Поделиться
Православное христианство появилось в Аргентине в начале 20-го века, когда в страну стали массово приезжать эмигранты из России, Греции, Сербии, Румынии и других стран. Эти люди не только построили в Аргентине храмы, но и обзавелись самобытными традициями церковной жизни. Например, в Аргентине по-особому принято отмечать Рождество Христово.
Единой Православной Церкви в стране нет. На территории Аргентины есть приходы Русской, Константинопольской, Румынской, Сербской Церквей. Румыны и греки празднуют Рождество 25-го декабря, а сербы и русские — 7-го января. В соответствии с богослужебными календарями своих Церквей.
Дата, пожалуй, единственное отличие в праздновании Рождества в семьях православных аргентинцев. В остальном же домашние традиции очень похожи, так как многие из них были позаимствованы из местной культуры.
Рождество Христово в Аргентине называют «Ноче буено» (по-испански «Святая ночь»). Праздник начинается с посещения богослужения. Затем семья собирается за столом. Обычным для Аргентины праздничным приветствием в эти дни является «фелиз навидад», то есть счастливого Рождества. Тосты за столом звучат точно также — «фелиз навидад».
На Рождество православные в Аргентине угощаются либо фаршированной овощами индейкой, либо асадо — говядиной на гриле. Традиционный рождественский напиток — это яблочный сидр. Ещё одно обязательное угощение в рождественскую ночь — пирог «пан дульче» или «сладкий хлеб». Это сдобный кекс, обильно посыпанный пудрой, с орехами и кусочками апельсиновой цедры внутри. По окончанию праздничного обеда наступает время для двух интересных обычаев.
Первый — запуск в небо бумажных фонариков разной формы и цвета. Важно, чтобы они светились и этим напоминали Вифлеемскую звезду. Особенно красиво смотрится небо над Буэнос-Айресом и другими крупными городами в рождественскую ночь, когда ввысь взмывают тысячи огней. Вторая традиция — детская. Дети выставляют за порог дома или квартиры чашку с водой, а рядом кладут немного сена. Это корм для верблюдов волхвов — мудрецов, пришедших поклониться Христу. К утру вода и сено исчезают, а на их месте появляются рождественские подарки, которые тайком, конечно же, подкладывают родители.
Все выпуски программы Вселенная православия
О поиске своей половинки. Алексей Шириков
Поделиться
В школьные годы я искренне верил, что где-то там, в будущем, меня ждёт одна-единственная «половинка» — человек, предназначенный мне заранее, которого нужно лишь найти и безошибочно узнать при встрече. Этот образ, скорее всего, был впитан из окружавшей меня культуры: из сказок, где герой узнаёт свою невесту с первого взгляда, из фильмов про родственные души, из разговоров старших о «второй половинке», из слишком буквальных представлений о судьбе как предначертанном Богом пути. Я верил в данную теорию довольно долго, даже не особенно задумываясь, откуда вообще взялась моя уверенность.
Я возмущался, когда я читал о браках позапрошлого века, о том, как устраивали свадьбы в дореволюционной России. Ну как можно жениться и выходить замуж, порой, едва зная будущего супруга, повинуясь воле родителей, семейным расчётам или житейской необходимости прокормить многочисленную родню? Где здесь место любви, свободному выбору, тому самому «твоему человеку», без которого, как мне казалось, невозможно счастье?
Но чем больше я погружался в православное богословие, тем яснее видел: идея «единственного суженого, предначертанного судьбой», ближе не к Евангелию, а к языческому мифу Платона о родственных половинках одной души, разделённых богами и обречённых искать друг друга по всему свету. В христианстве же нет предопределённого заранее пути человеческой жизни, от которого некуда деться и с которым бессмысленно спорить. Есть свобода — и есть призвание прожить эту свободу с любовью, кем бы ни оказался человек рядом.
Книга Бытия говорит: «Не хорошо быть человеку одному; сотворим ему помощника, соответственного ему». Эти слова не про то, что где-то заранее приготовлена единственная нужная фигура, идеально подходящая по всем параметрам, а про саму способность к соответствию, к тому, чтобы стать друг для друга помощниками, научиться этому в совместной жизни.
И апостол Павел, говоря о браке, не пишет о поиске идеальной половины, не даёт критериев для отбора кандидатуры, а описывает, как строится единство: «Мужья, любите своих жён, как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за неё». То есть, предлагает не формулу узнавания «того самого», а путь постоянной жертвенной любви уже в самом браке. Понятно, что все это во многом связано с патриархальным строем общества, где выбора особо и не было, но все же важно это и для нас.
Браки прошлого, при всех их очевидных минусах, могли быть счастливыми, потому что секрет этого счастья не в том, чтобы найти «того самого», а в том, чтобы учиться любить того, кто оказался рядом. Первое же представление часто приводит к бесконечному поиску, бесконечной проверке своих чувств на подлинность, сомнениям, сравнениям и ожиданию какого-то безошибочного знака свыше. Это вместо того, чтобы строить семью трудом, терпением и верностью день за днём.
Тут, конечно, стоит уточнить, что я вовсе не сторонник возвращения к древним традициям создавать брак по решению родителей. Личный выбор, личная ответственность — то, что делает человека взрослее. Да и переживание, что рядом с тобой желанный избранник — тоже важно. Вот только при выборе супруга, наверное, лучше опираться не на одни лишь чувства, но и на совпадении ценностей, на общую устремленность в одну сторону. И для христиан, конечно, идеально, когда с любимым человеком можно смотреть не только друг на друга, но и вместе — на Христа.
Автор: Алексей Шириков
Все выпуски программы Частное мнение
5 октября. «Введение во храм»
Поделиться
Фото: Tim Schnelzer/Unsplash
По завершении грудного вскармливания, во исполнение обета, святые Иоаким и Анна отдали Своё Дитя в иерусалимский Храм на воспитание. К удивлению провожающих, Богоотроковица Мария взошла по высоким ступеням храма без посторонней помощи, устремляясь к простёртым Ей объятиям праведного священника Захарии. Так и всякая христианская душа, пусть и руководимая наставлениями пастыря, призвана самостоятельно свершать своё неспешное восхождение по ступеням духовной жизни: смирения, кротости, молитвы и любви.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
5 октября. О врачебном служении
Поделиться
Сегодня 5 октября — Международный день врача.
О врачебном служении — руководитель отдела по вопросам семьи, защиты материнства и детства Воронежской епархии священник Александр Шишкин.
Мне очень нравится сама постановка вопроса служения. Мы не говорим о профессии, как в принципе логично подумать, а именно о служении. И я думаю, все врачи и медики прекрасно понимают, что невозможно быть доктором с восьми часов до пяти вечера.
Слово «служение» относится к ряду профессий, очень серьёзно раскрывая их значения. Священнослужение, воинская служба, педагогика. Военный не может сказать, что «мой рабочий день окончился, поэтому я ухожу из окопа отдыхать, потому что у меня есть свои заботы». И священник — он никогда не откажет христианину, сказав, что день к концу приблизился, я устал, и поэтому не буду выполнять свои обязанности.
То же самое касается и врачей. Служение — смирить своё сердце перед людьми. Более того — как в храм большей частью: так как доктору в большинстве случаев люди идут уже с конкретной проблемой, с конкретным переживанием. Редко христиане приходят в храм поблагодарить Бога. И редко приходят пациенты для того, чтобы в здоровом состоянии провести какое-то штатное обследование.
Как раз-таки доктор — он не просто выполняет свою профессию, проводя обследование, анализируя диагнозы, назначая лекарственные препараты. Именно его задача — ещё и поддержать пациента, который пришёл в скорби, в переживании, может быть, в гневе и раздражении. Это трудно, но это именно те моменты, из-за которых мы называем медицину именно служением. Тем призванием, через которое доктор, заботясь о пациенте, воздаёт хвалу Господу и тоже получает свою какую-то награду в вечности.
Все выпуски программы Актуальная тема:
