Поделиться
В Большой Константинопольский дворец прибыла дочь покойного сенатора Анисия Секунда, юная Олимпиада. Императору Феодосию предстоял непростой разговор. Девушка недавно потеряла жениха, и монарх опасался, не лишалась ли она разума от горя. Префект Царьграда Небридий, с которым Олимпиада была обручена, скончался буквально накануне свадьбы. Обездоленная невеста называла себя вдовой, пресекала любые разговоры о будущем замужестве и расточала родительское имение, раздавая щедрую милостыню. Феодосий посчитал, что должен образумить сироту, выступить вместо отца. К тому же родственник императора, Елпидий, просил выдать за него упрямую девицу.
Вид Олимпиады поразил Феодосия. Лицом она была бледнее мрамора, скульптуры из которого украшали дворец. Тонкая фигура, казалось, соткана из воздуха, а не из плоти. Длинная, до пят, одежда смотрелась не просто скромной, а ветхой. Но как же девушка была прекрасна при этом! Олимпиада поклонилась монарху, и он, поднявшись с трона, протянул руку ей навстречу.
Феодосий:
Приветствую тебя, дитя! Как я могу утешить тебя в твоем несчастье?
Олимпиада:
Благослови вас Господь, государь, за ваше доброе сердце. Но я вовсе не несчастна. Участь моя, мой благой удел — в Боге, и со Христом я буду всегда счастлива.
Феодосий:
Но хорошо ли юной девице оставаться одинокой? Богу можно послужить и в честном браке. Мой родственник, Елпидий, желает видеть тебя своей женою. И если ты дашь согласие, я буду посажённым отцом на вашей свадьбе!
Олимпиада:
Если бы воля Господа была на то, чтобы мне выйти замуж, Он не отнял бы у меня Небридия. Но случилось то, что случилось, и жизнь моя будет посвящена Христу. Я стану диакониссой и послужу Богу и людям своим имением и своими делами.
Тогда, в четвертом веке, диакониссы только появились в Церкви. Так называли женщин, которые совершали особое служение сродни монашескому. Они помогали неимущим, навещали больных, занимались просвещением. Это были пожилые вдовы или девицы в зрелом возрасте, принявшие особое посвящение от епископа. Услышав, что Олимпиада хочет стать диакониссой, Феодосий пришел в раздражение.
Феодосий:
От ветра в голове твои слова! Сегодня ты отрешишься от всего земного, а завтра захочешь стать женой и матерью, но уже не сможешь найти приличную партию, потому что останешься без гроша за душой, растратив родительское наследство на нищих! Одумайся, Олимпиада! Елпидий будет тебе добрым супругом. Не лучше ли стать родственницей императора, чем вечно усталой диакониссой?
Олимпиада:
Я не отступлю своего решения, государь.
Феодосий:
Ну, тогда я лишаю тебя права распоряжаться своим имением! Ты будешь под опекой префекта до тех пор, пока тебе не исполнится тридцать лет!
Через некоторое время Феодосий поинтересовался у перфекта, не сильно ли унывает Олимпиада. И с удивлением услышал, что она, напротив, радуется и благодарит Бога. А вскоре император получил от Олимпиады письмо с такими словами.
Олимпиада:
Выявили мне царскую милость, приказав другому нести моё бремя. Еще большее благодеяние вы окажете мне, если велите раздать всё моё имение, чтобы я избегла суетной славы, раздавая имущество сама. Свободная от забот о богатстве земном, я стану заботиться о настоящем сокровище.
Христиане Константинополя свидетельствовали о добродетельной жизни Олимпиады и о том, что её решимость послужить Церкви достойна уважения. Император Феодосий отменил опеку над девушкой, и Константинопольский патриарх Нектарий посвятил её в диакониссы. Дом Олимпиады стал одним из центров духовной жизни византийской столицы. Подвижница стяжала уважение таких столпов Церкви, как святители Григорий Богослов, Пётр Севастийский, Иоанн Златоуст.
Когда византийский трон занял император Аркадий, его супруга Евдоксия интригами нарушила течение церковной жизни, воздвигнув гонения против Иоанна Златоуста. Олимпиада ни на минуту не поверила наветам на святителя. Со слезами провожала она учителя в несправедливое изгнание. За доброе отношение к опальному епископу диаконисса сама была оклеветана. Олимпиаде предъявили обвинение в поджоге собора Святой Софии и присудили к заточению в пригороде Константинополя, Никомидии, где она и скончалась.
Находясь в ссылке, святитель Иоанн Златоуст написал диакониссе Олимпиаде семнадцать писем, которые сохранились. В этих посланиях не только отражена земная история двух претерпевающих скорби людей — в них сияет окно, распахнутое в Вечность.
Василий Верещагин. «Иконостас церкви Иоанна Богослова на Ишне близ Ростова Ярославского»
Поделиться
— Андрей Борисович, здравствуйте! Тоже решили сегодня провести утро в библиотеке?
— Маргарита Константиновна! Рад неожиданной встрече!
— Я вас давно заметила, просто не хотела мешать. Вы были так увлечены чтением.
— Да вот, погрузился в книги по древнему зодчеству. Планирую на днях отправиться в небольшое путешествие. Давно хотел увидеть деревянные храмы. Знаете, которые, как говорят, без единого гвоздя...
— Замечательные планы! Кстати, буквально на днях я смотрела передачу про Василия Верещагина. Художника тоже притягивали памятники деревянного зодчества. В 1884-м году он отправился в путешествие по городам и сёлам Русского Севера. Из этой поездки художник привёз несколько десятков полотен, где запечатлел старинные бревенчатые церкви.
— Интересно, не был ли случайно Верещагин в селе Богослов? Это совсем рядом с Ростовом Великим, который часто называют «воротами Русского Севера». В селе, о котором я говорю, находится деревянная церковь апостола Иоанна Богослова конца 17 столетия. Я как раз только что о ней читал.
— Да, Василий Васильевич там побывал. Он видел этот храм, и перенёс на холст красоту его внутреннего убранства. Работа хранится в Государственном Русском музее Санкт-Петербурга. Называется она «Иконостас церкви Иоанна Богослова на Ишне близ Ростова Ярославского».
— Да-да, Ишня — это река, на которой стоит село. А Ростовом Ярославским раньше часто именовали Ростов Великий. Кстати, так по сей день называется железнодорожная станция, расположенная в городе. Впрочем, чтобы добраться оттуда до Богослова, поезд точно не понадобится. От Ростова село всего в полутора километрах. Можно дойти пешком. Жаль, что до Петербурга из Москвы так быстро не добраться... А очень хотелось бы сейчас посмотреть на это полотно Василия Верещагина!
— Мы с вами прямо сейчас можем зайти на сайт музея и найти картину там.
— Уже нашёл, Маргарита Константиновна! Перед нами фрагмент древнего иконостаса. В полумраке деревянных сводов храма мерцает золото и серебро иконных окладов и лампад. Лики святых художник прописал в общих чертах. Однако образ, который ближе всего к зрителям, легко узнаваем — это Пантократор, Спас Вседержитель.
— Рядом с иконостасом стоят аналои — иконные столики — украшенные покровами из парчи́. А в самом центре полотна — золотые Царские врата. Художник запечатлел их изысканный резной узор, который удивительно гармонирует с простотой тесовых стен церкви. Верещагин живо и реалистично передал особенную атмосферу деревянного храма.
— Да, что называется — эффект присутствия! На секунду мне представилось, что я уже там, в Богословском храме, и вижу всё своими глазами!
— Василий Верещагин к этому и стремился. Ведь он ездил не просто посмотреть на памятники церковной старины, а хотел привлечь общественное внимание к проблеме их сохранения. Во второй половине 19-го столетия, когда жил художник, из-за ветхости деревянные храмы часто попросту сносили, взамен строили каменные. Поэтому на своих полотнах он старался максимально точно запечатлеть натуру.
— Чтобы все смогли увидеть величие деревянных церквей и понять — эту древнюю красоту нужно беречь.
— Полотна, которые художник создал во время путешествия1884 года, до сих пор помогают реставраторам и искусствоведам в их работе. И Богословский храм поны́не стоит на своём месте. Правда, почти всё внутреннее убранство, которое Верещагин запечатлел на картине, находится сегодня в экспозиции музея-заповедника «Ростовский кремль». Принадлежит музею и сама церковь, хотя Богослужения в ней совершаются.
— Маргарита Константиновна, судя даже по одной вот этой картине — «Иконостас церкви Иоанна Богослова на Ишне близ Ростова Ярославского» — Верещагина его поездка впечатлила?
— Да! Василий Васильевич писал в своих заметках, которые изда́л по возвращении домой, что в тех краях, где он побывал, тихо, спокойно, и пахнет родной стариной.
— Как я рад, что и мне вскоре предстоит вдохнуть этот воздух!
Все выпуски программы Свидание с шедевром
Храм Успения Богородицы (село Богородицкое, Липецкая область)
Поделиться
В тридцати километрах севернее Липецка есть старинное село Богородицкое. С одной стороны его огибает студёный ручей Мартынчик, с другой — река Воронеж. Встречаясь, они образуют Богородицкое озеро. В 1625 году это живописное местечко царь Михаил Романов пожаловал в награду за службу московскому дворянину Богдану Плещееву. Помещик построил на берегу озера деревянную церковь. Её освятили в честь праздника Успения Богородицы.
Согласно историческим документам, приход храма составляли в основном солдатские семьи. Это неудивительно, ведь в нескольких километрах от села Богородицкого проходила Белгородская засечная черта. Так называлась линия укреплений, созданная в первой половине семнадцатого века для защиты южных рубежей России от набегов кочевников. Солдаты несли охранную службу и всегда были готовы с оружием в руках встретить неприятеля.
В конце семнадцатого столетия жители села Богородицкого участвовали в подготовке военных походов Петра Первого против Османской империи. На небольших верфях на реке Воронеж они строили струги — парусно-гребные суда, которые затем сплавляли на Дон, для осады турецкой крепости Азов. Многие солдаты из Богородицкого села отправились тогда на войну.
После Азовских походов Петра Первого Белгородская засечная черта утратила своё стратегическое значение и служивые люди стали жить земледелием. Большинство из них имело статус однодворцев, то есть, занимали промежуточное положение между крестьянами и помещиками. Сами себя однодворцы называли «лапотными дворянами». У них была свобода, но не было особого достатка. Об Успенском храме они заботились как могли — ремонтировали, подновляли. Но к середине девятнадцатого века деревянное здание окончательно обветшало. И небогатые сельчане совершили почти невозможное — всем миром собрали сумму, необходимую для строительства нового, каменного храма.
В восьмидесятых годах девятнадцатого века церковь Успения Богородицы расписали. И роспись эта уникальна! На внутренней западной стене храма иконописец воспроизвел картину художника Василия Поленова «Христос и грешница». Это полотно, написанное в 1888 году, вызвало бурное обсуждение в Санкт-Петербурге. Живописца упрекали в том, что он изобразил Иисуса Христа излишне реалистично, как простого человека. А неизвестный мастер в селе Богородицком словно дал ответ критикам. Он написал икону по мотивам работы Василия Поленова, представив на ней Спасителя в полном соответствии православным канонам — с нимбом над головой и надписанием.
Этот феномен церковной живописи чудом сохранился до наших дней. В советское время Успенский храм, как сотни других в России, претерпел немало бед. После революции 1917 года под его сводами устроили сначала клуб, а затем склад. Потом много лет здание стояло заброшенным и к концу двадцатого века лишилось кровли, окон и дверей. Но в начале двадцать первого века православные восстановили церковь Успения Божией Матери и в летописи села Богородицкого открылась новая светлая страница!
Все выпуски программы ПроСтранствия
15 апреля. «Семейная жизнь»
Поделиться
Фото: Abbas Tehrani/Unsplash
Знаете ли вы, дорогие мои собеседники, что в молитвах обручения жениха и невесты Церковь устами пастыря испрашивает для счастливой пары Ангела Господня, который будет охранять союз мужа и жены во все дни жизни их? Вот эти слова: «И Ангел Твой да предыдет пред ними во все дни жизни их...» Познаётся соприсутствие ангельской силы по благодатной тишине, царящей в доме любящих друг друга венчанных супругов. К нашему разговору давайте вспомним: каждый христианин, рождённый в благодатную вечность водой и Духом в Таинстве крещения, обретает небесного, нетленного друга и покровителя в лице ангела-хранителя, ежедневное молитвенное обращение к которому низводит в душу благодать тишины и мира.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
