Поделиться
Милосердие, благотворительность, сострадание — смысл этих слов не стирается со временем. Образцы бескорыстного служения людям известны ещё с незапамятных времён. И правящее сословие сыграло в этом благородном движении далеко не последнюю роль.
В четвёртом веке от Рождества Христова в Кампании — одной из областей Италии жил юноша: красивый, умный, образованный. Он был так одарён природой, что в 20 лет стал сенатором. Потом правителем Кампании. А в 25 принял Христа и крестился. Молодого человека звали Понтий Мероний Павлин.
Он был счастливо женат на женщине по имени Тарасия. Супруги вели благочестивый образ жизни. Вот только детей у них не было. Но они брали в свой дом сирот и не могли пройти мимо нищего, не подав ему милостыню. А потом случилась беда. Тарасия родила ребёнка, но он умер, прожив всего несколько дней. Убитые горем супруги решили начать новую жизнь. Они продали всё своё имущество, а деньги раздали бедным. Добровольная нищета стала уделом Павлина и Тарасии. Как-то пришёл к ним голодный человек и попросил хлеба. Павлин сказал жене: «Нам поможет Бог, а мы не пожалеем дать просящему ради Бога». Но Тарасия не послушалась и нищий ушёл ни с чем. А вскоре Павлин узнал, что один из его друзей отправил ему морем несколько кораблей, один из них с провизией. И именно этот корабль утонул. Павлин заметил тогда Тарасии: «Только по причине скупости многих Бог погубляет их имущество».
Супруги не хотели оставаться в городе, где всё напоминало им об умершем младенце. Они уехали в Испанию, где Павлин стал священником. Его друзья не понимали, ради чего преуспевающий человек оставил престижную должность, раздарил своё состояние, да ещё уехал в какую-то глушь. Даже наставник Павлина, который хорошо знал своего ученика, прислал ему письмо, полное недоумения. Но Павлин не собирался возвращаться. По его новому дому бегали приёмные дети и как раньше супруги помогали бедным.
Спустя годы супруги вернулись в Италию. Павлин принял сан епископа. Это было в городе Нола. Но даже заняв столь высокую должность, Павлин не стал богачом. Он по-прежнему раздаривал деньги, кормил нищих, содержал вдов и сирот. За что получил прозвище Милостивый.
Когда страну завоевало африканское племя вандалов, многих итальянцев угнали в рабство. Павлин отдавал всё что мог, чтобы выкупить пленных. А когда отдавать стало нечего, предложил в качестве выкупа себя. Он отправился в Африку, пришёл к князю, у которого жили пленные и предложил ему этот фантастический обмен. Князь согласился. Павлин остался у него, работал простым садовником. Однажды он попросил своего хозяина предупредить царя этой страны, что скоро его свергнут с престола. Царя поразило предсказание, тем более, что он видел сон, в котором его судили, а обвинителем был именно Павлин. Садовника тут же освободили и отпустили с миром, предложив взять с собой всё, что он пожелает. Павлин хотел только одного: чтобы всех, кого пригнали из Кампании, отправили домой вместе с ним. Это желание было исполнено.
Епископ вернулся в Нолу и до конца своих дней помогал бедным. Умер он в 431 году. Интересный факт: именно Павлину приписывают изобретение церковных колоколов. В преданиях записано, что ему приснилось, будто он ходит по полю среди цветов, берёт в руки колокольчик и вдруг раздаётся мелодичный звон, а за ним голос: «И ты сделай так». Павлин проснулся, пошёл к кузнецу и попросил его отлить колокола по форме напоминающие колокольчик. Когда всё было готово Павлин стал использовать их в церковных богослужениях.
Колокола по сей день выполняют миссию, ради которой в руках Павлина Милостивого они запели в первый раз. Их звон и тогда и сейчас отгоняет от сердец чёрствость, напоминая людям о том, что нужно спешить делать добро.
Все выпуски программы Имена милосердия
Псалом 136. Богослужебные чтения
Поделиться
В жизни всякого из нас бывают такие моменты, когда внутри горе, ощущение потери или просто усталость, а окружающие ждут от тебя веселья и радости. Начальник ждёт, что ты будешь бодрым и креативным. Друзья зовут развлекаться. Родственники говорят: «Не кисни, улыбнись, всё нормально». И даже батюшка в Церкви напоминает: «не унывай, ведь сам апостол Павел говорил „всегда радуйтесь“». Но ты всем сердцем чувствуешь, что если сейчас будешь изображать радость, то предашь что-то очень важное внутри себя. Псалом 136-й, который звучит сегодня за богослужением в православных храмах, — это яркий пример того, что делать в подобной ситуации.
Псалом 136.
[Давида.]
1 При реках Вавилона, там сидели мы и плакали, когда вспоминали о Сионе;
2 на вербах, посреди его, повесили мы наши арфы.
3 Там пленившие нас требовали от нас слов песней, и притеснители наши — веселья: «пропойте нам из песней Сионских».
4 Как нам петь песнь Господню на земле чужой?
5 Если я забуду тебя, Иерусалим, — забудь меня десница моя;
6 прилипни язык мой к гортани моей, если не буду помнить тебя, если не поставлю Иерусалима во главе веселия моего.
7 Припомни, Господи, сынам Едомовым день Иерусалима, когда они говорили: «разрушайте, разрушайте до основания его».
8 Дочь Вавилона, опустошительница! блажен, кто воздаст тебе за то, что ты сделала нам!
9 Блажен, кто возьмёт и разобьёт младенцев твоих о камень!
Только что прозвучавший псалом — это плач. Иерусалим разорён, храм уничтожен, людей увели в Вавилонский плен. Они сидят у рек Вавилона и плачут. А захватчики, их новые господа, говорят им: «Спойте нам что-нибудь весёлое из ваших песен». Даже если это сказано без угрозы, спокойно и вежливо, это издевательство. А потому и отвечает псалмопевец: «Как нам петь песни Господа на чужой стороне?» Он не говорит, что Бог оставил их и теперь они не будут Его славить. Он говорит, что есть вещи, которые нельзя делать по заказу. Нельзя смеяться, когда больно. Нельзя делать своё сокровенное развлечением для чужих. Поэтому евреи молчат. Как говорится в псалме, они вешают свои арфы на ветки вербы. И это не слабость и не бунт. Это единственный достойный ответ.
Решение проблемы не в том, чтобы поднять восстание и начать мстить. И не в том, чтобы заставить себя улыбаться и угодничать. Автор псалма предлагает иной выход. «Если я забуду тебя, Иерусалим, пусть отсохнет моя правая рука», — говорит он. Он предлагает обратиться к памяти. Предлагает погрузиться в своё сердце и побыть там со своей болью, отдать её Богу. Даже если это молчание неудобно для окружающих. И арфы зазвучат в полный голос лишь тогда, когда плен закончится. До этого момента надо просто правильно погоревать.
К примеру, поэт Анна Ахматова не эмигрировала, когда Россия провалилась в хаос. Вместе с другими простыми людьми она оказалась в своего рода Вавилоне. Своя страна превратилась в чужую, враждебную землю, где правил не Бог, а «кровавые сапоги» и «чёрные маруси». У стен следственного изолятора «Кресты» она провела «семнадцать месяцев в тюремных очередях». Тогда одна женщина спросила её: «а это вы можете описать?» Так появился «Реквием». Поэма была написана в конце 30-х, но опубликована лишь в 1987 году, через 21 год после смерти её автора. Долгое время Ахматова хранила молчание. Она помнила своих погибших, свой народ, свою правду. Носила это в себе, покорно проживала свою боль. При жизни она не проронила ни слова. И мы понимаем, что это не предательство и не малодушие. Мы понимаем, что её душа проявила огромное мужество. И её молчание спасло её голос для вечности. Подобно псалмопевцу она не забыла свой Иерусалим. Как сама она писала в конце поэмы: «Затем, что и в смерти блаженной боюсь / Забыть громыхание чёрных марусь, / Забыть, как постылая хлопала дверь».
Так и в простой жизни. Порой стоит просто прожить свою боль, свои терзания, да и обычное плохое настроение, не подстраиваясь при этом под окружающих. Не стоит выливать на людей свой гнев, но вместе с тем, не всегда следует натягивать улыбку, когда нас просят быть весёлыми. Или делиться сокровенным, когда не хочется. Или изображать активность, когда не можется. Достаточно просто сказать человеку: «Прости, но прямо сейчас не могу». Используя образ псалма, иногда лучшее, что можно сделать со своей арфой, — это повесить её на дерево и помолчать. Наши слёзы, наша память, наша усталость — это не товар и не развлечение. Мы не обязаны выставлять это на всеобщее обозрение, вываливать на других. Порой это то, что необходимо оставлять себе и Богу.
Но есть здесь и очень важная обратная сторона. Если мы так бережно относимся к себе, необходимо учиться так же бережно относиться и к окружающим. Не лезть им в душу, не тыркать их своими назойливыми просьбами, не давить их нашими собственными принципами и представлениями. Порой человека просто нужно оставить в покое. Внутренний мир намного важнее, чем наши даже самые значимые общественные проекты. А для того, чтобы понимать другого человека, необходимо учиться горевать своё собственное горе. Уметь уединяться и проживать собственные тяжёлые чувства. И делать это не в гордом одиночестве. Но наедине с Богом.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Личное восприятие «Исповеди» блаженного Августина». Владимир Легойда
Поделиться
У нас в студии был председатель Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ, член Общественной палаты РФ Владимир Легойда.
Наш гость поделился личным восприятием книги «Исповедь» блаженного Августина, в частности, разговор шел о том, чем это произведение похоже на автобиографию, а чем принципиально от нее отличается, каким образом биография может быть рассказана в форме притч, а также как связаны поиск Бога и поиск себя.
Этой беседой мы продолжаем цикл из пяти программ, посвященных книге «Исповедь» блаженного Августина.
Первая беседа с Константином Антоновым была посвящена истории религиозного обращения блаженного Августина (эфир 16.03.2026)
Ведущий: Константин Мацан
Все выпуски программы Светлый вечер
Символ-опера «Святой благоверный князь Александр Невский». Сергей Проскурин
Поделиться
Гостем программы «Светлый вечер» был главный дирижёр Русского камерного оркестра, Рязанского государственного оркестра, детского оркестра «Движение первых» Сергей Проскурин.
Разговор шел о музыке, вере, истории, а также о символ-опере «Святой благоверный князь Александр Невский».
Все выпуски программы Светлый вечер
