“Отношения поколений в семье”. Семейный час с Туттой Ларсен и протоиереем Артемием Владимировым (01.10.2016)

Артемий Владимиров (01.10.2016) - Часть 1
Поделиться
Артемий Владимиров (01.10.2016) - Часть 2
Поделиться

прот. Артемий Владимиров2У нас в гостях был духовник Алексеевского женского монастыря в Москве протоиерей Артемий Владимиров.

Разговор шел о том, почему в семьях зачастую возникают конфликты и непонимания между поколениями, как настраивать правильную атмосферу внутри семьи и есть ли возможность научиться мирно сосуществовать разным поколениям.

 

 


Т. Ларсен

– Здравствуйте друзья, это «семейный час» с Туттой Ларсен на радио «Вера». У нас в гостях протоирей Артемий Владимиров, духовник Алексеевского женского монастыря в Москве, член патриаршего совета по вопросам семьи и защиты материнства, педагог, член союза писателей. Здравствуйте.

А. Владимиров

– Приветствую вас, дорогие друзья.

Т. Ларсен

– В общем, с каждым разом все более и более, такие неоднозначные с одной стороны, и с другой стороны глобальные темы подкидываю вам батюшка. Сегодня хотелось бы поговорить об отношениях между поколениями то, что называется, наверное, проблема отцов и детей. Хотя для меня, это гораздо более широкая тема. И она, что называется в среде блогерской, такая «холиварная». То есть эта тема вокруг которой сразу начинают ломаться копья, начинают чаще биться сердца. Люди очень резко и ярко реагируют на эту тему, потому что действительно, не одно столетие, а может быть и тысячелетие, дети пытаются оторваться от родителей, и начать какую-то новую жизнь. В итоге приходят сами, к тому, что становятся отцами и начинают конфликтовать с собственными детьми.

А. Владимиров

– А, я еще заметил по своему маленькому опыту прямых эфиров в некоторых радиостанциях, что сердца наших радиослушателей сегодня содержат столько статического электричества и какого-то эмоционального тратила, что зачастую и тема не важна, был бы повод скрестить эти копья.

Т. Ларсен

– Тем более, что тему сегодня мы предлагаем как раз, на почве которой исторически копья скрещиваются очень давно. Вообще, мне кажется, что эта тема отрыва молодого поколения от старого она, наверное, как-то даже биологически, эволюционно обусловлена, да.

А. Владимиров

– Может быть и так. С другой стороны, когда мы смотрим на мир природы, лес, подлесок, кустарники, трава. Мы даже проходили в школе симбиоз, взаимное восполнение, содружество сложных, простейших микроорганизмов. Есть и идея гармонии, в этом смысле человек поистине парадоксальное существо который часто разрывает связи ко вреду для себя, в то время когда должен пользоваться молодой человек мудростью, старого. Его жизненный опыт пожилого аксакала, является своего рода путевкой в жизнь для подростка, есть о чем поговорить.

Т. Ларсен

– Ну, вот вы говорите о мире природы, а ведь в природе задача старшего поколения, родителей научить детенышей выживать и охотиться, а дальше все млекопитающие расстаются со своими родителями.

А. Владимиров

– Это как раз, англо-саксонская культура. Ребеночка довести до Итон колледжа, и затем путь им out, выплывай, как знаешь при стартовом капитале. Идея христианская, и может быть сугубо Русская, на мой взгляд. Если вспомнить опыт нашего Архангородского патриархата, где никогда не было крепостного права, мы даже помниться затрагивали эту тему. Русская изба в которой прекрасно сосуществовали три, если не четыре поколения. При том, что каждый из них имел свой спектр задач, свое русло. И я часто над этим размышляю, потому что нельзя с вами не согласиться, это «притча во языцех», век нынешний, век минувший. И меня как священника вращающегося в гуще народной жизни, часто поражает как самые близкие и родные друг другу люди смотрят зачастую, под разными углами зрения на одну и туже проблему. И для людей оказывается справедлив закон Ньютона, действию равно противодействие. Взаимное притяжение и отторжение как будто бы равновеликие векторы.

Т. Ларсен

– Ну, та ситуация о которой вспомнили вы, об Архангородских крестьянах она была актуальной, если так можно выразиться, и исторически, и социально. Именно в эпоху, когда люди жили на земле, возделывали свое хозяйство, жили жизнью крайне медленной. В жизни могло десятилетиями ничего нового не происходить и они жили по какому-то календарю, своего сельскохозяйственного взаимодействия с природой. И поэтому действительно там старшее поколение могло научить младшее чему-то, что им пригождается, что для них является полезным, актуальным и необходимым на сегодняшний день. В наше время все меняется настолько быстро, что старшее поколение, ну даже не деды, а отцы зачастую не успевают за тем, чем живет сегодня молодежь. Не понимают этого , не хотят с этим взаимодействовать. Да вот куда далеко ходить, мой личный пример. Когда у меня родился первый ребенок, я очень увлеклась идеями естественного родительства, который на самом деле крайне древний и патриархальный. Но, нас всех растили по СПОКУ, по новым каким-то психологическим и советским вообще канонам воспитания. И моей маме, например, было страшно тяжело понять и принять тот факт, что я не кормлю младенца по часам, и не укладываю его спать по режиму. А, что я кормлю его по требованию, когда ему хочется и спит он со мной в одной постели, и ношу я его на ручках, а не вожу в коляске. Примотаю к себе, как какая не будь крестьянка и таскаю его за собой. И маме моей было очень тяжело с этим смириться, она считала, что я уродую ребенка, что я его балую и прочу ему вообще все будущее. Но надо сказать, что глядя на то, как мы с ним сосуществуем вместе, она эти новые, которые на самом деле забытые старые, систему отношения с младенцем приняла и поняла. И, в общем-то, конфликт наш очень быстро сгладился на этой почве, но мне просто очень повезло с тем, что у меня может быть какая-то очень гибкая и продвинутая мама. Но, вот даже сейчас, общаясь с огромным количеством молодых мам, я постоянно сталкиваюсь с тем, что они вступают в конфликт с бабушками, с мамами по вопросам воспитания младенцев. Потому, что у нас было так, а у вас все не так, и это значит, что у вас неправильно. Но, потом на поверку оказывается, что в каких-то вопросах современных, молодое поколение куда более подковано и компетентно чем взрослые. И получается, что это мы учим наших родителей, сидеть в компьютере, пользоваться Skype, путешествовать по миру, арендуя жилье через нормальные сайты, а не через какие-то жуткие агентства которые берут огромную комиссию. То есть мы открываем для них какие-то новые вещи, а вовсе не они для нас, как-то все перемешалось.

А. Владимиров

– Да, безусловно. Хотя перечисленные вами аспекты относятся все-таки больше к форме, чем к содержанию. Я вчера был приглашен, посетить одну детскую выставку, живописную. Детский примитив, рисуночки, коля моля, но заботливо мамашей художницей вывешены на стенки, по существу личная, авторская выставка малыша 4-х летнего. И пришла затем бабушка, член Союза художников России, и наблюдал как раз все эти тонкие взаимосвязи. Нужно добавить, что советское время воспитало особый тип женщины. Гиперактивная бабушка, которая привыкла, наедятся только на свои руки, на свою динамику. Если я не позабочусь о своем доме, то кто позаботиться о нем. И все было бы прекрасно, каждая бабушка, маленькая Енисейская гидроэлектростанция. Если бы не одно, сейчас я говорю не о вашей замечательной маме, имя которой хотелось бы узнать.

Т. Ларсен

– Елена Михайловна.

А. Владимиров

– Елена Михайловна. Мне тоже повезло и с мамой, и с тещей. Если бы не одно обстоятельство, иногда парадоксальный недостаток такта, деликатности, какого-то понимания, что молодая семья это все-таки некое целое, самодостаточное целое.

Т. Ларсен

– Ну, погодите, сейчас вы опять транслируете абсолютно англо-саксонскую ценность, про личное пространство и его неприкосновенность.

А. Владимиров

– Нет. Я в данном случае, только хочу сказать, что многие конфликты провоцируются неумением сосуществовать в мирном пространстве, где каждый может стушеваться, прекрасное слово Федора Михайловича Достоевского. Но, когда мама врывается как слон в посудную лавку, в молодую семью. Тут у тебя занавески повешены неправильно, что это за сушилка, нужно на расстеленном махровом или бумазейном полотенце сушить тарелки и плошки, поварешки. Когда она едва ли не засовывает свой носик не римский, и не греческий в супружеский балдахин, конечно тут-то пружина может, сдавленная, вдруг так разжаться, что мало не покажется.

Т. Ларсен

– Ну, погодите, а в этих архаичных семьях, когда все жили под одной крышей, и вообще вопросов не возникало, а как тарелки стоят. А как старшая мать сказала, там женщина в семье, и так они и будут стоять. Там вообще не о каком пространстве, для взращивания своего садика у молодой семьи речи не шло.

А. Владимиров

– Ну, я к сожалению не могу перескочить в 16-17 век.

Т. Ларсен

– То есть все-таки сегодня, это уже устаревшая форма взаимодействия между поколениями.

А. Владимиров

– Могу только возвращаясь к этике и к устроению человеческой души сказать, что человек интеллигентный, так как мы это понимаем по Чехову, по Тургеневу. Это человек, с мягкой сердечной фактурой. Он, кстати Иван Сергеевич в своих «Записках охотника» дает нам прекрасные русские типы. И речь идет не об образовательном статусе, и не о сословной принадлежности, но об умении уступить место, об умении почувствовать молодого человека, примениться к нему. И думается, что максимализм, категоричность старшего поколения, не умение действовать по принципу Владимира Путина, «айкидо». Принять удар, чуть-чуть отступить в сторону, является причиной многих, семейных драм. И мне очень жалко как священнику, что часто невестки и свекрови, зятья и тещи. Зачастую дочки и матери почему-то не умеют по человечески выстраивать свой мир. А жизнь короткая такая, и она превращается в первый круг ада, когда это бесконечные «контры», простое становится сложным, и вместо круговой поруки любви и добра, идет война алой и белой розы.

Т. Ларсен

– Вы слушаете «Семейный час» на радио «Вера», у нас в гостях протоирей Артемий Владимиров. Говорим об отношениях между поколениями, и о том, что сегодня граница между молодыми и старыми, старшими и младшими очень сильно размыта. Потому, что если раньше мудрость поколения, очевидно, передавалась от старших к младшим, то сейчас зачастую молодое поколение оказывается не только более подковано в каких-то вопросах, даже бытовых современной жизни, но и действительно мудрее в плане выстраивания отношений. Потому, что наши советские родители, им никогда в голову не приходило сходить к психоаналитику, или священнику чтобы разобраться в своих семейных отношениях. Все мучаются и я мучаюсь. Вышла замуж не по любви, ну а что делать, плохонький а свой. Будем так жить и мучится, и вот продолжаем так жить и мучиться. А чему мы научим своих детей? Тому как можно мучится в семье, а не тому, как строить в них отношения. И сегодня молодых, это не очень устраивает. Нам хочется более гармоничных отношений, нам хочется более крепкой семьи. Нам хочется не повторять ошибок своих родителей. Но, тут они приходят в наш дом, и как вы говорите, начинают свой не греко-римский нос совать во все наши дела, и учить нас жить. Это как в том анекдоте, эти люди запрещают мне ковырять в носу. Чему меня может научить моя мать, если у нее три брака за плечами и она одинокая женщина. Почему она должна меня учить, как мне строить отношения с моим супругом. Если у нее опыт в этом вопросе не удачный. И мне в этом вопросе, или какой-то там гипотетической женщине, другой, молодой. Очень трудно принять от мамы, какие-то советы и рекомендации, данные тем более в некой категоричной форме. Как надо, а у тебя все не так. Притом, что на деле я вижу, что эти принципы не сработали в ее жизни.

А. Владимиров

– Безусловно, с другой стороны, и родителей и детей не выбирают. Чем старше мы становимся, я вот смотрю сегодня на свою маму старенькую 84 летнюю. Я привык, что она всегда молодая, красивая, сильная, золотая медалистка, всю жизнь преподавала физику в Энергетическом институте. Поднимала нас, троих братьев, мы братья близнецы. Один филолог, другой пианист, и правую и левую грудь у мамочки задействованы. А сейчас я вижу, что она настолько, нуждается даже мимолетном прикосновение руки сына, в его улыбке. Видно, что мы меняемся местами, и родители становятся немного детьми, даже в непосредственности своих реакций. Какая-то детская, обиды, или просто невинная радость. Вижу, что круг жизни вращается как гончарный и безусловно, есть у меня наблюдение, как у пастыря. Что если детям хватает ума и мудрости выстраивать с родителями, как бы не были они ограничены, не совершенны, в духе хоты бы Лавровской дипломатии. Но, еще лучше той подлинной сердечности и теплоты, которая вовсе не предполагает беспрекословного повиновения, особенно какого-то рабства. Если дети, чувствуют вот эту пуповину, чти отца и матерь свою, то есть плати благодарностью, признательностью за самый дар жизни. Они могут вовремя спрятаться в свою норку, не подаваться на провокации. Но, вот эта теплота любви, выражающаяся в умении ладить. Это действительно большое искусство и залог того, что Бог зримо свою десницу кладет на ваше чело. И вы чувствуете содействие той таинственной силы, которая именуется благодатью. И мне, во всяком случае, как священнику уже не молодому, очень хочется не насильственно, вложить и в своих питомцев школьников, и молодежь, которая клубиться сегодня на исповеди в жажде от батюшки, этого не было у наших родителей. Получить какой-то спасительный совет, очень хотелось бы вложить этот импульс, ту инъекцию, этот эликсир. Уметь общаться так, чтобы будни превращались в праздник, чтобы оставаясь при своем не согрешать хамоватостью. И уметь, такое есть прекрасное выражение «покоить седины моих родителей».

Т. Ларсен

– Ну, а где же этому научится? Ну, хорошо не все повезло иметь в духовниках такого прекрасного пастыря как Артемий Владимиров, который об этом задумывается.

А. Владимиров

– У вас розовые очки

Т. Ларсен

– Да. Ну, я констатирую факт. Вы говорите, что вы об этом задумываетесь и стараетесь этому научить своих прихожан. Большинству из нас, этому негде научится. И вот эта заповедь «чти отца и мать…», она дается с большим трудом. Потому, что если раньше, это было такое очевидное повиновение. Беспрекословное, в те времена, когда эта заповедь собственно давалась. То сегодня, потому что, если раньше, это было такое очевидное повиновение, беспрекословное, в те времена, когда эта заповедь собственно давалась. То сегодня, вы правы, родители себя чаще ведут как дети. И чаще бывают капризными, вредными, что-то делают исподтишка, провоцируют, манипулируют внуками, манипулируют там супругами в паре, ну и в общем всячески

А. Владимиров

– Все издержки советского воспитания.

Т. Ларсен

– Да. И всячески пытаются утвердиться за счет какого-то, такого совершенно необязательного главенства в семье. И завоевать любовь, какими-то такими очень жесткими методами. Вот я тебе все отдала, я тебя растила, ночей не спала, копейку последнюю тебе отдавала. Я хочу того же в замен, отдай мне все. А я не могу, у меня есть муж, я хочу дать ему, у меня есть дети, я хочу дать им. У меня есть профессия любимая, куда тоже надо часть своей души вложить, потому что я хочу приносить пользу обществу. И получается, что тот человек, которого ты должен безоговорочно любить и почитать, неудовлетворен той любовью и почитанием, которое ты можешь дать, а большего ты дать не можешь.

А. Владимиров

– Вы описываете, конечно, такую с психологической точки зрения непростую ситуацию. Где помочь может только Всевышний. И действительно мы начали нашу передачу с того, что уже не уложишь прокрустово ложе, не учебника математики, ни этики. И зачастую, когда твоих нравственных сил и мудрости не хватает, и ты не понимаешь как реагировать на определенные провокации. Вот как сложно сейчас, возвращаюсь опять к большой политике, выстраивать отношения с господином Керри, госдепартаментом, Пентагоном который по-моему не дружит не только с разумом, но и с другом. И я поражаюсь наблюдая за некоторыми персонажами, нашего высшего эшелона. Поражаюсь их выдержке, умению идти к поставленной цели и не сжигать мосты. Вот вы назвали меня, забыл, каким-то добрым словом. Но чувствую, попади я в эти коридоры власти, наверное занялся бы кикбоксингом с Самантой Пауэр, хотя впрочем на женщину руку поднять не могу.

Т. Ларсен

– Ну, так что же делать нам, кто хотят почитать своих родителей, но не понимают где же почерпнуть этот необходимый жизненный опыт, эту выдержку, это терпение. И более того, каким-то образом добиться от родителей тоже нет, ни в коем случае не почитания. Но все-таки уважение к нашей личности.

А. Владимиров

– Признание суверенитета.

Т. Ларсен

– Да. К нашему пространству, к нашему праву на свои ошибки, к нашему праву на свою семью.

А. Владимиров

– Я мог бы здесь наверное сказать, о каких-то вехах. Знаете, когда нащупаешь какую-то золотую жилу, то обычно участок нужно застолбить и оградить его. Вот есть какие-то оградительные вехи. Хотелась бы предупредить наших молодых, юных слушателей, от каких-то ошибок, которые нельзя допускать. Ну например, вы только что женились, вы на волне счастья, вы ввели в дом ваше чудное мгновенье. И соответственно ваша мама, следовательно, свекровь милой невестки позволяет себе в вашем присутствии какие-то двусмысленные, негативные замечания. Иногда выговоры, если не выволочки обращать к будущей матери ваших детей. Здесь сохраняя сыновью почтительность и корректность, не в коем случае не должен быть муж Емелькой, Митрофанушкой, таким ватным, сахарным не сопротивление злу насилием Толстовское. Потому, что наши современные женушки, как мы выяснили, не Костромские крестьянки 18 века, характер, амбиции, самолюбие. И супруг, будучи миротворческой силой, должен просто грудью защитить свою милую. Мама, милая мамочка, давай договоримся раз и навсегда, мою супругу выбранную мною, и вымоленную у неба. Ты не можешь ни словом, ни делом, не наставлять, не поучать. Для этого есть я, взращенный тобою, светлая голова о семи пядях. Мне встречаются такие мамы, которые как «чага» врастают, знаете такой гриб «чага»

Т. Ларсен

– Да, да древесный.

А. Владимиров

– Врастает в ствол дерева. Они живут своим сыном. Это мама жениться, это мама основывает семью и вот эти ватные бесхарактерные, уступчивые сыновья, никакие без каких-то защитных слоев. Зачастую теряют свою семью, потому что мама, как прости меня Господи песчаная акула, все время пребывая в движении. Вечное движение Паганини, просто сама того не желая, разрушает очень хрупкий мир который еще нужно супругам создать. И покрыть какими-то современной гальванопластикой и защитными слоями.

Т. Ларсен

– Но, у мамы есть всегда железный аргумент. В Библии сказано, «почитай отца и мать…», и вы обязаны меня почитать. Тем более я хочу вам как лучше. Вы сами не понимаете, как хорошо я вам сейчас сделаю.

А. Владимиров

– Ну, если сын с мамой перейдет в жанр богословского диспута, то в ответ на ваше копье, я стреляю из своего арбалета. Родители не раздражайте детей ваших, неумеренной строгостью и взыскательностью, чтобы те унывали.

Т. Ларсен

– Да, еще и оставят муж, отца и мать, чтобы прилепиться. Вот это, мы постоянно это напоминаем нашим бабушкам и дедушкам. Но, тем не менее, все это еще более или менее работает, до тех пор, пока не появляются в семье дети. И вступает третье поколение, третья сила, которая частенько становится, ну просто полем боя, яблоком раздора.

А. Владимиров

– Заложником ситуации.

Т. Ларсен

– Да. И, ну я не знаю, 90% молодых родителей скажут вам, что бабушки это катастрофа. Потому, что они нарушают все правила, кормят сладким, разрушают режимы. А еще рассказывают детям, какую не будь ересь об их родителях, или о том, как устроен мир, или еще о чем не будь таком, что потом приходиться ребенка после бабушки несколько дней восстанавливать и собирать.

А. Владимиров

– Мне кажется, все время приходит на ум большая политика. Нужно было бы сразу какие-то Минские соглашения заключить, и прописать 16 пунктов, последнее из которых открытие границы. На самом деле, конечно, вновь я вспоминаю о такте и деликатности, родителям которые любят своих внуков, какой-то двойной любовью. А ведь без бабушек молодым тоже достаточно трудно, это своего рода

Т. Ларсен

– Компромисс, да.

А. Владимиров

– Партнер которого не в коем случае не выкинешь со счетов. И безусловно родители, при всем богатстве жизненного опыта, или при том, что они почитают за богатства, конечно должны бы прописать какие-то пункты, точнее уважать те родительские убеждения, те аксиомы воспитания которые приоритетные для молодежи. Едва лишь эти множества наложится друг на друга, будет заштрихован этот сектор подмножества и ребенок будет действительно сам не свой. Вы правы, часто слышишь, батюшка мы отдали как вы и благословили на «уикенд» бабушке наше дитя. Полторы недели не можем восстановиться, ребенок страдает от отравления эклерами, просит еще, а мы только, только сделали ему первое промывание.

Т. Ларсен

– Вы слушаете «Семейный час» на радио «Вера» в студии Тутта Ларсен, и духовник Алексеевского женского монастыря в Москве, член патриаршего совета по вопросам семьи и защиты материнства, педагог, член союза писателей протоирей Артемий Владимиров. Говорим об отношениях между поколениями. Продолжим через минуту.

Т. Ларсен

– Продолжаем «Семейный час» на радио «Вера», в студии протоирей Артемий Владимиров и я, Тутта Ларсен. Мы говорим об отношениях между поколениями. Понятно, что тема эта огромная, широченная, в час ее никак не уместить. Но, мы стараемся все-таки как-то по касательной большинства аспектов её, дотронуться до них. У моей бабушки есть любимое высказывание, за что я люблю наших внуков, так это за то, что они отомстят за нас нашим детям. И на самом деле, как это не печально. Но получается, что как бы мы не отстаивали свое личное пространство, как бы мы не выстраивали свои отношения с бабушками, не писали им списки, что можно делать, а что нельзя. Как бы мы не регламентировали свое право на, тоже опыт и мудрость. Подрастают наши дели и у нас начинаются с ними все те же истории. И походу дети общаются с нами точно также как мы общаемся со своими родителями. Это неизбежная ошибка, этот цикл, порочный круг, его можно как-то прервать?

А. Владимиров

– Да, действительно, есть некоторые закономерности. Бумеранг, выпущенный в небо, имеет свойство через какое-то время возвращаться, когда его не ждешь. И как часто наши пожилые мамы узнают в нашей худости, в нашей дурости какие-то собственные ошибки, от которых они благополучно избавились. И здесь мне кажется очень важно молодым, оставаться равными самим себе. Я сам имею в своих жилах, немного шотландской крови, от шотландского знаменитого пирата XVII века. И в этом смысле ощущаю себя русским человеком, и имею в процентном соотношении достаточно мало славянской крови. А вот эта сдержанность, умение не дать волю эмоциям, чувствам. Уметь сдержаться, дать перегореть какому-то внутреннему недовольству, горечи, это очень важное искусство в общественной жизни, и уж в семейной в частности. И конечно, как аукнуться, так и откликнуться. Мы хорошо знаем, что дети мгновенно впитывают в себя, все что открыто их взору, все что они слышат ушами. Дети настолько существа удобно проницаемые для душевных импульсов, что малейшая сора между старшим и средним поколением, тот час передается ребенку. И мы как-то уже говорили в одной из передач, что душевная конституция ребенка в первую очередь зависит от стиля общения взрослых между собою. И конечно, хотелось бы, чтобы с самого начала семейной жизни, мы хотя бы помнили, в мозгах, в своем сердце эту закономерность, врожденную в наше естество, просто хранили в памяти, каков ты со своими родителями, таковы будут твои дети, часто в алгебраической, если не геометрической прогрессии, умножающие твои слабости. Вот почему, особенно радуешься когда встречаешь семью, где за чашкой чая собирается все три поколения. И особенно бывает удивительно видеть, сейчас много хорошего в нашей жизни. Я вообще неисправимый бодрячок и оптимист. И особенно бывает приятно видеть внучку, которая как-то заботливо расположена к бабушке, которая поднесет ей собственную мармеладину которая знает, что не нужно, как шмель, есть такой «полет шмеля» произведение, вертеться вокруг взрослых. Я вот тоже вспоминаю, прошлая моя бабушка, двоюродная систра Владимира Сергеевича Михалкова, всегда любила аристократическое общество. И вот лето, сидит сын Станиславского, наш добрый друг двухметрового роста, Игорь Константинович Станиславский, сидит Пестель, такой весь английский джентльмен. Лето, дворик, сад и Митенька и Темочка в плавках устроили какие-то салки, догонялки. В то время как эти остатки недобитой интеллигенции беседуют о Париже, беседуют о балетах. И вот этот Пестель сдержанный, всегда, даже летом не расстававшийся с галстуком или бабочкой, обратил на нас внимание и вдруг произнес, это было наверное в конце 60-х годов. Такое замечание, не мельтешите пупками. Вы знаете, это вошло в наше семейное придание, я с тез пор боялся мельтешить пупками. А сейчас даже осознал, что он произнес пророчество, потому что сегодня в XXI столетии, чуть только весна, апрель, пупки женские появляются на проспектах. Да, и вот наша бабушка, быть может если у нас останется время, я быть может даже маленькое поэтическое произведение хотел прочитать, ей посвященное. Она была удивительно тактичным человеком, никогда не вступая в конфликт со своей дочерью. Не обладала никаким, навязчивым характером. А главный принцип ее отношения к нам, внукам не был, это плохо, это неправильно. Она говорила, это не красиво, или ковырять пальце в носу, это безобразно. Эстетический принцип положенный во главу нравственного воспитания работает, я до сих пор живу по заветам бабушки. Почему верю в гармонию поколений, и бабушка нас раз и навсегда научила, что на улице и в общественных местах что либо живать, это невозможно. И я поэтому всегда стыжусь, когда все-таки покупаю стаканчик вафельный с мороженным, и стараюсь как батюшка поскорее его слопать, не привлекая к себе внимания прохожих.

Т. Ларсен

– Ну, вот вы удивительно сейчас на самом деле рассказали историю. И это похоже на мою историю тоже. У нас с бабушкой отношения гораздо ближе и проще, и доверительнее, чем с мамой. И у меня, и у систры. И я часто встречаю такую ситуацию. Причем у мамы с бабушкой сложные, искрящие отношения, у нас с мамой сложные искрящие отношения. И зачастую, через поколение отношения строить проще, чем со своим старшим поколением, со своими родителями. Опять, почему это происходит, потому что мы биологически должны от них оторваться. Эту пуповина должна быть перерезана. Или потому, что старики уже отыгравшись на детях, просто расслабляются и безусловно любят. Ведь все то, бабушка моя, например, или моя мама как она мене запрещала, или еще чего-то, а детям моим, внукам разрешается все. Сладкое ешь, мультики смотри, в игры мы играем, гуляем до хочу, спим допоздна. Этого ничего не было в моей жизни, но есть в жизни моих детей, когда они общаются с моей мамой.

А. Владимиров

– Двойной стандарт.

Т. Ларсен

– Да, вот почему?

А. Владимиров

– Зажать на детской шее, и дать вольницу внукам.

Т. Ларсен

– Внукам. Да, вот как так? Почему так происходит.

А. Владимиров

– Знаете, конечно наша жизнь это движение. И мы переоцениваем каждое десятилетие нами прожитое. Есть такой жанр в литературе, и я будучи филологом живу какими-то образами литературными. Вот эпическая простота и благодушие, вот Гомер, слепой старец в ретроспективе, оборачиваясь на прожитую сотню лет. Пишет «Илиаду» Одиссею, с птичьего полета ты созерцаешь то, что когда-то тебя волновало, ты был участником кровопролитных сражений, драм. Но, как говорят, отшумело, отгремело, и когда я читаю позднего Пушкина, стихотворение 30-х годов. Это уже не любовная лирика, но вновь я посетил тот уголок, вот нивы полосаты, вот покосившиеся хаты, вот парус движется посреди озера. И вот хотелось бы пожелать нашим бабушкам, все-таки наш посыл не только к молодежи которой все невтерпеж, или все или нечего, или жизнь или кошелек. Но, хотелось бы пожелать нашим бабушкам, вот этого спокойствия, вот этой просветленности Арины Родионовны. Таня пришла девочка 13 летняя Татьяна Ларина, казалось ей, что няня ничего не может понять в том, что скрывается в ее сердце. И Арина Родионовна укладывает Танюшу, выпей-ка святой водицы, да послушай я девицей лет в 13 была выдана замуж. И вот эта бабушкина эпичность, какая-то светлость, умение приголубить, приласкать. Это конечно дорогого стоит. И хотеться пожелать нашим бабусям не турбулентности, не Испанских страстей, и не завязаности на трех телесериалах одновременно она с двумя пультами переключает «Богатые плачут», нищие смеются, но умение так светло и мирно пообщаться и с внуками, дав свободу молодежи. Пусть они там надурачатся, сами будут бабушками, сами придут к этому умиротворению.

Т. Ларсен

– Есть еще такое мнение, что очень многие конфликты в семье, которые провоцируются старшим поколением. Происходят именно из-за того, что этому старшему поколению, извините просто нечем заняться больше, кроме как жить жизнью своих детей. Опять же если мы обратим внимание на цивилизованный Запад, там у людей после пенсии жизнь только начинается. И они могут позволить себе и путешествовать и не знаю, открывать для себя какие-то новые знания, учить языка. Переезжать в какие-то более интересные места жить.

А. Владимиров

– Водить в парикмахерскую болонок

Т. Ларсен

– И водить автомобиль в 80 лет тоже. И конечно нашим бабушкам, в общем-то, не так просто

А. Владимиров

– Адаптироваться

Т. Ларсен

– Да. У нас даже этот идиотский термин, «доживания», период доживания. То есть если человек вышел на пенсию, то считай жизнь для него кончилась и он дальше должен как-то дожить. Хорошо если у него большая семья, которая его поддержит и как-то занимает. А по большому счету, ну 90% людей сразу очень сильно замедляются в своей жизни. Им становится действительно скучно, они садятся у телевизора. И конечно, если у них есть какой-то движняк в жизни, в виде молодого поколения, то они тут же к ним присасываются как этот гриб «чага» и начинают на нем паразитировать. Просто потому, что эту бурную энергию больше некуда девать. Может быть это рецепт, занимать бабушек не только внуками, но и еще какой-то общественной деятельностью.

А. Владимиров

– Думаю, что Советское время, во многих отношениях хорошее, но все-таки лишило, то поколение духовного стержня. Храм был задвинут куда-то на периферию сознания, и эта внешняя активность, это прекрасное, жертвенное служение обществу, умение прислушаться к пульсу и ритму страны. Желание догнать и перегнать развитые страны по разливу стали и запуску космических кораблей. И вот приходит эта граница, именуемая пенсией, суспензией. Внешняя вынужденная, если не бездеятельность, то достаточно заметный сбой активности. И вдруг вылезают спрятанные, загнанные вглубь страстишки, которые действительно как описываются, зачастую не дают покоя молодежи. Здесь конечно «way out», выход энергии, в том чтобы обратить ее на собственную душу. Воцерковление бабушек, это первостепенная задача для самих бабушек. Потому, что когда русская женщина станет, даже не зная ни одной молитвы, перед иконой Божьей Матери, когда от неумения наладить с собственной дочкой отношения, она выплачет свою беду Царице Небесной, когда батюшка даст ей домашнее задание принести в храм выпечку, в воскресную школу. Вхождение пожилых людей в светлый мир и пространство Матери Церкви, это благодеяние для внуков. И собственно молодых родителей, потому что наши бабушки, едва лишь они найдут гармонию в самих себе, смогут поделиться и улыбкой, и мягкостью сердца и умением стушеваться с поколением молодым.

Т. Ларсен

– Вы слушаете «Семейный час» на радио «Вера», в студии Тутта Ларсен и протоирей Артемий Владимиров. Мы говорим об отношениях между поколениями, и до сих пор касались каких-то бытовых или грубо говоря психологических нюансов. Но, действительно хотелось бы поговорить о духовной жизни семьи, и разных поколений в семье. Видь очень часто, проблема возникает именно в этой области, когда например, кто-то из членов семьи более воцеркавлен, кто-то менее. Может кто-то вообще не верующий, и здесь людям вообще крайне сложно выстраивать отношения, если они существуют вообще в разных парадигмах. Вот я веду православный образ жизни, а мой муж например и моя мама, глубоко воцеркавленная христианка. Такая бабушка белый платочек, да. А муж у меня допустим, я не про себя сейчас вообще, просто атеист. Я его люблю, мы растим с ним детей, он они с моей мамой вообще не могут под одной крышей находиться, за одним столом. Потому, что мама поститься, а он над этим смеется. Как здесь разруливать ситуацию? Не брошу же я своего мужа только потому, что он не исповедует веру моей матери. А я сама может быть, еще не определилась.

А. Владимиров

– Мне вспоминаются те пожилые русские женщины, которые в Советское время красили яички

Т. Ларсен

– Куличики пекли

А. Владимиров

– Куличики пекли. Это было, может быть единственным свидетельством о том, что семья не рассталась с Христианскими корнями. Но как правило, эти бабушки были такими, они жили так как учит Тютчев. Молчи, срывайся и таи свои заветные мечты. Душа моя элизиум ценней. Вообще люди послевоенного времени не привыкали афишировать свои благочестивые чувства, они не декларировали свою религиозность. Но, их умение послужить, никогда не оставаться без дела, всегда занять себя самое. Умение мягкой улыбкой сокрыть, прикрыть раздражительность молодого поколения, вот христианство не вымученное, не какое-то книжное, не абстрактное, не теоретическое, а так сказать пропитавшее самое сердце.

Т. Ларсен

– Генетическое.

А. Владимиров

– Да. И вот этими лучами любви и мира, смирения, кротости и терпения, свидетельствовавшее молодежи о том, что есть какой-то иной мир. Я, вот вспоминая свою бабушку она, когда мы учились в 10 классе, говорила: «я была в храме». Она возвратилась в храм после долгого перерыва, я исповедалась и причастилась. Как же радостно и тихо на душе. Интересно, что у меня десятиклассника, в общем-то, не самого разбойного, хотя шотландский пират в биографии действительно присутствует, почему-то возникало глухое неприятие.

Т. Ларсен

– Раздражение

А. Владимиров

– Раздражительность. Бабушка ничего нам не навязывала. Но, даже вот ее стремление поделиться, какими-то искорками внутреннего мира, тогда воздействовало на нас как красная тряпка на быка. Но, стоило ей отойти в мир иной, как я уже студентом филфака, на 1 курсе, прогуляв лекцию про КПСС сам пошел туда, в тот храм, куда она тщетно пыталась меня завести. И душа приняла все, что ей открылось в одночасье. И думается, что великое терпение необходима поколениям, просвещена ли и молодая поросль или пожилая, вот эта разность потенциалов. Это зазор идейно-культурный, бытовой, он не может быть естественным образом преодолен. Вот мы с вами сегодня, перед началом передачи говорили, о злосчастной теме абортов и о том, как в обществе возникает сейчас, в общем-то, здоровые тенденции. Мы не хотим вымирать, дети Зубров не хотят вымирать. Но, как воспитать молодое поколение, чтобы этика христианского брака, само отношение к деликатным, интимным проблемам проистекала не из каких-то внешних запретов, а из понимания, чего ради тебе дан дар любви. Может быть, это будет тема нашей следующей передачи.

Т. Ларсен

– Я надеюсь.

А. Владимиров

– Но, говорю только о том, что в отношении семейных. В отношениях между поколениями, всегда нужно, на мой взгляд, предоставлять место Богу и тайной молитвы. Господи умягчи, просвети. Даруй мне изменить то, что я должен и могу изменить, и дай мне силы терпеть, то чего не могу. И научи меня отличать первое от второго.

Т. Ларсен

– Ой, как же это тяжело. Видь, бывает и обратная ситуация. Когда воцерковляется молодежь, при неверующих родителях, там свекрах, тещах и прочим. И начинаются, опять же битвы, например за детей. Что вы их постите, вы их голодом уморите. Вот, эти все ваши молитвы перед едой, это вы сами молитесь не морочьте детям голову. И нечего, у них и так в школе много заданий, и память забита, и голова забита. И опять же ты должен проявить уважение, ты должен почитать старших, но в этой ситуации внутри тебя все просто возмущается и тебе хочется поставить их на место, хочется возразить самым решительным образом. А делать этого вроде бы как нельзя

А. Владимиров

– А решительным образом купить, конечно, однокомнатную квартиру для любимой мамы. Потому что любить.

Т. Ларсен

– Не всем это дано.

А. Владимиров

– Да. И вопросов в нашей теме, безусловно больше чем ответов. Но, мне вспоминается песня, прекрасная песня советской эпохи: «дороги без конца, дороги, без конца, а рефрен только любовь, только любовь…».

Т. Ларсен

– То есть все равно стараться, терпеть, да?

А. Владимиров

– Был такой…

Т. Ларсен

– Наступать на горло собственной песне.

А. Владимиров

– Был такой, к собственному самолюбию несомненно. Был такой замечательный отец Алексей Мечёв, которого звали московским утешителем. Он, пользовал свою паству, в 20-е годы, годы красного террора. Когда народ просто хлынул из столиц, желая выжить. Батюшка как не странно, не благословлял уезжать заграницу. Не только из патриотических, но и из каких-то других побуждений. И к нему ринулась интеллигенция, и у него на коленях плакал и Бердяев, великий путаник философии религиозной, но при этом гениальный обличитель прогресса. Русская голова, самобытная страница нашей религиозной мысли. Кого только у него не было. И вы знаете, чем сложнее был человек приходивший к нему, жаловавшийся на семейные неурядицы, на непонимание старших со стороны младших, или младших. Он, сам будучи удивительно сердечным человеком, и часто плакавший вместе с теми кто изливал в его жилетку пасторскую, проблемы и скорби. Говорил, будь солнышком. А как это быть солнышком? А вот так. Он становился, раскрывал свои руки. И многие видели, что изнутри его озарял как будто бы какой-то свет, тепло. Он обладал удивительной степенью сострадательности. И многим интеллигентам он говорил, да занимайтесь наукой, да занимайтесь искусством, но помните, что ум лишь рабочая лошадка у сердца. И вот, этим воспитанием чувств добрых, быть может тем любезен буду я народу, что в век жестокий восславил я свободу. И милость к павшим призывал. Вот это воспитание чувств, умение сдерживаться, умение обуздывать себя. Свобода, найти свой собственный обод, себя вот каким-то образом окольцевать с тем, чтобы негатив оставлять при себе. А ближнем дарить цветы запоздалые вашей любви и улыбок, это тема нашей передачи.

Т. Ларсен

– Значит ли это, что человеку ведущему православный образ жизни, в какой-то степени проще выстраивать отношения с поколениями. Ну, просто потому, что у него есть конкретный инструментарий.

А. Владимиров

– О, безусловно. Я иногда думаю, что если бы я был батюшкой, но без веры, ну страшный вариант согласитесь, апокалиптический. Я бы проводил весь свой отпуск, в институте психического здоровья. Но умение приподняться над ситуацией, и вы знаете чувство юмора. Не знаю, это явно не английский черный юмор, пиратский. А вот, умение какой-то доброй шуткой или теплым словом, себя самого привести в чувство нам совершенно необходимо.

Т. Ларсен

– Но подождите, это умение и талант вот так поступать в конфликтных ситуациях, это же никак не зависит от возраста, опыта и поколения.

А. Владимиров

– Безусловно.

Т. Ларсен

– Получается, что если мы имеем конфликт поколений и кто-то, неважно. Может быть это даже ребенок, внучек вносит вот эту ноту безусловной любви и тепла, и терпимости ко всем. То он и разрешает этот конфликт.

А. Владимиров

– Конечно детское сердце создано для любви. И оно никогда не может понять, почему на стрелки сходятся бабушка и мама. Мой любимый сказочный герой Кот Леопольд. Который, держа своими пушистыми лапками, спрятав коготки, папину волосатую руку и мамину лилейную ручку говорит: «Ребята давайте жить дружно!»

Т. Ларсен

– Тогда получается, что никакого конфликта поколений не существует.

А. Владимиров

– Вот это самое необычное и сенсационное завершение нашей передачи. Совершенно соответствует моему восприятию этой проблемы. Святить всегда, святить везде вот лозунг твой и солнце.

Т. Ларсен

– Вы обещали батюшка нам сегодня еще и стихотворение прочитать.

А. Владимиров

– Слушаюсь и повинуюсь. Потому, что если батюшки будут врать, то конец мира точно близок. Когда мы были совершенно маленький, то мы два братика близнеца, Митенька и Темочка. Он стал лауреатом конкурса Чайковского, пианистом. Я пошел по стезе лириков, а потом и клириков. Мы с Черемушек сбегали к Профсоюзной по спуску. И я всегда натыкался на трубу и разбивал себе нос. И вы знаете, позавчера ночью так мне это вспомнилось, что специально для слушателей нашей передачи о поколениях. Тут бабушки и внуки, маленькое произведение «милое детство». Оно такое маленькое, что никто не успеет соскучиться.

Черёмушки я вспоминаю длинный спуск,

асфальтовая лента, около карьера.

То было в детстве, 6 летний карапуз.

Я жить и чувствовать спешил.

Однажды смело мчался, впереди бежит мой брат близнец.

Пшеничный вижу вдалеке его затылок,

Ах, лучше бы себе под ноги посмотреть.

Змеёй железная труба там притаилась.

Приполовинелься уже 20 век,

И новостройками из года в год столица росла и украшалась.

Убыстряя бег, пыхтя, бежал и я, мелькали люди, лица.

В который раз, мыском споткнувшись о трубу,

Я падаю, стремглав окровенив колени.

И без стеснения белугою реву,

А брат скользит сквозь силуэты тенью.

Меня, оставив с моей болью одного.

Плетусь и кулаком размазываю слезы.

В парадное вхожу как горько от того,

что олимпиец, близнеца в несчастье бросил.

Звоню, и бабушка распахивает дверь.

С любовью простирает теплые объятья,

Соревнованье не возможно без потерь.

Но помните всегда, что вы друг другу братья.

Как жалко мне себя, разорванных штанов.

Я умножаю свои жалкие рыданья,

Покуда бабушка мой промывает нос.

Уже не больно Тема плакать перестань-ка!

Сюрприз вам мальчики арбуз ждет на столе.

Вгрызаюсь в мякоть алую я с хрустом,

Простив все близнецу, не до обиды мне

Когда еда вкусна и жить уже не грустно.

Т. Ларсен

– Чудесно. Это был протоирей Артемий Владимиров и программа «Семейный час» на радио «Вера». Всего доброго.

А. Владимиров

– Это был маленький Тёмочка 6 лет. Но вот борода теперь настолько длинная, что и мне есть доступ на замечательный портал радио «Вера». Я очень надеюсь, что это передача была у нас не последней.

Т. Ларсен

– Увидимся.

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (25 оценок, в среднем: 4,96 из 5)
Загрузка...