«Послания апостола Павла к Тимофею и Титу». Андрей Небольсин

У нас в студии был старший преподаватель кафедры библеистики богословского факультета ПСТГУ Андрей Небольсин.

Разговор шел о смыслах посланий апостола Павла к Тимофею и Титу. Кем были адресаты этих посланий, что известно об этих ближайших помощниках апостола Павла, а также разговор шел о том, что в этих посланиях говорится о служении священников и о роли женщин в Церкви.

Этой беседой мы продолжаем цикл программ о посланиях апостола Павла.

Первая беседа с Андреем Небольсиным была посвящена особенностям посланий апостола Павла (эфир 09.02.2026)

Вторая беседа с епископом Переславским и Угличским Феоктистом была посвящена Первому посланию апостолу Павлу к Коринфянам (эфир 10.02.2026)

Третья беседа со священником Антонием Лакиревым была посвящена посланию к Ефесянам (эфир от 11.02.2026)

Четвертая беседа со священником Антонием Лакиревым была посвящена посланию к Филиппийцам (эфир от 12.02.2026)

Ведущая: Алла Митрофанова

---

А. Митрофанова

— «Светлый вечер» на Радио ВЕРА. Дорогие друзья, здравствуйте. Сегодня пятница и по идее мы сегодня должны были бы завершить наш цикл бесед, посвященных Посланиям апостола Павла. Но, не тут-то было. Поскольку апостол Павел — автор плодовитый и бесконечно важный для нас, мы решили, что его Посланиям посвятим ни одну неделю, а две. Поэтому у нашего цикла будет продолжение через некоторое время. А сегодня мы, так немножечко нарушая хронологию , попробуем поговорить про те Послания, может быть даже и для контраста это будет интересно, которые написаны не ранним апостолом Павлом, а поздним апостолом Павлом. Вот люди, знакомые с русской литературой, знают, что есть, например ранний Александр Сергеевич Пушкин и поздний Александр Сергеевич Пушкин. И это автор один и тот же, но это автор, который за свою непродолжительную, к сожалению, жизнь претерпел крупнейшие внутренние трансформации. И это очень здорово чувствуется в его стихах и его прозаических произведениях, и в его в общем-то и письмах тоже. Так вот сегодня мы поговорим про Послание апостола Павла к Тимофею, их 2, и Послание к Титу, одно. Они написаны уже, ну скажем так, совсем зрелым человеком. М то, о чем пишет апостол Павел, кому он пишет, в каком контексте это все появляется, вот об этом обо всем сегодня пойдет речь. В нашей студии Андрей Сергеевич Небольсин. Рада вас снова видеть. Встречались мы с вами в понедельник, и вот вы снова у нас. Старший преподаватель кафедры библеистики богословского факультета Православного Свято-Тихоновского Гуманитарного Университета. Здравствуйте.

А. Небольсин

— Светлого всем вечера.

А. Митрофанова

— Андрей Сергеевич, знаю, что вы особо выделяете вот эти 2 послания к Тимофею и послание к Титу. Во всяком случае вы сами выбрали поговорить именно на эти темы. Почему? Чем они ля вас на столько принципиально важны?

А. Небольсин

— Я думаю, что рассказывать можно, о чем угодно и о любом произведении, написанным святым апостолом Павлом. И для меня лично в равной степени дороги все его произведения. Но, безусловно вы правильно отметили, что у этих посланий есть своя особенность. И разговор именно вот об этих трех последних письмах, трех последних посланиях апостола Павла, он совершенно особенный, и по целому ряду пунктов он, конечно, отличается от характеристики, от обсуждения, от какого-то анализа, от какого-то проникновения во все предыдущие творения апостола Павла. Но, это как раз очень интересно, потому что в этих посланиях мы видим очень много того, что уже было сказано, то есть мы видим некое подведение итогов. А при этом, с другой стороны, мы видим и совершенно новые обстоятельства, новые вызовы, какой-то ответ на эти вызовы, решение новых проблем, ответ на новые вопросы и видим какую-то новую реальность, в которой апостол Павел проявляет себя, как духоносный пастырь. Это очень интересно, по-моему.

А. Митрофанова

— Который хочет, чтобы все спаслись и пришли в познание истины, как он говорит, о Боге. И это его же и собственное тоже желание.

А. Небольсин

— Вне всяких сомнений. Он к этому стремиться. Он этого уже достиг сам и стремиться, чтобы к этой цели приближались и все его воспитанники. То есть в равной степени и адресаты данных Посланий: апостолы Тит и Тимофей, и те, кого они, Тит и Тимофей будут воспитывать в дальнейшем.

А. Митрофанова

— Вот давайте прям вот по порядку. Кто такой Тимофей, кто такой Тит, что это за люди?

А. Небольсин

— Ну смотрите, с Тимофеем сразу оговорюсь, что это два абсолютно одинаковых персонажа в том, что, в отношении того, что это ближайшие друзья, помощники, соратники и сподвижники апостола Павла. Но, это два человека, достаточно разных в отношении как бы какой-то информации, которой мы обладаем. Все-таки о Тимофее мы знаем больше. Вот например: в Книге деяний, которая, конечно, очень сильно приходит нам на помощь в плане реконструкции тех или иных событий из жизни апостола Павла, мы читаем, что с апостолом Тимофеем апостол Павел познакомился, возможно они познакомились еще в конце первого путешествия в южно-галатийских городах. Тимофей сам был родом из Листры, апостол Павел очень хорошо знал всю его семью. Потому, то потом во II Послании к Тимофею он вспоминает его маму Евнику, его бабушку Лоиду, хвалит их веру, говорит, что их вера была очень сильной и глубокой, и безупречной. И это для Тимофея тоже некий такой вот пример, о котором он должен всегда помнить. Но, когда бы они не познакомились, это то для нас в общем-то и не принципиально, точно одно: что в путешествия и в реальную, практическую часть миссионерской деятельности апостол Павел берет с собой Тимофея со второго путешествия. Очень интересная судьба у человека. Папа — грек, эллин, человек, выросший на эллинистической культуре. Что это означает в плане религиозной жизни и степени категоричности этой религиозной жизни нам сказать довольно трудно, Книга деяний об этом ничего не говорит. Письма Павла об отце тоже ничего не говорят. Но, зафиксированное у нас в священном предании житие святого апостола Тимофея, оно говорит, что папа там был крайне неблагочестивый, то есть что он был именно такой вот эллин -язычник в самом таком радикальном и самом плохом смысле этого слова. Честно вам признаюсь, что мне это не совсем понятно, надо быть специалистом культурологии и этнографии, и социологии той эпохи, чтобы понимать: зачем такой человек с такими взглядами жениться, допустим на благочестивой иудейской девушке. Совершенно мне это непонятно. Исходя из данного тезиса, каким было детство Тимофея и на сколько он там от такого папашки там страдал или не очень, это для нас сокрыто неким мраком неизвестности. И, наверно, совершенно правильно и корректно Павел об этом не пишет. Но, вот мы видим, что мама Евника и бабушка Лоида, они как-то вот смиренно, так сказать, свою веру сохраняли, жили в ней, всегда оставались ей верны. А когда святой апостол Павел пришел с проповедью о том, что спасение уже совершилось в лице пришествия в мир Господа Иисуса Христа и Его воскресение, мы уже спасены, можем вот как бы к этом спасению приобщиться, то они с радостью эту благую весть приняли, и мама, и возможно, возможно бабушка, если была жива еще в это время, вот стали христианами. И Тимофей с юных лет, в Книге деяний он назван юношей, значит он еще молодой, по меркам той эпохи термин «молодой мужчина, юноша» безусловно никак не могло означать возраста, превышающего 20 лет. Безусловно ему должно было быть меньше, а может быть даже меньше 18-ти. Это важно, потому что, соответственно, дальше мы уже можем считать дальнейшие годы. Но, Тимофей прекрасно проявил себя как ученик. Он сопровождает святого апостола Павла во втором путешествии. Он сопровождает апостола Павла и в третьем путешествии. И мы видим, что, соответственно, Павел о Тимофее всегда сообщает именно как о человеке, как о спутнике, соратнике, который всегда рядом, всегда ему помогает. И поскольку даже вот прямо самое предсмертное послание, мы сейчас будем об этом говорить, второе к Тимофею, оно именно вот к нему обращено, Павел, сидя в тюрьме, уже во втором заключении предсмертном, пишет именно Тимофею, это говорит просто о том, что их дружба, их близость сохранилась на всю оставшуюся жизнь. Да Павел в своих посланиях его сыном называет. Он называет его много раз братом и неоднократно называет сыном. То есть это действительно было и то, и другое в одном лице. Близость более прочную, более добрую, более духовную, нежели между Павлом и Тимофеем представить себе трудно. И я думаю, что это безусловно показатель. Это показатель той атмосферы, которая была вот в той ранней Церкви. С Титом немножко ситуация сложнее. Я объясню почему. Потому, что о Тите, о том, как апостол Павел с ним познакомился, о том, соответственно, где и как, на каком путешествии он присоединяется к миссионерским делам святого апостола Павла, вот Книга деяний об этом не пишет ничего. Она не пишет ничего не только об этом, то есть о каких-то деловых подробностях, а вообще, вообще. Тит, как персонаж в Книге деяний просто отсутствует. Вот это для науки, которая Книгу деяний изучает, просто вот некая загадка. Как это понять: Тит — ближайший к святому апостолу Павлу человек, ближайший вместе с Тимофеем, вместе с самим Лукой, автором Книги деяний, вместе там с Акилой и Прискиллой не упомянут в Книги деяний. Почему? Загадка, ответа нет. ну гипотезы правда есть, но это уже немножко другой вопрос. Но, поскольку из Книги деяний мы практически ничего не узнаем, то, соответственно, нам остается только следующее: ориентироваться на те источники, которые у нас есть: письма, Послания апостола Павла, и может быть что-то именно из житийного предания Церкви. Соответственно, здесь мы узнаем из, допустим начнем с Послания, из Послания мы узнаем, что Титу апостол Павел давал чрезвычайно важные поручения во время третьего миссионерского путешествия. Это было связано и с какими-то определенными проблемами: нравственными, дисциплинарными, социальными, каким-то чисто такими педагогическими проблемами, которые возникали в коринфской общине. Титу пришлось выполнить чрезвычайно непростую роль эмиссара, посредника, дипломата, чтобы волю и желание святого апостола Павла доводить до коринфской общины, до определенных группировок в коринфской общине, с которыми трудно было найти общий язык. И, соответственно, у науки нету однозначного вопроса: на сколько выполнение данных задач действительно имело какой-то успех на тех или иных этапах. Плюс к этой задаче же еще прибавлялась и другая. Очевидно, Тит принимал и огромное участие в такой задаче, как помогать при сборе некой материальной помощи для обедневшей Иерусалимской Церкви, которая, по мнению святого апостола Павла, была матерью для всех остальных Церквей. И этот сбор, он, конечно, должен был такой чувство единства Церквей подогревать. Молитва друг за друга, помощь друг другу, и так далее, и так далее, и так далее. В общем так или иначе, завершая, суммируя все, что я сказал, речь идет о том, что в каждом из этих своих воспитанников святой апостол Павел просто нашел какие-то лучшие черты, которые могли ему помочь: энергичность, практичность, дипломатичность, мобильность, способность слушать других, способность как-то решать какие-то проблемы. И они правда ему очень много помогли.

«Светлый вечер» на Радио ВЕРА

А. Митрофанова

— Андрей Сергеевич Небольсин, старший преподаватель кафедры библеистики богословского факультета Православного Свято-Тихоновского Университета проводит с нами этот «Светлый вечер». Мы сегодня говорим про Послания апостола Павла к Тимофею и Послание к Титу. Собственно, это цикл, который мы назвали «С кем переписывается апостол Павел». И сюда же включаются вопросы: на какие вызовы он реагирует в своих Посланиях, как эти вызовы меняются во времени и прочее. Андрей Сергеевич, ну вот вы отмечали как-то, что в то время, когда апостол Павел пишет вот эти уже свои последние Послания к Тимофею, например в социальном, в духовном поле среди его современников очень здорово усиливаются гностические веяния. И это один из тех как раз вызовов, на который апостол Павел считает необходимым отреагировать.

А. Небольсин

— Безусловно.

А. Митрофанова

— А могли бы чуть-чуть подсветить: что это такое, расшифровать немножечко: кто такие гностики, какой духовный поиск они ведут и к чему людей призывают?

А. Небольсин

— Безусловно это нужно сделать. Но, надо иметь в виду прежде, чем мы начнем на такой вопрос отвечать, нужно же понимать, что есть две разные вещи. Гностицизм вне христианства и помимо христианства, который мог принимать самые различные формы, где могли быть веяния абсолютно любые, начиная от заимствования из древнеегипетской религии, продолжая заимствованием из древнегреческих каких-то философских идей: платонизм или наследие Пифагора, завершая более восточными какими-то практиками, где мы чувствуем влияние зороастризма, и так далее, и так далее. И так далее. Да много чего там было. Это гностицизм вне христианства. Очень распространенная во II и даже еще в III веке штука. В данном случае, когда мы говорим о творчестве апостола Павла, мы безусловно говорим о том, как гностицизм действовал внутри христианских общин, что это было: мода из вне: давайте подражать вот тем, или это какая-то зараза, которая была абсолютно домашней, то есть родилась во внутренней среде. Я думаю, что было и то, и то. При том, очень интересно, что, когда допустим в Послании к колоссянам, там был какой-то удивительный просто гностицизм: поклонение ангелам и поклонение стихиям мира, которая при этом сочеталась с каким-то соблюдением, гипертрофированным соблюдением, жестким соблюдением норм Моисеева закона. Что за синкретизм, вообще непонятно. Но, это же тоже интересно. Это же тоже черта протогностицизма I века — синкретизм: каша безумная, бессмысленная, которая намешала все подряд, вместимое и не вместимое. Но, безусловно, чтобы нам все-таки вернуться вот к тем Посланиям, о которых мы говорим: I Послание к Тимофею, Послание к Титу, частично II к Тимофею, тоже об этом есть упоминание, мы видим, что говорит святой апостол Павел своему ученику Тимофею: «Удаляйся бессмысленных каких-то родословий.». Что такое родословие? Это же понятно, что может иметься в виду и что-то, восходящее к еврейским родословиям, но отнюдь не все святые отцы так считали. Родословия были, безусловно, так сказать, очень модными и у этих гностиков, но в совершенно другом смысле. То есть да, какие-то учения об эманациях были у этих гностиков, которые в основу своего богословствования положили очень жесткий дуализм. Что такое дуализм? Противопоставление плоти и духа: дух — хорошо, плоть, материя, физика — плохо. Бог духовный, мы плотянные, физические, телесные. Мы не спасемся, пока мы в теле. Спасение только духовное, а значит от тела надо отказаться. Ни облагородить, ни преобразить, ни обожить, ни сделать святым свое тело, апостол Павел же говорит там: «Тела ваши суть храм Духа Святого.». Вот позиция христианина грамотная. А они, наоборот, считали, что: нет, нет, плоть вообще не спасается и в принципе не может, да и не должна она спасаться. Из-за этого рождались две безумные крайности. Или вариант: да, плоть нужно довести до дикого совершенно аскетизма, просто какого-то полумертвого состояния свою плоть, до изнеможения. Или вариант, наоборот второй: а с ней все равно можно делать все, что угодно, какая разница, она же все равно не спасается, поэтому что хочу, то с ней и делаю. Вот гностический дуализм: неприятие того, что Господь усмотрел путь своего спасения в нас, телесных людях, в нашем тварном мире, в том мире, в который Бог-Сын и воплотился в качестве Богочеловека Иисуса Христа. Для Павла это трудность была огромная, этот вызов был огромный. Приведу пример, как раз из наших Посланий. Апостол Павел говорит, что: два товарища, два фигуранта, Именей и Филит говорят, что: якобы воскресение уже было. Что имеется в виду? Очень просто. Когда они говорят, что воскресение уже было, то они спорят с апостолом Павлом о том, будет ли воскресение потом, в ином времени после Страшного Суда, наше всеобщее воскресение, в которые мы все, православные христиане свято верим, и оно является центром нашего упования. А они говорили: Нет, нет, что вы, вы что, ребят, смеетесь что ли, какое плотское, какое физическое воскресение, воскресение уже было. Какое? Ну как какое, духовное. Ну вот мы же крестились, крещение приняли — приняли, наши души стали духовными, ну и все, вот оно, воскресение. Мы духовно воскресли. Вот, так сказать, такому бесчинству, такому абсолютно неприемлемому взгляду учили Именей и Филит своих как бы каких-то подопечных. И, естественно, так сказать, они этим приводили в состояние кораблекрушения веру сотен людей. Павел говорит, что он, соответственно, предал их, так сказать, анафеме. Это очень важно.

А. Митрофанова

— «Чтобы они, — цитирую, -научились не богохульствовать.».

А. Небольсин

— Именно.

А. Митрофанова

— И вообще апостол Павел местами суров.

А. Небольсин

— Безусловно.

А. Митрофанова

— Суров с людьми, к решению судеб которых он имеет то или иное отношение. И вот подобные вопросы, там типа ереси или там, как в I Послании к коринфянам обсуждается супружеская неверность и так далее, вот подобные вещи, да, блуд на самом деле. И он там прям, он прям радикален.

А. Небольсин

— Нет, а с этим никто не спорит. Павел действительно, там, где надо, там, где просто других методов не оставалось и там, где только такой метод мог человека изменить, там Павел действительно очень строг. Подтверждением является даже такой факт, который не лежит на поверхности, но его надо понимать, что события то развивались так, что я упоминал вот в нашей предыдущей там программе, которая вот тогда была, я так вскользь упомянул, что самой проблемной общиной апостола Павла была коринфская. Так вот, в виду определенных обстоятельств, которые, просто у меня сейчас нет времени подробно пересказывать, когда был определенный конфликт между определенной частью коринфской общины и апостолом Павлом, после нашего I Послания и перед своим II Посланием, между ними апостолом Павлом было написано, так называемое, Строгое Послание, так оно называется в науке. Его текст, к счастью, не сохранился. Возможно, кстати, да, мы говорили про верного спутника апостола Павла Тита, именно Тит был подателем этого Строгого письма, как Павел пишет во IIк коринфянам. Именно Тит принес некий ответ апостолу Павлу, что ему удалось там дипломатически решить в Коринфе. И возможно, что сам апостол Павел Титу дал именно такой указание: по прочтении уничтожить, по прочтении сжечь.

А. Митрофанова

— Чтобы не осталось в веках какая-то, очень деликатная видимо особенность или тайна, которая касается только этих людей.

А. Небольсин

— Да, безусловно, безусловно. И далее мы очень прикровенно только вот читаем во II Послании к коринфянам что: данное письмо было написано со скорбью и слезами, что был какой-то оскорбитель, что Павел этого оскорбителя прощает, что строгость его была совсем не для того, чтобы кого-то там унизить там, или как-то обидеть, а просто для того, чтобы коринфяне о чем-то задумались. Нет, Павел бывал строг. Безусловно, Павел бывал и строгим, и суровым, и жестким, когда надо.

А. Митрофанова

— давайте на пару минут сейчас прервемся, а потом вернемся к разговору и поговорим про строгость, или может быть видимую строгость апостола Павла в вопросах отношения восприятия женщин и вообще вопросах там семейного какого-то расклада, и так далее. Конечно, одно дело что мы читаем сегодня, и другое дело что, с учетом контекста, вкладывал апостол Павел в свои слова. Андрей Сергеевич Небольсин, старший преподаватель кафедры библеистики богословского факультета Православного Свято-Тихоновского Университета проводит с нами этот «Светлый вечер». Оставайтесь на связи, буквально через пару минут мы вернемся.

«Светлый вечер» на Радио ВЕРА

А. Митрофанова

-«Светлый вечер» на Радио ВЕРА, дорогие друзья, продолжается. Сегодня пятница, и, собственно, мы двигаемся дальше по Посланиям святого апостола Павла. Ни одна неделя посвящена у нас этому циклу, а две недели. То есть спустя некоторое время мы вернемся снова, поговорим о тех Посланиях, которые еще не были обсуждены на этой неделе. Все в свое время обязательно проанонсируем, скоро это уже будет. Ну а сегодня, напомню, с Андреем Сергеевичем Небольсиным, старшим преподавателем кафедры библеистики богословского факультета Православного Свято-Тихоновского Университета мы говорим о трех, сразу трех, параллельно, так уж получается, Посланиях, двух Посланиях апостола Павла к Тимофею и одном Послании к Титу. И вы знаете, что на себя обращает внимание женщин XXI века, то, как апостол Павел здесь уделяет внимание, так называемому, женскому вопросу. Ну формулировка, пришедшая в наш язык еще сиз века XIX. Там у Достоевского, какой роман не откроешь, там женский вопрос. Вот у апостола Павла тоже женский вопрос. И это, конечно же, неслучайно. Смотрите, апостол Павел, во-первых, разбирает: чем женщине надлежит себя украшать, а чем ей не надлежит себя украшать: не плетением там волос, не какими-то там украшениями и прочим, а добродетелями. Дальше, что он говорит: «Жена да учится в безмолвии, со всякою покорностью...» — при чем безмолвие там у него в тексте упоминается аж 2 раза подряд. А дальше особое внимание уделяет вдовам, при чем вдовы у него делятся на две основные категории: вдовы пожилые, которым необходимо сугубо уделять внимание, и вдовы молодые, о которых он своего ученика Тимофея как будто бы даже предупреждает, даже предостерегает его, чтобы молодых вдов он не принимал, ну вообще очевидно не принимал, поскольку они делают вступить в брак и подлежат обсуждению. Потом про этих же молодых вдов правда он пишет ну практически обратное. Итак, я желаю, чтобы молодые вдовы все-таки вступали в брак. Почему такое внимание уделяется женщине, почему такое разделение между вдовами, что это значит?

А. Небольсин

— Да, действительно вопрос резонный. Но, надо понять, что столь многократное упоминание о женщинах, о их роли в церковной жизни, об их жизни вообще, об их статусе, это наоборот нежелание их унизить, или, прости, Господи, поставить их на место, наоборот это признак того, чего никогда не было до христианства, наоборот дать женщине возможность раскрыть свои какие-то потенциалы, самые положительные, в правильное русло направить возможности всех женщин, которые так или иначе к приходской, к общинной жизни привязаны. Наоборот, я вижу в этом очень такое трепетное внимание к миру женщин, к ее проблеме, к ее как бы каким-то сиюминутным заботам, и так далее. Я, наоборот, в этих словах апостола Павла вижу желание помочь, как женщинам конкретно, так и конкретным общинам, приходам, так и христианству, с точки зрения его социального статуса вообще. Можно говорить о том, что это злые слова, что: вот женщин забили, затюкали и так далее. Но, это неправильно. Потому, что так может сказать только тот, кто совершенно не понимает социологии, юридического фона и культурологического фона, а также ментальных контекстов той эпохи того греко-римского мира. Даже в еврейском религиозном мире место женщины было, безусловно, в разы лучше, благодаря прекрасным традициям Ветхого Завета и его замечательным заповедям в разы лучше было положение женщины в еврейском мире, нежели в мире греко-римском, эллинистическом. Особенно тут я перехожу допустим на тему Тита, Тимофей то, как мы говорили, по женской линии восходящей: мама, бабушка, был как раз к еврейскому миру причастен. А вот Тимофей, что мы еще не отмечали про него, он коренной критянин, он чистый эллин, он чистый эллин, он грек, и ничто, кроме этого. То есть традиции греко-римского мира — это вся его жизнь. И вот в этот ужасный мир ему нужно принести, критский ужасный мир ему нужно принести свет Христов, который, как известно, просвещает всех. Так вот, все слова апостола Павла, которые он говорит о женщинах, они нацелены на то, чтобы общинная жизнь первых христиан, включая и поведение женщин в этих общинах и на общинных собраниях, ни в коем случае теми, кто смотрит на эти общины со стороны, не могла бы эта жизнь квалифицироваться, как распутство, как незаконные какие-то, так сказать, манеры поведения, как что-то, что разрушает основы римского социума. Как что-то, что не вписывается в римское право. Почему женщины должны молчать и, обратите внимание, что вовсе не дома, а на собраниях они должны молчать, потому что они глупые? Да совсем нет. Я абсолютно уверен, что все женщины, которые приходили к апостолу Павлу в его общину на собрания, на богослужения, и думаю, что не только на острове Крит или в прекрасном городе Эфесе, ну думаю, что это относится и ко всем Павловым общинам, они были ничуть не тупее своих мужей. Думаю, что бывали случаи, когда они были умнее своих мужей. Мы часто в жизни видим такие ситуации. Но, Павла в данном случае волнует другое. Если женщина на собрании, на богослужении возьмет на себя роль там прорицательнице, увещивательницы, руководителя общины, то это же может иметь резонанс, крайне отрицательный. Тут же на христианскую общину может быть написан донос, что они делают что-то, что совершенно не соотносится никаким положительным образом с римской юридической и социальной традицией. Вот я думаю так. Я думаю, что с точки зрения апостола Павла, из уст апостола Павла это звучит, исключительно как забота о некоем очень таком как бы хрупком социальном равновесии внутри общины, с одной стороны, и между общиной и окружающим ее эллинистическим миром, с другой. Теперь объясняю по поводу вдовиц. Совершенно, с точки зрения элементарной психологии апостол Павел прав. Если вдовица молодая, ну представим себе ситуацию: у какой-то 25-летней молодой женщины, еще красивой, энергичной, в расцвете ее сил, допустим там в 20 сколько-то лет умирает муж, она становится вдовой. Естественно, ее посвящать в этот, так называемый, институт вдовиц, то есть женщин, которые, с одной стороны, выполняют определенное церковное служение, а с другой стороны, находятся на балансе общины, рискованно, потому что какие-то ее, совершенно нормальные и совершенно естественные для такого возраста желания, они ее будут просто уводить в сторону. А зачем уходить в сторону. Как и Спаситель говорил: Никто, возложивший руку на плуг, но при этом оглядывающийся, неблагонадежен для Царствия Божия.

А. Митрофанова

— То есть пусть сначала выйдет замуж.

А. Небольсин

— Вот почему, он не потому говорит, что молодых вдов не брать, потому что вот эти самые молодые вдовы, там: пошла вон, и все, он другое говорит, что: в институт вдов их посвящать нет смысла. А что надо делать? Наоборот, рекомендовать им выходить замуж, пока молоды, создавать семьи, рожать детей, радоваться всем прекрасным моментам семейной жизни. Ну это же правильно. То есть наоборот, апостол Павел проявляет чрезвычайную чуткость и чрезвычайно хорошее понимание того, кто к чему призван, и кто на каком поприще может принести пользу. Он же говорит где-то в этих же Посланиях, в каком-то месте что: вдов от 60-ти лет. Очень высокий, кстати, возраст. Редкий человек в этом мире до этого возраста доживал. Ну вот 60 лет, тогда да, тогда мы посвящаем такую старую женщину. Пожилую, с почетом посвящаем ее в институт вдовиц. А то, что Павел ни в коем случае нигде не хотел унизить достоинства женщин, и не только достоинства, но и реальный их статус, я могу подтвердить буквально несколькими цитатами, так сказать, из других Посланий, из Книги деяний. Что Павел очень ценил женщин, очень ценил их энергию, очень ценил их трудоспособность, очень ценил то, когда их вера могла дать реальные плоды и принести пользу ему, как миссионеру. И сразу привожу несколько примеров, несколько имен: Вся община в городе Филиппе была на начальной стадии основана тщанием одной прекрасной, богатой, деловой женщины, которая все, что могла, вложила вот в это, так сказать, развитие христианской общины, это Лидия, которая занималась таким бизнесом, как торговля Багряницей, то есть очень дорогими пурпурными тканями. Второй пример, уже я упоминал, вот в прошлый раз я приходил к вам, я упоминал друзей апостола Павла Акилу и Прискиллу. Понятно, в древнем мире муж всегда назывался первым, супруга второй. Но, вот исключение: в пастырских посланиях как раз уже апостол Павел их называет иначе: Прискилла и Акила. Очевидно, что Прискилла и муж ее Акила очень проделывали огромную работу, и в это работе, очевидно, у нас есть все основания по крайней мере так предположить, лидерство как раз было за Пискиллой. Вот они наставили на более грамотный, более глубокий богословский путь Аполлоса, который потом с этим багажом пошел, так сказать, проповедовать в коринфской общине. Они очень много помогали апостолу Павлу, как во втором путешествии и так потом он встретился с ними и в третьем. Уже в пастырских этих посланиях Павел, просто помня о них всегда, передает им привет. Что еще могу сказать о женщинах, какие примеры. Ну вот еще пример, пожалуй самый сильный: Послание к римлянам заканчивается 16-й главой, и эта 16-я глава начинается со слов: «Представляю вам Фиву, диакониссу церкви Кенхрейской.», вот она, роль то ее в чем, Павел пишет: принесет письмо, ее принять, полностью, так сказать, условия ей обеспечить, любить, жаловать и отнестись к ней с должным уважением. Вопрос: кто такая была эта, так сказать, Фива, диаконисса церкви Кенхрейской, помимо просто факта, что она была диакониссой? Да, был в древней Церкви такой институт, тоже свидетельствовавший о том, на какую грандиозную высоту христианство подняло достоинство женщины. Так вот, по поводу Фивы, диакониссы церкви Кенхрейской, вы что думаете, что она была простым почтальоном, что она была курьером! Да она не доехала бы, так сказать, до Коринфа, до Рима, если она была бы простым человеком. Это безусловно был человек, обладающий римским гражданством, высоким социальным статусом, всеми полномочиями. То есть никой патрульный пост, останавливая ее на каких-то дорогах от Коринфы до Рима, в случае, если ее останавливают, ее отпускают сразу, потому что она сразу могла о себе засвидетельствовать, что она человек высокого статуса. И таких людей Павел уважал и давал им очень важное, просто жизненно важное поручение. Ну плюс вспоминаем, чем заканчивается Послание к филиппийцам. 4-я глава там, соответственно, уже там Павел в конце Послания к филиппийцам дает определенные, чисто нравственные указания, и вот там звучит такая фраза, да, где Павел предлагает всем христианам иметь мир между собою. Понятно, вроде рекомендация общая, но обратите внимание на два женских имени. Кстати, об этих женщинах мы, увы, практически ничего не знаем. Вот Павел говорит, что: христиане должны иметь мир между собой, и добавляет: «Умоляю Еводию, умоляю Синтихию думать то же самое о Господе». Понимаете, ну этим сказано все. То есть, если бы Еводия и Синтихия были бы просто двумя дамочками, которые, так сказать, поссорили бы о том, у кого там заколка красивее там, или опять же вы про плетение волос вот привели непосредственно цитату, что да: у кого волосы красивее заплетены, да Павел просто внимания на это не стал бы обращать. А тут он, обратите внимание, он им не приказывает, ни что-то такое резко говорит: Умоляю о Господе иметь мир. От нас скрыто, на что, на какую проблему у Еводии и Синтихии оказались разные взгляды, но как же Павел их ценит, что он их умоляет. Очевидно, их расхождения серьезные. Но, Павел то какую чуткость к ним проявляет. Нет, Павел очень уважал женщин, очень ценил достоинство женщины. И я думаю, что это безусловно характерно для всего раннего христианства. И мы можем утверждать, что раннее христианство достоинство женщины в любом качестве и с любой точки зрения возвело на такую высоту, на какую ни один другой цивилизационный тип, ни одна другая какая-то религиозно-философская система никогда, ни одна мировоззренческая какая-то идея не возносила на такую высоту. Я это утверждаю.

«Светлый вечер» на Радио ВЕРА

А. Митрофанова

— Андрей Сергеевич Небольсин, старший преподаватель кафедры библеистики богословского факультета Православного Свято-Тихоновского Университета проводит с нами этот «Светлый вечер». Не так много времени у нас остается, а вопросов то ах, ах, как много. Андрей Сергеевич, помимо, собственно, вот этой женской темы, которую апостол Павел поднимает, мне кажется, для него еще она тема важна, господа, ну для него все важно, но вот что, мне кажется, выделяется в его текстах в социальном измерении: господа и рабы.

А. Небольсин

— Да.

А. Митрофанова

— И он призывает господ быть по отношению к своим рабам осмотрительными, ответственными, заботливыми. А рабов призывает: «почитать господ своих достойными всякой чести.».

А. Небольсин

— Да.

А. Митрофанова

— То есть находясь под игом, как он это называет, они должны почитать господ своих достойными всякой чести. Вы знаете, вот опять же, вот опять же, я понимаю, что в идеальном мире, наверно, все это очень здорово и хорошо. Но, мир то не идеален. И мир античный, он тоже был очень разным. Были какие-то люди добросердечные и просвещенные, а были люди, как, простите, выражаясь словами Пастернака, да, кормили, там какие-то извращенцы, которые кормили своих диких рыб в бассейнах мясом ученных рабов. То есть к этим людям могли попасть в рабство самые разные личности. Да в общем даже не важно. Было у человека образование, не было у человека образования, просто жестокое обращение с людьми, это же страшно. То есть хорошо, когда господа, там знаете, условные такие «Аббатство Даунтон», они такие все утонченные, образованные, добрые. А когда это какое-нибудь извращение.

А. Небольсин

— Пожалуйста, «Унесенные ветром», другой пример.

А. Митрофанова

— Да. И что? И вот понимаете, допустим какой-нибудь жестокий и там насильник, или убийца, или там, не знаю, свои похоти, через других людей реализующий человек, вот твой господин, и тебе апостол Павел такое говорит: «Почитай господ своих достойными всякой чести.».

А. Небольсин

— Да. Но, давайте вспомним, что все-таки апостол Павел это говорит о том, когда скорей всего, как мы из контекста можем понять, речь идет о ситуации, когда и господа, и рабы являются христианами.

А. Митрофанова

— А. то есть все-таки «Аббатство Даунтон» у нас, понятно.

А. Небольсин

— Да, да, да. То есть, нет, понятно, что люди разные, и господин, принявший христианство, может быть жестким, и раб, принявший христианство, а вы вспомните, что крестились домами.

А. Митрофанова

— Да.

А. Небольсин

— Такой-то — такой-то и весь дом такого-то — такого-то. Крестился Корнилий (Сотник) и весь дом его. Там: приветствую там Стефана и Хлою там, Павел говорит: Крестил я Стефана и весь Стефанов дом. То есть крестили то вместе со всем как бы домашним набором действующих лиц. И предполагаю я что со стороны их рабов это было совсем недобровольно, а, ну скажем так, за послушание. Поэтому понятно, что и со стороны рабов реакция была, могла быть разной. Вопрос, который вы ставите, он совершенно правильный. Но, надо понимать, что он не на столько острый, как в целом ряде художественных произведений, в литературе там, допустим XVIII — XIXвека и так далее. То есть не стоят перед нами такие проблемы. Как, допустим там Бичер- «Хижина дяди Тома». Это совсем другая история. Все-таки здесь речь идет о домах, об имениях, о поместьях хозяев-христиан. И там рабы. Опять же, примерно немножко похоже на то, что я о женщинах говорил. Почему даются указания те или иные? Потому, что нужно сохранить это очень хрупкое социальное равновесие и сохранить его так, чтобы не получить порицания от посторонних. Доброе свидетельство от внешних всегда должна иметь и христианская община, и христианский пастырь. И, конечно, в этом смысле да, рабам дана некая задача: оставаться послушными. При чем искренне, по-доброму, а не просто так как бы чисто формально. Но, и у хозяев, господ есть своя задача: видеть в своих рабах, раз они тоже христиане, значит образ Христа ты должен в нем увидеть. Но, вы поймите, что Павел не может сказать, вот это все наши слушатели должны это усвоить, ну Павел не может сказать, дать такой приказ и написать лозунг такой в своем Послании, в своем письме: все господа, ну кто христиане, даю вам указание: сегодня же срочно освободите своих рабов. Нельзя категории гуманизма нового и новейшего времени применять к греко-римскому миру середины I века нашей эры. Наоборот, мы видим во всех Посланиях апостола Павла что римскую систему юридическую и римскую социальную структуру, вот этот вот каркас, этот скелет общества, эту основу, на которой все держится, он бережет. Это для него незыблемая ценность.

А. Митрофанова

— Я бы, знаете, здесь что еще отметила. Именно апостол Павел вносит грандиозный вклад в тот процесс, который запускается с распространением христианства и приводит в итоге к отмене рабства.

А. Небольсин

— Да.

А. Митрофанова

— Поскольку все люди, каждый человек ценен в Божиих глазах, все мы рядом друг с другом равноценны в Божиих глазах, вне зависимости от уровня образования, социального статуса.

А. Небольсин

— Как только что сказали, образ Христа один и тот же. Христос в душе каждого из нас один и тот же, хотя бы потому, что душа по природе христианка.

А. Митрофанова

— Да. И это, конечно, огромное достижение и заслуга апостола Павла. Может быть тот мир, в котором он проводит свою земную жизнь, к этой мысли и не готов, совершенно не готов. Но, то, как этот мир меняется, конечно, заслуга апостола Павла.

А. Небольсин

— Вне всяких сомнений.

А. Митрофанова

— Буквально вот у нас одна минута остается, хотела тоже обратить внимание, в этом Послании к Тимофею, в I Послании к Тимофею апостол Павел еще говорит про епископов: что они должны быть мужем одной жены, что они должны быть благочестивы, что они. ну это как, ни секрет: в то время епископы были женаты.

А. Небольсин

— Да.

А. Митрофанова

— Это сейчас они монашествующие в нашей традиции, а тогда они были, вполне возможно, там могли быть женатыми людьми. И как важно, чтобы они прежде, чем возглавлять Церковь, научились управлять собственным домом.

А. Небольсин

— Да, это верно. Но, тем не менее, вы поймите, что когда мы говорим о епископах, читая эти два Послания: I к Тимофею и к Титу, то речь идет о других епископах. В данном случае термином «епископ», как может быть не парадоксально покажется для современного незадачливого читателя, называется, скорей всего священник. Да, да, да. Не удивляйтесь, просто священник. Но, про него действительно вот говорится все то, что вы сейчас сказали: что мужем одной жены, следящий за детьми, хорошо держащий дом, не пьяница, не убийца, не сварлив, не корыстолюбив, и так далее, это все совершенно правильно. Но, в данном контексте нет сомнений что епископ — это так называется священник. А епископы в том значении, как мы сейчас применяем этот термин, то есть архиереи, кто это?

А. Митрофанова

— Апостолы.

А. Небольсин

— Это те, кому он пишет письмо, адресаты: Тит и Тимофей. Они имеют то полномочие, которого простые архиереи, то есть священники, то есть пресвитеры, а здесь они названы епископами не имеют, а именно рукоположения. Тимофею апостол Павел говорит: «Рук ни на кого не возлагай поспешно.». Не должен быть новообращаемый пресвитер из новообращенных. В данном случае епископом он называется. Титу он говорит: Для того я и оставил тебя на Крите, чтобы ты завершил там дело и поставил бы везде там вот пресвитеров, и так далее. Он рукополагали других. То есть вот они — епископы в смысле нашего современного словоупотребления. Ну а по поводу, раз уж вы просто так коснулись этого, что женатый епископат, архиерейство женато, так это было еще несколько веков, это еще несколько. В древности да, это было нормально. Кстати, вот я не могу ответить на вопрос, и думаю, что никто не сможет ответить на вопрос. в виду отсутствия точных указаний в источниках, а были женаты сами Тимофей и Тит. Я не берусь давать точный ответ на этот вопрос. Но, все, что им пишет Павел, это очень и очень интересно.

А. Митрофанова

— Вообще сама тема: с кем переписывается апостол Павел, оказалось такой богатой, бездонной и наполненной такой любовью, что ее хочется продолжать. Поэтому, дорогие слушатели, напоминаю, хоть сегодня и пятница, но сегодня не конец нашего цикла бесед «С кем переписывается апостол Павел». Спустя две недели мы снова выйдем в эфир и продолжим разбирать Послания апостола Павла и его адресатов, и те вопросы, которые апостол Павел в своих текстах поднимает. Андрей Сергеевич Небольсин, старший преподаватель кафедры библеистики богословского факультета Православного Свято-Тихоновского Гуманитарного Университета был в нашей студии. Андрей Сергеевич, огромное вам спасибо.

А. Небольсин

— Всегда с удовольствием. Всего доброго.

А. Митрофанова

— Я, Алла Митрофанова, прощаюсь с вами. До свидания.

---

Все выпуски программы Светлый вечер

• «Псковская иконописная традиция». Лилия Евсеева
• «Жизнь с Богом». Евгений Чесноков
• «Музей русской иконы». Сергей Богатырев

---

Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов