-то иконой, я могу найти молитву перед этой иконой именно или к этому святому, мне кажется, что это удобно и здорово.

А. Ананьев

— Не так давно мы с женой ходили на удивительный молебен у замечательной иконы Иоакима и Анны в храме Иоанна Воина на Якиманке, отец Антоний Смирнов организовал молебен перед этой иконой для всех тех, кто хочет, чтобы у них появились дети, мечтает о детях, мечтает о семье, и там пришло много людей и такие замечательные люди, молодые по большей части, там 150 человек, наверное, собралось в этом храме, это было настолько красиво. И поскольку вот этот молебен отец Антоний попросил принимать участие и вместе с ним идти по тексту этого молебна все, конечно, достали вот эти смартфоны. Я все понимаю, я понимаю, что в храме темно и читать по книжке неудобно и не получится, я понимаю, что на экранах вот этих смартфонов текст и по тексту мы идем, но мне, как неофиту, вот я стоял, не держал в руках смартфон, он был у моей жены, я так краем глаза иногда посматривал по тексту, и я просто смотрел вокруг и вперед, и я понимал, что люди вместо того, чтобы обращаться к святым, к иконе, иконе с великой историей, люди стояли и их лица были освещены экранами смартфонов. И во всем этом, знаете, есть сейчас, я не помню, как его зовут, американский художник, который рисует вот эти картинки, изображающие вот эти вот пороки современного общества, и вот, наверное, он бы был в восторге, то есть люди пришли в храм, сотня, полторы сотни, и все в смартфоне, вот вас, как священника, вот это явление не смущает?

О. Димитрий

— Это явление, назовем его визуальное, это картинка, которая непривычна и проблема же в том, что мы не знаем, что там, в смартфоне прячется, акафист там или лента «Фейсбука» и поэтому часто я, как родитель, я замечаю, что ребенок сидит в телефоне, именно «сидит в телефоне», вот фраза, но при этом он может там заниматься совершенно нормальными вещами, он там может что-то читать и так далее, но это само по себе может быть немножко для нас непривычно. Но молитва — это же все-таки процесс такой, духовно-ментальный, в первую очередь, это не значит, что я должен смотреть все время на икону, когда мы молимся, у нас должно создаваться некое, в идеале молитвенное единство, молитвенное единство — это слова, либо которые читаются вслух и мы их слушаем, либо следить по тексту, в принципе, эта практика, она классическая, просто это не бумажная книга, а смартфон. Просто я понимаю, почему вызывает некое такое отторжение, диссонанс и даже, наверное, и я бы тоже так подумал, но именно потому что каждый раз подозреваешь ближнего в каких-нибудь «Фейсбуках» или «Инстаграмах».

А. Ананьев

— Ну это такое просто нерациональное отторжение того, что ты видишь, неприятие вот этого, хотя головой-то я все понимаю. Есть еще один момент, отец Димитрий, давным-давно, ну как давным-давно, относительно недавно, время-то летит стремительно и прогресс развивается очень быстро, я еще очень хорошо помню время, когда появились первые аудиокассеты на 60, на 45 минут МК 60. Я помню, была аудиокассета, я ее купил, я долго собирал какую-то ягоду, по-моему, клюкву, сдавал ее во вторсырье и мне дали кассету, это было такое счастье просто, первая моя кассета, на которую я записал свою любимую группу и был очень горд собой. Потом появились компакт-диски и когда появились диски, на которые можно было записывать, я долгое время в машине составлял какие-то очень дорогие мне коллекции любимых песен. На диск помещалось всего 20 треков, был аудио-диск, мр3 тогда еще толком не распространены были и мой проигрыватель играл только эти аудиотреки, и вот я собирал 20 песен, записывал их на диск, писал на нем, допустим: «Сентябрь 98-го года» и на нем слушал сентябрь, октябрь, ноябрь, потом убирал, потому что приходил новый диск, я его сам составлял, а потом, спустя три года, я возвращался к нему и слушал эти песни, они мне были настолько дороги, потому что вот я их собирал, они меня возвращали в то время, были проблемы у меня тогда, нет, но было приятно прожить опять вот эти песни, которые ты очень любил, вот это у меня была дорогая коллекция. А потом случилось страшное, потом появилась легкодоступность, у меня появилось с десяток сайтов, где я могу набрать все, что угодно, и оно мне выдаст все альбомы Стинга или Муслима Магомаева, все песни, вот все до единой, а также те, которые не изданы и еще и рождественские диски ко всему прочему. У меня в машине сейчас нет ни одной песни, потому что это стало не ценно, когда ты собирал все это, когда это было недоступно — это было ценно, а сейчас это не ценно. В этом отношении я очень боюсь легкодоступности, не обесценивает ли легкодоступность то, что вот мы сейчас открываем молитвослов, читаем, открывая книгу, читаем, ищем книгу, находим и читаем, а тут раз — и все, у тебя есть все, и оно становится не ценным очень часто.

о. Димитрий

— Абсолютно верно, да, и чем больше информации, с чем мы сейчас сталкиваемся, она становится не ценной, стирается грань между ложью и правдой, то есть если раньше человек соврал, а мы его в этом обличили или где-то прочитали ложь, мы просто перестаем здороваться, сейчас, через пять минут уже все нормально. Да, это, к сожалению, проблема, но эта проблема, она глобальная и она, в том числе, касается церковной информации, сейчас можно найти все жития святых, все молитвы, их можно прослушать, можно видео посмотреть с батюшками и так далее, то есть поток этой информации гигантский и, конечно, для человека, который знает, что он все может найти, но у него на это нет времени просто, как стоит дома библиотека и прекрасные книги там собираются, но только вот ни одной из них не успел прочитать.

А. Ананьев

— Но зато они подобраны по цвету корешков, а цвет корешков соответствует как-то обоям и общей цветовой гамме.

о. Димитрий

— Да, это однозначно проблема, но она более глобальная, мне кажется, и я, честно говоря, не отвечу даже, что с ней, с этой проблемой делать, ограничивать информацию, как в «Молодом папе», все, закрыть дверь...

А. Ананьев

— Ограничивать, золото потому и стоит так дорого, что его мало, будь золота много, как песка в Сахаре, оно бы не стоило так дорого, хотя понятно, что ценность Священного Писания не в том, что оно редкое, ценность в другом, но делать его легкодоступным... «Оглашенные, изыдите», понимаете? Вот для меня это важно, есть что-то, что доступно только посвященным, а есть то, что — пожалуйста, юмор в интернете, есть список бесплатных каналов. Об этом мы продолжим разговор совсем скоро, не переключайтесь, вопрос у меня еще очень много.

А. Ананьев

— И мы возвращаемся в студию радио «Вера», здесь я, Александр Ананьев, сегодня мы беседуем о православии в цифровую эпоху — не нравится мне эта формулировка, не нравится, Церковь в интернете еще хуже, я сейчас объясню, почему, — со священником, настоятелем Казанского храма село Молоково Видновского благочиния, председателем Миссионерского отдела Московской епархии отцом Димитрием Березиным. Помимо вот этого вот замечательного «Молитвослова» в вашем смартфоне, ваших рук дело еще и замечательная «Православная библиотека», где порядка сейчас тысячи изданий?

о. Димитрий

— Уже больше двух тысяч. Из них несколько сотен аудио еще.

А. Ананьев

— Каким образом и кто выбирает книги? И кто, у вас же есть портрет, как у любого проекта есть портрет какой-то такой потребителя, кто ваш потребитель?

о. Димитрий

— Ну, книги на момент формирования этой библиотеки мы собирали по рубрикам, такую, можно сказать, комиссию и обсуждали, какие книги туда должны попасть, естественно, это книги православные в большинстве своем или не противоречащие православию, классика, например, и так далее. Какой портрет потребителя — по большому счету, это любой православный и необязательно православный человек, потому что мы делали подборки, что почитать, то есть задача, понятно, что если две тысячи книг, то найти там то, что тебе нужно, не зная, допустим, кто такой Иоанн Златоуст, сложно и поэтому мы делали подборки, что почитать человеку неверующему, допустим, вот что Церковь может сказать неверующему человеку, и вот мы несколько десятков книг подобрали в зависимости от запроса или человек, который просто пока интересуется, то есть он не против Церкви, но еще далек немножко, то есть тем самым мы помогаем сделать выбор, в том числе это любые другие православные люди, кто хочет послушать или почитать книгу. Вот элементарно, я сам пользуюсь, мы в поездке с детьми скачивали Льюиса и прекрасно слушали в машине «Хроники Нарнии».

А. Ананьев

— Я по поводу людей нецерковных: у вас, наверное, нет точной статистики того, как много нецерковных людей приходит на ваш портал?

о. Димитрий

— Конечно, нет.

А. Ананьев

— Но у меня есть, я вот только что вспомнил, как раз жене хотел купить пропавшую у меня, она дала кому-то почитать Льюиса «Письма Баламута», но она, конечно же, «ушла» куда-то много лет назад и мне хотелось сделать ей приятное, и я пошел в любимый книжный магазин на Лубянке, там он такой огромный, думаю, ну уж там-то она точно есть, и да, она там точно была в разделе «Религия», во всех остальных залах полно народу, много людей, взрослые, дети, сидят, читают, ходят, трогают, смотрят, в том разделе был только я. Мне, правда, повезло, я нашел еще несколько книг, которые тоже давно хотел купить, я их тоже забрал оттуда, но там был только я. Раздел православной, христианской литературы, равно и как и любой другой, потому что они все представлены в одном зале, неинтересен в этом книжном магазине, хотя представлен очень широко, конечно.

о. Димитрий

— Ну вот вы говорите про борьбу за «лайки», а по сути я бы по-другому сформулировал: это борьба за человеческое внимание и время. Естественно, что в этой конкурентной в прямом смысле среде выигрывают развлекательные передачи, выигрывают легкие сериалы, это такая уже психика человеческая так устроена, что легче это пережевывать и хочется отдохнуть, естественно, не читать святых отцов, это надо по странице в сутки читать, а здесь включил и голова отдыхает, эндорфины выделяются и все хорошо. И мы проигрываем, да, это вопрос, мы не должны играть по этим правилам, но мы должны понимать, как внимание человека, время его, фактически через это мы влияем на душу, ведь правильно? Через это мы можем человека привести как раз к богослужению и к сакральному, а он пока к сакральному не тянется совершенно, то есть для него сакральное — это страшная церковная бабушка на входе, которая сначала оценит, потом покажет, где можно стоять, где нельзя, а вот дойти до этого человека, подвести его к этой бабушке, сказать: «Слушай, это хорошая бабушка» — это вот как раз наша задача.

А. Ананьев

— Да не к бабушке, к самому бы себе нас подвести. Я понимаю, о чем вы говорите, мы с Аллой Митрофановой поставили спектакль во МХАТе, тоже это разговор о Христе, разговор о Боге, разговор об изменении ума человека, который, встречаясь с Богом, меняет себя, «12 непридуманных историй» из журнала «Фома», они такие настоящие, прожиты. Очень сложно выбирать такие истории, причем мы ориентируемся не на людей невоцерковленных, у нас есть какой-то такой портрет дорогого нам человека, который далек от Церкви, и мы хотим, чтобы эта история заставила его смеяться или плакать, в первую очередь, и найти такие истории очень непросто, даже 12 коротких историй, а уж найти книги, тексты, которые бы сначала заинтересовали, затем бы погрузили, а затем бы приблизили человека ко Христу — это неимоверный труд.

о. Димитрий

— Согласен, но вот феномен, например, книги «Несвятые святые», которую в какой-то момент времени можно было несколько в одном вагоне метро увидеть, это книга бумажная, во время, когда уже перестали читать бумажные книги, но интересный феномен, на самом деле. То есть — есть, конечно, но это такие, можно сказать, бриллианты, которые надо находить и доносить, это же тоже момент такой, что есть прекрасные произведения, есть прекрасные книги, фильмы и так далее, но в интернет-среде, об интернете если говорим — их человек никогда не увидит, есть понятие «информационный пузырь», когда «Яндекс», «Ютуб», «Фейсбук» подсовывает человеку то, где он как-то завис, он вместо человека формирует его информационную повестку, и прекрасная эта книга, замечательная, она не дойдет до него никогда или фильм, потому что он в своем «пузыре» находится. Но вот наша задача как раз в эти «пузыри» проникать и это тоже, вы сказали о профессионализме, это надо как-то очень профессионально уметь делать, ведь бюджеты развлекательных каналов, я вот иногда, вы помните, было храмоборчество: «храм строят, вот, столько денег» ...

А. Ананьев

— Почему — «было»?

о. Димитрий

— Сейчас просто, может быть, не так активно оно освещается и, может быть, не так бурлит, и параллельно мне попалась «Евромузыка», какой-то музыкальный телеканал, и я смотрю эти клипы, пустейшие совершенно, ни о чем, и я понимаю, что бюджет этого клипа, он сопоставим со строительством храма, эта вот пятиминутка пустышек, людей это не волнует, а вот храм вдруг внезапно начал волновать, и наша задача как раз победить вот эту многобюджетную многомиллиардную структуру.

А. Ананьев

— Как мы не так давно тоже сидели с одним очень известным адвокатом, человеком глубокой веры, общение с которым доставляет мне огромное удовольствие, он тоже сокрушался на этот счет, говорит: «Ну почему, если владелец ларька шаурмы на вокзале в Калуге едет на хорошей машине все скажут: какой он молодец! Это всего лишь ларек, где продается шаурма, а он молодец, а если священник приедет на хорошей машине — он сразу вор, аферист и мошенник».

о. Димитрий

— Ну да, на самом деле, роскошь, как категория...

А. Ананьев

— Это не роскошь, это возможность оперативно добраться туда, где его ждут.

о. Димитрий

— Да, хорошая, качественная машина — действительно, это так, это я согласен, может быть, не все понимают, это тоже такой определенный ментальный образ, а иногда это бывает, чаще всего это бывает от незнания, потому что возмущение это вызывается у людей, которые к Церкви часто не имеют отношения. Я, кстати, когда такие вопросы задают, я говорю: «Слушайте, ну подождите, есть священник, он настоятель или клирик храма, у него есть прихожане, почему они-то не возмущаются, почему их все устраивает, а вас вот почему-то не устраивает». И когда тоже: «А вот Церковь тратит деньги...», я говорю: «Слушайте, а сколько вы пожертвовали за последнее время в Церковь? — Нисколько». Я говорю: «Ну и чего вас это волнует, что вы переживаете?»

А. Ананьев

— Еще коротко об опасности интернета: готовясь сегодня к нашей беседе, я не мог не обратиться к — «мировому разуму» хотел сказать, но потом понял, что на разум оно не тянет — к мировой паутине, материал какой-то. И первой же ссылкой (простите меня, пожалуйста, главные редакторы, звукорежиссер, слушатели радио «Вера» вот за те слова, которые прозвучат сейчас), но я просто спросил о присутствии Церкви в интернете, и оно мне ответило, короткая выдержка: «Цифровая Церковь — это не миф, она реально существует с 2015 года, основана в Силиконовой долине, Церковь, провозглашенная, не будем называть его по имени, бывший инженер «Google» и «Uber» проповедует веру под названием «Путь будущего», то есть вслед за беспилотными автомобилями этот человек заявил ,что создает «беспилотную Церковь», в общем, я даже не буду дальше читать, потому что это совсем мрак, кошмар и разочарование. Факт абсурдный, но, как и любая крайность, он вот выпукло показывает все те опасности, какие могут быть там, в этой мировой сети, которую сейчас какие-то странные люди считают, что имеют основания даже обожествлять, говорить, что она выше человека. Какова опасность, заключенная в том, что ты можешь задать вопрос и тебе прилетит вот такой ответ, ну понятно — я, я как-то могу отфильтровать худо-бедно и сказать, что: ребят, ну давайте это оставим в разделе низкопробного юмора, хотя это тоже опасно. Опасность того, что ты не знаешь, откуда тебе прилетит ответ, когда ты будешь задавать вопрос.

о. Димитрий

— Вот как раз это, наверное, и одна из причин, почему Церковь должна присутствовать в интернете. Опасность понятна, если человек не проверяет источник, откуда эта информация появляется, то естественно, что и начинает верить, то это однозначно, и таких заблуждений немало, и действительно, повестка дня информационная, связанная с Церковью, она в большой степени отрицательная, поэтому задача Церкви — формировать положительную повестку, чтобы человек в таких вот поисках находил, например, у нас была прекрасная конференция миссионерская, посвященная цифровым технологиям, связанная с миссией, с Церковью, и мы же тоже учимся, это же меняется каждый год и даже чаще, мы тоже учимся и пытаемся богословски осмыслить некоторые вопросы, хорошо это или плохо, мы знаем, кто-то пробует, посмотрел — да, наверное, так лучше не стоит делать, но если мы не будем тут присутствовать, мне кажется, мы однозначно проиграем и человек, который будет спрашивать в интернете — будет получать ответы. Можно вспомнить форумы для мам, где обсуждаются крестины — это же страшно, а когда одна мама назначает другой, а она для нее выступает как бы авторитетным мнением и читаешь, и там надо присутствовать, и там должен быть какой-то здоровый голос верующего воцерковленного человека, который должен сказать, что «друзья, вы ошибаетесь, вот, посмотрите, вот здесь все написано, на одной страничке, все, что вы придумали — это все не имеет отношения к Церкви».

А. Ананьев

— А давайте попробуем предположить: а что случилось бы, если бы Церковь приняла волевое решение не ввязываться в весь этот интернет, оставить его? Скажем, театр, он же не пытается пролезть в телевизор, он остается в залах, и люди, когда устают от телевизоров от всех этих, они их выключают, они надевают красивый вечерний костюм, они выбирают вечер, выбирают спектакль, который им нравится, они идут в театр и уже там как-то получают то, за чем они пришли. Я не сравниваю ни в коем случае Церковь с театром, поймите, но если бы вдруг Церковь приняла решение никак не ввязываться во всю эту историю с интернетом, может быть, с радио, может быть, с телевидением, вот храм — это храм, есть вопросы — приходи.

о. Димитрий

— В данном случае прежде всего мы, когда приходим в храм — это богослужения, участие в Таинствах и это соборная молитва, в идеале это соборная молитва с теми людьми, которых я знаю, моего прихода...

А. Ананьев

— Конечно, плюс общение со священником.

о. Димитрий

— Да, естественно, что это все засунуть в интернет нельзя, это невозможно по определению, наверное, и если оно туда попадет когда-то все вместе, то, наверное, это будет печально.

А. Ананьев

— Так попадает, и общение с батюшкой, очень много порталов, где священники отвечают на вопросы и еще, главное, непонятно, какие священники, надо проверять, какие священники и священники ли вообще отвечают на вопросы, я знаю несколько источников, где люди, которых я очень хорошо знаю, иеромонах Макарий Маркиш, постоянно отвечает на какие-то вопросы и отец Владислав у меня есть знакомый, тоже из области, он постоянно тоже отвечает, очень много, но в большинстве-то случаев мы же не знаем, кто по ту сторону экрана, это раз. А во-вторых, вот эти записки, которые можно подавать через интернет, это же тоже какая-то вот сакральная часть, часть богослужения, это ты вступаешь в соработничество со священником, ты молишься, не подаешь записки и уходишь, а ты молишься за тех, кто тебе дорог как по ту сторону нашей жизни, так и по эту, и ты принимаешь участие в этой молитве, интернет здесь не может помочь, но это уже тем не менее в интернете, кто знает, что там в интернете окажется уже завтра?

о. Димитрий

— Я бы, может быть, чуть-чуть про если Церковь исчезнет из интернета: вот мы говорим о церковной приходской жизни, но если мы уберем сайты, если мы уберем мессенджеры, связанные с приходской жизнью в частности и так далее, храм превратится в черную дыру такую в некотором смысле, я имею ввиду, я когда преподаю курс миссиологии, я говорю: Ну вот смотрите, вот у нас с вами несколько процентов от населения — прихожане храма, которые знают, что здесь происходит, за этими стенами, знают друг друга, что это нормальные люди и так далее, у нас праздники какие-то проходят, естественно, молитва, но вот эти 90 с лишним процентов людей, которые не переступают порог храма или переступают, когда: «Как ни приду, у вас все Христос Воскресе!», для них церковная жизнь — это совершенно какой-то клубок стереотипов, опасностей, незнания, фантазий своих собственных, рассказать о том, что эта жизнь существует, ведь часто у человека, который идет в церковь, нет потребности стоять на Божественной литургии и причащаться, он приходит помолиться сначала, поставить свечку, потом какой-то знакомый его туда приведет, скажет: ну вот давай, расскажет, и постепенно-постепенно через различные такие промежуточные шаги человек увлекается, это все связано, в том числе, с открытостью Церкви, если мы полностью закроем информацию — пожалуйста, пришел в храм, посмотрел расписание службы, посмотрел объявление, послушал батюшкину проповедь и все, то есть мы фактически теряем миссионерскую свою задачу и мне кажется, это будет не совсем правильно. А теперь вот можно про записки.

А. Ананьев

— «Вопросы неофита» на радио «Вера» продолжаются, сегодня мы говорим о мировой паутине и о том, как в ней не запутаться нам, идущим ко Христу, сегодня мы говорим об этом со священником, настоятелем Казанского храма села Молоково Видновского благочиния отцом Димитрием Березиным, записки — то, против чего я выступаю, для меня это, простите, как причастие через мессенджер, это очень трудно принять моей душе, потому что для меня все-таки важно именно личное присутствие.

о. Димитрий

— Безусловно, идеальная ситуация, когда человек подает записку и она прочитывается на той службе, на которой он присутствует, это правильно и фактически он как бы делегирует прочтение этих молитв, он сам может ее прочитать во время службы...

А. Ананьев

— Он и читает.

о. Димитрий

— Да, и читает, но Церковь — это же все-таки такой соборный богочеловеческий организм, можно сказать, и записки, которые, допустим, передаются в какой-то монастырь, мы что делаем — мы тем самым просим братию монастыря помолиться о моих близких, я вот здесь как раз противоречия не вижу, потому что мы же не обязаны только сами молиться, как раз записка — это есть некое делегирование, просьба помолиться в данном случае священника на проскомидии или на панихиде, или еще где-то братию монастыря и так далее, и в данном случае передача на бумажном бланке каком-то или передача через интернет, она, мне кажется, не противоречит смыслу просьбы помолиться.

А. Ананьев

— Нет ли у вас ощущения, я просто спрашиваю, потому что у меня вот есть оно и, наверное, я заблуждаюсь, нет ли у вас ощущения, что таким образом прекрасная Церковь превращается в глазах как прихожан, так и людей сторонних, по ту сторону храма в некий дом быта, где можно прийти и заказать какую-то услугу, в частности, записку? Меня вот тоже часто спрашивают: «Ну а вот у вас можно подать записку, и она стоит столько-то», и я всегда говорю: «Стоп, она не стоит столько-то, твоя молитва не может стоить столько-то или не столько-то, ты можешь прийти и помолиться, и чтобы молитва была вот такой, ты можешь написать записку», но это надо объяснять, если же в интернете появляется окошко и кнопка «Отправить» и еще реквизиты карты — это сразу все портит.

о. Димитрий

— На самом деле, не то, что Церковь превращается из-за интернета, по сути, в сознании у многих людей, таких, не дошедших еще глубоко до Церкви, они относятся как действительно к сфере услуг: «А сколько у вас стоит покрестить, а что для этого нужно?» И я всегда говорю, когда провожу огласительные беседы, рассказываю о Символе Веры, о Святой Троице, о молитве и так далее, в конце, когда говоришь: «Какие у вас вопросы? — А крестик на веревочке или на цепочке нужно? Тапочки нужно или нет?» А это существует, это всегда было, наверное, — отношение, как к какой-то сфере услуг, но для людей все-таки внешних.

А. Ананьев

— А можно вопрос сразу: а почему священник, я сейчас даже не про вас, а вообще про священника Русской Православной Церкви, когда ему задают такие вопросы, не говорит: «Друзья мои, ну давайте начистоту, если вы задаете такие вопросы, то вы не знаете, зачем вы это делаете и возможно для вас это какой-то такой ритуал, который маст-хэв, чтобы было, ну разберитесь сначала, зачем вы это делаете, тогда у вас не будет вопросов, которые вы задаете. Я не буду крестить вашего ребенка до тех пор, пока вы сами не ответите на все эти вопросы». Почему они не отказывают?

о. Димитрий

— Если говорить о крещении, то, во-первых, сейчас есть институт огласительных бесед и задача этого института, мы понимаем, что она может быть реализована идеально, прекрасно, может быть плохо, задача этого института как раз объяснить крестным родителям, куда они пришли и зачем они пришли и, в том числе, кого-то и не допустить.

А. Ананьев

— А такое случается?

о. Димитрий

— Ну, на практике случается. Если человек говорит, что я вот в это ваше все не верю. У меня был классический пример, когда друг пришел, говорит: «Хочу повенчаться со своей женой, но она некрещеная». Я говорю: «Хорошо, здорово, давай побеседуем с ней». И вот беседуем, я рассказываю о Символе Веры, вот как обычно, все-все-все, она кивает, соглашается, я говорю: «А теперь расскажи мне про вот это, например, только своими словами, только мне уже». Она говорит: «Я не знаю, было ли это на самом деле...» и так далее. Я говорю: «Ну слушай, ну было», она говорит: «Ну нет, это вы все там придумали», я говорю: «Все, я умываю руки, я не могу тебя покрестить». А она говорит: «Ну мне, в принципе, и не очень надо». То есть на практике это бывает, просто когда мы говорим о крещении детей, может быть, это не так строго, потому что мы надеемся, что ребенок, благодать на него повлияет и так далее, то есть здесь есть разные тоже подходы, более строгие, менее, но когда мы говорим о взрослых, конечно, здесь более серьезно.

А. Ананьев

— Я понимаю, что это неправильно, но, крестившись в 40 лет, я понимаю, что решение должно быть таким, это настолько правильно и хорошо, оно должно быть, или оно будет, но будет позже, в 60 лет, в 80 лет, как говорит тот самый адвокат, о котором я тут упоминал: «Рано или поздно мы все придем в храм, просто кто-то придет своими ногами, а кто-то приползет на кровавых коленях, кого-то принесут».

о. Димитрий

— С другой стороны, я могу тоже некие примеры вспомнить, когда то, что можно сказать: голос совести, который, как мне кажется, такой, в глубоком смысле этого слова, как Божественный глас дается в крещении, я не говорю, что у некрещеных его нет, естественно, ни в коем случае, но что у человека крещеного есть какой-то такой пунктик, что: остановись, Ангел-Хранитель, который говорит: «Слушай, вот сюда не надо».

А. Ананьев

— Это очень хорошее замечание, я тоже об этом немало думал, отец Димитрий. Об опасностях легкодоступности поговорили, хотя у меня еще есть такие незакрытые участки вопроса...

о. Димитрий

— Более того, у меня тоже их много, потому что я не знаю ответов на все вопросы.

А. Ананьев

— Сейчас поговорим об усилиях, о том, как это важно, о том, что неспроста тяжелые двери храма открываются с трудом, ибо, открываясь они легко, как в торговый центр, чтобы легче было заходить, что-то неуловимое уйдет, они должны открываться тяжело, неспроста это. Вот сейчас, я так понимаю, в разработке ваше приложение «Мой приход»?

о. Димитрий

— Да.

А. Ананьев

— Замечательное абсолютно, я просто полистал описание этого приложения — очень мощное, очень хорошо продуманное, очень структурированное, освящающее все стороны деятельности жизни прихода, причем вне зависимости от того, где он находится, близко-далеко, это вот возможность организовать свой собственный приход и, в частности, там есть строчка, которая заставила меня задуматься: сайт, социальные сети, мессенджеры, связь между прихожанином и приходом очень разрознена и требует значительных усилий — так ведь, отец Димитрий, ну в этом же вся штука, без усилий в этой жизни что получается: семью построишь без усилий? Да ни в жизнь. Ребенка воспитаешь без усилий? Да ни в жизнь. Без усилий можно сериал посмотреть по телевизору или гадость какую-нибудь сделать, это легко вообще, а с усилиями — это же важно, да?

о. Димитрий

— Царствие Небесное берется...

А. Ананьев

— Конечно.

о. Димитрий

— Ну конечно, да, с дерзновением. Дело в том, что мы как раз, создавая это приложение, одна из, может быть, несформулированных задач — отфильтровать все лишнее, то есть убрать этот поток картиночек, как мы сегодня уже говорили, в мессенджерах, убрать поток рекламы и всяких ужасов в социальных сетях, а ведь присутствие там прихода, здесь речь идет, опять же, повторюсь, не о сакральных вопросах, а об информационных даже, может, отчасти организационных вопросах. Потом, те же самые новости прихода в проведении какого-нибудь праздника, если я на нем не был, ну мне же интересно, если это мои любимые прихожане, интересно посмотреть, как они там улыбались, каши поели, я там не был, а тут как будто бы был, то есть я как раз духовно, на мой взгляд, это сближает.

А. Ананьев

— Не был — плохо, в следующий раз будь. Знаете, чего я боюсь: у меня есть в телефоне чат жителей подъезда — это люди, с которыми мы живем в одном подъезде, тоже для организации, вот я туда не захожу, ну там кошмар.

о. Димитрий

— Вот, кстати, для этого, если мы говорим о современных технологиях, в приходах сейчас тоже почти у всех есть чаты и не один, по разным задачам, вот, например, в общем чате мы отключили возможность писать, чтобы не было кошмара, там может писать только настоятель.

А. Ананьев

— В общем чате отключили возможность писать?

о. Димитрий

— Да.

А. Ананьев

— Прекрасно, прекрасный вариант, вот так и надо, отец Димитрий. Давайте, завершая разговор, я очень хочу вас попросить, чтобы вы напомнили нашим слушателям адрес портала «Молитвослов» вот этого замечательного, где собрано все то, что постоянно можно как-то собирать для себя, подбирать вот именно то, что тебе важно, сайт с библиотекой и вот портал «Мой приход», как туда тоже можно будет попасть?

о. Димитрий

— Ну, я бы посоветовал сразу пользоваться мобильными приложениями, то есть вы заходите в App Store или Google Play и пишете там: «Православный молитвослов» и почти сразу находите такой беленький значок, там будет указан Миссионерский отдел Московской епархии, то же самое касается «Православной библиотеки»: как только вы найдете, установите, у вас под рукой всегда будет большое количество книг и, в общем-то, достаточно полный молитвослов.

А. Ананьев

— Бесплатно?

о. Димитрий

— Да, абсолютно бесплатно, без рекламы, без встроенных покупок и так далее, без всяких подводных камней.

А. Ананьев

— Без фразы: «Есть платный контент».

о. Димитрий

— Да, мы стараемся этого избежать. Что касается «Моего прихода», то пока он находится в разработке, я надеюсь, что к концу года мы потренируемся на нескольких приходах, которые добровольно вступили в это и, соответственно, когда он появится, мы отдельно о нем будем рассказывать.

А. Ананьев

— Если мы можем чем-то быть полезными — подключайте нас, давайте сделаем интернет уже местом, куда можно приходить, не озираясь в испуге, в ожидании подводных камней и чего-нибудь неприятного. Спасибо вам огромное за эту беседу, сегодня мы говорили о том, что такое интернет и как в нем вести себя человеку православному с настоятелем Казанского храма села Молоково Видновского благочиния, председателем Миссионерского отдела Московской епархии, священником Димитрием Березиным, спасибо.

о. Димитрий

— Спасибо.

А. Ананьев

— Я Александр Ананьев, радио «Вера», приходите в храм, вот чего я вам скажу, и не сидите в смартфонах. До новых встреч.

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Мы в соцсетях
******
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Другие программы
Тайны Библии
Тайны Библии
Христиане называют Библию Священным Писанием, подчеркивая тем самым вечное духовное значение Книги книг. А ученые считают Библию историческим документом, свидетельством эпохи и гидом в прошлое… Об археологических находках, научных фактах и описанных в Библии событиях рассказывает программа «Тайны Библии».
Утро в прозе
Утро в прозе
Известные актёры, режиссёры, спортсмены, писатели читают литературные миниатюры из прозы классиков и современников. Звучат произведения, связанные с утренней жизнью человека.
Моя Вятка
Моя Вятка
Вятка – древняя земля. И сегодня, попадая на улицы города Кирова, неизбежно понимаешь, как мало мы знаем об этом крае! «Моя Вятка» - это рассказ о Вятской земле, виртуальное путешествие по городам и селам Кировской области.
Часть речи
Часть речи
Чем отличается кадило от паникадила, а насельник от местоблюстителя? Множество интересных слов церковного происхождения находят объяснение в программе «Часть речи».

Также рекомендуем